Евгений Нетт
Это (не) Игра! х1

Глава 01.

«Последний шанс вырваться из реальности! Уникальный промокод и внутриигровые бонусы! Подарки в хранилище, доступные сразу после завершения обучающей главы!» – гласила надпись на офигенного качества флаере. Объёмные, кажущиеся серебряными буквы, сам промокод «под чернение», красочные иллюстрации с обещаниями всего-всего и побольше, побольше! Дам в привлекательных позах, что интересно, изображено не было. Нонсенс по нынешним меркам, конечно…

Но удивили они меня, конечно, ой как удивили. Последним, что я ожидал, получая паспорт в, простите за тавтологию, паспортном столе, был такой вот рекламный флаер. «Вам очень повезло!» – сказала тогда молоденькая сотрудница с неприлично глубоким декольте, вместе с вожделенным документом вручив мне рекламку игры, от вездесущего присутствия которой я до этого момента разве что не отпинывался!

Мобильная игра! Везде! Из каждого утюга, из каждого сортира обязательно хотя бы раз в час, но говорили о ней! Телевидение и блогеры, билборды и вывески, рекламные вставки в ТыТрубе и даже картинки на привычных, но продавшихся рекламодателям продуктов питания – о ней трубили повсюду. А я как мог отбивался от сомнительной перспективы променять боярский ПК-гейминг со всеми его мощами и широтами на крошечный экранчик смартфона и игру, концепция которой мне до сих пор неясна. В неё играли слишком многие, но довольны были все. А такого же просто не бывает! Должна быть подстава…

– Должна же, правда?..

Уже в метро, заняв своё любимое стоячее место с мягким подзадником, на который можно было прислониться, я достал телефон и, косясь одним глазом на флаер в своей руке… сдался. Государственное участие стало той соломинкой, что переломила-таки спину верблюду. Ещё и напротив стояли весело гогочущие парни плюс-минус моего возраста, активно комментирующие происходящее на смартфоне одного из них, по всей видимости, тоже недавно сдавшегося новичка. Болтали о луте, прокачке, лучшем классе, пантеонах и их бонусах… всё то же самое, что бывало и в нормальных, «больших» играх. Мог ли я и дальше упрямиться? Мог.

Но не стал.

Магазин приложений встретил меня баннером на весь экран, рекламирующим, ну кто бы мог подумать, именно то, что я и собирался найти. Приложение со странноватым названием «Это (НЕ) Игра», скачивание которого отняло пару минут, а запуск – так и вовсе считанные секунды. Простенькая регистрация оказалась позади, и я оказался в меню создания персонажа…

– Вашу ж бога душу мать! – Своё лицо я ни с каким другим не спутал бы, а это значит, что промокодик мне вместе с паспортом отдали не просто так. Государство слило мою биометрию! Да ещё и качественно как, то-то телефон в ладони нагрелся, как сковородка в Аду. Фотореализм…

Но редактировать аватар было всё-таки можно, так что я, не будучи дурачком из сказок для взрослой аудитории, – и не тех, которые восемнадцать плюс, – своё внутриигровое воплощение всё-таки немного подправил. Лицо оставил почти без изменений, разве что шевелюре добавил густоты и длины, для солидности. А вот фигура…

Во-первых, несколько сантиметров роста, ибо герою лучше быть метр восемьдесят семь, нежели метр семьдесят восемь. Во-вторых, конституция тела. Плечи и спину пошире, шею повнушительнее, жира поменьше, мышц побольше – так, чтобы получился не гипертрофированный качок, а более-менее серьёзный крепыш из тех, что себя не забрасывают, как я за неимением времени и, конечно же, чрезмерного присутствия лени. Но кто не без греха? Благо, в виртуальных мирах всё это роли не играло. Даже здесь ширина настроек поражала воображение, а уж то, что всё что надо попадалось на глаза чуть ли не сразу – это не иначе как чудо, за которое разработчикам уже можно простить столь наглую рекламную кампанию. И десяти минут не прошло, а игровой аватар был уже готов: вроде и я, а вроде и красавец какой-то.

Именно такого эффекта я и добивался!

Следующим шагом оказался выбор класса… и вот тут-то я впечатлился. По-хорошему впечатлился, ведь игра пока и не думала пускать пыль в глаза обилием выбора, сосредоточившись на, смею надеяться, качестве. Присутствовали все традиционные классы вроде воина, мага, рейнджера, друида и ряда не то, чтобы уникальных, но нестандартных, тем более для мобильных игр. И при всём при этом имелись подклассы – специализации внутри класса, и даже кросс-классы, позволяющие комбинировать хоть классы, хоть подклассы. А ещё всё это добро, как гласила выпадающая подсказка, можно было сменить по ходу игры. Достойно? Даже очень, для мобилки-то!

Впрочем, внимание моё во всём этом приятном многообразии привлёк встречающийся довольно редко даже в «больших» трипл-эй играх класс алхимика, подклассы которого выглядели довольно-таки интересно. Бомбардир, Прозектор, Метаморф и Купажист. Уже необычно, согласитесь? Тут разве что Бомбардир выглядел чем-то плюс-минус скучным, подразумевая закидывание врагов плодами своих алхимических трудов, и потому мне неинтересным, а вот остальные… Признаться, мне даже пришлось смотреть кратенькую справочку, встроенную в само меню выбора, чтобы понять, ху ис ху. Потому что, к своему стыду, два слова из использованных тут четырёх я в принципе-то и не знал…

Я отмёл Прозектора, варящего свои составы из трупов и для трупов, вместе с Купажистом, имеющим сочные бонусы к созданию и использованию смешанно-комбинированных составов. Слишком они мирными казались, а игра, как-никак, рогалик с продвижением по этажам и возможностью потерять персонажа массой разных способов.

Метаморф в противовес вышеупомянутой паре выглядел интересно, но вот его боевая эффективность ощущалась чуточку сомнительно. Я представлял себе такого алхимика как персонажа, способного посредством приёма своих алхимических снадобий адаптироваться к конкретной ситуации, усиляя то, что нужно здесь и сейчас. С одной стороны – универсальность, что плюс. С другой стороны, в играх универсальность это чаще проблема, нежели благо. «Всего помаленьку» в большей части сценариев наглухо проигрывает специализированным навыкам и умениям, что в играх проявляется очень уж часто.

Ситуацию не могут исправить ни бонусы, зависящие от того, во что и как он себя превращает, ни широкий спектр доступных ему специализированных черт, умений и навыков. Врождённые черты, [Крепкие Потроха], значительно снижающие риск интоксикации, и [Гибкий Геном], который и позволял алхимику-метаморфу изменяться, выглядели, будем честны, не очень перспективно, так как и то, и другое работало непосредственно на сами способности подкласса.

А ведь начало игры придётся провести только с этими чертами, суть в бою бесполезными. Присутствовала тут пометка о том, что этот самый алхимический метаморфизм хоть в каком-то виде становится доступен с седьмого уровня, что в играх такого плана немало.

Может, конечно, тут до седьмого пару часов качаться, но я, если что, просто пересоздам персонажа. Всё равно они тут одноразовые и при смерти пропадают, оставляя только запасы в хранилище, а свою исключительность я не верю – точно помру в первые часы. Даром, что ли, игру называют самой недружелюбной к новичкам… но по какой-то причине до одури популярной. И это в нашем мире, в котором среднестатистическому игроку разве что в задницу не дуют, лишь бы ему было уютно и комфортно. Диссонанс, что б его!

Фанаты соулс-лайков, что ли, всех покусали, а я пропустил? Или меня тоже цапнули, вот я и залип с телефоном в лапах?..

Так и сяк покрутив предложенные подклассы и оценив желание играть кем-то ещё, я плюнул и выбрал в качестве подкласса подсвеченное красным «Нет», получив в качестве бонуса за такой выбор дополнительную черту к одной предложенной, и расширенный список доступных черт для персонажа, претендующего на кросс-класс. Из выпадающих же меню узнал о том, что я, не взяв подкласс на старте, в принципе теряю эту возможность. Зато смогу в дальнейшем взять второй класс(!), получив от него урезанный набор бонусов на выбор.

Звучало неплохо, да и к таким извращённым, сиречь нетипичным решениям я был расположен с детства.

Подтвердив выбор, я узрел перед собой внушительный перечень черт, из которых часть считалась профессиональными, а часть – общедоступными. Естественно, первостепенное внимание я обратил на первую категорию, разумно полагая, что такие штуки где попало не выдают, и выбирать нужно мудро.

Как итог, через десять минут из общего пула в полторы сотни представленных на выбор черт я выбрал общедоступное [Хладнокровие], обеспечивающее сопротивление разного рода ментальным эффектам вроде испуга с растерянностью, и профессиональную [Небрезгливость], без которой был высок шанс запороть приготовление и использование специфических алхимических баночек. Никогда не любил «досадные случайности» и рандом, а эти черты работали именно на противодействие оным.

С характеристиками я, потратив на размышления не больше пары минут, поступил радикально: применил рекомендованный шаблон, здраво рассудив, что ничего лучше для алхимика без гайдов я не соображу, а лезть в сеть за руководствами пока не хотелось. В конце-то концов, всегда можно персонажа пересоздать, и сделать всё куда лучше. Промокод, конечно, будет жалко, но и чёрт бы с ним.

Если стану играть, то и без подачек обойдусь.

Теперь оставалось только придумать ник, с которым я мудрить не стал и использовал свой привычный – Оз, да ввести промокод, применение которого спровоцировало появление аккуратного диалогового окна с весь экран размером.

«Удостоверьтесь в том, что вы перекрыли воду в квартире, выключили утюг и отдали любимую собачку в добрые руки. Вы готовы начать свою Историю?»

«НАЧАТЬ ИСТОРИЮ!» /// «ОТКАЗАТЬСЯ!».

Мне ещё тридцать минут ехать в метро, с десяток ждать электричку и в ней трястись почти целый час… Время есть, а слушать лекции сегодня как-то не хочется – и так голова пухнет. Так что я решил прямо сейчас попробовать, что за зверь такой эта ваша не-игра, и засесть за неё на пару часиков так точно.

С такими мыслями я согласился «НАЧАТЬ ИСТОРИЮ!»…

Первой мыслью проскочило нечто ругательное, так как копчиком я приложился хорошо, а вокруг стало так темно, что, похоже, вместе с подзадником, который, очевидно, оторвался от стены, я умудрился и проводку в вагоне порвать. Это вообще возможно? Не, бред какой-то. Тогда что – авария? Но вокруг тишина. Не оглох же я?..

Попытка подняться с пола началась и закончилась тем, что ладонями я упёрся не в гладкий пол, не в чужой ботинок и даже не в осколки стекла, а в шершавый и влажный такой камень. А уже в следующую секунду в ноздри ударил сырой запах давно и надёжно забытого подвала или подпола в гараже. Очень, скажу я вам, неприятный ароматец, вынудивший меня закашляться.

Ну а потом я проморгался, и тьма вокруг расступилась.

– Блять?.. – Я и сам удивился растерянности и страху, проскользнувшему в моём давшем петуха голосе. Потому что я полусидел-полулежал в каком-то мрачном подземелье, единственными источниками света в котором были тусклые факелы у стен, а соседом оказалась взирающая на меня с подлинным недоумением тощая крыса размеров, городскому жителю совершенно непривычных. С собачку дворовую, может, чуть поменьше. И ладно бы я тут очнулся – тогда можно было бы предположить, что меня кто-то нагло похитил, надеясь жить до старости на мою студенческую стипендию в пять тыщь.

Но сознания-то я не терял, вот в чём штука!..

Крыса смотрела на меня недолго, в какой-то момент махнув хвостом и свалив во тьму. С большим запозданием мой мозг «наложил поверх» наблюдаемой картины запущенную вот только что игрушку и меня-аватара на фоне точно таких же подземелий…

В ступоре я пробыл не больше десятка секунд – видно, молодость и незашоренность делали своё дело, так что о статусе я помыслил почти сразу же. И предположение подтвердилось, пусть и с некоторыми нюансами. Я не увидел перед собой интерфейса, но «вспомнил» всё то, что, чисто теоретически, должно было быть в этой вкладке персонажа. Мозг уже своими силами обработал всю эту информацию и вообразил перед мысленным взором соответствующее меню, взявшее всё самое лучшее из любимых игр. Даже в висках закололо немного, но это чувство быстро отступило, и я смог, наконец, должным образом воспринять внедрённые в мою болезную черепушку знания.

Первый уровень, человек, вполне подходящий для алхимика разлёт характеристик, где упор делался на интеллект, ловкость и мудрость. В догоняющих – сила, харизма и выносливость. Если как-то это систематизировать и обдумать нормально, а не на уровне «и так сойдёт!», то картина получалась весьма мне привычная – благо, в ролевые игры «а-ля ДнД» я наиграл часов больше, чем провёл в университете за два с половиной года. Играл я в целом хреново, персонажи все как один были необычными, чаще всего – уникальной кривости инвалидами, да и вокруг не то чтобы игра, но механизм распределения циферок на первый взгляд схож…

Сила: 10

Ловкость: 14

Интеллект: 14

Мудрость: 12

Харизма: 10

Выносливость: 10

Свободных очков: 0

Это было очень странно – рулить персонажем не через интерфейс, а через образы и левые, появляющиеся из Астрала, не иначе, воспоминания в своей же голове. Да и персонажем, о котором я «вспоминал», был я. Работало ли сейчас хладнокровие? Не уверен: я по жизни спокойный как слон, а «попадать» в прошлом для проверки своей реакции на сие событие не приходилось.

Вот такой вот скучный студент-раздолбай, ага.

– Мы в середине большого дерьма… – Бормочу, ещё раз оглядываясь и не находя ничего из того, что так хотелось бы увидеть поблизости. Дверь в родной мир, дробовик или, на худой конец, телефон с доступом в сеть, к гайдам, которые я по этой игре не читал от слова совсем, отсутствовали как класс. Зато за спиной обнаружилась каменная рожа какого-то рогатого урода, судя по щелям и прочим мелким деталям способным открывать пасть. И я знать не хочу, что оттуда может вылезти!

