Татьяна Сонная
Двойное чудо для олигарха

Глава 1

Постукивая карандашом по столешнице, смотрю в одну точку перед собой, не моргая. Дожил. Кто бы мог подумать, что дойдёт до такого! Состоятельный молодой мужик, не обделённый внешними данными, согласится платить какой-то посторонней девице, чтобы та выносила его ребёнка.

Вздыхаю и, зажмурившись, накрываю лицо ладонью. Третья суррогатная мама для моего ребёнка и провал! Хочу ребёнка. Пол не важен! И я найду способ получить желаемое, благо, ресурсы есть. Раз не задалось с семьёй, то найдутся другие способы получить желаемое. И я ищу!

В свои тридцать шесть я имею всё, что может пожелать любой успешный мужчина. Собственный доходный бизнес, счета в банках, крупные суммы на офшорах, недвижимость. Я являюсь держателем ценных бумаг крупнейших бизнес-империй мира, НО не имею семьи.

Последняя пассия, с которой по неосторожности связался, заявила, что рожать детей не входит в её планы на жизнь. Видите ли, она не желает портить фигуру! Естественно, это поставило жирную точку на наших отношениях. Девушка, более чем подходящая по многим моим требованиям, от внешних данных до умственных способностей, с кучей достоинств, но не ТА! Она не подошла по главному критерию, как мать для моих детей. Может, ещё десять лет назад её болтовня не возымела бы никакой реакции с моей стороны, но не сейчас. Последние пару лет я заразился новой идеей, цель проекта – СЕМЬЯ.

Все мои бизнес-партнеры и немногочисленные друзья давно счастливые отцы. Я же оказался в этом плане бракованным. И ведь никогда не задумывался, почему от меня не забеременела ни одна любовница. Это ведь обычное дело, когда молодая девушка залетает по неосторожности. Молодость и глупость ходят где-то рядом. Но нет, я всё это время самонадеянно считал себя предельно осторожным. Везунчиком!

Расставание с постоянной партнёршей не самое плохое, что приключилось со мной за последнее время. Оказалось, что в этом мире вряд ли существует женщина, способная выносить от меня дитя. Но по какой причине, наша медицина выяснить не в силах. Куча анализов, докторов, обследования и ничего. Здоров!  Как решить проблему, видимо, может ответить только сам бог! Может, проклял кто?!

Ранний звонок из клиники по искусственному оплодотворению сегодня окончательно выбил почву у меня из-под ног. Третья попытка и опять неудача. Срок три недели. В этот раз всего двадцать один день! Сердце моего ребёнка билось ровно этот срок.

Я готов на любые условия. Отдам всё за шанс стать отцом! Что со мной не так?! Мой бизнес чистый. Я работал, как проклятый, развивая семейное дело, преумножая своё состояние. Занимался благотворительностью, помогал детям, зоозащитникам, странам третьего мира. Да кому я только не отправлял деньги! Своими руками строил приют для бездомных животных! За что выслушал от матери целую лекцию по поводу того, что это не подходящее для её сына занятие! А для чего тогда я подхожу?! На роль очередного воротилы финансового мира? Но для кого всё это?! Мне и родителям хватит за глаза!

Сжимаю кулак и со всей дури бью по столешнице. Жалобно скрипнув, она немного проседает. Но ни царапины, ни трещины. Дорогое дерево. Качественное. Хочется выть. Волк-одиночка. Усмехаюсь. Так и есть.

Тишину и тяжёлые мысли прерывает звонок телефона. Скрипнув зубами, смотрю на экран. Звонят из клиники. Добить решили?

– Слушаю! Что ещё?! – всегда стараюсь держать себя в руках, не показывая эмоции при посторонних.

Всегда считал это проявлением слабости духа, но сейчас выдержка подводит, ответ выходит резковатым.

– Максим Владимирович, – голос друга по ту сторону заставляет прийти в себя и немного сбавить обороты. – Я не вовремя?

– Пётр Алексеевич, да брось… ты всегда вовремя, – шумно вздохнув, отвечаю уже более ровно.

– Расстроен?

– Ну а ты как думаешь? Не понимаю, где я так нагрешил. Ведь немного-то и хочу. Ребёнка. Вон у мужиков с завода почти у каждого семеро по лавкам. И успевают же с таким графиком их строгать! И доход в семьях сравнительно небольшой. Я же согласен на любые расходы, предоставляю условия, но нет же…

– Да погоди ты эмоционировать! Я по этому поводу и звоню. У меня нарисовался для тебя новый вариант. Не рожавшая, молодая! Здоровая. Внешние данные хорошие…

– Таких было уже трое!

– Ты решил сдаться?

– Нет!

– Тогда жду через час. Посмотришь на неё сам, обговорите условия. Заключим договор.

 Сокрушённо вздыхаю.

– Макс, всё получится! Не сдавайся.

– Тебе легко говорить. У тебя уже трое детей. Всё получается без договоров, докторов, лекарств и гонораров!

– Ну не скажи, друг. Ты беременную женщину в гневе ещё не видел. Тут деньги и прочее не помогают.

– Ты прав. Не видел, – соглашаюсь я, подчеркнув этой фразой всю горечь моей ситуации.

– Не цепляйся к словам. Собирайся.

– У меня совещание через тридцать минут.

– Я что, тебя уговаривать должен?! Отмени! Кто босс?!

– Буду.

Откладываю телефон в сторону. Внутри грызут сомнения. Одновременно хочется всё бросить и сбежать наконец в заслуженный отпуск, но привычка добиваться поставленной цели не позволяет отступить. Что мне мешает уладить дела с очередной потенциальной мамой для моего наследника, а уже потом позволить себе недельку поваляться на побережье океана под тёплым солнышком? Нужно сменить обстановку и успокоить нервы. За последнее время пару раз сорвался на своих работяг. И в офисе при моём появлении умолкают все. Словно чувствуют этот пожирающий негатив. Что уж говорить, даже мама жалуется на резкие перемены в моём настроении. А она единственная женщина, которая не должна испытывать на себе минусы моего характера.

В итоге, отменив все дела, полдня торчу в клинике. Девушка оказывается действительно очень милой. Не сомневаясь ни секунды, заключаю договор. Намекаю, что готов пойти на любые жертвы и даже взять на себя часть миссии. Поучаствовать в процессе лично, без услуг докторов. Но меня мягко отшивают. Кандидатка при этом по-детски краснеет и смущается. Оставляю её в покое. В конце концов, если всё получится, у меня будет куча времени на то, чтобы познакомиться поближе и, возможно, что-то сложится. Неважно, что она очень молода. Это даже плюс. Закрою глаза на то, что она пришла в клинику за деньгами. Возможно, у неё трудная жизненная ситуация. Не мне её судить. Разбирательства оставлю на потом. Сейчас, главное, дождаться положительного результата.

После того, как все формальности улажены, она сразу же убегает. Провожаю её оценивающим взглядом и одобрительно хмыкаю.

Захлопнув дверь, Петр оборачивается и хитро улыбается.

– Понравилась? – озвучивает своё умозаключение друг с довольным лицом и складывает руки на груди.

– Если всё получится, мой ребенок… возможно, возьмёт что-то и от неё. Это немаловажно.

– Да брось, Макс. Твои гены, несомненно, доминирующие.

– Ты видишь в этом плюсы? – горько усмехаюсь я и хмурю лоб.

Мои гены как раз-таки и не способствуют рождению дитя.

– Мне уже не до смеха, готов на всё: хоть к чёрту лысому, хоть к бабке-знахарке бежать за помощью!

– Конечно, – друг пропускает мою самоиронию мимо ушей, продолжая прикалываться. – Данные у тебя то, что надо. Парень ты видный…

– Ты меня пугаешь, – прерываю я поток его лести и начинаю лыбиться в ответ, моё нытьё ему ни к чему. – Не перестарайся, иначе я решу, что ты на меня запал.

– Да ну тебя, – отмахивается тот и устало усаживается в кресло. – Может, тебе и вправду попробовать к народной медицине обратиться? Ну не нашёл я у тебя физиологических проблем. Здоров, как бык! Детей строгать должен каждой встречной!

– О чём ты?  – удивлённо реагирую на высказывание друга о работе, больше подходящей для столяра, чем бизнесмена.

– Да так… Ты же помнишь, что бабка моя… как и твоя, кстати, родом из глубинки? – напоминает он задумчиво.

– Ты серьёзно? Алтай!

– Ну а почему нет?

– Отпуск, – озвучиваю я и усмехаюсь. – Думал на океан махнуть. Косточки погреть.

– Чем тебе наш регион не устраивает? Всё есть: и лето, и жара! Даже почти океан имеется.

– Смеёшься? Владивосток в ноябре, впрочем, как и Алтай, не особо приветливы. Холодно же.

– Зато воздух свежий и горнолыжные курорты. Есть где развлечься. Сгоняй на родину предков. Может, и помогут родные места. Бабку мою навести. Она там всё и всех знает. Я ей позвоню, предупрежу. Примет как родного! Она меня всё детство травками да молитвами лечила. И помогало же!

– Поэтому ты на врача учиться пошёл?

– Отчасти. Ты же знаешь мою историю. Как мать заболела, я начал медициной интересоваться, так и пошло-поехало.

– Да знаю, Петь, знаю. Молодец ты. И спасибо за поддержку! За всё спасибо.

Глава 2

Попрощавшись с другом, решаю сразу же ехать домой. В офис возвращаться настроения нет. Пока еду, вспоминаю историю нашей дружбы с Петром. Всё банально. Мы родом из одного края. Алтай. Наши родители были знакомы ещё до переезда и, после того как обосновались во Владивостоке, продолжили общение. Мы же с Бересневым, несмотря на разницу в возрасте в пять лет, стали друг для друга всё равно, что братья. Он, кстати, старший. Повлияло ли на зарождение дружбы между нами то, что мы земляки, или это простое стечение обстоятельств, я не знаю, но за двадцать восемь лет мы ни разу не усомнились друг в друге. Могу с уверенностью сказать, что переезд пошёл нам всем только на пользу.

Причина, по которой родители решили сменить место жительства, не отличалась оригинальностью. Заработки. Было ещё что-то, но я уже и не помню, слишком давно это было, мне только восемь на тот момент исполнилось. В любом случае, решившись на такой ответственный шаг, взрослые не обязаны учитывать мнение ребёнка. Кто станет советоваться с восьмилетним пацаном? И вообще, детей редко посвящают в семейные проблемы. Каждый нормальный родитель старается огородить своё чадо от лишнего стресса. И я считаю, это очень правильно.

После переезда отец быстро нашёл работу и успешно взлетел по карьерной лестнице. Позже занялся бизнесом.  Я же продолжил его дело и преуспел. Морепродукты, собственное производство, сбыт, выход на мировые рынки.

Родители Петра простые и замечательные люди, самые дорогие и близкие для нас. Мама из семьи преподавателей, всю жизнь проработала в школе учителем, пока тяжело не заболела. Отец уже много лет трудится на одном из наших заводов, поднялся сам и сейчас заслуженно занимает руководящую должность.

Пётр женился ещё в студенческие годы. Сначала я стал свидетелем на их с Оксаной свадьбе, а потом наблюдал за пополнением семьи. Сперва мне казалось, что Пётр совершил ошибку, слишком рано повесив на себя такую большую ответственность. Но чем старше становился, тем отчетливее понимал, что это я впустую потратил уйму времени. Первый ребёнок у Бересневых родился спустя два года после свадьбы – сын. Сейчас малец уже догнал Петра в росте и собирается пойти по стопам отца, в медицинский. Второй ребёнок появился, когда старшему было семь, а последнюю дочурку Береснев умудрился заиметь всего год назад.

