Tanya Niji
Роковая встреча

Глава 1

Утренние, теплые, майские лучи заливали роскошно обставленный кабинет, отражались в стеклах рамок, украшающих стены, ударялись о стеклянную столешницу и, разбиваясь на яркие искры, играли в чашках с горячим кофе. На обитом бежевой кожей диване сидела Дейзи Грейс, глава издательского агентства "Грейс и Ко". Женщина красивого возраста, с полной благородства осанкой, собранными на верх тёмно-каштановыми волосами, в светло-голубом, легком, летнем брючном костюме, выглядела уверенно и элегантно. Жесткий взгляд цепких, голубых глаз, прямой нос, тонкие губы, легкий макияж, подчеркивал зрелую красоту деловой женщины. Она была не одна. Сейчас ее серьезность и жёсткость не требовались, глава издательства принимала гостью.

Молодая девушка в легком, нежно-розовом, шифоновом платье, сидела рядом, изящно сложив длинные ноги в серебристых босоножка на тонком высоком каблучке. На вид ей было не больше 25 лет, красивая, ухоженная, знающая себе цену, и от того уверенная в себе. Золотые, прямые волосы струились по плечам, острое личико, было весело и приветливо, в глазах цвета виски, по-кошачьи вытянутых и больших отражалось яркое весеннее солнце. Пухлые, чувственные губы кривились в улыбке, носик чуть длинноват, но не портящий внешность девушки, изящная линия скул переходила в упрямый подбородок. Она была автором нового бестселлера, потому ее так радушно принимала Дейзи Грейс.

– Ну, что, Элеонор, – Дейзи потянулась, подтянула к себе чашечку кофе, изящным движением взяла маленькое пирожное на блюдце, – тебя можно поздравить. – Она не спрашивала, утверждала. – Твоя новая книга, произвела фурор.

– Знаю, – улыбнулась девушка, добавила в кофе сливки и выпрямилась с чашечкой в руках. – Мой агент оборвал телефон еще вчера. Мне повезло, подвернулась удачная тема.

– Ну, ну, ну, не скромничай. – пожурила ее Дейзи, – тема это еще не все. Твой талант помог ей ожить, принести в наш мир новых, искренних, живых персонажей. Тираж разлетается как горячие пирожки. И у читателей уже появились вопросы к тебе.

– Как? Уже?

– Мы же создали сайт для обсуждения, и твоя книга теперь в топе.

– И какие же вопросы могли появиться ко мне так скоро? – рассмеялась Элеонор МакЭндрюс.

– Ну, первый и самый главный, почему ты не отдала Сэнди Кристоферу.

– Хм. Я так понимаю, это еще не все.

– Да, на втором месте будешь ли ты писать про него продолжение. Наших читателей очень интересует его дальней судьба.

***

Энжил потягивал остывший кофе из бумажного стаканчика. Еще пятнадцать минут назад он должен был отнести снимки в типографию, они спокойно, толстой стопочкой покоились в принтере, фотограф же не двигался с места, бросая хитрые взгляды на Адама, тот читал книгу. Ни движением, ни мимикой не выдавал, что чтиво вызывает в нем какие-либо чувства.

От резкого звонка стационарного телефона Энжил вздрогнул, Адам не отвлёкся.

– Слушаю. – Энжил случайно нажал на громкую связь.

– Сейчас ты много чего от меня услышишь! – раздался громоподобный рык главного редактора. – Где снимки, Уайт???

– Вот черт! Сэр, тут принтер…

– Живо тащи свою задницу в типографию, пока я тебя не уволил!!!

Энжил вскочил, схватил снимки и бегом скрылся, громко хлопнув дверью. Адам вздохнул, с отвращением закрыл книгу и сдвинул ее на угол стола, на обложке была изображена женщина в полицейской форме с ярким макияжем, за ней стояли двое мужчин. Название тривиальное, скучное, как и сама книга. Имя автора Кристина Рэйн, сверкало золотыми буквами. Теперь журналисту стало понятно, почему за его спиной шушукались, хихикали, но стоило ему оглянуться или зайти в редакцию тут же разбегались с виноватым видом. Все оказалось очень простым и понятным, его взяли прототипом бульварной книжонки, всего-то. Запыхавшийся Энжил влетел в кабинет.

– Ну? – выпалил он.

– Что у нас с информацией по Грейпу?

– Да черт с ним! Я про книгу?

– Энж, ты и правда хочешь это обсуждать? – Адам скривился, достал сигареты, закурил.

– Да, еще бы!

– Книга откровенно плохая, сюжета нет, характеров нет, ничего нет. Я уже молчу о стиле написания. Автор школьница?

– Ну, не знаю, ваша троица узнается прям очень. – довольно захихикал фотограф, падая в свое кресло.

– Да, и тебя она не сильно обошла.

– Это где?

– Тот половой орангутанг, который бегает за каждой юбкой, но от всех получает по физиономии.

Энжил нахмурился, он как-то параллели не провел. Но хорошее настроение вернулось мгновенно.

– А мне понравилось. – выпалил он и расхохотался.

Снова зазвонил телефон, на этот раз личный Адама. Он привычным жестом отбросил со лба непокорную прядь, та тут же вернулась на место, достал телефон, чуть заметно усмехнулся, нажал на громкую.

– А ты не торопишься, – зазвенел в динамике женский голос.

– Доброе утро, красавица. Что-то срочное?

– Срочное? Срочное! – взвилась она, на заднем фоне послышался тяжелый вздох. – Ты что, ещё не наткнулся на этот ушат дерьма?!

– Ты про Кристину Рэйн?

– И как тебе? – взвизгнула девушка.

– Никак, Джо, поэтому не понимаю, чего ты злишься.

– А почему бы мне не злиться, если весь участок обсуждает меня и как я сплю с вами обоими.

– Джо, хватит уже, – неясно послышался голос Чарльза.

– Странно слышать, что бесишься ты, а не Коттон, – усмехнулся Адам, сунул новую сигарету в рот, от чего его речь стала немного невнятна.

– Ведром говна больше, ведром меньше, Уильямс, это скоро забудут, как и прочую бульварную дребедень. А мне есть на что нервы потратить.

– Это философия, копа?

– Нет, лично моя. У тебя на Грейпа ничего нового не появилось?

– Я тебе скину вечером, подобью материал только.

– Добро.

– Вы оборзели оба?! Какого черта, Адам? Надо что-то с этим делать!!!

– Джо, озаботься лучше своей родинкой на левой ягодице. – отвлек ее Адам, Чарльз хохотнул.

– Какой родинкой? – не поняла девушка.

– В главе двадцать третьей она расписана на пол страницы как раз когда мы…

– Не продолжай!!! – взвизгнула Джо.

Звонок резко прервался, Адам тут же переключился на работу, не обращая внимание на обалдевшего напарника.

Глава 2

Надо было прочистить голову, Адам соврал, чтобы он там не говорил Энжилу или Джо – книга его взбесила. Какая-то курица решила сделать его предметом воздыханий. Адам со злостью вдавил педаль газа в пол, зеленый BMW 2800 spicup 69 года урча мотором, мчался за городом, по просёлочной дороге рассекая воздух, отражая закатные лучи оранжевого солнца, ловя отполированными боками тень ярко-зеленой молодой листвы.

Мимо проносились деревья, покрывшиеся молодой травой поля, Адам задумчиво уставился на дорогу, подумать было, о чем, тем более если это отвлечет от дурацкой книжонки. Сейчас они с Энжилом занимались новым делом. Дэниел Джозеф Грейп на первый взгляд мог показаться добропорядочным гражданином, да, он владеет сетью казино в Вегасе, но это не делает его автоматически преступником. Так думалось почти всем, пока четыре месяца назад его драгоценная, и безумно любимая им яхта не была остановлена пограничниками с набитым трюмом контрабандой. Никто не понес наказание. Нет, подозреваемые были, обвинили во всем капитана и старпома, а кто еще мог незаметно для босса забить трюм этим вещами, компрометирующими доброе имя Дэниела Джозефа Грейпа. А вещи были любопытные: русские иконы, драгоценности, представляющие музейную ценность, а главное алмазы. Как Грейпу удалось убедить власти, что он не причем, Адам догадывался, так же он догадывался, что случилось с капитаном и старпомом «Серебряной Стрелы». Не догадывались только следователи, которые для вида поискали злоумышленников, а потом сообщили, что те скрылись в неизвестном направлении. Яхту Грейп тоже обелил, Адам так полагал, что это была единственная вещь, к которой он был искренне привязан. Журналист вцепился в эту историю как клещ, и с остервенением кинулся искать доказательства причастности Грейпа к контрабанде. В какой-то момент он даже обратился к своему старому знакомому Чарльзу Коттону за помощью, тот узнав, чем занят журналист, только хмыкнул:

– У тебя талант влезать в расследования копов.

