Татьяна Сонная
(Не)счастливая я и миллионер

Пролог

Погруженная с головой в свои невесёлые думы, вхожу в бизнес-центр. Я бы Дарью и не заметила, но она, налетая на меня, чуть не сбивает с ног. Вцепившись в свою драгоценную ношу – новенький ноутбук, я растерянно смотрю на подругу и обмираю от увиденного.

Всегда идеальная, одетая с иголочки девушка сейчас представляет собой жалкое зрелище. На меня смотрит взъерошенная и зареванная Дарья. На ее губе красуется ссадина. Потекшая тушь, размазанная помада.

– Даша? – Округлив глаза, я смотрю на неё как на привидение. – Что с тобой произошло?

– Лера… – Девушка прижимает ладонь к лицу и всхлипывает. Отрицательно замотав головой, она отталкивает меня в сторону и направляется прочь. Глядя ей в спину, я не могу сообразить, как поступить дальше. Просто уйти, не выяснив, что же такое могло случиться с моей блондинистой подругой, я не могу.

Засеменив следом, настойчиво пытаюсь её остановить. Мои старания вознаграждаются только на парковке центра. Запыхавшись, я посылаю в её сторону нелестное замечание, и наконец она меня слышит.

– Да что тебе нужно? Оставь меня в покое! – выкрикивает в сердцах беглянка.

– Ответь на мой вопрос, и я отстану, – согнувшись пополам, кряхчу я. – Тебе что, хвост кто-то прищемил?! Куда ты так несешься?!

– Спешу я! – огрызается она. – Домой!

– Куда? У тебя работа.

– Нет у меня работы! Меня уволили!

– Что? – От её ответа мои глаза медленно ползут на лоб.

– Да, наш драгоценный босс Марк!

– Но почему?

– Почему? Почему? Дурочка ты наша. Потому что отказала ему! – почти кричит наш уже, по всей видимости, бывший секретарь.

– Что? – мой голос падает до шепота.

– Оглохла, что ли?! Он приставал – я отказала! Вот видишь. Доказательства! – Она указывает пальцем на разбитую губу.

– Он…

– Он! Он! А ты думала, он ангел? Такие отказы не принимают. Смотри. Ты можешь оказаться следующей. Подумай, может, уйдёшь раньше, сама? Не дожидайся, чтобы это произошло и с тобой.

Закончив свою эмоциональную речь, Даша бросается прочь, а я остаюсь стоять на парковке, откровенно шокированная тем, что произошло.

Глава 1

Сидя за своим стареньким письменным столом перед чистым листком бумаги, неосознанно постукиваю карандашом по столешнице. Сегодня наш выпускной. Очень знаменательный и важный день для меня. Сколько раз в своих мечтах я проживала этот день – и не сосчитать. Каждый раз мое богатое воображение подкидывало новый вариант развития событий. И каждый последующий был лучше, веселее, красочнее, чем предыдущий. Но ни в одном из них я не планировала одиночество. Так вышло, что родители не дожили до этого дня, погибли шесть лет назад. Автокатастрофа. Воспоминания о них заставляют сердце больно сжаться. На глаза наворачиваются слёзы. Я громко всхлипываю, но не позволяю эмоциям взять верх. Сегодня на моих губах должна быть только улыбка. Ведь я так ждала этот день.

Овладеть этой профессией я мечтала с детства. Дизайн. Сколько смыслов и надежд у меня было с этим связано. Я часто представляла, как создаю шедевры и зарабатываю приличные деньги, оплачиваю из собственных средств съемное жилье, наполняю холодильник и приобретаю прочие необходимые для молодой девушки мелочи, в которых себе отказывала. Мама бы мной обязательно гордилась. Смахиваю слезы и заставляю себя улыбнуться.

Прокручивая в голове все, что происходило со мной днём, улыбаюсь. Пока не понимаю, повезло мне или я попала.

Каждый свой шаг сегодня помню как сейчас.

Утро началось без особых происшествий: встала, умылась, оделась. А после началось то, что происходит со мной постоянно. Мелкие, но изрядно портящие настроение неурядицы.

В подъезде докопался сосед. В это раз Васька перешел все границы. Пока грызлись, он умудрился меня облапать, навязчиво предлагая свою кандидатуру в качестве мужчины для серьезных отношений. Совсем охамел бритоголовый. Ничего, когда-нибудь обзаведусь парнем с мышцами, как у культуриста, и попрошу набить этому козлу морду. Вот тогда посмеюсь я. Но пока не до веселья, приходится сражаться за свою честь самостоятельно. И я не пасую. Хотя бесит вся эта ситуация меня уже не по-детски.

Пока отбивалась от соседа, угрожая полицией, зацепилась за гвоздь и порвала футболку. Единственную в моем гардеробе новую вещь. И, к сожалению, на этом приключения с моим нарядом не закончились. По дороге до метро еще один козел на дорогущей машине окатил с ног до головы грязной водой из лужи. Обругав водителя всеми нелестными словечками, какие знаю, я пригрозила ему вслед кулаком. Видимо впечатлившись моим артистическим жестикулированием, водитель остановился и вышел. Ну не мог же он услышать мою вдохновенную речь? Или мог? Может, по губам читает. В панике я прибавляю шагу, одновременно смахивая с одежды грязь. В метро проскользнула под взглядом немного опешившего владельца уже ненавистного мне автомобиля.

Посмотрю марку в буке и внесу в список запрещенных вещей. Разбогатею и такую себе ни за что не куплю. А водитель этот прямо красавчик, как с картинки. Жаль, со страху не успела рассмотреть подробнее.

Вот такая вот красивая: лохматая, грязная, в драной майке – заявилась я в колледж в самый ответственный день.

В актовом зале собирались сокурсники и те самые люди, из-за которых у нас сегодня был настоящий ажиотаж. Это потенциальные работодатели. Владельцы фирм, управляющие или доверенные лица. Их присутствие на презентации работ выпускников было запланированной акцией. В конце каждого года являлись вот такие вот серьёзные дядечки или тётечки и выбирали себе дипломированного дизайнера для дальнейшего сотрудничества.

Многие ребята уже заочно были знакомы с будущими работодателями. Отработка на практике в фирмах, где они себя отлично зарекомендовали, давала свои плоды. Дело оставалось за малым. Получить диплом и устроиться официально.

Многие наши ученики были настоящими виртуозами. Лучшие из лучших. И неважно, что получали мы все среднее специальное образование, а не высшее. Каждый из нас был уникальным. И я всегда до чёртиков гордилась, что являюсь выпускницей НГХУ. Именно на этом факте и держалась моя низенькая самооценка. Преподаватели неустанно и без лишней скромности в течение всего срока обучения повторяли, что наше учебное заведение – одно из лучших. Соответственно, и мы – ученики – на сто процентов соответствуем заявленному уровню. И я верила.

Моя практика была не такой удачной, как у многих других. Мне, как и некоторым моим сокурсникам, не посчастливилось трудиться на благо колледжа. То ли меня так любили учителя, то ли просто сработало мое пресловутое невезение, но в итоге я отрабатывала практику в стенах своего родного учебного заведения. Зарекомендовать себя где-то вне этих стен не вышло.

Вера в то, что мне непременно повезет, греет душу. Мой талант обязательно оценят по достоинству, и я заполучу работу мечты. Докажу, что могу сама о себе позаботиться. И больше мне не придется выпрашивать деньги у опекуна. Как же это унизительно. Всё бы ничего, но вечные упреки о моей несостоятельности в таком-то возрасте очень сильно занижают самооценку. Несмотря ни на что я всегда усердно занималась, экономила на всём и вся. За четыре года ни дня без учебы, летом подработки и практика.

Моё волнение зашкаливает. Мне безумно хочется получить интересное, стоящее предложение. И пока всё ещё только начинается, огонёк моей надежды тихонечко разгорается глубоко внутри.

Озираюсь по сторонам, потом осматриваю себя. Исправить свой внешний вид до начала я явно не успею, поэтому, смирившись со своим «везением», прячусь в самый темный угол и жду начала мероприятия.

И вот. Презентация за презентацией. Я не знаю, какой в очереди буду, и понемногу начинаю нервничать. С ужасом наблюдаю, как первый ряд там, где рассадили потенциальных работодателей, пустеет. Начинаю паниковать. Почему мой проект оказывается последним, я не понимаю. Но, кроме меня, в зале почти никого не осталось. Включают мой видеообзор. Одинокая слеза скатывается по щеке и падает на папку, которая лежит у меня на коленях.

Вот я на видео, счастливая и преисполненная энтузиазма, презентую свою работу. Для кого это? Все уже ушли. Хлюпаю носом и из последних сил стараюсь не разрыдаться в голос. Мечты о сытой жизни рассыпаются как карточный домик. Почему? За что? Ведь я так старалась. И для чего столько трудов?

Полоска света разрезает актовый зал на две половины. Кто-то входит. Пока я занимаюсь самокопанием и упиваюсь жалостью к себе, не замечаю, как у самого прохода в кресло в первом ряду присаживается молодой мужчина. Он внимательно смотрит на экран и спустя минуту подзывает к себе куратора нашей группы. Мои мысли занимают грустные думы, отчего я постоянно обреченно вздыхаю. Это надо же. Группа «тринадцать Д». Ну разве я могла попасть в какую-то другую? Ну почему же мне так катастрофически не везет? Вопрос к мирозданию. Жаль, оно не отвечает. А то у меня к нему есть еще пара-тройка вопросов.

Хлюпаю носом и пропускаю тот момент, когда ко мне подходит Анна Михайловна, окидывает меня с головы до ног придирчивым взглядом и сокрушенно вздыхает.

– Валерия, что за внешний вид? Я, конечно, все понимаю, но можно было как-то постараться сегодня нарядиться получше, важный день, как-никак. Идем со мной. Тебе поступило предложение от работодателя. – Анна качает головой и, разворачиваясь на каблуках, идет прочь. – Поторопись! – бросает мне на ходу приказным тоном.

Бестолково хлопая глазами, я подскакиваю со своего места и тенью лечу следом. Сердце от волнения подпрыгивает под самое горло. Меня хотят нанять. Это же невероятно! Проект. У меня будет настоящая работа, зарплата и… Ура!

Спотыкаюсь на подходе, пролетаю три ступеньки и с грохотом приземляюсь у ног того самого нанимателя. Мои папки шлепаются рядом, и их содержимое феерично разлетается в стороны. Медленно кружась, исчерченные и изрисованные листы ложатся в проходе, превращая дощатый пол в пеструю поляну. Прямо красный ковер для дорогого гостя. Пылаю от стыда и медленно поднимаю голову. На меня в упор смотрят сразу две пары глаз. Одна пара удивленно-растерянно – это мой куратор, и вторая раздражённо-снисходительно – это, соответственно, наниматель. Икаю. Задерживаю взгляд на незнакомце. Я его узнаю. Это же тот самый коз… мужчина, который меня из лужи умыл. Ну замечательно! Вот это встреча. Видимо, эмоции на моём лице слишком красноречивы и сменяются так стремительно, что он немного смущается. Он, а не я!

– Валерия, ну что же ты, – наконец бормочет Анна Михайловна, нарушая затянувшееся молчание. Она протягивает мне руку, чтобы помочь подняться. Кое-как встаю на ноги своими силами, чтобы сильно не давить на руку женщины, и тихо ойкаю. Ушиблась все-таки.

Наблюдая за моими страданиями, этот лощеный сноб еле заметно ухмыляется. Так противненько. Вот же модель недоделанная. Какой из него наниматель? И что ему от меня нужно? Он, интересно, чем занимается? Бельишко рекламирует или наряды для слащавых пареньков-мажориков? Модель – ни дать ни взять. Терпеть таких никогда не могла. Это ж где видано, чтоб мужчина был красивее девушки? А этот прямо как нарисованный, и волосы вроде крашеные. На вид молодой, но седой как лунь. Нет, точно крашеный. Я заинтересованно вскидываю бровь. И рост у него выше среднего. Приходится голову задирать, чтобы в глаза посмотреть. Если подойти поближе, я ему макушкой едва до плеча достану.

– Если девушка меня тщательно разглядела, можно перейти к делу? – прерывает он вновь затянувшееся молчание. Бархатный голос мужчины звучит со смешливыми нотками.

Вот гад, еще и потешается надо мной. Я хмурюсь. Он зеркалит мой взгляд и мимику, сводит к переносице свои на удивление темные брови. В его светло-серых глазах светится веселье. Залипая на разглядывании яркого контраста его внешности, я опять задумываюсь. Темные брови и ресницы, абсолютно белые волосы и светло-серые глаза. Альбинос, что ли? Только недоделанный, промежуточная стадия какая-то.

Мужчина тихонько кашляет.

– Лукьяненко Марк. Очень приятно, – протягивает мне свою руку, уже не сдерживается и улыбается во все тридцать два зуба.

– Валерия Виноградова, – выразительно зыркая в мою сторону, нараспев произносит Анна Михайловна, поправляя очки своим фирменным жестом.

Вмиг отмираю, протягиваю руку мужчине в ответ, но рукопожатия не получается, так как я сжимаю в ладони несколько подобранных с пола карандашей.

Откровенно рассмеявшись, он запускает пятерню в свои длинные волосы и, проведя по всей длине, озадаченно почесывает затылок.

