# Песнь алых кленов. Том 2

Ли Томоко

Три года назад миры людей и бессмертных потрясли слухи о возрождении Бога Смерти. Единственный Бог Смерти в истории был чудовищным злом, и чтобы его одолеть, небесному пантеону в прошлый раз пришлось объединить силы. Небожители готовы на все, чтобы история не повторилась.
Но кое-чего небожители не знают. Бог Смерти в новом воплощении – обычный заклинатель Фа Ханг. Множество жизней подряд он умирал ребенком, что сделало его искренним, добрым и ценящим жизнь.
Фа Ханг путешествует с друзьями-заклинателями Лин Ху и Сяо Тун. Втроем они совершенствуются и учатся противостоять врагам, желающим погибели или, наоборот, возрождения Бога Смерти. Опасности не убывают, и тем сложнее Фа Хангу становится сдерживать темную божественную ипостась.
Фа Хангу предстоит разобраться: как сохранить человечность и выжить в испытаниях, посильных лишь бессмертным?..

Магия Восходящего Солнца


© Ли Томоко, текст, 2024

© Зимина О.А., художественное оформление, 2024

© ООО «Издательство АСТ», оформление, 2024

## = Глава 1 =. Трое из Юйлан


В бамбуковую рощу давно уже никто не совался, это место проще было назвать запретным, чем понять, что там происходило. К тому же – дасюэ[1]. Снега выпало немного, по щиколотку, но никаких тропинок в зарослях не было. Люди слишком хорошо знали, кто облюбовал это место, и не приходили даже в голодные годы. Животных тоже не было видно. Впрочем, они могли испугаться шума в роще.

Оттуда раздавались громкие крики, треск, раскаты грома, вой. Похоже, там кого-то убивали, но, судя по вою и крикам, это вряд ли были люди. Ни один человек не мог бы издавать таких жутких звуков.

По нетронутому снегу осторожно шли двое стариков: женщина и мужчина. Женщина постоянно останавливалась, смотрела вперед глазами, полными ужаса, лепетала что-то неразборчивое. Мужчина, ее муж, одергивал ее при первых же признаках паники и упрямо шел вперед. Тянул ее за собой, не оставлял одну в этом снегу. Было еще светло, но женщина посматривала на солнце, чтобы успеть до сумерек. Ей казалось, что в темноте, в этой чаще, да под крики, ее сердце и вовсе остановится.

Стало тише, вой и ругань стихли, впереди показался двухэтажный запущенный дом из потемневшей древесины. Ворота нараспашку, оконные рамы выбиты и торчали наружу. Слева разгорался огонь, но пока что не выглядел серьезным пожаром. Бамбуковые высокие стебли возле дома были поломаны, срезы выглядели свежими. Вокруг – натоптано, черно от грязи. Рядом с домом тек ручей. Черная вода пробивалась из-подо льда и снова уходила под снег – в ручье лежало тело без головы. Из него вытекала черная кровь, окрасившая воду.

Старуха не выдержала, упала на колени в снег и зарыдала от ужаса. Напрасно муж пытался поднять ее и дотащить до дома – она уже ничего не понимала, вся ее воля была направлена только на то, чтобы не приближаться к этому месту.

Пока старик поднимал ее, их накрыла тень – что-то подкралось беззвучно и теперь ждало. Старик, почти физически ощущая, как от страха выпадают волосы, обернулся, широко открыв глаза, чтобы встретить опасность. И понял, что ничего не сможет сделать, даже если бы взял в дорогу оружие. Над ним возвышался змей. У него была одна большая голова по центру, две поменьше и совсем маленькие по бокам, все они в упор смотрели на стариков, явно чего-то ожидая. Рот змея приоткрылся, и стали видны клыки, полные яда. Ужаса добавляла еще и окровавленная морда змея, словно он только что загрыз кого-то.

Старик схватил обломок бамбука, готовый защищаться даже им, змей отшатнулся, но только чтобы взять разгон для атаки. Но тут послышался свист, оба противника замерли, словно знак был для каждого из них.

Из дома выбежал заклинатель в синем ханьфу, перепачканный кровью и гарью. Он быстро направился к чудовищу и старикам и поспешно заговорил:

– Не бойтесь, он не нападает на людей. Что вы здесь делаете? Сюда нельзя. Тут был кто-то из ваших родственников?

Следы заклинателя на снегу были красными, словно кто-то разбрасывал за ним лепестки маков. Змей, кажется, стал меньше размером и поспешил к хозяину.

Издалека казалось, что заклинатель, как и все в его клане, необычайно высок и тонок. Но когда он приблизился, выяснилось, что он ниже старика на полголовы. Он стоял на безопасном расстоянии, ожидая ответа на свои вопросы. Справа и слева от него откуда-то сверху свалились еще двое: девушка с копьем и коренастый парень с мечом. На обоих были теплые плащи с меховыми воротниками. Если бы не рассказы об этих троих, девушка и парень сошли бы за духов-помощников.

Женщина наконец пришла в себя, оправилась от страха. Рядом с заклинателями она почувствовала себя в безопасности, и ей стало гораздо лучше. Она выпрямилась, стала отряхиваться. Одеты старики были хорошо, богато, даже странно, что с ними не было слуг. Похоже, они шли сюда только вдвоем. Жена шепотом обратилась к мужу:

– Говори…

И тогда на колени рухнул уже он, трясясь от страха. Заклинатели попятились, переглянулись.

– Мы столько слышали про троицу из Юйлана.

Девушка зашипела и прикрыла лицо рукой, коренастый парень удивленно приоткрыл рот, а старик заговорил быстрее:

– Мы знали, что вас очень сложно найти. Специально невозможно. Поэтому пришли туда, где вы точно будете. И где, конечно же, после вас, как и всегда, будет безопасно. У нас есть огромная просьба к троице из Юйлана. Наш сын в лапах чудовища. Оно обмануло его и притворяется человеком. Мы пытались выгнать эту тварь, но сын уходит за ней следом. Пытались отравить, но ее не берет ни один яд. Обычным заклинателям нет никакого дела до несчастного мальчика, а мы готовы щедро, очень щедро заплатить за одно злостное чудовище. Даже больше, чем вы получили за уничтожение этого места.

Заклинатель в синем улыбнулся, как только речь зашла о деньгах, наклонился, чтобы помочь просителю подняться, мягко произнес:

– Не стоит так волноваться. Вы уже нас нашли, уже обратились правильно. Мы с радостью поможем в вашем несчастье, только расскажите поподробнее.


– Не передать, как меня бесит, что нас везде теперь знают как троицу из Юйлана, а мы даже не знали, как это место называется… – пожаловалась Сяо Тун.

– Все могло быть хуже, – напомнил Фа Ханг. – Сешен был раньше, но там погибло больше людей, чем чудовищ. Нам еще одолжение сделали, назвав именно Юйлан.

– Но мы ни одного демона там не убили. Это вообще не наша заслуга, – возразила девушка.

Они сидели в небольшой комнате постоялого двора. Окна плотно закрыты, у двери Фа Ханг чутко прислушивался к звукам за дверью. На столике рядом с Сяо Тун стояли открытые баночки с косметикой. Она накрасилась сама и сейчас тщательно замазывала шрам на шее и подбородке Лин Ху, который терпел эту процедуру с каменным лицом.

– А о скольких «заслугах» никто не знает или предпочитает молчать? – подал голос Лин Ху, пользуясь тем, что девушка снова замешивала краску. – Я вообще не возражаю, что с нами иногда боятся связываться. Меньше проблем.

– Мы хотели прятаться! – напомнила Сяо Тун. Лин Ху проворчал:

– Тебе какая разница? Тебя уже нашли.

Девушка схватила его за подбородок, притворилась, что подбирает цвет к его светлой коже, посмотрела ему в глаза и напомнила:

– А мы и не нас прячем, а Фа Ханга. Как насчет твоих жизненных принципов? Ты же согласился, как только услышал, что заплатят много. А если бы нас опять попытались втянуть во что-то ужасное? Если бы они просто попытались избавиться от девушки руками заклинателей?

– Будь это обычная девушка, нас бы никто не нанимал. – Лин Ху вывернулся из ее рук, взял со стола зеркало и всмотрелся в него. Шрам все еще был виден, но не так сильно, как обычно. – Потому что на обычных девушек хватает обычных бандитов. Незачем переплачивать заклинателям. И хватит укорять, что я думаю о деньгах. Мы ночевали в снегу, носили обноски и ели крыс и змей.

– Змеи нормальные на вкус же, – не очень уверенно возразил Фа Ханг.

– Разве плохо, что я не хочу возвращаться к этому? Всегда хорошо иметь что-то про запас, чтобы не хвататься за первую попавшуюся работу. И, кстати, иметь возможность помогать бесплатно, как хочет наш не очень скрытный друг. – Он бросил взгляд в сторону Фа Ханга. Тот покраснел и отвел глаза. Сяо Тун возразить было нечего, она посмотрела на Фа Ханга с таким же выражением. Девушка была против обоих пунктов: как браться за работу, не разобравшись, даже если за нее хорошо платили, так и ввязываться бесплатно во что-то очень опасное. Да, были демоны, от которых страдали крестьяне, а они могли победить их без труда. Но были и сильные твари. Иногда крестьяне долго собирали деньги, чтобы заплатить тем, кто поможет им справиться с опасностью. И часто Фа Ханг отказывался от этих денег!

Понятно, почему злился Лин Ху: юноша не привык ограничивать себя в обычных потребностях, в теплом ночлеге и вкусной еде. Но Сяо Тун была из крестьян и понимала, какой ценой собирались эти деньги. Но ведь это была оплата серьезной работы. Ведь платили же за то, чтобы на новом поле выкорчевали пни, точно так же оплачивалась и работа заклинателей.


Лин Ху было уже восемнадцать лет, Сяо Тун – девятнадцать, Фа Хангу недавно исполнилось двадцать. Больше трех лет назад они смогли скрыться ото всех, перевести дух и подумать, что же могут делать. Первое, что нужно было признать, – они оказались слабыми. Потенциал был, но что толку, если они не представляли, как его развивать? Тогда и встал вопрос о клане или школе заклинателей, к которой можно было бы примкнуть. Два года трое заклинателей провели в школе Чжоу.

Школа Чжоу была очень закрытой, никогда не принимала участия в соревнованиях, держалась подальше от войн и прочих споров и распрей и была, по сути, мистической школой высоко в горах. Они не прятались, их мог найти любой желающий, высказать свою просьбу и получить отказ.

– Разбойники напали на мою деревню, похитили жену и дочь, прошу помощи у сильных даосов!

– Нет.

