# Академия Черного дракона

Елена Ха

Свадрику почти стукнуло пятьсот лет, и он уже не надеялся встретить истинную пару, но, увы, встретил! Она оказалась дочерью извечного соперника Свада. И как теперь завоевать девицу, отец которой изучил тебя, как старую потрепанную книгу?

Марика всегда была упряма и добивалась нужного результата. Ей достался в истинные мрачный черный дракон? Такая ерунда не помешает ее счастью! Перевоспитаем!

## Глава 1. Подготовка к обеду

Брюнетка бежала по темному коридору. Она прекрасно слышала шаги преследователя, ее сердце все быстрее и быстрее стучало в такт им. В глазах плескались паника и презрение. Девушка не кричала, понимала: некого звать на помощь, она в логове врага. Позади послышалось тяжелое дыхание, сильные руки перехватили беглянку за талию, резко развернули и зажали её хрупкое гибкое тело между холодной каменной стеной и горячим мужским торсом.

– Ты моя… – прошептал преследователь.

– Не… – попыталась возразить девушка, но ее пухлый ротик жадно накрыли четко очерченные тонкие губы. Широкая ладонь легла на затылок, не давая освободиться из плена страстного, глубокого поцелуя. Грубый и властный мужчина все теснее прижимался к теплому, податливому девичьему телу…

Он терял контроль, готовый взять затихшую плененную жертву здесь и сейчас. Но стоило его рукам попытаться выпустить вздыбленное мужское достоинство на свободу, девушка, получив шанс, дала отпор, четко приложив коленом это самое достоинство.

Нестерпимая боль пронзила Свадрика, и он, тяжело дыша, проснулся…

Именно так он представлял будущие отношения с его истинной парой: противостояние, борьба, подавление сопротивления. Представлял и боялся, что весь этот кошмар воплотится в жизни.

Черный дракон встал с кровати и как был, в чем мать родила, подошел к окну, распахнул его и судорожно втянул прохладный воздух.

Свадрик стоял и смотрел в окно, как часто делал, любуясь восходом. Там, где на черном ночном небе появилась узкая полоска едва различимого фиолетового цвета, зарождалась надежда мира на новый день. Вот и черный дракон почти пятьсот лет надеялся, каждое утро надеялся, что именно сегодня встретит ее – свою истинную. Он уже чувствовал, как безумие одиночества запустило свои щупальца в его сознание. И вот он ее все-таки встретил. Когда не ждал, перестал надеяться, озлобился. Он почти четыреста лет ненавидел своего учителя, который так и не смог донести до Свадрика одну простую мысль: жить нужно не только для себя, но и для королевства, своих учеников, семьи. И вот этот святоша Рорик родил для него, Свада, ту единственную драконицу, у которой есть все шансы доказать упрямому черному, что рассудительный ректор тогда был прав, запрещая телепату использовать магию для воздействия на учителей ради зачета.

– Черт! – выругался черный дракон, ударив мощным кулаком по раме, отчего она жалобно заскрипела. Его обнаженный торс едва уловимо сиял в свете пламени трех свечей, отчего литые мышцы смотрелись еще более угрожающе.

Свадрик впервые в жизни потерял уверенность в себе. Как ему искать подходы, наводить мосты, завоевывать крепость, если его истинная Марика из рода Красной зари, дочь его вечного соперника?

«Что с ним? Чувствую, что он не спит…» – донеслись до Свадрика отголоски мыслей Гройрика – его племянника. Оба были талантливыми телепатами. Только Свадрик уже давно повесил на себя дорогущий артефакт, закрывающий его мысли от других. И это несмотря на то, что они с Гройриком договорились, что не будут читать мысли друг друга.

Свад никому не доверял. Сам он не особо лез в голову племянника, но тот так громко порой думал, что его дядя ничего не мог с собой поделать, он слышал. К счастью, Гройрик не блистал умом, и мысли его были достаточно плоскими и неинтересными: страх перед дядей, голод и тоска по истинной.

Свадрик подошел к кровати, накинул на себя халат и встретил племянника уже в одетом виде.

– Дядя, доброе утро! Простите, что так рано. Там счетовод пришел. Говорит, что всю ночь сводил баланс академии и ему нужно донести до вас важную мысль.

Свадрик тяжело вздохнул. Более четырехсот лет он был ректором основанной им же Академии Черного дракона, но вести дела так и не полюбил. Он поначалу надеялся, что Гройрик с годами заменит его на этом посту, но, увы, парнишка бы точно загубил дядино начинание за пару дней. С его умственными способностями, вернее их отсутствием, он явно не годился в ректоры.

– Доброе утро, племянник! Передай, что я сейчас спущусь в кабинет. Да, и обедать я сегодня буду вне академии.

– А где? – удивился Гройрик. Он знал, что его дядя не очень общительный дракон. Друзей у него нет, он распугал их всех своими планами по завоеванию королевства.

– Пойду свататься… – грозно сдвинув брови, заявил Свад.

Гройрик попятился, но не сдержался, заметил:

– Дядя, неужели правда, Марика, дочь Рорика, ваша истинная пара?

Мужчина молча смерил племянника суровым взглядом, и тот не стал дожидаться ответа, ретировался восвояси.

Свадрик проводил его взглядом и решительно направился в гардеробную комнату. Он тщательно осмотрел свои камзолы, сплошь черного цвета. И выбрал самый солидный, с серебряным отливом. Сегодня был важный для него день: на обеде он отправится в Академию Красного дракона и не уйдёт оттуда без истинной.

Настроен он был решительно, но стоило ему оказаться в своем кабинете наедине со счетоводом, как весь запал испарился. Ему, как обычно, прочитали нотации, что студенты не платят за обучение, что нужно наводить порядок в бухгалтерии, разбираться с должниками, гасить многочисленные долги перед мясником, пекарем и другими лавочниками.

Когда в башне над воротами часы пробили полдень, Свадрик поспешно вскочил, прервав своего занудного собеседника на полуслове.

– Я все понял. Разбирайся с бухгалтерией. Должники на мне, – буркнул дракон и поспешил прочь, в считанные мгновения выскочил во двор, устланный черной мраморной плиткой, пересек его и вышел за ворота. Он даже не подумал взять подарок для будущей жены или ее семьи, все его мысли были заняты тем, как ему сломить чужое сопротивление.

## Глава 2. Полезный подарок

– Марика, дочка, зайди ко мне в кабинет, – попросил отец, стоило суматохе с королем и алмазом утрястись.

Влай недовольно глянул на отца, прекрасно понимая, о чем тот хочет поговорить с сестрой.

– Свадрик преступник, он пытался убить короля! Я никогда не сяду с ним за один стол! – решил сразу обозначить свою позицию юный и горячий дракон.

– Значит, будешь есть в своей комнате с Рией! Она же твоя истинная. А он мой! – отрезала Марика. То, как она решительно встала на защиту незнакомого ей дракона, не просто удивило Влая, он потерял дар речи. Но его ответа никто и не ждал. Рорик и Марика скрылись за дверью кабинета.

