Станислав Трофимов
Гудошная сказка

© Трофимов С. В., текст, 2024

© Ковалев Б. В., предисловие, 2024

© «Геликон Плюс», макет, 2024

Голос традиции

Не существует поэтической палаты мер и весов – каждому своя мера и свои Весы.

Хорхе Луис Борхес полагал, что именно по этой причине поэт порой стремится примкнуть к какому-нибудь направлению, школе, обзавестись эстетической программой, а это ошибочно: «Произведение само диктует автору нужную форму: стих или прозу, манеру барочную или простую. Теория может оказаться замечательным подспорьем (вспомним Уитмена), а может породить чудовищ или попросту музейные экспонаты».

Томас Стернз Элиот считал, что истинную индивидуальность поэт обретает, только когда осознает себя частью традиции.

Станислав Трофимов не относится ни к одной школе, ни к одному направлению, но всецело принадлежит русской традиции.

В его поэтических текстах органично сочетается духовное и музыкальное. Станислав Трофимов имеет богатый опыт церковного служения; ныне же он солист Мариинского и Большого театров, один из ведущих басов современной русской оперы. Это сочетание оказывается чрезвычайно интересным и плодотворным в поэтической перспективе: образность и тематика одной сферы сплетается с музыкальностью, ритмичностью другой.

Станислав Трофимов известен как исполнитель, который чрезвычайно тщательно и вдумчиво подходит к работе над партиями. Этот творческий метод он применяет и к поэтическим текстам.

Однако будет ошибочно предположить, что его стихи однообразны по тематике. Представленные в этой книги тексты вызывающе контрастны.

«Гудошная сказка» – фольклор несуществующего народа, эпос придуманного мира. «Сказание о гноме», смешное и грустное, уютное и масштабное, написано в своеобразной сказительской манере: точные рифмы соседствуют с ассонансными, но неизменна и строга интонация, управляющая стихом и открывающая читателю фантастический мир сказки. «Месть гнома», одна из наиболее эмоциональных частей «Сказания», написана с использованием лейтмотивной техники – пример осмысленного применения в поэтическом тексте оперных методов. С одной стороны, здесь можно узнать черты вымышленных миров Толкиена и Льюиса, с другой – явственны приметы русских сказок. Именно фольклор и деревенский быт наряду с позаимствованными из оперы техническими решениями становятся почвой для фантастического универсума «Гудошной сказки», что мотивирует как формально-технические, так и интонационно-тематические особенности этого текста.

Совсем иная – «Покаянная поэма». Это образец аскетичной духовной поэзии. Написанная в пору Великого поста, своим ритмом и скорбной интонацией она погружает читателя в особое состояние. Это поэзия не светская и не светлая – ее стоит читать и прочитывать именно как «покаянный», фактически молитвенный текст – в тот же период, когда он и был создан. Поэма написана по Великому покаянному канону преподобного Андрея Критского и находится в русле этого труда: каждой песне предпослан эпиграф, текст изобилует цитатами, вступая в живой поэтический диалог с претекстом.

Поэзия Станислава Трофимова всегда обращена к Богу и к человеку – скорбному, ничтожному, кающемуся, и все равно прекрасному. Человек ничтожен и грешен, он мал и незначителен – в этом его трагедия. Но даже сознавая свою ничтожность, человек стремится к любви, состраданию и жизни – и в этом его красота. Запечатлеть в стихах этот парадокс – редкая удача, однако, как представляется, перед нами именно такой случай.

У Станислава Трофимова множество слушателей – не сомневаюсь, что теперь он обретет и своих читателей.

Борис Ковалев,

член Союза писателей Санкт-Петербурга

Гудошная сказка

Когда б налили вы шутам,
Мы б песню подтянули!
Когда б не жмотились к гостям,
Мы б пляску развернули.
Чего сказать – всегда найдём,
Запасы не измерить,
Мы с песней по миру идём,
Уж можете поверить.
Мы видели всего везде,
Понасмотрелись вдоволь,
Мы можем петь о старине,
Или чего иного.
Ого!.. Налито! Среди вас
Ценителей немало.
Не пожалели вы для нас —
Так мы начнём забаву!
Гусляр, свистульник и гудок,
Матёрый барабанщик,
Давай! Эй, дудочник, наш срок!
Мы поначнём, вы – дальше.
Но полно… Нам пора начать
Сказания о днях былых.
Настало время обличать
Дела злодеев и святых.

I

Среди лесов, озёр и скал,
В долине волшебства благой,
Чудесный, славный град стоял,
Им правил добрый Маг Святой.
Блаженный и седой старик,
Увенчанный во склоне лет
Великой мудростью. И лик
Его не мерк, рождая Свет.
Сиянье взором он рождал,
Уста зазря не открывая,
Он вечность Истины вещал
И правил, люд оберегая.
При нём Долина зацвела,
Во славе Правды просияла,
Величье Света обрела
И Свет средь тьмы благословляла.
Он Света мантию носил
И среди магов был старейшим,
На доброе дал много сил,
И оттого он слыл добрейшим.
Вокруг него служили честно
Все эльфы, люди, мудрецы,
Служили феи повсеместно,
Герои, во дворце – жрецы.

II

Жрецы – Мудрейшего надежда,
Помощники, его оплот,
Носили светлые одежды,
От тьмы вели его народ.
Средь них хватало всех сословий,
Всех знаний, всех ремёсл, санов,
И святость выше всех условий
Была для жреческих чинов.
Пожалуй, поимённо будем
Их знать и назовём для вас:
Великий жрец, рождённый в людях,
Честнейший, славный Златоглас;
Его десница – честный ум
Из эльфов – славный Яродум;
Из эльфов леса – Кант почтенный;
Угрюмый Дэльг— дитя озёр —
Был из людей, весьма смиренный,
Он с ризами хранил шатёр;
Красавец Кунд – степного рода
Посланник, также из людей;
Пискун – из хитрых эльфов брода,
Народа, коих нет хитрей;
Мафус – огнебородый воин,
Старейший из жрецов дворца,
Он всякой чести был достоин,
Поём без красного словца;
Пришелец от земель далёких —
Могучий воин Громоглас,
Суровый жрец и взглядов строгих
Здесь ко двору пришёл как раз;
Из эльфов доброго сословья —
Мальчишка Публ, слуга небес,
Юнец, не ведавший злословья
И не изрекший злых словес;
И добродетели зеница
Из воинов эльфийских лиг —
Оргид, владычних дел возница,
Светлейшего из магов гид.

III

Дуди дуда! Гуди гудок!
Мы сказку продолжаем.
К нам слушатель не будет строг,
Мы шутовски вещаем.
Пляши, народ, звени, струна,
Воспой, девица, для веселья
И красотою болтуна
Одаришь даром вдохновенья.
К чему вещать? К чему страдать?
Налейте до верхушки чаши!
Налейте так, чтоб проливать,
А болтуны продолжат ваши.

Чего сказать хотели сказом,
К чему сей длительный рассказ?
Мы вам раскроем карты разом
И весь конфликт откроем враз!
Великий Маг, Владыка Белый,
Служитель Света и Добра
Не вечно был седым и зрелым,
Был он и молод. В те года
Он не был магом белой масти
И белых мантий не носил,
Но он служил при высшей власти
Великих Магов и Светил.
В ту пору сам он был возницей
И гидом у Престола Сил,

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.