– Копы забили на это дело, как только закопали подозреваемых. – ответил Адам.

– Смотря какие. Ты не знал, что Интерпол тоже очень интересуется деятельностью этого персонажа?

– Первый раз слышу.

– Ну так ставлю тебя в известность, прежде чем ты увязнешь в новых неприятностях.

– И что я должен сделать? Все бросить, к хренам, сесть и ровненько сложить руки?

– Делай, что хочешь, но учти, если вляпаешься, я тебя вытащить не смогу. Попытаюсь, конечно, но обещать ничего не буду.

– Каким образом я могу вляпаться так, что мной заинтересуются спецслужбы. Я же не собираюсь закапывать трупы врагов Грейпа, чтобы потом просто на карте крестики поставить.

– С тебя станется. – недобро усмехнулся Коттон.

Документы он тогда нашел. Не смотря на свою сдержанность Чарльз был верным другом, он не стал бы заводить подобные разговоры, если бы знал, что Адаму ничего не грозит. А тут посчитал своим долгом его предупредить. Адам это оценил, как и то, что скорей всего Коттону пришлось долго разговаривать с начальством, прежде чем он смог передать ему файлы.

***

Эрика ехала на новеньком двухместном ярко-красном фордике. Ей надо было за город, в сторону злачных мест, забегаловок, где тусуются байкеры и дальнобойщики, куда не заглядывают копы. Там она собиралась найти свой источник вдохновения. Новая книга уже складывалась у нее в голове: главный герой – байкер, вне закона, должен спасти официантку, которую преследуют… Она еще не придумала почему и за что. Просидев пол дня в интернете, она поняла, что здесь вдохновения она не найдёт, нужна атмосфера, ощущение присутствия. Завсегдатая клубов, душа компании, Элеонор, или как ее называли друзья Эрика, считала, что сразу найдет общий язык с отбросами общества. В конце концов, какая разница, как они выглядят, она милая, оплатит им выпивку, и все сразу разомлеют как от Рапунцель в мультике.

Гравий затрещал под шинами дорогого авто. Аккуратный новый, броский, ярко-красный автомобильчик припарковался рядом со старым потрепанным Харлеем. Забегаловка и правда выглядела как в фильмах, деревянная хибара, на крыльце которой стояло несколько разномастных мужчин, рядом курила женщина в бандане, с татуированными руками. Она тронула рослого здоровяка и кивнула на Эрику. Бежевые слаксы, ослепительно белая блузка – девушки здесь смотрелись нелепо, и даже чуждо.

– Богатая фифочка решила хлебнуть настоящей жизни, усмехнулась байкерша.

Эрика отметила, что девушка была бы очень красивая, но яркий макияж портил впечатление от приятного личика. Перехватив поудобнее свою сумочку, девушка гордо прошагала к бару, гравий хрустел под ногами, танкетка, пусть и не высокая все время зарывались в грунт, грозя вывернуть ноги. Уже на этапе выхода из машины Эрика поняла, что это все не ее.

Едва она переступила порог как мысль о том, что это большая ошибка настойчивее застучалась в голове, пытаясь достучаться до здравого смысла. Ну не зря же ты ехала через половину города, девочка, шептало упрямство, а ему поддакивала жажда приключений. Сейчас, просто уверенно иди к барной стойке. Заведи знакомства. Все будет супер, ты еще и уезжать не захочешь. Эрика решительно перехватила ремешок сумочки, стараясь глубоко не вдыхать пропитанный запахом дешевых сигарет и выпивки воздух, заставила себя пройти в глубь хибары. И снова едва не подвернула ногу. Пол засыпанный опилками надежно прятал плохо обработанные доски, и первое что сделала Эрика – зацепилась носком за короткий край такой доски, которая у порога создавала щель. Пробежка через зал уверенности не прибавляла. Ну теперь точно пора валить. Свои пять минут позора ты уже получила. Давай, теперь так же развернись и бодро шагай к машине. Но внутренний голос видимо не обладал авторитетом, и слушать его девушка явно не собиралась. Гордо вскинув голову, она выпрямилась, и продолжила путь к барной стойке. Видела, что за ней наблюдали, кто с любопытством, кто с усмешкой, после ее нелепого пробега, но из простого упрямства уходить не желала. Пусть смеются, через час они на нее молиться будут! Она и не видела, как двое парней медленно поднялись из-за столика и пошли к ней. Один зашел за спину, второй ждал впереди.

– Это что за красоточка. – Эрика резко обернулась, желая осадить нахала, она даже изобразила свой фирменный взгляд, но только уткнулась ему носом в грудь. Мужчина рядом казался просто гигантом, хотя у Эрики был модельный рост, и среди подруг она была самой высокой, сейчас она почувствовала себя карликом, а еще очень неуютно и даже в опасности. – Чего молчишь?

Здоровяк в черной бандане, с каким-то ярким принтом, серой, пропахшей сигаретами и потом майке стоял в нескольких сантиметрах от нее, Эрика инстинктивно отступила, если бы ей вдруг когда-нибудь пришла в голову мысль о том, что на хочет его обнять, то чтобы сомкнуть руки вокруг его живот понадобилось бы три таких как Эрика. Она недовольно сморщила нос, демонстративно отвернулась и тут же снова уперлась носом в другую майку с принтом какой-то рок-группы, от нее пахло не лучше, но второй был пониже ростом, раз в восемь худее своего приятеля, в кожанке, с сигаретой в зубах. На девушку пахнуло дешевым куревом, она сморщилась.

– Слышь, Кэв, к нам таких еще не заезжало. – пробасил здоровяк.

– Молчаливых? – усмехнулся тот, кого назвали Кевин. – Ну, так в этом и плюс.

– Да, как вы смеете. – возмутилась Эрика, расправляя плечи и обдавая байкеров полным презрения взглядом, это должно было поставить мужланов на место, но почему-то не поставило.

– С норовом, – захохотал верзила.

Эрика нервно озиралась, ища поддержки в грязном закуренном зале, мужчины у бильярдного стола просто игнорировали происходящее, у барной стойки посетители кто-то отвернулся, кто-то откровенно веселился, глядя на растерянную богатую фифочку.

– Кев, забери у нее ключи. Я ее на своем прокачу. Тут знаю одно теплое местечко.

Эрике очень хотелось сказать, что если это огромное чучело усядется на мотоцикл, то займет его весь от колеса до колеса, и ей места не останется вовсе, но почему-то провоцировать эту парочку на скандал не хотелось. Внутренний голос настойчиво шептал: ну я же говорила, я же говорила!!!!

– Слушайте, я вам ничего не сделала, просто дайте мне пройти, и я уеду. Никто не пострадает.

– Не пострадает? – верзила разразился хохотом.

Кевин тоже не смог сдержать смешок, все так же улыбаясь, он подметил:

– Не переживай, сейчас сделаешь. Мы тут с Тревом за тобой понаблюдали с улицы и пришли к выводу – девочка новых ощущений ищет. Считай нас идейными вдохновителями. Давай ключи.

Эрика уже поняла, что помощи ждать неоткуда, оценивать ситуацию и принимать решение пришлось впопыхах. Этот верзила был слишком огромный, его ей вряд ли удастся его хотя бы с места сдвинуть, в крайнем случае просто отпружинит от его живота как от батута, а вот этот Кевин, выглядит менее опасным, если постараться, еще и эффект неожиданности…

Эрика дрожащей рукой протянула ключи брелком вперед, но не выпустила ключ, словно из страха или по рассеянности она отступала, кружила Кевина, пока тот не оказался перед своим приятелем. Эрика, когда-то не оценила дядин подарок на рождество, маленький ромбовидный брелок, с острыми краями, и потому повесила его на автомобильный ключ, так как пользовалась им меньше всех, соответственно меньше ранилась об края. Дядя Тино тогда сказал, что однажды она оценит эту вещицу, и кажется, время пришло.