–Хорошо. Девушка нам подойдет. Несмотря на её явно немного рассеянное состояние, думаю, как специалист с работой она справится. Требования у нас стандартные. Я все озвучу при личной встрече. Отдельный кабинет для комфортной работы мы предоставить обязуемся, но и дистанционно работать как вариант тоже можно.

– Лера, ты слышала. Решай, кабинет или из дома…

– Кабинет, – тут же отвечаю я, чувствуя, как по спине от перенапряжения бежит капелька пота. Не стану смущаться и отказываться, всегда мечтала иметь собственное рабочее место. А тут целое отдельное помещение. – Я хочу кабинет.

– Хорошо. Будет тебе, девочка, кабинет, – покровительственно мурлыкает будущий босс. – Кстати, вы в курсе, мы трудоустраиваем официально и только совершеннолетних, – эта фраза предназначается уже куратору.

– Конечно, само собой. Наши выпускники давно миновали этот возраст. По поводу Валерии можете не сомневаться, ей двадцать один.

Марк удивленно вскидывает бровь, бросая в мою сторону оценивающий взгляд.

– Можете не переживать, Виноградова у нас девочка ответственная, хоть и немного рассеянная, – продолжает петь Анна, вышагивая по проходу. Она старательно переступает мои разбросанные художественные принадлежности и целенаправленно двигается к выходу. – Лера, приберись тут и ко мне в кабинет… и живее, – последнее слово эта невозможная женщина произносит выразительно и с нажимом.

Провожая хмурым взглядом эту парочку, я не глядя сгребаю с пола всё, до чего могу дотянуться. У самой двери мужчина оборачивается и, широко улыбнувшись, подмигивает мне. Застываю от удивления и роняю все собранное обратно. Уже из-за двери меня добивает его смешок. С размаху плюхаюсь на пятую точку. Морщусь. Больно. Вот же… зараза.

Глава 2

После кабинета учителя, где мне предоставили договор найма, который заставили прочитать очень внимательно и два раза, я возвращалась домой в расстройстве и с головной болью. Плохого настроения добавляла испорченная футболка, которую теперь только на выброс. Жалко новую вещь.

Марк Лукьяненко оказался владельцем нескольких АЗС в нашем большом городе. Анна Михайловна добрый час распиналась, разъясняя, как мне повезло и где мне предстоит работать. Крупнейшая компания, богатейший человек. Бла-бла-бла. А я шла домой, понурив голову. Что я могу предложить для автозаправочной станции? Какой проект? Чем вообще можно зацепить потребителя? Нужен запоминающийся логотип. Необходимо продумать прочую атрибутику. Вот незадача.

Моё чертово невезение сыграло со мной злую шутку, и ещё этот Марк. Ну не похож он на владельца сети заправок. На актера, модель – что-то из этой оперы, но не миллионер с АЗС.

Проскользнув по подъезду незамеченной, залетаю домой, позабыв по дороге забежать в магазин. Живот предательски урчит. Ну нет, возвращаться я не стану, плохая примета. Да и Васька там, поди, злится, что пропустил вечернюю порцию домогательств. Не охота попадаться под горячую руку. А то еще перейдет от угроз к делу. Надо бы на него пожаловаться куда следует, только вот брали сомнения, что помогут. Наша полиция нас бережет. Заскочив в ванную, стягиваю с себя вещь и бросаю в тазик с мыльной водой. Ну вот, может, все же удастся спасти белую ткань от дорожной грязи, а там посмотрим.

Вот такая вот приунывшая я просидела вечер за столом. В голову ничего дельного не шло от слова совсем. Ну и ладно. Психанула, черканула на листке кривую линию.

Может, сегодня стоит дать мозгу отдохнуть, раз все равно ничего не получается. Живот жалобно пискнул и умолк. Ну вот и у него умерла надежда. Устало поднимаюсь из-за стола. Там вроде вчерашний суп остался. Надо поесть и поспать. А то прошлая ночь на нервах в предвкушении презентации не удалась. Сон для меня очень дорогое блюдо, которое нужно подавать вовремя и в больших количествах. Иначе мозг отказывается работать. А еще еда. Поесть я ой как любила, а готовить – извините, нет. Творческий человек – он на то и творческий, чтоб творить. А готовят пусть те, кому это по профессии положено. А я художник!

Свернув из густых пшеничных волос тугой жгут, сооружаю дульку и закрепляю это безобразие простым грифельным карандашом. В прихожей на стене висит единственное маленькое зеркало, заглядываю в него. Симпатично.

В отражении на меня таращится бледная поганка с серо-голубыми глазами. Натянув уголки глаз указательными пальцами, понимаю, что про симпатично я погорячилась. Не помешало бы начать пользоваться косметикой, хотя бы минимальным набором. Тушь, тон и помада прозрачная, чтоб только увлажняла. Почти все девчонки из моей группы в колледже мастерски владеют этим видом искусства. А у меня тушь засохла года три назад, новая, так и не распакованная погибла. Жалко, но пользоваться ею я себя заставить так и не смогла. Да и не до красоты. Учиться и еще раз учиться – так, кажется, дедушка Ленин завещал. Надо же, еще со школы запомнила. Так наша учительница по истории часто говорила.

Ну да ладно. Завтра первый рабочий день. Нужно что-то поесть, быстренько в душ и спать. Ах да! Будильник завести не забыть.

Утро!

Пробуждение было тяжелым. Проворочавшись полночи, уснуть смогла ближе к трем часам. Выработать режим сна у меня так и не получилось. А всё потому, что мои нервные клетки правили организмом по своему усмотрению. Стоит только слегка их расшевелить – и всё, сна не видать как своих ушей. А нервничала я часто и много. По поводу и без. Такая уж, какая есть, и ничего не поделаешь. Может, пройдёт время и что-то изменится, но сейчас в это верилось с трудом.

На удивление, несмотря на недосып, собираюсь очень быстро и выбегаю из дома в отличном настроении.

Сжимая в руке визитку с адресом офисного здания, я не спеша двигаюсь в сторону метро, наслаждаясь прогулкой. Завидев на пути киоск, где, по моему мнению, продается самый недорогой и вкусный капучино, не думая направляюсь к нему. У меня сегодня праздник. Нужно хоть как-то отметить.

Без зазрения совести трачу свои скудные накопления и с блаженной улыбкой продолжаю топать к метро, потягивая кофе через трубочку.

Сегодня действительно невероятный день хотя бы потому, что в подъезде я не встретила Ваську. Уже за это спасибо. Я вообще очень благодарный человек. Улыбаясь самой себе, от души сыпала благодарности мирозданию и словно впервые рассматривала окружающий пейзаж. А действительно. Я так редко обращала внимание на то, что происходит вокруг. Всегда бегом, взгляд под ноги. Только бы не ступить во что-то или не поскользнуться.

Июнь радовал невероятно теплой погодой. Прямо благодать для нашего региона. Переехав сюда из маленького посёлка в соседней области, я сразу же влюбилась в этот серый густонаселенный город. А метро для меня вообще что-то из разряда невероятного, но факт. Никогда не любила городской транспорт, благо тесного общения с ним мне удалось избежать. Пусть проживание в районе метро влетало в копеечку, но ради этого стоило экономить на всём остальном. И я экономила.

При росте сто шестьдесят семь вес мой был почти сорок шесть килограмм. Да, на еде я тоже экономила, а еще на развлечениях. Поэтому кафешки, киношки и прочие увеселительные места для меня последние четыре года были под запретом. Каждый раз, когда девчонки из группы собирались посидеть где-нибудь, я отнекивалась, находя малоубедительные доводы, чтобы слинять. Со временем меня просто перестали звать, а потом и замечать. Так я и стала сама по себе. Одиночка.

Остановившись у зеркальной витрины обувного магазина, я придирчиво осматриваю себя с ног до головы. Сегодня на глаза работодателю покажусь в приличном виде. Чистая одежда, причесанная, собранная. Жаль, что не выспалась, и темные круги под глазами об этом не просто свидетельствовали, а орали во все горло. Ну да ничего. Я ж не в невесты метить собралась, а всего лишь в дизайнеры. Работником года на первых порах не стану, но зарплату отработаю всю до копейки. Кстати, об этом в договоре ни слова не было. Надо будет уточнить.

Дорога заняла чуть более получаса. Я не торопилась, ведь строгого графика мне никто не выставил и по времени ограничений не было. Могу явиться даже к обеду. Но злоупотреблять добротой начальства не собиралась и к офису явилась аккурат к девяти утра.

Внушительное двадцатидевятиэтажное здание под названием «Ситицентр» притягивало взгляд уже издалека. Удобное расположение, невероятный внешний вид. В этом здании на самых верхних этажах располагались офисы самых престижных компаний, а первые три этажа занимали бутики, магазины брендовой одежды, ювелирные салоны и тому подобное, лакшери и бьюти-шмути.

Сморщив нос, спешно пробегаю по парковке.

Вспоминаю, что мне еще известно о этом бизнес-центре. Помимо всего вышеперечисленного, в здании имеются бары и рестораны. Вот эти места меня очень даже интересуют. Скорее всего, цены мне не понравятся, но смотреть ведь никто не запретит.

Офис, в котором мне предстоит работать, находится на двадцать пятом этаже.

«А моя любовь живет на двадцать пятом этаже-е-е-е…» – пропел мой неотдохнувший мозг. Вы не подумайте, моя серенада исключительно будущей работе, а не тому, о ком вы сейчас подумали. Работа и еще раз работа.

Бизнес-центр встречает меня высокими светлыми сводами, сверкающими вывесками бутиков, дорогим современным дизайном и прочей лабудой. Без особого интереса добираюсь до третьего этажа и иду в сторону лифтов, всего лишь раз оборачиваюсь, чтобы взглянуть на красивый фонтан с разноцветной подсветкой. Возможно, мой скучающий вид окружающие примут за снобизм, но всё, что нужно мне как дизайнеру, я прекрасно разглядела. И конечно, вечером сделаю несколько полезных пометок в своём блокноте. Там я подробно распишу всё, что меня привлекло.

Нажав на кнопку вызова лифта, терпеливо жду этот неторопливый транспорт. Постукивая кроссовкой по отполированному полу, отсчитываю этажи вместе с табло. Когда створки с шипением разъезжаются, на меня совершенно бесцеремонно налетает толпа офисных трудяг. Все исключительно в строгих костюмах, по-деловому серьёзные мужчины и женщины. Столкнув меня со своего пути, никто не удосуживается хотя бы остановиться, а про извиниться вообще молчу. Выронив сумку с ноутбуком, я на минуту теряюсь. Но характерный писк закрывающихся дверей лифта заставляет меня поторопиться. Подхватываю свою многострадальную ношу и в последний момент влетаю в лифт.

Заглядывать в сумку боюсь. Не дай бог повредили моего старичка. Это будет конец. Откинув в сторону плохие мысли, решаю понадеяться на госпожу удачу. Ну не может же вселенная лишить меня последнего средства к существованию. Нет. Этого не случится.

На мониторе загорается нужная цифра, и двери медленно разъезжаются. Меня встречает неприветливый пустой коридор. Минимум освещения… да минимум всего! Даже ни единого цветочка в холле. Что за сноб тут управленец. Тоска смертная. Надо будет, если хорошо оплатят работу, это помещение приукрасить. Как в такой обстановке работать-то? В уныние впасть недолго. Двери, двери. Бесконечная череда дверей с прямоугольными табличками.

Я как мотылек лечу на свет, который маячит в конце туннеля. Мое чутье меня не поводит. Остановившись возле двери, где на табличке черным по белому выгравировано «гендиректор Лукьяненко Марк Леонидович», я хмурюсь. Название компании, которой руководит мужчина, отсутствует. Складывается впечатление, что его попросту еще не придумали. Тут вокруг все словно застыло на стадии ремонта. Отсутствие фирменной цветовой палитры очень бросалось в глаза. Да! Работы непочатый край. И оформить все это явно предстояло мне.

Набираю в легкие побольше воздуха, собираюсь с духом и стучу в дверь.

Глава 3

Слышу приятный женский голос. Меня приглашают войти. Не мешкая поворачиваю ручку двери и, расправив плечи, вхожу в кабинет.

Первое, на что я обращаю внимание, войдя, – это дорогая современная мебель. Стол из натурального дерева, большой стеллаж у стены, заваленный папками с документами, и шикарное кожаное кресло для посетителей. Еще в помещении присутствовало недоразумение в виде блондинистой дамы, которая, собственно, восседала в облюбованном мною кресле и портила моё первичное впечатление об убранстве этого кабинета.

Скривив свои перекачанные губки, она, не скрывая вмиг зародившейся к моей персоне неприязни, осматривает меня с ног до головы. Встретившись глазами, мы обмениваемся красноречивыми взглядами, полными взаимной нелюбви. Это ж надо – такая совместимость.

Вот Васьки мне в жизни не хватало, что ли? Мироздание, ты меня «буллишь»? Другой жертвы не нашлось? Так, Лера, возьми себя в руки. Где же такое видано, чтобы кабинет большого начальника – и без вот такой вот нафуфыренной барышни. Улыбаемся и машем. Все хорошо.

– Здравствуйте, девушка. Я к Марку… э-э-э.