Попытки призвать возможность отсюда выйти, – а вдруг? – разбились об давящую тишину окружающего мира, а стремление вспомнить хоть что-то – об выстроенное мною же нежелание ничего знать об игре, о которой трубят из каждой дыры. Жалкие обрывки, которые ничем не могли мне помочь я даже считать не хотел: ну какой сейчас прок от знания о том, что топовый билд для новичка – это воин-варвар? Я уже не он, а очень даже алхимик с перспективой взятия кросс-класса. Ещё и характеристики своим устройством недвусмысленно указывали на то, что тут, как и во всех приличных ролёвках, я со своим «умным» классом могу рассчитывать на высокую боевую эффективность лишь спустя несколько уровней: ни один «тупо боевой» стат не достигал даже пятнадцати, не то, что шестнадцати. Да и ладно бы только это: черт боевых-то я не взял, а значит и оружием махать, коли оно мне в руки попадёт, буду посредственно. И это если игра не просто «косит» под классику, а является ей.

В противном случае всё ещё хуже, и можно сказать, что представлений о том, что же делать, у меня нет совсем. Да и в классику эту я, стоит признать, играл хреново, «в удовольствие», а не на результат…

Я поднялся на ноги, попрыгал, потянулся, задрал футболку и не нащупал привычного пуза. Зато кубики пресса и мышцы, которые я даже пощипал, надеясь проснуться, имели место быть. Всё это кардинально срезало шансы на несмешную шутку, пранк вселенских масштабов или качественную галлюцинацию. И повышала – на то, что я и правда «попал», ещё и добровольно «начав свою Историю»! Кто там, Сатана контракты принимал, или пришельцы какие развлекаются? А семья моя как, если я тут надолго? «Необъяснимое исчезновение студента прямо из вагона метро!» – крутой заголовок для новостей, правда? А если вспомнить, что таких, сука, исчезновений за последний месяц случилась херова тьма и тележка сверху? Видел новости об этом, но больше в «сером интернете», и внимания не предал. Было бы что серьёзное – власти бы спохватились, думалось мне.

Вот только злоеб… кхм, нехороший купон мне вручили именно непосредственные представители этих самых властей в лице слишком красивой работницы паспортного стола. Приторговывают гражданами, что ли? Да не, бред: проще уж тюрьмы какие опустошать, там кандидатов из категории «исчезнет – всем только лучше станет» должно быть в достатке…

Слов нет, как хочется выругаться, да только единственный потенциальный слушатель, крыса тощая, и та от меня сбежала.

Итак, голова, думай – шлем куплю. Когда-нибудь.

Я – алхимик, тобишь «умник», на старте в подобных играх, по моему опыту, приспособленный к бою постольку-поскольку. Волей стандартного шаблона, к счастью, я выгляжу не совсем уж слабо. Ловкость есть, физические кондиции выше среднего и уж точно лучше, чем бывают у каких-нибудь магов. Воин того же первого уровня мной, конечно, полы протрёт и не почешется, но магу уже я объясню на кулаках, почему его фокусы здесь не котируются.

«Это если тут всё работает так, как я думаю, а не иначе…» – ворвалась в голову тревожная мысль, за которой последовало будто бы навеянное извне понимание: нужно шевелиться, а промедление смерти подобно.

По аналогии я «вспомнил» «вкладку» с прочими своими ТТХ и, неожиданно, хаотично-злым мировоззрением при том, что я точно выбирал нейтральное. Весь остальной бэкраунд у персо… кхм, у меня, отсутствовал напрочь. Помимо этого вылезли так же «воспоминания» о нескольких заблокированных до завершения обучения функциях вроде аукциона, отнюдь не бесплатного чата и неких испытаний, чем бы они ни были. Было бы хорошо, обрадуй меня «астрал» подробностями, но я до них, похоже, не дорос.

Зато у меня был инвентарь, что само по себе – нечто! Настоящий подпространственный карман! Правда, содержимое его оказалось неприлично скромным: длинный и довольно-таки увесистый обоюдоострый кинжал вообще без показателей урона, базовый «философский камень», именно что в кавычках философский, «вечный» факел, крошечный флакон с рубиновым зельем здоровья, булка хлеба, ведро воды, – да-да, полное ведро на десять литров, – и несколько кусков вяленого крысиного мяса. На вид и на запах мясцо названию всецело соответствовало, так что аппетита не вызвало и вернулось в инвентарь, как, в общем-то, и всё кроме моего классового предмета.

[«Философский Камень, F-ранг, 0%»] содержал в себе три рецепта, для которых требовалась только вода и разные запчасти монстров: магические кости, хелицеры и паучьи лапки, «третьи глаза» и не только неких звиггов и ещё по мелочи. Список рецептов, по всей видимости, можно было расширить, а сам камень – прокачать. Потому что я, держа его в руках, ощущал явно не свой голод…

В общем, сам по себе перечень ингредиентов был неплохой подсказкой на предмет того, с кем мне предстоит столкнуться. Варево-то самое нубское, и доступно оно мне должно быть с самого начала. Но вот пауки… Бр-р-р! Никогда не любил жуков-пауков, каких бы размеров они ни были. Скелеты, – а чьи ещё кости? – тоже должны были быть тварями опасными, ведь дробящего оружия у меня как раз и нет.

Но мне, в общем-то, ничего не мешало подобрать с пола какой-нибудь валун… или несколько, дабы использовать их в качестве оружия дальнего боя. Мало ли, это будет эффективно? В одной игрушке я вообще бездонный сундук нагружал, и уже его бросал во врагов телекинезом – отменно получалось! А тут хоть и не совсем игра, – или совсем не игра, – но принципы должны быть схожими. Иначе никаких характеристик, черт, предметов и здоровья здесь не было бы, верно?

Здоровье моё, к слову, было равно тридцати единицам. Двадцать пять «базы класса», и ещё пять за выносливость, по одному за два очка. Обнаружилась и мана, но конкретные её значения я так и не смог осознать. Воспринималась она как бурлящая водичка в сосуде, объём которого нельзя было измерить в литрах или единицах.

Чёрт пойми как измерялась эта эфирная муть, в общем.

Я честно потратил где-то полчаса сначала в попытках вызвать справку или обучение, а после за разминкой, привыкая махать кинжалом и факелом, отдельное внимание уделив изъятию и доставанию предметов из инвентаря, что иногда вызывало не очень приятное, но проигнорированное ощущение слабости во всём теле. И не то, чтобы по истечению этого срока у меня кончилось терпение или желание практиковаться, да только каменное рыло в стене позади неожиданно щёлкнуло и распахнуло пасть, из которой начала вырываться первозданная Тьма – иначе назвать эту дрянь не поворачивался язык. Я отскочил назад, испугавшись резко нахлынувшего ощущение того, что коснусь Тьмы – и всё, «финита ля комедиа», история закончится не начавшись.

Так что, на ходу подобрав с пола пару камней и сунув их в инвентарь, я быстрым шагом двинулся вперёд, выставив перед собой руку с неплохо освещающим путь факелом…

Причудливо пляшущие на неровных стенах тени пугали до усрачки, и в каждой выемке мне виделась по меньшей мере ловушка с самострелом, а то и какой-нибудь нематериальный монстр. Но я всё шагал и шагал, а врагов не было. Спустя несколько минут мне в спину единым порывом ударил ледяной ветер, вынудивший оглянуться… и увидеть ту самую непроницаемую, густую как туман Тьму, залившую коридор, по которому я неспешно брёл ещё десять секунд тому назад. Трогать гадость я не стал: интуиция всё так же буквально вопила о том, что Тьма – это смерть, и мне надо продолжать двигаться вперёд.

Что я и проделал, покуда не упёрся в первого противника.

Самого, восемь лап ему в зад, нежеланного из всех.

Паучок в высоту был мне на ладонь ниже пояса, но громада его тушки с учётом лапок позволяла погрести меня под собой за нефиг делать. Поблескивающие неестественной мрачной синевой глазища, казалось, смотрели прямо на меня, а возбуждённо подрагивающие, сочащиеся чем-то ядовито-зелёным хелицеры не позволяли иначе трактовать его намерения: схватка насмерть. Мягким паук тоже не выглядел, так как всё его тело охватывал наружный скелет, защищающий уязвимые точки, хоть и не идеально – кое-где в щели я бы и руку по локоть мог бы просунуть. Лезвие кинжала пролезет с запасом, если говорить иначе.

А вот обойти тварь в коридоре не представлялось возможным, так что я, убедившись в том, что хладнокровие и небрезгливость всё-таки работают, и делают это чертовски хорошо, двинулся прямиком на врага, не собираясь давать ему лишнего пространства для манёвра. Да, прямо на огромного паука-мутанта, который своими хелицерами легко мне шею перекусит! Очень хотелось верить в то, что открытое пламя его напугает и как минимум помешает свободно двигаться, ибо на кинжал с лезвием длиной в ладонь большой надежды не было. Вернее, в сам-то кинжал я верил, но вот в свои способности им эффективно орудовать…

Все мои планы и задумки дружно улетели в тартарары, как только паук с диким визгом скакнул боком, на лету развернулся, зацепился лапками за каменные(!) стены, рывком поднялся почти под самый потолок… и прыгнул на меня, невзирая на выставленный вперёд факел, пламя которого облизало хитин и никоим образом монстру не навредило. Я в последнее мгновение успел убрать кинжал в инвентарь, после чего в грудь меня не иначе как бычок боднул, и на ногах я, естественно, не устоял. Факел улетел куда-то в сторону и зачадил, уткнувшись в покрытый влажным мхом камень, я прошёлся спиной по неровному каменному полу, вскрикнув от боли, а уже в следующее мгновение паук, ликующе заверещав, решил доказать, что больно мне ещё не было… и вцепился хелицерами прямо в грудную клетку.

Боль! Яркая, чёткая, отрезвляющая словно хлёсткий удар транспарантом с надписью «ЭТО НЕ СОН!» по морде. В какой-то момент я подумал даже, что мне конец, но знание о том, что сейчас я не умираю, но трачу здоровье, уходящее на регенерацию, весьма своевременно постучалось в голову.

А здоровья к моменту, когда я очухался, осталось шестнадцать единиц против тридцати изначальных.

Закончится – я перестану восстанавливаться… и позорно подохну.

Сведённые судорогой пальцы на мгновение разжались, и в них неуверенно легла рукоять появившегося из инвентаря кинжала. Я приподнял руку, согнул её в локте и нанёс первый, смазанный и лишь чудом попавший куда надо удар: лезвие проникло меж хитиновых пластин, и на пальцы брызнула чёрная паучья кровь. Но я не собирался останавливаться на этом, ибо паук, скотина такая, продолжал грызть меня как в последний раз, и я очень-очень хорошо это чувствовал. Болевой шок меня не настиг, наверное, только потому, что эту функцию из меня выпилили те же силы, что закинули в это тело, прямиком в мир, так похожий на очень жестокую игру…

С каждым ударом паук дрожал и верещал всё сильнее, а его кровь лилась на камень пола всё более мощным потоком. Словно бездонная бочка, монстр заливал всё, – и меня в первую очередь, – чёрной, с рубиновым отливом жижей. Один за одним я наносил удары так часто и так сильно, как только мог, но всего этого было недостаточно. Всё действо напоминало взаимную агонию: мои единицы здоровья таяли, восстанавливая мышцы и плоть на груди, а паук заращивал раздираемую кинжалом задницу, кусая всё реже и реже.

Но вот хелицеры паука сжались в последний раз, и он попытался отпрянуть, уперевшись передними лапками мне в грудь… и вырывая из меня кусок мышц. Канули в лету последние единицы здоровья, я отчётливо почувствовал на затылке дыхание Смерти… и, взирая на мир сквозь алую пелену адской боли, вскочил, бросившись на пятившуюся скотину, вскинувшую лапки и защищающую голову.

– А-а-а-а-а~! – Дикий крик, вырвавшийся из моей глотки, предвосхитил мой же удар, смявший сомнительную защиту монстра. Лапки хрустнули, кинжал вошёл между хелицер инсекта как нож в масло, а я «почувствовал», как у меня прибавилось опыта. Самое последнее, что меня сейчас интересовало – это опыт, и самое первое – дырка в груди, от которой по телу медленно разливалось неприятное, оставляющее после себя лишь онемение жжение.

Кинжал упал на камень, а в ладони блеснула спасительным стеклом склянка со столь необходимыми мне единицами здоровья. Я ополовинил её залпом, а что осталось – вылил прямо на рану, откуда-то зная, что этим расходником нужно пользоваться именно так. Здоровье резко скакнуло вверх, но с той же скоростью поползло вниз, за считанные секунды опустившись до нуля. Вот только теперь я чувствовал себя на порядок лучше, а рана на груди уже не напоминала воронку от огромного сверла.

Саднила спина и локти, сердце стучалось словно бешеное, но я был жив и умирать пока не собирался. Захотелось лечь и выдохнуть, но это желание полетело на… туда же, куда и паника минутой ранее. Да, стычка и тридцати секунд не продлилась, но я всё равно чуть не помер. Пронеслась ли у меня перед глазами вся жизнь? Да хер там плавал! Я с самой первой секунды боя думал лишь о выживании и том, что я мог для этого сделать. И делал! Победил! И теперь у моих ног валяется трофейная туша, которой я-то точно найду применение!..

Я наклонился, крякнул от стрельнувшей в спину боли, но поднял сначала неспособный потухнуть факел, а после и кинжал, с весьма однозначными намерениями направившись к тушке паука. «Философский камень» включал в себя рецепт зелья исцеления, и по счастливейшему стечению обстоятельств для него требовалась только внутрянка этого жука-мутанта, да вода, которой мне Сатана положил в сумку целое, м-мать его так, ведро.