– Генерал подсидел меня, и теперь я остался один, а у него армия. Но у меня есть деньги, я готов заплатить за людей из…

– Нет.

– Позвольте взглянуть на столь легендарный монастырь изнутри, дабы…

– Нет.

– Примите нас в ученики.

– Нет.


Был сезон больших снегов. А уж так высоко в горах снег лежал всегда. Трое просившихся в ученики стояли в нем на коленях в ожидании другого ответа. То и дело над воротами появлялась лысая голова одного из учеников, убеждалась, что люди еще тут, и снова пропадала. Учитель к стене не подходил больше ни разу – он дал свой ответ. Наша троица простояла там целый день, ночь и еще день. Все это время в снегу и не сходя с места. А к ночи разразилась снежная буря.

Главному ученику очень долго не хотелось покидать теплые залы храма. Он был уверен, что просители ушли. Многие стучали в ворота, некоторые целый день стояли на коленях перед храмом. Некоторые – два. Бывали те, кто ждал больше, падали от голода, и ученики школы Чжоу уносили просителя вниз, в деревню. Бури в горах суровы. Что бы ни просил гость, сколько бы ни было жизней на кону – в бурю уходили все. И главный ученик был уверен, что и трое подростков покинули место у ворот. Но одна мысль все же не давала ему покоя: что, если они все еще там, страдают от холода и ветра? Может, стоит предложить им хотя бы одеяла? Конечно, учитель не хотел вмешиваться во внешние дела, но все-таки эти люди пришли стать частью школы, значит, попасть внутрь. Старик, наверное, по привычке отказал им – было время, когда он сам спускался в мир за учениками. А эти пришли сами. Девушка? Так и что же, бывали в школе и девушки.

Когда главный ученик вышел к воротам, все оказалось так, как он и думал: перед ними было пусто. Снег занес даже следы просителей. Ученик обрадовался и побежал к главе с новостью о том, что очередные просители не выдержали бури и покинули гору. Учитель выслушал, прихлебывая свежий чай. Он был древним стариком, который и выглядел на свой возраст и ходил сгорбившись, опираясь на посох. Он ничего не ответил, только жестом попросил свой посох, с его помощью поднялся и вышел из комнаты. На улице было темно и все еще мело, причем с разных сторон – то в лицо, то в спину. Заинтригованный, ученик отправился за учителем. Тот вышел на помост над массивными воротами, прищурился, рассматривая снег. Тот лежал ровно, кажется, даже больше намело. Что-то увидев, учитель спокойно перепрыгнул стену и приземлился на другой стороне, тут же увязнув. Посох остался наверху. Глава трижды засунул руки в сугроб и рывком одного за другим вытащил запорошенных белым подростков. Все трое были похожи не на людей даже – просто на мешки с мясом. Старший ученик содрогнулся от мысли, что, возможно, визитеры уже мертвы. Замерзли насмерть. И это будет его вина – вышел бы он немного раньше… проверь он снег перед воротами.

– Позови старших учеников, – велел учитель, держась за спину. – Этим детям понадобится лечение.


Поместье являло собой образец достатка и величия, несмотря на то что находилось в лесу, вдалеке от города. Это была летняя резиденция родителей, и старшего сына с его первой наложницей отправили сюда. Тогда еще родители считали, что это просто женщина, задурившая ему голову, и что сын одумается. Они не понимали, что играют ей на руку и теперь сын оказался в полном ее распоряжении.

Один из слуг не так давно попытался отравить главу семейства. Был пойман с поличным и признался, что выполнял приказ старшего сына. Весь главный дом был в панике. Родители попробовали нанять обычных убийц – двоих крепких воинов. Пока старший сын отсутствовал, они выволокли женщину во двор. Слуги слышали ее крики, но и только. Позже растрепанная женщина вернулась в дом, поправила одежду и волосы. Но во дворе не было людей, а на стенах и на земле остались красные полосы, словно кто-то вместо воды утром полил сад кровью. Родители решили поступить следующим образом: в доме сказали, что ушли помолиться богам, чтобы те вразумили сына, а сами отправились искать троицу из Юйлана.

Не будь рядом гнезда демонов, этих троих можно было бы и не встретить. Одно было известно точно: они внезапно появлялись и внезапно исчезали. Говорили, что кто-то гнал их вперед, не давая задерживаться на одном месте. Когда их разыскивали специально – не могли найти. Если кто-то давал объявление, что ищет именно их и готов хорошо заплатить за работу, все понимали, что к вечеру их и в городе уже не будет, и ни за какую работу они не возьмутся. Они либо вызывались сами, либо их можно было как-то подловить и сразу просить помощи и договариваться о цене.

Наши герои не очень верили на слово. Всегда была вероятность, что им солгали и что вместо демонического гнезда в роще – военный лагерь, за нападение на который расправятся, скорее, с ними. Или что родители решили избавиться от нежелательной пассии сына, обвинив в том, что она демон. Если с логовом демонов было просто и достаточно одного взгляда, то с девушкой, которой, возможно, удавалось обманывать всех долгое время, пока она не проникла в самое сердце семьи, было посложнее. К счастью, глава семейства помогал им. Накануне он отправил сыну письмо, где было сказано, что родители желают познакомить его с достойной девушкой из знатной семьи, которая подойдет ему в жены. В конце концов, у чудовища был статус всего лишь наложницы, и, не имея родословной, на большее она не могла претендовать. Да и сын знал, что для положения в обществе ему необходимо жениться. Все выглядело логично. Оставалось последнее – внешний вид.

В нужный день троица появилась у поместья, где жил старший сын, в непривычном виде. Сяо Тун в платье из тонкого шелка с вышивкой изображала невесту – в богатом. Фа Ханг, в доспехах и с обычным мечом на поясе, – брата невесты, который, согласно обычаям, должен был сопровождать ее в поездке. На Лин Ху тоже было женское платье. Но попроще, а лицо прикрывала вуаль. Конечно, им не обязательно было придумывать такой сложный маскарад, и «невеста» могла приехать с двумя братьями, но тогда она оставалась без служанки, что могло вызвать подозрения. Но дело было в том, что из-за Лин Ху их уже узнавали. Точнее, из-за его весьма примечательного шрама на лице.

Судьба юноши была сложной: он полгода проработал на врагов своего клана, а затем его посадили под арест. Когда за ним пришли уже другие враги, Лин Ху попытался себя сжечь. Шрам от ожога протянулся от подбородка до скулы. В порыве отчаяния юноша не надеялся выжить, а теперь приходилось мучиться с шрамом, который еще и испортил внешность, из-за чего молодой человек серьезно расстроился. Так что прикрыть лицо вуалью его даже уговаривать не пришлось. Да и против того, чтобы сыграть девушку-служанку, он ничего не имел. Так надо. Все равно ничего сильнее их уже не опозорит.

От дополнительного сопровождения отказались: во‑первых, старший сын знал своих слуг, а во‑вторых, пришлось бы защищать и их.

Заклинатели ожидали наглухо закрытых ворот, но их встречали как дорогих гостей. Причем сам глава поместья, без возмутительницы родительского спокойствия. Но с левой и с правой стороны от ворот выстроились слуги – десять человек разных возрастов, все мужчины.

Сяо Тун знала, что делать. В клане, который выкупил ее для своего наследника и от свадьбы с которым она сбежала, ее учили, как должна вести себя будущая невеста: глаза в пол, руки сложены, шажки маленькие и осторожные, улыбка смущенная и нарисованный румянец на щеках – вполне себе невеста, стеснительная, но заинтересованная в предстоящем браке (второе давалось ей сложнее всего). Неприятно было снова играть ту роль, которой она с таким трудом избежала. Неприятно было после нескольких лет полной свободы снова изображать покорность.

Жених не демонстрировал никаких эмоций. Но посматривал с интересом – уже неплохо, по крайней мере, это давало возможность войти внутрь поместья и осмотреться.

Хозяин поместья был молод, ненамного старше Сяо Тун. Высокий, с прямой осанкой, держался уверенно и без страха. Возможно, он не видел никакой опасности в навязанной невесте, а возможно, предполагал, что все трое больше не выйдут из поместья. По его бесстрастному лицу трудно было что-то понять. На Сяо Тун он взглянул один раз, все для себя решил и произнес:

– Я приказал приготовить гостям комнаты. Сегодня вы устали с дороги. Обговорим все завтра. Я собираюсь удовлетворить просьбу вашей семьи о свадьбе, но все же окончательное решение смогу принять позже. Пока отдохните.

Фа Ханг шел последним. У него не было особо сложной предыстории. Он просто был какой-то там по счету реинкарнацией бога смерти Ван Хайфена, убитого в масштабной битве триста лет назад.

## = Глава 2 =. В доме чудовищ


– Зря вы заставили служанку надеть вуаль. Неужели предполагается, что она может красотой затмить хозяйку? Сомневаюсь.

Сяо Тун осознавала, что ей просто льстят, чтобы расположить к себе. Она все правильно поняла с первого раза, и вряд ли в доме мнение хозяина изменилось. Девушка предполагала, что тот и не собирался жениться. Хотя пока не понимала почему – разве ему не нужен статус?

Лин Ху отлучился. По его же словам, помочь приготовить комнату и осмотреться, чтобы хорошо выполнять тут свои обязанности. А вот Фа Ханг оставить девушку не мог – это было бы странно. Близкий родственник был обязан защищать невесту, следить, чтобы ей не нанесли даже словесного оскорбления. Как всегда, Лин Ху получил больше возможностей для маневра. Надо было одеть невестой его, он тоже знал этикет. Но даже в вуали, со своей тонкой талией и смазливыми чертами лица он все равно оставался парнем в платье. Ему просто повезло, что к «служанке» никто не присматривался.

Девушки-заклинатели все еще были для общества в новинку, в некоторых местах о них и не слышали. Поэтому в Сяо Тун часто не видели угрозы. Фа Ханг шел просто за компанию. С типичной внешностью воина и заклинателя: широкоплечий, коренастый, ясноглазый – он рядом с остальными часто смотрелся обычным защитником. Опасным, но все же одним.

Вместо ответа Сяо Тун спрятала лицо за рукавом, опустила глаза.

– Моя сестра польщена, – невозмутимо ответил Фа Ханг.

– Подскажите, почему ваша семья так затянула с браком? Ваша сестра ведь уже немолода?

– Сестра много болела. Сейчас ее здоровье уже в порядке, так что о наследниках можете не беспокоиться.

Заклинателям никогда не суждено было узнать, что такое семейная жизнь. В лучшем случае неким подобием ее могла бы стать своя собственная школа на старости лет. Но до старости еще нужно было дожить.

