# Люби меня долго. Эротика

Юрий Буреве

«Люби меня долго. Эротика» – это роман Юрия Буреве, который откровенно рассказывает о любви без утайки и недомолвок.

Анжела – молодая девушка, которая живёт в шумном городе на берегу моря. Её студенческие годы полны ярких событий и приключений, каждый день приносит новые открытия и испытания.

Анжела взрослеет и начинает понимать тайны жизни. Для кого-то она – источник радости и вдохновения, а для кого-то – опасная сила, способная разрушить всё на своём пути. Её поцелуи сравнивают с бурей в океане, а взгляд манит, словно свет маяка в ночи.

Однако жизнь не стоит на месте, и Анжеле предстоит столкнуться с испытаниями, которые закаляют её характер и делают её сильнее. Она узнаёт, что истинная любовь – это не только страсть и восхищение, но и способность принять другого человека со всеми его недостатками и страхами. Перед ней встаёт выбор: продолжать искать идеал или принять реальную, несовершенную любовь.

Анжела меняется сама и меняет других.

## Глава 1. Свежесть

Цоканье каблуков разносилось эхом по тёмному коридору библиотеки, словно тревожный ритм сердца. Анжела спешила, её шаги становились всё громче, пока не остановились у стойки библиотекаря.

– У вас есть книги этого автора? – голос её дрожал от нетерпения.

– Мы закрываемся, – сухо ответил мужчина за стойкой, даже не поднимая глаз.

– Осталось всего десять минут! – умоляюще произнесла она.

– Найти книгу, оформить… Я не успею. Извините, девушка, приходите завтра, – его тон был непреклонен.

– Простите… – тихо выдохнула она, чувствуя, как внутри нарастает пустота.

– Не за что, – равнодушно отозвался он.

Шаги Анжелы начали удаляться, становясь всё тише, пока не растворились в тишине коридора. Она вышла на улицу, где холодный ветер тут же обжёг её лицо. Зима в этом портовом городе была необычно суровой. Жители, привыкшие к лёгкой одежде, доставали из шкафов старые пальто и куртки, словно из архивов прошлого. Модные пуховики выдавали туристов и тех, кто проводил больше времени за пределами этого края.

Анжела, кутаясь в тонкую куртку, не замечала ни ветра, ни мороза. Её мысли были заняты одним – завтрашним экзаменом. Лекционная тетрадь осталась в троллейбусе, книга, которая могла бы спасти, осталась в закрытой библиотеке. Внутри не было страха – только тяжёлое, гнетущее отчаяние. Она знала, что провал неизбежен, и последствия рисовались в её воображении мрачными красками.

Третий семестр второго курса начался для Анжелы с испытаний, которых она не ожидала. Она была перфекционисткой – для неё четвёрка равнялась провалу. Учиться на "хорошо" для неё значило не учиться вовсе. Она знала предмет, но без лекций и книги чувствовала себя безоружной.

Экзаменатор, мужчина средних лет, вёл у их группы два предмета. Он прекрасно знал, кто есть кто в аудитории. Анжела, всегдашняя отличница, не смогла ответить на дополнительный вопрос, необходимый для высшего балла. Вся группа наблюдала за её борьбой, и преподаватель, тоже перфекционист, не мог поставить оценку выше, чем заслужено. Слухи о его благосклонности к студенткам могли бы разрушить репутацию. Итог – "хорошо". Для многих это было бы радостью, но для Анжелы – поражением.

Она вышла из аудитории, не чувствуя ни холода, ни пронизывающего ветра. Её самолюбие было растоптано. Она бродила по опустевшему городу, где мороз в минус пятнадцать градусов казался ничтожным по сравнению с холодом внутри.

Дома мать, не подозревая о случившемся, спросила об учёбе. Анжела, как всегда, ответила коротко: "Нормально". Она научилась скрывать свои чувства – говорить больше означало запутывать других и себя. Лучше молчать, чем объяснять. Это правило она недавно для себя открыла, и оно всё больше подтверждало свою правоту.

