Андрей Ткачев
Сильнейший ученик
Книга 1

Глава 1

– Я не могу нащупать его пульс. Массаж сердца не помогает! – раздаётся обеспокоенный приятный девичий голос рядом со мной. – Вы не могли быть на тренировке полегче?! – сразу же после этого начинает кого-то ругать она. – Можно же было не применять настолько опасные методы!

Хочется сказать, что со мной всё в порядке, но не получается, в груди как-то тяжело. Да и пошевелить конечностями не получается, чтобы хоть каким-то образом привлечь к себе внимание.

– Я и так… полегче, – в ответ произносит кто-то смущённо. – И вообще у Нила он больше рискует своей жизнью на его полосах, – не очень внятно стал оправдываться он.

– Эйко, можешь отойти за свежими полотенцами? – раздаётся одновременно мягкий и в то же время властный голос. – Мы сейчас поможем ему, так что не волнуйся. А ты потом сделаешь компрессик, хорошо?

– Хорошо, – коротко бросает девушка и слышно, как она поспешно убегает куда-то.

Правда, шаги какие-то очень лёгкие, будто она и не касается пола.

– Проследи, чтобы она не появилась тут, пока мы не закончим, – отдаёт приказ этот неизвестный и, похоже, за девушкой устремляется кто-то ещё.

– Но что мы можем сделать, Старейшина? – раздаётся мягкий тенор. Да с таким бы голосом в опере петь. Какие только глупые мысли не появляются в голове. – Это же клиническая смерть.

Как смерть?! О чём они?! Я же тут! Просто пошевелиться не получается…

– Просто кому-то надо быть… не настолько увлекающимся, – пожурил названный Старейшиной. В ответ раздалось виноватое неразборчивое бурчание. – Есть одна возможность, но не факт, что получится. В любом случае мне не хотелось бы расстраивать Эйко раньше времени. Лучше помоги перенести паренька в другое место, чтобы нам никто не помешал. И возможно ты вместе с Райлином еще можете потребоваться, а то у того, что я сделаю, могут быть последствия.

Ну просто замечательно! А можно как-то без последствий?!

– Хорошо, Старейшина.

После подобного голосов я больше не слышал и спустя некоторое время ощутил резкую боль в груди, будто меня укололи прямо-таки метровой иглой, причём без всякого предупреждения, и резко вскочил со своего места. Голова от такого закружилась, но я справился с первым приступом слабости.

– С возвращением, Адриан, – раздаётся знакомый мне уже голос Старейшины.

Им оказался могучий старик под два метра ростом, который даже в сидячем положении, казалось, возвышался надо мной. При этом он по-доброму и с сочувствием улыбался мне.

– Но я не… – попытался возразить я и замер, не понимая этого ощущения.

Это имя вроде и было моё, и в то же время я чувствовал, что было что-то ещё, но вспомнить не получилось.

– Теперь всё будет хорошо, Адриан, – произнёс он успокаивающим голосом, и мои глаза сами собой закрылись.

* * *

С момента моего такого необычного пробуждения прошло несколько недель и только сейчас в голове более-менее всё устаканилось.

Меня зовут Адриан Матсари и это уже не вызывает чувство отторжения, как было в первые часы моего двойственного состояния. Из-за этих ощущений я мог просто замереть на месте, не в силах пошевелиться, пока мысли вновь не приходили в порядок. А то из-за того, что я подобное состояние не контролировал, меня оно могло застичь в самый неподходящий момент, да и сумбур в мыслях, когда размышления перескакивают с одной темы на другую без какой-либо связки… Подобное как минимум неприятно, но, по крайней мере, никто этого не заметил, и для большинства моё необычное состояние так и осталось незамеченным.

Как объяснил Старейшина, это была связано с тем, что я умер, но меня смогли вернуть обратно к жизни. И вроде бы я ему верил, но было в этом существенное но…

Я помнил себя Адрианом Матсари, сыном любящих родителей Раэль Матсари и Гиро Матсари, старшим братом Самины Матсари, которая во мне души не чает. Парнем лет семнадцати, который в этом году должен был окончить школу и поступить в академию, чтобы получить желаемое высшее образование. Всё, как уже давно было спланировано, и в принципе было вполне типично для парня моего возраста.

И в то же время я чувствовал себя на десяток лет старше. Я знал, что любил создавать музыку и в результате аварии был лишён этой возможности – руки полностью отказали. Мне в течение нескольких лет пришлось пережить множество операций, и вот последняя из них должна была вернуть мне чувствительность в руках до приемлимого уровня, но, видимо, что-то пошло не так.

Причём эту последнюю часть я ощущал смутно, будто полузабытый сон из далёкого прошлого, и в то же время она делала меня несколько иным, не тем, кем я был до этой смерти, которая вроде и не была смертью.

Непросто описать подобное состояние, когда и сам не понимаешь, что испытываешь. Главным же моим успехом было то, что я, кажется, не тронулся умом. Сложно утверждать подобное наверняка, когда чувствуешь, будто до определённого момента жил двумя жизнями, а сейчас у тебя только одна.

И хорошо, что подобное можно было списать на тяжёлые тренировки, так что на моё в первое время странное поведение никто не обращал внимания. Трудно заметить изменения в человеке, когда он только и успевает, что доползти до дома, чтобы рухнуть на кровать. Хорошо ещё, что уроки позволяли делать в додзё между тренировками, да и Эйко мне сильно помогала, когда я сам начинал в чём-то путаться.

Наверное, именно она была тем лучиком надежды, который не позволял мне сдаться. Собраться и вновь стать целостным, а не непонятно чем я в тот момент был.

Тут лучше вернуться немного назад и пояснить, что вообще происходит вокруг меня.

Так вот, так уж вышло, что я происхожу из клана, который веками занимался боевыми искусствами и улучшал как собственные техники, так и проводил целенаправленную селекцию среди членов рода, чтобы каждое последующее поколение было сильнее предыдущего или, по крайней мере, не уступало ему ни в чём. И этим занимался далеко не один род и не в одной стране, а по всему миру – прямо целенаправленное желание воинов всего мира создать идеальных бойцов. Получить лучшее из имеющегося.

Культ личной силы во всей красе, да. Впрочем, это было справедливо лишь для небольшого процента людей, так как остальные люди за личной силой с таким, можно даже сказать, фанатизмом, не гнались и лишь древние рода, прошедшие через множество войн, продолжали стоять на том, что завещали им предки-основатели.

Традиции – для многих не пустой звук, и им следовали несмотря ни на что, пусть и допускали определённую вольность трактовки в связи с тем, что происходило в современном мире.

Казалось бы, с таким подходом и я должен был представлять собой что-то необычное. Всё же многовековая селекция, причём целенаправленная, была введена не для того, чтобы в роду появлялся брак – это уже давно научились пресекать на корню и добиваться наилучшего результата из имеющихся вариантов. Что уж говорить, если браки заключались ещё на этапе, когда детям было всего ничего и их не особо спрашивали о собственных желаниях, да и послушание перед старшими тут вбивалось в подсознание на таком уровне, что далеко не каждый решится возразить хоть что-то против решения старших.

У меня действительно были прекрасные гены, я был очень развитым ребёнком, а потом и подростком. Редко болел, да и раны заживали довольно быстро – здесь это было в какой-то мере нормой, но у другого моего я подобные способности по первой вызывало шок, так как это было за гранью понимания этой части моей личности.

По сути, я должен был стать одним из образчиков молодого поколения воителей, будущих мастеров боевых искусств, которые буду прославлять свой клан и дальше сквозь века. Вот только как говорили все учителя, которых пыталась нанять моя мама, – я полностью лишён таланта к боевым искусствам и проще мне дать жить обычной мирной жизнью, чем ввести в мир бесконечных сражений.

По этому поводу у родителей, когда они думали, что я их не слышу, возникали частые споры. Причём мама настаивала на продолжении попыток добиться от меня хоть чего-то в этом направлении, а отец защищал мою спокойную жизнь. И ведь делали оба родителя это из любви ко мне, просто видели они всё это в разных ракурсах.

Ах да, ещё один нюанс моей жизни, серьёзность которого я не сразу понял. Да, я результат многовекового отбора лучших кандидатов, которые давали ещё более сильное потомство, но было в этом несколько «но». Куда уж без этого, правда?

Моя мама, Раэль Матсари, происходила из клана Кригер (ну или говоря проще – урождённая Кригер), одного из древнейших кланов нашей страны, которые были элитными защитниками и телохранителями для высокопоставленных особ. Само название клана было, по сути, знаком качества и наниматель мог спокойно доверить безопасность своей жизни клану.

Деньги за это брались немалые, но они более чем полностью окупались, с чем были согласны во всём мире – благо примеров того, как все вокруг погибали в результате покушения, а кто-то из клана Кригер спокойно доставлял нанимателя до безопасного места, было действительно много. Так ведь часто клановый воин не только защищал свою цель, но зачастую сам, своими силами, устранял угрозу порой ещё до того, как у нападающих вообще появились бы шансы совершить свою акцию.

Очень активная защита и вольная трактовка понятия телохранитель, да.

Так вот. Пусть мама и происходила из этого известного клана, но её изгнали из-за какого-то неприятного инцидента. Порывшись в сети, я не нашёл зацепок на этот счёт, так как произошло подобное ещё до моего рождения и пусть само событие было широко известно в то время, сейчас упоминаний о нём почти не осталось.

Даже закралась мысль, что кто-то тщательно почистил все отсылки на эти события в сети, чтобы такие, как я, не могли ничего о нём найти. Вот только зачем это надо было делать?

Как я понял, клан был вынужден изгнать маму по политическим соображениям, чтобы сохранить свою честь. Вроде как мама не справилась со своей задачей телохранителя и из-за ее действий был нанесен урон охраняемому объекту и его имуществу, что было грубым нарушением всех правил.

Но после того как её изгнали, буквально через неделю вскрылись детали дела, которые переворачивали всё с ног на голову, и получалось, что мама была полностью в своём праве, так как наниматель не дал всех деталей своего дела во время заказа и из-за этого невозможно было правильно спланировать его охрану. И, вообще, в этот момент мама защищала жизнь детей, пусть и не связанных с нанимателем.

Последнее даже имело большую силу, ведь забота о детях была заложена чуть ли не в генах каждого воина клана. Несколько своеобразная, правда(со своими детьми они весьма суровы в воспитании), но всё же.

Вот только изгнание обратной силы не имеет, и пришлось моей маме так и продолжать находиться в статусе изгнанницы, но как я понял по своим воспоминаниям, маме это далось не слишком-то и тяжело. Всё же спустя несколько месяцев она встретила моего папу, и вот вскоре появился я, а через три года моя сестра.

Так что, несмотря на то, что она больше не состояла в клане Кригер, мама была довольна своей жизнью. Да и занималась она любимым делом, которое ей вряд ли бы было позволено, оставайся она и дальше членом клана.

Только один момент я прошлый не понимал, а сейчас осознал довольно чётко. Мама хоть и была и изгнана из клана, но всё ещё оставалась клановой, не на бумагах, а своим образом мышления. И она, как любая клановая женщина, хотела, чтобы её дети тоже изучали боевые искусства и преуспели в этом. Вот только, к её сожалению, мама была полностью лишена таланта учителя и лишь могла мне и сестре показать базовые вещи, с которыми справится и обычный человек.

Такой, как мой папа.

Да, по идее, для клановой женщины неслыханное дело – выйти за обычного человека, который не связан с миром боевых искусств, но для изгнанной действуют совершенно другие правила. Да и на пребывающей в таком статусе воительнице никто из других мастеров никогда не женится – это своего рода клеймо, которое не смыть, как бы ты ни старался, и не все хотят связываться с изгнанниками.

Может, несколько сумбурно, но я и сам только недавно во всех этих связях разобрался и порой голова идёт кругом от того, что творится вокруг. Но кажется, я справился с укладыванием всех этих сведений по полкам внутри своего разума и больше не испытывал проблем хотя бы в этом плане и мог просто жить и наслаждаться этой жизнью.

Оторвав голову от подушки, я стал собираться в школу. Всё-таки выпускной класс и нельзя начать вдруг опаздывать, когда всегда придерживался пунктуальности в этом вопросе, да и родителей радовали мои успехи в учёбе. Правда, Самина в этом плане меня полностью уделывает, но она всегда была умницей.

Глава 2

Разумеется, перед тем, как куда-то идти, необходимо было позавтракать, ведь без заряда энергии с утра вообще невозможно рассчитывать на хорошие результаты. В этом плане у нас было всё, что необходимо, так что мне оставалось лишь выбрать, что именно я хочу сегодня и после плотного завтрака запить всё свежевыжатым соком.

Делал я всё это в тишине, так как вставал раньше всех и старался просто никого не разбудить, благо мама научила всему, что необходимо делать и на кухне я не терялся. Ну а сама кухня была хитрым образом звукоизолирована от всего остального дома, но, похоже, это делалось для того, чтобы никто не поймал тебя во время ночных набегов на холодильник.