Небрезгливость… работала, хоть я сейчас и справился бы без неё. Потому что на кону неожиданно оказалась моя жизнь, с которой я, наткнувшись на ещё какую-то тварь в своём нынешнем состоянии и с нулём здоровья, расстанусь просто и совершенно бессмысленно. А я так умирать не хотел. Как угодно, но не так! Ну, желательно вообще никак, конечно, но в моём личном рейтинге худших смертей столкновение с гигантским пауком шло следом за гибелью под завалом без возможности даже пошевелиться. Да-да, клаустрофоб я ещё тот, и чудо, что местные тоннели на меня совсем не давят.

«Ладно, хватит об этом» – я задвинул в дальний угол все раздумья и рефлексию, сосредоточившись на том, чтобы правильно заготовить и не попортить ингредиенты. Руки «знали», что и как делать, а сознание благоразумно не пыталось перехватить контроль. Паук постепенно разделялся на части, а я, сам того не заметив, начал насвистывать под нос задорную мелодию из далёкого детства, вводя в себя в некое подобие медитативного транса.

Хладнокровие и небрезгливость, что б их ети, в действии…

Спустя некоторое время и объём выполненной мною нудной и неприятной работы по правую руку легли рассортированные ингредиенты, полученные с паука. На удивление, разделать получилось его всего, от головы до задницы, а не как обычно бывает в играх – убил паука? Вот тебе глаз, иди фармить дальше. В моих запасах появилось двадцать четыре части лап, пять глаз, – три я самолично развалил ударом кинжала, – разного вида и качества кишочки и, наконец, флакон с кровью – основным ингредиентом «паучьего» зелья исцеления.

И вот тут-то вылезла первая проблема: я не мог наварить себе банок впрок, так как склянка у меня была всего одна. Имелась, конечно, смутная надежда на то, что «Философский камень» от щедрот своей каменной души выдаст мне стеклянных флакончиков, сделав их из ничего, да только шанс на такой исход был… маловат, мягко говоря.

Но не проверишь – не узнаешь, так что…

«Философский камень» лёг в руку увесистым таким булыжником, а напротив на неровный пол опустилось полное чистейшей воды ведро. Сосредоточившись, я вытянул камень вперёд, мысленно выбрал необходимый рецепт – и не без удивления проследил за тем, как струйка воды из ведра сначала воспарила, устремившись к «Философскому камню», а после в него втянулась. Таким же образом камень сожрал два глаза и одну лапу, после чего мне пришлось откупорить склянку с кровью, «скормив» жидкость прожорливому инструменту любого алхимика. Сопровождающее действо световое шоу меня интересовало не сильно, так как я готовился ловить своё зелье, которое из камня вполне могло и просто политься на пол.

А что? Тут любая подстава возможна, так как флакон он не сожрал, и готовый, в «заводской упаковке» продукт не мог выдать по определению. Разве что так же, струйкой выльет, куда надо, но после паука я излишней верой в лучшее не страдал.

Тем не менее, было что-то неуловимо прекрасное в работе «Философского камня». Алое с чёрным сияние как бы кипело внутри него, вытравливая наружу всё лишнее в виде сизого дыма, который я, от греха, старался не вдыхать. А кое-что хитрый булдыган и себе оставлял, развиваясь и «прокачиваясь» – я это тоже вполне себе отчётливо чувствовал. Ману-то эта прелесть из меня сосала, в ответ делясь подробностями алхимического процесса. Любопытными, оседающими в голове эхом странных ощущений, но пока не имеющими практического применения подробностями…

От и до «варка» снадобья заняла три минуты. По итогу я просто в какой-то момент почувствовал, что зелье готово, и подставил пустующий флакон под проявившуюся на поверхности «Философского камня» выемку. Оттуда-то зелье и полилось, быстро заполнив флакон, но не перестав течь. «Успех кританул» – промелькнула мысль вместе с осознанием перед тем, как я сунул под камень уже свою голову, начав жадно глотать спасительную рубиновую, с чёрными вкраплениями жидкость, отчасти стекающую по подбородку и так кстати – на грудь. Рана зачесалась – пошёл процесс регенерации, под конец которого о повреждениях моей бедной тушки напоминал лишь белёсый неаккуратный шрам, да рваная тряпка, в которую превратилась прежде хорошая хлопковая чёрная футболка. Стёсанная об камень кожа на спине всё ещё саднила, но излишков на эти повреждения не хватило: регенерация снова исчерпала себя.

Не особо думая, опрокинул в себя оставшийся флакон…

Тут-то и стало понятно, что кроме видимых и ощутимых повреждений я ещё и головой ударился, так как до сего момента о возможности варить зелья до полного восстановления запаса здоровья даже не задумывался. Всё причитал, что полечиться не получится, и придётся сильно рисковать своей шкурой, а очевидный вариант просто игнорировал! Но это надо было исправить, чем я, с нежностью погладив «Философский камень», и занялся.

– Алхимик – не ошибка, Алхимик – это шанс! Я ж и в роли варвара какого мог травмироваться, и что тогда? На рестарт? А нет этого рестарта, а-ха-ха-ха!.. – Я рассмеялся себе под нос, ничуть не заботясь о том, как это выглядит со стороны. Не до того сейчас было.

Дальше пошла торопливая, – опять нагрянуло ощущение догоняющего конца, – рутина, отнявшая у меня половину часа на всё про всё. Здоровье снова достигло значения в тридцать единиц, резерв маны показал дно, а в инвентарь легла склянка с зельем. По ходу дела я приноровился доставать из этого магического пространства и нормально метать камни, – а вдруг пригодится? – и, по ходу дела, подкрепился, ополовинив запасы хлеба и мяса. Только после этого, подгоняемый Тьмой, бросил жадный взгляд на ещё не высушенную до конца тушку паука – и двинулся дальше.

Обычная жизнь осталась позади, но мне даже подумать об этом было некогда. Ведь остановка – это смерть, а я как раз понял, что очень, просто до одури сильно хотел жить…

Глава 02.

Подземелья не разочаровали: в какой-то момент я наткнулся на развилку, пару минут проведя в тщетных попытках понять куда же мне, всё-таки, надо. Но ни ветерка, ни ещё чего я от обоих коридоров не ощутил, в конечном счёте свернув направо. Почему направо? Да потому что прабабка в далёком детстве однажды сказала, мол, «ты налево-то не ходи, внучек, направо ходи». Я бы монетку подбросил, да только оказалось, что меня не только в другой мир закинуло, но и всё лишнее как корова языком слизала. Одна одежда только и осталась, даже початую пачку жвачки – и ту утащили, демоны! Заприметил-то я это сразу, а вот полноценно осознал только сейчас.

То, что приходилось полагаться на вот эту вот присказку, тыкая факелом в темноту и надеясь, что оттуда на меня не выскочит очередной паук, меня определённо не радовало. Я хоть и знал теперь, как с такой скотиной бороться и чего от неё ожидать, но желания с ней встречаться это мне ни разу не прибавило, уж поверьте. Даже наоборот: очень уж ярко в памяти отпечаталось чувство вгрызающихся в плоть хелицер…

Поэтому, наверное, я воспринял появление белесого прямоходящего скелета с каким-то вырвавшимся изнутри облегчением. Не испугался, не отпрянул, а обрадовался, чуть ли не как старинному приятелю.

Которого, правда, надо как-то убить, – или упокоить, нежить же, – но это уже частности.

Двигался самый обычный человеческий костяк неспешно, рвано и совсем не так, как я представлял себе движения порождения чудовищной некромантии. Медленный, неповоротливый, не в пример менее пугающий, чем паук, скелет даже вооружён не был. Но кое-чем всё равно удивил: когда между нами осталось не больше пяти метров, я смог разглядеть его, так сказать, «плоть». Тусклое голубоватое свечение, канатами, верёвками и нитями связывающее кости и выполняющее роль этаких мышц. И хоть свечение имело место быть, даже на костях самого скелета этот свет не играл, словно и не было его в материальном мире.

«Алхимик может видеть магию, не иначе» – подумалось мне перед тем, как пришлось срочно отмахиваться кинжалом от руки нежити. Лезвие с неприятным скрещуже-стучащим звуком столкнулось с костьми, но нечеловеческой силы в ударе я, позволив руке с кинжалом скользнуть в сторону, не ощутил. Отступил исключительно в силу осторожности, и то – очень зря, так как скелет продолжать наступление не торопился. Он выпрямился, установил равновесие и, клацнув челюстью, приподнял обе руки, будто бы желая меня напугать… или схватить: очень уж характерно он бросился вперёд, задорно постукивая ногами по каменному полу.

Аккуратно перехватив кинжал обратным хватом, – уж что-что, а колоть так будет как будто бы удобнее, – я выставил перед собой факел на манер копья: убить не убью, но приторможу тварь и, если что, запихну дощечку ему в пасть. А то больно активно он челюстями щёлкал: никак окажется, что местные скелеты кусаются не хуже зомби какого. Ну а в следующую секунду, пойдя в лобовое столкновение с нежитью, я снова оказался на полу.

«Дорогой дневник, мне не подобрать слов, чтобы описать всю ту боль и унижение, которые я испытал сегодня…» – промелькнуло в голове, когда на удивление тяжёлая груда костей, навалившись сверху, потянула костистые руки к моему горлу. Гений, что б меня! Как ещё могут убивать скелеты?! Забивать кулачками до смерти? Царапать фалангами пальцев? Нет: только грызть… и душить. Им ведь наплевать на то, что я попытаюсь придушить их в ответ. В глаз не ткнуть, да и просто боли не причинить – нежить же! Благо, [Хладнокровие] было со мной, и я успел прикрыть левой рукой горло. Не без потерь: факел извернулся так, что пламя едва не облизало кожу на правой половине лица, да и сейчас я отчётливо ощущал его голодный, пульсирующий жар, гармонично дополняемый вонью тлеющих волос. Ещё и скелет не сдавался, пытаясь дотянуться лапами до своей цели, а челюстями пока ещё неловко, но с каждым мгновением всё увереннее примериваясь к моему локтю.

Ну уж нет, гнида костяная! Из тебя зелье здоровья не сварить, так что хер ты мне расходники-то потратишь!..

Я искренне надеялся на то, что мне не придётся и в этот раз жонглировать кинжалом и инвентарём, но обратный хват в моей нынешней позе показал себя наихудшим образом: я просто не мог извернуться, чтобы насадить черепушку на лезвие. И вновь оружие отправилось в некое невидимое пространство, и вернулось в руку уже по-нормальному. Первые два удара я, почувствовав, как скелет вгрызся в локоть, нанёс не особо удачно: лезвие просто скользило по черепу безо всякого эффекта, а от боли на глаза уже вновь накатывала алая пелена. Здоровье… тратилось не так сильно как могло бы, стоит признать, но легче мне от этого не стало. Я кое-как, матерясь сквозь сжатые зубы и рефлекторно пытаясь оттолкнуть от себя неживую тварь, вогнал кинжал куда-то между шейными позвонками и затылком скелета, надавил…

Так не визжал даже паук. А уж что при этом происходило с нематериальной «плотью» нежити… описать сложно, особенно если смотреть издалека. Но так как я лежал прямо под скелетом, то судороги переливающихся мышц-канатов видел вполне отчётливо. Как и то, что голубоватое свечение в один миг устремилось к месту контакта честной стали и костяной шеи, после чего кинжал как будто начало что-то выталкивать. А вот всё остальное тело живого мертвеца без мяса и мышц резко ослабело, и я радикальным образом поменялся с ним местами, оказавшись сверху. Кинжал при этом из затылка я вытащить не позволил, так что теперь скелет смотрел куда-то вправо, верещал, махал всеми конечностями и сопротивлялся изо всех своих оставшихся неживых сил.

Бросив вечный факел на пол рядом с собой, я уже со всей силы, обеими руками потянул рукоять своего оружия, выжимая из скелета последний протяжный визг и отворачивая, наконец, его гадскую черепушку, отлетевшую в сторону словно от хорошего пинка. Голубое свечение окончательно пошло в разнос. «Канаты» начали распадаться на массивные хлопья и парящую в воздухе пыль, а косточки одна за другой стали осыпаться на землю вместе с отрывающимися «верёвками» и «нитями», до сего момента связывающих их воедино. Я уже выдохнул было, как вдруг часть голубого свечения резко, прямо с очередным моим вдохом, влетело в ноздри, а я ощутил, как резко пополнился ранее истощённый алхимическими манипуляциями резерв маны. Он и сам восстанавливался, но очень-очень медленно, в то время как скелет «заполнил» одну десятую от доступного максимума.

На самочувствии это не сказалось ровным счётом никак, и трёх единиц здоровья я, по итогу, всё-таки не досчитался. Цена исцеления немного покусанной руки – благо, местной нежити зубы не натачивают, и сила укуса у скелетов не как у акул каких.

Руки подрагивали: в отличие от битвы насмерть с пауком, здесь мне «расслабиться и получать удовольствие» просто не позволили. Левой я сдерживал натиск скелета, правой – пытался расковырять ему затылок, и в итоге всё равно всё получилось совсем не так, как я планировал. Про камни в инвентаре я благополучно забыл, пробить кость кинжалом не вышло, но организовать рычаг и выломать её из «крепления» – очень даже. Сколько книжек прочитал и игр сыграл, ни разу не видел, чтобы со скелетами боролись в партере, и уж тем более отвинчивали им головы, вырывая победу из неживых челюстей.

Локоть только болит, скотина: регенерация залатала стёсанную кожу и дырки от зубов, но эхо ран меня ещё не покинуло.

«А ведь рано или поздно, но мне придётся искать ночлег. И что-то есть после того, как запасы подойдут к концу. Дропа…» – я окинул взглядом кости, среди которых не было ничего кроме пыли и серой трухи. – «… просто нет, если не считать сами косточки».

Я подобрал с пола потрескавшийся череп, засунув тот в инвентарь. Аналогично поступил с сохранившимися цельным куском рёбрами и ещё парой косточек – просто на всякий случай.

А дальше, дождавшись, пока меня отпустит адреналин, я просто продолжил путь вперёд.