– Я понимаю, Влай, ты переживаешь за сестру, но дай ей самой разобраться. Папа тоже считает, что Свадрика опасаться теперь не стоит. Наоборот, он рассчитывает на его умение плести интриги. В столице этот талант может пригодиться, – проворковала Рия, обнимая рассерженного дракона.

– Ну, раз король так считает, я могу спать спокойно… – проворчал он, но сердился он не на свою любимую истинную, и даже не на Марику, ему не понравился мрачный, тяжелый взгляд Свадрика, когда тот смотрел на его сестру. В нем было столько решимости и обреченности, что Влай искренне переживал за слабую девушку, которая не сможет дать физический отпор своему истинному.

Рорик же переживал вовсе не из-за физических угроз со стороны Свада, он опасался его ментальных способностей. Поэтому пригласил дочь на откровенный разговор.

– Милая, ты знаешь, мы со Свадриком не ладим очень давно. Вернее, он на меня обиделся, со свойственными всем драконам упрямством и горячностью. Я никогда не держал на него зла, даже когда он попытался помешать мне набрать первый курс в этом году. Мне жаль, что из-за своей упертости он почти пятьсот лет живет не своей жизнью. Истинная для него шанс все изменить, понять себя и быть уже счастливым! Мне немного страшно из-за того, что именно ты стала его парой…

– Неужели, пап, ты думаешь, он способен причинить мне боль?

– Физическую нет. Все-таки он дракон, а значит, благородство у него в крови. Но он сильный менталист. Ты должна знать. Свад обижается на меня за то, что я выгнал его из академии. А сделал я это, потому что он использовал дар, чтобы зачаровывать учителей и получать хорошие оценки. Я объяснил ему, что использовать свой дар в столь эгоистичных и мелких интересах – преступление. Но он со мной не согласился. Я боюсь, что он будет воздействовать на тебя и подчинит себе ментально. Ты не обладаешь магией, поэтому не сможешь оказать ему сопротивление.

Марика нахмурилась. Подчиняться своему дракону она была готова, но только добровольно и после того, как поймет, что ему можно доверять.

– Что же делать? – спросила она, уверенная, что у отца уже есть решение этой проблемы. Рорик был воплощением мудрости и безопасности. С ним рядом семья всегда чувствовала себя как за крепостной стеной.

Рорик по-доброму улыбнулся дочери и достал из стола шкатулку, сопровождая свои действия пояснениями:

– Мара, я дам тебе сейчас очень ценный артефакт. Ты должна его прятать от глаз Свада, чтобы он никогда не догадался, что же у тебя нужно украсть для твоего обезоруживания. Это булавка, прикалывай ее к одежде так, чтобы чувствовать кожей. Когда на тебя кто-то будет ментально воздействовать, она нагреется, может даже обожжет, тем самым предупредив об опасности. Поняла?

– Конечно. Спасибо, пап, – поблагодарила девушка, забирая из рук отца серебряную ничем не примечательную на первый взгляд булавку.

– Думаю, уже завтра Свадрик будет здесь. Любое твое решение я приму и поддержу. Но магия драконов еще ни разу не ошибалась с истинными.

– Я знаю, – кивнула Мара и усмехнулась, – Уверена, он идеально мне подходит. Возможно, он единственный, кто сможет выдержать мой требовательный характер.

– Да уж, ты очень сильная и упрямая драконица. Этим вы очень похожи со Свадом.

Отец и дочь, довольные друг другом, вышли из кабинета и вновь столкнулись с Влаем.

– И чему вы так довольно улыбаетесь? – осведомился он, окинув родственников проницательным взглядом.

– Твоей сестре повезло встретить истинного. Разве это не повод для радости? – с едва уловимым осуждением откликнулся Рорик.

– Мне повезло. Рия добрая, нежная и отзывчивая пара. А Марике не повезло, – возразил Влай, наступая на отца и сестру, – Ее пара злобный заговорщик, коварный и жестокий.

– Он дракон, а значит, благородство у него в крови! – заявила Мара, воспользовавшись репликой мудрого ректора, и гордо вскинула голову.

– Благородство? – усмехнулся парень, – Посмотрим, как ты запоешь, когда он закинет тебя на плечо и утащит к себе в логово.

– Он так не сделает! – топнув ножкой, повысила голос Марика. Девушка начала терять терпение. Она понимала, что Влай просто очень беспокоится за нее, но в своей заботе он переходил границы дозволенного.

Брат и сестра сцепились сердитыми взглядами и с минуту буравили ими дырки друг у друга во лбу, никто не хотел уступать. Оба одновременно хмыкнули, развернулись и разошлись по своим комнатам. Рорик вздохнул и ушел в свой кабинет, приговаривая:

– Какие у меня все-таки чудесные дети!

## Глава 3. Гость

Свад выдохнул и постучал в дверь уютного двухэтажного домика, затерявшегося в углу двора Академии Красного дракона.

Он ожидал увидеть кого угодно: слугу, сурового Рорика, смотрящего на него с осуждением, разгневанного Влая. Этот мальчишка еще молод, но уже силен не по годам. Хорошо, что он так рано встретил свою истинную, она немного успокоит его взрывной нрав. Свадрик чувствовал, что мальчишка доставит ему хлопот. Но на пороге оказалась сама Марика. На ней было пышное нежно-голубое платье с квадратным вырезом, которое выгодно подчеркивало цвет ее небесных глаз. Выглядела она как нежный цветок, который так страшно растоптать.

Она встретила Свада доброжелательной улыбкой:

– Добрый день, Свадрик! Папа предупреждал, что, скорее всего, ты придешь к обеду.

– Он же не ясновидящий, – с подозрением заметил черный дракон.

Он не знал, как ему реагировать на радушие. Привык, что нигде ему не рады. Сам, конечно, виноват, перепортил кучу дракониц в округе, когда решил, что у него чуйка на истинную сломалась, решил найти ее опытным путем, не помогло, а репутацию похитителя женских сердец заработал.

– Ты почти пятьсот лет грезишь истинной, тебя бы на дольше не хватило, – раздался за спиной девушки голос Рорика, в нем слышалась насмешка, но какая-то дружеская, – Проходи, чего топчешься на пороге, или Марика сразу решила дать тебе отворот-поворот?

Свад недоуменно посмотрел на девушку, та с серьезным видом осмотрела истинного с ног до головы, хотя разглядывать там особо было нечего, дракон по привычке облачился во все черное, но Мара задержалась взглядом на выразительном лице с классическим профилем и пронзительными черными глазами. После минутной паузы, во время которой Свад успел испепелить к чертям всю Красную академию, она вынесла вердикт:

– Выглядит неплохо, хоть и старикан… Проходи.

А у самой веселые искорки в глазах так и плясали.

Свад вошел в дом и оказался в уютном холле, где на круглом столике у большого овального зеркала стояла ваза с ярко-желтыми розами.