Казалось бы, мама должна придерживаться каких-то правил в этом плане, но уж очень она любила ночные перекусы, которые, впрочем, никак не сказывались на её фигуре. Самое обидное, что нам подобное запрещалось, так что проникновение на кухню часто превращалось в целое испытание, ведь если попадёшься – наказания не избежать.

Но когда возможность наказания останавливало детей от приключений?

Вот только я давно уже бросил попытки добиться в этой миссии успеха, как, впрочем, и папа. Что не скажешь про Самину, которую мама ловила очень редко и то мне кажется, это просто происходило из-за того, что иногда время их походов до холодильника неприятно совпадало.

Да, забавная у меня семья, но не скажу, что это было плохо – всё же из-за подобных ситуаций мы довольно близки.

Дальше проверить – всё ли взял с собой, переодеться в школьную форму и отправиться на встречу со своей одноклассницей.

– Адриан, как ты себя чувствуешь? – вежливо поинтересовалась Эйко, стоило нам только встретиться все на том же перекрестке как и всегда.

Так уж получилось, что путь Эйко из додзё, и мой, из дома родителей, пересекались в одной точке. Так, собственно говоря, мы однажды и познакомились.

Красивая блондинка с довольно аппетитным, особенно для своего возраста, формами, пыталась приманить маленького котёнка, что наотрез отказывался спускаться вниз, сидя на ветке дерева, до которой так просто с земли не допрыгнешь. Я захотел помочь привлёкшей моё внимание девушке, но она неожиданно легко подпрыгнула на ветку дерева и достала этого котёнка. Блондинка спрыгнула вниз со своей драгоценной ношей, а я от неожиданности оступился и упал на землю. Дальнейшего я уже не помнил. Похоже я умудрился удариться затылком о камень.

Да, везение – мое второе имя.

В следующий миг я уже очнулся в додзё. Сюда меня привела сама девушка, которая забеспокоилась, когда я так и не очнулся несмотря ее попытки сделать это прямо на месте. Правда, как такая хрупкая особа смогла дотащить меня, я даже не представляю – я же как минимум на голову выше неё. Вот только в дальнейшем подобные вопросы отпали сами собой.

Проснуться с кучей иголок в теле это те ещё впечатления, даже не знаю, как я не заорал от подобного и не вскочил, нарушив всю схему работы неизвестного мне на тот момент мастера. Всё же иголки были довольно тонкими и могли обломиться от неосторожного движения, да и кто знает, что произошло бы, если б мне каким-то образом удалось их повредить.

Хорошо ещё, что рядом оказался Старейшина, который одним своим присутствием действовал успокаивающе вообще на всех. Мне даже кажется что этот старик так и разъяренного зверя может остановить просто взглядом и доброй улыбкой. Он же мне объяснил, где я нахожусь и неожиданно предложил стать их учеником.

Подобное предложение поступило очень вовремя, ведь к тому моменту я уже отчаялся получить нормального учителя, который бы не отмахнулся от меня с первого же взгляда, так что я без раздумий согласился.

Правда, тут, скорее, ещё повлияла светловолосая девчушка, которая с любопытством выглядывала из-за косяка двери. Надо было видеть, как посветлело её лицо, когда мне предложили ученичество, и я после подобного просто не смог отказаться. Не в тот момент, когда даже представлять расстроенное личико девушки мне не хотелось.

Сейчас-то я понимаю, что надо было взять время на подумать, ведь никто не заставлял меня отвечать сразу, но в тот момент я точно думал не головой. Да и только недавно до меня пришло понимание, что всё это могло быть подстроено заранее мастерами этого места, так как родители вполне спокойно восприняли, что меня взяли в додзё «Последний приют».

Только задуматься – одно название должно было бы насторожить любого, но я-то его узнал только спустя несколько месяцев, да и то сначала подумал, что это просто глупая шутка. Ну а потом было уже слишком поздно, чтобы отказываться: тут и гордость взыграла – всё же я пусть и из изгнанной ветви, но всё ещё по происхождению являюсь клановым; и то, что таким образом я мог чаще видеться с Эйко, которая проживала прямо в додзё.

Каким же я был наивным до своей… смерти.

Говорят, что после смертельной опасности здорово прочищаются мозги, вот и Старейшина своими неведомыми методами смог что-то сделать со мной. Изменить меня, ведь я пусть и смог как-то не проколоться в своем поведении, но стал немного другим, не тем, кем я был прежде. Хорошо это или плохо, но это было именно так.

Но всё это можно оставить и на потом, так как я уже довольно долго молчу и Эйко начала беспокоиться. Она вообще часто обо мне переживала, что в глубине души не могло не радовать меня. Ведь эти чувства довольно тёплые и тем более от девушки, которая мне так понравилась.

– Всё хорошо, – открыто улыбнулся я, согнув руку и показывая на свой бицепс.

При этом постарался не морщиться, так как вчера мастер Беккер, похоже, сломал мне ребро. Благо уровень медицины у мастеров додзё, в котором я обучался, тоже был на высоком уровне, так что я мог надеяться на скорейшее восстановление. Тем более, моё происхождение позволяло мне восстанавливаться гораздо быстрее и без оказания медицинской помощи.

«Такие мелочи, как сломанные кости, не должны влиять на тренировку», – сказал бы мастер Беккер и только бы усложнил занятия из-за моей промашки.

– Я силён, как никогда, – с важным видом произнёс я.

– И всё же поберёг бы ты себя, Адриан, – улыбнулась мне блондинка, отчего я на миг поплыл, но тем не менее смог справиться с собой. Да эту улыбку можно использовать как оружие, чтобы ошеломлять противника! И эту улыбку дарили мне, что намного важнее, так что такой удар я готов был выдерживать хоть каждый день. – Тренировки тренировками, но всё-таки необходимо помнить о своём здоровье.

– Спасибо за наставление, Эйко, – поклонился я девушке, сложив руки в жесте кулак-ладонь и вытянув их перед собой.

– Адриан, прекрати, – смущенно возмутилась блондинка, осматриваясь по сторонам. – Люди же могут заметить!

– Всё-всё, – улыбаясь, разогнулся я. – Соблаговолите вас сопроводить до станции метро? – галантно спросил у неё спустя мгновение.

– Если вы хотите оказаться подобную услугу, то я просто не могу отказаться, – подмигнула мне Эйко, весело рассмеявшись.

Может быть, мастера что-то и повредили в моей голове во время всех этих тренировок, но вот подобные мгновения стоило того ада, через который я проходил каждый день. Определенно стоили.

* * *

В школу мы пришли заранее, так что могли позволить себе немного прогуляться по ещё не жёлтой, несмотря на время года, аллее. Школа у нас была престижной и на своей территории могла позволить многое, в том числе и настоящее произведение искусства в направлении садоводства. Причём этим занималась целая бригада работников, которые очень ревностно следили за тем, чтобы учащиеся не портили созданные ими композиции.

И естественно, что у нас у всех была форма, согласно уставу. У парней это были пиджак синего цвета и в тон ему штаны. Дополняла форму белая рубашка и полуботинки, которые были ближе к спортивному стилю. Хорошо, что руководство школы не собиралось нас всех наряжать под классику, и в униформе использовался вполне себе современный материал, износостойкий и который не сковывает движений.

С парнями вроде всё понятно, так же как и то, что кто-то из руководства очень хорошо понимал парней моего возраста.

Почему я пришёл к подобному выводу? Это просто – надо было видеть эти белые блузки, синие приталенные пиджачки и юбочки, летом немногим выше колена, и соответственно, в более холодную погоду порой ниже, но тут уже на вкус самих школьниц. Всё же погода в нашем регионе даже зимой довольно тёплая, так что проблем с этим не возникает.

При этом надо учитывать, что пусть кланов было относительно немного, но в целом все жители империи в той или иной мере были повёрнуты на спорте, и встретить кого-то, не следящего за своей фигурой, было довольно проблематично. Началось это движение где-то лет триста назад, если я не ошибаюсь.

И если вначале всё было довольно жёстко и принудительно с ориентиром на цвет нации (которым, разумеется, были кланы), то теперь это было вполне в порядке вещей. Да, такая политика давно доказала, что быть в здоровом теле лучше как для отдельной личности, так и для всего общества в целом.

Тем более в таком случае больше шансов попасть в тот или иной клан, что сразу сказывается на престиже и на зарплате, что было немаловажно. Недаром большинство считает, что только стоит стать одним из клановых, как тебя ждёт исключительно один успех.

Ну что можно сказать? Я только был рад, что живу в подобном государстве, и глаз радуется, скользя по подтянутым девичьим фигуркам, которые так и привлекали к себе внимание. И пусть всё это были школьницы, но возраст согласия у нас начинается с пятнадцати лет, так что… варианты возможны.

Правда, подобное не совсем приветствуется, но не всех это останавливает, да.

– Адриан, о чём-то задумался? – поинтересовалась Эйко.

Пусть сейчас девушка мило улыбалась, раскланиваясь со множеством своих знакомых, но вот проскользнуло в её вопросе несколько ледяных ноток, которые здорово остудили пыл.

– Просто думаю, что жить здорово, – весело улыбнулся я, не так уж и слукавив.

– Вот как?

– Конечно, особенно когда рядом с тобой идёт такая красавица, – подмигнул я ей.

– Ой, совсем меня засмущал, – нисколько не смущённо покачала головой девушка.

Вот только за время нашего знакомства я научился некоторым тонкостям и чувствовал, что такой незамысловатый комплимент пришёлся Эйко по душе. Правда, показывать этого она не будет, особенно при всех – гордая.

О самом классе рассказывать особо нечего. Лишь, наверное, то, что среди моих одноклассников было несколько клановых ребят, но они все из младших ветвей. Дети сильнейших семей клана воспитывались в куда более элитных условиях, но и спрос с них был, конечно же, более серьёзный. Поэтому сложно было сказать, повезло им или нет – считаться лучшими в клане.

Так что ребята все были обычными и то, что некоторые из класса не понаслышке знакомы с боевыми искусствами – ну так и остальные ими по чуть-чуть занимаются в рамках той же клубной деятельности, например. Да, они не могли показать такие же результаты, как клановые ребята, которые занимались своим развитием с раннего детства. Однако было множество примеров, когда, казалось бы, не имеющие за своей спиной длинной родословной, бойцы становились мастерами боевых искусств, с которыми приходилось считаться, а некоторые из них и вовсе добились права создать собственные кланы.

Благо в последние лет пятьдесят к этому в мире стали относится куда проще и давали возможность любому желающему побороться за это право. Правда, и ответных действий с такого желающего ждали с пристальным вниманием.

Для меня самым хорошим на уроках было то, что я мог здесь наконец-то отдохнуть от тренировок. Учился я со всем усердием и подходил к урокам со всей полагающейся подготовкой, как и должен поступать ответственный ученик.

Тут дело было не только в воспитании и в том, что не хотелось оставаться позади в успеваемости, но и в том, что Эйко была очень умной девушкой, и отставать от неё мне не позволяла всё та же гордость. Так что приходилось вкалывать ночами или между тренировками, чтобы во всём разобраться.

Правда, после моей «смерти» учёба мне стала даваться гораздо легче. Я будто уже проходил материал, который преподавали мне ранее в школе, и теперь мне достаточно было всего часа в день на занятия, чтобы начать подниматься по учебному рейтингу вверх, приближаясь к Эйко. У последней это вызывало лишь радость моим успехам, но а я всё списывал на её помощь мне с учёбой, что девушке было безусловно приятно. Да и причастность к моим успехам в какой-то мере показывала, насколько красавица сама хорошо разбирается в материале.

К сожалению, из-за такого напряжённого состояния (в попытках не отстать как в тренировке, так и в учёбе), я стал иногда на уроках засыпать, что неизбежно привлекало ко мне внимание, и вызывало острое желание у учителей позадавать мне дополнительные вопросы по только что рассказанному материалу и немного выходя за него. Наверное, в этом виновато моё сонное состояние, но когда я незаметно для себя стал отвечать на вопросы из академической программы, учителя были вынуждены отстать от меня.

Одно дело, пытаться поставить на место того, кто пренебрегает правилами и отказывается учиться и другое, когда я даже в таком состоянии выдаю всё без запинки и куда более расширенно, чем от меня в принципе требовали. Как-то поучительный момент в результате не получается, и тратить силы и время ещё и на это никто не хотел.

Пришлось делать перед одноклассниками смущённый вид и объяснять мои познания тем, что я уже стал готовиться к поступлению в высшее учебное заведение и решил увеличивать количество знаний, чтобы пройти все вступительные экзамены на бюджетное место. Всё же при поступлении необходимо очно отвечать на вопросы сразу из десятков дисциплин, и вступительная комиссия по слухам очень любит, когда поступающие знают предметы куда глубже, чем необходимо для прохождения минимального порога, а значит, это всё то, что не было включено в учебную программу.