Следующее произошло мгновенно: Эрика рванула ключи, больно резанув острым брелком ладонь мужчины, тот не ожидавший подобного заорал, схватился за раненую руку, кровь тут же закапала из раны, Эрика воспользовавшись его замешательством изо всех сил толкнула его в грудь и тот от неожиданности рухнул на приятеля, вместе с ним, под треск и грохот ломающейся мебели, растянулись на полу. Эрика, не теряя ни секунду, рванула к выходу, проклиная, новенькие сабо, себя и байкеров.

Оскальзываясь на гравии, едва не подвернув ногу писательница и душа компании неслась к своей машине. На всех парах она влетела в блестящий бок своего фордика, руки тряслись, ключ никак не мог попасть в скважину, Эрика перебирала все известные ей слова и молитвы, но ключ не подчинялся, видимо он был атеистом. Хлопнула дверь, девушка испуганно оглянулась, на пороге стояли эти двое, здоровяк потирал ушибленную спину, у мелкого, с такого расстояние было сложно понять, но судя по кривящемуся от боли лицу и капающей на пол крови, руку придется серьезно лечить, Эрика ни о чем не жалела, бросив свою затею уехать, она рванула в пролесок рядом, крепко сжимая в руке единственное свое оружие – острый брелок со связкой ключей.

Эрика задыхалась, лодыжки грозили подвернуться, сухие ветки, ямки, кочки, все это не способствовало ускорению, но девушка не сбавляла темп. У нее был очень богатый выбор: либо добежать до шоссе, поймать машину и спастись, либо оказаться развлечением на ночь двух байкеров. И почему-то второй вариант ей совсем не нравился. А ведь еще утром она представляла, как сидит с ними за барной стойкой, они вместе поют какую-то рокерскую песню и расстаются друзьями. ДУРА!!!!!!

Справа асфальтированной лентой вилась дорога, Эрика остановилась у особенно толстого дуба, спряталась за его шершавым стволом и аккуратно выглянула. Впереди пролесок кончался и начиналось огромное открытое поле. Еще было слишком рано, чтобы там выросло что-нибудь, что могло бы спрятать ее, а сейчас она была бы там как на ладони. Но был и плюс, прямо пред ней из-за деревьев виднелось шоссе, значит надо было дождаться машину и тормознуть ее, и все она спасена. Эрике пришлось снова спрятаться за дубом, когда со стороны дороги послышался рев моторов мотоциклов. Пот заливал девушке глаза, портил идеальный макияж, волосы растрепались, в них застряли листья и ветки. Блузка была порвана на плече, где-то по дороге Эрика зацепилась за особо длинную настырную ветку, новенькие сабо было уже не спасти.

Эрика прислушивалась, затаив дыхание, боясь выглянуть, не дай бог заметят, мотоциклы медленно проехали по дороге, покружили, она слышала, что они что-то говорят, стараясь перекричать рев моторов, но разобрать не смогла. Мотоциклы снова взревели, и начали удаляться. Еще несколько минут не решалась писательница высунуть нос из своего укрытия, но как не прислушивалась больше не слышала ничего подозрительного, считая, что опасность миновала, да и не собиралась она просидеть за деревом всю ночь, девушка аккуратно двинулась в сторону дороги. Замерев, снова прислушалась, ей показалось, что она слышит, как работает мотор, машины пока не было видно, но стоит поторопиться, а то спасение уедет без нее.

На улицу уже начали опускаться сумерки, небо темнело, стали видны первые звезды, цвета на закате переходил от густо-оранжевого в тёмно-синий. Солнце медленно опускалось за верхушки деревьев, слепило. Адам не любил закаты, на него они навевали тоску, когда-то очень давно, может быть даже в другой жизни, ему сообщили что погибли родители, он тогда сидел на заборе загона, любовался лошадьми и заходящим солнцем, ему было тепло, хорошо, душа была полна надежды, любви. А потом, все это ушло, закатилось за горизонт, а жизнь превратилась в сумерки, где бродишь в потемках, свет есть, но он не помогает – он слепит, и сбивает с пути. Адам отвлекся лишь на мгновение, бросил взгляд вверх, чтобы опустить козырек. Что-то метнулось перед капотом, мужчина с силой нажал на тормоза, вывернул руль до отказа и все равно услышал глухой удар.

На дороге лежала девушка, ее белокурые волосы разметались, оборваный рукав обнажил округлое плечо, бежевые брюки покрыты пылью и зеленым соком травы. Адам присел, нашел пульс – частый, дыхание в норме. Он легонько похлопал ее по щеке, в себя девушка не пришла, не стонет, значит просто отключилась от столкновения с машиной, журналист хотел верить, что успел затормозить. Легко, почти без усилия он поднял девушку, положил ее на сиденье, пристегнул, скинул пиджак, накрыл ее и сел за руль. Вдалеке послышался шум моторов мотоциклов, Адам нахмурился, бросил взгляд на дорогу, она уходила в крутой поворот, вдалеке ясно различался рев моторов мотоциклов, снова перевел взгляд на странную пассажирку, девушка выглядела слишком хорошо, чтобы оказаться завсегдатай этих мест, волосы растрепаны все в листве, сабо поцарапаны, блузка порвана словно она бегала по лесу, но вещи дорогие, явно не по карману подружке байкеров, или наркоманке, которая приехала за дозой. Он сделал для себя вывод – девушка убегала. И убегала она от байкеров. Здесь рядом был их небольшой клуб. Только вот, что подобная особа могла там делать. Выяснять времени не было, и разговаривать с парочкой байкеров ему не очень-то хотелось.

– И какие же нужды, леди, заставили вас поехать в этот притон. – тихо проговорил он и прежде чем мотоциклы показались из-за поворота резко вывернул руль и поехал в город.

Нужно было отвезти ее в больницу, вдруг что-то серьезное. Слишком долго девушка не приходит в себя. Адам уже давно въехал в город, сумерки сменились мягкой ночной темнотой, вдоль дороги начали загораться фонари. То, что девушка никак не приходит в себя вызывало беспокойство. Но легкий шорох дал понять, что все таки беспокоиться не о чем, пассажирка не при смерти, не в коме. Он бросил быстрый взгляд на пассажирку от взгляда растерянных кошачьих глаза цвета виски, у Адама почему-то пересохло во рту.

– Как вы, леди? – чтобы вернуть себе душевное равновесие Адам сунул в зубы сигарету, щелкнул зажигалкой.

– Где я? – голос был тихий, грудной, Адам затянулся, чуть сильнее чем следовало, что-то в этом голосе зацепило его, захотелось внимательнее рассмотреть на спутницу, он сдержался, только ответил.

– В моей машине. Везу вас в больницу.

– Не надо в больницу, я в порядке. Просто объясните, что со мной? – тонкие пальчики закрыли лицо, растрепанные, спутанные волосы рассыпались по плечам.

– Я вас сбил. – просто ответил Адам бросил еще один взгляд на девушку, увидел, как она вскинула голову.

– Что?

– Вы бросились ко мне под колеса, я едва не переехал вас. – Адам перестроился, затормозил в кармане для автобуса, повернулся, чтобы рассмотреть девушку, и убедиться, что с ней все в порядке. – Как вы? Врач точно не нужен?

– Я не знаю. – Эрика не смотрела на него, озиралась по сторонам, пытаясь понять где они, и почему стоят. – Мне бы выпить, и тогда я вам скажу.

– Вас тошнит? Голова кружится? – Адам чуть улыбнулся.

– Н-нет. – Эрика прикрыла глаза прислушиваясь к себе. – Вроде бы все хорошо.

– Ну, что я могу сказать, – с облегчением улыбнулся Адам, отвернулся и завел машину, – похоже, вы легко отделались. Могу я проявить любопытство?

– Хотите узнать, что я там делала? Это личное. – Эрика откинулась назад, натянула приятно пахнущий свежим, мужским парфюмом, тяжелый пиджак на плечи, под ним было тепло, и так хотелось спять.