– Тогда хотелось бы обсудить приданое. Я старший сын, мои родители уже немолоды. Это поместье – только начало, и я не собираюсь тут задерживаться. Что может предложить семья невесты?

Фа Ханг невозмутимо вытащил из-за пазухи свернутые бумаги. С чертежами и подписями – все поддельное и предоставлено родителями жениха. Хоть с этим возиться не пришлось.

Лин Ху тем временем показывали, где в доме можно взять воды, чистую одежду и белье, где метелка и в чем стирать вещи. Слуга, который провожал его, был не просто сдержан – он был натянут как струна, ни одной эмоции. Если бы Лин Ху мог говорить без опасения выдать себя голосом, он бы задал несколько вопросов. Хотя бы для того, чтобы понять, человек перед ним или кукла. Это нужно было выяснить, чтобы представлять масштабы разрушений, которые могут случиться. Заказчик велел, чтобы они не жалели ни дома, ни слуг. Но и Сяо Тун, и Фа Ханг потом долго ныть будут, если слуги окажутся живыми людьми, а он их заденет.

– И… комната для прислуги. Через стену от покоев твоей хозяйки, – закончил слуга, бросил на лжеслужанку быстрый взгляд, чтобы понять, все ли та поняла. Напуганным он не выглядел, скорее, сдерживался, чтобы не выдать что-то или, может быть, кого-то.

Лин Ху повернулся. Они были примерно одного роста, и, когда слуга собрался уйти, легким взмахом руки Лин Ху уколол его в шею. Юноша мгновенно убрал руку и принял непринужденную позу, а слуга огляделся и схватился за шею. Значит, живой и боль ощущает. Это, с одной стороны, было плохо: с живыми людьми не особо развернешься, с другой – хорошо: монстр тут только один. И вряд ли ждет в гости троих заклинателей.

Лин Ху проверил свою комнату – небольшую, похожую на кладовку, пыльную и заставленную вещами. После чего отправился в спальню Сяо Тун. Если придерживаться их легенды, то остаться в комнате своей госпожи он мог только на одну ночь. Так что времени все выяснить у них было не так уж много. Пока что в этом доме Лин Ху не увидел ни одной девушки. Вообще ни одной женщины. Это было неправильно. Даже в летнем доме имелись служанки. Была работа, которую сваливали на них и которую мужчины считали для себя неприемлемой. Тут же всем занимались именно последние. Размышляя об этом и прикидывая, насколько он сам в безопасности, Лин Ху открыл дверь в комнату наложницы хозяина… и вздрогнул. Он не почувствовал ее. Ни как человека, ни как чудовище. Словно комната была пустой или в ней находилось животное.

Девушка, похоже, осматривалась. Вряд ли она их не слышала, скорее, полагала, что имеет право находиться здесь. Она обернулась и улыбнулась Лин Ху. На ней было роскошное платье – явно не как у служанки и даже богаче, чем у Сяо Тун. И украшений было столько, что она, должно быть, звенела при ходьбе. Стало ясно, что застать врасплох предполагаемого врага не удалось.

– Не бойся, я сама когда-то была служанкой, – произнесла незнакомка.

Ее по-прежнему ничего не выдавало: обычное платье, обычная кожа со всеми несовершенствами. Демоны часто перебарщивали, создавая идеальную красоту, которой не могло быть в реальности.

– Мне сказали, ты не можешь говорить, – продолжила она и шагнула к юноше. Двигалась она плавно, почти бесшумно. Лин Ху нарочно посторонился. Но хозяйка поместья остановилась рядом с ним и пристально вгляделась в его лицо. Лин Ху увидел, как раздувались ее ноздри. А потом по лицу поползла широкая улыбка, словно кто-то пролил на него молоко. Тогда заклинатель понял, что в чем-то, возможно, в какой-то мелочи, но они прокололись. И можно больше не притворяться: их раскрыли.


Им приготовили комнаты в дальнем углу поместья. Все три – рядом. По центру располагалась спальня Сяо Тун, слева – Фа Ханга, справа – Лин Ху. Сяо Тун заглянула в свою комнату и тут же поджала губы: белье лежало прямо на голой кровати. Лин Ху должен был расстелить его. Конечно, Сяо Тун могла бы и сама, но какая она тогда хозяйка… Но тут в голове девушки мелькнула догадка. Лин Ху не был дураком. Он не забыл бы о такой детали, если бы не случилось что-то важное. Сяо Тун остановила слугу и как бы между делом – Фа Ханга, который уже собирался зайти в комнату лжеслужанки, приняв ее за свою.

– Простите, но моей служанке уже пора заканчивать осмотр хозяйства. Она нужна мне здесь. Разыщите ее и прикажите прийти.

Слуга поклонился и ушел. Спокойный и собранный, ни тени эмоций – Сяо Тун внимательно посмотрела ему вслед.

– Мы же говорили, у нее есть имя, – шепотом напомнил Фа Ханг. Сяо Тун втолкнула его в свою комнату, осмотрелась, прикрыла дверь.

– Имя есть, а ее уже нет.

– Думаешь, он… она попала в неприятности?

– Было бы странно, если бы нет, – задумчиво произнесла девушка. – Выжди немного и тоже иди ее искать.

– Для этого придется оставить тебя одну.

Сяо Тун медленно и многозначительно кивнула. Фа Ханг понял, что в этом кроется еще что-то, но что именно, он пока не понял, хотя на всякий случай уточнять не стал.

Однако ни слуга, ни Лин Ху так и не появились. За окном стемнело. В комнате было холодно, и Сяо Тун попросила зажечь жаровни, еще раз спросила, не нашли ли ее служанку, и заглянула в соседнюю комнату к Фа Хангу – его не было. Девушка не слышала, как он уходил, но, выглянув в окно, увидела, что в сад по снегу тянулись следы. Скорее всего, Фа Ханг не понял, зачем ему искать Лин Ху, кроме как спасти, и ушел через окно, не привлекая внимания. Сяо Тун только вздохнула, глядя на это. Ее план заключался в том, чтобы остаться одной. На одинокую девушку проще напасть. Но говорить об этом прямо было опасно: их могли подслушивать. За Лин Ху она не волновалась совершенно. Одно чудовище с ним, даже в платье, ничего не сделает.

Фа Ханг, несмотря на высокий рост и массивную фигуру, умел передвигаться незаметно, и потому на его уход никто не обратил внимания. Наверняка все думали, что он все еще охраняет девушку. Благодаря своей незаметности юноша мог подслушать, что происходит в поместье. До его ушей долетели бытовые разговоры: что готовить на ужин, красива ли невеста, успел ли кто рассмотреть, как вы думаете, достанется ли нам или хозяин отдаст только служанку…

Фа Ханг остановился. Этот разговор явно был не только про ужин.

– Конечно достанется. Его хозяйка сама сожрет, если он ее только тронет. А что же ей, нетронутой погибать?

– Ну, она ж все-таки не простая девка. Какая-то богатая, из господ… За нее нам головы-то…

– А за что нас-то? От нее даже костей не найдут потом. Если болтать не будешь, то никто и не узнает, что они тут были.

– Это-то, конечно… а что с мужиком? Выглядит страшным. Он в доспехах. Что, если он воевал?

– Так и нас сколько?

– Ну, допустим, скрутим мы его. Так он до этого все равно троих-четверых убить успеет. И я не хотел бы быть в их числе.

– Возможно, им займется сама хозяйка…

– Ага. Будет она нас жалеть. Нас до сих пор не убили только потому, что от нас живых проку больше. А помрем – так и что?

– Так и убирать, стирать некому будет.

– Так уж и не найдут кому?

– Так надо, чтобы не только убирал и стирал, а еще и язык за зубами держать умел.

Фа Ханг слушал это, сидя на крыше. В доме зажигались тусклые огни. Со своего места он мог видеть окна комнаты Сяо Тун – там тоже горел огонь. А слева и справа от нее – два темных провала окна. У юноши сжалось сердце. Он хотел бы не думать об этом. Он хотел бы убивать только монстров. Он хотел бы, чтобы люди были добрее и честнее, искреннее и чтобы в них преобладали только хорошие чувства. Но, увы, люди раз за разом разочаровывали…

Хотелось вернуться к Сяо Тун, но она, судя по всему, была в безопасности, а вот Лин Ху потерялся… И Фа Ханг продолжил поиски.


Так же, как и Лин Ху, Сяо Тун не почувствовала ничего. Ни злого, ни доброго. Она слышала шаги, пусть и мягкие, но было ощущение, что по коридору никто не идет. Просто эхо. В дверь ее спальни постучали, и в комнату вплыла наложница старшего сына. Сяо Тун стояла у стены, рядом с дверью, и оказалась у гостьи за спиной. Увидев комнату, в которой горел свет, но никого не было, наложница растерялась сначала, посмотрела налево, направо, а когда попыталась обернуться, на ее шее затянулась тонкая световая нить, своим концом уходившая в пол в центре комнаты. Молодая женщина вскрикнула.

– Уже очень давно я посылала за своей служанкой, – негромко произнесла Сяо Тун, прикрывая дверь в комнату. – Но мне кажется, слуга ее даже не ищет.

– Думаешь, я не знаю, кто ты?! – тут же взвилась наложница.

– А, ну, раз ты знаешь, то не мешало бы и самой представиться, – предложила Сяо Тун, скрестив руки на груди. – Почему я ничего от тебя не чувствую? Ты не злой призрак. Но и вряд ли человек.

– Я хотя бы женщиной не притворяюсь! Кучка проходимцев! Думаешь, раз спрятал лицо, то я не пойму?! – Незнакомке очень сложно давался поворот головы – на шее осталась кровавая полоса. И все же она изогнулась и теперь через плечо смотрела на Сяо Тун. Ее ноздри стали раздуваться, и заклинательница улыбнулась.

– Ты?! – спросила наложница, но закончить предложение не смогла, еще раз внимательно осмотрела Сяо Тун с головы до ног, задержавшись на покатых бедрах и груди. – Ты кто такая?

– А, все же не знаешь. Тогда сначала я. Ученица школы Чжоу, Сяо Тун, здесь…

– А, потаскуха из клана… клана… название клана забыла. Или теперь называют потаскухой школы Чжоу?

Тун улыбнулась самой холодной улыбкой, какой только могла, и сделала жест рукой – нить на шее девушки затянулась, крови выступило еще больше, и та начала задыхаться.

– Твоя голова все еще на месте, потому что я не могу найти человека, с которым мы вместе сюда пришли. Он был переодет в служанку.

– Он мертв! – прокряхтела молодая женщина, пытаясь ногтями разорвать нить.