Да и, откровенно говоря, не хотелось мне брать учебный кредит, выплата которого могла вполне затянуться на десяток лет после окончания учёбы. Посадить себя на долговую цепь это не то о чём хочется мечтать.

Это надо было видеть лица парней и девушек, которые вроде бы уже давно меня знают – кучу лет как-никак вместе учимся, пусть я и ни с кем особо не сближался – и не видели, что я настолько нацелен на поступление, что уже стал тратить «дни своей молодости» на подобное.

Они не очень понимали меня, но вот у Эйко после моего сумбурного объяснения можно сказать загорелись глаза. Что-то говорит мне, что после такого рода признания моя знакомая ещё более плотно засядет за учёбу.

Хотя куда ещё плотнее? И так догнать её по рейтингу мне, скорее всего, за оставшийся год не светит.

Всё это, конечно, хорошо, вот только после школы я должен был возвращаться в додзё, где меня ждали очередные тренировки. А ведь учёбу никто не отменял. Да и контрольные скоро, а к ним надо бы подготовиться.

Глава 3

Эйко вот хорошо, она может спокойно входить в ворота додзё, которые представляли самую настоящую монструозную деревянную конструкцию, которую сдвинуть мог далеко не каждый человек. Вот я, например, до сих пор не мог это сделать, а Эйко делала это с показательной лёгкостью одним пальчиком, что было несколько обидно. Мне говорили, что я тоже когда-нибудь так смогу, если не помру, но я как бы уже успел это сделать и всё равно что-то прогресса нет.

Правда, ещё нюанс в том, что к воротам, кроме меня, никто не подходил, так что я даже не мог проверить – может ли вообще хоть кто-то кроме местных обитателей сдвинуть их с места.

Сама территория додзё «Последний приют» была довольно большой и её закрывала от внешнего мира старая каменная стена. Вполне возможно, раньше на этом месте был какой-нибудь военный форт, но вот таких подробностей я не нашёл, даже несмотря на то, что рылся в архивах по этому вопросу.

Я уже давно понял, что в сети многие вещи просто не найдёшь, и одна надежда оставалась на старые записи, благо у нашей школы была очень богатая библиотека и желание учеников заниматься в ней только всячески поощрялось.

Кстати, стена была всего-то три метра в высоту и для мастеров боевых искусств подобное точно не было препятствием, но вот только, наверное, нет такого смельчака, который захочет попасть внутрь подобным способом. Как минимум это не очень уважительно по отношению хозяевам этого места, а как максимум… в общем, я бы никому не советовал делать это иным способом, кроме как стучать в ворота и терпеливо ждать, когда тебя пустят внутрь.

Если вообще пустят.

Эйко ушла далеко вперёд, а вот я оставил портфель чуть в стороне, под специальным навесом, защищающим вещи от непогоды, и осторожно двинулся вслед за ней, прислушиваясь к каждому шороху. Уже прошли те времена, когда я по своей глупости думал, что внутри всё безопасно и здесь можно ходить спокойно.

Нет, мастера просто не могли допустить подобного. Из их слов выходило, что они ещё и помогали мне развить чувство опасности. Вот только на всей территории додзё чувство опасности любого человека будет орать благим матом и истерить в попытках достучаться до своего хозяина. Так что тут не чувством опасности надо обладать, а уметь ранжировать его и выделять из общего фона детали, которые могут спасти от многих проблем. И вот как раз с этим были проблемы.

Растяжку я заметил сразу, стоило только внимательно присмотреться. Пусть это и была прозрачная леска, но в этот момент солнце удачно блеснуло по ней, да и пара примятых травинок намекали на наличие чего-то лишнего.

Тропы в додзё были выложены природным камнем, а за газоном отдельно следил один из мастеров, и когда я говорю «следил» – имеется в виду, что газон был большую часть временем идеальным. Так что допустить помятости он никак не мог, если, конечно, того не требовалось в учебных целях. Ну или эта “неряшливость” нужна была для создания какой-то композиции.

Перешагнуть ловушку было легко, и это настораживало. Это было чересчур просто. Слишком погружённый в свои мысли, я не заметил движения сзади и пропустил удар по затылку, меня бросило вперёд, но ещё до того, как я упал, наступила тьма.

Странно, наверное, говорить подобное, но с момента попадания сюда, для меня это состояние стало вполне обыденным.

* * *

Очнулся я уже в привычной комнате лазарета. Я здесь оказывался так часто, что помнил, кажется, каждый предмет в этой комнате. Она, можно сказать, была персонально выделена только для единственного ученика «Последнего приюта».

Да, вот так мне повезло, и я считался на данный момент единственным учеником этого додзё. При этом я знал, что Эйко тоже часто занята тренировками, но они всегда проходили так, что я этого не видел. Ну а мои попытки подсмотреть, предусмотрительно останавливались мастерами.

– Плохо… Леска… хорошо… Мешок с песком… плохо, – раздался рядом со мной прерывистый и слегка шипящий женский голос. Таким голосом впору говорить в интимной обстановке, так как в нём были настолько сильны тёмные таинственные нотки, что у любого слушающего эту женщину мысли бы начали течь только в одном строго определённом направлении. Вот только жажды убийства в каждом слове было больше, и я чувствовал, что женщина сдерживается. Сильно сдерживается. – Думаешь… много… не надо так, – уже обиженно было произнесено под конец, и я почувствовал, что комната опустела.

Ну собственно я и не сомневался, что организатором ловушек будет мастер Маками. Тейя Маками вообще была мастерицей всего, что могло бы принести смерть человеку. Так-то она была больше мастером оружия, но в последнее время захотела сделать из меня то ли расхитителя гробниц, то ли профессионального вора, то ли просто ей стало скучно. Спрашивать у наставников об их мотивах было бесполезно, так что мне просто необходимо было смириться, что это всё равно произойдёт и пытаться быть готовым… насколько это вообще возможно.

Правда, заранее предсказать, что они задумали, было просто нереально. Мастера умели удивлять.

Я даже сейчас не был уверен, что эта женщина нигде не спряталась рядышком. Всё же в этом месте хватало различных тайных ходов, которые по здравой логике не должны существовать, но откуда-то же мастер Маками появляется? Хотя порой возникает мысль, что она обладает мистическими навыками позволяющими ей исчезать на ровном месте, но это точно бред.

Переодевшись в тренировочный комплект, который, к сожалению, не имел никакой минимальной защиты и представлял собой лишь футболку и штаны серого цвета (хорошо ещё хоть кроссовки разрешали носить), я вышел из лазарета, чтобы встретить улыбающегося мастера Беккера.

Он, как всегда, был одет в рваные джинсы, тёмную майку и клетчатую рубашку поверх этого. При этом ещё и громадные берцы на ногах, которыми очень неприятно получать по рёбрам – уж я-то знаю. Фигура мужчины у меня невольно вызывала зависть – он был действительно могучим мужчиной с крупными мышцами, которые любил ещё и демонстрировать их, невольно заставляя меня сравнивать наши кондиции.

На его фоне я действительно выглядел как какой-то задохлик. Единственное что утешало – остальные мастера не были настолько раскаченными, и всё же назвать их слабее мастера Беккера язык не поворачивался. Просто все они были разными и каждый силен в чём-то своём.

– Адриан, наконец-то ты проснулся, – скрестив руки на груди и широко улыбаясь, произнёс мужчина, стоило мне только попасться ему на глаза.

– Прошу прощения, мастер, что заставил вас ждать, – вытянув сомкнутые ладони перед собой, поклонился я мужчине. – Я готов к предстоящей тренировке.

– Это хорошо, – довольно улыбаясь, кивнул он. – В таком случае сегодня пойдём на первый полигон.

Тут стоит немного остановиться и пояснить, что додзё пусть и обладало довольно приличной территорией, но большую её часть занимали далеко не жилые постройки. Насколько я уже успел понять на собственной шкуре, причём буквально, тут было пять полигонов и один большой лес, в который мне было строжайше запрещено соваться самому и без наставника.

Жили мы хоть и не в пригороде столицы, не говоря уже о том, чтобы на территории самого столичного города, но земля тут стоила очень дорого, так что такие площади вызывали у меня очень странное и неоднозначное чувство. Впрочем, не думаю, что найдётся какой-нибудь смельчак, который попробует что-то требовать от живущих в «Последнем приюте» людей. Подходить-то к этой территории боязно, не говоря уже о том, чтобы постучать в ворота.

Первый полигон являлся модульной полосой препятствий, которая прямо с консоли на входе перестраивалась в тот вид, который нужен был мастеру.

Консоль представляла собой специальный ударопрочный планшет, вмонтированный прямо в стену. При этом он ещё и сканировал того, кто к нему подошёл, чтобы предоставить доступ к внутренним настройкам и выбору профиля, так как у каждого мастера были свои предпочтения по тем программам, по которым я должен проходить очередную тренировку.

Им то самим подобный полигон был без надобности, так как он не мог предоставить ничего, что стало бы для моих наставников вызовом.

Со стороны сам полигон выглядел как огромный металлический контейнер, внутри которого происходила какая-то магия. Во время перестановки модулей ощущалась дрожь земли, но вот звуков изнутри никаких не доносилось.

Довольно интересно смотрелось сочетание относительно простых деревянных жилых домов, которые, казалось, захватили из прошлого столетия, если не ещё дальше и вот таких вот технологических решений, которые разве что в кланах и увидишь. Причём в кланах богатых, так как остальным проще сделать обычную полосу препятствий, да и острой потребности в подобном полигоне попросту нет.

И, опять же, в сети ничего о подобных технических новинках просто не было, так как пользовались этим исключительно кланы и мастера боевых искусств. Может, гвардия правителя страны и силовые структуры могли иметь что-то схожее, но по понятным причинам никто о подобном распространяться не будет.

Стоило консоли сообщить о готовности, как металлические створки входа разошлись в стороны, и мы наконец-то смогли войти внутрь. Большинство секций полигона были закрыты, и из-за этого пространство внутри разом стало намного меньше. Я же мог наблюдать полосу с деревянными столбами, вмонтированными в пол. Столбы были на разных уровнях и, кажется, я догадываюсь, чего от меня ждут сегодня.

– Ну что, ученик, беги, – рассмеялся мужчина. – И не разочаруй меня!

На последних словах от мастера полыхнуло такой жаждой крови, что я сам не заметил, как оказался на первом столбе. С учётом, что он находился на двухметровой высоте, это я, получается, так прыгнул с места? Вот только думать в такой ситуации явно было лишним, и я, тщательно рассчитывая путь, начал двигаться дальше.

Год тренировок в додзё давал о себе знать, и если раньше я бы с большим трудом держался на такой высоте, да и сами брёвна были не особо большими, чтобы без проблем расположиться на них, то теперь, пусть и слегка пошатываясь, но я мог перепрыгивать с одного бревна на другое. Правда, предстояло ещё преодолеть довольно большой путь, да и сама «тропа» скакала то вверх, то вниз, а то и вовсе уходила дугой в сторону так, что приходилось изворачиваться и искать более простой путь.

При очередном таком прыжке меня вдруг что-то больно толкнуло в спину и уже в следующий миг мне пришлось спешно хвататься за деревянный столб рукой и использовать инерцию движения, чтобы запрыгнуть на другой, что был пониже. Останавливаться на месте никак было нельзя – это я хорошо уяснил уже давно.

Оглянувшись назад, я увидел, как мастер Беккер подкидывает что-то в своей руке и в следующий миг с силой метнул этот снаряд в мою сторону. Уклонившись, я услышал треск дерева позади себя и, обернувшись, увидел, что в столбе застрял круглый такой орех в скорлупе, которая почему-то от подобного не раскололась.

– Мастер Беккер? – настороженно спросил я.

– Да, Адриан? – миролюбиво улыбнулся мужчина, подкидывая очередной возможный снаряд.

– Это орех?

– Всё верно, Адриан.

– Но почему?

– Орехи полезны молодому организму, – с важным видом изрёк мужчина, подбрасывая в своей руке уже два ореха.

– Но не таким же образом! – воскликнул я.

– Хочешь сказать, что я ошибаюсь? – улыбаясь, спросил наставник, и в следующий миг мне пришлось уклоняться сразу от двух снарядов, благо они были запущены не одновременно. – Вот я же говорил, что полезны, – продолжил между тем мужчина, пока я укрывался за очередным деревянным столбом. – Вон как резво задвигался. И вообще, чего мы замерли на месте?

Для придачи ускорения в мою сторону полетел новый орех, а я побежал. Теперь прохождение этой полосы усложнялось тем, что необходимо было не только смотреть, куда ставить ногу, но ещё и уклоняться от снарядов сзади. Более того, как только я оказался от учителя дальше, их скорость полёта нисколько не изменилась, да и орехи неведомым образом стали прилетать сбоку, при этом мастер Беккер не сходил со своего места – в этом я был точно уверен. Парочка, вообще, сверху почему-то прилетели, благо я уже наловчился немного посматривать по сторонам при таком беге, и это не стало для меня большой неожиданностью.