Подруги у Анжелы были, но она избегала пустых разговоров о платьях, парнях и расставаниях. Эти темы окружали её на переменах, но она старалась держаться в стороне. Её мир был полон книг, учёбы и стремления к идеалу. Но после провала на экзамене она чувствовала себя полной неудачницей.

Портовый город, где она жила, славился двумя большими пляжами. Однако Анжела, в свои девятнадцать лет, почти не заходила дальше мелководья. В детстве, живя севернее, она не научилась плавать – просто некому было её учить. Страх утонуть преследовал её, и пляж вызывал тревогу. Она избегала этого места, как избегают старых ран.

Но в глубине души она ждала чего—то большего. Ждала любви – той, что распахнёт перед ней ворота в новый мир. Она была девственницей, хотя подругам рассказывала выдуманные истории о страстных встречах в машинах, парках и на пляже. Эти рассказы, повторяемые в разных компаниях, звучали убедительно – никто не мог уличить её во лжи.

Анжела одевалась со вкусом, хоть и скромно. Её фигура привлекала взгляды не только сокурсников, но и парней со всего университета. Они боялись подойти, думая, что у неё есть могущественный ухажёр, способный наказать любого за малейшую вольность. Подруги верили в её многочисленные романы, а парни – в одного, но влиятельного защитника. Редкое сочетание красоты, ума и целомудрия делало её загадкой – словно случайное чудо природы.

С приходом весны Анжела стала больше гулять по городу. Март ещё не думал заканчиваться, но она уже строила планы на лето. Впервые она ждала тёплых дней, мечтая научиться плавать и проводить время на пляже. Ей казалось, что жизнь только начинается, но в то же время она боялась, что половина её уже упущена. "Надо запомнить каждый момент, пока не состарилась", – думала она, хотя летом ей исполнялось всего девятнадцать.

Она представляла, как её выдуманные истории о пляжных романах станут реальностью. Как её будут носить на руках, дарить цветы, катать на катере. Родители, видя её скромность, подарили ей новые платья, намекая, что пора одеваться смелее, по—молодёжному. Анжела преобразилась. Скромная отличница стала выглядеть вызывающе, и за её спиной шептались, называя её "портовой шлюхой". Теперь слухи о её приключениях рождались сами – выдумывать больше не приходилось.

Весна оказалась аномально тёплой, температура даже ночью не опускалась ниже пяти градусов. Учёба давалась легко, но Анжела жила ожиданием лета – сказки, которую решила устроить для себя. В группе она замечала всё больше внимания. Когда она проходила мимо, разговоры замолкали, а взгляды провожали её фигуру.

– О чём болтаем? – спрашивала она с лёгкой насмешкой.

– Да о природе, – отвечали ей, но она чувствовала, что обсуждали её саму.

Смена гардероба изменила не только внешность, но и внутренний мир. Раньше она избегала грубых слов, а теперь могла резко ответить, если слышала скрытые насмешки. После нескольких случаев, когда её ответы были настолько жёсткими, что у сокурсников отвисала челюсть, шутки в её адрес прекратились. Её загадка только усиливалась.

Однажды после занятий подруга предложила:

– Анжела, поедем с нами кататься на лодках. Друзья купили одну, будет весело!

– Я занята, – отмахнулась она. – За мной парень вечером заедет, едем на базу отдыха. Всё уже оплачено.

– Ну ладно, подруга, отдохни хорошо. Не пей много, – подмигнула та.

– Я не пью, – сухо ответила Анжела.

– Тогда желаю классно провести время, – рассмеялась подруга.

– Конечно, он меня обожает, – бросила Анжела с уверенностью, которой не чувствовала.

Она направилась в парк, взяв с собой толстую книгу из библиотеки. На ней было длинное облегающее платье до колен, из тёплого, плотного материала. В тот день, как часто бывало, она не надела белья – просто потому, что не любила скованности. Апрель подходил к концу, погода стояла почти летняя, и в парке было многолюдно.