– Ну да, как же, – кивнула Сяо Тун и собралась затянуть удавку еще сильнее, но снова услышала шаги. В этот раз довольно громкие. Люди, но много. Это как-то выбивалось из картины происходящего в доме…


Сараи и кладовые в задней части поместья, в самых дальних углах его, пустовали, и тут было темно и безлюдно. Фа Ханг немного удивился: они же собирались готовить ужин. Он почувствовал движение в одной из кладовых. И что-то неприятное… похожее на мерзкий запах, но связанное с энергией места. Стоило протянуть руку к двери – она открылась сама, на снег вышел Лин Ху, завернутый в какую-то мешковину, спокойно отдал ему сверток, словно именно Фа Ханга здесь и ждал, и осторожно, чтобы не скрипнула, прикрыл дверь.

– Мы искали тебя! – громким шепотом возмутился Фа Ханг. Лин Ху жестом попросил его быть тише, убедился, что напарник слушает, показал на сверток, потом на дверь сарая, из которого вышел. Снова на сверток, и снова жест тишины. И потом осторожно развернул ткань.

В лунные ночи, особенно когда лежит снег, на улице не так темно, как летом. Фа Ханг смог различить очертания руки на тряпке. Осторожно, морщась от жалости, коснулся ее. В сравнении с его ладонью эта была маленькой. Девичьей. Лин Ху снова приоткрыл дверь, Фа Ханг резко отвернулся. Их просили справиться с чудовищем, которое виновно только в том, что совратило человека и замыслило убийство. Только замыслило. Вряд ли в главном поместье знали, что тут все так серьезно…

– Мне нужно было узнать, где они их держат, – шепнул Ху. Он вернул руку на место. – Есть ли живые. Я просто подыграл.

– Почему она тебя оставила?

– Я притворился, что мертв, – ответил юноша и сбросил мешковину. Платье на груди было порвано и окровавлено, но сам Лин Ху, кажется, был цел.

– Ты знал?

– Догадывался. Куда-то пропали все девушки.

– Я слышал разговоры слуг… Они их не просто убивали. Хорошо, что мы и Сяо Тун в безопасности.

– Она с тобой?

Фа Ханг опомнился и смущенно произнес:

– Нет, но они думают, что я охраняю ее… Хах… Они же не станут нападать, пока я как бы там… ну, как бы… я даже свет там не зажег. Пошли скорее…


Они стояли в дверях с довольно примитивным оружием: кухонными ножами, тяпками, молотками. Было похоже на крестьянское восстание – Сяо Тун уже доводилось видеть такое. И, как в тот раз, эти люди, которые днем были так подобострастны и приветливы, теперь как-то неприятно улыбались. Но не были демонами. Они все еще оставались людьми. «Фа Ханг будет переживать», – подумала заклинательница. Отчего-то они не переступали порог ее комнаты, словно на нем был барьер. Но его не было. Иначе бы и девушка могла бы только смотреть на них.

– Вот как, – произнес низкорослый крестьянин с небольшим горбом. Он стоял впереди всех и держал двумя руками тяжелый молот. – А мы думали, что главной проблемой будет мужик… Это кто?

Наложница попыталась извернуться, прошипела:

– Какая разница? Убейте ее! Не схватите, просто убейте! Вас много! Я отдам вам служанку, она никто!

Горбатый кивнул, ступил за порог, и его тут же отбросило назад ударом копья в голову. Оно прошло прямо через глаз до затылка. Копье было духовным оружием Сяо Тун, она выиграла его еще в клане Джинхэй. Слуги попятились. Но заклинательница совершила промах: отвлеклась от главного врага, успела заметить только движение сбоку и отскочила. Одновременно с этим толпа влетела в комнату – потоком, словно плотину прорвало. Деться было некуда, и девушка лихорадочно соображала, что делать дальше.

Копье снова поднялось в воздух, не без труда покинув глазницу мертвого человека. Три года назад все, что она могла, – только заставить оружие летать. Сейчас, едва взлетев, оно быстро превратилось в утыканный иглами шар. При ближайшем рассмотрении можно было понять, что копье просто скопировало само себя несколько раз, соединилось в шар и выставило острия наружу. Но выглядело это настолько жутко, что про Сяо Тун снова забыли. Все, кроме мнимой хозяйки поместья, которая знала: прежде чем оружие доберется до нее, ему придется пройти через несколько тел. Копье рванулось в сторону Сяо Тун, по пути, не разбираясь, отрывало слугам ноги, руки, головы. Пол комнаты очень быстро оказался завален трупами. Тварь ухватила Сяо Тун за волосы и выставила перед собой как щит. Шар остановился, даже не поцарапав хозяйку. Сяо Тун развернулась и попыталась ударить ногой, но ее бросило на пол, она не могла понять что. Не люди, но и не этот монстр. Словно сбило сильным потоком воздуха. Один из слуг, которому оторвало плечо до шеи, оглушительно орал, указывая на рану. Внезапно у него исчезла голова. Сяо Тун перекувырнулась через голову, отступая. Слуги, скользя по крови, ползком пытались сбежать из комнаты. А может быть, вообще подальше от поместья. Шар все еще висел в воздухе. Мнимая наложница стояла напротив. Она протянула руку и снисходительно произнесла:

– Какая слабая магия. Это все, что ты смогла оси…

Шар резко качнулся, пронзив ее ладонь, и она снова вскрикнула. Сяо Тун быстро сориентировалась и решила, что тут справится сама, шар дернулся в сторону двери и едва не впечатался в Лин Ху. Снова вовремя остановился, не задев его, но змей Лин Ху не понял такого коварного нападения на хозяина и зашипел, выбирая, куда мог бы укусить противника, чтобы тому неповадно было. Лин Ху приказа нападать не давал. За его спиной в комнату заглядывал Фа Ханг.

Прежде чем они успели сообразить, что им всем троим делать, слуги поместья перестали представлять серьезную угрозу, что-то произошло: противники остановились и столпились в коридоре. Сяо Тун осталась присматривать за монстром, Фа Ханг осматривал и коридор, и потенциального врага, а Лин Ху вышел из комнаты. К ним направлялся сам хозяин поместья. Осмотрелся, заметил кровь на стенах и на полу и поинтересовался:

– Что тут происходит?

## = Глава 3 =. Трое выживших


– Что тут происходит?

Они почувствовали себя так, словно учитель отправил их убирать двор, а они налепили снежных демонов. Лин Ху даже ощутил фантомные боли от прутьев на пояснице.

И все же именно он поклонился и заговорил первым:

– Прошу простить наш обман. Мы заклинатели школы Чжоу. В ваш дом прокралось чудовище. Мы должны были проверить.

– О, у служанки прорезался мужской голос, – спокойно отозвался хозяин, повернулся к слугам, которые смотрели на него почти безумными глазами. Вот его они, кажется, боялись по-настоящему. – Почему вы убегали? Вас же много… А впрочем, не стоит даже возиться. Я позову линьши[2] и скажу, что вы напали на мой дом, убили слуг.

– Да, конечно. А мы покажем ему сарай с мясными запасами на заднем дворе, – в тон ему ответил Лин. Он хотел проверить, известно ли хозяину об этом… И хотя он уже знал ответ, юноше хотелось, чтобы его услышали остальные.

– Да, это действительно нехорошо, – кивнул хозяин. – Придется теперь либо убить вас, либо задержать, пока мы не уберемся в этом сарае.

Из комнаты вышла Сяо Тун:

– Я тоже хотела бы узнать, что здесь происходит? Что собирались сделать со мной ваши слуги и почему в поместье нет ни одной служанки? Ах да, еще куда делась моя?

– Я тут, – попробовал возразить Лин Ху.

– Ты парень.

Девушка то ли издевалась, то ли что-то задумала. Скорее всего, первое.

– Друзья, – позвал Фа Ханг. Слуги в коридоре снова начали подбираться к комнате. – Мне бы очень не помешала помощь.

Лин Ху повернулся первым. И попался – вместо комнаты был черный провал, и, хотя заклинатель находился за ее пределами, его словно ударили по затылку. Он ослеп, покачнулся и начал падать, но чьи-то руки его поддержали. Осторожно, значит, Сяо Тун. Поддержали – значит, она быстро сориентировалась. Либо на нее уже не хватило сил. Лин Ху попробовал выбраться сам. В кончиках пальцев стало покалывать, они начали двигаться, но все еще медленно. В реальность его вернула пощечина, после чего юношу бесцеремонно бросили на пол, и некоторое время он созерцал потолок и слушал крики. Человеческие крики боли и тяжелое дыхание Сяо Тун. Лин Ху быстро поднялся, закрыв глаза, вытащил меч и шагнул в темноту комнаты. Темнота не проблема, их учили ориентироваться в абсолютной тьме.

– Ты в порядке? – Внутри комнаты ощущение было странное, словно лицом воткнулся во что-то меховое. Он чувствовал: Фа Ханг в центре, вооруженный мечом. А монстр дальше, ближе к дальней от входа стене.

– Да, – отозвался Фа Ханг. – Закрой глаза.

– Очень вовремя, – проворчал Лин Ху. И тогда монстр бросился, устав от их разговоров. И бросился именно на него. Это было опрометчиво: Фа Ханг поднял руку с мечом, зацепил чудовищу бок, развернулся. К ногам упало что-то мягкое. Да и крик… крик был знакомый. Так в ночи орали дерущиеся кошки.

– Дух кота, – понял Лин, также взмахнув мечом. Зверь ушел в сторону, потом зигзагом к двери и вылетел в нее. Послышался крик Сяо Тун.

– Вы там чем заняты?! – возмутилась девушка. И в самом деле, хороши заклинатели: оставили ее прикрывать их, а сами упустили монстра с той стороны, с которой она не ждала атаки. Лин Ху рискнул открыть глаза – комната вернулась в прежнее состояние. Он посмотрел на Фа Ханга и понял, что тот так и стоял с открытыми глазами. Скорее всего, он не сразу понял, что что эта тьма влияла на остальных.

Ситуация в коридоре изменилась. Из слуг остались только двое, они сидели за спиной хозяина, все в крови, обхватив головы руками. Остальные были мертвы или же тяжело ранены. Хозяин стоял на прежнем месте, нижние полы его ханьфу были заляпаны кровью, а к себе он прижимал небольшую трехцветную кошку. Животное выглядело так, словно никого не убивало, это злые заклинатели вдруг пропороли ему бок мечом. Хозяин обеспокоенно гладил ее.

– Покиньте мой дом, и я забуду эту историю, – потребовал он.

– Простите, но как мы сможем ее забыть? – возразил Фа Ханг. Как всегда, он пытался все объяснить. – Я слышал, что говорили ваши слуги. Вы убивали девушек, которые служили у вас. Ваша невеста питалась их мясом. Ведь так? Это сложно было скрыть, поэтому вы втянули в это и слуг.