По большей части я всё же умудрялся уклоняться от опасности, но нет-нет, да что-то попадало по мне, добавляя не самые приятные ощущения. И с каким же удовольствием я наконец-то рухнул на землю по другую сторону этой полосы.

– Долго, – недовольно проворчал учитель, вдруг оказавшись рядом со мной. И ведь я мог поклясться, что его только что его тут просто не могло быть. Собственно говоря, я даже не слышал его шагов – вот что значит мастер. – Ты делал много лишних движений и, вообще, долго проходил простейшую дорожку. Ладно, – посмотрел Беккер на часы. – Время тренировки закончилось, так что собери все орехи и отнеси их на кухню.

– Мастер!

– Ты хочешь расстроить Эйко? – он удивлённо посмотрел на меня. – Насколько я слышал, она хотела приготовить ореховый пирог, а без этого он не будет таковым.

– Я понял, – поклонился я мужчине.

В этом и заключались тренировки наставников этого места. Часто их тренировки имели несколько смыслов и несли за собой ещё тренировки. Теперь мне надо было не только пройти обратно всю полосу и вытащить застрявшие в столбах орехи, но и подобрать те, что валяются на полу.

Это точно будет небыстро.

Глава 4

– Старейшина, вы меня вызывали? – осторожно зайдя в пустую комнату, спросил Нил Беккер.

Он только что закончил тренировку со своим учеником и собирался отправиться в бар и как-то не ожидал, что глава додзё попросить его подойти.

– Присаживайся рядом, Нил, – поглаживая бороду, указал Старейшина на место слева от себя.

Рядом с ним располагались чайник и вазочка с печеньями. Да, старик был ещё тем сладкоежкой, особенно когда эти сладости готовила его любимая и единственная, насколько он знал, внучка. Без неё тут действительно было бы скучно, а так девочка молодец – успевает вести всё домашнее хозяйство на такой большой территории. Так ведь в это время она ещё и тренируется, не забывая про свою учёбу в школе, где вроде как была на первых местах в рейтинге. В общем везде поспевала и не жаловалась.

Хорошую внучку воспитал Старейшина, и за это он действительно себя мог похвалить.

– Хороший чай, – отдал должное ручной заварке Нил.

– Да, внучка постаралась, – улыбаясь, кивнул Старейшина. – Ты заметил изменения за Адрианом?

Этого вопроса Беккер ждал, но вот то, как вдруг подобрался старик, вызвало у него удивление. Что он ожидает услышать?

– Ну, после того как его по голове приложил Кайрос, я думал, что наш ученик встретил свой конец, – хмыкнул Нил. – Но после…

– Что после, Нил? – ободряюще улыбнулся Старейшина.

Мужчина отложил чашку в сторону и задумчиво уставился перед собой.

– Адриан стал куда собраннее. Такое чувство, что что-то раньше ему мешало, но теперь это его не сдерживает. Сегодня он даже уклонился от моего броска! Представляете? – цокнул мужчина языком.

– Вот как? – даже отставив свою руку старик, задумчиво хмыкнул. – От твоего броска?

– А-а, да, – не сразу ответил Беккер, чуть смутившись. – Хотел его чуть припугнуть, но получилось слегка сильнее, чем рассчитывал, а он всё равно смог уклониться. Я потом ещё несколько раз проверил, и парень действительно успевал реагировать на подобное. Не во всех случаях, разумеется – ему ещё до такого далеко, но в большинстве. Нам удалось пробудить его кровь? – с надеждой спросил мужчина.

– И да, и нет, – вздохнул старик, отдав должное чаю внучки, и взял в руки печеньку. – Можешь идти и постарайся не учинять проблем.

– Как скажете, Старейшина, – мгновенно поклонился Беккер и поспешно удалился из комнаты, пока глава додзё не успел ничего придумать.

В комнате остался лишь мужчина, который, несмотря на свой возраст, не имел в волосах ни одной седой волосинки, а уж его здоровью могли позавидовать и более молодые мастера. Но всё же, как и каждого старика, его беспокоил вопрос наследия.

– Уклонился, значит? Интересно, – хрустя печеньем, проговорил он в пустоту. – Хо-хо-хо.

* * *

Да, тренировки, как правило, шли определённое время. Потом, если меня не отправляли на очередное лечение, я мог немного отдохнуть и помочь с домашними делами Эйко, либо заниматься учёбой. Причём всё это сопровождалось тем, что я должен был быть очень внимательным к окружающей обстановке, так как в любой момент на меня могли напасть. Как правило, это была мастер Маками, которая превосходно скрывала своё присутствие, но так же в подобном мог быть замечен и любой другой наставник. В этом плане они всегда готовы были устроить мне неожиданную проверку – для них это было чем-то вроде развлечения.

Таким образом, как я понял, они пытались пробудить мою кровь. Только это условие позволило бы мне наконец-то вступить на путь мастера боевых искусств. Всё-таки я, по оценке многих, всё ещё был лишён таланта и то, что я умел сейчас, было результатом бешеного упорства и адских тренировок, которые с готовностью предоставляли мастера-наставники «Последнего приюта». А ведь ученики у них во время учёбы по слухам часто умирали и то, что я продержался уже год, было либо чудом, либо мастера давали мне послабление, пусть со стороны подобного не было видно.

Да уж, послабление – посмотрел бы я на какого-нибудь кланового, которого пропустили через подобные тренировки. Ну, это ладно.

Так что да, единственным шансом хоть немного начать догонять Эйко, было пробуждение крови.

Древние кланы образовались не просто так – да, они были нацелены на то, чтобы секреты семьи были только в семье, но и сила семьи росла с каждым поколением. Именно для подобного отбирались лучшие из лучших, которые заключали между собой брак. Так на свет получались ещё более сильные бойцы. И это был бесконечный цикл, ведущий к созданию превосходных во всех планах бойцов.

Да, хорошо быть с изначально хорошей наследственностью, которая позволяет намного быстрее стать сильным и там, где остальные сдаются, не видя возможности преодолеть возникшую на их пути преграду, ты идёшь дальше только из-за того, что предки дали тебе настолько мощный фундамент для развития. Вот только в моём случае даже это не помогло.

Наследием же крови называли пробуждение всех тех накопленных знаний и техник, что, по сути, были у тебя в крови. Мастера боевых искусств, которые пронесли свои умения через века – это не просто их личное достижение. Это что-то более мистическое, то, что пробуждается у нового поколения.

Средним возрастом для пробуждения крови было восемь-десять лет. Именно в этот момент у молодого будущего воина клана могла сама собой пробудиться память крови, и он становился способным на вещи, которые ещё не знал вчера. Всё это позволяло не только упростить обучение, но с юного возраста начать ковать будущий клинок, который послужит на славу клана и приумножит его силу.

Кровь пробуждается у одного из десяти сама собой. У остальных она может пробудиться в момент стресса или опасности жизни, когда человек выходит за свои пределы. Ну а уж этого у мастеров боевых искусств, пусть и находящихся на стадии ученичества, хватало за глаза – в этом наставники им никогда не отказывали. Да, возможно, смертность у этого подхода была высокой и, вообще, юное поколение не слишком-то щадили, но результаты говорили сами за себя.

Мне оставался только последний вариант и мастера «Последнего приюта» старательно раскачивали меня, чтобы я быстрее пришёл к этому состоянию. В этом была их главная цель, пусть и подавали её наставники под иным углом, если вообще рассказывали о своих планах. Вот только я уже успел умереть и что-то пробуждением крови здесь как-то не пахло. По крайней мере, ничего особенного, кроме некоторого изменения личности, я за собой не заметил.

По идее, что может быть хуже, чем смерть? И даже в этом плане я не проявил никаких особенностей. Даже несколько обидно, что у меня такой талант – быть настолько неталантливым на пути боевых искусств.

Эйко я помог приготовить ужин, благо делать там особо ничего не надо было, кроме как нарезать овощи, и справился я с этим быстро. Остальное девушка мне не доверяла, да и она считала, что должна всё делать сама, а я и так слишком сильно устаю, чтобы заниматься ещё и этим.

– Адриан, вот ты где, – улыбаясь, заглянул на кухню ещё один мой учитель.

– Мастер Хоронар, я помню о нашей тренировке, – тут же отозвался я, не отвлекаясь от шинкования морковки.

– Ну что ты, Адриан, – покачал головой мужчина. – Уже столько раз говорил, что можешь обращаться ко мне по имени и, вообще, мастером Хоронаром был мой отец, а я ещё слишком молод, чтобы так ко мне обращаться.

– Как скажете, мастер Николас, – покладисто согласился я.

Обращаться к наставникам по фамилиям, на мой взгляд, было более правильным, но если он так настаивает, то в этот раз можно пойти на уступку. Да и ничто не мешает мне в следующий раз сделать всё по правилам.

– Иди, Адриан, – благодарно улыбнулась мне Эйко, приняв мою работу. – Ты мне, правда, хорошо помог. Мне совсем немного осталось.

– Хорошо, – улыбнулся я ей и, не забыв предварительно помыть руки, отправился в свою комнату в додзё, чтобы переодеться для новой тренировки.

Опаздывать на тренировку к любому мастеру не рекомендовалось. Это я уяснил ещё в первые дни нахождения здесь.

* * *

– Адриан как ты относишься к музыке? – вдруг спросил меня мастер Николас, когда я вошёл в его апартаменты.

Представляли они собой небольшой деревянный домик, который вполне мог бы стать каким-нибудь музеем, чтобы показывать школьникам и студентам, в каких жилищах жили наши предки. Вот только если внешне он казался старым, то внутри был оборудован по последнему слову техники, и большая часть дома была отведена под что-то среднее между складом музыкальных инструментов и звукозаписывающей студии. Вот только мне дальше отдельной комнаты пока не разрешалось заходить и уж тем более трогать инструменты, хотя обещали, что в дальнейшем мы к этому вопросу обязательно вернёмся.

– Сложно сказать вот так сразу, – уклончиво ответил я.

Пусть одна сторона моего я раньше, по сути, жила музыкой, насколько я мог понять по тем смутным ощущениям, то нынешний я не испытывал к ней большого трепета. Да, мне, бесспорно, нравились определённые музыкальные группы, но чтобы самому попытаться создать что-то подобное – я даже не думал.

На самом деле мне некогда было задумываться об этом из-за всей той нагрузки, что у меня была.

Даже в какой-то мере странно – для другого моего я, музыка была тем стержнем, вокруг которого и была построена его жизнь. Или, может, мне так просто казалось? Я до сих пор толком не понимаю, как всё это возможно и не сошёл ли я с ума, просто придумав себе какую-то личность, которую толком и не помню.

Сложно.

– В таком случае, пожалуй, начнём с другого ракурса, – внимательно посмотрев на меня, кивнул самому себе мой наставник. – Ты же знаешь, что у любой музыки есть определённый ритм, музыка заставляет испытывать чувства и переживать их вместе с тем, как развивается композиция?

– Что-то подобное слышал, – произнёс я, не совсем понимая, к чему он клонит.

– Сегодня мы попробуем провести небольшой спарринг, вот только я буду действовать под ритм музыки, которую запущу на колонках, – указал он на музыкальную систему, которую я раньше здесь не видел. – Так что, Адриан, будь внимательнее и почувствуй музыку.

– Как скажете, мастер, – поклонился я ему.

Действительно, сразу после моих слов заиграла ритмичная мелодия. На слух я мог определить, что это какая-то рок-композиция, но из-за отсутствия слов разобрать, какой конкретно группе она принадлежит, у меня не получалось. Да и не так часто я вообще слушал музыку, чтобы быть хотя бы в курсе самых популярных групп, не говоря обо всех возможных мелодиях, которые несомненно могут существовать и создаются каждый день.

У каждого мастера был свой подход во время тренировочного боя. Так Хоронар использовал в бою силу противника против него самого. В дополнение к этому шли захваты и броски, так что я даже не думал, что попытка напасть на него пройдёт легко.

Медлить я не стал, ведь в ином случае мужчина сам нападёт на меня, а я от его атак точно не смогу уйти.

Попытка ударить в корпус кулаком закончилась тем, что каким-то неуловимым движением наставник проскользнул мимо меня и слегка ударил по лопаткам. Резкий разворот и удар ногой по верхнему ярусу перешёл в мой полёт, где к созданному мной импульсу добавили ещё и бросок, отчего я со всей скорости упал на пол.

– Адриан, прислушайся к музыке, – покачал головой Николас, позволяя мне подняться на ноги.

Несмотря на боль в спине, я плавным движением поднялся на ноги и попытался прислушаться к совету наставника. Всё же учителя редко когда говорили просто так, особенно во время уроков. У меня появилась кое-какая мысль, но её ещё необходимо было проверить.