– Леонидовичу, – подсказывает дама с явным недовольством. Поднявшись с кресла, она гордо проходит к своему рабочему месту и величественно усаживается в кресло. Выпятив напоказ как минимум пятый размер груди, она посылает в мою сторону сотый презрительный взгляд. – Ну и по какому вопросу? Техничка у нас уже есть, доставку еды мы не заказывали. Да у вас с собой и нет ничего. Милочка, вы, видимо, ошиблись этажом.

– Нет, к вашему величайшему сожалению, не ошиблась. Ничем не могу вас порадовать. Я по личному приглашению от вашего начальника. Работать у вас буду.

Блондинка опешила. Бестолково хлопая ресницами, она открыла и закрыла рот, так ничего и не ответив.

– Вы, пожалуйста, сообщите Марку Леонидовичу, что Валерия Виноградова прибыла. Мне, между прочим, кабинет отдельный обещали в вашем офисе, – сложив руки на груди, гордо заявляю я, чем окончательно добиваю секретаршу. Никогда не была стервозной, но тут не удержалась.

– Ты… да ты! Какая тебе тут работа? Ты себя-то в зеркало видела, моль бледная? У нас, между прочим, дресс-код!

Мой внутренний мир начинал закипать. Оскорбления от этой силиконовой мадам я выслушивать не собиралась. Но стоило мне открыть рот для ответного выпада, как дверь в кабинет начальника открылась и на пороге появился он сам.

– Что здесь происходит? Даша?

Подскочив со своего стула, секретарша бросается к боссу, старательно раскачивая всеми своими чрезмерно выпирающими частями тела. Куда только делась её высокомерность. Услужливо заглядывая мужчине в глаза, она сладенько улыбается.

– Тут вот к вам девушка. Утверждает, что по вашему личному приглашению. Пока разбиралась, что ей конкретно нужно, вы сами вышли.

– Валерия, проходите. – Смерив свою помощницу суровым взглядом, мужчина распахивает дверь в свой кабинет, приглашая войти.

Я впечатлилась. У него был такой строгий вид, что стало немного жутко. На мгновение моя уверенность пошатнулась, но возможности отказаться и позорно сбежать уже нет, дверь за моей спиной захлопывается.

– Присаживайся. – Марк указывает на кресло напротив своего рабочего стола и, уткнувшись в документы, тут же переходит к делу: – Раз ты вызвалась работать непосредственно в офисе, то заработная плата у тебя будет почасовая. Рабочий день – восемь часов, но при желании можешь задержаться, это оплачивается дополнительно. Завтра Дарья выдаст тебе пропуск. – Достав из ящика стола именную пластиковую карту черного цвета, он демонстрирует её мне. – С новой недели будет работать пропускной пункт. Время прихода и ухода сотрудников будет тщательно контролироваться. Обмануть не получится. Без пропуска на этаж возможности попасть не будет, так что держи его всегда при себе. Испытательный срок – две недели. Если после предоставленный тобой материал меня не устроит, мы попрощаемся. Но эти две рабочие недели я тебе оплачу так, как это указано в договоре, – по минимальному тарифу. Поэтому, если желаешь сохранить рабочее место, уж постарайся. Твой экзаменационный проект пришёлся мне по душе, я думаю, проблем со взаимопониманием у нас не возникнет, – говорит он, не поднимая глаз.

– Вы пришли в самом конце, – воспользовавшись секундной паузой, тихо проговариваю я.

– Что, извини… те? – наконец отрываясь от бумаг, он обращает на меня свой взор.

– Вы вошли в зал, когда там оставалась я одна. Выбор у вас был невелик.

– Значит, это судьба. И зачем выбирать? Меня заверили, что ваше учебное заведение выпускает специалистов высшего уровня. Какая разница, ты это будешь или кто-то другой.

– Ну да. Конечно. – Мне становится обидно. А я надеялась удивить своим талантом и получить работу не по счастливой случайности, а именно благодаря своему усердию и трудолюбию.

Беловолосый усмехается, словно ему понятен мой посыл. Его забавляет моя кислая физиономия.

– Что? – сердито бросаю я.

Он вопросительно выгибает бровь, продолжая буравить меня взглядом.

– Что вас сейчас веселит?

Он шумно вздыхает и, складывая руки на груди, откидывается на спинку кресла.

– Ты совершенно не умеешь скрывать эмоции.

– Это плохо?

– Даже не знаю. Для меня хорошо, для тебя не совсем. Слишком искренняя и непосредственная. Ну хотя бы… к примеру, взять то, как ты меня разглядывала при первой встрече.

– Я? – Мои щеки вмиг окрашиваются в розовый цвет.

– Да. И вот опять. – Он улыбается, не сводя с меня глаз. – Такой неподдельный интерес может привести к тому, что мужчина сделает неправильные выводы.

– Выводы? – повторяю я, ощущая, как начинают пылать кончики ушей.

Сделав совершенно серьёзное лицо, Марк кивает.

«Да ты издеваешься. Вот…»

– Не стоит так разглядывать незнакомцев при первой встрече.

– Да ты неправильно всё понял. Я же художник. А… а у тебя волосы совершенно белые, а ресницы и брови почти черные. – Подмечаю, что щетина, проступающая на его подбородке, тоже темного цвета. – Это же как-то неправильно. Не бывает такого в природе, – вспыхиваю я, совсем позабыв о субординации. – Ой, извините.

Губы мужчины растягиваются в улыбке, и в конце концов он несдержанно хохочет.

– Вообще-то бывает. И моё существование является неоспоримым доказательством этому. Валерия, честно сказать, такую девушку, как ты, я вижу впервые. В основном на моём пути попадаются либо такие, как Дарья, либо бизнес-леди с мужским характером и стальными… э-э-э, стальной хваткой. Ты же совершенно иная. На сегодня я, так и быть, прощаю тебе твою детскую непосредственность. Меня это позабавило. Но только сегодня.

– Простите. Я волнуюсь. – Вцепившись в сумку с ноутбуком, я мечтаю провалиться хотя бы на двадцать четвертый этаж. А там недолго долететь до лифта и покинуть здание. Только бы он больше не смотрел на меня как на зверушку в зоопарке. – Можно, пожалуйста, мне в кабинет.

– Хочешь немедленно приступить к работе? – Не дождавшись ответа, он хищно улыбается. – Похвально.

Мне показалось или в его голосе прозвучали издевательские нотки? Так это или не так, но улыбка на красивом лице становится какой-то уж больно хитрой. Бросая осторожный короткий взгляд в его сторону, втягиваю голову в плечи. Вот нравится ему потешаться надо мной. Еще смотрит так, как будто дыру хочет прожечь.

– Хорошо, – наконец выдает мужчина.

Я радуюсь возможности наконец-то избавиться от его общества и спрятаться за дверями моего собственного кабинета, но недолго.

Марк щурится, в его глазах начинают плясать чертенята.

– Но сначала, моя милая, стеснительная Лера, нужно все-таки закончить с обсуждением и заключением трудового договора. Там много нюансов, о которых я буду долго и тщательно тебе рассказывать. После мне нужно выяснить ещё кое-какие факты о тебе. А ты будешь внимательно меня слушать и отвечать… очень честно.

Моя челюсть натурально отвисает, на что он снова широко улыбается. Вот правильным было моё первое о нём впечатление. Козел, натуральный. Такой, как у деревенских бабушек, с белой шерстью, наглой физиономией и с… с рогами.

Глава 4

Через час я эмоционально измотанная, но с грамотно составленным трудовым договором в потных ладошках. Марк поиздевался от души, откровенно забавляясь каждый раз, когда мои щеки заливались румянцем. Он дотошно выспросил обо всем. Моё генеалогические древо было разобрано до седьмого колена. Медкарта проштудирована настолько подробно, что главврач моей поликлиники мог бы позавидовать прозорливости и внимательности этого работодателя. Желающих полететь в космос на порядок хуже проверяют, чем сегодня меня. А когда он спросил про то, были ли у меня серьезные отношения с мужчиной, я из последних сил сдержалась, чтобы снова не перейти на «ты» и не послать этого «деревенского к» на заданный моим измученным мозгом для него особый курс.

Это был кошмар, а не собеседование. Надолго его запомню Пряча лицо в ладошках, я просто качала головой, обозначая «да» или «нет» жестами. Когда вопросы у Лукьяненко иссякли, он удовлетворенно вздохнул и устало откинулся на кресло. Я выдержала. Неужели я смогла пережить этот допрос и остаться живой? Как он вообще живет с таким характером и его до сих пор никто не прибил? Но мне это сделать, увы, нельзя. Он мне нужен. Мне нужна это грёбаная почасовая оплата. А без него её не будет. Значит, не будет независимости. И я так и останусь иждивенкой на шее опекуна. Значит, собираем всю волю в кулак и терпим. Когда Марк с улыбкой победителя открывает дверь в смежное с его кабинетом помещение, я готова сдаться и сбежать. Стиснув зубы, молча вхожу внутрь и, обернувшись на хозяина хорОм, взглядом предлагаю ему убраться. На удивление, он оказывается очень понятливым. Наконец можно было вздохнуть с облегчением, что я и делаю. Ура. Положив свою сумку на стол, осматриваюсь.

– Устаивайся. Будь как дома. Надеюсь, тебе нравится? А вот по поводу интерьера прошу меня извинить. Дизайнер еще к своим обязанностям не приступила. Но надеюсь, вскоре здесь все преобразится, – прокомментировал он будничным тоном из-за двери.

Я прошлась по помещению. Подошла к окну. В этом задании были невероятные окна, а именно в моём кабинете оно было в пол и очень широкое, почти в полстены. Столько света. Красота. Не помешало бы поставить тут в углу большой зеленый цветок и маленькую софу с кучей разноцветных подушечек. Приложив пальчик к губам, я со знанием дела принялась расхаживать от стены до стены, замеряя шагами квадратуру. Когда размер кабинета стал мне более-менее понятен, решила внести данные в ноутбук, сделав себе пометку попросить схему этажа.

Расстегнув молнию на сумке, достала ноутбук и планшет. Разместив их на столе, усаживаюсь в удобное кресло и с улыбкой откидываю крышку своего старенького пк. Шок, который получаю от увиденного, лишает меня последних крупиц самообладания. Громко всхлипнув, прижимаю ладошку к губам. Вмиг на глазах выступают слезы. Этого просто не может быть. Тихо заплакав, прижимаю уцелевший графический планшет к груди. Да и что с ним могло случиться? У него нет такого хрупкого монитора. Вот и всё. Конец всему. Как я буду работать? Без компьютера это невозможно. А денег на новый у меня нет. Нет ничего. И попросить на время не у кого, занять денег тем более никто не сможет. Когда истерика начала набирать обороты, дверь в помещение резко распахнулась.

– Лера! – взволнованный голос начальника сработал как стоп-сигнал. Прекратив реветь, я некультурно шмыгаю. – Что происходит? Что за сырость? – Он осматривается по сторонам, выискивая причину моего состояния.

Я молча разворачиваю ноутбук монитором к нему.

– Меня толкнули у лифта, и сумка упала. Я надеялась, что ничего не произошло, но вот… – Снова всхлипываю. – Простите, я не смогу у вас работать. Мне не на чем. – Обида на весь мир накатила с новой силой, не смущал даже посторонний свидетель. Натурально подвывая, я прячу лицо в ладошках.

– Стоп. Всё. Прекрати. Ну ты как дитя малое, честное слово. – Он тихо подходит к столу и, положив руку на мою спину, успокаивающе поглаживает. От нежного прикосновения и теплой мужской ладони становится немного легче. Отвлекаясь на это новое для меня ощущение, быстро успокаиваюсь. Где-то в кармане спрятан старенький платок, но мне стыдно его доставать. Сейчас все пользуются одноразовыми салфетками, но на них я также предпочитала экономить. – Неужели ты думаешь, что у нас не найдется лишнего ноутбука для тебя? Если вдруг ещё что-то понадобится для работы, дай мне знать, я всё предоставлю. Об этом даже не переживай. А с твоим «пострадальцем» я обязательно разберусь, будет как новенький. Хотя… судя по его внешнему виду, я бы тебе посоветовал приобрести модель более современную. Этот устарел.

– Я знаю. Но он мне как родной. Да и новый дорого стоит, мне не по карману, – отвечаю я, размазывая слезы по лицу.

– Успокоилась?

– Да, извините. Больше такого не повторится, – лепечу, не поднимая глаз, и снова начинаю краснеть.

Хохотнув, Марк убирает руки за спину.

– В столе есть все письменные принадлежности. Можешь составить список, я передам его Дарье, она все купит.

– Нет! – вскрикиваю я и подскакиваю на месте.

– Почему?

– Я сама. Она, скорее всего, ничего не смыслит в моей профессии и может купить не те материалы. Я привыкла выбирать всё сама, чтобы качество и цена были приемлемые. Не надо Дашу.

– Хорошо, убедила. Сейчас я попробую организовать тебе ноутбук. Жди. И не вздумай больше плакать.

Я киваю, робко поднимая на него заплаканные глаза. Мужчина на мгновение зависает и не моргая рассматривает моё лицо, после ободряюще улыбается и быстро уходит.

Оставшись одна, я достаю платок и высмаркиваюсь. Грустно. Бедный мой старичок. Погладив кончиками пальцев разбитый монитор, горестно вздыхаю.