– Отдавали девушек им, а забирали только мясо! – дополнила Сяо Тун зло. – Отдавали им самим убивать, за это позволяли делать что угодно. Надеюсь, мои собратья-заклинатели не против, что их пришлось убить?

Теперь Сяо Тун смотрела не на хозяина, а на людей за его спиной. Те стукнулись головами об пол и заголосили:

– У нас не было выбора! Нас бы тоже убили!

– Точно, он убивал и мужчин тоже! Мы были напуганы!

Фа Ханг именно в этот момент решил заняться нравоучениями, вышел чуть вперед и заговорил менторским тоном:

– Я думаю, девушкам тоже было очень страшно. Не говоря уже о том, каким мучениям вы могли их подвергнуть.

Вздохнул он как-то очень знакомо, отчего Лин Ху и Сяо Тун тут же насторожились.

– Я тебя ловить не буду, – пообещала Сяо Тун, но Фа Ханг продолжал так, словно и не слышал ее слов:

– Против вас не самый сильный враг. Я пока покину вас. Хочу разобраться.

– Тут все понятно! – возразил Лин Ху. – Они же сами говорили! Разве тебе не достаточно доказательств?!

Но Фа Ханг уже махнул рукой, словно прощался, прислонился к стене и сполз по ней. Никто не стал его останавливать или поддерживать, Сяо Тун еще и выругалась шепотом. Но он был прав: враг у них только один и тот ранен.

Лин Ху заговорил прямо:

– Ваши родители верят, что вы под чарами. Я никаких чар не чувствую. И, судя по всему, вы в курсе, что тут происходило.

– Это твои родители! – прошипела кошка. – Я же говорила! Вся семейка! Нужно было поджечь главный дом! Зачем тебе волноваться о братьях и сестрах? Если они помрут, то с ними не придется делиться!

– Если я внезапно останусь единственным наследником, это обязательно вызовет подозрения. Здесь тут же появятся чиновники для проверки, – ответил хозяин дома, затем снова посмотрел на заклинателей. – Сколько мои родители обещали заплатить? Я могу дать больше.

Кошка, которая только что умирала у него на руках, резко дернула головой и прорычала:

– Не обещай им ничего. Жалкие заклинатели. Я убью их сама.

– А ты раньше вообще с заклинателями дело имела? – спросила Сяо Тун, у которой в руках невзначай снова появилось копье. Она держала его так легко, словно это была тренировочная палка, а не оружие, которое уже перебило почти всех слуг. Кошка стекла на пол. Вытянулась, встала на задние лапы и выпрямилась, приняв облик девушки.

Оставался главный вопрос… Лин Ху произнес его шепотом, хотя и знал, что его все равно услышат:

– Что будем делать с главным?

– Убьем, пока Фа Ханг «разбирается», – мстительно предложила Сяо Тун. Потом вспомнила, что, кроме совестливого Ханга, есть еще один человек, который любит деньги. Если они убьют хозяина поместья, им не заплатят. Она посмотрела на Лин Ху.

– Нет, – произнес он.

– Я откажусь от своей доли в следующий раз, – предложила девушка.

– Не волнуйся, есть другой план.

Дальше отвлекаться было уже опасно: в коридоре снова клубилась тьма, и им пришлось закрыть глаза и положиться на остальные чувства. На что надеялся демон, было непонятно, заклинателей все еще оставалось двое.

Они чувствовали Фа Ханга за своими спинами, хозяина поместья дальше по коридору – тот не шевелился и не пытался сбежать. Демона они не ощущали… Демон принял облик кошки, и пока что его сложно учуять. Но может ли кошка убить заклинателя? Нет. В последний миг ей нужно будет проявить себя, и они оба застыли, прислушиваясь к каждому шороху.

Сяо Тун показалось, что она услышала цокот когтей по полу, но не была уверена. Скривилась, ощутив, как отползли подальше от них слуги, но наткнулись на стены – даже противники были в одинаковом с ними положении.

Девушка почувствовала, как двинулся Лин Ху – вытащил из-за пояса меч. Возможно, он уловил движение или понял, что дух кошки первым нападет на него. Лин Ху молчал. Он отвел меч и сделал уверенный резкий выброс, разрезая темноту. Ничего не случилось.

– Кажется, ты… – начала Сяо Тун, собираясь пошутить. И тут Лин Ху отбросило назад. Внутренним зрением Сяо Тун чувствовала только, как что-то темное вцепилось в горло юноше и опрокинуло его. Она бросилась помогать, но что-то в темноте тут же полоснуло ей по рукам. Несильно, но… Демон не превращался. Это все еще была кошка.


Тем временем Фа Ханг очутился в своей черноте. Много жизней назад он был богом смерти и под руководством учителя теперь смог осторожно нащупать свою связь с ним и превратить в способность, при этом не пробуждая к жизни самого бога. Ханг просто брал часть его силы и способностей. Сейчас он мог увидеть прошлое того места, где находился. Не было видно практически ничего, все прошлое было черно. Вспышками в этой черноте возникала смерть.

Сначала было тихо, и маленькими огоньками его отвлекали смерти кур, коров, кроликов. Он чуть не пропустил ту смерть, с которой все и началось. Если бы они не знали, что это демон кошки, если бы Фа Ханг среди прочих смертей не узнал ее – он бы пропустил. Но он увидел маленькую кошку. Переломанная, едва дыша, она забралась под дом. Животное было даже жаль… Фа Ханг заглянул в ее сознание перед смертью, и его самого скрутило от боли в переломанном маленьком теле. Старший сын любил кошку, проводил с ней много времени, часто играл. Какая-то красиво и богато одетая девушка убила ее. Вряд ли служанка. Но кто именно – кошка не знала, не мог узнать через нее и Фа Ханг. Небольшое затишье – и посыпались смерти. Одна за другой. Фа Ханга ломало от чужой боли как от собственной. Хрустели кости, под острыми лезвиями расходилась кожа. Его душили, топили, ему перерезали горло. Он пропускал все через себя, но на теле не оставалось следов. Зато на душе…

Поэтому Сяо Тун и Лин Ху не любили, когда он использовал эту технику, особенно на больших капищах, где смертей было много. Но Фа Хангу хотелось разобраться, понять… Той самой богато одетой девушки, которая убила кошку, среди мертвых не оказалось.


Лин Ху в горло вцепилась все-таки кошка. Расцарапала ему шею и, будь он обычным человеком, могла его и убить. Но Лин Ху оставался заклинателем – перехватил кошку за хвост и швырнул в сторону Сяо Тун. Та не успела сориентироваться, кошка полоснула ей по рукам, но тут же девушка упала сверху, накрыв ее собой. Лин Ху приложил ладонь к шее, запечатал кровь, прикрыл рану.

– Слезь, корова! – прошипела кошка и вновь стала расти, превращаясь в человека. – Раздавишь!

Под Сяо Тун шевелилось и шипело тело, но передние лапы кошки девушка прижимала когтями к полу. Они превратились в длинные и острые ногти. Вот такими артерию перерезать – запросто.

Стоило Лин Ху вернуться к битве и замахнуться, как на них двинулся хозяин поместья.

– Не трогайте ее! – приказал он. – Вы не доберетесь до линьшу! Я сам вас убью, если вы ее еще хоть раз заденете!

Сяо Тун получила в подбородок, даже не успев понять, какой именно частью тела, и демон молнией бросился к своему хозяину. Тот тоже не видел в этой темноте. Слышал, как побежала к нему кошка, потом ощутил легкое дуновение. Для человека без магической подготовки это был просто сквозняк, Лин Ху и Сяо Тун же ощутили, как мимо них проскочило что-то огромное. Именно так воспринимался Фа Ханг сразу после своей медитации – его даже можно было спутать с богом смерти. Но на нем оставалась лишь часть грозной ауры. Вмиг стало светло и тихо. Хозяин дома протягивал руки, собираясь спрятать и защитить любимого питомца, но в коридоре стоял третий заклинатель, держа меч острием вниз. С него капала черная кровь.

– Я постарался безболезненно.

Хозяин посмотрел на пол. Там лежала большая кошка размером со взрослую свинью. Она свернулась в клубок, но не шевелилась. Теперь черным окрашивалось только пространство вокруг нее.

– Милосерднее, чем убивала она.

Сяо Тун и Лин Ху спокойно наблюдали, как хозяин бросился на Фа Ханга. Знали, что человек ничего не сможет ему сделать. Молодой заклинатель перехватил занесенную руку, зажал ее. Мужчина заорал так, словно руку ему сломали.

– Мне жаль, что в прошлом так вышло, – как ни в чем не бывало продолжил Фа Ханг. – Но это нужно было остановить.


Когда стало светать, к поместью явились заказчики. Чудовище лежало на снегу, завернутое в дорогое платье, которое было теперь окончательно испорчено. Над ним – старший сын на коленях, он больше не сопротивлялся и не пытался ни на кого напасть, и двое испуганных слуг, бледных и трясущихся после пережитой ночи. Они были связаны.

При виде стариков Лин Ху, который уже успел переодеться, вышел к ним, очень мягко и решительно преградил им дорогу, не подпуская к сыну. Сяо Тун и Фа Ханг стояли за спинами слуг.

– Ваш сын не был околдован, – произнес Лин Ху. – Он убивал вместе с чудовищем. Только чудовище делало это ради еды, а ваш сын и его слуги – ради забавы.

Лицо отца стало пунцовым, он поджал губы, гневно посмотрел на сына. Тот даже головы не поднял.

– Мы запрем его, – пообещала супруга старика. – Убьем слуг и запрем его… Не беспокойтесь. Мы его накажем, это не сойдет ему с рук.

Чтобы заклинатели убрались поскорее, она достала из мешочка на поясе сверток и передала Лин Ху, тот принял, поклонился и произнес:

– Тогда вверяем его вам.

Он вернулся к Сяо Тун и Фа Хангу. Те отреагировали неожиданно спокойно, да и задерживаться здесь не собирались. Словно вспугнутые птицы, они взлетели на крышу ворот поместья, задержавшись на мгновение. Сверху было видно и то, как отец подошел к сыну, ударил так сильно, что тот упал в снег, и то, как бросилась поднимать его мать. А еще – как к поместью приближался вооруженный отряд с линьши во главе.

В обучении, которое они прошли, имелся один существенный плюс: они больше не были безымянными заклинателями. Ученики школы Чжоу (а этого статуса учитель их так и не лишил, хоть и выгнал) достойны, чтобы обратить внимание на их донос и рассмотреть дело подробно. После всего, что Лин Ху изложил в письме с подробным указанием, где искать трупы и сколько всего было убито, родители не смогли бы выкупить своего сына ни за какие деньги. Шэвей, который доставил письмо, поспешил к хозяину, прополз мимо стариков с их сыном, словно мимо пустого места, забрался по воротам и занял место на поясе Лин Ху.