А что я?! Наша фамилия гремит на весь край. Я добился почти всего, чего хотел. И теперь у меня осталась лишь одна недостигнутая цель. Семья! Я должен хотя бы попытаться найти ту, с которой мы окажемся совместимы. Или же это судьба, Волков – одинокий волк. Ну уж нет. Жму на педаль газа, машина бешено рычит. Я выиграю и это дело.

Паркую автомобиль во дворе дома родителей и спешу к ним. Сегодня же сообщу, что улетаю в отпуск. Уверен, они меня поддержат, тем более давно намекали на то, что я слишком много работаю. Настроение планомерно начинает ползти вверх. Забегаю за тортиком для мамы. Тут совсем рядом готовят как раз такие, которые она любит. С низким содержанием калорий. Она у нас вечно на диете. Следит за фигурой очень строго и не только за своей. Отцу тоже приходится соблюдать её негласные правила. Иначе Анна Ивановна будет сердиться. А это ой как плачевно сказывается на атмосфере в доме в целом. Несмотря на немного вздорный характер мамы, живут родители душа в душу. За это я их и люблю. У меня было счастливое детство, дружная семья и всё, что требовалось мальчику, чтобы вырасти настоящим мужчиной.

– Я дома! – сообщаю громким басом, как только открываю входную дверь.

Снимаю туфли, наступая на задники по очереди, поднимаю голову и тут же встречаюсь с осуждающим взглядом светло-карих глаз. Издаю пресловутое «ой!» и аккуратно отодвигаю обувь к полочке. Мама начинает смеяться и, раскинув руки для объятий, шагает ко мне.

– Никогда не изменяешь своим дурным привычкам, – хлопая меня по спине, выдаёт сквозь смех она и, отстранившись, заглядывает в лицо.

Рассматривает меня пару секунд и сокрушённо качает головой.

– Осунулся. Синяки под глазами. Совсем не отдыхаешь? Надо себя поберечь, сынок.

– Я как раз об этом и пришёл поговорить. Отец дома?

– С минуты на минуту будет. Поехал по твоему поручению.

– Какому? А… так я же сказал на днях сам разберусь с этим делом. Там всего-то поломка небольшая, на производительность не влияет. Никакой спешки.

– Ты же его знаешь. Он не станет просто так отсиживаться. Старается тебе помочь, пока ещё может.  Да и скучает он по работе, хоть и не признаётся. Повторяет постоянно, что сам решил на покой уйти, но, видимо, это для себя и твердит. Стоит только тебе позвонить, тут же летит на выручку.

– А знаешь, я предоставлю ему возможность вернуться к любимому делу. На пару недель точно, – скидывая тёплое пальто, сообщаю маме с улыбкой.

– Это как?

– В отпуск хочу слетать, – озвучиваю с улыбкой свои планы и выуживаю из-за спины торт.

Мама хлопает в ладоши и, перехватив из моих рук угощение, спешит на кухню.

– Вот же обрадуется Анатольевич. Ты прямо ему подарок сделаешь, сынок. И сам отдохнёшь, и он наконец перестанет вздыхать у меня над ухом. Но… – она резко останавливается и грозит мне пальцем. – Я тебе этого не говорила.

Застёгиваю рот на замок и киваю.

– Вот и славно. Я пока подогрею чай и отцу позвоню. Обрадую, что у нас гость с хорошими новостями, – мама прищуривается и расплывается в очередной улыбке. – А не расскажешь, куда собрался? С кем?

Надеется, что я одумался и девушку завёл. Всё внуков ждёт. Но как я скажу ей, что проблема не в моей разборчивости. Да, я очень требователен во многих вопросах, но относительно женщин в моём списке за последние годы осталась всего пара пунктиков: понравиться мне и родить ребёнка. В идеале не одного, но тут уже как получится. Не хочу расстраивать родителей подробностями моей личной жизни и Петру трепаться запретил. Пусть уж винят во всём мой характер.

– Алтай, – бодро сообщаю, плюхаясь на мягкий стул у обеденного стола.

Мама роняет нож и как-то меняется в лице.

– А почему туда? Там же так, как и здесь, довольно холодно? – подняв столовый прибор, она аккуратно кладёт его в раковину и тянется за чистым.

– Решил так. Да и Пётр просил бабушку свою проведать. Она у него там одна. Переживает, – вру, отводя глаза в сторону.

Однако реакция мамы мне тоже не совсем понятна.

– Сынок, может, лучше куда-нибудь, где потеплее? Солнце, песок? Зачем тебе эти снега? Дома не хватает? – присаживаясь рядом со мной, продолжает настаивать Анна Ивановна, со странной мольбой заглядывая мне в глаза.

– Ну снега и мороза я не боюсь. Горнолыжные курорты там отменные. Оздоровительных центров тьма. Есть с медицинским уклоном. Здоровье на раз-два поправлю, – привожу, по моему мнению, вполне сносные доводы.

Про бабку-знахарку помалкиваю. Боюсь, придётся уточнять, для чего она мне понадобилась. Хотя выкрутиться можно всегда, но лишний раз врать не хочу. Одна ложь тянет за собой другую, что уже откровенно паршиво. Недоговаривать это одно – хранить свои секреты не запрещается. А вот сочинять, да ещё и самым родным, некрасиво.

– Твёрдо решил? Алтай? – вздыхает мама.

Киваю в ответ и растягиваю губы в улыбке.

– Ну что ж. Значит, так тому и быть. Слетай, сынок. Отдохни. Что плохого в том, что на родине побываешь? Почти тридцать лет прошло, – говорит она так, словно успокаивает саму себя.

– Мам, а почему ты так расстроилась? – свожу брови к переносице и, навалившись на стол, склоняюсь к ней.

Она грустно улыбается и, протянув руку, разглаживает на моём лбу морщинку, пересечённую тонким шрамом. Уже и не помню, откуда он у меня.

– Да так. Ностальгия, наверное. Не обращай внимания на старую женщину. Мы в таком возрасте плаксивые да капризные.

– Не говори так. Ты у меня молодая и красивая, – перехватив её ладонь, прижимаю к своей щеке.

– А вот про капризы, значит, согласен? – сморщив носик, подмечает моя хитрюга и легонько толкает меня в плечо. – У-у-у, здоровяк. Так и таскаешься в зал, железо своё тягаешь! И зачем тебе на это время тратить?

Звонок в дверь прерывает воспитательный процесс, и мама убегает открывать дверь.

– Как всегда без ключа! Ну что ты с ним поделаешь…

Глава 3

Аэропорт.

На сборы уходит три дня. Для меня это достаточно оперативно. Спешно передаю все дела отцу. Проконтролировав в клинике подготовку девушки по имени Настя к ЭКО, собираю вещи и вот я здесь.

Пётр трётся рядом. Про его бабку я разузнал. Всё, что нужно передать на словах – выучил, всё, что нужно передать из рук в руки – захватил. Осталось сесть в самолёт и добраться до места. Наконец я освобожу голову от мыслей, тело от рутинной работы. Отпуск. Надо настроиться и как следует отдохнуть. У меня получится!

Место для отдыха друг выбрал для меня сам. За что я ему безмерно благодарен. Не пришлось бомбить интернет в поисках подходящей локации. Обычно я поручаю подобную работу туроператорам, предварительно озвучив, что именно мне необходимо. В этот раз доверился другу. В итоге спустя несколько часов на арендованной машине въезжаю на территорию санатория «Алтайский замок». Местные достопримечательности с первого взгляда меня не впечатляют. Снег, снег, снег! Видали места и поживописнее. А чего я ожидал? Изначально настрой был на море и пальмы! Но если Пётр решил, что мне это необходимо, стоит попробовать. Не в последний раз еду отдыхать. Откинув все сомнения, решаю отпустить ситуацию и расслабиться. Посмотрим, как дела пойдут дальше. Глядишь, и вправду поможет родная земля.

Нужно зарегистрироваться в отеле, а после найти бабку Петра. Все мозги мне прожужжал про неё. Если сегодня же не привезу ей подарки, он мне спокойной жизни не даст. Выхожу из машины и осматриваюсь. Всё бело. Небольшое здание, возле которого припарковал авто, действительно чем-то напоминает замок. Ярко-зелёная крыша, присыпанная снегом, смотрится волшебно. Пушистые ёлки дополняют общую картину. Всё вокруг выглядит по-праздничному, хотя до нового года ещё далековато. Может, родителей сюда привезти? На Рождество! А что? Неплохая идея. Отдохнут, подлечатся. В их возрасте это только на пользу. Вспоминаю мамино выражение лица при упоминании об Алтайском крае и хмурюсь. Согласится ли она на поездку? Сомнительно. Нужно выяснить, в чём причина такой реакции.

Оглядываюсь. Столько хвойных деревьев! И чего я раскис сразу? Загляденье. Не пальмы, конечно, но и не лысые горы. Возвращаюсь в авто, чтобы забрать свою небольшую дорожную сумку с вещами и документами. Взял с собой минимум, зачем тащить много? Несколько сменных комплектов белья, пару штанов, свитер, носки и туалетные принадлежности. Привык бриться каждый день. Может, здесь стоит сменить привычку и позволить себе легкую небрежность во внешнем виде? В офис с утра не нужно. Мечтательно вздыхаю. Надо расслабиться, но пока мозг отказывается подчиняться. Будем дрессировать. Пару вечеров не подходить к ноутбуку. Переломает и дальше пойдёт легче. Кошусь на свой ПК. Зачем взял? На всякий случай. Кривлюсь. Всё-таки сразу же отключиться от дел не выйдет. Да и отцу, возможно, понадобится помощь. Не брошу же я его на произвол судьбы!

Неожиданно за спиной раздаётся звонкий ребячий смех и крики. Вздрогнув, оборачиваюсь на голоса, но разглядеть их обладателей не успеваю. Снежный снаряд прилетает мне прямо между бровей. Снег напрочь залепляет глаза, из которых от удара сыплются искры. Бросив сумку и чехол с ПК, начинаю обтираться и плеваться, потому что всё это безобразие попало и в рот, и в нос. Хороший удар, прицельный, да ещё с силой. В ушах звенит так, будто рядом громыхнул гонг.

– Максим! – женский голос заставляет ускориться.

Протерев глаза, часто моргаю, пытаясь разглядеть обладательницу строгого, я бы даже сказал, угрожающего рыка. Таким тоном моё имя давно никто не произносил. Мама и то очень давно, в детстве.

Картина, которую наблюдаю дальше, заставляет развеселиться. Мальчишка лет двенадцати шустро драпает от догоняющей его молодой девушки. Бросаясь в адрес пострела угрозами и обещаниями расправы, она тщетно пытается поймать его, видимо, чтобы исполнить задуманное. Но в связи с тем, что малец оказывается довольно юрким и быстрым, у неё это не получается. Наблюдаю за ними, и губы невольно растягиваются в улыбке. Не знаю почему, но он напомнил мне меня самого. Пытаясь оправдаться, мальчишка кружит вокруг заснеженной клумбы с единственной ёлкой. Поскальзывается, падает и тут же, бодро подскакивая, бежит дальше.

Девушка не отступает. Разметавшиеся от бега, длинные русые волосы красиво переливаются на солнце. Раскрасневшиеся щёки, сияющие глаза. Засмотревшись, не сразу обращаю внимание, что малец постоянно выкрикивает слово «мама». Вот, значит, как. А я решил, что сестра, подруга, но не предположил, что мать. Молоденькая с виду.