– Прости, друг, что не уберегла. Но я тебя не брошу. Ты навсегда останешься со мной. Не переживай, никакие современные навороченные тебя не заменят. Ты лучший.

Вздрагиваю, когда из-за двери слышится неожиданно грозный рык Марка. Разговаривал он явно по телефону, и его тон не предвещал ничего хорошего. Видимо, кому-то сегодня не поздоровится. Я в очередной раз поражаюсь многогранности характера этого мужчины. Со мной он был обходительным, даже мягким, а вот, к примеру, с той же Дашей – строгим и чуточку суровым. Стало немного жутко. Не хотелось навлечь его гнев и на себя. Нужно быть старательной и собранной, не стоит разочаровывать начальство.

Спустя пятнадцать минут, когда от безделья я уже не знала, чем себя занять, в кабинет вошел молодой мужчина субтильного телосложения. Приветливо улыбнувшись, он торжественно кладёт на стол передо мной новенький пк. От восторга я округляю глаза.

Такую модель я видела уже не в первый раз, любовалась в магазине, когда покупала сменные стержни к ручке для графического планшета. Пока оформляли покупку, не смогла себе отказать в удовольствии и прошлась вдоль витрины с навороченными дорогими ноутбуками. Цену этой модели запомнила очень точно. В три раза дороже моего. Чудо современной техники.

– Спасибо, – шепчу, боясь прикоснуться к дорогой вещи.

– Да не за что, – весело отвечает незнакомец, взъерошив соломенные волосы.

Заметив моё замешательство, мужчина по-доброму улыбается и сам открывает ноутбук. Подключив его к вай-фаю, он быстренько разъясняет некоторые особенности использования этой модели. Систему безопасности устанавливает сразу же при мне, теперь это чудо реагирует только на сетчатку моего глаза, по-другому взломать его невозможно. Настраиваем функцию распознавания голоса – конечно же, моего. Я сразу же проверяю ее в действии и радостно хлопаю в ладоши. Теперь только назови нужное приложение – и вуаля, окно открывается само.

Установив приложения, которые я перечислила, услужливый мастер советует парочку от себя. Спустя час, когда мы уже болтали, как старинные друзья, мужчина решает познакомиться. Иван и Лера – так и порешали друг к другу обращаться, по-простому и без прелюдий. Пока мы разбирались с техникой, Марк несколько раз к нам заглядывал, но не беспокоил и просто молча уходил.

Иван пробыл у меня почти три часа. Довольная, очарованная его познаниями и возможностями пк, я светилась от счастья. Уйдя с головой в работу, очнулась, когда за окном уже стемнело. Если бы не настойчивое желание мочевого пузыря познакомиться с туалетной комнатой, и вовсе не вставала бы из-за стола. Поднявшись, потянулась и размяла затёкшую спину. Ранее не замеченную узкую дверь заприметила сразу. Проскользнув к ней, распахиваю настежь и радостно пищу. Собственный санузел. Невероятно. Отлично, вопрос решился сам собой, как-то неудобно было у Марка туалетом интересоваться, а спрашивать Дашу хотелось еще меньше.

Вернувшись обратно, обнаруживаю у своего стола шефа, который с любопытством таращится в теперь уже мой компьютер.

– Решили заняться шпионажем? – подколола я его, складывая руки на груди.

– Э-э-э… просто любопытно. Зашел посмотреть, как ты. Времени уже много, а ты ни разу не вышла из кабинета. Обед давно прошел.

Как назло, на его слова моментально реагирует мой пустой желудок. Издав жалобное ворчание, он сливает меня с потрохами.

– Заработалась. Не заметила, как время пролетело. – Смутившись, пожимаю плечами.

– Похвально, но питаться нужно вовремя. Составишь мне компанию? Я тоже еще не ел.

Я немного растерянно киваю. Во-первых, было неудобно, в его компании я чувствую себя неловко. Во-вторых, Марк уж точно не пойдет со мной есть бизнес-ланч по акции в сомнительное кафе быстрого питания. А на что-то другое у меня просто нет денег. Да что уж, я на бургер максимум наскребу, а еще домой ехать на метро. И до зарплаты нужно растянуть всё, что имеется. А это означает домашнюю еду в контейнере. Хорошо, если у них тут есть бесплатные напитки. Кстати, нужно спросить. Вдруг повезет.

– Ну тогда я жду у себя. Закругляйся тут.

Глава 5

Я шагаю рядом с красивым мужчиной, еле поспевая за его размашистым шагом. На нас оборачиваются все. Все! Еще бы. Красавец и блёклое недоразумение рядом с ним. Естественно, смотрелись мы негармонично, но я думала совсем о другом. Куда он так целенаправленно меня вёл? Неужели так проголодался? Еще чуть-чуть, и мне придется бежать.

–Лера, какую еду ты любишь? – Неожиданно Марк резко останавливается, и я, не успев среагировать, на полном ходу впечатываюсь ему в спину. Потирая ушибленный лоб и нос, насупившись, недовольно смотрю на виновника аварии. – Ну так что?

– Недорогую и съедобную, – быстро бросаю в ответ, на что он задумчиво улыбается.

– Тогда идем в бизнес-кафе. Там все просто и, главное, съедобно.

Обреченно вздохнув, плетусь следом. Может, отстать незаметно? Скажу, что потерялась, не смогла догнать и уехала домой. Марк оборачивается, словно я проговорила свои мысли вслух. Я опять вздыхаю. Что ж за день-то? А впрочем, день самый обыкновенный, в моем стиле.

Столик этот невозможный тип выбрал, разумеется, сам. Я присела подальше, насколько это было возможно, и покорно сложила лапки на белой скатерти. Официантка подлетела, не прошло и полминуты. Натужно улыбаясь и стреляя в Марка намалеванными глазками, она старательно лавировала вокруг него. При этом всячески игнорируя мое присутствие.

Чуть не спихнув меня своей попой со стула, она услужливо поднесла дорогому гостю единственный экземпляр меню и ушла к другим посетителям, при этом постоянно оборачиваясь и бросая на моего спутника заинтересованные взгляды. Как только шею бедолажка не свернула. Уткнувшись в перечень блюд, мужчина, казалось, вообще ничего особенного не заметил, бесило происходящее только меня. А чего я, в принципе, раздражаюсь? Мужик действительно красивый, видно, что обеспеченный, смотреть на него не запрещено.

– Так… я буду котлеты с пюрешкой. И компот, – просияв, сообщает босс и, сложив меню, протягивает его мне.

– Котлеты? – удивленно переспрашиваю я.

– Да. А что? Я люблю домашнюю еду. Готовить мне некому, я соскучился по традиционной кухне. За границей редко встретишь такие простые и вкусные блюда. Да и готовят там все же иначе.

– Почему некому готовить? А мама? – озвучиваю я первое, что пришло в голову.

– Мамы нет давно, – просто отвечает мужчина и в привычной манере откидывается на спинку стула.

– Ой, извините. Я не хотела. Не подумала…

– Ничего. Всё нормально. Это было слишком давно, я её почти не помню. Какое-то время меня растил отец, а после были школы-интернаты.

– Это грустно, – отчего-то расстроившись, комментирую я, бестолково рассматривая печатный шрифт меню.

– Отчего же? Мой отец богат. Я получил лучшее образование. Ни в чем не нуждался.

– Дом лучше, чем любой интернат, даже очень дорогой.

– Может быть. Но мне не с чем сравнивать.

Я промолчала, уткнувшись в перечень блюд.

– Ну что? Выбрала?

Отрицательно мотаю головой.

– Неужели ничего не приглянулось? Ты сказала, что ешь всё и…

– У меня нет на это денег, – выпалила я и отложила меню в сторону. – Неудобно было вам отказывать. Извините. Вы кушайте, я просто посижу с вами.

– Валерия, ты за кого меня принимаешь? Я пригласил, значит, плачу я. Бери все, что хочешь. На цены не смотри.

– Мне неудобно. Нельзя.

– Кто сказал? Поверь, я не обеднею, накормив одну маленькую стеснительную девочку.

– Я не девочка, – насупившись, как-то неуверенно возражаю я.

От ароматов, витающих в воздухе, мой живот начинает петь серенады. В сотый раз мечтаю испариться с глаз босса, превратиться в пыль или стать тенью. Что-нибудь, только не сидеть тут и умирать от смущения.

– А кто? Мальчик, что ли? Нет, я явно слепотой не страдаю. Девочка, и очень голодная.

– Не переворачивайте мои слова. Я не люблю быть должной.

– Странно. С Иваном вы полдня мило болтали и хихикали. А мне ты постоянно показываешь свои колючки? Почему?

– Он у меня про мои болезни час не расспрашивал и из лужи грязной водой не окатывал.

– А-а-а, это все же была ты. Затаила обиду? – Он подается вперед и забавно играет бровями. – Вот, считай, в качестве извинений я тебя накормлю… уже ужином. Заказывай, я не отстану.

– Ну… если так, то я буду то же самое, что и вы.

– Хорошо, я понял.

Отыскав взглядом официантку, Марк подзывает её жестом руки.

Девица подлетела пулей.

Наблюдая, как она старательно выполняла свою работу, я размышляла о том, как же ей, бедненькой, приходится тяжело. Как на таких высоких каблуках, активно виляя попой, она не слетает с дороги. Это ж как её гравитацией к земле прижимает, что идет, не сбиваясь с курса, по прямой. Меня бы точно занесло. Заметив мое выражение лица, Марк улыбнулся. Он точно умеет читать мысли. Кошмар.

Перечисляя блюда, Лукьяненко косится на меня, я делаю вид, что не на шутку заинтересована интерьером кафе. Слишком старательно разглядывая светильники на потолке, я палюсь по полной. Но сделать с собой ничего не могу. Он меня смущает, волнует, и это приносит дискомфорт. Я не знаю, как правильно себя вести. На свидания я никогда не ходила, в обществе миллионеров не трапезничала, опыта в общении с мужчинами не имею. Это фиаско. Соображая, как не опозориться окончательно, вдруг успокаиваюсь. Просто раз – и отключаются эмоции. В конце концов, могу я позволить себе спокойно поесть?

– Пожалуйста, все по мере готовности и… для моей очаровательной спутницы принесите, пожалуйста, самый вкусный десерт…

– Не-е-т! – неожиданно перебиваю его.

Марк опешил.

– Я не ем сладкое. Не люблю.

– Мороженое? – спокойно переспрашивает босс. Я благодарно киваю. – И два мороженых. На ваш вкус, – добавляет он, повернувшись к девушке.

Та кивает и, смерив меня придирчивым взглядом, уплывает прочь.

– Что? – произносит мужчина, поймав мой взгляд. – Я, вообще, тоже сладкое не люблю. Но мороженое – исключение.

Я одобрительно киваю. И, задумавшись, вспоминаю, для чего захватила блокнотик и карандаш, которые теперь мешались мне в заднем кармане джинсов. Достаю свои письменные принадлежности и хитро прищуриваюсь. Моя очередь для допроса.

– Это еще что? – ткнув пальцем в блокнот, возмущенно произносит мужчина. – Рабочий день закончился. Что бы ты ни задумала, отложим на завтра.

– Но…

– Ничего не хочу слышать. Отдыхаем. Болтаем ни о чем, едим. Понятно?

– Я хотела…

– Завтра.

– Марк Леонидович…

– Это в офисе. За пределами двадцать пятого этажа я просто Марк.

– Но…

– Да что ж такое!

– Хорошо. Как скажете.

– Как скажешь, – поправляет он меня, делая ударение на окончание слова.

– Я поняла. Как скажешь, Марк. Но…

– Ты невозможная упрямица.

– Кто бы говорил. – Я складываю руки на груди. – Можно спросить?

– Конечно.

– Ты жил за границей?

– Да. Вернулся недавно. Отец требует, чтобы я влился в семейный бизнес, я не могу отказаться. Я единственный сын и наследник. Мне необходимо научиться всему и продолжить его дело.

– Понятно. Но у тебя совсем нет акцента.

– Русскоязычная школа.

Я киваю, поджав губы. У меня было море вопросов, но я предусмотрительно засовываю своё любопытство подальше. Не нужно наглеть. Да и самый главный вопрос, который начал мучить меня еще с первой встречи, озвучить я не смогу никогда, уж точно в трезвом уме не отважусь. Что ему от меня нужно? Почему не позвал поужинать Дашу? Она явно была бы счастлива. Хотя, когда мы уходили из офиса, её там уже не наблюдалось.

– Может, что-то еще интересно? Спрашивай, я сегодня добрый.

– А завтра? – на автомате вылетает у меня я.

Марк заразительно смеётся и, навалившись на стол, подаётся ко мне ближе.

– Посмотрим на твоё поведение.

От тона, которым он это сказал, я моментально густо краснею. На что он улыбается еще шире.

– Вам нравится издеваться?

– Опять двадцать пять… тебе нравится, тебе!

– Тебе…

– Да. Признаюсь. Твои щечки мило румянятся – это забавно.

– Мне это не нравится. Некомфортно и хочется сбежать.

Он отстраняется и, сделав серьёзное лицо, поднимает руку, развернутую ладонью ко мне.

– Валерия, искренне прошу меня простить. Впредь обещаю вести себя прилично.

Не удержавшись, улыбаюсь.