– Они пустят слухи, что мы берем деньги, а потом все равно сдаем спасенного на суд, – усмехнулась Сяо Тун.

– Будто это самые страшные слухи, что про нас ходят, – фыркнул Лин, разворачиваясь, чтобы бежать, пока воины не дошли и не взяли их в свидетели. – Ты двоих слуг оставила в живых, чтобы никто не говорил, что мы оставляем только трупы?

– Я думал, это свидетели, – вмешался Фа Ханг. Сяо Тун не ответила.

## = Глава 4 =. Хижина в горах


Место было живописное. Его выбирали за другие качества: оно располагалось далеко от деревень, занимало небольшую площадь и было хорошо защищено, – но с видом им повезло: огромная луна, елки в снежных шапках, припорошенные снегом утесы.

Лин Ху уже снял плащ и теперь дышал на замерзшие руки. Лин Ху и Сяо Тун стояли на берегу, по колено в снегу. Небольшое озеро было покрыто толстой коркой льда. Во всяком случае, Фа Ханг спокойно шел по нему. Если бы он хотел, мог бы и по снегу пройти, не оставляя следов, несмотря на свою комплекцию. Фа Ханг поклонился, стоя лицом к берегу, в центре озера. Сделал несколько совершенно ненужных акробатических движений: покрутился на одной ноге, разжег огонь в руках, перекинул его из одной в другую и спрятал, словно бы погасил. Сяо Тун похлопала этому небольшому представлению. Лин Ху наверняка сделал бы то же самое, но у него замерзли руки. Тогда Фа Ханг подкинул огонь над головой. Два такта сердца огонек был небольшим и словно исчез в этом холоде, но потом увеличился до размеров маленького солнца, осветил берег, озеро, деревья и холмы вокруг. Фа Ханг встал на меч, завис надо льдом и стал втапливать огненный шар в его зеркальную поверхность. Зашипело, повалил пар, Лин Ху сразу согрелся, Сяо Тун стало жарко, и она тоже начала раздеваться. Маленькое солнце погасло, лед на озере полностью растаял, а над водой поднимался пар. Вокруг снова была ночь.

– Располагайтесь, – пригласил Фа Ханг, спускаясь с меча на берег.

В воду они, впрочем, залезли не сразу, нужно было осмотреться и убедиться, что никто не заметил их представления, и можно спокойно купаться. Только после этого все трое окунулись в озеро.

Вода была прохладной, несмотря на пар, но, по сравнению с температурой воздуха, вполне подходящей. Им приходилось мыться более холодной. А тренироваться и вовсе в ледяной.

У Лин Ху на груди осталась рана, больше похожая на рваную царапину, но Фа Ханг и Сяо Тун увидели ее впервые после задания в поместье.

– Кошка тебя все-таки задела? – спросила девушка. Лин Ху стоял спиной к ней, намыливал плечи. Двигался он уверенно, значит, не болело.

– Мне нужно было обмануть ее, прикинуться мертвым.

Мылись голыми, но никто не смущался.

В самом начале своих странствий они узнали, что в заклинательском кругу к Сяо Тун прицепилось прозвище «потаскуха клана Джинхэй». При попытке разобраться выяснилось, что обзывают ее так не только потому, что она сбежала от будущего мужа, выразив тем самым неблагодарность вырастившему ее клану, но и потому, что она в одиночку путешествует с двумя парнями. Вначале им часто не хватало денег на три разных комнаты и все ютились в одной. Никто из троих никогда не задумывался, как они выглядят в глазах остальных заклинателей. Вскоре Лин Ху объявил, что его путь самосовершенствования включает в себя отказ от плотских утех. О том же самом скоро объявил и Фа Ханг. Заклинатели могли не накладывать на себя никаких ограничений. Но те, кто решались отказаться от какого-то из нечистых занятий, будь то выпивка, чревоугодие или же похоть, духовно росли быстрее. Так что для обоих юношей такой отказ был даже выгоден и не слишком их тяготил, а Сяо Тун уже была им как сестра.

Сяо Тун отказалась от алкоголя. Им было интересно, почему она выбрала именно это ограничение. Ведь если девушка отказалась от свадьбы, можно было предположить, что плотские удовольствия ей были также неинтересны… Но как знать, может быть, Сяо Тун не ощущала в себе сил отказаться от любви и боялась не справиться с этим чувством. Ведь нарушение договора имело для заклинателя серьезные последствия. Обеты немного помогли, но все же иногда до Сяо Тун долетало мнение о ее нравственном облике. Сначала она расстраивалась, злилась, но, если сто раз сказать человеку одно и то же, смысл слов теряется. И для Сяо Тун это перестало быть чем-то позорным – просто слова.

– Далеко на север они нас загнали, – снова заговорил Лин Ху, намылив голову. – Давайте двигаться на юг. Я устал от холода.

Сяо Тун тоже мылась аккуратно, пропуская пряди волос между пальцами. Рядом отфыркивался Фа Ханг, разбрызгивая воду в разные стороны.

– Мы уже пытались прорваться на юг, оба раза нас загоняли обратно. Если бы зависело от нас, давно бы уже нашли себе спокойный клан и осели там.

– Я вот иногда думаю, – подал голос Фа Ханг, – что мы могли бы быть очень полезными в хозяйстве. Насколько легче стало бы моим родителям, если бы я жил с ними! Я мог бы доставать им пресную воду зимой и…

– Вокруг снег. Зачем им пресная вода, если нужно только растопить? – напомнила девушка. – Твоя деревня – то место, где тебя как раз и ждут. И не только родители.

– Ты же не хочешь, чтобы они рисковали из-за тебя? – не оборачиваясь, мрачно напомнил Лин Ху и ушел под воду с головой. Вынырнул и тут же принялся разбирать волосы.

– Да я не понимаю, как вам не хочется домой! – Фа Ханг снова нырнул, но в этот раз довольно долго оставался под водой. Лин Ху и Сяо Тун стояли спиной друг к другу и думали о том, почему им не хочется домой. Потому что родной отец Лин Ху пытался его убить, а отец Сяо Тун продал ее в клан Джинхэй? Иногда Фа Ханг был очень осторожен с чувствами посторонних, но забывал про такт со своими.

– Давай его утопим, – предложил Лин Ху.

– Бросим, – одновременно предложила Сяо Тун. Они обернулись и улыбнулись друг другу. Хотя Фа Ханг нырял где-то около берега, вынырнул он между ними. И замер, прислушиваясь.

Сяо Тун и Лин Ху тоже застыли.

– Кто-то идет, – пояснил Фа Ханг. Все трое бросились к берегу.

– Я же говорила, нас заметят! – напомнила Сяо Тун. Лин Ху возразил:

– Именно ты и ныла, что после такого задания нужно хорошенько помыться!

– Может, это крестьяне?

– Нет, вряд ли, – просто ответил Фа Ханг, бросив взгляд на лес и скалы за озером.


Когда около озера появились двое заклинателей, оно уже успело остыть и начало покрываться еще тонким льдом. На снегу у самого берега остались следы босых ног и быстрых сборов, но, куда ушли люди, было неизвестно.

– Чую, в озере купались двое молодых здоровых юношей, – произнес высокий заклинатель. Неприязненно поморщился и прибавил: – И девушка…

Он был одет как монах, волосы короткие, через переносицу рваный белый шрам. Около его головы и плеч словно на прозрачных нитях держались бусины, каждая размером с яблоко. Между собой они не были соединены, но все равно держались ровно. При движениях они покачивались. Глаза заклинателя были светлыми почти до белизны. Высокий, широкоплечий, но оружия при нем не было.

Женщина рядом с ним была еще выше, очень тонкая, что в сочетании с таким ростом придавало ей некоторый демонизм. Несмотря на холод, на ней, кроме легкого шелкового платья, ничего не было. Оружия при ней тоже не оказалось, если не считать накладок на ногти, из золота с инкрустацией. Сложно было определить ее возраст: она выглядела молодой, но морщилась, словно старушка, несмотря на это, кожа на лице казалась неестественно гладкой. При упоминании девушки она тоже скривилась.

– Как они услышали? – спросила она. Наклонилась и попробовала рукой воду. – Они были тут недавно. И все же… слишком далеко, чтобы услышать.

Заклинатель усмехнулся:

– Я же говорил, что это они! Расслабились! Думали, что никто не заметит такой огромной вспышки!

– Откуда ты знаешь, что это они?

– Я могу определить по запаху!

– Мерзко. – Женщина осмотрелась, пытаясь отыскать следы.

– О нет, нет. Не мерзко. Девушку я по запаху не отслеживаю. Мне все равно, чем она пахнет, – заверил заклинатель и отправился обходить озеро.

– Куда? – все еще без особого интереса спросила женщина.

– Я же сказал, что чую их. Нам туда.


Они уже привыкли, что на пути внезапно может появиться небольшое поселение, куда в лучшем случае можно добраться по едва заметным тропинкам. Иногда это были специально удаленные места. Например, в одном у жителей не было носов, что выдавало в них беглых каторжников. Но у людей было много иных поводов жить подальше от дорог и суеты. Этот поселок путники не заметили по другой причине. Здесь было абсолютно пусто. Ни дыма, ни посторонних запахов, очень просто было принять это место за часть пейзажа, если не подходить ближе.

Первым делом они обыскали селение – совсем маленькое, на пятнадцать небогатых домиков. Не было гнилой еды, если не считать помойных ям, никаких оставленных животных. Люди обстоятельно собрались и покинули место, всё забрали с собой. В этом тоже не было ничего удивительного: селение далеко от крупных городов, к тому же около скал, землю здесь обрабатывать трудно. Скорее всего, люди ушли искать лучшей жизни.

Осмотревшись, путники снова собрались в центре селения, у большого каменного круга, где, судя по всему, готовили еду на праздники.

– Тут никого нет, – развела руками Сяо Тун.

– Но их не сожрали, – кивнул Фа Ханг. – Похоже, просто бросили… Мы бы не заметили этого места, если бы не пошли по земле. Я думаю, тут можно переждать.

И оба посмотрели на Лин Ху, ожидая его решения. Конечно, хотелось перевести дух: они задержались на прошлом задании, потом несколько дней шли, ночевали в снегу, не останавливаясь в городах. Боялись, что их все еще смогут найти и задержать как свидетелей. Задерживаться было нельзя: если надолго оставаться в одном месте, скоро появятся враги. Чем дольше промедление, тем больше врагов. С некоторыми они могли справиться, с другими силой сделать было ничего нельзя, когда их становилось много, результат мог быть непредсказуем.