Смирно стоя в сторонке с ужасно виноватым видом, вместе со мной за происходящим наблюдает девчушка лет десяти. Прижав руки к груди, она так трогательно шмыгает носом, что мне становится жаль её. Нужно спасать героя, пока он окончательно не загонял мать и себя.

– Извините! – выкрикиваю, вскинув руку над головой, активно машу, привлекая внимание девушки к своей обстрелянной персоне. – Мне нужно заселиться. Не подскажете, куда пройти!

Девушка отвлекается и, обернувшись в мою сторону, неожиданно поскальзывается и со всего маха приземляется на мягкое место. Не думая ни секунды, спешу в её строну, чтобы помочь, но меня опережают. Максим подлетает первым и, схватив мать за руку, шустро поднимает на ноги. Сильный.

– Попался, – выкрикивает неблагодарная родительница и хватает сорванца за ухо.

Взвизгнув, он морщится и заводит свою волынку заново.

– Я нечаянно! Ну я же сказал, больше не буду! Мама! Отпусти!

– Меня из-за тебя уволят! Сколько можно пакостить?! Максим, ты когда-нибудь повзрослеешь?!

– Ну я же сказал… А-а-а!

– Вот нажалуется гость, и всё! Пиши пропало! – не унимается она, выворачивая уже порядком раскрасневшееся ухо парню.

– Не нажалуюсь! – говорю как можно громче, и все моментально оборачиваются на меня.

Наконец-то. Заметили.

– Ой! – сконфуженно роняет незнакомка, уставившись на меня своими необыкновенными глазами.

Моргаю, пытаясь разглядеть цвет радужки, которая переливается сине-зелёными кристалликами.  Что это такое? Линзы что ли? Девушка моргает, и я отмираю. Смахнув пушистой варежкой с лица спутанные волосы, она неловко улыбается и наконец отпускает ухо сына.

– Он у меня гиперактивный. Слишком! – шикает на пацана, потирающего оттянутый орган. – Извините нас. Так неловко получилось. Он не хотел, не специально.

– Ага, я в Маруську целился, а этот, – в меня целенаправленно тыкают пальцем, да ещё с таким обиженным выражением лица, будто это я сам налетел на его снежок, – откуда-то неожиданно высунулся!

– Максим! – перебивает мать и бросает в его сторону испепеляющий взгляд. – Нельзя в людей тыкать пальцами! Ты точно допросишься! Я тебя накажу! Завтра останешься с бабкой Агафьей, с собой не возьму!

Агафья? Тут, видимо, распространённое имя. Агафья Мартыновна, так, кажется, зовут бабушку Петра. Тёзки.

– Ты в бассейн меня сводить обещала! Забыла уже?!

– Как обещала, так и заберу слова назад. Сам виноват!

Чуть ли не плача, пацан молча поджимает губы и, насупившись, отводит глаза.

– Тетя Инга, пожалуйста, не наказывайте его. Это я во всём виновата. Я в снежки играть предложила. Максим не хотел, – робкий голосок девочки, осмелившейся встать на защиту друга, привлекает внимание разгорячившейся родительницы.

И та на удивление мгновенно успокаивается.

Усмехаюсь происходящему. Забавно. Моя помощь тут, оказывается, особо не нужна.

– Снежком в лицо гостю зарядила не ты, – не соглашается Инга, её голос звучит уже более мягко. – Виноват всё же он.

– Пожалуйста. Пусть Максим завтра приходит с вами. Мы тут ещё три дня. А потом уезжаем. Я хотела бы с ним… пусть приходит. А я извинюсь за него, если нужно, – продолжает Маруся дрожащим голоском.

– А… – девушка растерянно хлопает длинными ресницами, переводя взгляд с сына на его робкую подружку.

– Если можно, вставлю своё слово, – вклиниваюсь я в разговор. – Так как пострадавший я и претензий к парню не имею, то считаю конфликт исчерпанным. Если возражений нет, то на этом и завершим.

Инга хмурится, но в итоге, вздохнув, согласно кивает.

– Извинись, – всё же прилетает условие Максу для того, чтобы окончательно поставить точку.

– Извините, я вас не заметил, – тут же выдаёт пацан, причём совершенно искренне.

– Принято, – серьёзно отвечаю я и протягиваю ему руку для пожатия.

Тот со знанием дела отвечает и поджимает губы, пряча довольную улыбку.

– Ну-ка! – шипит мать, отвесив ему подзатыльник, лёгкий, безболезненный, больше обидный. – Лыбится он тут. Иди займись делом. Снег на заднем дворе почисть.

Макс кивает и, схватив Марусю за руку, скрывается с ней из вида.

Наконец внимание Инги полностью моё. Она виновато улыбается, пряча смущённый взгляд. Я расплываюсь в улыбке. Кажется, пребывание в этом месте будет не таким пресным, как я предполагал.

Глава 4

Перекидывая ручку сумки через плечо, провожаю сорванцов весёлой улыбкой.

– Хороший малый, – озвучиваю свои мысли, усмехаясь. – Сильный, – рука непроизвольно тянется ко лбу. – И меткий.

– Ну это как посмотреть, целился-то он не в вас, – комментирует девушка и издаёт тихий смешок. – Ой, извините, – тут же меняется в лице, и на щеках проступает румянец.

Или он уже был, морозно всё же.

– Может, вас к медику отвести? Вдруг ушиб?

– Нет необходимости. Переживу, – смотрю на собеседницу сверху вниз.

Вроде взрослая, и ребёнок имеется, а смущается как юная девица. Склоняю голову набок, изучая её лицо. Инга прячет взгляд и, сложив руки на груди, закрывается от меня. Отвернулась. Странно. Работает в таком месте, где от внимания мужчин, скорее всего, нет отбоя, и где же навыки общения? Даже обычный прямой взгляд не смогла выдержать.

– Хорошо, как скажете, – отвечает еле слышно и кивает в сторону белоснежного строения. – Вам нужно зарегистрироваться. Идёмте, я провожу, в качестве компенсации за побои.

– Спасибо, но, к сожалению, такая компенсация меня не устраивает, – её реакция на моё наглое заявление заставляет меня улыбнуться.

Давно так просто не общался, тем более с женщинами. Мои беседы в основном это деловые переговоры в рабочем режиме, тогда я сосредоточен и напряжён. А вот так в неформальной обстановке легко и просто я разговариваю только с родителями и с Петром, и то если мы встречаемся на нейтральной территории.

Инга растерянно хлопает ресницами, румянец на её лице медленно тает. Испугал девчонку.

– Вы не переживайте так, я чисто с деловым предложением. И раз уж представилась такая возможность, и я могу воспользоваться вашими услугами вполне заслуженно, то хочу попросить быть моим гидом. Я впервые в этих местах и совершенно не ориентируюсь. Может, составите мне компанию?

– Э-э-э, ну если это ваше условие, то я не могу отказать. Но! – мнётся она, при этом вид у девушки ужасно огорчённый.

Хмурюсь. Видимо, я с первого взгляда пришёлся ей не по вкусу. Но есть ещё один момент, который я не учёл. Если имеется ребёнок, значит, и отец отпрыска, муж.

– Я совсем не подумал, ваш… супруг, отец Максима, может не так всё понять и…

– Нет, дело не в этом, – она отрицательно мотает головой, отчего волосы девушки веером рассыпаются по плечам.

Засматриваюсь и теряю нить разговора.

– Я работаю, практически без выходных. И не смогу уделить вам много времени. Боюсь, гид из меня не получится.

– Вот как, – понимающе киваю я, но на языке крутится совсем другое.

– Я попрошу кого-нибудь из наших инструкторов вам всё показать и разъяснить. Вас же явно интересуют зимние виды спорта и развлечения, – подытоживает девушка и вопросительно смотрит на мою слегка помрачневшую физиономию.

– Да, вы правы. Как раз это меня и интересует.

– Ну вот, – она радостно кивает, игнорируя мои отрицательные эмоции. – Идёмте, нам вон туда! – указывает на здание в стороне. – Там администрация. Поспешим, скоро ужин. Если опоздаете, останетесь голодным.

– Оу, ещё лучше, – ворчу себе под нос. – Здесь всё так строго?

– Нет, у нас очень вкусно готовят. Есть риск, что ничего не останется. А для единственного гостя повара готовить не будут.

Понимающе киваю. Поесть бы не мешало с дороги, да и отдохнуть – ноги гудят. А мне ещё бабку Петра навестить нужно. В кармане жужжит телефон. Достаю и смотрю на монитор. Вспомни чёрта – и он тут как тут.

– Береснев! Тебе чего не спится? – весело отвечаю другу.

– Так время только вечер, – доносится из трубки недовольный бас друга. – Добрался?!

– Да, а как иначе? Ты как нянька моя себя ведёшь. Куда я денусь?! Вот стою на парковке, собираюсь идти регистрироваться. Опаздываю на ужин, между прочим, а ты отвлекаешь.

– Спасибо бы лучше сказал за то, что друг о тебе беспокоится.

– Спасибо!

– То-то же! Про Агафью Мартыновну не забудь. Я её предупредил. Ждать будет.

– Мог бы мне с дороги дать отдохнуть, – ворчу на друга и одновременно посылаю улыбку с интересом разглядывающей меня девушке.

Она тут же отворачивается. Удовлетворённо хмыкаю. Что же там с отцом Максима?

– Успеешь ещё, не затягивай с визитом, – не унимается собеседник.

– Да понял я. Понял. До связи. Отбой.

– Отбой.

Убираю телефон, шумно вздыхаю. Воздух свежайший.

– Вам у нас понравится, – уверенно заявляет Инга и мило улыбается.

– Надеюсь. Давно не отдыхал, – смотрю на неё, соображая, как бы выкроить для себя окошко в её плотном графике.

Только не навязчиво.

– Работа – это хорошо, но отдыхать тоже нужно. Иначе не будет сил идти дальше.

Инга не отвечает, закусив губу, прячет улыбку. Она мне однозначно нравится, и парень у неё замечательный. Нужно разузнать про неё. Кольцо на пальце разглядеть не успел. Время есть. Информацию добывать я умею без проблем.

– Может, подумаете над моим предложением, и на меня найдётся время?

– Вы целеустремлённый мужчина, – бросает она, делая вид, что увлеклась разглядыванием пейзажа.

– Не стану отрицать.

– В это время гостей у нас не так много, но имеются… и даже девушки есть, – её пояснение звучит двусмысленно. – Вот буквально на днях заехала компашка молодых людей. Довольно шумные, но с ними даже как-то веселее. Познакомьтесь. Пообщайтесь. Не придётся гулять одному.

– Вот, значит, как? – поджимаю губы и, поправив сумку на плече, одариваю собеседницу слегка возмущённым взглядом. – И чем же я вам так не приглянулся?

– С чего вы это решили? – останавливается она и неожиданно прямо смотрит в глаза.

– Хотя бы с того, как вы меня вежливо отшиваете, – отвечаю совершенно искренне.

– Дело совсем не в этом. Вы гость, а я тут работаю. Во-первых, у нас не приветствуется какое-либо общение, кроме обсуждения рабочих моментов. У меня могут быть проблемы с начальством. А во-вторых… – девушка отводит глаза. – Вы уедете, а я останусь. Улавливаете смысл?

Немного растерявшись от её неожиданной прямолинейности, медленно киваю. Наверное, для начала с неё достаточно. С девушкой, как с бизнесом, нельзя. Она же не вещь, в конце концов. Тут всё намного сложнее. Тактика должна быть другая.