– Здравствуйте, можно присесть? – спросила она у парня в спортивной одежде, занявшего почти всю скамейку.

– Конечно, нет проблем, – ответил он, убирая сумку на землю.

– Я Сергей, – представился он с улыбкой.

– Анжела, – ответила она, чувствуя лёгкий трепет.

– Красивое имя. И ты сама красива, – его голос звучал искренне.

– Спасибо родителям, – отшутилась она, пытаясь скрыть смущение.

– У тебя, наверное, много поклонников? – спросил он с любопытством.

– Ну… – она замялась, не зная, что ответить.

– Понятно, – усмехнулся он. – Я бы хотел девушку, но с моим графиком это сложно. Тренировки, сборы, режим… Времени на отношения почти нет.

– А ты учишься или работаешь? – спросила она, чтобы сменить тему.

– Учился, теперь работаю. Подрабатываю в охране. Приличная контора, всё официально, – пояснил он.

В этот момент зазвонил его телефон. Сергей извинился и поспешил уйти. Через минуту он скрылся из виду, а Анжела поняла, что не узнала его номер. Она осталась одна на огромной скамейке, чувствуя странную тоску. Её жизнь раздваивалась: одна – выдуманная, для других, другая – настоящая, полная одиночества.

Жара нарастала, но не от солнца – от досады. Почему она не может найти того, кто будет рядом? Она сдвинула ноги, облокотилась на колени, и свежий ветер коснулся её кожи, принося краткое облегчение. Но внутри бушевал огонь – желание, смешанное с отчаянием. Ей хотелось кричать, хотелось освободиться от невидимого груза.

Проходящая мимо пара бросила на неё странный взгляд. Анжела, сидя с раздвинутыми ногами и книгой в руках, не замечала, что её поза могла быть истолкована неправильно. Она встала и направилась к кафе, чтобы купить что—нибудь попить – горло пересохло от жары и внутреннего напряжения.

У стойки кафе Анжела с ужасом поняла, что денег не хватит даже на чай. Постояв в неловкости, она вышла, чувствуя себя ещё более потерянной. Сев за свободный столик, она смотрела вдаль, взгляд её был обречённым.

– Здравствуйте. Вы здесь работаете? – раздался мужской голос.

– С чего вы взяли? – удивилась она, подняв глаза.

– Одинокие девушки без еды и напитков здесь обычно… предлагают услуги, – пояснил он с лёгкой улыбкой.

Анжела опешила, но, поддавшись импульсу, решила подыграть.

– Да, – коротко ответила она.

– Сколько? – прямо спросил он.

– Ты знаешь, – бросила она, стараясь казаться уверенной.

– Хорошо, договорились. Едем? – предложил он.

– Куда? – её голос дрогнул.

– Сначала покормлю тебя. У тебя круги под глазами, похоже, мало спишь, ударница, – сказал он с заботой, которой она не ожидала.

Он подозвал официанта, что—то тихо сказал, и через пять минут перед Анжелой появилась тарелка с мясом и овощами, а рядом – бокал вина.

– Я не пью, – предупредила она.

– Но ешь? – уточнил он.

– Да, – кивнула она, чувствуя, как голод берёт верх.

– Угощайся, – мягко сказал он.

– У меня нет денег расплатиться, – призналась она, опустив глаза.

– Угощайся, – повторил он, и в его голосе не было ни намёка на осуждение.

Анжела набросилась на еду, забыв обо всём. Мясо было подогретым, но невероятно вкусным. Её жажда и голод отступили, когда принесли сок. Она выпила почти весь стакан залпом, отодвинув тарелку.

– Едем? – снова спросил он.

– Куда? – её голос дрожал от смеси страха и любопытства.

– Думаю, ты индивидуалка. Вижу тебя впервые, – пояснил он.

– Ну да, я… индивидуалка. Сегодня здесь в первый раз, – соврала она, чувствуя, как мысли путаются.