Что ещё было делать-то? С одной стороны поджидает неизвестность и монстры, к которым идти совсем не хочется… но с другой-то напирает Тьма! А ей, как подсказывают инстинкты, решительно наплевать, сплю я там или убегаю в ужасе: коснусь – пиши-пропало. Так что уйти нужно было как можно дальше, покуда тело позволяло. Усталость давила только та, что образовалась в боях, а ментально я и вовсе был вполне себе свеж и бодр. Что, в общем-то, логично: от моего прежнего тела осталось хрен да маленько, раз и рост увеличился, и жир «ушёл», и мышцы «пришли». Ещё и учиться заново ходить не пришлось из-за смены вообще всего, начиная от длины рук-ног и заканчивая смещением центра тяжести. Тут без мистики не обошлось, точно вам говорю! Вот прямо стоя посреди подземелья с вечным факелом в руке, копаясь в пространственном кармане и продолжая разбираться с «воображаемым» интерфейсом сие утверждаю, мда…

Я всё так же пугался каждой тени, «жонглируя» кинжалом и камнями, то появляющимися в правой руке, то возвращающимися в инвентарь. Каждая такая попытка приносила всё больше понимания касательно того, как вообще эта способность работает.

Первым открытием стало то, что каждая итерация «пропади-появись», если не делать пауз, срабатывала со всё большей и большей задержкой. Изначально я мог выхватить кинжал почти мгновенно, убрать в инвентарь и снова вернуть в руку – но уже с «перезарядкой» в полсекунды. В бою это, чисто теоретически, можно и не заметить, – я же не замечал! – да только уже следующие такие финты не позволяли обратиться к инвентарю в течение секунды, двух, четырёх, восьми…

Дальше я не проверял из-за второго открытия.

Оказалось, что все эти манипуляции самым что ни на есть прямым образом «били» по телу. Как и с перезарядкой инвентаря – с каждым повторением всё сильнее. И снижалось отнюдь не здоровье, как можно было подумать, нет. Эффект был куда глубже… и опаснее: абсолютно все мышцы равномерно тяжелели, дышать и двигаться становилось всё сложнее. Если взять паузу и не трогать инвентарь в принципе, то эффект слабел, а спустя несколько минут и вовсе пропадал.

А ещё «сила базового воздействия на тело» зависела от того, каким именно предметом я жонглировал. Хуже всего отчего-то было с зельем здоровья, изъятие которого из инвентаря «шарахало» по самочувствию как три подряд повторения с кинжалом. Вот уж чего я не почувствовал в первый раз, зато прекрасно ощутил, просто идя по коридору! Аж пошатнулся и на стенку левой рукой опёрся, подпалив факелом мох, наросший на сырых камнях. И, покуда сизый дым струился под потолком, отчаянно ища хоть какие-нибудь щели, я пытался понять логику этого «дебаффа».

И логика эта могла быть какой угодно. Почему усталость? Ну, напитываю я инвентарь жизненными силами, например. Праной какой-нибудь. А почему предметы «весят» по-разному? На ум приходило разве что магическое наполнение объекта, – как-никак, эликсир я варил алхимическим путём, а кинжал он и в Африке кинжал, – но проверить это не было никакой возможности.

Ну и «знания из астрала» на этот раз молчали, не давая даже малейших подсказок.

Пришлось, повздыхав по смерти гениальной идеи строить тактику боя на основе появляющегося-исчезающего оружия, продолжить идти вперёд, покуда петляющий и изобилующий опускающимися вниз ступеньками коридор не уткнулся в относительно просторную, чуть лучше обычного освещённую залу…

– Уважаемые, я уверен: как разумные существа, мы сможем договориться. Конфликт не нужен ни мне, ни вам, так что давайте просто разойдёмся, а?.. – Без особого энтузиазма произнёс я, бочком смещаясь правее, к тянущимся по периметру зала и «вросшим» в стены каменным столам высотой мне чуть выше пояса. Они были завалены всяким хламом, но я всё равно смог без особых проблем спиной, сначала сев на столешницу, а после подтянув ноги, на них забраться. Почему спиной? Потому что небольшие коричнево-блевотного цвета звигги в количестве двух штук, своим обликом напоминающие гоблинов, на диалог не шли, и аккуратно сближались, покачивая дубинками. Кто такие звигги и как я определил, что передо мной именно они? Алхимию знать надо! «Список» ингредиентов-то я изучил, а там звигговьих кусков было более чем достаточно, вполне можно собрать половинку одного такого уродца.

Выглядели эти существа так, словно кто-то хотел создать гоблинов, но опрокинул в котёл все запчасти сразу, наделив тварей своей неповторимой изюминкой. Или даже россыпью изюминок. Во-первых, цвет кожи: он отлично маскировал карликов на местном фоне. Чуть отвёл взгляд – и их уже не особо-то и видно, глаз зацепится только при резком движении с их стороны. Во-вторых, вывернутые в обратную сторону ноги. Довольно длинные, жилистые и куда как более мощные, чем худосочные ручонки, удерживающие дубинки. Ну а в-третьих, глаза, коих у «гоблинов» было больше двух и меньше четырёх. При этом третий глаз у них торчал не во лбу, а у подбородка, так что видок, сами понимаете, нарисовывался тот ещё.

Такими тварями не только детей, но и взрослых пугать можно, спасибо хладнокровию!

Даром, что ростом они метр с кепкой, не больше…

– Ладно, предположим, что говорить вы, полуживотные, не умеете… – Отчётливо говорю просто потому, что приближающиеся в абсолютной тишине твари – это та ещё картина. А так, глядишь, спровоцировать получится, и они прекратят меня вот так окружать…

Мне повезло.

– Мерзкий человечка умрёт! – Завизжал один из звиггов, которого сильнее всего задели мои слова. Он же и бросился вперёд, наглядно продемонстрировав, чего стоит опасаться. Сиганула тварь на шесть-семь метров в длину и на пару – в высоту, почти запрыгнув на мой стол. И она запрыгнула бы, – вблизи оказалось, что это самка. И не просите описать, как я это понял, – если бы я совершенно наглым образом, пользуя свою ловкость в хвост и гриву, не вонзил ей кинжал меж рёбер прямо в воздухе и не довернул корпус, помогая «гоблинше» влететь прямиком в стену. И покуда та сползала на стол, я совершенно незатейливо воткнул ей факел куда-то в район лопаток, мысленно ужасаясь тому, с какой лёгкостью я обрёк нечто живое и говорящее на ужасную смерть.

Поморщившись от резкого запаха горелой плоти и воя истязаемого существа, я, с трудом повернув голову, бросил взгляд на вторую особь. Вовремя: звигг, пользуясь природной маскировкой, уже сместился в сторону и собирался подобраться ещё ближе, явно примеряясь, как бы половчее огреть меня дубиной по голове. И если в своей железобетонной психике я теперь был уверен, то спрогнозировать, как поведёт себя мозг при таком ударе просто не мог.

Отключусь – и всё, сожрут-с, никакие очки здоровья не помогут…

Я резко припал на одно колено, смахнув на пол гору какого-то хлама, и, на секунду упустив второго врага из виду, вонзил кинжал в шею первого, надеясь прервать её мучения. «Капнул» опыт: звиггша явно умерла, но вот последствия этого удара…

В первый раз я её ранил, можно сказать, бескровно, ибо натёкшую на стол лужицу можно и не считать. Но вот рваная рана шеи оказалась не столь чистой, и брызнувшая струйка алой жидкости уверенно осела на правой руке, намочив рукоять моего оружия. В воздухе распространился терпкий запах крови, как будто бы стремящийся осесть на губах гадким металлическим привкусом, но мне некогда было петь реквием своему пацифизму: последний звигг понял, что отвлекающий внимание фактор «закончился», и нагло запрыгнул на стол в пяти метрах от меня.

Лишь секунду мы смотрели друг на друга, прежде чем перейти к следующему акту этого, с позволения сказать, смертоносного балета. Звигг рывками, бросаясь из стороны в сторону пошёл на сближение, а я подскочил на ноги, едва не поскользнувшись на крови, поудобнее перехватил факел с кинжалом, – факел, как обычно, выставив перед собой с намерением остановить попрыгунчика подальше от своей головы, – и замер в ожидании. Благо, я каким-то невообразимым образом, не иначе как за счёт параметра ловкости, видел практически каждое движение звигга, и потому смог остановить его последний прыжок.

Прямой как удар барана об ворота тычок факелом – и звигг верещит, отскакивая в сторону и слетая со стола. Подкоптить его не подкоптило, но приятного, видно, было мало. Всего секунда мне понадобилась для того, чтобы принять решение о взятии инициативы в свои руки. Я спрыгнул на каменный пол, опять едва не поскользнувшись, – кровь на подошве осела надёжно, – и быстрым, но не безрассудным шагом двинулся на последнего противника, который растерял весь боевой азарт и отчаянно, даже как-то карикатурно пятился, едва не падая и нелепо размахивая руками. Я же только сейчас почувствовал себя очевидно сильнее своего врага, поудобнее перехватил кинжал и, кажется, даже кровожадно оскалился…

А в следующее мгновение мир расцвёл всеми цветами радуги, а прокатившийся по голове оглушительный звон пополам с болью лишил меня ориентации в пространстве. Я упал, выронив факел, но кинжал по уже выработавшейся за два предыдущих столкновения привычке пропал в инвентаре. Звигг же, радостно взвизгнув, резко сблизился и замахнулся, не оставляя мне иных вариантов. Чувствуя, как сгорают единицы здоровья, пытающегося ускорить моё восстановление в критической ситуации, и понимая, что мне нужно просто продержаться немного, я вскинул левую руку, приняв на неё стремительный и мощный удар дубинки.

Хрустнуло что-то или нет я вам сказать, к сожалению, не могу, так как звон в ушах не утихал ни на миг. Но боль, охватившая левую руку, была жуткой, а регенерация за счёт здоровья практически полностью сконцентрировалась именно на повреждённой конечности. Я же, пытаясь разглядеть что-то за вспышками перед глазами, окончательно завалился на бок и выронил факел на радость засранцу, ударившему меня в спину и сейчас подбирающемуся поближе. Хотя, какое поближе?! Я уже мог его пнуть, что тут же и проделал, вложив в судорожное движение всю свою боль и желание отомстить.

Болезненный вой диверсанта стал музыкой для моих ушей, но на левую руку, которой я опять, предвосхищая грядущую боль, закрылся, обрушился ещё один удар. Я уже и так находился в не самом адекватном состоянии, а после новой вспышки боли, похоже, окончательно слетел с нарезки. В руке материализовался кинжал, а я сам на четвереньках бросился на проворного, но не успевшего среагировать звигга.

Тот честно пытался отступить, но строение его ног для таких дел, как оказалось, подходило плохо, и спустя пару секунд я уже придавил его к полу, дважды коротко, без замаха вонзив кинжал в дёргающееся горло вопреки попытке ткнуть меня дубинкой в лицо. Ткнуть-то он меня ткнул, да только без замаха толку – шиш, на фоне руки-то.

Кровь брызнула в глаза, но отвлекаться времени не было: я через боль в левой руке схватил умирающего уродца за плечо, попытавшись швырнуть его куда-то в сторону последнего врага. Не получилось: звигг оказался тяжёлым и скользким, а моя левая конечность слишком слабой и подрагивающей от боли. За эту свою самоуверенность я поплатился ещё одним пропущенным ударом, пришедшимся по бедру и заставившим меня сесть на задницу. А следом ещё одним. И ещё. Последний звигг, этот чёртов пнутый мной диверсант, разъярился и слепо молотил меня дубинкой, не особо замахиваясь и даже не пытаясь добраться до головы, которая сейчас казалась мне особенно уязвимой. Ведь болело всё, взор застилала вполне настоящая кровь, чёрт пойми кому принадлежащая, а кинжал то и дело норовил выскользнуть из ладони. Здоровья не осталось вовсе: всё ушло на регенерацию головы и руки, так что сейчас я мог рассчитывать только на себя, безо всяких сверхъестественных способностей.

Неудавшийся пинок, оказавшийся скорее толчком, бросил звигга в сторону, но тот устоял на ногах и не упал. Зато я успел перевернуться и встать на четвереньки, и теперь силился подняться… Зря силился, так как тварь, наконец, допёрла, куда надо бить, и чередой уже известных мне стремительных прыжков бросилась вперёд. Кинжал, прежде подрагивающий в ладони, замер, а алая пелена схлынула с глаз, оставив меня только с заливающей лицо кровью. Но даже такое состояние было лучше, чем то, что я испытывал секундой ранее, так что звигга удалось встретить во всеоружии. Снова подставив левую руку под удар, я навалился на «гоблина», подмял его под себя и по отработанной схеме вскрыл тому горло, дождавшись, пока тушка затихнет, а мне капнет опыт…

… и новый уровень, которому я был рад больше, чем чему бы то ни было ещё в этой жизни. Ведь очки здоровья подскочили до максимума и зафиксировались на этом уровне при том, что тело начало регенерировать… и я понял, что, похоже, опять чуть к чёртовой матери не сдох!

Потому что, вскочив на ноги, я обнаружил под собой столько крови, сколько могло натечь только из потенциального мертвеца. Весь пятачок земли, на котором я барахтался и боролся за жизнь, был ею залит, отчего даже развороченная пауком грудь показалась незначительной мелочью! Ну, не прям мелочью, конечно, но и не тяжелейшим испытанием в жизни так точно.

А опыта… опыта хватило единичка к единичке на повышение уровня, не иначе как это было задумано изначально, в игре ли, в не-игре ли – разницы нет…

Спохватившись, я запоздало заозирался, но ни малейшего движения вокруг не увидел. Зато в самом центре зала взгляд наткнулся на сундук, которого, я готов поклясться, изначально тут не было. Да и выглядел он слишком уж свеженьким для заваленного хламом на столах помещения, сумевшего скрыть от моего взора третьего ублюдочного карлика. Он ведь не невидимым был, иначе что ему стоило и дальше таким оставаться? Просто воспользовался моей невнимательностью и, чего уж греха таить, проснувшейся после победы над скелетоном самоуверенностью. Я же даже толком не огляделся вокруг. Со стола, опять же, слез, как только подумал, что остался один-на-один с маленьким задохликом, вооружённым дубинкой. Быстрый? Так я тоже! Сильный? Я намного сильнее!