Инга лёгким шагом поднимается по ступенькам и открывает мне дверь.

– Прямо по коридору и направо. Там увидите ресепшен. Думаю, что делать дальше, вам объяснять не нужно, – проговаривает как по написанному и, кивнув, отпускает ручку.

Перехватываю дверь и смотрю ей вслед. Обиделась. Ничего, я и не такие сложные задачи решал. Разберёмся.

Глава 5

Зря я недооценил современный сервис санаториев нашей великой страны. Даже сделки по работе у меня никогда не занимали столько времени. Пришлось подписать кучу бумаг, ответить на миллион вопросов. И когда я решаю, что с официальной частью покончено и радостно предвкушаю, как меня заселят в уютный номер, получаю направление к медику. И всё начинается заново.

Мой дражайший друг, и по совместительству лечащий врач, заранее позаботился о моём предстоящем лечении, отправив по почте подробный перечень заболеваний, которыми я якобы болел. И как не надорвался, нашёл же время и подобрал подходящий диагноз, чтобы опорочить меня, точнее, мой вполне себе крепкий организм в глазах местных докторов. По возвращении домой первым делом придушу гада. Такого позора я не испытывал никогда.  Доктор охала и ахала, сочувственно поглядывая в мою сторону, а после заявила, что на восстановление уйдёт куча времени. И тех двух недель, на которые я приехал, явно недостаточно, лечение требуется продолжительное.

Терпеливо выслушав все рекомендации пожилой тётки в очках и в белом халате, я без сожалений отметаю половину назначенных мне процедур. Так и под замок попасть недолго. Странно, что меня с этим диагнозом сразу же на карантин не посадили.

Измотанный и немного взвинченный, спустя два часа наконец попадаю в номер. Бросаю сумку на пол у шкафа и осматриваюсь. Двухместный люкс. Друг знает, как я не люблю маленькие помещения и стеснённые условия. И поэтому большой люкс и двуспальная кровать мне совершенно впору. Я везде и во всём предпочитаю свободу действий. Светлый номер, просторная комната. Чисто. Имеется всё необходимое. Не дома, конечно, но я не привередлив. Если только чуть-чуть.

Смотрю на часы. Почти семь вечера. Ну и куда мне уже ехать, Пётр?! Я ещё даже не ужинал. Что-то мне подсказывает, что сегодня мне уже не видать местной «вкусной» кухни. Вздыхаю и, покосившись на постель, решаю в первую очередь навестить ванную комнату. Ополоснусь и за руль. А поесть остановлюсь где-нибудь по дороге.

Потратив на сборы чуть больше двадцати минут, спускаюсь в фойе, там на удивление людно и раздражающе шумно. Ловлю на себе заинтересованные взгляды, никого не рассматриваю в ответ. Некогда. Полюбопытствую позже. Опустив взгляд на часы, спешно покидаю здание. Процедуры начнутся завтра с утра, и поэтому пока я совершенно свободен. Могу прокатиться. Натянув на влажные волосы шапку, спешу к авто. В салоне прохладно, благо, сиденье с подогревом. Пока я возился с регистрацией, на улице пошёл лёгкий снежок, припорошив лобовое стекло у авто. Машина постепенно прогревается, включаю дворники.

В свете фар крупные хлопья красиво кружатся. Рассматриваю их и боковым зрением замечаю знакомую парочку. Инга и Максим, вывернув из-за угла здания, быстрым шагом направляются в противоположную от меня сторону. Слежу за ними некоторое время и трогаюсь с места. Кажется, нашёлся повод ещё немного пообщаться.

Как я и предполагал, они покинули территорию санатория и направились к автобусной остановке неподалёку. С такой скоростью я ещё никогда не ездил. Машина еле тащится по заснеженной дороге. Останавливаюсь прямо напротив новых знакомых и, опустив стекло, высовываю башку наружу.

– Ну, добрый вечер вам! Какая неожиданная встреча! – половина ожидающих автобус оборачивается на мой голос.

– О! Инга, это тот подстреленный мужик, – негромко комментирует мой тёзка и дёргает мать за рукав.

Странная манера общения у них, я вот к своим родителям никогда по именам не обращался. Иногда по имени-отчеству, чтобы подчеркнуть крайнюю степень своего возмущения, но это единичные случаи.

– Макс, ты… тише можешь? Хватит меня сегодня позорить, – шипит Инга, заливаясь румянцем.

– Ничего страшного, – отмахиваюсь я, – вообще-то он верно подметил! В первую очередь, мне следовало представиться. Сам виноват.

– Ничего вы не виноваты! Просто кто-то маленький у нас очень беспардонный и болтливый.

– Предлагаю исправить сложившуюся ситуацию. Я вас подвезу, и мы познакомимся, – продолжаю беседу, несмотря на то, что девушка игнорирует мои попытки наладить контакт.

Она усердно тянет шею, вглядываясь в даль. Видимо, высматривает автобус.

– Ма-а-а, давай поедем с ним. Смотри какая у него «тачила»! А в автобусе трястись долго!

– Ничего страшного. Мы не станем затруднять постороннего человека своими проблемами. Нам, может, не по пути вовсе! – не сдаётся упрямица, нервно кусая губы.

– Не говорите ерунды. Не на себе же везу. Садитесь. Не обижу. Довезу до адреса. Да и мне ваша помощь не помешает, может, дорогу подскажете?

– Яндекс-навигатор! – отзывается Инга и отдёргивает ноющего сбоку мальчишку.

– Ма-а-а, до автобуса ещё двадцать минут, а я замёрз, – явно переигрывает хитрюга Макс, но его манипуляция неожиданно срабатывает.

Я усмехаюсь, молодец пацан, а девчонка жалостливая, значит. Что ж, запомню. Инга встревоженно осматривает ребёнка и качает головой.

– Говорила надеть под куртку свитер, а ты, как всегда, спорил. И что в итоге?! – она обнимает его, прижимая к себе в попытке согреть.

– Ладно, поехали. Только из-за тебя.

Улыбаюсь парню и киваю, он тут же принимает моё молчаливое «спасибо» и подмигивает. Ожидаемо, они устраиваются на заднем сиденье, и мы трогаемся.

– Куда едем? – бодро интересуюсь у пассажиров, включая режим установки маршрута.

– Ага, у вас тут спутник в авто? А ещё у нас хотели дорогу спросить! – подскакивает Макс, тыкая пальцем в монитор.

– Ну схитрил немного, с кем не бывает, – тут же сознаюсь и улыбаюсь парню, повисшему между двух сидений.

Высунув любопытный нос на мою сторону, он с восторгом таращится на многофункциональную панель авто.

– Ух ты!

– Ага, мне тоже нравится. Но моя машина всё равно лучше.

– Да-а-а? А это не ваша?

– Нет, я же прилетел сюда на самолёте. Возможности привезти её не было. Да и зачем, когда есть аренда.

– М-м-м, богатый, значит, – озвучивает своё умозаключение парнишка, за что тут же получает подзатыльник.

– Я с тобой проблем не оберусь, – ворчит Инга, затаскивая его назад к себе. – Прижми пятую точку и помолчи!

– Зря ругаете, умный парень, правильные вопросы задаёт, – выдаю я, глядя на девушку в зеркало заднего вида.

– Вам легко судить со стороны. Вы его не воспитываете, – сложив руки на груди, отвечает она и сердито отворачивается.

– Вы правы. Детей у меня нет, я не разбираюсь в тонкостях воспитания, – видимо, моё высказывание возымело действие, потому как все умолкают. – Но точно могу сказать, что был бы счастлив иметь такого сына, – продолжаю я мысль, раз уж начал.

Говорю совершенно искренне, как бы это не звучало. В машине повисает тишина, которую нарушает Макс. Его тихий довольный смех вызывает у меня очередную улыбку. Получив ещё один подзатыльник, парнишка возмущённо отодвигается в сторону.

– Вот всегда ты как! Видишь, ему я нравлюсь.

– Извините, как вас там, кстати… – наконец обращается ко мне Инга и подаётся вперёд.

– Максим, – отвечаю и дарю ей улыбку во все свои тридцать два.

– А-а-а, – подвисает она и удивлённо вскидывает брови. – Ну понятно тогда, – почему-то выдаёт девушка и откидывается обратно на сиденье.

 Мальчишка заливается смехом.

– Тоже Максим! – закатывается он, и я начинаю смеяться вместе с ним.

– Очень смешно, – ворчит Инга, старательно пряча непослушную улыбку. – Ну хватит вам! – толкает она сына в плечо и бросает на меня сияющий взгляд. – Сговорились у меня за спиной.

– Это простое совпадение, – отвечаю, любуясь ею.

Хорошее настроение ей идёт больше, чем мина строгой мамашки.

– А куда вы поехали, ведь поздновато уже? Неужели не устали с дороги? И ужин пропустили.

– Дела срочные, отложить не могу. За беспокойство отдельное спасибо, отдохну ночью. Вообще я привык к такому режиму, всегда много работаю. Поужинаю в городе, если не откажете и посоветуете приличное место.

– Пиццерия! – вставляет своё слово Макс и выставляет зубы на обозрение.

– Господи, притихни ты уже! – закатывает глаза Инга.

– Ты меня и туда сводить обещала! Память у тебя, милая, совсем плохая! Как у бабы Агафьи!

– Ну спасибо, родной, – отвечает девушка. – Знаешь же, что у меня работы много. Я не могу разорваться.

– А бассейн?

– Будет тебе бассейн, завтра. Если начнёшь себя хорошо вести.

Напрягаю мозги, припоминая своё расписание процедур на завтра. Есть ли там водные? Морщусь. Если нет, то будут.

– Могу составить компанию, – предлагаю я.

– Мне? – подскакивает Макс.

– Вам, – уточняю я и кошусь на Ингу.

– Мам, он пойдёт с нами? Ну пожалуйста.

– Это санаторий, и в бассейн могут ходить все, кто в нём проживает.

– Ура! – вопит мальчишка.

– Значит, договорились. Во сколько? – сразу беру быка за рога.

– В три, – отвечает девчонка и осуждающе качает головой.

Не одобряет мою настойчивость. Ничего. Это временно.

– Так куда едем?  – решаю уточнить, пока ещё не выехали за город.

– К бабушке Агафье! У неё сегодня день рождения. Только вот мы подарок не купили, – парнишка расстроенно смотрит на мать.

– Ничего, она нам и так будет рада. А подарок купим, как зарплату получу. Мы ведь это уже обсуждали.

– А где живёт бабушка? – продолжаю я беседу, поглядывая на проплывающие мимо здания.

Максим называет адрес, и я забиваю его в навигатор. Отвезу их, потом помчусь по своим делам.

– И сколько бабушке сегодня исполнилось?

– Не знаю, она у нас древняя, – выдаёт мой собеседник, за что опять получает от матери.

– Семьдесят восемь, – отвечает Инга, на что я вскидываю брови и понимающе киваю Максу.

– Она не совсем бабушка, скорее, прабабушка. И нам не родная. Так получилось, что мы однажды поселились вместе, и уже много лет помогаем друг другу, – поясняет девушка и тепло улыбается. – Не знаю даже, как бы я справилась без неё.

– Как же так вышло?

– Долгая история, грустная, – отмахивается собеседница и опускает голову. – Вам ни к чему.

– Почему же? Если спрашиваю, значит, интересно.

– Баба одна тут живёт. У неё родня есть, но они далеко! И мы с мамой одни. Баба меня нянчила, пока мама на работу бегала, – встревает Макс и, выдав информацию, снова отвлекается на пейзаж за окном.

– Понятно, – киваю я.