– Не такой уж я и старый, – проворчал Свадрик, – у меня еще вся жизнь впереди.

– Это если ты с истинной договоришься… – усмехнулся Рорик, – Но я с тобой согласен, и ничего ты не старый!

– Конечно, пап, ты его будешь защищать в этом вопросе, ты сам его старше максимум лет на пятьдесят.

– Шестьдесят, – улыбаясь, поправил дочь Рорик.

Они проводили гостя в гостиную.

– Можете пообщаться здесь полчасика, а я пока потороплю Трофима, чтобы на стол накрывал, – проговорил ректор Красных и вышел.

Мара молча подошла к небольшому комоду, на котором стоял графин и несколько чистых стаканов.

– Хотите воды?

– Мы, кажется, у дверей были на ты, – заметил Свад, сглотнул и добавил, – Да, воды я бы выпил.

Марика подала наполненный стакан гостю. Но разговор поддерживать не собиралась. Ей было даже весело наблюдать, как суровый черный дракон нервничает. А он нервничал: мял полы камзола, то убирал руки в карманы, то вынимал, постоянно поправлял длинную челку, окончательно разлохматив ее.

Мара присела в кресло у окна. Свад последовал за ней. Молчание черной тучей висело над ними, а часики тикали. Скоро к обеду придет Влай, которого отец предусмотрительно отправил на рынок с важным поручением, которое способен был выполнить только он.

Влай уже не даст двум только вчера встретившимся драконам узнать друг друга. Марика вздохнула и заговорила первая:

– Свад, что привело тебя к нам? Какие твои планы?

Черный дракон откашлялся и решительно заявил:

– Я хочу немедленно забрать тебя к себе в академию. Ты сможешь там закончить учебу.

Девушка хотела возмутиться, но Свад не дал, продолжив с нажимом:

– Я, естественно, не буду тебя ни к чему принуждать и торопить. Но я хочу, чтобы ты была рядом. И ты пойдешь сейчас со мной.

Мара почувствовала как булавка, прикрепленная к вырезу платья с внутренней стороны, нагрелась, обжигая нежную девичью кожу. Она сдержалась и не вскрикнула, но гримасу боли скрыть не смогла.

– Что? – возмутился Свад.

– Ты пытаешься действовать на меня своей телепатией, – вскакивая с кресла возмущенно прорычала девушка, – Ты не в том положении, чтобы мне приказывать!

– Я твой истинный, – вслед за Марикой подскочил Свад и сделал шаг к ней, грозно нависнув над миниатюрной брюнеткой.

– Я готова дать тебе шанс, начать общаться с тобой, чтобы мы могли узнать друг друга поближе. Но при одном условии, ты никогда ни при каких обстоятельствах не будешь читать мои мысли и уж тем более подчинять меня себе! Ты понял?!

Марика, хоть и смотрела на дракона снизу вверх, умудрялась говорить с позиции превосходства. Стакан, который все еще сжимал в руке Свад, лопнул под напором широкой ладони. Осколки разлетелись по комнате, ранив руку мужчины. Он зашипел, торопливо достал из кармана черный батистовый платок и попытался остановить кровь, но порез между указательным и большим пальцем оказался глубоким, регенерация дракона не могла быстро справиться с раной. Марика уверенно взяла пострадавшую руку Свада и поднесла ее к губам, лизнула несколько раз порез, и он мгновенно затянулся. Все это она проделала, не отрывая взгляда от черных глаз истинного, в них полыхнуло пламя.

– Не хотела, чтобы ты заляпал кровью мамин новый ковер, – сухо сообщила Марика Сваду и отвернулась.

Мужчина выдохнул, откашлялся и глухо проговорил:

– Марика, я клянусь тебе, что никогда не буду лезть в твою голову. Надеюсь, когда ты начнешь мне доверять, ты снимешь этот блок, и мы сможем общаться мысленно. А пока я готов ухаживать за тобой, только прошу тебя, не мучь меня слишком долго. Я и так ждал тебя почти пятьсот лет.

Хорошо, что Свад не видел глаз Мары в этот момент, в них сияло торжество первой победы. Когда девушка вновь повернулась к истинному, на ее лице сияла доброжелательная улыбка.

– Думаю, обед уже готов. Хочешь, вместе сходим на кухню, узнаем, заодно попросим убрать осколки?

Мужчина несмело кивнул, но когда девушка проходила мимо, решительно взял ее за руку. Она не стала ее вырывать.

## Глава 4. Обед

Свад с ужасом вспоминал обед у Рорика. Такого напряжения за столом он не мог припомнить даже в собственной семье, а она никогда не была образчиком родственных отношений.

Отец любил обоих своих детей, а вот мать всегда предпочитала младшую сестру Свада – Розарику. А та была жуткая гадина. Чтобы она ни натворила: съела все пирожные перед торжеством, разбила вазу, перепачкала новое платье во время прогулки, виноватым всегда оказывался Свад. Из-за этого он постоянно сидел в библиотеке наказанным и читал. Благодаря книгам и мудрым мыслям в них, он сам стал развивать свой дар, который из-за недостатка общения пробудился очень рано.

Читая чужие мысли, он понял, что мать его не любит, потому что он слишком похож на своего отца, а истинного женщина винила во всех своих неудачах. У нее была целая масса нереализованных амбиций. Жена главы рода Прозрачных Озер всегда мечтала блистать в столице, быть самой богатой, красивой и влиятельной дамой. Но глава был домоседом и предпочитал жить в своем родовом замке на берегу чистейшего озера.

Все свои мечты мать Свада надеялась реализовать с помощью дочери. Розарика была красавица, ей достались светлые волосы от матери, строгий профиль от отца, а характер от дьявола. Свадрику приходилось здорово изворачиваться в этом гадюшнике, чтобы сохранить свою пятую точку в целостности.

К двенадцати годам, когда уже можно было поступать на обучение в академию, отец сомневался, стоит ли отправлять туда сына. Но Свад сам пришел в кабинет отца и сказал, что устал быть виновником всех бед сестры, устал торчать в библиотеке, устал жить на чердаке, потому что лучшие комнаты замка были отданы под спальню сестры, под ее игровую и под две обязательные гостевые для ее подруг. Потому что Розу мать постоянно таскала по соседям, обучая общаться в благородном обществе. У Свада друзей не было.

Отец тогда услышал в тихой просьбе сына крик отчаяния, и к счастью, юного дракона отпустили в академию. Но оказавшись среди студентов, он так и не смог прижиться в новой дружеской для себя среде. Для него результат играл главенствующую роль, а методы достижения не имели значения.

За столом его новых родственников не было соперничества и ябедничества, но осуждающие взгляды Влая вставали поперек горла вместе со свежайшими овощами, а неожиданные дружеские реплики Рорика заставали врасплох в самые неподходящие моменты, поэтому Свад все время кашлял, поперхнувшись в очередной раз ложкой супа, или обливался, дрогнув, отпивая воду.