Адам отвернулся, поправил зеркало, завел мотор, девушка вызывала в нем какое-то странное будоражеще чувство, чтобы справиться с собой ему надо было отвлечься, но даже сигарета сейчас не сильно помогала.

– Я понял. Последний вопрос, леди, куда вас отвезти?

Ответа нет. Адам снова повернулся – девушка отключилась, он не сдержал порыв, потянулся, стер пятнышко грязи с ее щеки, кожа у нее была теплая, бархатистая, это простое, легкое прикосновение вызвало в нем странное волнение. Мужчина вздохнул, ему это все не нравилось. Хотелось поскорее избавиться от девушки, и в тоже время он не хотел, чтобы она исчезала. И вот это нежелание и волнение в груди его очень беспокоило. Ладно, решил он, пока ко мне, попрошу, чтобы пригнали ее машину, а там очухается и пусть едет хоть на все четыре стороны.

На входе, сонный портье с удивлением смотрел как один из жильцов заносит в двери девушку без сознания. Ее голова покоилась у него на плече, золотые волосы каскадом стекали с руки, развивались в такт размеренным шагам Адама.

– Сэр, вам помочь? Может вызвать врача? – парень привстал с места, с беспокойством смотря на жильца.

– Нет, Джаред, вроде все обошлось. – Какой бы легкой Эрика не казалась вначале, теперь Адам уже начал задыхаться под ее весом, на лбу выступил пот. – Я попрошу, отправь кого-нибудь, только пусть ребята будут покрепче, по этому адресу, – удобнее перехватив девушку, он быстро, неровно написал адрес, – машину пригоните сюда.

– А что за машина, сэр?

– Скорей всего что-то броское и выделяющееся, как и эта мадам. – с трудом усмехнулся журналист, протягивая портье ключи Эрики, девушка все еще сжимала в руке бролок, когда Адам уложил ее на сиденье в своей машине. – И вызови мне лифт.

Портье кинулся к лифту. Нажал на кнопку.

– Машину надо пригнать сейчас?

– Да, леди очнется и поедет куда ей заблагорассудится. – уже теперь прохрипел Адам, шагнул в лифт, портье кивнул, и быстро нажав на кнопку помчался в конторку, вызвать кого-нибудь из работников. Он точно знал, что если не сейчас, то утром мистер Уильямс оставит для обоих щедрые чаевые.

Глава 3

Эрика моргнула, потолок темный, у больших окон по верху расходятся желтые пятна мягкого света от двух бра. Это была комната не рядового сотрудника захудалого офиса, мебели было не много: диван, на котором она лежала, все еще прижимая к себе пиджак, пара кресел у камина, что занимал собой всю стену напротив нее, от дверей тянулся встроенный в стену шкаф, с баром, и книгами, фотографий Эрика нигде не увидела. Она медленно приподнялась, проверяя не закружится и не разболиться ли у нее голова, ноги утонули в мягком прикосновении высокого ворса ковра, рядом с диваном стоял кофейный столик, пока она лежала в не поля ее зрения оказалось еще одно кресло, рядом с книжным шкафом, маленький круглый столик с лампой на нем, похоже хозяин этого помещения предпочитал полумрак, яркому свету с потолка. Самого хозяина в комнате не было. Девушка оглянулась, сейчас бы зеркало, или лучше ванну, должно быть выглядит она так будто ее волокли за ноги по всему штату, привязав к бамперу.

Адам был на кухне, варил кофе, он зашел в комнату как раз в тот момент, когда Эрика села. Она показалась ему удивительно милой с растрепанной шевелюрой, в помятой одежде, немного сонным выражением маленького личика, и в то же время у него защемило сердце от жалости к ней, видя ее растерянность и испуг. Было понятно, что девушка совершенно не понимала стоит ей бояться или нет.

– Вам лучше? – поинтересовался Адам, протягивая ей чашку с ароматным напитком, Эрика с благодарностью ее приняла.

– Да, гораздо. Где я? – Эрика с осторожностью принюхалась к кофе, тот пах приятно, легкий аромат коньяка бодрил, а нотки корицы успокаивали, девушка сделала глоток, с наслаждением прикрыла глаза.

– У меня дома. Если хотите, могу проводить вас в ванную, сможете умыться.

– Была бы вам очень благодарна.

Адам забрал у нее полупустую чашечку, поставил на журнальный столик и повел за собой. Эрика, не понимала почему, но она не чувствовала себя в опасности, несмотря на то, что находилась наедине с абсолютно незнакомым ей мужчиной. А вот волнение было, в ладонях покалывало, когда она позволяла своему взгляду чуть дольше разглядывать идущего перед ней хозяина квартиры.

Адам провел ее в довольно большую спальню, кровать стояла незаправленной, на кресле у окна была свалена в кучу одежда. Эрика бросила быстрый взгляд в зеркало, в большом шкафу. Она ожидала, что Адам кинется прятать беспорядок, но тот даже внимания на это не обратил, просто распахнул перед девушкой дверь.

– Это ванна, там чистые полотенца, – он указал на шкафчик, – здесь мыло. Что-нибудь еще вам нужно?

– Нет, спасибо.

Эрика закрыла за собой двери, заперла ее. И только теперь поняла, что может спокойно выдохнуть. Да, страха нет, но черт побери, он же как огромный магнит, ее так и тянуло хоть невзначай, хоть на минутку, но коснуться его. Сердце в груди колотилось как ненормальное, и ей очень бы хотелось взять себя в руки, или надеяться, что ее невольный спаситель чувствует себя так же. Она на миг прижала ладони к лицу, и почувствовала, как от пальцев пахнет легким, мужским, ненавязчивым парфюмом. Этот запаха успокоил ее, помог собраться с силами, не смотря на мешанину в голове.

Эрика вернулась не скоро, смыть размазавшуюся по всему лицу косметику обычным мылом оказалось не самой простой задачей. Ясно ей было одно – обитатель этого жилища не женат, иначе предложил бы ей средства по уходу за лицом, а не эту жуткую дрянь, от которой теперь все лицо стянет, и кожа станет сухой.

– Спасибо, что помогли мне, – сказала она, стоя в дверях, из-под длинных ресниц рассматривая мужчину. – Хоть я и не могу вспомнить как оказалась здесь.

Адам повернулся, сделал приглашающий жест в сторону дивана, где все еще лежал его пиджак. Эрика не могла заставить себя перестать рассматривать хозяина квартиры: высокий, стройный, темноволосый, с широким разворотом плеч, и удивительными глазами, где за серым грозовым небом пряталась холодность стали, казалось, что даже, когда он улыбается, веселье не трогает глаз, и это немного пугало. Отказываться от предложения присесть Эрика не стала. Ей еще надо было решить вопрос с транспортировкой себя домой.

– Я возможно должен извиниться, за то, что сбил вас, но никак не ожидал, что за городом мне под колеса может вылететь нимфа из леса.

– А я очень боялась не успеть выскочить на эту самую дорогу.

– Могу я все же в оплату за спасение узнать, что вы делали в том притоне, среди байкеров?

Эрика смутилась, она не могла ему ничего рассказать, даже в полуобморочном состоянии, так откуда же ему было знать, что она ездила в эту лачугу. Может он тоже там был, и просто поехал следом, когда увидел, как она сбежала? Тогда почему не помог сразу, зачем было разыгрывать это нелепое представление?! Адам заметил, что девушка напряглась, и теперь смотрит на него с настороженностью.

– Я что-то не так сказал?

– Не помню, чтобы рассказывала вам где я была?

– О, это очень просто. В том районе есть только одно заведение, и оно имеет не лучшую репутацию, когда вы вылетели мне под колеса, за пару минут до этого меня обогнали два здоровяка на мотоциклах, и потом я слышал, как они возвращаются, пока грузил вас в свою машину. Тут не надо быть детективом. Просто любопытно, что столь прекрасной леди могло понадобиться в том притоне.

– Глупости. – Эрика недовольно закусила губу, отвернулась. – Мне не хватало атмосферы присутствия, нужно было вдохновение, вот черти и понесли меня туда. Плохая была идея. Еще и машина там осталась.