Вот и выяснилась тайна кольца. Одни. Значит, сына растит без отца. Обычная история, хоть и неприятная. Хмыкаю и смотрю на зардевшееся женское личико.

– Не нужно всё всем подряд рассказывать, – одёргивает Инга сына и в сотый раз сокрушённо вздыхает.

– А я ничего такого и не сказал, – оправдывается ребёнок и отсаживается от матери подальше. – Ты сегодня какая-то злющая. Что-то случилось?

– Ничего, всё хорошо.

– Ты опять меня обманываешь, чтобы не расстраивать?

– Милый, смотри в окошко, это у тебя лучше получается.

Подслушивая разговор пассажиров, краем глаза замечаю цветочный ларёк. Сбавив скорость, аккуратно паркую авто.

– Вы куда? – активизируется парнишка, подавшись ко мне вперёд.

– Пойдёшь со мной? Надо кое-что купить. Поможешь.

– А можно? – его глаза вспыхивают радостным блеском.

– Максим, неудобно, не навязывайся, – строгий тон Инги меняется на жалобный.

– Ничего, он мне не помешает. Если, конечно, вы разрешите.

– Мама, пожалуйста!

– Иди, – сдаётся девушка и отмахивается от гиперактивного отпрыска. – Тебе всё равно невозможно ничего запретить.

– Пошли, – киваю я, и он пулей вылетает следом.

Забегаем в ларёк с цветами. Позволяю парнишке выбрать букет самостоятельно. Потом оперативно навещаем в соседнем строении кондитерский отдел, берём два тортика, опять же на вкус ребёнка, и пулей в машину. Инга встречает нас удивлённым взглядом. Но спрашивать ни о чём не решается.

Глава 6

Навигатор уверенно ведёт в частный сектор. Многоэтажки быстро заканчиваются, и моему взору открываются ровные заснеженные улочки с аккуратными небольшими домиками. Район старый, обжитой. Новых строений почти нет, но кое-где всё же встречаются приличные двухэтажные коттеджи, разительно отличающиеся своим внешним видом. Фасад, крыша, убранство во дворе, авто, припаркованное у высокого забора. Всё свидетельствует о благосостоянии хозяев.

Мои пассажиры молча провожают взглядом редких прохожих. В салоне машины тихо. Даже непоседа Макс, присмирев и устроившись под боком у матери, сонно таращится в окно. Время близится к вечеру. Наверное, ребёнок устал. Конечно. Во сколько им пришлось подняться, чтобы Инга вовремя добралась до работы? Кстати, кем она работает в санатории? Чешу подбородок. Короткая щетина начинает колоться. Поглядываю на путеводитель и сворачиваю на другую улицу. Почти приехали. Нужно сразу забить адрес бабки Петра. Тут населённый пункт-то не маленький, если в другой стороне живёт, то ехать долго. Старый человек может, не дождавшись, лечь спать. Открываю сообщение с нужной информацией и морщусь.

– Надо же, сегодня день совпадений, – произношу вслух и смотрю на своих попутчиков в зеркало заднего вида.

– О чём вы? – моргает ресницами девушка и замирает, встретившись со мной взглядом в отражении.

– Да мне, оказывается, тоже сюда.

– К бабушке? – оживляется мальчишка. – Так вы её родственник издалека, получается? На день рождения приехали?

– Хм… – зависаю на секунду, обдумывая, как правильно ответить.

Переглядываюсь с Ингой.

– Не приставай к человеку, – одёргивает она сына.

– Так если он её родственник, значит, и наш, – не унимается он.

Сон, видимо, как рукой сняло.

– Инга, ты же сама говорила, что чем больше родни, тем лучше.

– Максим, пожалуйста, уймись, – устало произносит девушка и прикрывает зевок ладошкой.

– Ну что, – припарковав авто, оборачиваюсь к своим пассажирам и бодро улыбаюсь. – Идёмте поздравлять бабушку!

Максим выскакивает первым, Инга плетётся следом. Я последний. Выгружаю подарки, которые передал Пётр, вручаю мальчонке цветы, его матери – торт, второй тоже беру с собой. Смысл его увозить, мне много сладкого ни к чему, а тут ребёнок, вот пусть и порадуется. Понятно сразу, балуют его редко, и, в основном, любовью и заботой, про финансовую часть могу только предполагать. Если девушка работает без выходных, значит, на то есть причина.

Немного смущённая и растерянная, держа торт перед собой, Инга наблюдает за каждым моим движением. Мне нравится её заинтересованный взгляд. Бросаю улыбку в ответ, она тут же отводит глаза. И кто мог оставить такую милую и робкую девушку с ребёнком одну? Хотя о чём это я? Реалии нашего мира таковы, каждый сам за себя. Хорошо, у женщин есть материнский инстинкт, иначе многим деткам пришлось бы совсем тяжко. Нерадивый отец и мать-кукушка. Вздыхаю и, закрыв авто, поворачиваюсь к дому. На крыльце загорается свет.

– Нас заметили, – киваю головой в сторону небольшого деревянного здания.

– Да, идёмте. Агафья Мартыновна нас каждый день ждёт, свет заранее зажигает. Просто на автобусе мы гораздо позже приезжаем.

 Понимающе киваю.

– И где остановка?

– Тут недалеко, на три улицы выше, всего десять минут пешком.

Да уж. Летом, может, и недалеко, а по морозу и по темноте точно не близко.

Инга открывает старенькую калитку, та издаёт тихий скрип и впускает гостей. Иду следом, оглядываюсь. Совсем не помню этих мест. Сколько ни смотрел в окно, пока ехал, ничего знакомого, словно и никогда тут не был. А ведь родился здесь и прожил целых восемь лет. Как будто чем-то вышибло все воспоминания. Странно. Потираю лоб пальцами.

– Всё в порядке? – подаётся ко мне девушка, взволнованно заглядывая в глаза.

– Да, всё хорошо, – тут же отвечаю и тяну улыбку в подтверждение.

– Надо было отдохнуть, а не мчаться на ночь глядя, не пойми куда, – она осуждающе качает головой. – Вы же не робот.

Приятно, когда кто-то, помимо родителей, искренне беспокоится о тебе. Пусть и в такой форме. Ворчит она тоже очень мило.

– Инга, Максим, это вы?

Негромкий оклик из-за приоткрытой двери привлекает наше внимание.

– Баба! – отзывается мальчишка и, растолкав нас с матерью, несётся к крыльцу. – Мы! Это мы! Нас твой родственник привёз!

Пожилая женщина шустро выплывает на крыльцо. С интересом рассматривая её, удивлённо вскидываю брови. Услышав про возраст, я ожидал увидеть немного другое, но передо мной стоит вполне себе бодрая пожилая женщина. Полноватая, с совершенно седыми волосами, собранными в пучок на затылке, и сияющим, зорким взглядом. Ни дряхлости, ни болезненности, ничего того, что несёт с собой старость, и близко нет. Осматривая нас, она ненадолго задерживает взгляд на мне и неожиданно улыбается.

– Приехал, значит! Долго же мы тебя ждали, Максим Владимирович.

– И вам здравствуйте, Агафья Мартыновна, – легонько склонив голову, приветствую хозяйку. – Ну впустите гостей, с подарками?!

– Чего ж не впустить? Все свои!

Максим подлетает к бабке и с ходу обхватывает за торс, чуть ли не сбивая с ног.

– Ох, сорванец! Ну проходите в дом скорее, холодает. Завтра мороз обещают, – прищуриваясь, Агафья смотрит на притихшую Ингу. – Чего приуныла, дочка?

– С днём рождения, родная. Прости, мы сегодня с Максимом с пустыми руками. Мне аванс не дали…

– Да что ты! И думать забудь! Чего удумала? Мне ваши подарки даром не нужны. Сами приехали, и хорошо! Нашла по какому поводу расстраиваться. В дом давайте быстро. У меня всё стынет! Стол накрыт. И гостя дорогого накормим, поди голодный с дороги!

– Да! Он уехал до ужина, точно голодный, – подтверждает девушка и наконец улыбается.

Вот, значит, что её тревожило. Денежный вопрос. Видимо, дела точно плохи.

Войдя в дом, первым делом разуваюсь и осматриваюсь. Уютно, чисто, тепло. Всё очень просто, но с душой. Сразу чувствуется, что хозяйка хорошая, и люди тут живут светлые, добрые. В прихожей нас встречает полосатый серый кот. С ходу летит к Максиму и начинает тереться об ноги.

– Ба! Цветы-то забери! Максим этот ваш купил. Чтобы подарки всё-таки были, – сообщает парень, с нетерпением поглядывая на мурлыку.

– Максим ваш привык деньги тратить на всякую ерунду, – отзывается бабуся.

Но с довольной улыбкой принимает букет.

– С чего это он наш? – негромко возмущается Инга, перетаптываясь за моей спиной.

Усмехаюсь, осмотрев её с ног до головы, и оборачиваюсь к пожилой женщине.

– Вы не правы, цветы не ерунда. Они дарят положительные эмоции. И раз вы улыбаетесь, значит, я не зря потратился.

– Хитрец, – отзывается Агафья и скрывается в дверном проёме.

Мальчишка, освободив руки, радостно хватает кота и проходит вслед за бабушкой.

– Раздевайтесь, – напоминает о себе Инга. – Пальто можно повесить вот тут.

Послушно скидываю тяжёлую верхнюю одежду и оставляю на вешалке у входа.

– Подержите, – мне вручают торт, старательно не глядя в глаза.

Надо же, у себя дома, а смущается ещё больше. Скромная. Это редкость в наше время!

– Ну где вы там? – выглядывает Агафья, рассматривая нас с лукавой улыбкой. – А это что за сумище? – тычет пальцем в мешок с подарками от внука.

– А это Пётр передал. Наказал доставить именно сегодня. Вот и пришлось в ночь ехать. Так что принимайте подарки. И с именинами.

Женщина охает, всплеснув руками.

– Надо же! Вот выдумщик. Целая сумка. И что можно набрать старухе? Мне-то уже ничего и не надо. Всё есть. Ох, Петя, Петя!

– А где у вас тут можно руки помыть? – напоминаю о себе. – Накормить обещали или передумали? – ещё пару минут, и у меня начнётся война в желудке.

Дома пахнет чудесно, и незаметно сглатывать слюни уже плохо получается. Домашняя еда. Надо же так удачно попал! А ещё ехать не хотел.

Глава 7

Ужин удаётся на славу. Еда оказывается выше всех похвал. Я уничтожаю всё, что было на тарелке, и не отказываюсь от добавки. Едим практически в тишине, только суета, которую не нарочно создаёт ребёнок, разбавляет сонную атмосферу. Исподтишка наблюдаю за Ингой. Вяло ковыряя вилкой в тарелке, девушка всё больше смотрит на стол. Зевнув в сотый раз, она поднимается и, растерев лицо маленькими ладошками, ставит на плиту чайник. Наблюдаю за ней и улыбаюсь. Красавица. Даже сейчас, сонная и уставшая, она притягивает взгляд. Стройная, двигается плавно, спина прямая, как у пианистки. Прикидываю на неё деловой костюм. Строгий пиджак и юбку-карандаш. Уверен, сядет великолепно. Ухмыляюсь своим мыслям. Идеальная.

– Максим Владимирович, а вы в наши края надолго пожаловали? – голос Агафьи Мартыновны прерывает мои мысли на моменте, когда я начинаю прикидывать размер чашечек её бюстика.

– На две недели… пока, – неопределённо отвечаю я.

– А что так?

– Могут возникнуть непредвиденные обстоятельства, появится повод задержаться.