Конечно, заброшенные хижины не постоялый двор, но все же здесь можно было устроиться с бо`льшим комфортом, чем под открытым небом.

– Хорошо, – согласился Лин Ху. – Ночуем в одном доме, очаг не разжигаем, голос не повышаем.

Правила и так знали. Выбрали дом в центре, чтобы с краев оставались еще хижины. Конечно, огонь они не разжигали: у заклинателей были другие способы согреться и обогреть дом.

Они закрыли окна досками, замазали глиной щели. В центр стола поместили найденную глиняную миску, и в нее Фа Ханг высадил огненный лотос. Цветок был размером с настоящий, но состоял целиком из углей. Не столько горел, сколько тлел. Но для небольшой хижины при плотно закрытых окнах и этого тепла хватило.

В доме оставалась кое-какая мебель: стол, очаг, немного пыльной посуды, которую достаточно было протереть снегом. Когда немного отогрелись, все снова выжидательно уставились на Лин Ху. Тот сидел возле огненного лотоса, протянув к нему руки, и грелся, хотя в хижине уже было теплее, чем на улице. Юноша делал вид, что не замечает их взглядов, но не удержался, дважды поднял глаза, снова посмотрел на огонь и спросил:

– Что?

– Это какое-то наказание? – спросила Сяо Тун.

– Может быть, – уклончиво ответил он. – Когда доходит до того, чтобы браться за работу, то деньги для вас вторичный вопрос, а я меркантильный и не о том думаю. Но еду мы сами не выращиваем, а значит что?

– Да брось, мы позволили тебе сдать этого ублюдка властям! Хотя я бы сама его с радостью придушила. – Девушка начинала злиться. Голод и необходимость выпрашивать еду делали ее очень злой.

– Я не алчный

– Да, конечно, никто так и не думал, – поспешил заверить Фа Ханг, который тоже очень хотел есть. Говорят, были заклинатели, которые умели питаться солнечной энергией и водой… Их такому не учили.

– Мы можем ворчать, но мы понимаем, что деньги нам нужны, – согласилась Сяо Тун.

Тогда Лин Ху кивнул, поставил на лотос железную миску, которую заготовил заранее, так как не мог оставить их голодными. Снег в ней начал таять, и Лин Ху полез в свой мешок.

У Сяо Тун и Фа Ханга съедобные припасы закончились раньше, но они знали, что у Лин Ху лучше получается рассчитывать еду. Если бы она и у него подошла к концу, он бы дал знать, что нужно найти город и рынок.

Лин Ху готовил кашу из разных круп с добавлением бобов и арахиса. Пар поднимался к потолку и оседал, не найдя выхода. Выдать их он не мог, но делал помещение еще теплее… Конечно, если бы сюда пришли другие заклинатели, они бы их обнаружили, но друзья могли почуять погоню раньше, людей вокруг не было, так что они позволили себе расслабиться. Конечно, они всегда оставались начеку, но сейчас подвернулась возможность немного погреться, никуда не бежать, поспать в теплой хижине сытыми, чистыми – о, как мало им теперь нужно было для счастья!

Они часто так останавливались. Не всегда везло найти брошенные дома, но все же иногда подворачивались и вот такие хижины. Друзья готовились к спокойной ночи и были почти уверены, что никто их не побеспокоит.

Но запах горячей каши и человеческого дыхания проник в ущелье, разбудив то, из-за чего когда-то селение и покинули его жители.

Наши герои не знали об этом. Лин Ху поставил на стол готовую еду. Посуды было не так уж много, да и не хотелось тратить время на то, чтобы раскладывать по тарелкам. Так что ели прямо из миски. Хижина прогрелась так, что можно было спать на полу, горячая каша согревала изнутри, и все было не так уж плохо. Можно даже сказать, хорошо. Сейчас они оторвутся от преследователей, их следы затеряются, можно будет снова заходить в города, останавливаться на постоялых дворах.

– Я бы осел где-нибудь до весны, – вслух продолжил свою мысль Лин Ху. – Денег, что мы сейчас получили, хватит. Затеряемся и переждем опасное холодное время где-нибудь в тепле.

– Мне нравится… – поддержала Сяо Тун. Фа Ханг взволнованно перебил:

– Но демоны и чудовища не спят зимой! Они продолжают убивать и вредить людям! Как мы можем отдыхать, если кто-то страдает? Разве мы ради денег пустились в путешествие?

– Это может быть опасно, – попыталась вразумить его Сяо Тун. – Дахань[3], холод…

– Но мы заклинатели! Большие холода уже пришли, но мы справляемся. Если бы нам встретился замерзающий путник, мы бы спасли его!

– Много путников мы спасли? – проворчал себе под нос Лин Ху.

– Мы зря учились? Просто чтобы сидеть в сытости? Тогда стоило остаться в доме Лин Ху! Там была еда, барьер и дрова, там бы мы всю жизнь могли прожить! Но мы вышли навстречу опасностям и подвигам!

– Нас заставили, – напомнил Лин Ху. Он сам не был уверен, что провел бы в том доме всю жизнь.

– А Сяо Тун могла не сбегать и не навлекать на себя позор! Наверняка в клане Джинхэй были теплые комнаты и сытная вкусная еда.

– Началось. – Сяо Тун закатила глаза. Она стрельнула взглядом в сторону Лин Ху, он поймал ее взгляд, нахмурился, отложил палочки и заговорил как с ребенком:

– Мы сами можем погибнуть и тогда никому хорошо не сделаем. Мы всё дальше забираемся на север. Поселения здесь всё реже, меньше людей.

– Так давайте двигаться на юг! – поддержал Фа Ханг.

– Сейчас у нас есть еда. Если она закончится, а мы так и не найдем город, то снова будем голодать и есть то, что сможем поймать. Мыши горькие. Как и змеи. От этого никакие приправы не спасают. Меня даже сейчас передергивает от воспоминаний об их вкусе.

– Ему не приходилось целый сезон жить с нами в горах, в пещере, и питаться всем, что ползало вокруг, – напомнила Сяо Тун.

– Но я готов и к таким лишениям! Тогда мы смогли уничтожить демоническое гнездо!

Сяо Тун и Лин Ху рассмеялись, тут же зажали себе рты, прислушались. Вокруг все еще было тихо, доносились только обычные звуки ночного леса.

– Никто не уничтожал гнездо, – напомнила Сяо Тун. – Мы едва ноги оттуда унесли. Если бы не огромная удача, нас бы там сожрали.

– Я сдаюсь. Хочет путешествовать – пусть хотя бы мешок с едой носит, – согласился Лин Ху. Они знали, что Фа Ханга все равно не переспорить. Тот засиял, сел обратно и потянулся к палочкам:

– Я знал, что в вас не исчезло желание помогать людям и в холод, и в жару.

– Но лучше бы в жару, – прибавил Лин Ху, снова взявшись за палочки.

И тут все трое замерли. Как были, наклонившись над мисками… В лесу послышался звук шагов. И прыжков. Кто-то двигался то по снегу, то по верхушкам деревьев.

– Быстро доедаем, никуда не бежим, прячемся, – приказал Лин Ху. – Мы не оставляли следов. Посмотрим, кто это. Если кто-то посторонний, то можем предложить им переночевать тут же.

– Посторонний. Тут. Как же, какое совпадение, – прошептала Сяо Тун, но поспешила доесть. Фа Ханг потушил лотос и спрятал его в своих вещах. Они убрали доски с окон, приоткрыли дверь и спрятались. Из дома постепенно уходило так тщательно собранное тепло.


Было тихо, и вдруг с одного из деревьев упала тень, приземлилась у края деревни и резко выпрямилась, оглядываясь. Молодой заклинатель в бордовом плаще и темно-бордовой клановой одежде. Поселок встретил его тишиной. Он подал знак, и из леса к нему выбежала девушка в одеждах того же цвета. Молча они обошли селение, заглядывая в каждый дом. Дошли и до хижины, где совсем недавно ужинали трое молодых заклинателей. Молодой человек осветил внутренность хижины светом в руке, но увидел только заброшенное место. Девушка заметила, что в хижине, кажется, было чуть теплее, чем снаружи и в других домах, но особого значения этому не придала.

Фа Ханг, Сяо Тун и Лин Ху видели, кто пришел. Они знали этих заклинателей и поэтому к ним не вышли.

Заклинатели убедились, что в поселке никого нет, как нет и следов трагедии, люди просто покинули это место. Оба остановились неподалеку от хижины, где прятались путники.

– Шисюн[4], я устала, – пожаловалась девушка. – Мы же никому не помешаем, если останемся здесь хотя бы до утра? Снегу намело по колено. У меня уже ноги отваливаются.

– Да, я тоже устал, – признался юноша. – Они довольно отчаянные… Если бы мне пришлось ночевать в горах, я бы тоже выбрал брошенное селение. Кажется, они решили спрятаться в скалах… в какой-нибудь расщелине. Бр-р-р. Наверное, это холодно…

– А может, мы их опередили и они еще не пришли сюда? Может, и нам стоит спрятаться?

– Или притвориться местными? Превратимся в стариков, накормим их, предложим чай с сонными травами. И…

Что дальше, кажется, он и сам не знал. Девушка поторопила:

– И что? Сможешь убить спящего?

– Нет конечно! – возмутился заклинатель.

– Так и знала, ты не такой уж плохой человек!

– Чего мечтать, если их тут уже нет… Если честно, я думал, что мы быстрее управимся…

– Ты сам виноват, что отпустил их тогда, – упрекнула девушка. Заклинатель согласился с ней, их голоса отдалились. К счастью, для ночлега они выбрали дом подальше отсюда.

– А я бы и попался, – прошептал едва слышно Фа Ханг. – Если бы тут были старички, которые накормили нас и напоили чаем с травами, я бы попался. Очень хитро.

Сяо Тун и Лин Ху не ответили. Не сговариваясь, они решили дождаться, когда заклинатели уснут, после чего улизнуть из селения. Они лишились возможности одну ночь провести в тепле и безопасности. Зато успели помыться и поесть – уже огромная удача.

## = Глава 5 =. Чудовище в горах


Заклинателям в бордовых одеждах не нужно было ни от кого прятаться, они спокойно разожгли очаг, грели на нем воду. С их появлением деревня словно ожила, хотя их было только двое. Сяо Тун бесшумно подкралась ближе. Нужно было проследить, когда заклинатели уснут, и можно будет уйти.