– Да, согласен с вами, что идея была не из лучших, – Адам вдруг искренне улыбнулся, наверное, впервые с того времени, как Джо Ли дала ему отворот поворот. – Хорошо, что ничего страшного не случилось. Я, кстати говоря, позаботился о том, чтобы вам было на чем добраться домой, мисс. Как хоть к вам обращаться, пока я жду звонка.

Эрика замялась, в конце концов называть свое настоящее имя было бы опрометчиво, даже несмотря на то, что он ее буквально вытащил из-под тех двоих. А назвать псевдоним мужчине, который вряд ли бы стал читать женские романы было более чем безопасно.

– Кристина Рэйн. – решилась Эрика, пусть уж лучше так, а если ей понравится с ним общаться, можно будет позже представиться настоящим именем, объяснив свои мотивы.

Адам замер на полпути к столику, на котором лежала его пачка сигарет и стояла пепельница. Из-за всех событий вечера он уже и думать забыл об этой истории с книгой, он скорее ожидал бы, что луна влетит ему в окно, чем то, что автор романчика, который его порядком взбесил будет сидеть у него на диване. Эрика, все время наблюдавшая за собеседником, ну не могла она заставить себя отвести от него взгляда, тоже заметила, как мужчина напрягся, а в комнате стало неуютно, как будто зимой резко открыли все окна.

– Писательница? – уточнил он, заставляя себя сделать еще шаг, и закурить сигарету, так ему легче было держать себя в руках.

Вопрос этот не особо требовался, она же уже сказала, что искала вдохновение, не для того же, чтобы выпить ей это понадобилось.

– Да, но думаю вы догадались по моему ответу. Вы часом не детектив?

– Далеко нет. – холодно процедил он, Адам и не думал, что только одна мысль о книге всколыхнет в нем такую злость на девушку.

– А, вы, мистер, не представились, – ответила Эрика, она пребывала в замешательстве, только что довольно радушный молодой человек превратился в холодного монстра, не к добру это.

– А я не нуждаюсь в представлении, вы это сделали превосходно за меня, – Адам затушил недокуренную сигарету в пепельнице, прошагал к шкафу, снял с полки книгу и швырнул ее к ногам автора. Эрика от неожиданности вскрикнула, рывком подобрала ноги от испуга. На полу лежала ее книга, золочеными буквами сверкало авторское имя.

Она недовольно поджала губы, медленно спустила на пол длинные ноги, кошачьи глаза ее засверкали обидой и гневом. Не важно, как человек относится к твоему творчеству, главное это уважать чужой труд. А подобное обращение с книгой – это явный признак неуважения, который Эрика терпеть к себе не собиралась.

– Если вам не понравилось, не обязательно швыряться книгами, мне как автору это может быть неприятно. Никто не заставляет вас их покупать. – Эрика с вызовом выпятила подбородок.

Адам в два шага преодолел расстояние, разделявшее их, навис над Эрикой, уперся руками в спинку дивана позади нее, девушка непроизвольно отклонилась, но потом, словно устыдившись своего страха, выпрямила спину и вызывающе уставилась на мужчину.

– А, я ее не покупал. – взгляд его невольно метнулся к ее губам, но он заставил себя смотреть ей в глаза, искренне не понимая, что с ним происходит, почему стоит ему просто приблизиться к этой женщине, как весь его гнев меняется на желание схватить ее и начать целовать. "Какого черта?!" – Мне одолжили ознакомиться. И этот кусок дерьма, который вы называете книгой, доставил мне массу неприятностей.

– Каким же образом, я могла так вам досадить, я вас совсем не знаю?! – Эрике ненавидела загадки, и эта ситуация раздражала ее все больше и больше. – И вежливые люди, мистер, представляются, а не играют в шарады.

– «Он был холоден и неприступен, словно ирландский замок, его предки древние племена майя, выжившие в завоевательных походах конкистадоров, оставили ему в наследство несокрушимую волю и каменное лицо, ничто не могло потревожить этого мускулистого исполина.» Цитата. Страница двадцать пять.

Челюсть Эрики сама собой отпала, она даже не сразу поняла, что смотрит на Адама с абсолютно по-дурацки открытым ртом и полными удивления глазами. Она не копалась в газетных вырезках, и не видела фотографий журналиста, который помогал полицейским в расследовании, только по слухам набросала его описание. И никак не рассчитывала когда-либо встретить его в живую.

– У меня нет в роду индейцев. – прошептал Адам ей в лицо, но шепот не был интимным или соблазнительным. Он был ледяной, страшный, словно дыхание зимы, в нем сквозила угроза не сулящая ничего хорошего. Эрика, замерев, словно завороженная смотрела в его стальные, холодные, будто лишенные жизни и эмоций, глаза.

– Мистер, мистер… – промямлила она, силясь вспомнить его имя. – Я.. я не думала…

– О, я в этом, просто уверен, не знаю умеете ли вы вообще думать!!!

Адам нехотя выпрямился, оглянулся, звонил его телефон. Не вовремя, он был так близко, почти касался ее губ, и мог поцеловать ее, просто так, в отместку. А в целом, если так подумать, то все это раздражение, просто глупость, разве ему когда-либо было дело до того, кто и что о нем думает. Да, никогда. Адам всегда плевал на чужое мнение. И глядя на Эрику он не смог бы с полной уверенностью сказать, что не злится на нее, а скорее ищет предлог оказаться как можно ближе.

Эрика оставшись одна, наконец смогла выдохнуть. Ее тоже охватило странное чувство, когда он был так близко, что их дыхание смешивалось, она не слышала, что он ей говорит, сердце стучало где-то в горле, а кровь так шумела в ушах, что думать, о чем либо, кроме как о том, что он сейчас ее поцелует она больше не могла. И только когда Адам отошел от нее на безопасное расстояние, повернулся спиной она смогла вынырнуть из охватившего ее возбуждения и растерянности. Медленно выпрямившись, она быстро оглядела комнату, надо было отступать, пока не наделала глупостей, а к этому она была очень близко. Никогда еще в своей жизни она не кидалась на шею первому встречному, а у этого она даже имя вспомнить не могла. А если переспать с этим красавчиком в планах у нее не было, значит надо было сматываться подобру-поздорову. Выход там, не так уж и далеко, мягкий ковер заглушит шаги, она не считала, что у него там какой-то волшебный замок, который способен открыть только истинный маг, скорее всего, достаточно будет просто повернуть ручку и вот она – свобода. И так, что там делает эта гневливая сущность с охренительно красивыми глазами? Эрика искоса посмотрела на Адама, тот стоял спиной, засунув пальцы левой руки в задний карман светло голубых джинс. Широкий разворот плеч, черные как вороново крыло волосы закрывают крепкую шею, футболка свободно болтается на нем, но при любом движении обрисовывает рельефные мышцы спины, он стоит, широко расставив длинные ноги, которые переходят в узкие бедра, и шикарный… Эрика быстро заморгала, сколько она как идиотка просто сидит здесь и пялится на этого странного мужика?! Валить надо! Прямо сейчас.

– Да, хорошо, я понял. Передадите ключи ей. – Адам заканчивал разговор, он повернулся как раз, когда Эрика тихо скользнув с дивана, едва дыша медленно, на самых кончиках пальцев кралась к двери .– Звонил портье. – Адам даже виду не подал, что его это удивило, щеки у Эрики вспыхнули, стыд за свой сорвавшийся побег, и злость на невозмутимого клоуна смешались, вызвав взрыв негодования, который она смогла выразить, только высоко вскинув упрямый подбородок, и яростно сверкая глазами. – Вашу машину пригнали, она ждет у входа.

– Ч-что? – гордо задранный подбородок медленно опустился, а гнев в кошачьих глазах цвета виски сменился растерянностью. – Почему вы позаботились об этом?

– Потому что на тот момент я думал, что помогаю леди, которая попала в беду. Знал бы кто вы – пальцем бы не шевельнул.

– Знаете, что…?!– ощетинилась девушка. Эрике не было страшно, злость на этого хамоватого чурбана перекрыла в ней все другие чувства. Выпрямив спину, расправив плечи, она медленно приблизилась к нему, ткнула пальцем в грудь. – Я не навязывалась вам в спутницы, и на знакомство не нарывалась! И тем более не стану терпеть ваше хамство!