– Я прощен?

Я киваю, улыбка становится еще шире.

– А вот и наш заказ. Умираю с голоду.

Почти двадцать минут мы молча и сосредоточенно жуем. Признаться, так вкусно я давно не ела. Все было таким свежим, ароматным… м-м-м… нет слов. Компот совсем как в столовой в нашем колледже. Пару раз я покупала там булочки и этот вкуснейший напиток. Вот люблю я в еде всё простое и незамысловатое.

– Лука! Ты?!

Мы одновременно оборачиваемся на громкий мужской возглас. К нашему столику на всех парусах, сияя, как новый рубль, направлялся молодой человек.

Заметив на лице Марка едва мелькнувшее недовольство, которое он тут же прячет под маской величайшего безразличия, я во все глаза таращусь на незнакомца.

Глава 6

Вальяжно поднявшись навстречу своему знакомому, Марк скупо улыбается. Видеть его он явно не рад, но на приветствие отвечает довольно тепло. Мужчины обнимаются, похлопав друг друга по плечам, и одновременно поворачиваются ко мне.

Молодой человек с неподдельным интересом смотрит меня, я на него. Высокий, широкоплечий, ростом чуть ниже моего босса, он просто сражает своим обаянием. Русые волосы коротко стриженны. Глаза светло-карие, довольно большие, что сразу же притягивает взгляд. Узкие губы, прямой нос и ямочка на подбородке. Еще один классический красавчик. Хотя почему еще один? Марк, как по мне, был гораздо интереснее. Чего только стоили его красивые белые волосы. А глаза… Тьфу ты. Ну куда меня опять понесло?

– Какими судьбами, Лекс? Что забыл в этом районе? – вопрос Марка заставляет мужчину отвлечься от созерцания меня.

– Что так неприветливо, старый друг? – ухмыляется этот незваный гость на нашем ужине и возвращает взгляд ко мне.

– С чего ты взял? Просто я немного удивлен.

– А если скажу, что целенаправленно искал тебя, поверишь?

– Папочка подослал?

– Ну зачем ты так? Он переживает за тебя. Родная кровь.

Наконец Лекс отклеивает неприятный, изучающий взгляд от моей фигуры и поворачивает голову к собеседнику.

– И поэтому хочет приставить ко мне няньку в твоём лице?

– Может, представишь меня своей спутнице? Что за милая леди? –игнорирует вопрос мужчина.

Мне сразу же не нравится насмешка в его голосе.

Марк стискивает зубы и кривится.

– Тебе это не нужно.

– Почему же? Ты ужинаешь в компании девушки. Я удивлен, она немного… не в твоем стиле. Поэтому у меня проснулся к ней интерес. Хочу познакомиться, – настойчиво гнет Лекс, несмотря на недовольство собеседника.

В этот момент к столику подплывает официантка и, опустив на стол две креманки с красиво оформленным прохладительным десертом, молча уплывает прочь.

– О, мороженое. Можно я присоединюсь к вам?

Вопрос был риторическим. Придвинув стул ближе ко мне, Лекс демонстративно закидывает ногу на ногу. Его интерес совершенно непонятен. Мужчина облизывается, отчего меня передёргивает.

Почему-то на десерт настроение моментально пропадает. Бросаю в сторону Марка настороженный взгляд я собираюсь с мыслями. Лукьяненко садится на своё место, недовольство на его лице начинает меня беспокоить.

– Так не расскажешь мне о своей девушке?

Нахальное поведение мужчины говорит о том, что он не привык к отказам. Видимо, и последствий подобного поведения на его голову никогда не прилетало. Нестерпимо чешется язык. Хочется воспользоваться парочкой ласковых словечек из своего арсенала и осадить хама, но при Марке я это делать не стану.

– Это мой дизайнер, – коротко и без объяснений бросает босс и ленивым взглядом окидывает зал.

– И давно это ты «просто» сотрудников по кафе водишь? Особенно таких… э-э-э, забавных.

– Лекс, что за допрос? Говори, что надо. Я весь во внимании.

«Почему Марк так терпеливо к нему относится? Прогнал бы, и всё, – наблюдая за их перепалкой, ломаю голову. – Неспроста босс его слушает. Что-то с этим Лексом не так. Видимо, важная шишка».

– Правильно отец твой меня к тебе приставил. Без меня пропадешь.

Этот… Леша начинает невоспитанно ржать, продолжая пялиться в мою сторону. Я моментально вспыхиваю. Все его очарование вмиг слетело. Обнажились некрасивые черты характера. Дурнушка в обществе богатенького. Ну конечно же. Машинально отодвигаясь от него на самый краешек стула, я хмурюсь. Неприятно.

– Ты что, интересы поменял?

– Девушка работала весь день, не отрываясь. Я решил накормить. Не видишь, она еще ребенок! И ты её пугаешь. Заткнись.

– Ой. А ты защитником заделался. И как давно на работу детей берешь?

«Натуральный Васька», – заключаю я. Дебил из нашего дома. Ни дать ни взять – один типаж.

– Марк Леонидович, я, пожалуй, пойду, – подскакиваю я. От греха подальше смотрю под ноги.

– Иди, Виноградова. Завтра на работу к девяти, не опаздывай, – сухо бросает босс. Его тон подгоняет моё желание исчезнуть и более никогда не совершать подобных ошибок. Лучше с голоду помереть, чем опять вот так попасть в неприятности и быть обсмеянной. Знай, Лера, своё место. Нечего уши развешивать.

– А как же мороженое? – невинно хлопая глазками, поет Лекс.

– Спасибо, не хочется, – грубо бросаю я и, не прощаясь, иду прочь.

– Слушай, ну ты вообще, похоже, не смотришь, кого на работу берешь. Она ж никакая, – прилетает мне в спину. – Я думал, таких уже не бывает. Где ты ее откопал?

– В колледже местном. Выпускница, – глухо отвечает Марк. Слышу в его голосе толику сожаления или раздражения – непонятно. Мне было уже всё равно. Я шла не спеша, гордо задрав голову. Ни за что не стану позориться у них на глазах и трусливо сбегать.

– Нужно подыскать кого-то более презентабельного. У нее же вкуса ноль. Как одета? А внешний вид. Прическа. Невзрачная какая-то. Ты подумай.

– Не на выставку выбирал, – последнее, что слышу я от Марка, покидая кафе. На глазах наворачиваются слезы. А чего я ожидала? Всё сама знала. Пусть говорят и думают, что хотят. Главное, у меня есть работа и цель в жизни. Я знаю, чего хочу, и обязательно добьюсь успеха. И парня встречу, пусть скромнее, без таких вот красивых глаз, но доброго, заботливого и по мне. Чтоб не краснеть за себя в его обществе. Поигрался – и хватит, Марк Леонидович.

Домой вернулась, накрутив себя так, что от обиды за себя хотелось рыдать. Никакие уговоры не помогали. Здравый смысл не желал брать верх. Обманывать себя не получалось, Марк мне нравится. Вот так. На самом деле. Влюбилась с первого взгляда. Впервые испытывала подобное чувство – и что? Мне больно.

Шагая по комнате из угла в угол, стараюсь сосредоточиться на мыслях о проекте, но ничего не получается. Переодеваюсь в пижаму и заваливаюсь на постель. Несмотря на состояние, сон накрывает моментально. Мне снился он. Улыбался, шутил. А потом вдруг пропал, и я долго его искала, плакала, звала – так и проснулась с мокрыми от слез глазами.

Вот так тебе и надо, Лерочка. Пищала моя и без того низкая самооценка. Получится ли её реанимировать когда-нибудь? Она же почти при смерти. Сдохла бы уже, что ли, и не беспокоила понапрасну. Только жизнь портит.

«Ну зачем мне сейчас это все?» – простонала я в подушку.

А времени-то сколько? Подскакиваю. На часах полдевятого! Проспала! Ужас какой! Мне конец. Забыла будильник завести. Вот растяпа. Пока жалела себя вчера, обо всем позабыла.

Сборы заняли десять минут. Бежала до метро – волосы назад. Из лифта выскочила раскрасневшаяся и лохматая. Влетела в приемную, до одури напугала нашу силиконовую красавицу, поздоровалась, не притормаживая.

Замираю у двери Марка. Как стыдно. Время – начало десятого. Пятнадцать минут, которые могут стоить мне работы. Бесценные пятнадцать минут.

– Входи! Я слышал, как ты бежала по офису. Все слышали!

Его голос звучит ровно, невозможно угадать настроение. Спрятаться не получится. Открываю дверь, вхожу, понуро опустив голову.

– Доброе утро, Валерия.

Приглаживая волосы, поднимаю виноватый взгляд.

– Доброе утро, Марк Леонидович, – говорю полушепотом на выдохе и обмираю.

В кресле для посетителей восседает вчерашний хам. С самодовольной улыбкой он проходится по моей фигуре придирчивым взглядом.

– Опоздала, значит, – голос Лукьяненко отдает холодком, отчего я вжимаю голову в плечи.

До меня очень быстро доходит вся серьёзность ситуации. Я не просто опоздала – я подвела своего босса, принизила в глазах этого самого Лекса. Руки моментально холодеют, лицо начинает бледнеть. Смотря в глаза своему начальнику, я почти не дышу. Видимо, моя реакция очень впечатляет его. Он удивленно моргает и подается вперед.

– Иди к себе. И впредь постарайся не опаздывать, – голос звучит совершенно спокойно.

Я молча киваю и скрываюсь за дверями своего кабинета.

Валерьянки мне, кто-нибудь.

Глава 7

Стою, прижавшись спиной к двери. Руки сотрясает мелкой дрожью. Нужно успокоиться, выровнять дыхание и собраться с мыслями. В голове хаос. Как теперь на глаза боссу показаться? Придется опять весь день сидеть в кабинете.

За дверями тихо. Они там что, в молчанку решили поиграть? Приложила ухо к деревянной поверхности, прислушалась.

– Знаешь, Марк, никогда не понимал этого твоего пристрастия к благотворительности. Если хотел девчонке помочь, предложил бы что-то простенькое. К примеру, стены перекрасить. У тебя тут тоска смертная. Хотя по мне – для неё это тоже слишком…

– Алекс, ты суешь нос не в своё дело. Что тебе Леонид Валерьевич поручил? Проверить, как дела продвигаются? Могу отчеты скинуть. Поставки, финансы, договоры…

– Злишься? Ну что так? Мы ж с тобой со школьной скамьи плечо к плечу. Лука! Это же я. Забыл, как клятву верности давали друг другу?

– Это было давно. Детские забавы. Леш, давай начистоту. Я тебе не рад. И нос в мои дела совать не позволю. Ждешь, когда упаду в глазах нашего благодетеля? Не дождёшься.

– Да. Обидно. Не доверяешь. Слушай тогда, что скажу. Имя Элис о чём-то говорит?

Я прижалась к двери всем телом.

– Продолжай, – в голосе Марка послышались стальные нотки.

– Так вот. Твоя бывшая связалась с папочкой и слезно рассказала, как ты её, бедняжку, бросил… всё в подробностях.

– Я чего-то в этом роде ожидал, – усмехнулся мужчина.

Я услышала, как он поднялся и прошелся по кабинету.

– Это не самое интересное, – произнес друг детства и замолчал, будто чего-то выжидая. Не дождавшись от собеседника реакции, он громко вздохнул. – Она беременна! Ты понимаешь, чем это тебе это грозит?

Марк промолчал. А мне почему-то захотелось разрыдаться. Ну вот и приехали. Принц-то наш – король, да еще с королевой и наследником. Ну а чего я ожидала? Он взрослый, не мальчик. Красивый, богатый. Женщина должна быть, глупо предполагать, что он коротал дни и ночи в одиночестве. Отлипнув от двери, подошла к своему рабочему месту и уселась на мягкий стул.

На столе лежало моё сокровище – новенький пк с таким внутренним содержимым, что позавидовала бы самая состоятельная девочка с курса. Такого ни у кого в нашей группе уж точно не было. Я положила руку на прохладный корпус. Счастье получилось каким-то неискренним. Обманывать себя выходило плохо. Как же не вовремя эти чувства. Ой, как же я влипла.

Распахнув пк, запустила нужную программу. Машинально подключила графический планшет и взяла в руку ручку. Первый час работа вообще не ладилась, но терпение и труд всегда дают положительный результат. Спустя еще час мои душевные терзания поутихли, и я увлеклась. Картинки в голове рождались сами собой. Набросав море вариантов для оформления фасада АЗС, я тут же распечатала всё это и принялась изучать, на ходу внося изменения. Не заметила, как перебралась на пол.

Разложив образцы вокруг себя, присела на корточки. Передвигаясь на согнутых ногах с одним карандашом в зубах, вторым в волосах и третьим за ухом, старательно делала пометки и зарисовки. Подбирая оттенки и варианты палитры.

Переживая, что так и не получилось узнать у босса, есть ли у него особые пожелания, и расспросить о его предпочтениях, принимала решения сама. Если его что-то не устроит, то внесем правки позже. Может, и поговорить удастся на днях, когда он остынет. Общаться всё же придётся.

Ближе к обеду начала кружиться голова. Это и понятно, во рту с утра и маковой росинки не было. Усевшись прямо на пол, прижала ноги к животу. Сокрушённо опустив голову на колени, поняла, что просто не дотяну до вечера, если хотя бы что-то не съем.