В этот момент она увидела в очереди девушку, не красивее её, которую обнимал парень. Обида захлестнула Анжелу. Почему она одна? Почему не может решиться на первый шаг? "Хватит ждать у моря погоды", – подумала она, и эта мысль была такой громкой, что ей показалось, будто она произнесла её вслух.

– Поехали, – решилась она, вставая.

Мужчина повёл её к машине – большому внедорожнику. Анжела села на заднее сидение, с трудом закрыв тяжёлую дверь. Чтобы не потерять равновесие, она раздвинула ноги шире, не замечая, что он взглянул назад и увидел её обнажённую кожу.

– Умеешь заводить, – хмыкнул он.

– Далеко ехать? – спросила она, не понимая, что он имел в виду.

– Пригород. Дом ещё не достроен, но удобства есть. Я женат, может звонить жена. Если что, молчи, – предупредил он.

– Поняла, – кивнула она, чувствуя, как сердце колотится.

Они ехали молча, музыка сменялась от грустных мелодий к ритмичным. Выезд из города был забит пробками, как обычно в это время. Дом, к которому они приехали, встретил их автоматическими воротами. Машина въехала в гараж, соединённый с домом.

– Жена в командировке. Точнее, я отправил её отдыхать. Отношения сложные последнее время, – начал он, но остановился, погрустнев.

– Большой у вас дом. Когда достроите, будете счастливо жить, – сказала она, чтобы нарушить тишину.

– Как получится, – вздохнул он.

Они прошли в коридор первого этажа. Мужчина посмотрел на неё с неожиданной мягкостью.

– Я не осуждаю тебя, – сказал он.

– А почему вы должны? – удивилась она.

– Ну, такая работа… Хотя, знаешь, если бы не было таких, как ты, было бы больше насилия. Парадокс, – задумчиво добавил он. – Ты на ночь останешься или почасовая?

– Посмотрим, – уклончиво ответила она.

– Принимаю вызов, – улыбнулся он. – Постараюсь, чтобы тебе здесь понравилось. Я добрый, не бойся моего грозного вида.

– А я и не боюсь, – солгала она, хотя внутри всё дрожало.

Он предложил ей сходить в душ, пока сам остался в гостиной. Анжела чувствовала, что ему нужно выговориться – он то начинал рассказывать о своей жизни, то резко останавливался. Она решила не говорить о своей неопытности, надеясь, что он не заметит.

– Мне надо выпить. Останусь здесь, и тебе, скорее всего, тоже придётся. Я заплачу хорошо, не обижу, – сказал он, выкладывая на стол несколько крупных купюр. – Убери в сумку, чтобы не потерялись.

– Мне уже раздеться? – спросила она, стараясь казаться уверенной.

– Сними платье. Вижу, ты и так без белья, – заметил он.

Анжела медленно сняла платье, чувствуя, как её тело, никогда не знавшее мужских прикосновений, обнажается перед чужим взглядом. Она пыталась вспомнить сцены из фильмов, чтобы казаться опытной.

– Может, сзади в первый раз? – предложила она, стараясь скрыть дрожь в голосе.

– Давай, – согласился он.

Она нагнулась, сжав зубы в ожидании боли, и раздвинула ноги. В её голове крутилась мысль: "Я не какая—то дешёвка, чтобы терять невинность в подъезде. Пусть поздно, но с опытным мужчиной и не бесплатно".

Когда он попытался войти в неё, Анжела почувствовала острую боль, но не там, где ожидала. Она не сразу поняла, что происходит, пока не осознала, что он выбрал другой путь. Боль была почти невыносимой, но она терпела, стиснув зубы. Вспомнив рассказы сокурсницы о "дополнительных услугах", она решила не просить доплаты – он и так заплатил щедро.

Через несколько минут боль начала стихать, сменяясь странным, новым ощущением. Её тело, впервые испытывающее близость, реагировало с любопытством. Это было открытие, смесь дискомфорта и интереса. Когда он закончил, она натянула на себя полотенце, которое он принёс.

– Классная у тебя фигура. Надеюсь, не больно было? – спросил он с заботой.

– Нормально, – коротко ответила она, скрывая истинные чувства.