– А я и не просил вас меня терпеть, так, же как не просил строчить свои бредни! – он оттолкнул ее руку от себя, Эрика может и не намеренно, но довольно больно ткнула его острым ногтем. – У вас есть прекрасный шанс свалить из моей жизни. А я с радостью забуду, что вы в ней появлялись.

– Ах вот как значит! – недобро сощурилась она.

Адам непроизвольно подался назад, она бесила его, злила, но в то же время, он чувствовал, как от звука ее голоса перехватывает дыхание, потрясающие глаза пьянят похлеще дорогого виски. Вместо того, чтобы орать на нее, ему нестерпимо хочется поцеловать ее, не отталкивать изящную ручку, а гладить, ласкать. Лицо ему еще удавалось сохранить, а вот сердце уже колотилось как безумное, и униматься не думало. Единственным выходом привести себя в душевное равновесие было выставить девицу за порог и захлопнуть двери.

А Эрика, прожигая его взглядом, думала о том, что сожалеть этот мерзавец будет только о своем хамстве. Такое в свой адрес Эрика ни за что и ни от кого не стала бы терпеть. Ее жгло горячее желание влепить ему пощечину, расцарапать лицо, но мужчина он крепкий, высокий, дотянись еще до его надменно-холодной физиономии.

– Вы мне сделали больно, – яростно сверкая кошачьими глазами, потирала она якобы ушибленную кисть.

– Всего лишь не дал вам проковырять во мне дыру.

– Гордитесь этим, да? Справились с хрупкой девушкой. Нападать на особей своего размера куда сложней, да мистер?

– Я на тебя еще не нападал, – навис над ней Адам.

Да, что с ним такое происходит, он даже в самых непростых ситуациях научился не терять контроль, сохранять голову холодной, действовать прагматично. И сейчас, стоило какой-то глупой девчонке бросить ему в лицо нелепые оскорбления, как он точно с цепи сорвался. Они скрестились взглядами: серые, полые холодной злости, и желтые, цвета виски, сверкавшие горячей яростью. В какой момент это сучилось Адам так и не понял: он резко толкнул Эрику к стене, она вскрикнула и готова была кинуться на утек, черт с ней с гордостью, но журналист оказался быстрее. Уже через секунду она рвала его плечи ногтями, пыталась пнуть или наступить на ногу. Сделать больно, сделать что угодно лишь бы он ее отпустил, потому что, если он не отойдет… а что будет тогда? Адам еще пытался справиться с собой, отпустить девчонку, и пусть катится, но какие-то неведомые силы сжимали захват, в ушах шумело, голос разума глушило вспыхнувшее и поглотившее все мысли желание владеть этой девушкой, добиться того чтобы она перестала сопротивляться, поняла, что она тоже хочет его, с таким же неистовством и безумием.

– Мне больно! – крикнула она, когда Адам скрестил ей руки над головой, поймал девушку за подбородок, заставил смотреть ему в глаза. Эрика вся дрожала. А потом в ней вспыхнул гнев, она яростно тряхнула головой, волосы рассыпались по плечам, никто не смеет так бесцеремонно хватать ее. – Отпустите меня, – яростно прошипела она.

– Ты уверена, что хочешь этого? – голос у него звучал ниже, тихо, интимнее.

– Я уверена, – взвизгнула Эрика, в тоже время понимая, что по телу разбегаются мурашки от одного его взгляда, а что будет если он ее поцелует? «Пусть только попробует ее коснуться, пусть только посмеет распускать руки, пусть только подумает о том, чтобы отпустить ее, оттолкнуть, не поцеловать. Она тогда сама его поцелует!» – Мистер…

– Уильямс, если кричать это во время оргазма тебе будет проще.

Адам скользнул по ее фигуре взглядом: узкие плечики, высокая маленькая грудь с задорно торчащими сосками, легкая блузка обрисовывала каждый изгиб, распахивалась, обнажая плоский животик, поблескивающей в пупке сережкой, округлые бедра, длинные ноги. Одной ногой девушка уперлась в стену, согнув ее в колене.

– Тебе придется очень постараться, чтобы справиться со мной!

– Мне так не кажется, крошка. – усмехнулся Адам и поймал ее губы.

Эрика всхлипнула, дрожащие губы вдруг сами раскрылись ему на встречу, она то и дело пыталась высвободиться, руки, чтобы обнять, или вцепиться ему в волосы, или повиснуть на крепкой шее, или убрать эту прядку волос с его лба, чтобы он уже перестал выглядеть так мило.

«Да какого черта со мной происходит. Он же изнасилует меня, а я тут думаю о том, какой он милый!?»

– Убери руки! – шепнула она ему в губы, выворачиваясь и словно противореча самой себе подставила шею для поцелуя.

– Ты уверена, что хочешь этого? – сипло, не узнавая собственный голос, прошептал в ответ Адам, нежно покусывая тонкую кожу на длинной шее девушки.

Эрика всхлипнула, непроизвольно выгнула спину, сильнее прижимаясь к крепкому торсу мужчины. Адам хмыкнул, повернул ее лицо к себе, в глазах Эрики уже не было злости, в них плескалось возбуждение, что дрожью нетерпения разливалось по хрупкому телу, стоило Адаму только коснуться ее.

– Да. – пересиливая себя, всхлипнула Эрика.

Адам на удивление послушался, он выпустил ее руки, но сразу не сделал шаг назад, он медленно скользнул ладонями по ее рукам вниз, едва коснулся, ставшей такой чувствительной, груди, ниже, на талию, сжал ее бедра и только тогда отступил.

– Стоять сможешь?

– Не уверена. Смогу убедиться только если ты меня отпустишь. – ответила она. Теперь, когда мужчина перестал ее целовать в голове снова включился мозг, который похоже вышел прогуляться иначе она бы так не радовалось, что ее пытаются изнасиловать.

Адам развел руки, Эрика пошатнулась, но отклонившись обратно к стене, выровняла равновесие.

– А теперь? Может тебя еще подержать?

– Обойдусь. Стой подальше. И не подходи ко мне. Совсем. – теперь уже снова довольно зло пробормотала Эрика. Только вот на кого она злилась, пока не знала, на Адама, что так бесцеремонно почти довел ее до оргазма одним только шепотом, или на себя, что решила изобразить мороженое на пляже.

Адам хохотнул. Если бы Эрика знала, как давно смех вырывался из его груди, она бы очень сильно удивилась.

– Ты…

– Ты больной что ли?! – прервала она его.

– Я бы извинился, но кажется тебе понравилось.

– Да, ты меня едва не изнасиловал! – она нервно отбросила растрепанные волосы с лица.

– А я могу продолжить.

Адам коснулся ее щеки кончиками пальцев, кожа у нее была мягкая, гладкая, нежная, сочные губы приоткрылись, глаза расширились, грудь нервно поднялась и опустилась, раз другой. Секунда и Эрика, повиснув у него на шее, сама потянула его на пол. Она сама завладела его губами. Поцелуй не был навязчивым, но был чувственным, нежным, она ласкал языком его губы, скользила по зубам, жаждала ответа, и он не заставил себя ждать. Адам перекатился, и девушка распласталась под ним, цепляясь за его шею, плечи, вцепляясь ногтями в гладкую спину. Грудь его раздувалась как кузнечные меха, дыхание сбивалось, срывалось, мысли путались. Думать он уже не мог.

– Все еще ненавидишь меня? – прошептала Эрика выгибая шею для поцелуев.

– Нет, или да. Я не знаю, кошечка. – хрипло отвечал ей Адам не в силах оторваться от пульсирующей жилки, что спускалась вниз к ключицам, пряталась за воротником блузки.

– Ах вот как!

Эрика изящно выгнувшись, рванулась вверх, надавливала на крепкие мужские плечи. Одно было ясно сразу, если бы Адам захотел ее удержать, ему бы это не составило труда, но он подчинился на милость победительницы. Перекатившись на спину, увлек за собой Эрику, и теперь она сидела верхом на его бедрах как наездница, всем своим существом ощущая его возбуждение.

– Может спустить с тебя штаны, красавчик? Пока ширинка не лопнула.

Адам снова засмеялся.

– Ты так в себе уверена, кошечка?

– А тебе смешно? – прорычала она, наклонилась над ним.