В таком виде меня и застаёт мой начальник. Пребывая в состоянии глубокой печали и почти в обмороке от голода, я не замечаю, как он входит.

– Очень интересно, – окинув придирчивым взглядом беспорядок, который я устроила на полу, задумчиво тянет он, при этом почесывая подбородок.

Вскидывая голову, я испуганно смотрю на него, ожидая дальнейших комментариев, но он молчит.

– Я сейчас всё уберу.

– Не стоит. Если тебе так удобно, оставляй. Зайди ко мне. Сейчас. Дело есть. – Он хмурится и уходит.

Марк был расстроен. То ли всё ещё злился на меня за опоздание, то ли не радовался новостям, которые принёс Лекс.

Я медленно поднимаюсь с пола и плетусь следом. Ругать будет? Или, может, лишит части заработка? Догадки сменяются одна дугой, и всё не в мою пользу.

Вхожу. У стола босса стоит молодой мужчина. Увидев меня, он сконфуженно опускает глаза. Всматриваясь в его лицо, стараюсь сообразить, откуда он мне знаком, но вспомнить не получается. В его руках мой старенький ноутбук. Я округляю глаза.

– Извините, – негромко произносит незнакомец, потупившись. – Я обратился в сервис. Мне сказали, ремонт будет стоить дороже, чем эта модель продаётся в магазине. Если вас устроит, то я возмещу стоимость наличными. И… – Подняв на меня глаза, он виновато опускает их опять. – Я вас не заметил, прошу простить меня за неосторожность.

До меня медленно доходит смысл происходящего. С утра даже не спохватилась, что со стола пропал мой старичок. Значит, его в ремонт носили.

– А почему… Постой. Это же ты меня у лифта толкнул, – наконец вспоминаю я. И, ткнув в него пальцем, свожу брови к переносице.

– Еще раз прошу простить. Если можно, оставьте мне счет вашей карты, я сегодня же переведу сумму на покупку подобной модели.

Сложив руки на груди, я прищуриваюсь. Внутри меня ликует маленький отомщенный монстрик.

– Зайдете позже, я дам вам реквизиты. Новая зарплатная карта еще не готова. Документов на руках у неё нет.

Молодой человек согласно кивает и, развернувшись, поспешно покидает кабинет. Мы остаёмся одни. Я молчу, хотя понимаю, что нужно что-то сказать. Не сам же этот раскаявшийся грешник меня нашел и решил выложить кругленькую сумму на возмещение убытков. Тут явно кое-кто приложил руку.

– Спасибо, Марк Леонидович. Не стоило беспокоиться. Вы и так уже помогли.

– Стоило. Терпеть не могу, когда люди не отвечают за свои поступки. Тем более для него эта сумма несущественна.

– Спасибо еще раз. И… извините за опоздание. Я будильник забыла завести.

– Если у тебя телефон такой же, как ноутбук, то всё предельно понятно.

Я вспыхнула, почему-то стало обидно. Раньше такого за собой не замечала. Ну не всем же быть богатыми. Зря он это. Неприятно. Опустив голову, намереваюсь сбежать к себе.

– Обиделась? – слышу в спину и останавливаюсь.

– Нет. На правду не обижаются.

Я понимаю всю комичность ситуации. Да не обидели меня его слова, я действительно другого социального статуса. Ну и что? Никогда меня не парили такие вещи. Но почему-то захотелось, чтобы он не был этим самым владельцем АЗС. Но всё так, как есть. И вот от этого было горько.

– Лера. Ты опять обед пропустила, – как бы невзначай говорит он, сверля мне взглядом спину.

– Да. А у вас тут кулера, случайно, нет? – перевожу я тему.

– Случайно нет. А что, надо?

Я киваю.

– Может, сходим вниз, в кафе? – зачем-то продолжает Марк.

– Спасибо. Вчера наелась, – отвечаю я и тут же прикусываю язык. Да поздно уже.

– Будет тебе кулер. Завтра только. Сегодня не успею.

– Только в холле. Для всех. И обеденная зона.

– Хорошо.

– С микроволновкой, – наглею я, поражаясь своей смелости или дурости – уже и не знаю.

– Может, повернешься? Со спиной как-то неудобно разговаривать.

Я медленно оборачиваюсь. Смотрю в стену. В глаза не решаюсь.

– Понятно. Значит, всё сначала начнём. – Почесав затылок, он сокрушенно вздыхает.

– Почему Лука? – вдруг спрашиваю я.

– А… со школы как-то прилипло. Лукьяненко – видимо, поэтому.

Я киваю, соглашаясь. Логично. На него так и не смотрю. Марк же изучает пристальным взглядом моё лицо, почти осязаемо. Надеюсь, что пройдёт время и ему наскучит играть со мной. Или я научусь нормально реагировать на него. Пока мне трудно. Очень. Внутри все переворачивается. Сердце стучит где-то в горле. Ладошки начинают потеть.

Помолчав еще секунд двадцать, босс вздыхает и, захватив со стола свой дорогущий сотовый, молча уходит.

Стою, силясь понять, что вообще происходит между нами, но в голову ничего нормального не идёт. Закрываю лицо руками и издаю непонятный звук, похожий на писк щенка.

– Что это с тобой? – голос Дарьи заставляет меня подскочить на месте. Хватаясь за сердце, смотрю на нее огромными глазами.

– Все-таки досталось тебе за опоздание, – делает свой вывод она и вздыхает. – Так тебе и надо. На работу, вообще-то, за пятнадцать минут до начала рабочего дня приходят. А не наоборот. Тебе особых привилегий не будет. И пропуск свой забери. Я тебе открывать не буду. Много чести, – выпалив все как на духу, Даша складывает руки на груди и цокает, оценив мой внешний вид. – Вообще, у нас тут имеется дресс-код. И в таком виде Марк на работу никому ходить не позволяет.

– Что есть, то и ношу, – отмахиваюсь я, спокойно реагируя на её критику, так как не слышу в голосе издевки. Больше похоже на придирки старшей сестры.

– Ну, к сведению прими. Поройся у себя в шкафах, может, что-то более подходящее есть.

– Нету. – Я сокрушенно опускаю взгляд на свои потертые джинсы.

– Попроси аванс. Купи, – не унимается секретарь. – Если хочешь, помогу с выбором одежды. Я неплохо разбираюсь в этом. Помогу… бесплатно.

– Даш, а где тут можно недорого поесть? Мне искать некогда, а кушать очень хочется. И денег мало.

– Идём, покажу. Я как раз собиралась обедать.

– Только недорого – это недорого. А не ваше это… фи-и-и.

– Да поняла я. Поняла. Хочешь, денег в займы дам? Но аванс ты попроси. Марк в деньгах, если кому нужно, не отказывает никогда, – назидательно говорит странно раздобревшая девушка.

Становится приятно. Неплохая в итоге эта силиконовая оказалась. Всё же иметь хорошие отношения со всеми сотрудниками – это большой плюс. А вдруг и вправду денег придётся занять? Просить у босса до проделанной работы как-то неудобно. Неожиданно Даша разворачивается ко мне.

– Я про деньги не шучу. Хоть что-то из вещей поприличнее купишь, а то идти рядом с тобой даже как-то… ну ты меня услышала.

«Вот же мымра», – вспыхиваю я.

Глава 8

Кафе оказалось действительно недорогим. Дарья, на удивление, уселась обедать за одним со мной столиком. Мы даже поболтали о пустяках. Задевать меня больше она не пыталась, не выспрашивала о личном. Вообще, обедом я осталась довольна и в офис вернулась уже в более приподнятом настроении.

Марка на месте не оказалось. Видимо, дела. Подойдя к его столу, провожу пальчиками по полированному дереву и вздыхаю. Что толку страдать теперь? Ничего не изменишь. Радовало одно: сердце выбрало достойного мужчину, а того, что он очень далеко, почти из другой вселенной, не исправить. Ничего. Переживём. Не первые трудности в моей жизни.

«Эх, Виноградова. Вечно с тобой какие-то неприятности», – прозвучал в голове голос Анны Михайловны. Вздохнув, спрятала руки за спину и пошла к себе. Работать. А то еще уволит – вот это будет треш.

Открываю дверь и попадаю в рай. Аромат свежеиспеченной пиццы наполняет помещение. Принюхиваюсь и с блаженством закрываю глаза. На столе лежит плоская картонная коробка, рядом пластиковая бутылочка с зеленым чаем. Неужели это он? Марк купил мне самую вкусную еду, которую могло изобрести человечество. Ну если, конечно, не считать пельменей и еще пары-тройки блюд. Чувство бесконечного счастья накрывает с головой. Хорошо, что с Дашей поели не плотно. Раскрываю коробку. Пеперони. М-м-м…

После третьего кусочка понимаю, что больше не лезет. Раскупорив чай, отпиваю несколько глотков. Начинает клонить в сон. Сегодня нужно обязательно лечь спать вовремя. И будильник завести.

Сбегав в туалет, убираю недоеденное в стол и возвращаюсь к работе. Образ Марка не выходит из головы. Ну вот опять двадцать пять. Рука самопроизвольно выводит линии на планшете, и уже через час на меня с монитора смотрит он. Впервые так легко получается точно передать все черты лица. Глаза, улыбка, чувственные губы. Слегка вскинутые темные брови и морщинка на лбу. Волосы, собранные в пучок черной простой резиночкой. Красивый. Идеальный. Касаюсь пальцем монитора. Вот это и будет мой принц. Только мой. Ведь у рисунка нет статуса. Распечатываю портрет и, положив рядом, возвращаюсь к работе.

Марк до конца дня так и не появился. Хотелось увидеться с ним еще разок сегодня, просто сказать «пока», но, к сожалению, этому сбыться не суждено. Просидев в офисе почти до девяти, ухожу самой последней. На этаже тишина. Как пользоваться пропуском, спросить не у кого. Поэтому интуитивно прикладываю его к датчику на двери, дожидаюсь реакции замка. Система издает писк и после щелчок. Дверь легко поддается, и я выхожу в холл. Лифт. Парковка. Метро. Десять минут пешком, и вот мой дом. Хороший район, кстати. Десятиэтажки. Живут тут приличные люди, никакого сброда, кроме Васьки соседа. Ну вот почему один придурок и именно в моем подъезде?

– О, Лерка. Давно не виделись, – прилетает мне в спину, когда я почти у цели и достаю ключи. Надо же, у самой двери застал.

– И это были самые счастливые дни моей жизни, – бросаю я, спешно запихивая ключ в замок.

– Ну куда же ты так спешишь? Неужели не рада нашей встрече? – Он ускоряется, стараясь поймать меня в последний момент. Захлопываю тяжелую металлическую дверь с его рукой, слышу отборную брань. Ослабив давление, освобождаю ушибленную конечность и закрываюсь на два поворота. Продолжая громко материться, сосед покидает подъезд несолоно хлебавши. От пережитого минутного стресса начинает болеть голова. Мысленно посылаю соседу вдогонку его же словечки, раздеваюсь и прямиком в ванную. Есть не хотелось, в желудке всё ещё чувствовалась приятная тяжесть от пиццы, остатки которой я забрала домой. Еще и позавтракать будет чем.

Засыпала я с мыслями о работе. В голове пока еще не укладывался окончательный вариант моего дизайна. Но, слава богу, времени на разработку пока предостаточно. Вспомнив, что оставила портрет Марка на столе, повернулась на другой бок и наконец провалилась в тревожный сон. Мне опять снился он. Улыбался и смотрел на меня с такой нежностью. К чему бы это?

Глава 9

Марк

Усевшись за руль своего авто, неосознанно поднимаю взгляд вверх, щурюсь. Бизнес-центр сверкает в лучах солнца. Где-то там наверху офис. Моя головная боль. Умом понимаю, что постоянно бегать от своих обязанностей не получится, но продолжать дело отца под его руководством мне не улыбается. Не то что бы я этого не хотел из вредности. Бизнес прибыльный, и я в нём смыслю. Но… Просто отец – довольно своеобразный , властный человек, с которым очень тяжело иметь общие дела. А быть его сыном вообще непосильная ноша. Разве что Леха Хитченко справлялся с этой ролью без особого труда, да еще и с чрезмерным рвением. Вот кто должен быть его сыном, не я. Они отлично спелись. Может, нас с ним в роддоме подменили? И родились же практически в один день.

Вести, которые принес бывший друг, заставляли беситься от злости. Элис беременна. Еще нужно проверить, кто отец, если эта беременность не фарс. Думает, после всего того, что сделала, можно вернуть наши отношения? Меркантильная стерва. Костьми лягу, но ничего у неё не выгорит. Если папенька захочет растить наследничка, пусть сам на ней женится. Великолепная пара получится. Бесчувственный сноб и корыстная, беспринципная кукла. Как же я раньше не замечал? В ней же ничего настоящего. Ни одного слова правды за пять лет отношений. Да, Лука, ты настоящий болван.

Что ж, бегай не бегай – разговора с отцом избежать не получится. Лучше разобраться сразу. Иначе они меня женят под шумок. Вот тогда придется тяжело.

Разговор с отцом, как я и ожидал, вышел непростым. Мои доводы он не услышал. Отказавшись жениться наотрез, я уходил из его офиса в состоянии разъяренного тигра.