– Ты уверен, что учитель не поиздевался над тобой? Быть может, стоит вернуться и честно отказаться от этой миссии? Она же тяготит тебя, – вкрадчиво заговорила девушка. Сяо Тун очень хорошо знала такую интонацию. Она так же понижала голос, когда хотела кого-то уговорить.

– Нет, нет, нет. Я не могу вернуться и сказать, что ничего не вышло. Тем более что все получится. Другое дело, если бы учитель обманул меня и эти люди были не виноваты… Но учитель оказался прав. Каким бы добрым ни выглядел этот парень, он натворит много зла, как только его прошлое проснется. Мне тоже очень жаль убивать его, но… в конце концов, я обещал, что, кроме него, никого не трону.

– Ты не сможешь убить его.

– Смогу. И вообще… тебя никто не отправлял сюда. Ты сбежала, и учитель тебя еще за это накажет!

– А как иначе? Ты в одиночку против троих. И у них, в отличие от тебя, совести и сострадания нет. Я не хотела сидеть и ждать тебя в школе, получить только весть о твоей смерти и даже не попрощаться.

– Нет, что ты. Я же сильный.

Девушка прыснула, но тут же сделала вид, что поперхнулась.

У них с собой были уже немного зачерствевшие булочки, к которым они вскипятили чай.

Сяо Тун знала этих ребят, они уже дважды встречались. После того как Фа Ханг, проспав несколько месяцев, очнулся, они практически сразу напросились в ученики школы Чжоу. Так как школа располагалась в горах, не имела внешних контактов, ни перед кем не отчитывалась, про них не знали снаружи. Все это время для остального мира они были мертвы. Их преследователи могли считать, что трое юнцов погибли на острове в тот момент, когда на него напали чудовища или когда демоны решили пригласить на свой пир двоих живых заклинателей и одного беспробудно спящего. Главное, что их никто не искал.

Некоторое время спустя из школы их выгнали, и они вернулись в мир в полной уверенности, что всего лишь за два с половиной года про них все забыли. Они ошибались.

Первым их нашел клан Джинхэй, точнее, трое его наследников, старшим из которых был несостоявшийся муж Сяо Тун. Им удалось сбежать, но поиски Джинхэй Вэйшенга обрели второе дыхание. Он увидел, что женщина, которую он искал, все еще жива, а значит, ее можно вернуть в клан. Второй была не самая приятная стычка с кланом Тьен, с отцом Лин Ху. Отец прострелил сыну ногу и едва не убил. Лин Ху догадывался, но все же до конца не верил, что отец сможет так поступить. Спас его тогда старший брат Тьен Син. Снова пришлось бежать. После этого их нагнал сам бог войны и близкий друг Вэй Юшенга – Ван Хайфен. Богу сложно было отлучиться незаметно, поэтому он прислал своих подельников: одного из сыновей бога смерти – Вэй Чжимина – и бывшую наложницу того же бога – Го Юнхуа. Это было самой сложной битвой, они смогли спастись только хитростью.

После всех стычек появление Бань Бао из клана Цзайхун показалось даже смешным. Он был героем в поисках славы и сначала даже смог обмануть их, прикинувшись другом и заблудившимся заклинателем. Потом сам же рассказал, кто он и зачем его послали, но к тому моменту Фа Ханг, Сяо Тун и Лин Ху настолько были к нему расположены, что предпочли не вступать с ним в бой и просто сбежали. Из всех людей, что преследовали их, Бань Бао и его спутница, младшая ученица Моу Сюли, были самыми безобидными. Если бы они не хотели убить Фа Ханга, чтобы не смог возродиться Вэй Юшенг, столкновения с ними можно было бы назвать забавными.

К счастью, сейчас преследователи тоже устали и довольно быстро легли спать. Еще какое-то время негромко переговаривались, потом второй голос стих и слышался только монолог Бань Бао. Голос у него был теплый, мечтательный. Сяо Тун подумала, что этот парень чем-то похож на Фа Ханга, во всяком случае, такие интонации она у него слышала. Стало тихо. Она посидела около хижины еще немного, но изнутри раздавалось только мерное дыхание. «Я могла бы убить вас, вы бы и не заметили», – подумала она мстительно, хотя и знала, что вряд ли бы смогла пробраться внутрь незаметно. Как известно, чем ближе враг, тем проще его обнаружить.

Она поднялась и поспешила к тому дому, где ждали Фа Ханг и Лин Ху. Последний отдал ей пластинку чего-то жесткого и крошащегося, на вкус оно оказалось сладким. Это было просто хрустящее тесто, но похоже было на извинение за то, что девушке пришлось выходить на мороз. Если Сяо Тун и хотела обидеться, то сладкая пластинка во рту помогла исправить дело. Они нагнали Фа Ханга у окраины. Он всматривался куда-то вверх. Лин Ху жестом спросил, что случилось. Тогда Фа Ханг показал на верхушки деревьев.

– Вон там, – шепнул он. – Что-то темное и тягучее. Шевелится.

Лин Ху и Сяо Тун прищурились.

– Ночь? – предположила Сяо Тун.

– Да не, там правда что-то есть. Призрак какой-нибудь. Они безвредные, – подтвердил Лин Ху. – Они даже оцарапать не могут. Разве что напугать.

– Хорошо. – Фа Ханг заметно расслабился, улыбнулся. – Хорошо, что мы его заметили. Если бы этот призрак пожаловал к нам, мы бы очень громко кричали.

Возможно, он пошутил. Они отправились дальше, в горы, стараясь не оставлять следов и не шуметь. И речи быть не могло о том, чтобы заночевать где-то поблизости. Пока что враги не знали точно, что их добыча совсем рядом…

Раздался женский крик. Все трое словно споткнулись, первым опомнился Лин Ху и попытался успокоить остальных:

– Напугал. Просто напугал, как я и говорил. Мы бы тоже орали, увидев эту тварь.

Сяо Тун и Фа Ханг, может быть, даже согласились бы, но крик послышался во второй раз. Он звучал так, словно женщина уже была при смерти.

– Еще они могут нас заманивать, – напомнил Лин Ху. Сяо Тун остановилась, раздумывая, а Фа Ханг уже помчался назад. Не обращая внимания на шум и следы, он мчался к дому, где остановились заклинатели. Лин Ху тяжело вздохнул, переглянулся с девушкой.

– Без нас он однажды погибнет, – вздохнула Сяо Тун и двинулась за Фа Хангом, хотя и не так быстро. Лин Ху подумал, не случится ли это приятное событие прямо сейчас, но все же последовал за ними.

Существо не было призраком, тем не нужно было влезать в окно или дверь, они просто появлялись внутри дома. Это же существо торчало задними ногами из двери, всем телом в доме и время от времени вздрагивало. Оно было таким большим, что тело его с трудом помещалось в дверной проем. Длинное, как змея, черное настолько, что сливалось с ночью.

Фа Ханг добежал первым, схватил пришельца за хвост и попытался вытащить наружу. Сяо Тун поступила проще: вызвала копье и со всей силы вонзила в хвост.

Крови не было, копье вошло в тело как во что-то вязкое. Неведомый гость обратил внимание на заклинателей, попятился и вытащил из дома огромную голову – такую же черную. Она была похожа на голову старика с лысым черепом и глазами-щелочками. Возможно, существо было слепо.

– Это еще что? – спросила девушка. Фа Ханг признался:

– Без понятия.

Существо передвигалось на четвереньках, хотя передние конечности были похожи на человеческие руки. Оно немного помедлило и повернулось в сторону Фа Ханга и Сяо Тун. Видимо, решило сначала устранить угрозу, а потом поесть. Сверху на монстра прыгнул Лин Ху, но его меч точно так же слегка мазнул существо, зато с пояса на снег упал кнут, зашевелился и развернулся в трехглавого змея Шэвея. Такое оружие оказалось эффективнее – во всяком случае, когда самая большая голова принялась рвать темную плоть, неведомый пришелец проявил недовольство, фыркнул, тряхнул вязким телом и начал пятиться. Лин Ху с Шэвеем шли за ним.

Фа Ханг бросился к хижине.

Огонь в очаге освещал сидевшую на полу Моу Сюли. Она зажимала рану на левой руке и была вся мокрая от страха и боли. Бань Бао сидел напротив, но смотрел теперь на вход. Он был так возмущен, что Фа Ханг только сейчас вспомнил, где они находятся и кто эти люди. И зачем их преследуют. Он быстро переключил внимание присутствующих и, показав на руку девушки, бросил:

– Дайте мне посмотреть! Может, я смогу помочь!

Бань Бао вскочил на ноги, вытащил меч и, глядя на Фа Ханга горящими от ненависти и решимости глазами, прокричал:

– Я не позволю нас спасать!

Он выскочил наружу и бросился на существо. Девушка немного опешила, когда Фа Ханг подошел ближе, попыталась отодвинуться подальше и нащупать здоровой рукой свой меч. Фа Ханг сделал вид, что не заметил ее движения, осторожно взял за руку. На рукаве остались следы крови, два узких тонких разреза одинаковой глубины, словно лезвиями полоснули. Заклинатель приподнял рукав и осмотрел рану на коже – порезы, которые исходили черным дымом. Фа Ханг всмотрелся и сообщил:

– Это не смертельно.

Девушка с удивлением посмотрела на него.

– И всё? – спросила она, моргнув.

– Я мог бы перевязать, но снаружи я вроде нужнее. – Фа Ханг опустил ее рукав. Моу Сюли поморщилась и выдернула руку.

– Никто и не позволил бы тебе перевязать!

– Это правда все, что я могу сделать. Я имею дело только со смертью. Разве не хорошо, что рана не смертельна?

– Фа Ханг, – позвала Сяо Тун, внезапно появившись в дверном проеме. Она была спокойна, копье в руках испачкано в чем-то черном. Глядя на нее, Фа Ханг решил, что снаружи справляются и без него, и не стал спешить. Он снова повернулся к Моу, и Сяо Тун еще раз позвала его.

– Они здесь, чтобы убить тебя. Отойди от нее.

– Но она ранена.

– Не смертельно. Пошли, ты нам нужен.

Существо прижимало лапой к земле Бань Бао, он барахтался, но выбраться не мог. Лицо и одежда Лин Ху тоже были испачканы чем-то черным. Шэвей напоминал кошку, сцепившуюся с медведем, пытался раздуться еще больше, наступал, отчаянно рвал шкуру существа, но победить его никак не мог.

– Почему не позвала раньше? – спросил Фа Ханг. Сяо Тун принялась своим плащом вытирать оружие:

– А что мы сделаем? На него даже духовное оружие не действует. Можно надеяться только на Шэвея.

# Примечания

1

Начало декабря.

2

Китайский судья.

3

Двадцатые числа января.

4

Старший ученик.