– Темнишь, Максим. Что-то задумал? Вижу по глазам, – женщина хитро прищуривается и, сложив руки на столе, подаётся ко мне.

– Ничего предосудительного. Просто хочу поправить здоровье. Возможно, двух недель будет недостаточно.

– Пётр про твоё здоровье меня предупредил, – сообщает Агафья, отчего беззаботное выражение сразу же слетает с моего лица.

– Пётр везде постарался. В санаторий такую депешу настрочил, я боялся, меня в палату поселят вместо номера.

– Он у меня мальчик ответственный. Видишь, и обо мне позаботился, подарки вовремя передал.

– Ба, а ты чего не хвалишься? Что у тебя там? – оживляется Инга, расставляя красивые фарфоровые чашки на столе.

– Да сама не знаю, – пожимает плечами именинница, бросив в сторону сумки с подарками скучающий взгляд. – Вот если б сам внучок приехал, а так всё это… – машет рукой и вздыхает.

– Приедет, как сможет! – подбадривает её девушка, наполняя заварочный чайник ароматным травяным сбором. – А если позвонит спросить: «Как тебе мои подарки, родная?» А ты? Обидеться может. Он всё-таки потратился, доставку до дома организовал.

– Хорошо, хорошо, – сдаётся бабуля.

Добрые полчаса наблюдаю за тем, как под охи и ахи домочадцы потрошат тяжеленую сумку с обновками и сувенирами. На удивление их общество мне нравится. За всё время пребывания я ни разу не взглянул на часы. Конечно, большую часть моего внимания занимает Инга. Её смех, улыбки, то как общается с сыном. В этом простом небогатом доме, в компании чужих людей, мне очень комфортно. Но одновременно острее ощущается душевное одиночество.

– Ой, чай! – неожиданно вспоминает девушка и оборачивается ко мне. – Максим Влади…

– Не нужно так официально. Просто Максим, – перебиваю я. – Мы вроде бы в неформальной обстановке. А если в санатории будет неудобно, то там можно и с отчеством.

– Поняла, – кивает она и, сложив руки вместе, заламывает пальцы. – Чай? Все травы Агафья Мартыновна собирает и сушит сама. Потом фасует. У неё это замечательно получается.  Напиток в итоге выходит ароматный и очень полезный для здоровья. Вам это сейчас очень актуально.

– Благодарю за рекомендацию, – отвечаю, не сводя с неё глаз. – Раз так, то я должен обязательно попробовать.

Девушка кивает и принимается за готовку.

– Усаживайтесь за стол. У нас два торта! Так что будет пир, – девушка сервирует стол, но вижу, держится из последних сил.

Сколько же она работала без выходных!

– Дочка, сядь, – поднявшись, Агафья перехватывает из её рук торт. – Ты уже на ногах еле стоишь, устала же. Посиди.

– Ба-а-а, всё хорошо. Отдохну. Вся ночь впереди.

– Давайте я помогу! – подскакиваю и с повышенным энтузиазмом осматриваю фронт работы. – Та-а-ак! Кипяток есть, сейчас всё остальное организуем. Макс, ты давай тоже не сиди, видишь, женщины устали. Поднимайся!

– Чего это? Я ж не девочка на кухне работать, – пацан удивлённо вскидывает брови, оторвавшись наконец от игр с котом. – Это не мужское дело, – искреннее удивление в его голосе смешит.

– Не девочка. Но помогать в домашних делах можно, будучи и мужчиной. Я вот всегда своей маме помогал, во всём. Если видел, что она очень устала, и полы мыл и посуду. Позже готовить научился. Поверь, от этого не испортился и девочкой не вырос! Кто, кроме тебя? Ты у мамы один, а бабушка старенькая. На неё не стоит перекидывать. Так настоящие мужчины себя не ведут. Ты ведь не маленький уже, должен и сам понимать.

Мальчишка неожиданно краснеет и виновато отводит глаза.

– Я понял, но готовить всё равно не буду, – подняв на меня боязливый взгляд, прочищает горло. – Пока.

– Ну что вы! Я сама в состоянии приготовить чай, – смеётся Инга.

– Ничего. Мужчине виднее, как воспитывать мужчину. Нам советы дельные не лишние, – вставляет слово бабуся, и в этот раз уже никто не спорит.

Инга берёт чайник и разливает по кружкам кипяток.

– Давай я чашки расставлю, – пытаюсь перехватить часть её работы и необдуманно хватаюсь за горячую посудину.

Резко отдёргиваю пальцы и тяну воздух сквозь зубы.

– Ох! Обжёгся, помощник, – всплеснув руками, сочувствующе говорит она.

– Ничего, не сильно, – отвечаю, махнув пострадавшей конечностью.

– Нужно за ручку брать, умник, – насмешка из её уст получается совсем не обидной, звучит по-доброму.

– Да, уж, – соглашаюсь и перехватываю чашку за фигурное холодное ушко.

– Подожди, заварка, – Инга подходит ко мне и осторожно доливает ароматное тёмное варево в пустой кипяток.

Напиток божественно пахнет, но больше всего мне нравится запах её волос. Незаметно склонившись ближе, втягиваю носом воздух возле неё.

– Полевые цветы, – произношу полушёпотом у её уха.

Девушка растерянно вскидывает голову. Её удивительные глаза широко распахиваются.

– Нет, тут Иван-чай, боярышник…

– М-м-м … – срывается с моих губ.

Она отходит, и я разочарованно вздыхаю.

Чаепитие длится как-то особенно долго. Максим затевает со мной серьёзный разговор на тему того, что ещё должен делать настоящий мужчина. Женщины, притихнув, наблюдают за нашей беседой. Мальчишка сообразительный. Впитывает советы, как губка, задаёт правильные вопросы. Многие мои слова его не на шутку удивляют, он интересуется всем до мелочей. Хочется пообещать ему многое, взяться за пробелы в его воспитании, но я не имею права на необдуманные слова. Действительно, мальчику важно присутствие мужчины в жизни. Жаль, что с ним так получилось. Увлечённо беседуя, не замечаю, что происходит за столом.

– Мама, – охает мальчик, и я поворачиваю голову.

Инга спит. Сложив руки на стол и устроив на них голову, девушка мирно посапывает. Видимо, усталость победила. А я и не заметил.

– Моя ж ты милая, – причитает бабка и поднимается со стула.

– Стойте, – останавливаю её. – Где её комната?

– Я покажу, – заговорщически шепчет Макс и кивает головой, приглашая следовать за ним.

Подхожу к девушке и осторожно подхватываю на руки. Действую предельно аккуратно, чтобы не разбудить и не напугать. Она издаёт тихий стон и скатывается ко мне в руки. Голова тут же утыкается в моё плечо. Крадучись, следую за мальчишкой и, войдя в комнату, опускаю совсем лёгонькое тело на мягкую перину. Не проснулась. Надо же так вымотаться.

– Деточка, – хлопочет над ней Агафья.

Стащив носочки и укрыв её одеялом, она выставляет нас из спаленки.

– Идём, побеседуем, – обращается она ко мне. – А ты, – строгий взгляд в сторону ребёнка, – умываться и спать, если хочешь завтра не проспать. А то никакого тебе бассейна. Будешь дорожки от снега чистить дома весь день!

– Не-е-е, – шипит он и исчезает с наших глаз.

– Ну вот и славно!

Глава 8

Усаживаюсь за стол напротив собеседницы. Чувствую себя немного неловко, как подозреваемый перед допросом. Её прищур говорит о многом. Прощупывает меня и, скорее всего, видит насквозь. Можно отнекиваться и умалчивать об истинных мотивах приезда, но бабка явно мудра. С высоты прожитых лет она запросто учует любой подлог и фальшь. Решаю отвечать на все вопросы честно. Зачем юлить? Раз решился обратиться к народной медицине и припёрся сам, отступать поздно. Агафья молчит, задумчиво всматриваясь в моё лицо. Решаюсь прервать тишину первым и начать с главного.

– Я так понимаю, Пётр вам объяснил, в чём именно моя проблема? – поджимаю губы, не скрывая эмоций.

– Он звонил, говорил о тебе, – начинает она. – Но, к сожалению, я не волшебница. Если тело здорово…

Вздыхаю и, горько усмехнувшись, отворачиваюсь к окну. Темно. Снег так и валит. Красиво, но вот дорога опасная в такую погоду. Видимость нулевая. Отвлекаюсь, чем придётся, только бы не думать о том, что мои надежды оказались напрасными. А чего я хотел? Танцы шаманов с бубнами или соитие с приглянувшейся первой встречной девушкой под луной?

– Не стоит так огорчаться. Может, родные места благоприятно подействуют. Ты, я вижу, человек неплохой, и Максим к тебе доверием проникся.

– Пацан растёт без отца, ему много надо? Покатал на машине, купил торт. Ребёнок, – отвечаю тихо, опустив взгляд на сцепленные пальцы.

– Зря недооцениваешь себя. Понравился ты ему. Он тебе в глаза заглядывал, каждое слово ловил.

– А где его отец? Почему они с Ингой одни?

– История эта не для короткого разговора. И началась она очень давно.

 Хмурю брови.

– Давно? Как это? Максиму лет десять от силы.

– Предыстория была, не самая счастливая. Долго рассказывать.

Меня её ответ не устраивает, но приставать с вопросами далее не вежливо. Как бы не хотелось, умолкаю.

– Ты у неё спроси, как представится возможность, пусть сама расскажет. А Максиму двенадцать.

Прикидываю возраст девушки и удивляюсь.

– А Инга…

– Инге двадцать восемь, почти. Скоро день рождения у моей красавицы.

Ничего себе. Родила в шестнадцать?! Глаза лезут на лоб, но я их вовремя возвращаю на место. Сказали же, история не из радостных, кто я такой, чтоб судить? Девушка по поведению явно неиспорченная. Мальчишку любит.

– Сынок, может, ты останешься на ночь у нас? Смотри, как метёт. Непогода. Дороги не видно.

– Нет, что вы. Поеду. Я ж человек подневольный. Санаторий – не гостиница. Потеряют. Нужно вернуться. Но прощаться не буду. Ещё увидимся. Надеюсь, не раз. Пусть и нет у вас для меня волшебного снадобья, заезжать буду. Понравилось мне у вас. Если, конечно, не прогоните.

– Рада буду. Но по поводу лекарства ты поспешил расстраиваться. Есть у меня кое-что для тебя. Чаёк-то я смотрю тебе мой пришёлся по вкусу?

– Да, – признаюсь честно.

На удивление сбор оказался очень ароматным и приятным. Во рту до сих пор стоял цветочный привкус. Горячий напиток согрел и даже немного успокоил.

– Я тебе с собой дам. Будешь по вечерам пить, чтоб спалось хорошо. Ты подумай про ночлег.

– Поеду. Не хочу стеснять. Петру обязательно позвоните, иначе не даст мне покоя.

– Завтра уже. У них ночь глубокая. Разница в четыре часа.

– Правда. Поздно уже. Завтра, так завтра. Ну всё, спокойной ночи, хозяюшка, и спасибо за тёплый приём.

– Доброго пути, – шепчет старуха и крестит меня в спину.

Улыбаюсь. Приятно.

Снег засыпает лобовое стекло. Дворники еле справляются. Машина плетётся как черепаха. Но позволить себе разогнать авто не могу. Места незнакомые. На дороге могут оказаться люди. Встречных машин почти нет. От монотонности начинают слипаться глаза. Трясу головой, чтоб хоть немножко взбодриться, но хватает ненадолго. Неожиданно на дороге мелькает женский силуэт. Бью по тормозам. Машина визжит, как пришпоренная. Ударяюсь грудью о руль так, что из лёгких выбивает кислород. Клацаю зубами, и во рту появляется металлический привкус крови. Прикусил щеку.