А что в каждой такой стычке на кону моя жизнь я слишком уж быстро забыл, словно и не себе признавался в бешеной жажде жизни. Если помру – себя-то не жаль, все смертны, так или иначе. Но семья-то как? Родители? Сестра? Все те, кто хорошо меня знает? Как там говорится: ужас смерти по-настоящему осознают только те, кто продолжает жить?..

Не знаю, как долго я втыкал в пустоту, пытаясь разобраться с собственными мыслями и заставить инфантильного дебила из прошлого стать осторожным выживальщиком, но в конечном счёте ноги привели меня к сундуку. Как и казалось, он был слишком красивым, а концентрация магии в нём была такова, что я невооружённым взглядом видел золотистое свечение в стыках металла, и зеленовато-коричневое – дерева. Это, а так же голубоватая магия скелета, натолкнуло меня на мысль о неких отличиях в самой мане: скажем, тут свет и природа, а там какая-нибудь некроэнергия. Чисто условно, конечно же. И пусть сейчас это мне ничего не даст, когда-нибудь потом может и пригодиться.

Вздохнув, я решил сначала аккуратно пнуть сундук, обойдя его сбоку – мало ли, мимик какой? Но вместо того, чтобы броситься на меня с распахнутой пастью, «мимик» просто открылся, и в воздух, удерживаемые потоками маны, взмыли пока неясные силуэты.

В голове же вспыхнули новые знания, пришедшие «из астрала».

Оружие. Броня. Аксессуар. Навык. Умение.

Мне был предложен выбор из пяти категорий, и первые три я забраковал сразу же. Ну не был я уверен в том, что меч, с которым я не умею обращаться, броня, которую я не умею носить, или какое-нибудь кольцо с плюс один к силе серьёзно повлияет на ситуацию. Навык… вкусно, но тоже сомнительно, ведь в начале игры ничего серьёзного обычно и не дают. А вот умение в том смысле, в котором я его понимаю, стоило многого.

Я бы не отказался научиться орудовать кинжалом, тихо ходить или подмечать опасности вокруг – проку с этого будет всяко больше, чем с супер-пупер рассечения или огненного шарика для пинг-понга. И пусть я могу ошибаться, но меня больше всего волнует именно отсутствие жизненно необходимых тут умений. Я же в местных реалиях, по сути, дурак дураком: фехтовать не учился, из лука стрелять – тоже, драться особо никогда не дрался. И при всём при этом за последние часы дважды оказывался на волоске от смерти, и в обоих случаях меня бы спасла осторожность и умение орудовать кинжалом или, хотя бы, позиционировать себя в драке.

Недолго поколебавшись, я потянулся к Умению, которое тут же развалилось на три части. Остальные варианты при этом исчезли, так что перед глазами ничего особо не мельтешило. И выпало мне…

[Владение оружием, А(-х3)-Ранг, 0%]!

Эм… А-ранг с тремя минусами? М-мать, игра-то мобильная! Что ж я сразу-то, на философском камне ещё этого не понял! Чёртова гача! И плевать ей, что я в не-игре, и меня тут могут прикончить просто из-за того, что пару раз с лутом не повезёт, да?!

В бессилии сжав кулаки, я пару раз глубоко вдохнул и выдохнул, успокаиваясь. Всё-таки стоит признать, что этот вариант сам по себе был именно тем, на что я очень и очень сильно надеялся. Ранг приличный, да и «астральное знание» подсказало, что это умение, после полного усвоения, улучшит моё умение обращаться с тем оружием, которым буду пользоваться. А во время сна будет формироваться база для этого усиления, что ещё полезнее.

Каким таким образом, интересно, если кинжалом я махать во сне не буду – вопрос, но пока не особо актуальный.

Из минусов – если я впервые в жизни возьму в руки меч, то умение им орудовать начнёт усваиваться с нуля. Не буду чем-то пользоваться – умение начнёт деградировать вплоть до пятидесяти процентов от набранного ранее «пика формы». Вопрос только в том, будет ли умение раскрываться рывками по достижении некоего процента, или постепенно и с неким начальным бонусом – стойкой там и парой приёмов, например. Последний вариант был лучше всего, но что-то мне подсказывало, будто меня с этими чаяниями нагло опрокинут.

Ко второму варианту я перешёл без особого энтузиазма, но именно оно призвало мою внутреннюю, сильно зашуганную происходящим вокруг жабу, которая прямо мне на ухо проорала что-то вроде «ХОЧУ!».

[Низшее управление маной, В(+)-ранг, 0%].

Уж не знаю, почему А-ранга владение оружием предлагало ни много, ни мало, а в перспективе полноценное овладение всем колюще-режущим, в то время как В-ранга магическое умение – это всего лишь низшее управление маной, за которым наверняка есть среднее, высокое и какое-нибудь высшее, но мне всё равно хотелось его заполучить. Жаль только, этот шанс придётся проигнорировать, ибо магия в начале таких игр – это фокусы, а на фокусах и собственных навыках далеко не уедешь.

Умел бы я фехтовать – тогда другой разговор, а так… ну его к чёрту!

[Добыча и обработка, А(+)-ранг, 0%].

Третье умение вопреки своему рангу не впечатлило, так как здесь и сейчас мне было малость не до того, чтобы получать с трупов ингредиенты выше качеством или в перспективе рыть-добывать всякие редкие материалы. Полезно, особенно для алхимика, да только этому алхимику бы выжить для начала…

Не став тратить время понапрасну, я выбрал владение оружием. Кинжал, который я из рук, в общем-то, не выпускал, тут же попросился в дело… и от удивления у меня расширились глаза. Каждым взмахом я рассекал камни, а выпады оставляли после себя расширяющиеся червоточины!.. Чуете? Пиз… кхм, чушью попахивает? А вот так вот! На самом-то деле я изменений не ощущал от слова совсем. Как не умел махать колюще-режущим, так и продолжаю не-уметь. Умение это, кажется, вообще ничего прямо сейчас не делало, и делать начнёт, если прислушаться к «астралу», только когда показатель усвоения достигнет десяти процентов. Это первая планка, о которой мне сообщили – и на том спасибо.

Осталось только проверить, считается ли за орудование кинжалом разделка трупов.

А что? Ценные алхимические компоненты! И испачкаться не страшно, так как я уже с виду как минимум маньяк с фетишем на купание в ванне, наполненной кровью его жертв. Брезгливость же…

Пусть хладнокровие работает, не даром же я его выбирал?..

Глава 03.

Я устало уселся на один из более-менее чистых столов, окинув взглядом дело рук своих. Всех троих звиггов я разделал на ингредиенты: глаза из подбородков, сердца, кости и жилы из прыгуче-скакучих ног. Некоторые запчасти я просто не смог опознать, но и имеющегося мне хватило, чтобы по итогу вылакать из стоящего сейчас рядом ведра литра два воды, не меньше. Просто потому, что по завершении процесса во рту намертво осел горький, металлический привкус крови, который не удалось убрать никакими другими средствами. Да и вода, если честно, тоже особо не помогла. А ведь кровь я не пил, на вкус не пробовал и вообще ничего такого не делал. Выверт психики, которой обрубили возможность запаниковать и испугаться? Может да, а может и нет – кто сейчас скажет?..

– Хотя бы регенерация есть – и на том спасибо. – Произнёс я в пустоту, лениво высматривая в зале что-то, что могло бы пригодиться. К сожалению, такого не наблюдалось, ибо хлам оставался хламом, не больше и не меньше. Обломки кувшинов, которые даже в теории нельзя использовать как тару, иссохшие пучки трав, битое стекло – всё это мне было не надо. – Иначе я бы в потроха не полез. Не хватало ещё заразиться чем-то…

Я позволил себе немного порефлексировать, понимая, что с постоянным напряжением можно быстро сбрендить. И так всего несколько часов здесь, а ощущение такое, словно неделя прошла. Слишком много всего произошло.

И это только обучение или пролог, что б его!

Бессильные злобу и гнев я худо-бедно, но сдерживал, не тратя силы на размахивания руками и прочую чушь вроде избиения стен и трупов. Последним уже всё равно, да и максимум пользы я из них выжал: лишь ограниченный ряд ингредиентов так и остался неузнанным, что, впрочем, было ожидаемо, ибо о местном мире и реалиях я ничего не знал, а у «астрала» были свои ограничения, наверняка завязанные на моего «персонажа». А стены, например, могут дать сдачи, стесать кожу и спровоцировать регенерацию при том, что запасов «банок» у меня считай что нет: одна скляночка, которой не хватило бы даже на восстановление пятой части повреждений, полученных мною в последней стычке. Исцеление через повышение уровня же – акция одноразовая, повторить получится чёрт пойми когда.

Это ещё одна проблема, с которой нужно было что-то делать. Боец из меня аховый, а значит следующего врага нужно попытаться убить, применив какую-нибудь хитрость. Что у меня было под рукой? Камни, о которых я в бою просто не вспоминаю? Рельеф местности, которого нет? Бесполезная в бою алхимия и полное отсутствие стартовых активных навыков?..

С другой стороны, я был жив и здоров, хоть и немного устал. В перспективе научусь обращаться с кинжалом и любым другим оружием, которое попадёт ко мне в руки. Не сразу, да, но кто сказал, что будет легко? А сверху всего этого самый толстый плюс: мой класс уже сейчас позволял создать некий «резерв здоровья», и это при том, что у меня с собой окромя одного флакона ничего и нет. В перспективе посуды, уверен, станет больше, да и какие-то иные бонусы от алхимии я таки надеюсь получить уже в ближайшее время. Даром, что ли, ингредиенты собираю?

К слову о бонусах: наступившее реально быстро, – но не просто, – повышение уровня окромя исцеления в моменте дало мне восхитительное ничего. Ни свободных очков характеристик, ни черт, ни талантов, ни навыков. Ни-че-го. Даже здоровье не увеличилось, из-за чего я сразу задался вопросом касательно того, похожи ли местные «правила не-игры» на знакомые мне? Уж здоровье-то вырасти должно было, но оно осталось на прежнем уровне.

И если третий уровень, на который нужно было впятеро больше опыта, ничего мне не даст… значит, опираться на имеющиеся знания будет просто опасно.

А этого мне ну очень не хотелось бы, так как тогда я стану совсем уж беспомощным, абсолютно неприспособленным к местным реалиям слабаком. И не в теле дело, совсем не в теле. Оно-то у меня как раз такое, какого в реальности я никогда не имел и даже надеяться на такое не мог: вкалывать ради таких тактико-технических характеристик надо было долго и упорно, а я тот ещё лентяй. Был. Потому что если останусь таковым, то совсем скоро помру… и буду, в прошедшем времени.

Отправив кое-как очищенный кинжал в инвентарь, я подхватил со стола вечногорящий факел и, обведя взглядом напоминающий место регулярных встреч маньяков-расчленителей зал, направился дальше. Медлить было нельзя, ибо усталость уже маячила на горизонте, а подходящего места для ночлега пока не было. А ведь впереди я наверняка столкнусь с другими монстрами: жанр «не-игры» обязывает, как-никак. Потому, если я, конечно, не хочу раствориться во Тьме, нужно шевелить булками. И делать это осторожно, так, чтобы мне по затылку не прилетело во второй раз, ибо так можно и не очухаться больше.

Коридоры до зала и после него не отличались совершенно, так что я быстро впал в своеобразный транс, выполняя одни и те же действия. Встряхиваться приходилось разве что на поворотах и там, где было особенно темно, но даже это было редкостью.

А потом до моего слуха, измученного тишиной подземелий, донеслось журчание воды. Я прибавил шагу, вглядываясь в темноту, миновал ещё два поворота – и сбавил ход, вытянув факел как можно дальше вперёд. Обычный на первый взгляд коридор выделялся тем, что по левую руку в стене виднелась не слишком массивная, но широкая арка, за которой я и слышал воду. А вода – это шанс пополнить запасы, напиться и, возможно, даже помыться и постираться. Совершеннейшая норма для человека двадцать первого века, и такое счастье для меня, провёдшего непонятно где всего несколько часов…

Впрочем, сломя голову бросаться туда я не стал, сначала пройдясь взад-вперёд и убедившись в том, что поблизости нет никого живого, а из самого помещения за аркой не слышится звуков кроме журчания воды.

Только тогда я двинулся дальше, шагнув под высокие своды не слишком просторной, но величественной… часовни? Церквушки? Святилища? Я никогда не разбирался в видах подобных строений, но скрытая в центральной и единственной нише статуя некоего одоспешенного мужчины-воина, преклонившего колено и опирающегося на внушительных размеров копьё, оставляла после себя именно такое впечатление.

Страсть, упорство, гнев… Чем дольше смотрел, чем чётче понимал, что именно эти черты, пронизывающие статую, находят отклик в моём сердце. Глупо, учитывая тот факт, что по жизни я скорее добродушный, хоть и упорный тюфяк. Или я сам себя не понимаю? Загадка. Но сама статуя очень необычна: красивая, не пострадавшая от времени. Величественный и непоколебимый символ… бога? Но отчего тогда ТАКИЕ ощущения? Почему дышится так легко, и хочется развернуться, найти ещё парочку звиггов и выпустить им кишки, упиваясь боем?..

Голову пронзила неожиданная мысль, и я, развернувшись, быстрым шагом вернулся в коридор, чуть ли не носом уткнувшись в противоположную стену. И… бинго! Ещё одна арка, которую я не замечал в упор! Даже журчание воды появилось, стоило только осознанно поискать нечто похо…

Попытка шагнуть в сокрытую зону вызвала приступ не то паники, не то страха или даже ощущения неминуемой смерти в том случае, если я зайду внутрь. Впереди проглядывалась статуя некоей девы с мечом, но «сквозило» от неё совершенно иным. Милосердие и смирение – то, что я смог худо-бедно, но разобрать. Остальное я просто не понимал, а моё естество противилось попыткам это исправить. Интересные, скажу я вам, пирожки с котятами! Я здесь несколько часов, но кое-кто меня уже недолюбливает? Я же не выбирал ни пантеон какой, ни мировоззрение! Так почему? Я что, сам такой весь из себя страстный, упорный и гневливый, что от меня отвернулся некто милосердный и добрый?!