– Я лишу тебя наследства. Будешь начинать, как все, с низов. С заправщика! – орал мне в спину Леонид Валерьевич, сверкая своим фирменным хищным взглядом. Но я мог понять его мотивы. Породниться с одним из крупнейших инвесторов из-за рубежа. Европа. Открытый выход на мировой рынок – вот чего я лишал отца. Буквально душил на корню его крупнейший проект. Это как вырвать из пасти добермана кусок мяса. Деньги – они были на первом месте. А я неудачное вложение, не более. – Весь в мамашу пошёл. Это её кровь не дает тебе стать настоящим мужиком.

Остановившись, я сжал пальцы в кулаки. Глаза налились кровью.

– Не смей говорить о ней в таком тоне. Немудрено, что она так рано умерла. С таким тираном ей на этом свете жизни не было. Ушла туда, где ты её уж точно не достанешь.

Не дожидаясь ответа от отца, ушёл, громко хлопнув дверью.

Бар. Время позднее. Стакан за стаканом. Виски шли на ура. Бросая в бокал лёд, смотрел по сторонам. Молодежь прибывала. Девушки, парни. Ловя на себе любопытные взгляды молоденьких красавиц, ухмылялся. Нет стеснения или робости в этих современных малышках. Ведь еще совсем юные, а глаза прожженных хищниц. Готовы накинуться прямо здесь. Чуют запах денег. Становится противно. Отмахнувшись от одной, как от надоедливой мухи, делаю жест бармену. Тот понимает без слов. Мой стакан наполняется до краев. Голова плывет.

– Привет, красавчик. Скучаешь? – лениво раздается у самого уха. На плечо ложится рука, нос щекочет аромат тяжелых духов.

Поворачиваюсь. Девчонка лет двадцати. Красивая. Губы накрашены ярко-красной помадой. Светлые волосы собраны в высокий хвост. Поднимаю взгляд к глазам. Голубые. В памяти всплывает образ совершенно другой девушки. Чистый, наивный взгляд, пушистые ресницы и легкий румянец на щеках.

– Лера, – произношу её имя вслух и глупо улыбаюсь.

– Не угадал. Лика, – шепчет незнакомка, почти касаясь губами уха. – Составить компанию… м-м-м?

Я хмыкаю. Женщины у меня давненько не было – почему бы и нет? Эта вроде уже на всё согласна. Поправляя пальцем тонкую бретельку, скатившуюся с её хрупкого плеча, оценивающе осматриваю стройную фигуру. Хороша. Моргаю. Снова картинка меняется. Перед глазами девчонка в потертых джинсах и простенькой трикотажной футболке. Небольшая полная грудь, тонкая талия, округлые бедра, которые невозможно спрятать даже под мешковатой одеждой. Она как наваждение. Мотаю головой, прогоняя образ. Зажмуриваюсь.

– Перебрал? Ну ничего, нам это не помешает, – шепчут мне куда-то в шею.

Навязчивость незнакомки начинает бесить. Залпом допиваю остатки горячительного, поднимаюсь и неровной походкой иду на выход. Отмахиваясь от прилетевших в спину возмущений, выхожу на свежий воздух. Такси находится быстро. Полчаса, и я дома. Квартира новая, еще не обжитая. Я почему-то так и не занялся обстановкой. Есть где спать и мыться, шкаф с одеждой тоже имеется. Ем в кафе, большую часть суток нахожусь на работе или в дороге. Зачем мне что-то еще? Для кого?

Теплый душ немного отрезвляет.

Просушивая волосы махровым полотенцем, подхожу к окну. Меня не смущает нагота. Кто тут увидит? Двадцать пятый этаж. Везет мне на эту цифру.

Может, стоит все-таки уют навести? Дизайнеров нанять. Мысли возвращаются всё к той же девчонке. О чем бы я ни подумал, перед глазами возникает она.

– Лера, – шепчу вслух, оставляя на стекле след от горячего дыхания. На губах появляется улыбка. «Интересно, как она отреагировала на мой подарок? Надеюсь, не выбросила».

Подхожу к столу. Врубаю домашний пк. Подключаюсь к камерам слежения в офисе. Отматываю запись назад. Что я хочу увидеть, не знаю сам. В её кабинете нет камеры, я не решился на это. Тотальная слежка за девчонкой – это уже перебор. Но желание, если признаться себе честно, было.

Я смотрю на монитор с замиранием сердца. Сам не понимаю, отчего вдруг такие эмоции. Вот она возвращается с обеда. Несмело подходит к столу. Касается столешницы пальчиками, ведет осторожно, еле касаясь. На лице странная улыбка, которая в момент сходит на нет. Она чем-то огорчена. Убирает руки. Делает шаг назад. Что её могло расстроить? Хмурюсь. Время за полночь. Нужно спать. Сон приходит не сразу. Сколько ворочался – не знаю. Засыпаю с её образом перед глазами. Моя. Обязательно будет моя. Нежная, пугливая, невинная. То, чего в моей жизни больше всего не хватает. То, что не купить за деньги. Она.

Утро встречает тяжестью в голове. Время – семь. Еще бы поспать, но в таком состоянии уснуть не получается. Невыносимо хочется пить. В такие моменты жалею, что живу один. Благо такое со мной случается редко. Делать нечего, сгребаю себя в охапку и встаю. Дорога на кухню показалась квестом.

Залпом выпиваю два стакана воды. Надо бы позавтракать, но о еде думать вообще не хочется. Кофе. Делаю пометку в голове – купить кофемашину. Главное, не забыть. Плетусь в ванную. Душ помогает прийти в себя. Но одеваюсь всё в том же настроении. В голове лишь одно желание. Кофе.

За рулем с головной болью то еще удовольствие, но выбора нет. Что-то зачастило это словосочетание в моей жизни. Зацикливаться на этом не хочется. Много обязанностей, ответственность и высокая занятость располагают к некоторым неудобствам. Сегодня опять заявлюсь в офис первый.

Кофе не помог. Голова продолжала болеть. Войдя в кабинет, не спеша прохожусь по периметру и останавливаюсь у двери Леры. Осторожно открываю её и вхожу. Ощущение такое, будто вломился в чужой дом без приглашения.

Свет из окна отлично освещает помещение. Рассматривая рисунки на полу, начинаю улыбаться. Очень интересный ход мыслей у этой девчонки. Мне нравится. Действительно хорошо. День начинает налаживаться.

Подхожу к столу. Взгляд приковывает еще один интересный рисунок. Брови ползут вверх сами собой. Мой портрет. Я вижу себя. Значит, думала обо мне. Рассмотрев в правом нижнем углу маленькое сердечко, начирканное простым карандашом, чувствую, как настроение резко ползет вверх. Вот, значит, почему все её колючки. Возвращаю листок на место.

Лера

Будильник настойчиво пиликал, нарушая тишину и прогоняя чары сна. Сладко зеваю и тру глаза. Время полседьмого. А-а-а. Рань-то какая. Ужас.

Сборы занимают чуть больше получаса. Основная часть времени уходит на бесполезные поиски в глубинах шкафа чего-то подходящего для офиса. Но увы. Белая футболка, черные джинсы и мои старенькие кроссы – всё, что я нашла. Остальное хоть выбрасывай. Дашка права: как ни крути, нужна приличная одежда. Первая зарплата пойдет на новый гардероб. Иначе меня в один прекрасный день в офис просто не пустят. Хотя о чем я? Пропуск уже есть. Просто не хочу, чтобы всякие козлы вроде Лекса смотрели на меня с пренебрежением из-за каких-то тряпок.

Неожиданный телефонный звонок заставляет подпрыгнуть. На экране маячит знакомый номер. Входящий от опекуна. Вздыхаю: делать нечего, не взять не могу. Я все еще на его обеспечении.

– Лера.

– Я слушаю, – отзываюсь неприветливо, но с той стороны провода ничего другого и не ждут.

У нас всегда были только деловые отношения. После того как погибли мои родители, ему пришлось взять меня под свое крыло. Дальний родственник. Он согласился, только чтобы избежать осуждений в свой адрес. Любви между нами не было никогда, даже теплых отношений спустя время не появилось. Но как быть, если ты публичный человек? Приютил сиротку. Сплошные плюсы для местной шишки. В нашем городе он был и есть глава района. Сколько бонусов получил этот мужчина после огласки истории со мной! И никому ведь не важно, что сиротка жила всё это время очень скромно и никто её особо не баловал. Снимал квартиру – и на том спасибо. А выживать мне приходилось на пособия и деньги от временных подработок. Негусто, но лучше, чем ничего.

– От твоего куратора я узнал, что ты получила работу.

– Да. Сегодня третий рабочий день.

– Поздравляю. Я правильно понимаю, в моей помощи надобности нет? – звучит скорее как утверждение, чем как вопрос.

– Александр Владимирович, я…

– Послушай. Ты девушка взрослая, давно совершеннолетняя, и пора бы самой начать о себе заботиться. Самостоятельность благотворно влияет на правильное формирование личности. Так о чём это я? А… вчера я отзвонился хозяйке квартиры и расторгнул с ней договор.

– Как? Зачем? Почему не обговорили сначала со мной? – Меня бросило в холодный пот.

– В чем проблема? Перезвони, заключи заново. Всё. Мне некогда. Давай. Удачи.

– До свидания, – проговорила я севшим голосом. В душе нарастала паника. Меня могут выселить из квартиры.

Так, Лера, успокойся. Всё хорошо. Еще ничего не потеряно. Деньги мне Марк Леонидович заплатит, я не сомневаюсь. С хозяйкой договорюсь. Я ведь очень хороший жилец. Со мной никогда не было никаких проблем. Все тихо-мирно.

Повторный звонок. На автомате принимаю вызов.

– Валерия, доброе утро. Надеюсь, не разбудила. Мне вчера звонил твой отец. – От этой фразы меня слегка коробит, но исправлять женщину я не решаюсь. – Конечно, так не делается, нужно предупреждать заранее, но именно вам пойду на уступки. Хорошо, что желающие на квартиру у меня имеются. В общем, я не стану требовать неустойку, можешь спокойно съезжать к концу месяца…

– Постойте, Елена Сергеевна, но я не хочу съезжать! Мне бы перезаключить договор на своё имя, – я пытаюсь прервать её словарный поток.

– Э-э-эм, деточка, к сожалению, это невозможно. Я уже сдала жильё и предоплату получила за три месяца вперед, – женщина чуть ли не причмокивает в трубку от удовольствия, сообщая свои новости.

– Когда? Когда вы успели? Почему не спросили меня, прежде чем вот так просто выгонять на улицу? – Руки похолодели.

– Но твой отец…

– Не отец он мне, – не сдержавшись, рычу в трубку и тут же, опомнившись, больно кусаю губу.

– Ой. Это ваши семейные дела, разбирайтесь сами. Я квартиру сдала – гораздо дороже и с хорошей предоплатой. Поэтому вопрос закрыт. За ключами приду в конце месяца. Будь добра, оставь после себя порядок!

Короткие гудки из трубки. Всё, разговор закончен. Я ничего не успела сделать. Ничего. Ну как тут не завыть? Меня оставили на улице. Чуть больше десяти дней, и я пойду жить на лавочку. Дома нет. Придется возвращаться в свой посёлок. Туда, где родилась. Вот там уж точно мои таланты никому не нужны. Осмотревшись, совсем поникла. За последние четыре года эти стены стали мне как родные. Не хотелось мне отсюда уходить, и всё тут. Глаза наполнились слезами. Ну и где справедливость? Мироздание, тебе забавно сироту обижать?

А вот фиг вам всем. Не сдамся. Не буду реветь. Пока у меня есть работа и ожидается хорошая оплата, я буду на плаву. Прорвусь назло всем.

Всё внутри меня рвалось на работу. Там можно отвлечься на дела, там он. Не дожидаясь восьми часов, убегаю из дома. К бизнес-центру являюсь за полчаса до начала рабочего дня. На этаже царит тишина. Довольная тем, что пришла самая первая, шагаю не спеша, взгляд скользит по светлым обоям на стенах. Скоро здесь всё изменится – от предвкушения потираю руки.

Даши на рабочем месте не оказалось. Показав её столу язык, поспешила дальше.

Присутствие Марка в кабинете, как ни странно, сразу не замечаю. Да и он не реагирует на моё появление. Удивительно, но он спал, сложив руки на столе и устроив на них голову. Его плечи размеренно поднимались в такт дыханию. Тихое сопение подтверждало мои догадки. Подхожу очень тихо и заглядываю ему через плечо. Забавный. Хмурится даже во сне. Что-то беспокоит. Такой милый, как мальчишка. Улыбка сама ползет на губы. Ничего не могу с собой поделать. Хочется прикоснуться к нему и погладить по голове. Рука сама тянется к его волосам, но неожиданно кто-то громко хлопает дверью и раздается стук каблучков. Даша. Я отдергиваю руку, а босс открывает глаза.

Его сонный взгляд останавливается на моем лице. Я улыбаюсь в ответ.

– Доброе утро, Марк Леонидович.

– Лера… я уснул.

– Да. – Я тут же начинаю кивать как болванчик, старательно пряча улыбку.

– Давно тут стоишь?

– Нет. Только вошла, – немного привираю, чтобы его не смущать.