– Чёрт! – моментально выветривается вся сонливость. – Этого ещё не хватало.

Выскакиваю из машины и пробегаю несколько метров вперёд. Никого. Вообще не души. Приснилось что ли? Сердце бешено колотится в груди. Чуть сам себя не приговорил из-за своего же упрямства. Права была Инга, не стоило ехать так поздно, не отдохнув.

Стою, всматриваясь вдаль. Снег потихоньку стихает. Погода быстро проясняется. На небе появляются звёзды. Красиво. Деревья мерцают в лунном свете. Мороз к ночи начинает ощутимо крепчать. А я без шапки. Кутаюсь в пальто и топаю к машине. Неожиданно среди окружающей меня бесконечной белизны, глаз улавливает знакомый пейзаж. Прямо от самой дороги вниз, в овраг, ведут заснеженные узкие ступени. А там чуть в стороне столик и две лавки. Что за место? Справа колодец, с кованой крышей, и тусклый фонарь. Осторожно спускаюсь по ступеням, доски под ногами скрепят вместе с выпавшим снегом. Останавливаюсь и с интересом рассматриваю приглянувшиеся постройки. Я точно это всё уже видел.

Обхожу по кругу невысокий бортик колодца и заглядываю вниз. Глубоко. Темно. Раскачиваю колодезный ворот – проржавел, но работает. И это в таких условиях. Ухватившись за рычаг, верчу его. Идёт. Неужели родник? Точно, где ещё вода просто так не замерзает в мороз? Усмехаюсь и отпускаю ручку. Пора ехать. Обернувшись, замечаю ещё кое-что любопытное.

Небольшой памятник, присыпанный снегом. Сразу и не увидел, а с этого ракурса он очень заметен. Зачем плетусь к нему? Склоняюсь и смахиваю снежную шапку. Довольно старый металлический короб. Фотокарточки нет. И правильно. Я вообще против таких вот штук.

«Завьялова Виктория, шестьдесят пятый год рождения».

Хмыкаю. Ровесница мамы. Надо же.

Дата смерти меня расстраивает. Девушка погибла совсем молодой. Двадцать один год по моим расчётам. Вздыхаю. Пятнадцатое ноября, скоро годовщина. Грустно.

Расправляю плечи и быстрым шагом к машине. Всё! Экскурсия закончена. Задержался. Пора к людям, в тепло.

Глава 9

Пронзительный писк будильника настырно прорывается сквозь тяжёлый сон. Накрываюсь одеялом с головой и мычу в подушку. Отпуск. Я должен высыпаться, отдыхать и набираться сил для очередного рабочего года. А что вместо этого? Санаторий в глуши и утренние процедуры. Пётр! Я ему это всё припомню.

Тихий стук в дверь отвлекает меня от раздумий над планом мести другу.

– Войдите! – со сна голос совсем осиплый.

Прокашлявшись, откидываю край одеяла и, прищурившись, смотрю на незваную утреннюю гостью. Девушка в форменном костюме с дежурной улыбкой на лице. Красивая, стройная, длинноногая блондинка. Пару секунд смотрит на меня профессиональным, оценивающим взглядом и моментально меняется в лице. Недовольно морщусь, понимая, кто передо мной. Хищница. Видимо, я пришёлся ей по вкусу. Масляная улыбочка на лице искажает милые черты. Она осматривает комнату и, не обнаружив признаков присутствия женщины, улыбается ещё шире. Наблюдаю за ней исподлобья.

– Доброе утро, – не обращая внимания на моё настроение, радостно выдаёт незнакомка и делает шаг в мою сторону.

– Сомнительно, но если вы настаиваете, то и вам того же. С чем пожаловали в такую рань? – смотрю на часы.

Половина восьмого утра.

– Принесла вам ваше расписание, – она трясёт бумажкой, зажатой в руке, и, пробежавшись глазами по моей спальне ещё разок, суетливо шагает к прикроватной тумбочке, оставляя на ней документ. – Тут подробно расписаны все процедуры, которые вам назначил врач. Лечение начинается прямо сегодня. И уже через полчаса вы должны быть…

– Спасибо за заботу, но я вполне самостоятельный человек и могу сам зайти к врачу, когда мне это будет удобно, – резковато обрываю её лебезящий голосок.

– Но лечение начинается через полчаса. Мне нужно вас проводить к…

– Благодарю, – цежу сквозь зубы непонятливой девице, облюбовавшей мою спальню.

– Завтрак через пятнадцать минут в общем зале. Не опаздывайте! – выдаёт она, краснея и резко развернувшись, к моему облегчению, покидает номер.

Откинувшись на простынях, смотрю в потолок. Прокручивая в памяти вчерашний вечер, понемногу успокаиваюсь. Интересно, Инга уже на работе? Конечно, ведь она из персонала, а это значит, уже заступила на смену. Вот если бы в мою дверь с утра постучала она… эх!

Инга

На удивление просыпаюсь раньше будильника. Потянувшись, сладко зеваю. Настроение с утра приподнятое. Чувствую себя замечательно. Рань несусветная, но я выспалась. С чего бы это глупое чувство радости? Мечтательно вздыхаю, и на губах появляется дурацкая улыбка. Максим. Этот мужчина свалился, как снег на голову. Неожиданно. Может, он мне приснился? Ну нет! Мой сорванец совершенно точно его вчера подстрелил снежком. Хихикаю и прикрываю рот ладошкой. Не буду шуметь. Мои ещё спят, а мне пора вставать.

Дома с утра прохладно, и горячий чай самое то, чтобы проснуться и взбодриться. Вспоминаю, как закончился вечер, и неожиданно замираю. А как он закончился? Не помню. Ничего. Чаепитие. А как гостя проводили? Подскакиваю с постели и понимаю, что спала в одежде. Как же так? Переодеваюсь в халат и складываю мятые вещи в корзину для грязного белья. Включаю плитку, чтобы подогреть чай. За окошком темень. Вздыхаю. Печально, что я уснула, не проводив его.

День рождения удался. И Агафья Мартыновна довольна, и наш бандит весь вечер крутился вокруг гостя. Жаль, что это всего лишь один вечер. Чайник тихо шумит. Завариваю травы и присаживаюсь за стол, на то место, где вчера сидел Максим Владимирович. В очередной раз горестно вздыхаю. Как он смотрел на меня. Может, я ему и вправду понравилась? Только что толку? Пройдут две недели, и он улетит к себе. Отрицать не буду, он мне очень приглянулся. Таких мужчин я ещё не встречала. Один взгляд чего стоит. Пронзительный, холодный. Такой сильный, уверенный. Сразу понятно, хозяин жизни. А улыбка…

– Эх, – прижимаю ладонь к губам.

– Чего вздыхаем, девонька? – неслышно подходит Агафья.

– Ой, прости, разбудила тебя?

– Я давно не сплю. Просто лежала. Васька, паразит, пришёл со своими песнями. Поднял меня.

– Я ж ему на ночь миску пустой оставила. Вот он и к тебе пристал.

– Ничего. Накормила я кота нашего. А ты чего такая…

– Какая?

– Ну я же вижу перемены в настроении. Улыбаешься, вздыхаешь. Никак гость наш вчерашний виноват?

– А? – делаю удивлённое выражение лица.

– Не юли. Знаешь же, о ком говорю. Скрывать бессмысленно, меня не проведёшь.

– Агафья Мартыновна, а что толку? – отодвигаю от себя кружку и опускаю взгляд.

– Как это?! Тебе замуж пора. Годков-то уже не шестнадцать.

– Кому мы с Максимом нужны? А без него я никуда. Разлучить нас никому не позволю.

– Знаю, милая. Всё знаю. Так никто вроде вас разлучать не собирается.

– Проходили уже. Сама знаешь, – не соглашаюсь, вскинув взгляд, полный негодования.

Как вспомню этих женихов, которые под окнами тут ошивались. Замуж звали, и не раз, но с условием сдать ребёнка в детский дом.

– Последний горемыка удирал с нашего двора, только пятки сверкали, когда я собаку с цепи спустила. Собаки нет уже четыре года, и женихов больше не нашлось. Что за мужчина, которому ребёнок в тягость? Я сама его воспитываю, одеваю, кормлю. Сама зарабатываю. Не нужны они мне.

– Все может и не нужны, а вот один-единственный не помешает.

– И что ты хочешь сказать? Что этот Максим подходящий?

– А почему нет? Он весь вечер с тебя глаз не сводил.

– Он чужой. Издалека. Посмотрел, уехал и забыл.

– Засиделась ты, девонька, одна. Недоверчивая уж больно. Ему не веришь, мне поверь.

– И что ты в нём такого увидела?

Бабушка качает головой и улыбается.

– Максим здешний. Он родился в этом городе, как и ты. Не чужой он, свой, что ни на есть.

– Вот как, – задумчиво тяну я. – Значит, он не просто лечиться приехал, а родные места повидать?

– Не совсем. Ему восемь было, когда родители решили переехать. Почти ничего не помнит. Приехал он совсем за другим.

– Зачем же?

– Время покажет.

– Ба-а-а! Ты опять загадками говоришь, – отмахиваюсь я и отпиваю глоток чая. – Ничего в его приезде загадочного нет. Подлечится и улетит к себе. У него там, может, и семья есть – жена, дети. Ему нужна спутница на время. В санатории нашем отдыхающих полно. Может, с кем и познакомится. А мне работать надо и воспитанием одного парня непослушного заниматься. Я вон так выматываюсь, не помню, как до кровати дохожу. Куда мне женихи?

– Так он тебя на руках в комнату и отнёс, – сообщает мне старушка шокирующую новость будничным тоном.

– Что? Он… – хлопаю губами, как рыба на суше. – Не нужно было. Разбудили бы меня. Да пусть и так. Один поступок ещё ни о чём не говорит.

– Время покажет, – повторяется Агафья. – А семьи нет у него. Детей тоже. Мать да отец старые. Одинокий он. Думаешь, если с деньгами, то счастливый и всё есть? Нет, милая, за денежки-то всё не купишь. Ищет он здесь то, что желает получить всей душой. И думаю, если не дурак, найдёт.

– Тебе бы загадки сочинять. Честное слово. Совсем запутала меня. Пошла я собираться. А то на автобус опоздаю. Максима отправь ко мне, как проснётся. Жалко его будить. Пусть поспит.

– Хорошо, отправлю и провожу. И накормлю. Не переживай.

– Спасибо, – поднявшись, целую свою помощницу в румяную щёку и убегаю собираться.

Впереди длинный рабочий день, и я увижу Максима. Никто не запрещает видеть его, разговаривать с ним. Что в этом плохого, в конце концов?

Как прилетаю в санаторий, сама не замечаю. Быстренько переодеваюсь в рабочую форму. На сегодня уборка номеров, работа на кухне и прачечной. Ещё нужно успеть сходить в бассейн с ребёнком. Голова кругом от количества дел. Но к подобному графику я привычная. Весь день как белка в колесе. Ни минутки покоя. Разве что обеденный перерыв вместо отдыха.

Схватив стопку чистого белья, лечу к лестнице, путь к которой пролегает мимо ресепшена. Голоса девчонок слышу ещё из холла. Замираю на месте. Маргарита. Сегодня её смена. Не хочу встречаться с ней, тем более с самого утра. Иначе моему приподнятому настроению наступит конец.