Я вновь бросился на моего противника в этом спарринге, но в этот раз действовал куда осмотрительнее и пытался совместить действия наставника с тем, как играет музыка. И действительно, в его действиях наблюдалась система – даже несмотря на то, что я старался атаковать непредсказуемо, демонстрируя, чему меня научили, мужчина двигался только в такт музыки. Мне до подобных умений было далеко, но то, как он умудряется отвечать на мои нападения, при этом не выпадая из ритма конкретной композиции, вызывало только восхищение.

– Молодец, Адриан, – похвалил меня мастер Николас, перехватив мою руку у своего лица. – Ты начинаешь понимать суть того, что я пытаюсь до тебя донести.

Ну и, наверное, не стоит говорить, что после этого я снова полетел на пол?

Глава 5

– Определённый ритм есть в каждом происходящем в мире процессе, – продолжил говорить наставник, когда музыка наконец-то затихла, а я пытался вздохнуть полной грудью, несмотря на отбитое тело.

Матов на полу не было, да и никто бы их здесь стелить не стал, так что было действительно больно падать.

– Можно сказать, что это ритм жизни, – вдохновенно продолжил пояснять Николас. – И почувствовать его очень важно, чтобы быть в гармонии с самим собой. Этого мы и будем пытаться достичь с тобой на моих последующих занятиях, помимо отработки того, что я успел тебе показать до этого.

– Но как это мне поможет? – спросил я.

– Пока ты только на пороге этого осознания, но не думаю, что будет так уж страшно, если я поделюсь одним небольшим секретом, – важно изрёк мужчина, подняв указательный палец. – Каждый бой имеет свой ритм и побеждает в нём тот, кто ведёт его. Этот ритм можно нарушить и взять под свой контроль, тогда противник может растеряться, и ваши роли поменяются. Есть даже стили боя, которые более чем полностью завязаны под музыку, просто им уже не требуется её внешнее проявление, – улыбнулся Николас и коснулся своей груди. – Можно сказать, она играет в их душе. Запомни мои слова, Адриан. В дальнейшем это будет важно.

– Спасибо за наставления, мастер Хоронар, – с трудом поднявшись и поклонившись ему, произнёс я.

– Опять ты за своё, – показательно нахмурился мужчина. – Я ещё не настолько стар, чтобы ко мне обращались по фамилии, как к моему отцу.

– Простите, наставник, – ещё раз поклонился я и под разрешающий взмах покинул его дом.

С таким подходом я даже от музыки скоро начну ждать подвоха.

* * *

В нашей школе на обед был отведён целый час, чтобы ученики могли отдохнуть от уроков и спокойно поесть. Я и Эйко, после того как я стал учеником додзё «Последний приют», стали не только вместе ходить до самой школы, но и обедать тоже вместе.

При этом я был единственным человеком, с которым Эйко сошлась так быстро. Не то чтобы она не была общительной девушкой, да и подружек у неё, кажется, хватало, но вот среди всех этих людей не было никого, с кем у Эйко были общие интересы. И пусть сама красавица была готова поддержать любой разговор на различные темы, но что-то всё равно не давало остальным сблизиться с ней больше, чем на уровне простых приятельских отношений.

Я и сам не до конца одно время понимал, что отталкивает людей от такой красавицы, но побывав в додзё, где она проживала, мне всё стало ясно. Просто Эйко привыкла к жизни рядом с мастерами боевых искусств и сама не чужда была этому таинственному миру. Поэтому все чувствовали что-то такое неуловимое, что невольно исходило от девушки.

Это можно было назвать аурой, которую можно в меньшей степени ощутить от клановых ребят, но всё же у Эйко концентрация была куда выше. С таким то окружением, не удивительно что сама блондинка этого совсем не замечала.

Ну а мне на всё это было наплевать. После того как я познакомился со всеми мастерами «Последнего приюта» и выжил после их приветствий, какая-то там аура от девушки меня нисколько не смущала. Не того она была уровня, чтобы бежать без оглядки, а ведь я прекрасно знаю это чувство – однажды мастер Беккер показал мне на практике что такое «жажда крови», так я оказался дома быстрее, чем осознал, что вообще произошло. Было очень стыдно, но я всё же вернулся и приступил к тренировке. Это сейчас подобное меня больше подстёгивает, чем пугает, но и мастер явно не старается в полную силу, чтобы я снова не убежал без оглядки.

Да уж.

Возвращаясь к обедам. Эйко умела и любила готовить и делала это настолько вкусно, что её готовки ждали все мастера додзё. Ну а я мог даже сказать, что она была даже лучше, чем у мамы, хотя мне самому подобное казалось нереальным.

Однажды я подобное напрямую сказал Эйко и, помнится, она сильно смутилась и сказала мне, что это просто невозможно и, вообще, не стоит говорить подобные глупости. Я на это лишь пожал плечами и продолжил есть приготовленную ею еду.

Вот и сейчас девушка, как всегда, приготовила обед для нас двоих. Эта нежная курочка, что, казалось, таяла прямо на языке, а овощи, приготовленные на гриле… Не знаю, какие приправы при готовке использовала Эйко, но я был готов есть любую еду, приготовленную её милыми ручками и что уж там скрывать, готов был это делать всю жизнь.

Сама же девушка видела, насколько сильно я оцениваю её мастерство, и была только рада готовить для меня дополнительную порцию. Тем более с такими интенсивными тренировками организму требовались дополнительные калории.

– Так и знал, что найду вас здесь, – радостно ворвался на крышу Кесо и тут же безапелляционно заявил: – Адриан, ты мне нужен.

– Ардер, ты же видишь, что я занят? – недовольно посмотрел я на него, вынужденный отвлекаться от еды.

Не то чтобы я был не против помочь однокласснику, но не во время того, когда я ем обед, приготовленный Эйко. Это время священно.

– Ты всегда чем-то занят, – отмахнулся от моих слов русоволосый спортсмен. – Нам не хватает одного человека, чтобы устроить нормальный турнир.

– Тебе уже мало участников твоего клуба? У вас же достаточно большой состав!

– Да большая часть готовится к соревнованиям, и трогать мне их запретили, – развёл Кесо руками. – А вот ты никак в наш клуб вступить не хочешь, поэтому тебя трогать мне никто и не думал запрещать, – довольный самим собой закончил он.

– Ты от меня никогда не отстанешь? – вздохнув, спросил я.

– Ты во мне сомневаешься? – поиграв бровями, с вызовом посмотрел на меня парень.

Арден в принципе был нормальным парнем, только вот в определённой мере зацикленным на том, чтобы привлечь меня в свой клуб, так как считал что у меня есть потенциал в их спортивной борьбе. Ребята даже продвигали какой-то стиль, которому их обучил основатель клуба, и намеревались своими победами сделать его известным. Меня по понятным причинам это не особо интересовало, так как раньше даже специально приглашённые учителя ничего со мной толком сделать не могли, а теперь мне вполне хватает наставников, чтобы вообще не интересоваться клубами боевых искусств.

– Понимаешь, у меня после занятий совсем нет времени на это. Тем более у меня ещё клубная деятельность есть, – попытался соскочить я.

– Опять будете сидеть и книжки читать? – слегка пренебрежительно посмотрел на меня Кесо.

Как-никак парень жил своим спортом и любую другую деятельность, может, и не считал достойной(настолько заносчивым он все же не был), но всё же по интересу намного ниже того, чем занимался он. Обижаться на него было глупо, так как спортивные клубы действительно были в большем почёте, чем все остальные.

Ну а я пошёл в клуб чтецов из-за того, что долгое время не мог никак развиваться в плане боевых искусств, а тут тебе участники клуба и интересную книгу подскажут и с домашкой помогут, что уже само по себе привлекательно. Пусть мы с ними и не были близкими друзьями и, вообще, были в разных классах, но помогать друг другу никто не был против, и одноклубники меня сильно подтянули в тех предметах, где я откровенно плавал.

– У каждого свои интересы, – развёл я руками.

– Ладно, – вздохнул мой одноклассник. – Но это не значит, что я так просто от тебя отстану в следующий раз.

– Хорошо-хорошо, – покладисто согласился я, лишь бы он от меня отстал.

Парень бросил на меня негодующий взгляд, но всё же ушёл, и я смог вернуться к обеду, приготовленному Эйко.

– А ты, оказывается, популярный, – с улыбкой произнесла девушка.

– Не сказал бы, – хмыкнул я. – Просто, как правило, не отказываю в помощи, если могу помочь, вот как-то так репутация и сложилась обо мне как о хорошем парне.

– Так, значит, ты притворяешься и создаёшь такой образ? – сделала большие глаза Эйко, приложив ладошку к губам.

– О, я очень коварный тип, – подыграл я ей. – Утром создаю репутацию добрячка, готового помочь всем, а вот ночью…

– Спишь, – рассмеялась моя одноклассница.

– Это точно, – поддержал я её смех. – Если, правда, мастера подобное позволят, – поморщился я.

– Что, вновь Тейя заходила в твою комнату? – понимающе посмотрела на меня Эйко. – Я могу ей сказать, чтобы она так не делала, если хочешь.

– Спасибо, конечно, за заботу, Эйко, но не надо, – отрицательно помотал я головой. – Всё же это тоже часть процесса обучения. Не просто же так мастера разрешили после тренировок мне ночевать в додзё. Всё ради моего развития.

– Как скажешь, Адриан, – улыбнулась девушка. – Я смотрю, тебе филе курицы по моему новому рецепту понравилось? – указала она на то обстоятельство, что мой контейнер уже был полностью пуст, а я ведь даже не заметил, как всё съел и думал, что у меня ещё немного осталось.

– Очень, – с готовностью ответил я. – Жаль только, что мало, – вздохнул я, огорчённый тем обстоятельством, что еда закончилась.

– Во всём надо знать меру, Адриан, – важно произнесла блондинка. – Если переешь, то потом на тренировках будет тяжело двигаться. Но я, могу приготовить её на ужин – придвинулась она чуть ближе так, что я ощутил запах её волос (пахло какими-то полевыми цветами) и прошептала: – Если ты захочешь. Как тебе такая идея?

– Я только за! – поднял я обе руки, показывая, что от такого я точно не откажусь.

Всё же, несмотря на все сложности последнего года моей жизни, были в этом и светлые моменты. Может, ради этого даже стоило умереть? Кто знает.

* * *

За окном светило закатное солнце, но, несмотря на уменьшающееся количество света, в рабочем кабинете верхний свет не включили. Впрочем, для двоих, находящихся в нём, темнота никогда не была большой помехой.

– И почему я вдруг узнаю, что Адриан Матсари стал учеником мастеров «Последнего приюта», спустя год после того, как он им, собственно говоря, стал? – прервал тишину мужчина, сидящий за столом.

Если не знать наверняка, то его очень сложно назвать стариком. Да, главе клана Кригер было уже за шестьдесят лет, но вот только для кланового воина подобный возраст был, можно сказать, расцветом силы. Да и, благодаря генам, долголетие стало вполне привычной вещью, и беспокоиться о старости можно начать гораздо позднее других людей. Поэтому никто и не думал, что Алистер Кригер покинет своё кресло, продолжая в когтистых лапах держать всех клановых за горло.

О неповиновении тут даже думать никто не смел. Официально не смел.

– Глава, вы сами знаете, что ученики у них долго не выживают, – спокойно ответил ему глава одной из боевой ветви клана, который отвечал за разведку и сбор информации за всеми лицами, которые могут представлять интерес для Кригеров. Порой именно такая заранее добытая информация позволяла элитным телохранителям выполнять свою работу настолько безупречно, и поддерживать данную традицию глава клана намеревался и дальше. – А по заверениям всех наших специалистов парень лишён даже минимального таланта к боевым искусствам. Пробуждение крови при таком условии очень сомнительно.

– Сомнительно, – смерил нечитаемым взглядом, так и не понявшего свою ошибку мужчину, глава клана. – И всё же вероятность того, что они смогут пробудить его кровь, не нулевая? Скажи честно, – подбадривающе улыбнулся Алистер Кригер.

Вот только от такой улыбки даже его родственнику стало не по себе. Неподготовленный человек и вовсе уже убегал бы в страхе.

– Не… нулевая, – справившись с собой, ответил глава разведки.

– Ну вот, видишь, – ещё шире улыбнулся глава клана. – За мальчишкой лучше проследить, ну а дальше сам знаешь что делать. Немаленький.

– Как прикажете, – склонился в глубоком поклоне мужчина.

Глава 6

Под крышей додзё «Последний приют» собрались удивительные личности, все грани которых мне ещё не открылись, несмотря на то, что я уже как год являюсь их учеником. Отчасти дело было в том, что, по словам мастеров, моей формы ещё не хватало для изучения чего-то серьёзного, а с другой стороны, не всегда наставники додзё присутствовали в нём постоянно.