Мара сидела рядом и всегда приходила ему на выручку, предлагала салфетки, аккуратно постукивала по спине. Ее внимание обжигало Свада, что-то внутри начинало болезненно сжиматься. Почему она такая с ним? Не бежит, смотрит прямо в глаза, даже улыбается. Он снова попытался залезть к ней в голову. Случайно. Просто хотел разобраться, может, она так издевается над ним?

Мара тут же строго посмотрела на него и обиженно прошептала:

– Ты же обещал!

– Прости… – просипел от волнения дракон, не в силах отвести взгляда от ее увлажнившихся глаз, – Я не хотел… это на автомате. Я буду лучше себя контролировать.

Марика торопливо моргнула несколько раз и громко сказала:

– Всем спасибо за прекрасную компанию. Я закончила трапезу. Пойду к себе.

– А как же десерт? – удивился Рорик и посмотрел с подозрением на Свадрика. Тот опустил взгляд, понимая, что заслужил упреки, осуждение и даже презрение. Но вынести ее обиду и слезы он был не готов.

Марика тем временем встала и пошла к двери. Свад тоже засобирался, рассыпался в благодарности хозяевам, улыбнулся как мог Влаю, вполне искренне – его истинной, будущей королеве, он чувствовал в слабой девчонке мощь, о которой его племяннику мечтать и мечтать.

Он торопливо выскочил из столовой и нагнал Мару уже на ступеньках лестницы, что вела на второй этаж дома ректора.

Свад совершенно не знал, что делать. Он инстинктивно схватил девичью руку, прижал к губам, глубоко вдыхая аромат ее кожи. Девушка пахла персиком. Внутри снова зародился пожар желания, погасить который хотелось немедленно, но это значило бы конец надеждам на счастливую семейную жизнь. Он раньше не верил, что она существует, но вот у Рорика за столом все были друг за друга, в их взглядах читалась любовь и забота, а не ехидство и презрение.

– Мара, во сколько ты завтра заканчиваешь учиться? – выдохнул Свадрик.

– В три… – удивленно откликнулась девушка. Она по-прежнему стояла на ступеньках, но руки, прижатой к щеке Свада, не вырывала, даже осторожно, будто случайно, погладила большим пальцем темную щетину, быстро отрастающую у мужчины.

– Я заеду за тобой в четыре.

– С чего ты взял, что я с тобой куда-то поеду? – сердито спросила девушка.

– Ты обещала дать нам шанс, – смотря исподлобья, напомнил Свад.

– А ты обещал не лезть ко мне в голову! – парировала Мара и даже ножкой топнула от досады.

– Прости. Это случайно получилось. Я постараюсь больше не ошибаться. Дай мне второй шанс

– С чего ты взял, что я дам тебе второй шанс?!

– Потому что ты лучше, чище и светлее меня, Мара! Я заеду за тобой в четыре завтра. И я верну тебя к ужину. Обещаю, со мной ты будешь в безопасности, – с нажимом проговорил дракон, развернулся и зашагал к входной двери. На пороге он обернулся, обжег Марику пламенным взглядом и мягко прикрыл за собой дверь.

Девушка в изнеможении тут же опустилась на ступеньки.

– Что? Не просто тебе с ним? – раздался рядом голос отца.

– Влай был прав, будь его воля, он бы закинул меня себе на плечо и уволок в свою черную академию, и сидела бы я у него в рабынях всю оставшуюся жизнь. Брр… – с отчаянием хватаясь за голову, проговорила Марика.

Рорик сел рядом на ступеньку, обнял дочь за плечи и привлек к себе.

– Ты ошибаешься, дорогая, Свадрик сегодня был сам на себя непохож. Был вежлив и даже поддержал разговор о погоде. Обычно он такой ерундой, как этикет, себя не утруждает. Он старается ради тебя. Возможно, я ошибаюсь, но думаю, он отчаянно хочет, чтобы ты его полюбила.

Марика с надеждой посмотрела на отца и призналась:

– Я тоже хочу, чтобы он меня полюбил.

– О, это совершенно плевая задача. Тебя полюбить легко. Ты красивая и добрая. Думаю, он уже по уши втрескался в тебя. И чем больше он будет тебя узнавать, тем крепче и глубже будут становиться эти чувства. И тем сложнее ему будет контролировать себя. Будь осторожна, милая.

– Он завтра заедет за мной. Но он не сказал, куда мы поедем. Обещал только, что вернет меня к ужину.

– Считаю, нам нужно довериться ему. Как думаешь? – усмехнулся Рорик, вставая.

– Уверена, что ты знаешь его так давно, что уже успел полюбить, хоть и не понятно за что! – ответила ему с хитринкой дочь.

– Всегда питал слабость к таким, как ты, упрямцам! – усмехнулся Рорик и ретировался в свой кабинет.

## Глава 5. Прогулка

Свадрик был точен, как ратушные куранты. Стоило часам в гостиной пробить четыре раза, как в дом к ректору Академии Красного дракона постучали. Марика с волнением побежала открывать дверь. Каждый раз, когда она знала, что скоро увидит истинного, ее сердце почему-то замирало в нетерпении, и пробегал холодок в груди.

– Добрый день, Свад! – не смогла она скрыть улыбки при виде хмурого дракона.

«Он опять надел на себя все черное?» – удивилась девушка. Сама она нарядилась на прогулку в элегантное лиловое платье. Оно выгодно подчеркивало ее персиковую кожу и оттеняло синие глаза, делая их еще ярче. По вмиг вспыхнувшему взгляду истинного, она поняла, что выглядит неплохо.

Мужчина, узрев приветливое лицо своей пары, тоже расплылся в неожиданной улыбке, и черты его вмиг смягчились, нос уже не казался клювом, а выражение глаз согрело надеждой, что все возможно. Марика, никак не ожидавшая ничего подобного, чуть не споткнулась.

«Он умеет улыбаться!» – подумала она и сама мысленно дала себе подзатыльник, конечно, умеет, все это делают!

Однако мрачное лицо Свада поменялось так кардинально!.. Если бы мужчина сейчас начал превращаться в дракона, то это не так сильно изменило бы его внешность. Марика поймала себя на мысли, что вновь хочет увидеть это преображение.

– Тебе идет улыбка, – не стала сдерживать себя девушка и смело сделала комплимент мужчине. Он замер на несколько мгновений, кажется, даже дышать перестал, а потом нахмурился, как будто истинная его сейчас не похвалила, а оскорбила.

– Ты готова? – не стал он заострять внимание на улыбках и прочих глупостях, перешел сразу к делу.

– Да. Куда мы поедем? – полюбопытствовала Мара, забирая из дома перчатки.

– Сюрприз. Хочу показать тебе одно место. Мне кажется, это самый красивый вид в окрестностях Уграда.

Мара снова удивилась. Свад не производил впечатления ценителя прекрасного.