Золотые волосы, пусть и растрепанные каскадом рассыпались по бокам от ее лица, легли на пол, создавая полумрак, в котором мерцали веселостью и ожиданием глаза Адама.

– Ты очень красивая. – он потянулся и коснулся ее щеки. – Но если мы сейчас оба не остановимся, то наделаем глупостей.

– А если я хочу совершить эту глупость?

– Ты меня не знаешь.

– А это так необходимо?

– Я не знаю, детка.

Его руки скользнули по ее талии, забрались под блузку, тонкие пальцы коснулись плоского животика, девушка судорожно вздохнула, вцепилась ему в локти, но не остановила. Адам продолжил исследование, вот ее ребра поднимаются и опускаются в такт глубокому дыханию, она такая маленькая, худая, смыть бы это наваждение, прийти в себя. Вот он добрался до шелкового кружева на маленькой груди, твердые соски торчали задорно, приветливо, он нежно провел ладонью по макушке, Эрика всхлипнула, наклонилась и снова прижалась к его губам, легла на него, и потянула за плечи, вынуждая его снова быть сверху, вновь прижать ее своей тяжестью к полу.

Адам уже сдался на милость своей победительницы, он готов был на все, лишь бы Эрика и дальше была такой мягкой, игривой, ласковой в его руках. Прямо через блузку он наклонился и прикусил сосок, Эрика вскрикнула, выгнулась всем телом, раздвинула ноги, и прижалась к его твердому напряженному торсу, так хотелось ощутить между ног его член, чтобы он прижался к ней сильнее, надавил, вошел, заполнил, двигался в такт с ней. Она застонала от нетерпения, терлась пахом об его готовую лопнуть ширинку. Адам вздрогнул, еще чуть-чуть и он сойдет с ума от того что не взял ее.

Глубокий вдох, словно он вынырнул из-под воды, дался с трудом, Адам тряхнул головой, еще раз, зажмурился, Эрика как ведьма околдовывала его одним только взглядом затуманенных желтых глаз, губы ее припухшие, влажные манили как вода в пустыне, тихие постанывания сводили с ума. Адам дышал тяжело, грудь его работала как кузнечные меха, и все равно воздуха не хватало. Эрика подалась вперед всем телом, обвила тонкими руками его сильную шею, потянула на себя. Адам готов был подчиниться. Вздох полный желания вырвался у девушки стоном, она упивалась своей властью над ним, при этом сама тонула и не видела этого.

– Нет, это не правильно, – прохрипел Адам.

– Что?

– Остановись, Кристина.

– Мне тебя умолять? – усмехнулась она.

– Нет, нам лучше остановится, пока и правда еще есть шанс. – Адаму все еще не удалось справиться с голосом, он звучал хрипло с придыханием, Эрика недовольно поджала губы.

Адам наконец смог пересилить себя, одним гибким движением он поднялся на ноги. Оглянулся, когда он успел снять майку? Эрика все еще лежала на ковре, блузка расстегнута, прозрачное белье не скрывает темных ореолов. Она все еще дышала быстро, голубого, Адам заставил себя отвернуться, иначе еще мгновение и он сам умолял бы ее принять себя, не отталкивать. Он до сих пор не мог понять, что вообще на него нашло, никогда себя так не вел, никогда не позволял себе так потерять контроль.

Он протянул Эрике руку, предлагая помощь, та ухватилась за его крепкую ладонь поднялась, повернулась к нему спиной, попыталась привести себя в порядок. Лицо горело как в огне, руки дрожали, было одновременно стыдно и обидно, и она никак не могла понять, что она испытывает к нему благодарность за то, что смог остановиться или злость за то, что – оттолкнул.

– Где моя сумочка? – не оборачиваясь, спросила она.

– У входа.

– Почему ты меня остановил?

Адам стоял у окна, старался держаться на почтительном расстоянии, руки спрятал в карманы, больше он себе не доверял. Надо же было так свихнуться, ни с одной женщиной он не испытывал таких эмоций, девчонка для него более чем опасна. От нее необходимо держаться так далеко на сколько это возможно. Он отвернулся, достал пачку с сигаретами, выбил одну, прикурил, не спешил с ответом, вот так с сигаретой думать было легче.

– А ты сама этому не рада?

– Я не знаю, да, наверное да. Но мы же…

– Кристина, я не вполне уверен, что это твое настоящее имя. И мне кажется, что ты так и не вспомнила мое. А еще я думаю, ты просто перенесла шок от не очень приятной встречи с байкерами. Ну и меня выбила из равновесия встреча с автором бульварного романчика, где по несчастью я описан каменной горгульей с замашками садиста.

– Это стилистический прием, – возразила она в ответ.

– Можешь называть это как хочешь, кошечка. Но я по-прежнему остаюсь при мнении, что писатель из тебя как из моего друга Энжила тот половой бабуин со страниц твоей писанины. А он очень далек от этого, уж поверь.

Эрика, еще пару минут назад едва дышавшая от охватившего ее возбуждения теперь ощущала горячую волну гнева, которая медленно, как река заполняла все уголки ее разума, прожигала взглядом Адама. Сам Адам не казался расслабленным или спокойным, крепкие руки сложил на груди, спина прямая, весь как каменное изваяние, только не понятно, из-за того, что сейчас было, так его это напрягло, или просто потому, что ему не нравится, то, что девушка до сих пор стоит посреди его квартиры. Эрика готова была начать бросать в него все что попадется под руку, но как назло в пределах досягаемости ничего не было.

– Я написала книгу, и не просила вас ее оценивать. Вы не критик, мистер Уильямс. Так вы сказали?

– Нет, не критик. Я журналист и кое-что понимаю в стилистике. Давай закончим этот бесполезный спор, ты возьмешь свои вещи и поедешь домой.

Неудовлетворенная страсть сменилась злостью, держать ее в себе Эрика была не в силах, еще секунда промедления и вот она уже рванула на него, готовая вцепиться в лицо, в волосы, рвать когтями и зубами. Словесные аргументы у нее закончились. Да и терпение тоже. Все свои мысли он мог бы держать и при себе.

Адам ожидал чего-то подобного, без какого-либо усилия он перехватил ее, прижал к себе. Эрика издала утробный рык, рванулась, еще раз и еще. Журналист казалось даже не напрягся, удерживая бьющуюся в руках разъяренную фурию, зажав ее руки так, что они прижимались к его широкой груди. Эрика попыталась вывернуться, раз другой, ничего не вышло, осталось только сжигать его взглядом кошачьих глаз. Адам не смог сдержать улыбки, глядя на возмущенное личико девушки.

– Когда нет аргументов в ход идут кулаки, но ты не того партнера для спарринга себе выбрала, кошечка. Так, что я бы на твоем месте успокоился, забрал свои вещи и ехал домой.

– Пока не выцарапаю тебе глаза не отступлюсь!!! – рыкнула она, снова делая попытку вывернуться.

Ей так не нравилось, что она была слабой в его руках, беззащитной, хрупкой, ноги подкашивались, сердце стучало все быстрее, кровь кипела в жилах, кажется Эрика начала забывать зачем кинулась ему на шее. Губы раскрылись сами собой, снова безумно захотелось, чтобы он ее поцеловал, не отпускал… Да черт его раздери, какого черта с ней происходит?!

– Кошечка, я сильнее, прими это. – тихо шепнул он, стараясь не смотреть в янтарные глаза девушки, иначе он мог потерять последние остатки самообладания, и тогда он не простит себе того, что случится. – Скажи спасибо, что так легко отделалась.

Он развернул ее и толкнул к выходу. Эрика повернулась, смерила его взглядом, словно прикидывала свои силы, Адам чуть заметно отрицательно качнул головой, прикурил новую сигарету, она фыркнула, подхватила сабо, сумочку и вылетела из квартиры.

Глава 4

Слезы ярости жгли глаза, но Эрика шмыгая носом стойко сдерживала их.

– Я тебе отомщу, покажу как меня унижать. Книга моя ему не нравится! Посмотрим, что ты скажешь о продолжении. Я сделаю из тебя разносчика газет, неудачника, которому жена изменяет и даже не прячется. Я так тебя унижу, и так это завуалирую, что ты сможешь сколько влезет бегать по судам, весь мир будет знать, что это ты, а тебе останется только грызть ступени у верховного суда от ярости. Адам, ты Адам Уильямс, – вспомнила Эрика имя, она узнала его из статьи про дело, о котором теперь издала роман. И к пущей ярости не могла не отметить, что писал Адам легко, читать его статью было приятно.