Вот и получается, что порой между занятиями с одним и тем же учителем могли пройти месяцы, пока он не возвращался обратно. Правда, заскучать мне всё равно не давали, так что эти месяцы пролетали совсем незаметно.

У меня в принципе как-то течение жизни резко ускорилось после того, как я согласился стать их учеником.

Причём все учителя действуют по-разному и обучают каким-то своим вещам, которые, тем не менее являются частью общей системы. По крайней мере, мне так хотелось думать.

– А как называется этот удар? – спросил я как-то в первые месяцы своего ученичества у мастера Беккера, после демонстрации новой связки движений, которую мне необходимо было выучить.

– А зачем тебе это? – спросил он, улыбнувшись в ответ.

– Но ведь каждый удар в стилях боевых искусств имеет определённое название, чтобы понимать, что делать, – не очень уверенно ответил я.

– Вот тебе какая разница: попадут тебе в грудь ногой или рукой? Тебя от этого удара в любом случае снесёт на несколько метров и хорошо будет, если ты выживешь.

– Но это же…

– У такого удара может быть множество названий в зависимости от того, какой ты стиль практикуешь, и как ты его наносишь. Здесь каждый из нас практикует далеко не один стиль, так что в названиях нет ровным счетом никакого смысла. Мы тебя учим побеждать противника, а не говорить ему, какой ты удар сейчас собираешься применить, чтобы он заранее подготовился! Всё понятно, Адриан?

– Да, мастер Беккер, – кивнул я.

Если уж мужчина говорит, что не стоит запоминать названия, то значит, не стоит. Мастерам всяко виднее.

– Ну а чтобы не задавал больше подобных вопросов, давай-ка отожмёшься раз сто, пожалуй, – предложил мужчина.

В итоге мне не оставалось ничего иного, как выполнить требование наставника. Так что думаю после такого примера понятно, что меня учили не совсем классическим образом. Я не знал никаких ударов, стоек, связок движений в том смысле, что я просто не мог их назвать. Но зато всё, что мне показывали, старался закрепить как можно усерднее, порой тратя на простейшую, по словам мастеров, связку, несколько недель.

Просто после того, как мне столько раз говорили, что меня бесполезно обучать боевым искусствам, и когда вдруг у меня пусть и со скрипом, по моему мнению, стало что-то получаться – это окрыляло. Ну и, наверное, не меньшую лепту в это всё вносила Эйко, которая всегда поддерживала меня и радовалась каждому успеху.

Пусть прошёл целый год, когда я чуть ли не поселился в этом додзё, но успеха в самих спаррингах я не видел, так как уровень мастеров был слишком высоким для меня и даже, сдерживаясь, они побеждали меня за десяток секунд. С другой стороны, раньше им хватало и одного удара, чтобы отправить меня в лазарет, а теперь я держусь намного дольше.

Но всё же иногда получалось так, что все мастера были заняты своими делами и провести тренировку со мной не могли, тогда я с чистой совестью следовал заранее составленному расписанию, занимаясь самостоятельно, а потом мог пойти домой.

* * *

– Братан, ты наконец-то пришёл! – обрадовалась моему приходу сестра.

– Самина! – возмущённо посмотрел я на неё. – Что это за обращение такое?!

– А что, нельзя? – хитро улыбнулась она.

– Конечно, нельзя, – сделал я хмурое лицо.

– А если я скажу, что сделала фотки твоей Эйко и… мою оплату ты знаешь, – нагло улыбнулось это маленькое бедствие.

Наверное, не стоило дарить ей фотоаппарат, после появления которого Самина заинтересовалась фотографией. Правда совершенно не в том ключе, котором хотелось бы родителям.

– Без демонстрации товара никакой оплаты, – непреклонно заявил я.

– Адриан! – приложила руку к груди и горестно вздохнула девочка. – Разве ты можешь сомневаться в профессионализме своей миленькой сестрёнки?

– А ты вспомни, какие были твои первые фотографии, – хмыкнул я.

– Не было такого и, вообще, от всех доказательств я уже давно избавилась, – фыркнула Самина.

– От всех ли? – таинственно поиграв бровями, спросил я.

– Братан, а вот это уже шантаж! – возмутилась она.

– Ты сама начала эту игру! – погрозил я ей пальцем. – В общем, показывай уже, что ты там сняла, а я уже решу, стоят ли твои фотографии тех денег, что ты за них просишь.

– Смотри, – протянула мне она свой фотоаппарат. – Только знай, у меня сделана копия и в куда более хорошем качестве, так что, забрав его себе, ты ничего не добьёшься!

– Хорошо-хорошо, – улыбнулся я, включая цифровое устройство и перейдя к просмотру сделанных фото.

Да, зря я наговаривал на сестру. Сделать подобные фото мог только настоящий профессионал. Возможно, кто-то бы нашёл в них погрешности, но на мой неискушённый взгляд то, как она умудрилась сделать, просто поражало. Да ещё и под такими ракурсами.

– Я покупаю все фото, – надеясь, что у меня не покраснело лицо, быстро произнёс я, поняв, что основной целью этой скрытной фотосессии была действительно Эйко и меня не пытались развести.

Ну а спрашивать, как моя сестра забралась в спортивную раздевалку или в додзё, я даже не стал – просто не хотелось выслушивать очередную фантастическую историю из её уст. Всё же Самина была той ещё выдумщицей и могла настолько детально придумать оправдание для себя, что в такие истории веришь даже больше чем в те, что происходили с ней в реальности.

Покупаю же я подобные фото потому, что, во-первых, с моей сестры станется их продать следующему заинтересованному лицу, которым является один из мастеров школы, ну или самой Эйко, чтобы они больше не появились нигде, а во-вторых, я и сам не против иметь коллекцию подобного материала, ведь Самина действительно подбирала такие ракурсы, что тут даже без позирования именно под конкретную фотографию, всё было видно очень хорошо.

Вот правда, в кого моя сестра настолько предприимчивая особа? Вроде родители за таким замечены не были.

И всё же красивые у неё фотографии получаются, да. Или же в этом виновата та кто и стал объектом этой скрытой фотосессии?

* * *

– Знаешь, что важно для ступившего на путь боевых искусств, Адриан? – спросил меня Самар Райлин.

Этот лысоватый мужчина чуть за шестьдесят был вторым по возрасту старшим мастером в додзё. При этом, как и положено настоящему мастеру боевых искусств, ему точно не дашь его реальный возраст. Ну не может просто шестидесятилетний мужчина быть настолько шустрым и жизнедеятельным.

Кстати, именно он был тем вторым возможным покупателем фотографий Эйко. И вообще, фотография, можно сказать, была его вторым родом деятельности. Пока я ещё не мог доказать этого, но что-то говорило мне, что Самина стала так хорошо фотографировать именно из-за мастера Райлина. Было в их технике фотографирования что-то общее, так что это как минимум вызывало подозрения.

Правда, ко всему прочему я не мог понять, как сюда могла проникнуть моя сестра, да и мы с ней ни разу за время моего пребывания тут не пересекались. Может, я просто множу сущности там, где их нет?

– Адриан, я, кажется, задал вопрос? – постукивая по полу откуда-то взявшейся тросточкой, требовательно посмотрел на меня мастер.

– Уметь выдерживать невзгоды на этом пути? – не очень уверенно предположил я.

– Интересный ответ, но я не это имел в виду, – покачал головой Самар. – Важно, что бы у бойца был дух, который позволит ему стать сильнее. А сильный дух влияет на тело, но раз мы не можем так быстро усилить твой дух, то усилим твоё тело. Как тебе в новом тренажёре?

Тут стоит пояснить, что сегодня я вместе с мастером Райлином пришёл на второй полигон додзё, который представлял из себя тренажёрный зал. Меня сюда не пускали, так как здесь часто занимались сами мастера, но вот в присутствии кого-то из наставников это можно было вполне делать, не опасаясь, что я кому-то помешаю.

С другой стороны, подходить ко второму полигону, когда тут кто-то занимался, было попросту опасно для жизни. Это для меня выставляли обычные, насколько это можно сказать в отношении них, тренажёры, а мастерам требовалось кое-что более серьёзное. По крайней мере, во время тренировок мастера Беккера стоял такой грохот железа, будто тут собралось с десяток кузнецов, которым срочно надо выковать сотню мечей, а потом ещё и заняться доспехами.

И пусть ни одного кузнеца я в живую за работой не видел, но грохот стоял уж очень похожий.

В общем, никому не рекомендовал приближаться к этому месту, не убедившись, что внутри никого нет.

Сейчас я был в чём-то вроде контактного костюма, который надевают под боевую технику в армии, но вот только сам костюм имел кучу пружин, которые заставляли меня находиться в строго одном зафиксированном положении, а вот какое оно будет, зависело исключительно от мастера Райлина и того, какие он настройки укажет на своём планшете, с помощью которого собственно и занимался удаленной регулировкой натяжения пружин. Ну и будто этого было мало, сам костюм ещё с помощью пружин был закреплён на стене, от которой я пока никак не мог оторваться – настолько велико было сопротивление.

– Сложно сказать, – с трудом проговорил я, так как во время своей речи наставник постоянно что-то крутил на своём планшете, и это отражалось на мне, заставляя перемещаться, как марионетку.

– Вот во время моей молодости ничего подобного не было и приходилось придумывать самому, как нагрузить своё тело, чтобы оно начало развиваться равномерно, – сокрушённо вздохнул мой учитель. – Представляешь, Адриан? А вот сейчас доступно столько технических новинок, позволяющих проработать все группы мышц, не сходя с места. Просто красота. Не правда ли?

– Наверное, – не особо уверенно ответил я, чувствуя, как меня снова помимо моей воли скручивает.

– Ну что ты, Адриан? Надо же сопротивляться действию механизма, – цокнул языком мастер Райлин. – Это же бездушная машина, а твой дух должен быть достаточно силён, чтобы противостоять ему. Жаль, конечно, что он несколько отстаёт от моих команд, а так бы можно было устроить тебе спарринг с тенью, используя возможности этого тренировочного костюма. Но ничего не поделаешь, – вздохнул учитель. – Давай попробуем снова, и ты сделаешь шаг вперёд? – предложил он.

Я честно пытался хоть как-то сдвинуться с места, но продолжал висеть безвольной куклой в этой системе пружин и ремней, которые жёстко фиксировали меня в не самой удобной позе. В каком-то смысле даже хорошо, что часть крепежей шли к стене, потому что иначе в таком замысловатом положении меня бы всего перекрутило.

И всё же немного у меня вроде стало получаться, и мне даже удалось где-то на сантиметр сдвинуть руку, несмотря на все сопротивления костюма, который заставлял меня возвращаться в исходное состояние.

– Вот, можешь же, когда захочешь, – похвалил мои усилия мастер Райлин, который подмечал каждую деталь. – Значит, немного изменим конфигурацию, и ты попробуешь повторить показанную мной вчера связку движений.

Спорить с наставниками я перестал ещё на первой неделе пребывания здесь – всё равно сбежать мне не дадут, а задание, так или иначе, выполнять надо.

Глава 7

Пусть тренировки в додзё можно было назвать адскими, и я сам не всегда понимал, как вообще их выдерживал, но спустя год результат был на лицо. Да, несколько пёстрый от синяков различного срока давности по всему телу, но всё же.

Синяки были мелочью, с которой моя регенерация справлялась довольно быстро. Должна была бы вообще избавлять меня от них за пару часов, но, похоже, мои наставники били меня каким-то замысловатым образом, так как после них любые травмы проходили куда дольше, чем обычно.

Ещё одна загадка в череде многих, которые я просто не решался задавать своим учителям. Что-то мне говорило, что до определённых знаний я просто ещё не готов и они сами, если захотят, мне всё расскажут и объяснят. Хватит и того, что они явно учат меня по какой-то специальной программе, которая учитывает как мою бесталанность к боевым искусствам, так и хорошую наследственность, которая позволяет выдержать нагрузки куда большие, чем способен выдержать обычный человек. Всё же пусть мама и была изгнана, да и связала свою жизнь с человеком, который никак с миром боевых искусств не связан, но, похоже, гены мамы были сильнее хотя бы в этой части, во всём остальном я пошел больше на папу.

– Сынок, пойдём поговорим, – постучал в косяк моей двери отец и, не дожидаясь меня, спустился вниз.

Впрочем, мне и не надо было догадываться, куда он пойдёт, ведь во всём доме была только одна комната, которая могла послужить для серьёзного разговора с отца с сыном. А судя по его тону, разговор обещал быть серьёзным.

Я, переодевшись в домашнее, спустился по лестнице сначала на первый этаж, чтобы убедиться, что мама вместе с сестрой заняты готовкой, и им точно не до нас. Дальше предстоял спуск в подвал, условно разделённый на две секции.