Она смело вложила свою узкую ладошку в огромную лапищу истинного и пошла за ним, как оказалось, к изящной черной карете, украшенной золотыми узорами. В нее были запряжены две белоснежные лошадки, больше похожие на фарфоровые статуэтки, так элегантны и стройны были эти красотки.

Стоило паре сесть на красные бархатные диванчики друг напротив друга, кучер крикнул «но» и карета сорвалась с места.

– Сейчас только начало осени, но уже кое-где мелькает золотая листва. А в октябре в том месте, куда мы едем, будет настоящий взрыв красок: багрянец, золото, насыщенная зрелая зелень – все перемешается, и пейзаж будет сказочным, – тихо заметил Свад, слегка подавшись вперед к Маре.

– Так может, нам стоило поехать в это чудесное место через месяц? – вежливо спросила девушка.

– Я бы хотел, чтобы ты могла полюбоваться им во все времена года. К тому же это повод остаться с тобой наедине.

– Тебе не нравится моя семья? – нахмурилась девушка.

– Твой отец, пожалуй, вызывает во мне уважение. Долгие годы я был упрям и не мог ему простить его категоричность. Но благодаря тебе я все переосмыслил и теперь понимаю, что он имел на нее право.

– То есть сейчас ты бы не стал зачаровывать учителей ради зачета? – уточнила Марика.

– Стал бы! – ответ последовал мгновенно и категорично, – Но на Рорика я больше не в обиде.

– Свад, дар драконам дан не для удовлетворения их эгоистичных капризов! – начала возмущенно девушка, но по мере ее пылкой речи неприятная ухмылка на лице Свада становилась все шире, что охлаждало ее праведный гнев, – Его нужно использовать…

– На что? На служение короне? – ехидно поинтересовался дракон, и даже не стал слушать ответ, – Ты говоришь как твой отец, сразу чувствуется его школа. Шпаришь слово в слово, как прилежная ученица на экзамене по этике и морали!

Маре было неприятно выслушивать пропитанную ядом отповедь Свада. Вот тут он был во всей своей предсказуемой красе.

– Нет, дар нужно использовать для защиты и помощи тем, у кого его нет, – попыталась достучаться до истинного девушка.

– На защиту серых, этих бездарностей, – расхохотался черный и категорично добавил, – Выживают сильнейшие. А я тратить свои силы на этих жалких оборотней не собираюсь!

У Мары перехватило дыхание, будто ее ударили в солнечное сплетение. Больно! Было очень больно, она даже сказать ничего не могла, только отвернулась к окошку, чтобы он не увидел, как покраснели глаза.

Плакать было нельзя. Вот еще! Этот надутый телепат не заслуживает ни капельки ее эмоций!

Она еще никогда не слышала столько презрения в свой адрес. Ведь она была бездарной серой.

Пока Марика успокаивалась, карета остановилась. Свад ловко выскочил из нее и подал руку своей даме. Девушка бездумно ее приняла и последовала за мужчиной в лес. Ей не было страшно оказаться в чаще, среди странно изогнутых ветром сосен, наедине с мрачным черным драконом. Ее мучил вопрос: когда рассказать ему о себе правду? Она еще ничего не сказала, но мысленно уже видела разочарование на его лице.

Пока прекрасная леди, приподняв подол своего скромного платья, перешагивала через очередной поваленный ствол дерева, Свад продолжал уверенно идти без тропинки вперед, не забывая придерживать спутницу. Марика следила за тем, что у нее под ногами, и радовалась, что догадалась надеть удобные башмаки без каблуков, отставив в сторону изящные туфельки.

– Вот мы и пришли! – услышала она неожиданно рядом и, наконец-то, оторвала глаза от земли.

– Ах… – выдохнула девушка. У нее не нашлось слов, чтобы высказать восхищение открывшимся пейзажем. Они стояли на вершине обрыва, и перед ними как на ладони раскинулась зеленая равнина. Еще по-летнему сочные луга по краям обрамляли смешанные леса, а под оврагом раскинулось удивительно ровное по форме овальное озеро. Его зеркальная безмятежная поверхность отражала голубое небо, напоминая огромный глаз, внимательно смотрящий на мир.

– Тебе нравится? – не дождавшись реакции девушки, осторожно поинтересовался Свад.

Мара опять пару раз быстро моргнула и слегка осипшим голосом проговорила:

– Это потрясающе! Я и не знала, что у нас под боком есть такая красота…

Они еще несколько минут постояли молча, любуясь близостью неба. Мара чувствовала, как осторожно Свад придерживает ее за талию, бережно и властно, это одновременно трогало и ее душу, и ее тело.

– Я не думала, что ты… романтик, – призналась девушка, осторожно заглядывая в лицо мужчины, стоящего рядом как черная грозовая туча.

Свад тоже посмотрел на нее, в глазах его полыхнул огонь, кричащий о желании мужчины, но он все еще держал себя в руках.

– Давай полетаем вместе, – предложил он.

Вот он час Х! Мара от волнения и страха потерять надежду неосознанно сделала шаг назад.

– Разве ты не хочешь оказаться в этом ласковом бескрайнем небе? – заметив странную реакцию девушки, удивился Свадрик.

– Ты привез меня сюда специально, чтобы узнать какой я дракон? – стараясь говорить ровно, спросила Мара.

– Нет, хотел разделить с тобой восторг от этой красоты и от полета… – спокойно ответил Свад. Весь его расслабленный вид говорил о том, что мужчина не врет, он не плел коварные планы.

Они стояли друг напротив друга. С одной стороны над ними возвышались столетние сосны, стремящиеся в небо, с другой стороны их обнимала голубая синь. Природа вокруг будто подталкивала этих двоих слиться воедино и наслаждаться этой жизнью. Но последний секрет стоял между ними.

Мара выдохнула и решительно сказала:

– Я серая!

Свад нахмурился, отступил на полшага и с удивлением и даже возмущением переспросил:

– Ты издеваешься надо мной? Твой отец один из самых сильных телекинетиков, а брат вообще уникум, которому подвластны все четыре стихии. А ты утверждаешь, что ты серая?

Мара резко вскинула выше подбородок и подняла руку, по нежной коже девушки побежали серые чешуйки. Глаза Свада расширились. В них читался неподдельный ужас. Девушка развернулась и пошла прочь. Надеясь, что выбрала правильное направление к карете. Но ей не дали уйти. Сильные руки перехватили ее за талию и прижали спиной к крепкому мужскому телу. Теплая ладонь скользнула по шее, поглаживая и успокаивая. Свад заставил девушку развернуться и поднять на него лицо, обхватив ее за подбородок. Когда она сердито посмотрела ему в глаза, он вкрадчиво и безапелляционно сказал:

– Для меня не важно, есть ли у тебя дар или нет. Я просто хочу, чтобы ты была моей!

В этот момент в его глазах клубилась такая завораживающая тьма, что Мара испугалась, что его магия все-таки доберется до ее сознания.