Стоп. Долой эмоции… и, главное, долой гнев. Уж не знаю, «моё» ли это, или напускное, но желание как-нибудь нагадить «светлому» святилищу мне пришлось в себе давить усерднее, чем желание безостановочно пялиться на ножки однокурсниц весной. Тут мне не рады: это факт. Но и поверить в то, что богов в мире не-игры всего две штуки я сходу не мог. Главы местных пантеонов? Способ проверить только один, и его реализацией я занялся, решив прогуляться по коридору взад-вперёд на сто метров в каждую сторону. Но не успел я преодолеть и половины этого расстояния, как на очередной стене обнаружилась ещё одна арка…

Где-то сорок минут ушло только на то, чтобы отыскать все двенадцать арок, за каждой из которых находилась своя статуя. И итоги для меня были неутешительными: благоволил мне только страстно-упорно-гневливый копейщик. Фанатик боя с увесистыми рогами, даром, что не оленьими, и извращенец в тряпочках вместо одежды и с бутылью в руке меня к себе пустили бы, но без охотки, так что считай что нейтралитет держали. Ещё имелась леди-всепрощение, и меня она тоже приютила бы, как «нейтральная сторона». А вот все остальные, случись мне переступить порог их святилища, организовали бы мне стремительное и болезненное упокоение.

И если это правда местные боги, то – за что?! Почему я на стороне Зла-то?! Убил звиггов? Так они сами напали, да и какие варианты? Разобрал их на ингредиенты? Профессия такая! Может, я по характеру говно? Так никто не жаловался, до сего момента. Правда, я и не шибко общительным был…

Если обобщить, то я оказался в полном раздрае, и в таком же состоянии вошёл в святилище «моего» то ли бога, то ли просто покровителя. Там действительно была проточная вода. Этакий родник, текущий в благоустроенном канале, расширяющемся посередине и формирующем нечто вроде небольшой ванны. Водичка ледяная – жуть, но я всё равно, зачем-то поклонившись статуе, снял одежду, сначала постирав её, а после и забравшись в «купальню» уже самолично. От холода сводило мышцы, зуб на зуб не попадал, но кровь смывало только так! Собственно, одежду тоже получилось очистить подозрительно легко, и винил я в том магию этого места.

Было тут что-то такое, пронизывающее всё и вся и оказывающее своё на меня влияние. Положительное, смею надеяться, ибо тут и дышалось легче, и усталость тела словно бы притупилась, позволяя мне заниматься необходимыми делами без желания упасть где-нибудь и больше не подниматься.

Так или иначе, но с помывкой я закончил достаточно быстро, приведя себя в относительный порядок. Да, дырка на футболке, в районе груди, никуда не делась, штаны не стали менее потрёпанными, а кроссовки не регенерировали покоцанную подошву, но я хотя бы человеком себя стал ощущать.

И, усевшись у стеночки, куда более внимательным взглядом окинул своё пристанище, в котором собирался вот прямо сейчас отоспаться и набраться энергии для новых свершений.

Статуя осталась всё такой же: монументальной и внушающей уважение одним своим видом. Символы, обрамляющие нишу, мне понятны не были, зато я заметил фрески на стенах под самым потолком, куда раньше я просто не вглядывался – шутка ли, потолки под семь-восемь метров? Но сюжет… с одной стороны – банальный, но с другой ощущение того, что эти события тут реально происходили, накладывало на восприятие свой весомый отпечаток. Я и сам не заметил, как поднялся на ноги и начал кружить по залу, силясь получше рассмотреть собранные из кусочков разноцветных и разноформенных камней картинки.

Вот маленький человечек на светлом фоне в окружении людей побольше. Светит солнце, зеленеет трава, ничего не предвещает беды. Резкий переход – и на тёмном фоне пляшет пожар, а маленький человечек вместе с людьми побольше убегает от больших чёрных рыцарей. Череда сцен, описывающих путешествие, к концу которого ребёнок остался один, но добрался до подножия некоего то ли дворца, то ли замка, то ли храма. Следующая сцена изображала преклонение ребёнка перед неким существом с двумя парами чёрных крыльев, а за ней следовала состоящая не из одного десятка «картинок» череда тренировок. Я постарался запомнить их все, рассмотрев каждую деталь, ибо это показалось мне важным. Орудовал ребёнок копьём, и я сильно сомневался в том, что это совпадение.

И окончательно перестал, когда окинул взглядом последний «слайд», где уже совсем не маленький человечек, закованный в доспехи, как бы делает шаг в сторону отсутствующей «страницы» – и перетекает в статую, перед которой я сейчас стоял, задрав голову. История бога? Отнюдь. История апостола или последователя некоей сущности? Наиболее вероятно.

Но стоило мне только об этом подумать, как взор застлала тьма, а тело мягко, словно поддерживаемое чьими-то незримыми руками, осело на землю…

Звон сталкивающихся лезвий заставил меня пробкой вылететь из блаженной дрёмы, и оказаться не в святилище, а на огромном полигоне-в-пустоте. Из края в край тянулся серый песок, на котором кружились в смертоносном танце сотни и сотни разных воинов. Все как один они использовали кинжалы, но каждый орудовал ими по-своему. У одного кинжалы мелькали, удерживаемые едва видимой леской; кто-то держал их обратным хватом и едва ли не скакал над оппонентом, ловкими и стремительными движениями вспарывая воздух и царапая броню; а кто-то действовал уверенно и прямолинейно, вопреки стереотипам о своём оружии полагаясь больше на силу и мощь, нежели ловкость. Именно к такому воину прикипел мой взгляд, а спустя несколько секунд я понял, что первое впечатление оказалось обманчивым.

Не силой, но тяжёлой подвижностью этот мастер брал своё, скрывая хитрость за топорными на первый взгляд движениями. Даже мне, несведущему в боевых искусствах от слова совсем его танец смерти нравился неимоверно, и, по всей видимости, это место восприняло мой интерес по-своему.

В одно мгновение все кроме тех двоих исчезли, и я стал зрителем жестокой дуэли людей, для которых кинжалы стали продолжениями их рук.

Вот «мой» воин сбивает клинок противника в сторону, прямым и незатейливым ударом нанося удар тому в грудь. Враг отступает назад, дотянуться кулаком уже невозможно, но воин вместо того, чтобы отступить, левой рукой хватает оппонента за грудки и тянет на себя. Одновременно с тем его кинжал сталкивается с оружием противника и блокирует контратаку, нацеленную в район шеи, а уже в следующее мгновение мастер впечатывает лоб в маску, закрывающую лицо оппонента. Та трескается и осыпается на песок, открывая вид на змеиную плоскую морду и бешено дёргающийся раздвоенный язык, а мастер шагает вперёд, неуловимыми, рваными движениями парируя клинок змеелюда.

Тот двигается плавно и мягко, но неистовый напор и проблемы с координацией вынуждают его отступать, теряя инициативу и допуская всё больше ошибок. Всё больше порезов появляется на его руках, а скрывающая львиную долю движений мантия напоминает решето. Бой близится к завершению, но воин решает поставить точку уже сейчас, не беря противника измором. Он резко припадает к земле, а его нога стремительным росчерком выбивает оружие из рук противника, который, проводив свой кинжал взглядом, склоняет голову в уважительном поклоне.

А в следующую секунду мастер вбивает кинжал в висок змеелюда, и тот… осыпается серым песком. Я в этот момент едва не подпрыгнул, но удержался, так как осознал: кроме серого песка тут ничего нет.

– Ты выбрал. – Не спрашивал – утверждал неожиданно оказавшийся в двух метрах от меня мужчина. В мою руку совершенно самостоятельно лёг мой же кинжал. – Стойка.

Я не заметил момента, когда он принял эту странную расслабленную позу, но умом понимал: нужно делать, что он говорит. Явно же умение поработало, со своим «во сне усваивается быстрее». Сон, правда, сомнительный, навеянный чёрт пойми чем, и проснусь я, повалявшись под статуей, в раздрае… Но это мелочь. Вот если всё каждую ночь будет именно так, моему моральному здоровью может быстро поплохеть.

Мощный удар в брюхо, подбросивший меня в воздух и, в конечном счёте, сваливший на песок, стал полной неожиданностью. Я заметил только, как силуэт мастера дёрнулся и смазался, а после я уже лежал на спине, держался за живот и пытался перебороть не дающую подняться боль.

– Стойка.

Злобно зыркнув на, в перспективе, самого хренового учителя в моей жизни, я предпринял ещё одну попытку встать на ноги. Безуспешно. Окованный металлом носок ботинка этого мужика, кажется, мне все потроха отбил, а регенерация делала своё дело не очень-то быстро. Правда, и здоровье не тратила, которого я в этом мире снов в принципе не ощущал. Да тут и инвентарь не откликался, и «астральные знания» из меня как будто повыбивали – я даже перечень ингредиентов для зелья лечения едва-едва вспомнить мог!

Но моему возмущению выплеснуться не дали, вновь впечатав сапог, на этот раз – под рёбра.

– Стойка.

Я был зол. Очень и очень зол. Зол настолько, что через боль заставил себя встать и принять, наконец, эту злополучную стойку, больше походящую на расслабленную позу злодея, которому вот-вот надерёт задницу главный герой. И я почти ни в чём не сплоховал. Почти, потому что на этот раз на песок меня бросила увесистая оплеуха.

– Стойка.

Сука! Я вскочил, приняв злосчастную стойку и выбросив руку с кинжалом вперёд с твёрдым намерением нанизать ублюдка на лезвие. Какая-то часть меня даже не удивилась, когда мастер, мерзко ухмыльнувшись, перехватил моё запястье и вывернул его до хруста, вынудив меня упасть на землю. Помутнённый разум и захлестнувшая меня с головой ярость, что тут скажешь? Вот так бросаться на человека, который очевидно сильнее, быстрее и опытнее…

Но почему в его глазах я вижу злорадное одобрение?

– Стойка.

И я, до скрежета сжимая зубы, встал. Кинжал не выпал из моей восстановившейся в миг руки или просто появился в ней снова, так что я смог полноценно, – надеюсь, что так, – повторить требуемую стойку. Потому что в этот раз меня не бросили оземь сходу…

– Выпады. – Нарочито медленные, выверенные и сильные движения я старался повторять как мог, но уже на второй итерации я получил знатный пинок в пузо, пропахав спиной борозду в песке.

Что ж, эта ночь будет длинной. Но гнев позволит мне продержаться, а ярость – извлечь все необходимые уроки. Пусть учитель из этой немногословной скотины и паршивый, выбирать не приходится. Нужно работать с тем, что есть…

А потом отомстить, сделав так, чтобы он занял своё место в этих песках.

Глава 04.

Проснулся я морально разбитым, а физически, на удивление, полным сил и энергии. Будто и не спал в кривой позе на кривых ступеньках перед статуей. Чудеса…

На полном автомате ополоснулся в ключевой воде, взбодрился, пополнил запасы в ведре и собирался, ещё раз окинув взглядом статую, собрался отправляться в путь, чтобы побыстрее оказаться как можно дальше от места, где меня отправило в очень болезненный, прямо-таки мучительный сон.

Вот только взгляд мой совершенно неожиданно зацепился за отсутствующий ранее и не замеченный во время утренней рутины предмет: свёрнутый в трубочку пергамент, лежащий у подножья статуи.

– Это для меня, да? – Спросил я, обращаясь к статуе и прислушиваясь к своим ощущениям. Потому что не хотелось бы стащить что-то, что мне не предназначалось, и лишиться покровительства того, кто «присматривает» за этим святилищем.

И так выбора нет, а, может, без покровителя дальше никуда.

Но статуя молчала, я ничего не чувствовал, и пергамент перекочевал в мои шаловливые руки. Печатей не было: только «пробки», надетые с обеих сторон трубочки и не позволяющие пергаменту размотаться. Избавившись от них, я аккуратно развернул носитель информации из глубокой древности – и взгляд впился в меняющийся прямо на глазах текст.

Изначально он представлял собой вереницу непонятных мне рун, которые, вспыхнув потусторонним алым светом, начали перестраиваться в родную кириллицу.

«Выжги эти строки в памяти своей, смертный!

От сих и до Конца Времён ты – слуга Ультора. Удел твой – разрушение и низвержение, орудие твоё – Ненависть, а Спокойствие – бич и конец пути твоего, Песками Времени занесённого. Обязан ты следовать пути обретения могущества, состязаясь с последователями, будь то слуги Ультора или рабы Иных. Нет среди них никого, кто был бы тебе другом и союзником, ибо в конце останется только один. Дары твои – это проклятие твоё, но пролитая кровь смоет любые грехи.

Смерть – не избавление.

Смерть – не крах надежд.

Смерть – милость Ультора».

Свиток рассыпался алыми искрами, растворившимися в воздухе, а я присел там же, где и стоял. Ибо стоило мне только прочесть первую строку в этом, прости Ультор, послании, как я отчётливо ощутил цепи, сковавшие сердце и душу. Цепи, которые держала сущность, приютившая меня и избравшая своим слугой и последователем. Цепи, которые были на мне всегда, но которые я не мог ощутить, не посетив это место. Сразу стало понятно, отчего меня местные сущности в лучшем случае терпят, а в худшем – готовы убить. Потому что покровитель мой – это «волк-одиночка», взращивающий каких-то маньяков, сражающихся против всех.

И это дерьмово, ведь я хоть и считал себя интровертом, но не был психопатом, готовым резать всем глотки, следуя «пути обретения могущества»!

И выбора-то мне тоже никакого не предоставили, просто поставив перед фактом. Судьба такая, что ли? Да на шест такую судьбу и прокрутить три раза! Чёрта с два я смиренно подчинюсь Ультору, кем бы он ни был!