Эта девушка устроилась к нам всего полгода назад и сразу же невзлюбила меня. Увидела во мне соперницу. Только почему, не знаю. С первых дней принялась устраивать мне подлянки. Благо, никто толком её не слушал и не верил. Потому как меня давно все знают, и я зарекомендовала себя отличным работником, а вот она – новичок. Мстить я ей не стала, просто делаю вид, что её тут нет, и стараюсь обходить восьмой дорогой.

Прошло время, ко многим Марго умудрилась втереться в доверие и даже нашла тут подруг. Вот и сейчас ведёт беседу с одной из девочек. Ирой.

– Этот новый постоялец, ещё тот…

– О ком ты говоришь?

– Вчера к нам заехал мужчина. Я с утра наведалась к Сергеевне. Она его оформляла. Причитала, что довольно болезненный для его возраста, вроде что-то тридцать с хвостиком. Но судя по его авто, точно богат…

– Ритка, ты когда про машину пробить успела? – восклицает Ира и восторженно хихикает.

– Легко. Он заехал вчера один, машина новая на стоянке появилась тоже одна и дорогущая. Всё элементарно.

– Ну ты даёшь, – продолжает восхищаться прозорливостью собеседницы Ирина, похрустывая чипсами.

– Так вот, я вызвалась отнести ему назначения и проверить, что за птица к нам пожаловала.

– Ну и?

– Мужик что надо, – сообщает Марго, приправив голос томными нотками. – Меня глазами раздевал. Так смотрел. Но ты меня знаешь, я подобное обрубаю на корню.

– Ага, мне-то не ври. Каждый вечер с новым на свиданки бегаешь. Ни одного мужика заезжего не пропустила.

– Ты рот-то свой поганый прикрой! – громыхнув кулачком по столешнице ресепшена, возмущается Марго. – Я с тобой, как с подругой, а ты!

– Рита! Ну ты чего! – растерянный голос Иринки отдаётся эхом в холле санатория.

Вздыхаю, и как их админ до сих пор терпит? Я бы уже давно уволила и новых наняла.

Марго выплывает из-за поворота и пулей летит прямо на меня, на ходу одаривая разъярённым взглядом. Замираю с постельным в руках и смотрю перед собой. Фурия пролетает мимо, не задев. Выдыхаю. Фух!

Оборачиваюсь, провожая длинноногую стерву взглядом. Внутри становится неприятно горько. Значит, Максим и ей уделил внимание. Что ж, может, оно и к лучшему. Пусть займётся девушкой, времяпрепровождение с которой для него будет более продуктивным, чем со мной. Значит, ошиблась в нём Агафья. Никаких высших целей у этого мужчины нет. Всё обыденно и просто. Хочет отдохнуть и погулять. Как и все холостяки, прибывающие в санаторий. Редко встречаются верные и порядочные. Все как под копирку. Жаль.

Глава 10

Сама не понимаю, почему меня так разозлили слова болтушки. Пока успокаивалась и переваривала услышанное, не заметила, как вымыла до блеска четыре номера. Всё по инструкции. Поменяла постельное, проветрила помещение, проверила шкафы, вымыла сантехнику и полы, протёрла пыль. Покрутилась ещё раз, осмотрев каждый угол. Сработано на совесть.

Вздыхаю, косясь на очередную гору грязного белья. Прачечная. Благо, у нас современное оборудование. Мне там особо напрягаться не нужно. Распределить бельё, загрузить в машинки, потом всё аккуратно сложить и отпарить. Закрываю крышку тележки и, заперев последний номер на ключ, лечу к лифту. Время поджимает. Нужно всё успеть сделать заранее. Иначе не видать моему пострелу бассейна. Одного его туда точно не пустят. А у меня ещё работы куча. Если не уложусь вовремя, придётся пожертвовать обедом. Поем на ходу. Не страшно.

В холле на стене огромные красивые часы. Время без четверти час. Опаздываю. Меньше нужно о всяких глупостях думать. Улыбка без спроса появляется на губах. Впервые за долгое время столько эмоций из-за мужчины. Жаль, что он издалека. Вздыхаю. Работа! Прибавляю ходу. Запрыгиваю в лифт и спускаюсь на цокольный этаж. Пахнет порошком и чистотой.

В прачке мечусь, как пчёлка. Укладываюсь за двадцать минут. Скинув фартук, утираю лоб. Время обеда. Максим должен приехать с минуты на минуту, нужно встретить его и ещё сдать ключи от номеров администратору. Лечу за курткой и сапожками. Сразу же в сумке проверяю купальник – прихватила с собой, не забыла. К посещению бассейна всё готово. Шапочки и сланцы в санатории в бесплатном доступе.

Поднимаюсь на первый этаж по ступенькам. Лифт не хочется занимать. Тут пробежаться недолго. Выскакиваю в холл и вижу, как мой мальчик распахивает входную дверь, делает шаг внутрь, и его губы тут же расплываются в счастливой улыбке.

– Максим! – горланит он и летит в противоположную от меня сторону, оставляя на полу снежные следы.

– Привет, сорванец, – раздаётся в ответ знакомый мужской голос.

Вытаращив глаза, смотрю на эту парочку. Ребёнок налетает на нашего нового знакомого, как вихрь. Без стеснения с размаху припечатывается к нему, словно встретил давнего друга. Мужчина улыбается и, смахнув с шапки мальчика снежинки, обнимает в ответ. Они о чём-то переговариваются, но слов я не слышу.

– Ура! – выдаёт несносный Макс, и я начинаю чувствовать себя неловко.

За моей спиной слышится чей-то удивлённый возглас. Оборачиваюсь. Марго. Наблюдая ту же сцену, что и я, девушка отчего-то медленно краснеет. Губы девушки превращаются в узкую полоску. Бросив в мою сторону ненавистный взгляд, резко разворачивается и шагает прочь. Смотрю ей в спину. Если до сегодняшнего дня она меня недолюбливала, теперь это чувство перейдёт на новый уровень. Только бы мне это боком не вышло.

– Инга, – окликает меня мужчина.

Марго издаёт странный звук, напоминающий визг обезьяны, и скрывается за поворотом. Вздыхаю и оборачиваюсь на голос.

– Здравствуйте, Максим Владимирович, – отвечаю подчёркнуто вежливо, соблюдая официальный тон.

– Здравствуйте. Вы сегодня прекрасно выглядите. Как спалось?

– Спасибо, хорошо, – отвечаю очень тихо на его достаточно громко произнесённые вопросы.

– И я выспался. Меня баба Агафья разбудила, так бы и бассейн проспал, – вклинивается в разговор мой Макс, и я бросаю на него строгий взгляд.

Но отчего-то Максим Владимирович не разделяет моего недовольства поведением ребёнка. Он улыбается, явно поощряя его общительность.

– И о чём вы тут без меня перешёптывались? – сложив руки на груди, немного ревниво интересуюсь я, переводя взгляд с одного заговорщика на другого.

– Он пойдёт с нами! В бассейн! – радостно сообщают мне, улыбаясь во весь рот.

– Зачем это? У Максима Владимировича своих дел полно! Не стоит его отвлекать всякой ерундой.

Лицо моего сорванца сразу же мрачнеет.

– Ну, мама! Он пообещал научить меня плавать, – пытается возразить Макс и, притихнув, опускает голову.

– Я как раз закончил все свои дела на сегодня и совершенно свободен, – потрепав ребёнка по тёмно-русым волосам, заявляет мужчина и подмигивает ему. – Буду рад составить вам компанию. Если, конечно, вы, Инга, не против. Я отлично плаваю с детства. Могу дать несколько уроков. Гарантирую, через пару дней поплывёт.

– Ну если это вас не затруднит, то… я не против. Только вот пары дней у нас нет, к сожалению, – огорчённо развожу руками.

– Я договорюсь, если дадите добро на наши занятия, – выдаёт собеседник, всматриваясь в моё лицо в ожидании ответа.

Макс начинает скакать на месте, дергая меня за край кофты.

– Пожалуйста! Пожалуйста!

– Ну что с тобой поделать, разрешаю, – отвечаю своему подопечному. – Но, пожалуйста, больше ничего ему не обещайте. Или хотя бы заранее советуйтесь со мной, – это уже адресовано Максиму-старшему.

– Отлично. Я вас понял! – бодро соглашается мужчина и хлопает мальчика по плечу. – Ну что, мы переодеваться и ждём маму?

Счастливый ребёнок кивает, а я, не удержавшись, улыбаюсь.

– Я на ресепшен и сразу к вам!

– Отлично. Идём? – последнее уже моему сорванцу.

 Смотрю им вслед и вздыхаю. Надо же, спелись, да так быстро. Невероятно.

Максим

Мальчишка, как я и предполагал, оказался очень способным учеником. Ловил на лету каждое моё слово. Повторять дважды не приходилось. За пятнадцать минут он научился сносно держаться на воде. Я не скупился на похвалу, отчего его глаза светились искренней, немного наивной радостью. Признаюсь честно, меня подкупали его эмоции.

Переговариваясь с ним о разных пустяках, я постоянно оборачиваюсь на дверь, но Инга задерживается. Понятное дело, работа. Льстило, что именно мне доверили самое ценное, но хотелось, чтобы она присоединилась к нам. Макс старательно гребёт руками, поблизости от меня, как и договаривались, я же не спускаю с него глаз и жду её.

Рядом с нами уже минут двадцать крутится парочка дамочек с пышными формами. То и дело стреляя в нашу с Максом сторону своими подкрашенными глазками, они хихикают и перешёптываются. Бред! Идти в бассейн с макияжем. Одно неловкое движение, и всё поплывёт. В итоге так и происходит. Мой начинающий пловец, обрызгав одну из наблюдательниц, попадает к обоим в немилость, и нам приходится от греха подальше сбежать в сауну.

– Вот вы где, – как только я присаживаюсь на разогретую скамью, в помещение входит она.

Я обмираю. Сглотнув ком в горле, невоспитанно таращусь на её невероятно красивое тело в открытом, голубом купальнике. Длинные стройные ножки, подтянутый животик, округлая сочная грудь.  Часто был свидетелем разговоров сотрудников мужчин о том, что после родов их жёны потеряли былые формы и привлекательность. Но, видимо, это происходит не с каждой женщиной.  Инга вот стоит передо мной в совершенно идеальной форме.

Заметив мой слишком красноречивый взгляд, она уже привычно смущается.

– И давно вы тут? – присев возле сына, произносит она, заглядывая ему в глаза.

– Нет, мам, только пришли. Всё эти толстые тётки! Брызгаться, видите ли, нельзя в бассейне. А я не специально, – возмущённо выдаёт Макс и хмурит брови. – Как можно плавать так, чтобы ни одна капелька не отлетела? Нужно же болтать ногами! Да, Максим? – он смотрит на мужчину, явно ожидая поддержки.

– Так! Давай начнём с того, что тут не аквапарк, и желательно окружающим не мешать. И ещё кое-что, дружок, какой он тебе Максим? Нужно к старшим по имени-отчеству обращаться или хотя бы дядя Максим. Вы же договорились, как друг друга называть?

Девушка оборачивается ко мне, и я пожимаю плечами.

– Меня устраивает по имени. Иначе чувствую себя… старым что ли, – выдаю я, и она сокрушённо вздыхает.

– Вы мне его совершенно избалуете. Он и так не подарок. Глаз да глаз за ним. А тут вольности такие. Не заметите, как на шею сядет.

– А у меня там совершенно свободно, – поясняю своё поведение, нисколько не испугавшись надвигающихся трудностей.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.