– Давай полетаем! – поспешно напомнила она о его предложении. Мужчина еще несколько секунд не выпускал ее из объятий, а потом, усмехнувшись, отступил, сделал пару шагов к обрыву и полетел вниз. Мара с ужасом кинулась к краю пропасти.

## Глава 6. Полет

Дракон Мары оказался маленьким и юрким. Один взмах крыла Свада равнялся для малышки десяти, а то и двадцати мельтешащим движениям. Он наблюдал за ней со стороны и чувствовал, как внутри разгорается пламя, оно отогревает застывшее сердце, обволакивает в теплый кокон душу.

Они парили над озером и прекрасно видели отражения друг друга. Он снова гордо хмыкнул, вспомнив, с каким ужасом смотрела Мара с обрыва, беспокоясь за его жизнь, и каким восхищением наполнились ее глаза, когда она поняла, что он обернулся в дракона прямо в полете. С еще больше удовольствием он заметил, что и внешний вид его дракона пришелся ей по душе, она несколько минут наблюдала за его плавным величественным полетом, щурясь от солнечных зайчиков, что отражались от его угольно черных с серебряным отливом чешуек.

Сама девушка медленно меняла облик, стоя на краю обрыва. Она не торопилась, была осторожной. Это правильно. Теперь он понимал Рорика лучше. Купаясь в собственном могуществе, Свад забыл, что есть такие вот беззащитные дракончики, которые могут рассчитывать только на свои силы и ум, магия не придет к ним на помощь. И у этих дракончиков есть свои отцы, матери, братья, которые волнуются за их судьбу.

Если небеса дали кому-то дар, возможно, они рассчитывали, что этот кто-то будет использовать его во благо и таким вот крохам.

Свад умилился еще больше, когда серая подлетела к нему и попыталась ухватиться за его хвост, оканчивающийся острой ороговевшей стрелой. Малышка явно хотела прокатиться на большом драконе.

"Какая она забавная", – подумал Свад и цапнул Мару за ее маленький хвостик с милыми отростками в виде трезубца. Малышка грозно рыкнула, мужчина не сдержался, заржал, выпуская ввысь столб пламени. Рычащий серый комок – это очень смешно.

Видимо, Мара поняла, что над ней потешаются. Она активно замахала крылышками в сторону обрыва и, оказавшись там, откуда начался их полет, неуклюже переваливаясь с лапки на лапку, скрылась в лесу. Свад поспешил за девушкой. Ему было страшно оставлять ее без присмотра. Слишком хрупкой и беззащитной она ему казалась.

Обернулся он еще в воздухе на подлете. На мягкий ковер мха ступили уже человеческие ноги в высоких черных сапогах.

– Мара, ты где? – с тревогой в голосе позвал дракон.

Девушка откликнулась не сразу, мужчина успел внимательным взглядом изучить все окрестные сосны. Когда он уже был готов показать ей, как должен рычать настоящий дракон, она отозвалась:

– Я здесь.

Он вмиг оказался рядом, прижал ее к шершавому стволу, за которым она пряталась. Ее поначалу немного обиженный взгляд от близости разгоряченного мужчины вмиг стал настороженным. Но Свада уже ничто не могло остановить, тем более взгляд.

Он наклонился к своей истинной паре и накрыл ее красивые нежные губы поцелуем. На вкус они оказались слаще малины. Такие мягкие, податливые. Свад обхватил голову девушки, чтобы она не смогла улизнуть от него. Мужчина сходил с ума от желания почувствовать кожей мягкость и тепло ее тела, завладеть им, подчинить, доказать, что она только его, создана для него, и никто в этом мире не сможет отобрать ее у него.

Он дал ей чуть больше свободы, только когда ему самому стало не хватать воздуха, выпускать ее из объятий он не собирался. Его губы заскользили по ее щеке, шее и обхватили заострившиеся вершинки груди прямо через ткань платья, легонько прикусили. Мара рвано выдохнула.

Только сейчас Свад осознал, что все это время она не отталкивала его, ее пальчики затерялись в его черной шевелюре, и сейчас она страстно прижимала его к себе.

Его девочке нравилось то, что он творил с ней. Мозг окончательно отключился, он зарычал, его руки нетерпеливо стали задирать подол ее платья. Скользнули по гладким бедрам, сжали ягодицы. Мужское колено решительно оказалось между стройных девичьих ног, раздвигая их, предоставляя доступ жадным рукам к сокровенному. Одно его касание самого чувствительного местечка там заставило девушку громко застонать и прогнуться.

Дракон чуть отстранился, схватившись за ремень собственных брюк, но тут на его грудь легла ее ладонь и надавила, пытаясь отодвинуть мужчину.

– Свад, остановись.

Он не слышал, в ушах стучала кровь так, будто у него в мозгу прорвало дамбу. Он рыкнул, попытался вновь запечатать прекрасный ротик поцелуем, чтобы ничто не помешало ему воевать с собственной одеждой. Но девушка увернулась, вновь настойчиво повторив:

– Свад, прошу тебя, нет!

Мужчина уткнулся лбом в ее висок.

Как? Как можно остановиться, когда уже вся кровь рухнула вниз, когда сердце вот-вот сломает ребра, когда в легких не осталось воздуха, только ее запах.

Он резко отстранился, отвернулся, судорожно пытаясь восстановить дыхание. Он сделал это не по велению разума, нет, ему подсказали инстинкты. Только через пару минут, когда дыхание выровнялось, и вернулась способность мыслить, он понял, что стоял на грани. Мара так юна, неопытна, ее легко напугать, и также легко навсегда потерять ее доверие. А без доверия не будет никакого семейного счастья. Сваду очень хотелось сделать свою истинную счастливой.

С затаенным страхом он обернулся к застывшей возле сосны девушки и тихо проговорил:

– Прости, если напугал.

Она вмиг расслабилась, улыбнулась и попросила.

– Отвези меня домой, пожалуйста.

Он молча кивнул, подал ей руку и в полном молчании довел до кареты.

Пока ехали, он снова пожалел, что не может прочитать ее мыслей. Она его наверно ненавидит сейчас. Еще ему показалось странным, что он совершенно не расстроился из-за того, что у истинной нет дара. Наоборот, он вдруг почувствовал себя еще значимей, ведь защита Мары и их будущих детей будет полностью на нем.

Они подъехали к Академии Красного дракона, Свад помог Маре выйти из кареты и довел ее до порога ректорского дома.

– Ты наверно не захочешь больше со мной ходить на прогулки? – вырвался беспокоящий его вопрос.

– Почему? – удивилась девушка, – Мне понравилось и летать с тобой… и целоваться.

В ее голосе к концу фразы появилась хрипотца, а во взгляде полыхнули языки пламени. Свад сглотнул. От удивления и невероятной радости у него пропал дар речи. Она не стала ждать, когда он отомрет, и скрылась за надежной родительской дверью. Так ничего и не ответив своей страстной девочке, Свад мотнул головой и, довольно улыбаясь, отправился к себе.