Но пока – вдох-выдох, спокойствие и только спокойствие, как говаривал один обладатель стильного пропеллера и мужественного пуза. Поддаться гневу и ненависти – значит отдаться во власть сущности, которая этого от меня, наверное, и хочет. Даром, что ли, «орудие твоё – Ненависть»? Правда, идти наперекор кому-то столь могущественному не имея даже базовых представлений об окружающем мире чревато. А это значит, что мне нужна информация. Где её найти? Впереди, дальше по коридору и трижды налево, блин! Вариантов-то и нет.

Вперёд и только вперёд, как говорится…

Святилищу я напоследок всё-таки поклонился, ибо оно хоть и одарило меня сомнительным подарком, но убежищем послужило хорошим. Тут была вода, и за счёт одного только этого я смог привести себя в подобающий вид. Да и выспался, несмотря на «сон», я вполне неплохо, лёжа при этом на голых камнях. Была даже мысль задержаться тут ещё на день-другой, да только Тьма, столь для меня опасная, не переставала следовать по пятам. Я чувствовал, что в запасе у меня всего несколько часов, так что следовало поторопиться и разорвать дистанцию, покуда не стало слишком поздно. Ненулевой была вероятность того, что после очередной стычки я просто не смогу идти дальше какое-то время, а умирать в бессилии, глядя на то, как надвигается Тьма…

Сомнительная перспектива. Да и в «мире снов» у меня ещё были дела, включая становление сильным настолько, чтобы невольного наставничка там и прикопать. Почему невольного? Да потому, что не вязались его взгляды и эмоции с его же действиями! Он словно из-под палки выполнял возложенные на него обязанности, и при этом делал всё так, чтобы подопечный в моём лице как можно быстрее свалил к чёртовой матери и не появлялся там больше. Но вот хрен ему, а не бегство. Из природной вредности и приобретённой злобности напополам порвусь, но не сдохну!

Тем более, что я изначально намеревался жить так долго, как только смогу. Жить-то хорошо, даже если бродишь в душном подземелье в компании монстров и святилищ существ, часть которых намерена тебя прикопать при первой возможности.

А ещё я понятия не имел, как отказаться от этих снов. Думали, я об этом не задумывался? Ага-ага, а ещё у меня характер титановый, у обычного обывателя-то…

Спустя четверть часа, проведённых в дороге, я смог с уверенностью сказать, что кинжал в ладони теперь сидит как влитой, хоть и «тренировался» я с ним всего одну ночь. По сути я слегка, самую, блин, малость, привык к боли, научился вскакивать из любой позы, вставая в стойку, да худо-бедно отработал пять различных выпадов. Правда, нацелены они были на людей, а не на пауков мне по пояс и не на звиггов или скелетов, против которых такие движения вообще не котировались, но самое главное – общая суть.

Обучавший меня мастер тоже как будто бы не придерживался каких-то конкретных шаблонов. Он показывал мне одно, да только сам действовал совершенно иначе, и уверенности в том, что я не должен был пытаться пародировать его стиль с руко-ногомашеством у меня не было. Что, если избиение тоже часть урока? Как он меня только ночью не лупил – и ногами, и руками, и головой, локтями, спиной… И всё я запомнил, потому что хотел отомстить аналогичным образом. Даже пробовал повторить, но меня ждали лишь сломанные запястья и ступни, которые заживали за считанные секунды, после чего я снова слышал его грубый, хриплый и равнодушный голос: «Стойка».

Стойка. Выпады. Снова стойка. Выпады… После этой ночи казалось, что если я задремлю и меня разбудят ударом лопатой по голове, я всё равно встану в стойку. Потому что если я этого не делал в песках мира снов, меня избивали. Чем дольше лежал – тем больнее было. Раны регенерировали, но боль уходила не сразу, накапливаясь и пробуя меня на прочность. Выдержал бы я это без хладнокровия? И работало ли оно там, где ни инвентаря, ни «астрального знания» просто нет?

Загадка.

Появление двух пауков, притаившихся в засаде у очередного резкого поворота коридора, я воспринял философски. Как и то, что лишь осторожность и ожидание подвоха позволили отскочить назад, избежав потенциально смертельного прикосновения опустившегося с потолка полотна чёрной, как сама ночь, паутины. Вечный незатухающий факел, впрочем, слегка задело, но он достойно справился с препятствием, пропалив в паутине дыру и вырвавшись на свободу до того, как я успел на это среагировать и отдёрнуть руку.

– Знаете, в чём ваша проблема? – Я пригнулся, обеспечив себе куда большую устойчивость и, что важнее, возможность легко дотянуться кинжалом даже до ползущего по полу паука. Сейчас эти твари, конечно, держались у потолка, но я уже встречался с их сородичем и подозревал, что после неудачного прыжка наверх они не полезут. – Вас я, сволочи, всё-таки могу коснуться…

И словно поддавшись на провокацию, первый паук с визгом прыгнул на меня, копируя тактику того, первого убитого мною членистоногого. Вот только я в этот раз уже ожидал подобного, и потому в нужный момент шагнул вправо, дождался, пока паучья туша приземлится – и, краем глаза отслеживая перемещения второго монстра, отмахнул кинжалом одну из лапок, попав точнёхонько в сочленение. Сразу после этого пришлось стремительно отступать, так как второй паук выбрал именно этот момент уже для своего броска, и уклонился я на тоненького: его лапки чиркнули по моей руке, оставив неглубокие ссадины. Но и я в накладе не остался, срезав треть навредившей мне «фаланги».

Мы застыли: я, выставивший перед собой факел и готовый нафаршировать тварей честной сталью, и пауки, один совсем по-человечески прижимающий к себе отсечённую кровоточащую лапку, а другой – закрывающий его собой и как будто с ненавистью на меня поглядывающий. По всей видимости, второму мой удар оказался что слону дробина, даже крови не натекло, как с первого.

– Вы в курсе, что с вас можно наварить литр зелий? – Я начал бочком смещаться к повороту коридора, намереваясь занять выгодную для себя позицию за ним. Если пауки не шибко умны, то обойти по дуге не догадаются, и я смогу фаршировать их на своих условиях. В ином случае я потеряю лишь десяток секунд времени и щепотку нервов, плюс уйду подальше от распластавшейся по полу паутины, которая, подозреваю, своих свойств не потеряла, и вляпавшись в неё я рискую оказаться надёжно зафиксированной паучьей добычей.

К сожалению, спокойно дойти до угла пауки мне не дали. Членистоногое в авангарде ринулось вперёд, вскинув передние лапки над собой, в то время как «раненый боец» остался в тылу, и двигаться куда-то не спешил. Я же, прикинув палец к носу, встал в стойку, наклонился вперёд и, дождавшись финального паучьего броска, неплохо отработанным выпадом вогнал кинжал в крепкую паучью, кхм, головогрудь. Поначалу лезвие ушло внутрь всего на четыре-пять сантиметров, но упорство и нежелание знакомиться с хелицерами слишком близко сделали своё чёрное дело: я, в процессе растерзав три паучьих глаза, погрузил кинжал достаточно глубоко, чтобы паук начал судорожно и бессистемно дёргаться, а мне капнул опыт.

А в следующую секунду на меня сверху напрыгнула вторая тварь, которой смерть заступника не пришлась по вкусу. Но как мне не особо понравилось ощущать вгрызающиеся в запястье хелицеры, так и из её глотки выбил пронзительный визг факел, впечатавшийся в морду и выжегший ей добрую половину глаз. Вечный факел – это вам не игрушка, горит и нагревается даже если его впечатать в чьё-то рыло!..

Естественно, продолжать жрать мою руку, когда от жара вытекают глаза, паук не мог из-за банального инстинкта сохранения, и спустя пару секунд он отпрыгнул, покачнувшись: отсутствующая часть лапы ему всё-таки мешала даже несмотря на то, что конечностей у него ещё было достаточно. Я застыл, дожидаясь, пока утекающие единицы здоровья залатают повреждения на запястье, и я смогу им орудовать хоть как-то. Сейчас рука хоть и не висела плетью, но любой мало-мальски сильный тычок лишил бы меня оружия.

Паук же, казалось, выжидал… и я, сдавленно зарычав, предположил, чего именно. Резко бросаюсь в сторону, проходя на грани с полотном паутины на полу, и разворачиваюсь, вперивая взгляд туда, где стоял ещё секунду назад. Так и есть: ублюдских монстров в сумме было трое, и третий всё это время бесшумно подбирался ко мне со спины, прямо по потолку, и удерживал в передних лапках ещё одно чёрное полотнище паутины. Промедли я ещё секунд так десять, и он бы оказался у меня над головой, а итог… в лучшем случае я бы выжил, оставшись без здоровья и с ранами, вынужденный заняться промышленной алхимией для восстановления себя любимого. В худшем – помер бы, не совладав с «ловчьей сетью» и накормив этих прелестных тварей, порождённых не-игрой.

Но я не тот же слабак, что оказался здесь сутки назад. Смею надеяться, что кое-чему я научился, и хоть немного, но изменился… к лучшему? А к лучшему ли? Не факт. Но сражаться за свою жизнь я теперь готов до самого конца!

Бросок провалившего засаду паука был точно таким же, что и у монстров до него, так что я вновь попытался повторить предыдущий же манёвр, дабы лишить его хотя бы одной конечности. Но не повезло: кинжал скользнул по хитину и не повредил сочленения, хоть и порядком подрезал лапу в целом. Пришлось отступить и принять следующий рывок на факел, а после резким, совсем не техничным ударом вертикально вбить кинжал в головогрудь паука. Тот даже не пискнул, просто осев на землю и поделившись со мной опытом. Я кошусь в сторону, начинаю двигаться, кинжал исчезает в инвентаре, и с последним врагом в обнимку я лечу на землю, болезненно проезжаясь спиной по плохо обработанному камню. Левую руку грызут, как когда-то, а пламя вечного факела вновь оказывается слишком близко к моему лицу. Но в этот раз я уже знаю, что делать, и вернувшийся в ладонь кинжал в считанные секунды оказывается там, где угодно мне.

Последний паук затихает, и я, скинув с себя его тушу, поднимаюсь, зашуганно осматриваясь. Вокруг стояла мёртвая тишина, и только водянистый шелест вытекающей из паучьих туш крови разбавлял её неприятной уху ритмичностью. Для проформы я даже прошёлся вокруг, подсвечивая потолок подобранным с пола факелом, но новых противников не обнаружил. И только после этого заметил, что к штанине на правой ноге пристала паутина, которую я зацепил, ползая по полу. Среагировал я вполне естественно: попытался её отцепить с и так натерпевшихся штанов, но первая же попытка это сделать…

– Вот же ж бл!..

… окончилась плачевно: кончики пальцев онемели от малейшего касания, и регенерация не торопилась включаться в работу даже когда я осознанно к ней воззвал. Благо, сам по себе эффект оказался не особо длительным, но если представить, что эта прелесть накрыла бы меня с головой, или я попытался бы закрыться рукой…

Если здесь есть магазины или что-то вроде, я просто обязан разжиться там закрытой одеждой! Чёрт с ним, с удобством, защитные качества будут куда важнее. Это ведь всего лишь первые этапы не-игры, так что же будет дальше?..

Так или иначе, но я приступил к процессу исцеления и пополнения запасов, на что ушло всего двадцать с небольшим минут и немного восполнившейся за время сна маны. Как и в прошлый раз, всё упёрлось в отсутствие тары для крови, а прочие паучьи элементы времени на отделение и обработку практически не требовали, заняв место в моём инвентаре.Туда же я пихнул и паутину, убедившись в том, что быстрое касание ничего кроме лёгкого онемения не вызывает. Зачем она мне? А мало ли, пригодится! Салхимичу какую-нибудь отраву, намажу кинжал, порежусь и экспресс-туром отправлюсь на тот свет. А если серьёзно, то опыт игрока подсказывает, что материалы лишними не бывают, и всё то, что некуда деть сейчас, может потребоваться потом. Выкинуть-то всегда можно, а вот найти…

Не уверен, что такие пауки водятся где-то ещё, а путь назад мне рано или поздно, – скорее рано, – отрежет Тьма…

───── ✧⋅✧⋅✧⋅✧⋅✧⋅✧⋅✧ ─────

Старушка-земля.

Временная линия: ???

Коэффициент течения времени: 1 к ???.

Невысокая рыжеволосая девушка держала агрессивно вышагивала по тротуару, бросая во все стороны свирепые, агрессивные и полные желания убивать взгляды. В левой руке она держала телефон: не свой, а брата, вещи которого обнаружились этим утром в «потеряшке» метрополитена. Абсолютный и бесповоротный «кирпич», который знакомый мастер восстановить так и не смог, хоть и сделал для этого всё возможное. А ведь там могла найтись хоть какая-то информация о том, куда и как он мог исчезнуть! Прилежный студент-интроверт за всю свою жизнь ни разу не связывался с плохими компаниями, проповедуя сугубо законопослушный образ жизни. Кредитов не брал, долгов не имел – но провалился сквозь землю так, словно решил скрыться ото всех.

А правоохранители, что б им икалось, не проявили, по мнению Леры, должного усердия в организации поисков. Говорили что-то про постепенное расширение зоны поисков, про изъятие записей с камер, про геолокацию, банковские карты и прочая, прочая, прочая. Говорить-то говорили, но отправить людей пообещали только через несколько часов: многовато, мол, работы…

– Девушка! Девушка!.. – Зычный женский голос позади заставил Леру обернуться и отыскать взглядом на всех парах несущуюся за ней округлую и невысокую, но опрятную и не вызывающую отторжения женщину. Её она видела в отделении. И слышала там же, ибо ругаться и орать та умела знатно, так, что уши сворачивались в трубочку, а мозг требовал удалиться от источника ора минимум на километр. Или хотя бы этот ор предотвратить любыми способами, что в отделении полиции относилось к категории невозможного. – У вас тоже кто-то пропал?! Я видела ваше заявление! Вы знали, что пропавших много?! И у вас телефон пропавшего тоже сломался?!