– Хочешь пить? Есть вода, артезианская, чище бутилированной, – предложил он.

– Да, можно, – кивнула она.

– Привыкай, думаю, буду часто тебя звать. Если не против, конечно. Обычно звонить буду в день встречи – не знаю, что будет завтра. Ты сможешь приехать на такси или я заберу, – пояснил он.

– А ты занята клиентами? – спросил он с любопытством.

– Больше учёбой. Этим… занимаюсь, когда настроение есть. Никто не заставляет, – соврала она.

– Отлично. Отдохнём немного, потом продолжим, – сказал он, улыбнувшись.

Анжела решила взять инициативу в свои руки. Вспоминая советы той же сокурсницы, она подошла к нему, начав ласкать его тело. Её движения были неуверенными, но искренними. Она хотела понравиться, хотела почувствовать себя желанной.

– Оторвёшь, – пошутил он, когда её прикосновения стали слишком резкими.

– Извини, я не такая опытная, – призналась она, опустив глаза.

– Это даже хорошо. Ты живая, извиваешься, как змея. Меня это заводит, – сказал он, подбадривая её.

Она опустилась на колени, стараясь повторить то, что видела в фильмах. Её сердце колотилось – это был её первый раз, и она боялась сделать что—то не так. Но его руки мягко направляли её, помогая найти ритм.

– Зубами не цепляй, – подсказал он.

Она старалась, чувствуя, как быстро учится. Её желание угодить смешивалось с внутренним волнением. Он чувствовал её старания и одобрял их, думая про себя: "Искренняя, хоть и неумелая. Надо не потерять её контакт".

Страсть нарастала, и Анжела, увлёкшись, довела его до пика. Она почувствовала, как его тело напряглось, и волна его эмоций передалась ей. Обессиленные, они легли рядом, и она вдохнула его запах – запах мужчины, которого ей так не хватало.

Через час Анжела проснулась на диване. Его рядом не было, и в темноте её охватила тревога. Мысли о родителях, которых она не предупредила, закружились в голове. Она хотела позвонить, но тут заметила его силуэт в лунном свете. Его тело, слегка заплывшее с годами, всё ещё выглядело мощным, как у античной статуи.

Он подошёл, думая, что она спит, и начал вдыхать её запах. Его дыхание, прохладное на вдохе и горячее на выдохе, касалось её кожи, вызывая дрожь. Она прищурилась, видя, как он сидит на корточках, касаясь себя. Желание захлестнуло её – она хотела его, хотела, чтобы он наконец освободил её от бремени невинности.

Сделав вид, что просыпается, она коснулась его тела. Он отреагировал мгновенно, и она, не раздумывая, прошептала:

– Милый, возьми меня с силой. Пусть будет, как насилие. Я хочу кричать, но ты не останавливайся.

Он приблизился, крепко обхватив её талию. Когда он вошёл, боль пронзила её, и она действительно закричала, но он продолжал, не понимая, почему так туго. Анжела вцепилась в его спину, двигаясь навстречу, забыв о боли. Это было её освобождение, её триумф.

– Ещё, милый, ещё, – шептала она, чувствуя, как тепло разливается по телу.

Ощущения были новыми, яркими, намного сильнее, чем радость от сданного экзамена. Она наконец стала женщиной – не в мечтах, а в реальности.

Утром Анжела проснулась в той же позе, в которой уснула. Он обнимал её сзади, и она улыбнулась сама себе, вспоминая ночь. В университете она провела весь день в том же платье, на котором осталось пятно. На вопросы она отвечала, что пролила суп, но внутри чувствовала лёгкость. Камень с плеч упал – она больше не была той, кем была вчера.

Домой она вернулась к вечеру. Родители устроили небольшой скандал, но она приняла это как плату за пережитое. Она молчала, выслушав упрёки, ведь не могла заранее предупредить. Но в душе её было умиротворение. Впервые она спала без тревог, и этот покой был дороже всего.