## Глава 7. Учеба

– Марика, если ты считаешь, что родственные связи защитят тебя на моем экзамене, ты ошибаешься! – грозно нависая над растерявшейся девушкой, проговорила учитель Аузрика, – Мой предмет слишком важен, чтобы закрывать глаза на его незнание!

Мара вздохнула, собираясь с мыслями, встала и, покорно склонив голову, пробормотала себе под нос:

– Простите, госпожа Аузрика, я не поняла ваш вопрос, не могли бы вы его повторить.

На самом деле девушка замечталась. Вот уже второй урок она не могла ни на чем сосредоточиться. Все ее мысли были заняты Свадом. Столько эмоций у нее еще никогда не было. Вчера на прогулке она не успевала за ними. Восхищение природой, удивление, что для мрачного дракона имеет значение окружающий мир, красота его зверя и обжигающая страстность мужчины. Последнее особенно взволновало девушку. Она всю ночь вертелась на кровати вспоминая, что творили его смелые руки у нее между ног, какие жаркие следы оставляли его губы на ее коже.

Тело плавилось от этих воспоминаний, ныло внизу живота, по крови будто жидкая лава растекалась. Сидеть спокойно на одном месте было невозможно, лежать в постели без него казалось неправильным. Так одиноко и тоскливо в собственной комнате ей еще никогда не было.

Закономерным завершением этого безумия стала выволочка от учителя физики полетов и окружающего мира. Госпожа Аузрика всегда цеплялась к девушке. Мара не знала наверняка, но предполагала, что это из-за того, что девушка была единственным серым драконом в академии. Ведь отборочным испытанием для поступления была как раз проверка на магию.

Для собственной дочери Рорик сделал исключение, и все учителя поняли и приняли это, кроме Аузрики. Причем вслух она поддакивала ректору, но на уроках гнобила его дочь. Девушка, зная о своей бездарности, в учебе всегда проявляла рвение, чтобы как-то компенсировать отсутствие дара. Но Аузрика от этого еще больше бесилась. В начале первого курса Мара вызвалась подготовить доклад по ветровым потокам и их влиянию на развитие летательного аппарата у драконов. Учитель внимательно выслушала ученицу, а потом засыпала вопросами, на которые не всякий выпускник смог бы ответить. Мара растерялась, и довольный учитель поставила ей двойку со словами:

– Прежде чем лезть во все бочки затычкой, убедись, что выдержишь напор!

С тех пор Мара была на ее уроках ниже травы, тише облаков, но учительница Аузрика всегда находила за что поругать бездарную драконицу.

Вот и сейчас она радостно вцепилась в Мару, поняв, что та витала где-то в другом месте вместо того, чтобы внимательно слушать ее лекции.

– Если ты не понимаешь элементарных вопросов учителя, может, стоит признаться себе и окружающим, что образовательная программа данного учебного заведения не для тебя? Занимать чужое место слишком эгоистично и низко, не находишь?

Мара внутренне закипела. Вся ее нервная система после вчерашней прогулки с истинным была на взводе. Да и слишком долго девушка терпела эту злобную мадам. Уверенно посмотрев в глаза учительнице, она громко и четко спросила:

– Это вы про себя, госпожа Аузрика? Я согласна с вашими муками совести, если вы считаете, что занимаете чужое место, лучше проявите благородство и уйдите. Думаю, мой отец не слишком расстроится, потеряв такого никчемного преподавателя.

В аудитории повисло молчание, звенящее, грозовое. У Аузрики сначала увеличились глаза до размера мандарина, потом поползли вверх узкие брови. Рот стал открываться и закрываться, но слова пока упорно разбегались. Цвет кожи менялся ежесекундно от бледно-серого до пунцово-красного. Зрелище это было довольно забавным: взрослая драконица будто изображала из себя то ли рыбу, то ли маяк.

– Как… – наконец со скрипом прорезался голос, – Как ты посмела, ничтожество, разговаривать с уважаемым учителем в таком тоне?

– Каком таком? Я предельно вежлива. Ой, или вы не считаете себе никчемным педагогом? – наивно похлопав густыми черными ресницами, удивленно спросила Мара.

– У меня сорок лет преподавательского стажа! – взвизгнула Аузрика.

– Сорок лет? – продолжала наигранно удивляться девушка, – А вы все еще читаете лекции по книге моего отца? У вас какие-то патологические проблемы с памятью?

Тут учитель однозначно стал изображать из себя кипящий чайник, некоторым студентам даже показалось, что из ее ушей пар повалил.

– Вооон! Ноги твоей на моих лекциях больше не будет! И я сейчас же все доложу ректору. Ему будет стыдно за такую дочь!

Мара пожала плечами, собрала тетрадь и ручки в сумку и пошла к двери.

Она спокойно шла по пустому коридору в сторону кабинета ректора, когда, возмущенно пыхтя, ее обогнала учительница.

Девушка еще на подходе к кабинету отца прекрасно расслышала гневные крики Аузрики.

– Ваша дочь при всех назвала меня никчемной. Наглая, невоспитанная девчонка без дара осмелилась утверждать, что я, уважаемый педагог, занимаю чужое место! Вы должны ее выгнать! Или я, или она!

На этой патетической ноте Мара и вошла. Рорик сидел за столом и спокойно взирал на взбешенного учителя.

– Я услышал ваши праведные претензии. Позвольте, теперь я выслушаю вторую сторону конфликта? – успокаивающим тоном попросил ректор.

– Вы что, считаете, что я могла все это придумать? – засопела от возмущения Аузрика.

– Конечно, нет, но ради справедливого решения я должен выслушать пояснения обеих сторон, – примиряюще заметил мужчина.

Учитель вздернула острый подбородок и вышла из кабинета, обдав презрением мявшуюся у дверей студентку.

Стоило отцу и дочери остаться наедине, Рорик жестом предложил Марике присесть и ласково спросил:

– Милая, что с тобой происходит? Ты после прогулки со Свадриком сама не своя. Вчера ужинать не стала, ушла к себе, сегодня проспала и едва не опоздала на химию зелий. Теперь вот этот скандал. Он тебя обидел? – в голосе мужчины была неподдельная тревога.

Мара покраснела, вспоминая Свада, и категорично замотала головой:

– Нет-нет, папа, что ты! Он не обидел. Просто он оказался таким… – она замялась, не рассказывать же отцу про их поцелуй, – Я не ожидала, что он…

Слова упорно сминались где-то под языком, а мысли не хотели далеко уходить от горячих и умелых пальцев.

– Он сумел пробудить в тебе желание? – дипломатично спросил Рорик, серьезно посмотрев дочери в глаза.

Лучше сформулировать этот щепетильный момент было нельзя.

Мара опустила взгляд на свои сомкнутые на коленях руки и кивнула.