У родителей, у каждого было своё хобби, и кабинеты под него они устроили в подвале, выделив себе две зоны. Доступ туда большую часть времени нам с сестрой был закрыт.

Была, конечно, в подвале и третья зона, которая использовалась по своему прямому назначению – являлась складом для различных вещей, которые нам вроде и не сильно были нужны, но выбрасывать было жалко. И все же две комнаты в подвале были неприкосновенны.

Ну и для пущего эффекта коды на дверях сменялись раз в неделю, так что если даже удавалось их каким-то образом узнать (в основном это делала Самина, которая очень любила игру в шпионов), то надолго этих доступов не хватало.

Дверь в кабинет папы была открыта, так что показывать, что на текущей неделе я знаю пароль, не пришлось. Оно и к лучшему – ведь одно дело, раздобыть пароль, а другое – попасться на проникновении. Ну а как быть, если все вкусняшки родители прятали именно в этих комнатах, как и собственно подарки нам на праздники – так что я и сестра были просто кровно заинтересованы, чтобы иметь в эти комнаты доступ.

– Папа, – осторожно спросил я, ещё не заходя внутрь.

Пусть папа, в отличие от мамы не был знаком с боевыми искусствами, но я на всякий случай и его предупреждал о своём приходе, а то у мамы так могли сыграть не позабытые навыки, и тогда действительно могло быть больно.

– Заходи, Адриан, – пригласил меня отец. – Поможешь мне с чисткой Арчибальда.

Тут стоит немного остановиться и пояснить, что папа у меня был довольно своеобразным человеком, и он сильно увлекался оружием. Причём я не видел, чтобы он из него когда-либо стрелял, но в комнате находился оружейный сейф во всю стену, где была собрана его коллекция различных стволов, которые либо он покупал за свои деньги, либо ему их дарили.

В коллекции, что интересно, были как совсем старые образцы оружейного дела, которые действительно были годны только для того, чтобы радовать глаз, так и вполне современные единицы вооружения, которые используют спецподразделения. Спрашивать, где он подобные образцы достал, я даже не пытался, так как в придумывании безумных историй Самина явно пошла в папу.

Арчибальдом же отец назвал свой новый дробовик, который он приобрёл буквально месяц назад, и это была его первая чистка дома. Да, папа придумывает каждому своему оружию какое-то имя и то, что он сам их порой путает, его нисколько не смущает.

Помогать с разбором оружия я начал с раннего детства, так что использовать стандартный набор для чистки дробовика у меня не составило никаких проблем.

– Так о чём ты хотел поговорить, папа? – спросил я у него после того, как собственно, приступил к чистке.

– Понимаешь, ты в таком возрасте, когда начинаешь активно интересоваться девочками и…

– Папа, давай только не на эту тему, – попросил я, надеясь, что не покраснел при этом.

Я, конечно, понимаю, к чему он ведёт, но у меня был в этой сфере определённый опыт, правда, не в моём нынешнем состоянии, а у моего другого я. В общем, всё было несколько запутанно, но данная тема больше вызывала смущение как раз из-за того, с кем я это обсуждаю.

– Просто я хотел сказать, – спокойно продолжил он, продолжив разбирать дробовик на отдельные части, – что девочки это, конечно, но хорошо и о защите не стоит забывать…

– Папа!

– Не перебивай, Адриан, – чуть нахмурился он, и я просто приступил к следующей детали, положив обработанную на специальную тряпочку. – Я больше про то, что если ты пошёл на всё это, – указал он на мои синяки, – только из-за понравившейся тебе девушки, то, может, стоит задуматься, а нужно ли оно тебе? Я просто не хочу, чтобы все твои усилия в попытках впечатлить её потом закончились не тем, и ты разочаровался в выбранном пути и потом жалел о потраченном времени и главное усилиях, которые ты приложил чтобы достичь результата.

– Не переживай, папа, – улыбнулся я ему. – Возможно, стать учеником мастеров в «Последнем приюте» и было изначально продиктовано желанием понравиться Эйко, но всё же если бы дело было только в этом, то я бы давно уже оттуда сбежал. А мне казалось, что вы с мамой не против моего обучения у мастеров? – слегка прищурившись, посмотрел я, на отведшего в сторону взгляд папу.

– Это твоя мама была не против, – спустя несколько секунд всё же признался он. – А ты её знаешь, если уж чего вдолбит себе в голову, то потом будет стоять на своём, несмотря ни на что.

– Если дело в деньгах за обучение, то я могу устроиться на подработку, – осторожно произнёс я.

Не то, чтобы я сомневался в денежном обеспечении своих родителей, всё же я видел, как жили мои одноклассники и мог сравнивать уровень достатка в разных семьях. Хоть мы пусть и не шиковали, но явно по уровню доходов были выше многих семей, пославших своих детей в нашу школу. А она и так считается довольно элитной и обучение там бесплатно только для тех, кто входит в рейтинг пятидесяти лучших – благо я в нём всегда был, правда, ближе к последним позициям. Правда сейчас ситуация значительно изменилась и в лучшую сторону.

Вот только с теми возможностями и инструментами, что использовали мастера для моего обучения, его стоимость может быть довольно обременительной для моей семьи, и если я могу им хоть немного помочь, то я обязательно это сделаю. Да, школьнику много не заплатят, но там немного кредитов за какие-то мелкие поручения, тут ещё чуть-чуть и так уже и сумма за обучение не такая большая.

– Насчёт этого можешь даже не переживать, – облегчённо улыбнулся папа. – Это не та проблема, что должна тебя волновать. Да и в целом, твоё обучение не составляет для нашей семьи проблем. Другое дело, чтобы тебе нравилось обучаться у мастеров «Последнего приюта». По слухам, они очень… необычны.

– Это точно, – хмыкнул я.

Даже не представляю, как под стенами одного заведения собрались такие разные люди. Впрочем, может, именно поэтому они и собрались вместе, кто знает?

– Ну, в таком случае ты меня успокоил, – улыбнулся папа. – Адриан, а не хочешь съездить в тир и пострелять из настоящего оружия? Я недавно нашёл потрясающий клуб, который позволяет своим членам приносить даже своё оружие, – загорелись глаза папы при словах о подобном месте.

– Конечно, давай вместе съездим, – согласился я.

Пусть я и не испытывал подобного восторга от огнестрела, но если папа настолько увлекается этим вопросом, то и мне надо хоть немного в этом разбираться. Правда, мне больше нравится процесс сборки-разборки оружия, но тут у каждого свои предпочтения.

Заодно посмотрю умеет ли у меня папа вообще стрелять.

* * *

– Ну и как продвигается обучение Адриана? – спросил Старейшина на общем собрании мастеров «Последнего приюта».

– Пока то, что он недавно умер, несильно повлияло на его способности, но как я и говорил, он смог уклонится от моего броска. Не в полную силу, разумеется, но всё же раньше он не был способен на подобное, – высказался Беккер.

Мужчина, как всегда, вёл себя довольно свободно и даже закинул ноги на стол, демонстрируя всем свои начищенные до блеска берцы. При этом никто против подобного не возражал. Тут у каждого были свои принципы поведения и к этому старались относиться спокойно.

– В моём случае пока особых успехов нет, хотя я заставляю его чувствовать ритм боя, – отозвался со своей стороны Хоронар.

– Ловушки… лучше стал… обходить… проказник, – как всегда, откуда-то сверху послышался голос Маками, который не оставил равнодушным никого из мастеров-мужчин.

– Моих ударов он пока не выдерживает, – покачал головой Дорн.

– Твои удары, вообще, мало кто способен выдержать, – хмыкнул Беккер. – Тебе надо быть полегче.

– Да знаю я, – досадливо поморщился голубоглазый блондин, для которого эта тема была довольно болезненной. – Пытаюсь я быть полегче! Для меня это тоже тренировка.

– Ну, будем вам, – миролюбиво улыбнулся Старейшина. – Кайрос старается, и мы все видим, что он достиг существенного прогресса с момента появления здесь Адриана.

– Со мной он пока нечасто контактировал, но я намерена взяться за мальчика в ближайшее время, – сказала Торвар.

Она была второй мастером-женщиной в стенах данного додзё.

– Ты только учти, что он к подобной готовке непривычен, – напомнил ей Райлин, немного приподняв свою шляпу, чтобы женщина могла увидеть его широкую улыбку и взгляд, направленный на грудь.

– Он из клана Кригер, так что должен выдержать, – скрестила руки на груди Торвар, с вызовом посмотрев на лысого мужчину. – Лучше скажи, чего ты с ним мог достичь?

– О, милая, неужели ты заинтересовалась моими успехами? – обрадовался старый мастер. – Так, может, зайдёшь ко мне, и мы все обсудим? Мне тут с родины один чаек прислали, который очень располагает к беседе…

– Самар, так что у тебя? – спросил его напрямую Старейшина.

– Паренёк смог двигаться на первом уровне ограничений. Пусть немного, но смог, – широко улыбнулся он.

– Ты всё же применил к нему тот адский костюм? – удивлённо посмотрел на него Беккер.

– Ну для нас он всё равно бесполезен, если только на двадцатом уровне… – задумался лысый Райлин. – Хотя лучше вообще тридцатый. Но вы сами знаете, что даже на первом уровне практически невозможно совершать действий для кого-то, кто не занимается боевыми искусствами с детства. А он даже пытался повторять показанные им связки.

– Адриан упорный, – вставил Дорн.

– Да, упорства у него точно много, – хохотнул Старейшина. – В таком случае предлагаю немного пересмотреть план его развития, чтобы подтолкнуть Адриана к пробуждению его крови.

– Да поставьте его снова против Дорна, делов-то, – фыркнул Беккер.

– Эйко может расстроиться, – грустно вздохнул Старейшина.

– Привязалась… девочка к… маленькому рыцарю, – в этот раз из-под пола раздался голос Маками. – Не отдаст… прелесть.

– Вот-вот, – покачал головой Старейшина, изображая грусть, но все тут понимали, что он даже рад, что между этими двумя образовалась подобная связь.

Всё же Эйко не хватало нормального общения со сверстниками, и надо же было такому случиться, что именно Адриан решился с ней заговорить, а потом и вовсе подружиться. Нет, такой шанс они точно упускать не будут. Тем более все их общение находится под их контролем.

Глава 8

Школа… При виде неё я испытывал странные двойственные ощущения. Одна сторона моего я любила проводить здесь время и вообще учить что-то новое, но вот вторая, что появилась после моей смерти, школу не любила. Вроде как она ограничивала его, не давала развиваться и поэтому ощущения от школы у второго моего я были, можно сказать, негативными.

Да, нечасто меня настигали подобные двойственные ощущения, но порой прорывалось что-то такое и приходилось срочно брать свои мысли под контроль, чтобы не зависнуть на месте, как истукану. А то по первой это было не очень удобно, благо с этим удавалось справиться довольно быстро.

– Эй, мелкий, чего встал, – хохотнул какой-то парень, проходя мимо меня.

Судя по его целенаправленному движению, он собирался толкнуть меня, но я слегка сдвинулся вбок, и получилось, что парень просто широко шагнул и от неожиданности едва не упал. Его товарищи сразу подняли говорившего на смех, и тот про меня забыл, начав что-то им объяснять.

Да, несмотря на то, что гены у меня вроде как хорошие, но вот рост был пока не такой большой. Впрочем, для детей моего возраста, метр семьдесят был вполне средним ростом в империи, но вот те же клановые могли похвастаться куда большими габаритами, возвышаясь надо мной на голову, если не больше.

Я по этому поводу никогда не комплексовал, ну а потом уже в додзё мне наглядно объяснили, что рост вообще не имеет никакого значения. Тот же мастер Райлин был значительно ниже меня, но вот назвать его коротышкой мог только самоубийца.

И ведь несмотря на свою внешность, у учителя не было недостатка в женщинах, да и как профессиональный папарацци он был довольно известным и к нему многие модели очень просились на эксклюзивную фотосессию. Как-никак, а фотографии мастера Райлина выкупались за очень большие деньги и моделям, если повезло на них оказаться, могли предложить просто бешеные контракты. Все из-за того, что ходил упорный слух о том, что мой наставник на этом поприще находит исключительные таланты, которые, вполне возможно, не увидели другие.

Да и в целом для мира боевых искусств внешность была не основополагающим фактором. Пусть клановые, как правило, выглядели как образчики того, как может выглядеть человек нового поколения, но внешность могла также легко ввести в заблуждение. Даже существовали стили, которые как раз на полную использовали возможность создать первое впечатление, чтобы противник впал в ступор от рухнувшей картины мира.

И всё же пытавшийся устроить конфликт на входе в школу парень был прав – я тут слишком задержался и начал мешать другим.

Осень всё больше входила в свои права, и теперь школьный парк был полностью золотым. Где-то мелькали оттенки красного, но это надо было зайти глубже на его территорию, чтобы увидеть всю эту красоту с другого ракурса. Всё же местные работники ответственные за парк учитывали даже это в постройке своих композиций.