Лера мигом подобралась, вперив цепкий взгляд в лицо, казалось, решившей подарить ей какую-то зацепку женщины. Но ответить девушка не успела, так как толстушка, поняв, что рыбка попалась на крючок, продолжила тараторить.

– Меня Бесса зовут, девушка. Я создала чат для координации действий родственников пропавших, вас тоже нужно туда пригласить! У вас же есть пропавший?!

– Есть. – Лера кивнула, сжав в руке телефон брата. – И телефон тоже сломан, восстановить не получилось…

– Это не совпадение! Нас, вместе с вами, пятьдесят четыре, и все просто исчезли безо всяких следов, одни вещи остались, и то не все! И телефоны – того…

С каждым словом новой знакомки Лера хмурилась всё сильнее, но её решимость приложить все силы для поиска непутёвого младшего братца от того лишь крепла. Ведь его исчезновение, похоже, и правда не случайность, раз пропавших уже больше полусотни. И телефоны…

«Как это связано с телефонами? Нужно попытаться войти в его аккаунт. Может, там сохранились бэкапы! Точно!..»

Ох, если бы она только знала, к чему её приведут такие размышления…

Глава 05.

Подземелья начали радовать меня некоторым разнообразием. Без шуток: прямые как топор, с редкими поворотами тоннели стали сменяться естественными пещерами, куда более широкими и просторными, но неуклонно перетекающими во всё те же коридоры. Бесшовно, так сказать. Из плюсов – я ментально взбодрился и повеселел, уделив немало времени осмотру нового «биома». Плюс закинул в инвентарь два десятка грибов неясного назначения и эффекта, полупрозрачный угловатый кристалл и пару «полотен» святящегося голубым магического мха, который бил по телу при изъятии даже сильнее, чем склянка с алхимическим снадобьем. Всё это добро было не полезнее паутины, но хомячью натуру, готовую использовать для выживания вообще что угодно, было не побороть.

Ах да! Ещё я поймал здоровенную крысу, которую там же и разделал, проверив на предмет паразитов, – хоть и всего лишь визуально, – и зажарив добытую «вырезку». Это было съедобно, по прошествии трёх часов реального времени я ещё не умер, а значит питаться таким образом было можно.

Особенно в отсутствие иных вариантов: не звиггов же жрать?..

Этих маскирующихся сверхгоблинов, к слову, я перебил ещё четыре штуки. Они встретились мне два раза по два, во всех случаях не доставив серьёзных проблем. Всё-таки там, где нельзя было подойти со спины, эти худосочные карлики сражались намного менее эффективно. Слишком лёгкие и слабые, могущие полагаться только на скорость, которую я «контрил» высоким показателем ловкости, звигги умирали как на конвейере. Опасно было бы, встреться мне целая стая, но пока мне везло.

Или не-игра была устроена так, чтобы я не сталкивался с непобедимым для себя врагом, что куда более вероятно…

Очередная пещера сразу показалась мне странной, ведь стоило мне сделать пару шагов вперёд, как во мраке, плещущемся впереди, скользнули жгуты сизого тумана. Я напрягся, выставив руку с факелом перед собой, и чуть-чуть согнул колени, встав в слегка изменённую стойку мастера из снов. Её основные плюсы я уже уяснил: устойчивость и свобода в движениях. Из этой стойки можно было бить и руками, и ногами, хоть мастер и показывал лишь выпады с кинжалом. Собственно, один звигг уже успел познакомиться с моей ногой, а я впервые выбил кому-то зубы. Та ещё картина, скажу я вам… но на душе в тот момент отчего-то было очень даже радостно.

Сейчас же врага, казалось, не было. Не слишком густой туман, которому здесь неоткуда было взяться, кружился вокруг, то ускоряясь, то замирая и трепыхаясь, словно пойманная кем-то полупрозрачная жирная гусеница. Там, где его жгуты сталкивались и переплетались, плясали странные тени и вспыхивали неясные образы. Их играючи распознавало подсознание, заставляющее меня дёргаться и озираться ещё активнее, но ум пасовал, не различая в тумане ничего лишнего. Хоть как-то я видел в таких условиях метров на пять в лучшем случае, а свет факела, который я, от греха, чуть приблизил к себе, застревал в этом злосчастном тумане, окружая меня в своеобразным светящимся коконом.

Но минуты шли, шёл и я, а угрозы всё не давали о себе знать. Эта естественная пещера уже сама по себе побила все рекорды, став самой длинной на моём опыте, а конца её видно не было. Воздух застыл и давил своей неподвижной душнотой, в то время как туман свободно витал вокруг, намекая на свою неестественную природу. Интуиция недовольно шипела, а я, идя практически вплотную к стене по правую руку, вглядывался в туман, пока в какой-то момент там что-то не мелькнуло.

Всего лишь тень. Мимолётное эхо чужого присутствия. Но не галюн, ибо видел я это вполне себе отчётливо. Кто мог водиться в такой пещере? Зомби? Вурдалаки? Призраки? Каждый из вариантов был одинаково плох и, в перспективе, более опасен, чем даже тройка звиггов. И избежать этой встречи я не мог, ибо Тьма позади и не думала ни отступать, ни давать мне время на передышку.

Опасно, но какие мои варианты?..

– Эй! – Я едва не подпрыгнул от раздавшегося позади голоса, резко развернувшись и выставив перед собой кинжал. В двух метрах от меня стоял высокий, худосочный негр с мечом в одной руке и факелом в другой. Одет «по погоде»: футболка, джинсы, кроссовки и золотая цепь на груди. Такого встретишь в городе – не удивишься особо, но здесь?.. – Ты слышишь это? Там что-то есть!

– Пока я слышу только тебя, мужик… – Бросаю негромко, втайне удивляясь столь чистой русской речи от человека нетипичной для наших краёв местности. Спиной я прижался к стене пещеры, так что нападения не опасался. – Давно ты тут?

Но вместо ответа афроамериканец, испуганно озираясь и размахивая факелом, начал отступать назад. Спустя секунду его силуэт был едва различим, а спустя ещё пару пропали и отсветы его факела. Я же, нахмурившись, замер в ожидании… чего-то.

И это что-то пробежало мимо с испуганными криками: девчонка со светлыми длинными волосами, в алом топике и шортиках… и со рваной раной на бедре. Я бросился было ей на помощь, – совершенно инстинктивно, – но девица, на пути которой я оказался, просто растворилась в воздухе, обдав меня волной ледяного воздуха.

Крики не стихали ещё несколько секунд кряду.

– Час от часу не легче. И угораздило же…

Фантомы ли, призраки ли, но вся эта дружная компания меня лишь замедляла и отвлекала. Я решительно развернулся и широкими шагами двинулся вперёд, агрессивно размахивая факелом и выискивая в тумане угрозу или устроителя сего шоу. Минута, вторая – и на меня с диким воем вылетело нечто давно сдохшее, разлагающееся, но движущееся, когтистое и смердящее. Я на голых инстинктах отступил назад, готовясь сбить тварь в сторону, повалить и начать потрошить кинжалом, но моя рука прошла сквозь морок, точно сквозь подмороженный кисель.

Вурдалак исчез, оставив после себя лишь отражающийся от стен пугающий вой и покалывание на коже. Я чертыхнулся, подобрался и зашагал дальше, как вдруг из тумана выплыло нечто странное: собранная в шевелящуюся сферу кипящая жижа, испускающая размеренное голубое свечение. Следом за ней показалось ещё одно такое нечто, ещё и ещё. И все они спокойно летели мимо, не агрессируя и вообще никак не показывая, что я их хоть сколько-нибудь беспокою. Одна даже отчасти прошла сквозь меня, когда я не успел отступить в сторону.

А вот следующая, по дуге меня облетающая…

Я стрельнул взглядом в другую сферу. Так и есть: сверкали они похоже, но не одинаково. Та сфера, что двигалась по дуге, была куда более плотной, и я видел в ней магию, как в безвинно убиенном прошлым днём скелете. Был ли этот иллюзионист нейтральным я проверять не решился, как будто ненароком отступив в сторону и резко, с разворота вогнав кинжал в самый центр вполне себе материальной сферы. Руки погрузились в желеобразную плоть следом за оружием, и я, напрягая мышцы, потянул клинок в сторону, стремясь рассечь врага и оставить ему как можно более жуткую рану. Никакого ядра, – «база» для всяких студенистых монстров в играх, – у желе я не видел, так что рвать нужно было именно что его тело, сейчас сопротивляющееся и пытающееся уйти в сторону, соскочить с кинжала и, возможно, чем-то ответить.

Я не дал, бросив факел на пол и вогнав левую руку в разрез по самый локоть, схватив там что-то и потянув иллюзиониста на себя, не забывая, впрочем, терзать его честной сталью. Воздух вокруг задрожал от напряжения, точно неаккуратно вправленное в оконную раму стекло в доме подле железной дороги, по которой нёсся перегруженный товарный состав, но я уже умудрился подмять врага под себя, удивляясь тому, что крови или чего-то подобного у него не было.При этом я чуть ли не напополам вскрыл сферу, которая как будто бы и не думала умирать…

А в следующую секунду по всему телу прошёлся мощный разряд, вынудивший включиться в дело регенерацию и отбросивший меня в сторону. Кинжал остался в теле врага, факел – на полу, а я, качая головой в попытках увидеть что-то среди чёрных и алых пятен, плавающих перед глазами, почувствовал обнадёживающий «плюс» к опыту.

Всё затихло, туман начал рассеиваться, а я – потихоньку приходить в себя после, похоже, закрытия детского гештальта на близкое знакомство с розеткой. А то вздумал тут, понимаешь, засранец здравомыслящий, гвоздь ни разу туда не пихнуть! Вот тебе за это неведомая энергетически-магическая хрень, напускающая туман, иллюзии и электрические разряды!

Но если говорить серьёзно, то я капитально облажался. Будь сфера чуть более живучей – и я бы с вами сейчас не разговаривал. Будь у сферы дополнение в виде какого-нибудь подручного, что вполне возможно, с её-то силами, и меня настиг бы печальный конец.

Назревает вопрос: кто виноват и что делать? Как бороться вот с этим вот, способным шибать током так, что глаза на затылок изнутри начинают смотреть? Не нападать, и это действительно нечто мирное, и способное дать втык агрессору? Так пропустишь эту хрень за спину, она ударит – и всё, хана алхимику. Может, есть резон брать таких измором, нанося рану и отступая до тех пор, пока она не издохнет? Монстры же, в отличие от меня, не регенерируют, и их запас прочности сильно ограничен…

Обо всём этом я думал, пока подбирал факел и изымал своё оружие из трупа, больше всего напоминающего тухлого слайма. Пропало свечение, рассеялась магия… но я всё равно выпотрошил тушку, пытаясь по внутренней начинке понять, что это за слизнюк летающий. «Астрал» наделил меня знанием ингредиентов для трёх примитивных рецептов, но, похоже, иллюзионист не был компонентом ни для одного из них. Хреново: так хоть по названию можно было бы попытаться определить, что это и с чем его едят. Органы-то внутри обнаружились, хоть и выглядели как просто нечто более плотное, чем окружающая их «плоть». И магия из них не улетучилась до конца, за счёт чего я их сначала заметил, а после и вырезал, пополнив свою страшненькую коллекцию.

Назвался алхимиком – собирай, значицца, ингредиенты для работы, и не морщись от того, что процесс способен вызвать рвоту у любого нормального человека.

С рутиной я покончил за полчаса, двинувшись дальше. Вот только родные коридоры мне так и не встретились, зато впереди начал клубиться уже знакомый туман. Грязно и от души выругавшись, я залил в глотку зелье лечения, восполнив здоровье до двадцати девяти единиц, и упрямо двинулся вперёд. Бояться и дрожать смысла не было, это просто ничего не даст. Но и излишняя самоуверенность чревата. А это значит, что нужно сосредоточиться на реализации имеющихся планов по устранению сферы, в частности – попытаться ранить её и разорвать дистанцию до того, как она опомнится и вдарит электрическим разрядом. Может, эта тварь вообще только при касании бьёт, кто ж знает?..

С такими мыслями я и продирался сквозь туман и иллюзии, воспринимая каждого фантома максимально серьёзно: мало ли, кто из людей, призраков или чудищ окажется настоящим? В процессе я дошёл до одной интересной мысли: иллюзии, какими бы реалистичными они ни казались и какие бы звуки ни издавали, не пахли. Даже когда я едва не обнялся с фантомом разлагающегося зомби, зажать нос желания не возникло, и затхлую сырость никакая вонь не разбавила. Да и объятый пламенем мужик, выбежавший на меня из тумана, был детализированной и орущей от боли, но всё же пустышкой. Это открытие меня приободрило настолько, что я едва не проворонил иллюзорную девушку, вокруг которой едва заметными всполохами кружилась магия.

Сначала я подумал, что рыжеволосая красотка – настоящий человек, чему сильно обрадовался, но уже спустя секунду осознал, что источником магии является только её, кхм, выдающиеся нижние девяносто, да и идёт она строго на меня, делая себя визуально шире при помощи плаща. Да и какой к чёртовой матери плащ в этой зоне, где я разве что не в одних трусах щеголяю?!

– Привет! Ты потерялась? – Я с совершенно безобидным и добрым выражением лица двинулся иллюзии навстречу, опустив кинжал и напряжённо размышляя касательно того, что попытается сделать замаскированный висп, как я решил именовать этих желейных светлячков-иллюзионистов. Ударит электричеством? Воспользуется какими-то иными своими способностями?..

– Тупой человечка!.. – Когда между нами осталось меньше пары метров, прямиком из-за иллюзии на меня с воинственным воплем вылетел звигг. Я, удивившись не слабее, чем в самом начале всего этого дерьма с попаданием в не-игру, факелом перехватил дубинку и уверенным движением насадил хозяина сей колотушки на кинжал. Вопли ударили по ушам, но я практически сразу провернул оружие в ране и отбросил недобитка в сторону, делая два шага назад.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.