– Шустрый, – усмехнулся Рорик, – Я рад, что физически вы друг другу интересны. Это уже полдела! Что с Аузрикой? Только не говори, что ты не хотела. Я тебя знаю, если ты унизила ее при всех, значит, она тебя достала.

Тут уж Мара взгляд подняла и, уверенно смотря в глаза отцу, выпалила:

– Да! Она с первого курса меня гнобит, считает, что я занимаю чужое место. Только что при всех меня об этом спросила, не стыдно ли мне. Я все эти годы старалась ее не раздражать, но она перешла все границы. На ее лекциях уснуть можно, она читает твой учебник, мы и сами можем это сделать. Все, что она делает, проверяет наши работы и ругает, даже отказывается пояснять в чем наши ошибки, просто ставит двойки направо и налево. Вредная, глупая, злобная тварь.

– Я понял… – вздохнул Рорик, – У тебя сейчас есть еще пары?

– Спаренные практики полетов.

– Хорошо, иди!

Мара вышла из кабинета уверенная, что отец примет взвешенное и справедливое решение. Тут и звонок с урока прозвенел. Рядом оказалась Флуорика и по дороге на двор академии, где обычно начинались практические занятия по полетам, засыпала подружку восхищенными возгласами.

– Мара, это было круто! Я Шпильку такой раскаленной еще никогда не видела. Ты такая смелая. Все в восторге от твоих замечаний. Так весело на уроках физики еще не было ни разу за четыре курса.

Марика улыбнулась приятельнице и заметила:

– Ты же знаешь, что я такая смелая из-за отца…

– Надеюсь, ты ему рассказала, какая Шпилька мерзкая и глупая?

Мара кивнула, она не любила сплетничать и не считала, что ей есть чем гордиться в данной ситуации. Все-таки она утратила самоконтроль, поддалась эмоциям… Выдержка для нее была главным достоинством благородного дракона. Потеряв выдержку – теряешь контроль над ситуацией.

Под аккомпанемент болтовни Флуорики девушка вышла во двор, как раз вовремя. Новый учитель полетов, красавчик Шикарик, от которого сходили с ума все студентки от первого до последнего курса, уже здоровался с группой.

Во время групповых полетов Мара вспоминала величие черного дракона.

Вернувшись домой, она сердито закинула сумку в свою комнату. Девушка была недовольна собой, тем, что так легко увлеклась истинным, он даже усилий особо не прилагал, а она уже готова растечься лужицей у его ног. Он не заслужил такой легкой победы, да и ценить ее не будет, если получит по щелчку пальцев.

Девушка была погружена в эти размышления, когда в дом постучали. Решительно распахнув дверь, Мара забыла, о чем думала минуту назад. Перед ней стоял собранный и мрачный Свад.

## Глава 8. Просьба

Сегодня мысли черного дракона были под стать чешуе. Вести от его сестры всегда портили ему настроение, новость о ее скором визите и вовсе выбила почву из-под ног. Эта змея наверняка будет путать ему все карты. Он только начал разрабатывать завоевательную стратегию, все время съезжая с нужной колеи в кювет желания, а тут еще один противник нарисовался. Впрочем, свою истинную Свад противником не считал. Она была крепостью, но не противником.

Когда дверь дома Рорика распахнулась перед мужчиной, он завис на несколько секунд, любуясь улыбкой Мары. И только после ее радостного приветствия понял, что сегодня ее улыбка другая. Не вежливо-приветливая, а искренняя, искрящаяся.

«Неужели…» – несмело мелькнула надежда, и тут же добавила уверенности, что его дерзкую просьбу примут.

– Прости, что без предупреждения, – начал Свад с порога.

– Ты всегда желанный гость в этом доме… теперь, – немного смутилась девушка и, тут же взяв себя в руки, вспомнила про гостеприимство, – Проходи.

Они прошли в гостиную.

– Хочешь чаю или воды? – вежливо поинтересовалась Мара, а сама смотрела на мужчину с таким любопытством, что он невольно усмехнулся.

– Нет. Я пришел к тебе с просьбой, прежде чем выгнать меня со скандалом, выслушай и постарайся понять.

Свад нервничал, чувствовал себя подавленно. Он не привык просить. Совсем! У него была магия, которой он всю жизнь беззастенчиво пользовался. Но только не с этой такой нужной ему девушкой. Глядя сейчас на нее, он не мог не вспомнить отзывчивость ее тела. Понимание этого делало его просьбу еще более щекотливой.

Мара внимательно следила за ним и, видя его неуверенность, тоже начала нервничать. Ее пальчики смяли красную мантию, которую она не успела снять, нижнюю губу она прикусила, а дышать стала чуть реже…

– Моя сестра прислала мне гонца, она прослышала, что у меня появилась истинная и ей не терпится с ней познакомиться.

Свад замолчал, пытаясь подобрать слова. Как рассказать девушке, которая родилась и воспитывалась в любви и уважении, что есть и куда более сложные родственные отношения? Мара же не так поняла заминку и поспешила на помощь своему истинному с готовностью открытого дракона:

– Я с удовольствием познакомлюсь с ней, Свад. Не понимаю, почему ты так переживаешь. Мне и самой хочется быть ближе к твоей семье, чтобы быстрее начать понимать тебя.

Свадрик вздохнул, посмотрел в глаза своей истинной и выпалил на одном дыхании:

– Она меня ненавидит. Думаю, она уже мечтала о том, что я вскорости сдохну и следующим главой рода Прозрачных озер станет ее сын Гройрик. Парень он хороший, но недалекий. Я с радостью взял его к себе в академию, потому что хотел увести из-под опеки злобной матери. Надеялся, что смогу с ним подружиться, хоть и знал, что он докладывает ей обо всех моих шагах. Когда Розарике было выгодно, она не лезла в нашу с ним жизнь, но сейчас, почувствовав, что цель уходит из-под носа, она сделает все, чтобы не допустить наше сближение. Мара, я прошу тебя переехать ко мне в академию на время ее визита. Не хочу дать ей повод думать, что нас еще можно разлучить.

Мара ошарашенно смотрела на Свада.

– Ты хочешь, чтобы я переехала к тебе и стала твоей парой? – откашлявшись, переспросила девушка.

– Мы и так с тобой пара. Это не моя прихоть. Так было угодно небесам. И да, я прошу тебя переехать ко мне. У тебя будет своя комната. Учиться ты будешь там, где захочешь. Не думаю, что Розарика долго пробудет у меня в гостях. Мы действительно не выносим друг друга. Как только она уедет, ты сможешь вернуться к отцу… если захочешь.

Последнюю фразу Свадрик произнес чуть тише, он сам себе боялся признаться, что не сможет отпустить девушку обратно в родительский дом. Но ради нее он готов был сломать себя. Сможет ли она пойти ему навстречу?

Мара отвернулась и уставилась в окно, наверняка обдумывая такую неожиданную просьбу. Свад в нетерпении сжимал и разжимал кулаки, борясь с желанием прижать ее к себе и зацеловать, чтобы любые мысли выветрились из этой головки.