Наверное, неудивительно, что в школе у нас был кружок любителей живописи, и его представители сейчас как раз находились на улице, пытаясь запечатлеть на холсте то, что они сейчас видели. Ребят никто не отвлекал, так как каждый учащийся уважал деятельность другого клуба, пусть и на словах мог относиться к этому с пренебрежением.

Если человек чем-то действительно увлечён, то в нашей школе старались это развить как можно сильнее, не скупясь на приезжих учителей и на устраивание экскурсий по различным мероприятиям и музеям. Это у нас устраивалось довольно часто, чтобы ученики имели более широкие взгляды на мир. Да и то, что выпускники нашей школы поступали в лучшие учебные заведения высшего образования в империи, говорило о её престиже. Правда, об этом ещё и говорило то, что с нами обучались клановые ребята, но акцента на этом, конечно же, никто не делал. Подобное было не принято и не одобрялось.

Ведь существовало два мира – мир обычных людей и мир кланов, где господствовали идеи совершенствования и боевые искусства.

– Адриан, ты можешь нам помочь? – перехватила меня практически у порога красивая шатенка с волосами, собранными в два забавных хвостика.

Как и на всех девушках нашей школы, форма на ней сидела как влитая, подчёркивая все особенности фигуры, так что мне приходилось прикладывать определённые усилия, чтобы смотреть в эти умоляющие меня о помощи карие глаза, а не в открывающийся чуть ниже вырез из-под блузки.

– Чем же я могу тебе помочь, Миру?

– Я не понимаю, что происходит с моими цветами, можешь ты посмотреть свежим взглядом? – взяла она меня за руку и потянула в сторону.

Миру состояла в клубе любителей садоводства и занималась выращиванием растений, которые в наших широтах выжить по идее не могут. Я как-то увидел, что она решилась попробовать вырастить чайный куст, точнее, один из подвидов растения, которое произрастает в южной части Ревейского полуострова. Растение было очень прихотливое к условиям своего произрастания, но вот из листьев этого куста можно было приготовить просто замечательный чёрный чай. Так что я просто не мог пройти мимо такого растения, ну и, конечно, за свою помощь я попросил, если она сможет заставить куст разрастись, что часть листьев будет отдана мне на приготовления чая.

Чай я очень любил и ещё больше любил делать его самостоятельно из различного сочетания растений и трав, чтобы изготавливать уникальные букеты неповторимых ароматов. И пусть сейчас меня просили посмотреть на цветы, но Миру занималась и чайным кустом, и я не мог допустить, чтобы она слишком отвлекалась на другие растения. Чай был важнее!

В итоге мы пришли в оранжерею клуба садоводов. Да, для этого клуба была построена целая оранжерея, оборудованная по последнему слову техники. Что уж говорить, если тут были отдельные зоны, учитывающие разные климатические условия, так что по идее для участников клуба не было проблемой вырастить здесь даже очень редкие растения. Их деятельность полностью одобрялась школой не только из-за того, что потом выпускники часто возвращались в школу с редкими образцами и помогали новым членам клуба, но и потому, что эти растения школа потом могла продавать. Собственно говоря, за счёт последнего клуб и мог позволить себе подобные технические новинки.

И ведь ладно бы подобные вещи касались только одного клуба, но, по сути, примерна та же ситуация повторялась почти с каждым клубом. Просто они вносили свою лепту в развитие престижа школы и клубов собственными способами.

В этом плане клуб любителей чтения смотрелся бедненько, но даже так нам порой привозили довольно редкие экземпляры книг. Тут уже членами клуба начиналась оцифровка пыльных фолиантов, а парочка ребят и вовсе увлекались переводом, и оторвать их от подобных книг было довольно сложно.

– Ну, что у тебя тут случилось? – спросил я, стоило нам только пройти к участку, за который отвечала Миру.

– Вот, – указала она на растение с нежно-голубыми листьями.

То, что само по себе растение было необычным, было понятно хотя бы из цвета его листьев. Вообще, в мире хватало всяких диковинок, и эта особенность не была чем-то уж таким запредельным. Другое дело, что, на мой взгляд, листья были какие-то бледноватые что ли.

– Хм, – задумчиво растёр я между пальцев почву, которая была у корней этого цветка и принюхался к ней. – А ты в удобрения случайно не добавляла листья лилового дерева?

– Сейчас посмотрю, – тут же сорвалась с места Миру.

По всей видимости, побежала в подсобку, где у членов клуба хранились различные составы для ухода за растениями и в том числе удобрения. Всё же с учётом того, как тут всё было организовано, растениям требовалась разная подкормка, и за этим необходимо было внимательно следить.

Я не то, чтобы прямо настолько хорошо в этом разбирался, но Миру была новичком клуба и по их правилам, пока она не докажет свою самостоятельность, ей будут помогать весьма ограничено. Члены клуба садоводов считали, что истинный садовод должен или сам справиться с проблемой или пару раз погубить растение, чтобы проникнуться всей сложностью этого направления – уже после такого старшеклассники с готовностью помогут младшим участникам, но не раньше.

В любом случае привлекать помощников со стороны никто не запрещал, ну а лезть в порядки клуба было непринято. Поэтому Миру, так уж получилось, нашла в моём лице себе помощника, который действительно может подсказать что-то дельное.

– Адриан, ты был прав, – с грустной мордашкой подошла ко мне Миру. – Я использовала новый вид удобрений, который подходил для растений из той же области произрастания, откуда и эти цветы, но не посмотрела на состав.

– Ничего страшного не произошло, но в следующий раз будь внимательнее, – улыбнулся, вытерев руки, благо у садоводов-любителей тут было всё для того, чтобы и в земле повозиться и от этой грязи избавиться. – Теперь постепенно меняй удобрение и следи за цветом листов. Резко с одного вида на другой переходить все же не стоит.

– Спасибо, Адриан, – схватила меня за руку девушка, благодарно улыбнувшись.

Вот только в следующий миг она поняла, что сделала, и отпустила руку, смущённо покраснев.

– Как там твой чайный куст? – спросил я, чтобы переключиться с этого неловкого момента.

– Пойдём, покажу! – обрадовалась возможности отвлечься на другое, потянула меня за собой Миру.

И ведь тут не стеснялась меня брать за руку. Погрузившись в собственные мысли, эта забавная девушка совершенно не обращала внимания на то, как и что делает.

– Видишь, он уже вырос на целых два сантиметра с момента твоего последнего прихода! – гордо показала она на не очень большой кустик, на котором тем не менее уже появились листики.

Уж очень требовательным к условиям своего «проживания» оказался этот экземпляр, и мы вместе с Миру уже несколько раз его спасали от гибели, подбирая всё новые варианты для улучшения его жизни. Да, тут была настоящая борьба за выживание растения, которое, как мне уже стало казаться, не хотело жить, но нашего упорства хватило, чтобы заставить его расти.

– Ещё где-то полгода, – тихо произнёс я, касаясь листиков своего будущего чая.

– Да, где-то так, – подтвердила Миру, услышав меня. – Где-то через полгода он вырастет достаточно большим кустом, чтобы уже устойчиво пережить особенности нашего климата.

– Ты молодец, – похвалил я девушку, отчего та снова покраснела и отвела взгляд.

Не знаю, специально она так встала или нет, но при её повороте юбка слегка приподнялась, показывая чуть больше, чем нужно и демонстрируя белизну кожи на бёдрах довольно спортивных ножек.

Ну, последнее было неудивительным, так как все школьники в той или иной мере старались заниматься спортом, чтобы выглядеть лучше. Особенно упор на это делался в период, когда ты начинаешь интересоваться противоположным полом, и выглядеть хуже других на общем фоне подтянутых и в целом физически развитых одноклассников было слишком проигрышной позицией.

Да и учителя всегда были готовы составить индивидуальную программу как питания, так и тренировок, чтобы достичь требуемой формы – подобные вещи по всей империи были поставлены на поток вне зависимости от уровня школы. Император щедро платил за то, чтобы его подданные были в здоровом теле и демонстрировали, насколько сильна наша империя.

Возвращаясь же к ножкам… я и сам поспешно отвёл взгляд, чтобы меня не могли ни в чём заподозрить, но, похоже, Миру, несмотря на смущение, была несколько разочарована тем, что я отвернулся. Вот и пойми этих девушек…

– Я… пожалуй, пойду, а то занятия скоро начнутся, – тихо произнёс я.

– Ой, точно! – воскликнула Миру. – Ты иди первым, я тут приберусь и тоже пойду на уроки. Спасибо ещё раз, Адриан, за твою помощь, – поклонилась она так, что мне оказалась на мгновение продемонстрирована ложбинка между грудей.

Кхм, уверенная двоечка, если даже не больше.

– Не стоит, – поднял я взгляд вверх. – Ты бы и сама догадалась, в чём причина, просто, возможно, чуть позже.

– И всё равно, ты мне очень помог, – смешно покачала головой девушка, мотнув своими хвостиками.

Глава 9

Занятия в школе после того, как я немного «умер», для меня стали на порядок легче. Если уж я даже сквозь сон мог отвечать на вопросы учителей, то когда я не спал, материал усваивался мной ещё быстрее. В первую десятку по рейтингу успеваемости среди нашего потока я ещё не пробился, но был близок, да.

Тут дело отчасти было в том, что я только недавно стал качественно улучшать свои оценки. К тому же в этой десятке были настоящие монстры от учёбы, и бороться с ними было не так уж и просто.

При всём этом Эйко уверенно занимала первую позицию в этом самом рейтинге с момента её поступления в нашу школу. Так что мне было куда стремиться, чтобы хотя бы занять второе место рядом с понравившейся мне девушкой.

Эйко… она изменила мою жизнь. Ну а мастера и вовсе что-то во мне сломали, иначе откуда порой возникающая двойственность в ощущениях и разграничение моего я, которое проскальзывает со временем всё реже, но всё же бывает.

В любом случае учёба… Уровень нашей школы был такой, что учителя вполне могли устроить в любой момент неожиданную контрольную, да и сам уровень знаний значительно выходил за рамки обычной программы. Поэтому так просто от учебы никто не мог отлынивать, иначе рисковал быстро вылететь.

Как-то я заинтересовался этим вопросом и с удивлением узнал, что для нашего возраста существуют учебники намного проще, а то, что используем мы для учёбы – это уже какой-то иной уровень, предназначенный для лучших учебных заведений империи. С другой стороны, с тем финансовым обеспечением, что был у нашей школы такому, наверное, не стоит удивляться так уж сильно.

– Адриан, а ты понял последний показанный учителем способ решения уравнения? – как всегда бесцеремонно пристал ко мне Олунт.

– Ну и что тебе там непонятно? – устало спросил я.

Всё равно ведь этот темноволосый парень с вечно заплетёнными во множество кос волосами от меня так просто не отстанет. И ведь ему не лень каждый день переплетать свои волосы, так что они становятся похожи на небольшие канаты, которые дорожками идут по его голове. Так ещё и с этого года стал их отращивать, чтобы нацепить на концы этих хвостов какую-то купленную им на отдыхе безделушку – но вот что именно он хочет нацепить – пока не демонстрировал, чтобы не портить потом эффект.

– Вот смотри, – продемонстрировал одноклассник свои записи. – Как вот от этого шага перешли к этому?

– Делаешь, так и так, – написал я карандашом пропущенные им действия. – Потом подставляешь вместо этой переменной это значение, и всё получается.

– Вот оно что? – внимательно смотря на дополненные мной записи, произнёс Олунт.

– Ты бы не отвлекался на занятиях, – посоветовал я ему. – Ведь учитель всё это объяснял, да и просит он подробно расписывать ход решения уравнения, а не сокращая этапы. Тем более в том случае действительно делать это подробнее, так и ошибку быстрее найдешь.

– Легко тебе говорить, – хмыкнул парень, закрыв свою тетрадь. – Тебе-то учителя уже давно разрешают просто писать ответ.

– Сначала ты работаешь на репутацию, потом она работает на тебя, – развёл я руками.

Действительно, мне было несколько лень расписывать все этапы решения уравнений, если большинство этапов я мог просчитать и так без записей. Пришлось, конечно, почти месяц доказывать, что я могу решать эти задачки и без детального расписывания, но когда учителя от меня наконец-то отстали, то писать контрольные я стал значительно быстрее, а значит, мог раньше уйти с уроков и идти в додзё, чтобы продолжить тренировки.

– Вот ты! – хмыкнул мой одноклассник. – А ты видел новеньких, что перевелись к нам на этой неделе? – вдруг спросил он.

– У нас появились новенькие? – удивлённо посмотрел я на него. – И ещё и не в начале учебного года?

– Адриан, из-за своей учёбы ты уже совсем потерял связь с окружающим миром, – осуждающе посмотрел на меня Олунт. – Да об этих новичках говорят уже несколько дней, и только ты ничего не слышал.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.