## Глава 2. Пальцы

Анжела всё чаще избегала разговоров с подругами о парнях и сексе. Её молчание и уклончивые ответы создавали вокруг неё ауру загадочности. Она делала вид, что не понимает их намёков, и уходила от вопросов о личной жизни. Сокурсники, некогда верившие в её выдуманные истории о толпах поклонников, начали подозревать, что всё это лишь фантазии. Они шептались за её спиной, предполагая, что её стильная одежда и дорогие вещи – результат родительского богатства, а не бурной личной жизни. Её новый образ – вызывающий, почти кричащий – лишь подогревал слухи. Её называли "космической шлюхой", которая сама назначает цену за свою любовь.

Но Анжеле было всё равно. Порой ей даже нравилось слушать эти сплетни, особенно когда они так разительно отличались от правды. Она жила на грани двух миров: реального, где её жизнь превратилась в череду сделок и встреч, и вымышленного, где она оставалась той, кем хотела казаться. Парадокс её существования заключался в разнице между "быть" и "казаться". Она чувствовала эту двойственность каждой клеточкой тела, понимая, что реальность – одна, а версий о ней – бесчисленное множество.

В университете она стала хорошисткой, утратив былую страсть к отличным оценкам. А после учёбы превратилась в "удовлетворительницу" – ту, кто дарит мужчинам желаемое. Она научилась выбирать места, где её могли "снять", стараясь не привлекать внимание администрации. Некоторые заведения, узнавая её, закрывали глаза на её присутствие – она приносила прибыль. Богатые приезжие нередко искали именно её, и Анжела знала, как обратить на себя внимание. Если мужчина колебался, подойти или нет, она раздвигала ноги, позволяя взгляду скользнуть туда, где слова были не нужны. Её глаза при этом смотрели прямо, с вызовом. Те, кто не выдерживал этого взгляда, уходили. Но ей такие и не были нужны. Её интересовали только те, кто готов был пойти на всё ради неё.

За два месяца до летних каникул она обзавелась обширной клиентурой. Однако повторные встречи случались редко – большинство клиентов исчезали после одного раза. Она не считала, что дело в ней: скорее, у них не хватало денег на новые встречи, либо они, будучи полигамными, предпочитали разнообразие. Анжела же за это время накопила достаточно впечатлений и, что важнее, денег. Она сняла квартиру, подальше от родителей, соврав, что живёт с парнем. Родным она говорила, что сама будет навещать их, а её избранник пока стесняется знакомства. Они радовались, думая, что личная жизнь дочери наконец наладилась. На встречи с семьёй Анжела надевала скромные платья, словно замужняя женщина, и каждый раз отказывалась от их денег, уверяя, что работает администратором в дорогом ресторане. В каком—то смысле это было близко к правде – она действительно "администрировала" мужчин города, чьи желания и кошельки переполнялись одновременно.

Но деньги, которые она зарабатывала, не приносили ей радости. Она не знала, как их тратить, и не чувствовала удовлетворения от их наличия. Настоящее удовольствие она находила в моменте близости, когда её тело становилось центром внимания. Она научилась различать мужчин по мельчайшим деталям – по вкусу, запаху, густоте. Эти нюансы выдавали их привычки: курит ли он, пьёт ли, занимается ли спортом, как давно у него был секс. Оральный секс стал для неё чем—то вроде универсальной валюты – она использовала его в такси или в спешке, когда клиент торопился домой.

Городская библиотека, некогда изменившая её жизнь, снова начала притягивать её. Анжела стала приходить туда в разное время, выискивая определённый тип мужчин. Её взгляд научился безошибочно определять девственников – по походке, по робкому взгляду, по мелким жестам, о которых она даже не задумывалась. Однажды, заметив парня лет двадцати, возможно, знакомого по университету, она подошла к нему среди стеллажей. На ней было минимум одежды – ровно столько, чтобы не казаться совсем голой.

– Привет, – бросила она с лёгкой улыбкой.

– Здравствуйте, – растерянно ответил он, одетый в рубашку и брюки, явно великоватые для него.