Босс морщится и, размяв шею, бросает тоскливый взгляд на пустую бутылку из-под воды на своем столе.

– Принести попить? – предлагаю я с улыбкой.

– Было бы неплохо. – Его губы растягиваются в благодарной улыбке. Широко зевнув, он откидывается на спинку кресла.

Рассматриваю его, склонив голову набок. Нет, на козла он совсем не похож. Больше на кота.

– Только у нас нет кулера, и поэтому вода только из-под крана, – с неприсущей мне вредностью напоминаю о его невыполненном обещании.

Он опять щурится и смотрит хитрым взглядом.

– Понял я, понял. Сойдёт вода из-под крана.

Схватив бутылку, бегу к себе. Вернувшись, застаю его всё в том же положении. Сидит с совершенно разбитым видом, обхватив голову руками. Увидев меня, вымученно улыбается и тянет руку к воде. Кому-то вчера, видимо, было очень весело. А сегодня мучает головная боль. Красные глаза и вздутые вены на висках, которые я сразу не заметила, подтверждают мои подозрения.

– Голова болит? – зачем-то спрашиваю я, протягивая воду.

Моча кивает и, сделав несколько глотков, прикладывает прохладный пластик ко лбу.

– Когда у меня болела голова, мама прикладывала мне ладошки к лицу, и всё проходило, – зачем-то говорю, опуская глаза.

– Она была волшебницей? – Марк по-доброму улыбается.

– Нет. Просто была.

– Почему была?

– Я сирота, Марк Леонидович.

Почему-то именно сейчас не хочу умалчивать об этом.

– Но это не указано в твоём резюме. Информация о родителях есть, а о том, что их нет в живых, ни слова. – Его удивление было настолько искренним, что я решилась быть с ним до конца откровенной. Что уж скрывать, смысла нет.

– Я никогда никому не говорила. Нигде не указывала.

– Даже мой допрос выдержала и не проговорилась.

Я киваю и смотрю на него сверху вниз. А потом решаюсь на самый смелый и безрассудный поступок в своей жизни. Подхожу и обхватываю его лицо руками. Прижимаю пальцы к вискам и осторожно массирую кожу. При этом тихо шепчу детскую смешную присказку:

– У кошечки боли, у собачки боли, а у Марка пройди. – Наблюдая, как у моего начальника на губах расцветает улыбка, я не сдерживаюсь и начинаю смеяться. – Ну вот и вылечила, – делаю я заключение и прячу руки за спину. – Помогло?

Марк кивает, не сводя с меня глаз.

– Пойду работать. – Я отступаю от него на шаг и, развернувшись, просто сбегаю. Что он там не видел? Сотый румянец на моих щеках?

Чувствую прожигающий спину взгляд. Сердце делает кульбит. Я понимаю, что сделала, и прихожу от своих действий в тихий ужас. Или же это восторг? Как только решилась? Желание прикоснуться к нему, помочь облегчить боль было сильнее меня. Вот теперь заделалась местной целительницей. Да неважно. Я получила то, чего хотела.

Спрятавшись за дверью, разворачиваю ладони к себе и улыбаюсь. У него колючие щеки, как у папы. И когда я успела повзрослеть до такого возраста, что стали нравиться мужчины со щетиной? Кажется, период с парнями я просто тупо пропустила. Прячу лицо в ладошках. У меня же есть таблетка обезболивающего. Несусь к столу, достаю. Ура. Лечу к Марку и, распахнув дверь, замираю с открытым ртом. Он не один.

Босс стоит у стола спиной ко мне, а на его шее в прямом смысле этого слова висит красивая девушка. Не просто красивая, а шикарная. Сногсшибательная фигура в обтягивающем черном платьице, туфельки на высоченной шпильке, сумочка, сережки и невероятно красивая заплаканная мордашка. Девушку, как картинку, вырезали из модного глянцевого журнала и перенесли сюда. На щеках незнакомки блестят влажные дорожки слёз, но при этом весь макияж не тронут, даже тушь.

Я открываю рот, но так ничего и не произношу. Просто стою какое-то время на месте с огромными от удивления глазами.

Мне плохо, дурно, злость вперемешку с обидой накрывают с головой. Раньше я испытывала что-то подобное, когда отворачивались друзья, находили компании повеселее и вовсе забывали обо мне. Но сейчас эти чувства были во сто крат хуже. В носу защипало от слёз. Я знала, что она есть. Эта королева. Но к встрече готова не была. Марк оборачивается и как-то странно смотрит на меня. Опустив глаза, шагаю обратно в свой кабинет.

– Извините, – не знаю, услышал ли он мой шепот, или мне показалось, что я сказала это вслух. Как же неприятно. Фух. Да что со мной?

Включив на ноутбуке классическую музыку, затыкаю уши наушниками и принимаюсь за работу. Несколько раз приходится добавлять громкость, потому как ссора за дверями набирала обороты. В конце концов я накрываю уши еще и руками и зажмуриваюсь. Не знаю, сколько сижу так. Не хочу слышать ничего. И без подробностей дурно. Неожиданное лёгкое прикосновение к руке заставляет испуганно подпрыгнуть на своём месте.

Распахиваю глаза. Марк стоит рядом, его лицо пылает. Видимо, разговор с той девушкой дался ему тяжело. Тут же возвращаю взгляд на монитор.

– Извини за то, что пришлось стать свидетелем моих проблем.

Я просто отмахиваюсь, изображая безразличие.

– Ты что-то хотела? – устало произносит он, заглядывая в лицо. Его настойчивость немного волнует. Складывается впечатление, что ему что-то нужно от меня.

– Я? Да. Хотела предложить таблетку от головы…

– Позавтракай со мной, – перебивает он меня. – Обещаю, никаких неприятных личностей, как в прошлый раз, за нашим столиком не будет.

Я удивленно поднимаю на него глаза. Он смотрит так странно, бровки домиком, губы поджаты. И я сдаюсь, согласно киваю.

– Но у меня есть два условия.

– О, шантаж. Не ожидал.

– Мелкий – и всё во благо вашей компании.

– Ну так и быть, в качестве исключения пойду с тобой на соглашение. Обычно я неумолим. Но если условия два, то тогда с тебя ещё ужин.

Я удивленно вскидываю брови.

– Ну, Марк Леонидович, умеете вы переговоры вести.

Он самодовольно складывает руки на груди, смотря на меня сверху вниз. В глазах пляшет озорной огонек.

– Я согласна, только условия у меня очень простенькие. Поэтому подумайте о цене. Получится, что в выигрыше останусь я. Получу и завтрак, и ужин за ваш счет.

– Ты, Валерия, совершенно бескорыстная девушка. Разве можно о таком вслух говорить?

Я пожимаю плечами и улыбаюсь.

– Первое условие… – Я достаю стандарт с таблетками и кладу на стол перед ним.

– Что это?

– Таблетки от головной боли. Может, конечно, магии было достаточно, но с этим как-то надежнее. Головную боль терпеть нельзя.

Он улыбается ещё шире и смотрит на меня с благодарностью и нескрываемой нежностью. Раньше я не замечала у людей во взгляде такого тепла по отношению ко мне – может, просто не обращала внимания. Но его взгляд было очень легко читать. Смущаюсь. Чтобы не создавать неловкий момент, убегаю за стаканом воды. Марк ждёт и с улыбкой принимает помощь.

– А второе условие?

– Оно относится к моей работе, непосредственно к проекту. Мне нужно задать вам несколько вопросов относительно дизайна АЗС. Я понимаю, что за едой это делать неудобно, но во второй раз вы не отвертитесь. – Он морщится и, запивая водой лекарство, вздыхает. – Мне очень надо, – тяну я, делая щенячьи глаза. – Иначе работа встанет.

– Хорошо. Раз я согласился, то слово сдержу. Но ты не забудь про ужин, и без разговоров о работе. И кстати, сегодня пятница.

Я вопросительно смотрю на него, силясь понять, что он имеет в виду.

– Завтра выходной.

Я пожимаю плечами. Точно. Не нужно идти на работу. С лица сползает улыбка.

– Офис будет закрыт, – озвучиваю первое, что пришло в голову.

– Нет. Этаж всегда в доступе для сотрудников. Но… ты что, собралась работать на выходных?

– Мне нечего делать дома.

– Спи, отдыхай, смотри телевизор. Встречайся с друзьями. Ре-лакс, – произносит он по слогам.

– Я еще не устала от работы, – отмахиваюсь я.

Он сокрушенно качает головой.

– Идём. Я свожу тебя в одно место.

– Балуете сиротку, – не подумав, бросаю я, на что получаю строгий взгляд.

– Хорошего же ты обо мне мнения.

– Простите. – Опускаю глаза. Становится неудобно. Вот зачем я это ляпнула? Обиделся.

– Ладно, забыли. Идем уже.

Дашка встречает босса улыбкой, но, когда из-за его спины показываюсь я, резко скисает.

–Дарья, вернусь через час, максимум два. Телефон на тебе, – бросает Марк, открывая мне дверь. – Посторонних в мой кабинет не впускай.

Даша бестолково кивает в ответ, провожая нас пристальным взглядом.

Махнув секретарю блокнотом, я даю ей понять, что общие дела у нас исключительно по работе, но скептическое выражение её лица вещает: не поверила. Убегаю. Пусть думает, что хочет, её дело. Главное, чтоб от возмущения не лопнула. Нам с ней ещё предстоит мой гардероб обновлять, надо поберечь её, бедолажку.

Глава 10

В этот раз по центру мы шли спокойно. Я не бежала за мужчиной, потому что он терпеливо шагал рядом, подстраиваясь под мой темп. Из лифта мы вышли одновременно, он интуитивно взял меня за руку, увлекая в нужную сторону. Заметив моё замешательство, разжал пальцы и улыбнулся. Я выдохнула. Его прикосновение, даже такое невинное, безумно волновало и смущало, отчего ладошка начинала медленно потеть. Не хотелось, чтобы он это заметил.

Марк решил завтракать вне центра. Это я поняла, когда мы целенаправленно двинулись в сторону выхода.

– Мы куда-то пойдем?

– Поедем, – прилетело уточнение с лучезарной улыбкой.

Ох. Он что, меня на своей машине повезёт? Я опешила.

– Лера, ты так живо на всё реагируешь.

– Я помню. Это плохо, – стушевалась я, поджав губы.

– Со мной можно. Мне это нравится.

– Да? – Мои брови непроизвольно ползут вверх.

Он кивает и, взяв меня за руку, тащит за собой. Внутри все протестует. Ну зачем он куда-то собрался? Зачем? В нашем центре ресторанов и кафе предостаточно.

– Для чего куда-то ехать? Еды и тут полно. У вас что, диета специальная какая-то?

– Так… не у вас, а у тебя. Мы за пределами офиса. У меня прошла голова, и я хочу прокатиться.

– Может, вернемся? – упираюсь я. – Только время зря потратим.

Марк оборачивается и серьёзно смотрит на меня.

– Ты что, ехать со мной боишься?

– Нет. Не то чтобы боюсь…

– Идем. Не обижу, – бросает Марк и, улыбаясь, достает брелок. Машина издает сигнал и призывно моргает фарами. – Поехали уже, трусишка.

Я вздыхаю и плетусь следом.

«За сердце я свое боюсь. Разлетится оно вдребезги, Марк Леонидович, у ваших ног».

Завтрак наш проходил не совсем обычно и одновременно просто. Мы остановились возле автокафе, сделали заказ и, забрав еду, поехали в парк. Ели на свежем воздухе, разместившись прямо на траве. Марк много шутил, рассказывал смешные истории из своего детства, и в конце концов я расслабилась и начала хохотать вместе с ним. На удивление, общаться было легко. Вне офиса я быстро позабыла о том, кто он на самом деле, и даже о том, какая пропасть, между нами. Я влюблялась, и с каждой минутой все больше, моё сердце пело и тянулось к этому замечательному, доброму и красивому мужчине.

Когда приходит время достать блокнот и поговорить о работе, он меняется в лице, и выражение отнюдь не радостное.

– Марк Леонидович, вы невыносимы, – сморщив нос, тяну я.

– Лера, ну умеешь ты быть занудой, честное слово. Все же было так хорошо. – Легким движением он стягивает резинку с волос и пытается уложить их руками. Ветер мешает и разбрасывает и без того непослушные пряди.

– Можно я помогу? – Я протягиваю руку ладонью вверх. Он на секунду замирает, обдумывая моё предложение, пожимает плечами и подаёт резиночку.

Я хватаю эту простую вещичку и встаю у мужчины за спиной. Пальцы покалывает от предвкушения. Мне безумно нравятся его волосы. Настоящее чудо. Такие мягкие и удивительно белые. Осторожно расправляя прядки, я стараюсь делать все предельно аккуратно и нежно. Собираю хвост, расправляя пальчиками каждый волосок. Вижу, как на открытых участках тела мужчины появляются мурашки. Он мелко вздрагивает.

– Итак… – начинаю я нараспев. – Какой у тебя любимый цвет?

– Что-о? – слегка ошалело переспрашивает он и прокашливается. – Лера, ты… ты…

– Да, я Лера. И мне жизненно необходимо определиться с цветовой палитрой для вашего проекта. – Заворачивая волосы в высокий хвост, который ему совершенно не подойдёт, не позволяю ему обернуться.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.