Эрика гнала в своем красном фордике по городу не разбирая дороги. Не могла выкинуть из головы как ей было хорошо в его руках, как ее тело отзывалось на любую его ласку, и ненавидела себя, а еще больше его за это. Из мрачных мыслей ее вырвал звонок. Она не глядя нашарила в сумке телефон, бросила взгляд на имя:

– Джессика?

Удивление Эрики было искренним. Джессика была ее лучшей школьной подругой, и до недавнего времени все в их отношениях было превосходно. Но пару месяцев назад Джесс загорелась идеей выйти замуж, и способы добиться этого не одобрила Эрика, сильно повздорив, подруги расстались не на лучшей ноте и с тех пор не разговаривали.

– Эр, умоляю не бросай трубку, – голос у девушки звучал испуганно, она несколько раз всхлипнула, – мне больше не к кому обратиться.

– Что случилось? Джесс, ты в порядке? Я сейчас приеду к тебе.

– Я не дома, Эрика, я в хостеле. Номер 516.

– Где? – Эрика знала, что у подруги проблема с деньгами, но не думала, что все на столько плохо.

– На окраине города, называется "Золотое Руно". Эрика, мне страшно, мне очень страшно, приезжай поскорее.

– Я скоро буду, держись, подруга.

– Эрика, – девушка снова схлипнула, – ты была права, подруга, ты во всем была права. Прости меня.

– Я приеду, и мы обо всем поговорим. Я скоро.

Эрика, быстро вбила данные в навигатор и уже через 10 минут чтобы добраться до места, мчала она, нарушая все мыслимые и немыслимые правила. Не дожидаясь, пока спящий владелец разлепит глаза, девушка ринулась к лифту.

– Лифт заедает, – услышала она за спиной сонный, скучающий голос.

Лифт как раз подошел, на выходе из него она столкнулась с симпатичным, но очень мрачным мужчиной, тот не глядя на нее прошагал к выходу, Эрике уже было плевать, она не собиралась терять драгоценное время на лестницу.

К счастью между этажами она не застряла, хотя древнее сооружение скрипело и стонало так, что мурашки пробегали по коже и подступала тошнота к горлу, но вот двери разъехались, выпуская девушку из своего нутра. Эрика, поблагодарила всех богов, что позволили ей добраться без задержек, и со всех ног бросилась по тускло освещенному коридору с обшарпанными, старыми обоями. Вот двери: 11, 12, 13… В конце коридора дверь была приоткрыта.

"Может это не тот номер? Господи, пусть это будет не он, пусть будет не он. Просто жильцы съехали и забыли запереть двери." – по спине пробежал холодок, плохое предчувствие не покидало, а только усиливалось. Страх липкими лапами хватал за ноги, заставляя сбавить шаг.

Эрика медленно приблизилась, номер 516 тускло поблескивал мутными цифрами в неярком свете, отбрасываемом старой и очень грязной лампой с потолка. Девушка не могла унять нервную дрожь, трясущейся рукой она толкнула обшарпанную дверь. В номере темно, не горит ни одна лампа. Эрика буквально заставила себя переступить через порог, под ногой что-то хрустнуло, вздрогнув, она шагнула в сторону, зашуршала бумага, из коридора было недостаточно света, чтобы разглядеть номер, и чертов выключатель, который должен быть прямо у двери никак не находился, хотя Эрика не переставала скользит по грязным обоям дрожащими пальцами.

– Джесс? – позвала она, но тихо, нерешительно, голос дрожал.

Снова неприятно захрустело, от мысли, что так навеное хрустят кости ее затошнило, в палец на ноге что-то впилось, Эрика всхлипнула от страха и боли, и тут пальцы, наконец, коснулись гладкой поверхности выключателя, раздался щелчок, вспыхнул свет. Эрика зажмурилась, на мгновение ослепнув от ярких ламп, и тут же в изумлении открыла глаза. В комнате все было перевернуто вверх дном, бумага валялась по всему полу, ящики, вытащены из стола, стулья вспороты.

Она сделала шаг, от дверей части комнаты не было видно, кровать закрывала ширма, и на ней странное пятно, как будто текло. Да, что же здесь случилось, едва не срываясь в истерику думала Эрика, делая еще один шаг на подкашивающихся ногах.

– Джесс, ты здесь, – собственный голос показался ей странным, искаженным. Она подходила все ближе к ширме, хотя внутренний голос орал, что надо валить от сюда, вызвать полицию, скорую, да хоть спецназ, но не трогать треклятую ширму, но Эрика шла пока ее глазам не предстала ужасная картина. Она хотела что-то сказать, позвать подругу еще раз, разлепила пересохшие губы, но вместо слов из горла вырвался вопль, он рвался из ее легких, из самого сердца, воздуха уже не хватало, а она никак не могла остановиться. У кровати, забрызганной кровью, с полустащенным с нее покрывалом, лежала ее подруга. Каштановые волосы плавали в луже крови, зеленые глаза недвижно, словно кукольные уставились в потолок, рука судорожно сжимала пропитавшееся еще не высохшей кровью покрывало, по ширме как бисеренки рубина стекали капли. В горле девушки по самую рукоятку торчал нож.

Дальше было все словно в тумане. Эрика будто со стороны видела каких-то людей, и внезапно оказалась в машине полицейских, она сидела на заднем сидении, укутанная в одеяло, но не могла согреться, ее все еще трясло, слезы градом текли по щекам, воздуха не хватало, она попеременно всхлипывала и заходилась каким-то тихим поскуливанием.

– Мисс, я лейтенант Коттон, – рядом с ней присел на корточки мужчина, он не был одет в форму его крепкие руки лежали на коленях, затянутых в темно-синие джинсы, черную футболку трепал легкий ветерок, каштановые волосы были взъерошены, темные, серьезные глаза смотрели прямо, внимательно.

Эрика взглянула на него, но будто не видела, она с трудом понимала, что он обращается к ней. Ей все еще казалось, что она стоит там в номере, а Джесс шепчет ей посиневшими губами: "Ты была права".

– Мисс, если бы это не было необходимо я бы не мучил вас сейчас. Но чем раньше вы мне расскажете, что знаете, тем больше шансов у нас будет найти убийцу. – он говорил мягко, но убедительно.

– Ее… – Эрике натужно всхлипнула, голос не слушался, говорила она очень тихо, так что полицейскому пришлось наклониться к ней ближе. – Ее зовут Джессика Честер. Она моя подруга, мы дружим со школы. Дружили… – Эрика зашлась в рыданиях, слезы текли по щекам, перед глазами все плыло.

– Мы проверили телефон мисс Честер, и обнаружили, что ваш номер был набран последним из шестнадцати. Сможете сказать, зачем она обзванивала стольких людей.

– Шестнадцать? – в голосе девушки звенело отчаяние, – шестнадцать, а приехала я одна?!

Мужчина молчал. Эрика уронила голову на руки и разрыдалась.

– Она позвонила, я была в машине, мы не говорили очень давно. – всхлипывала Эрика, – Поругались с ней, мне не нравилось то что она делала, чтобы выйти замуж. – откуда-то в руках у нее возникла кружка от термоса с горячим кофе, Эрика сжала его, пытаясь согреть ледяные ладони, – Джесс просила о помощи.

– Зачем она торопилась выйти замуж?

– Ее родители банкроты, и им придется продать все свое имущество чтобы расплатиться с кредиторами. Джесс не привыкла считать деньги, понимаете, а сама она никогда не работала. Она не хотела отказываться от своего статуса и жизни.

– Не знаете, почему она оказалась в этом хостеле? По вашим рассказам у нее должна быть хорошая квартира.

– Я не знаю, но в последний раз, когда мы с ней разговаривали, она была просто одержима своим новым парнем, и хотела женить его на себе любой ценой, она говорила о каких-то бумагах и о том, что он не посмеет ей отказать, что она знает способ заставить его жениться и содержать себя.

– Кто этот парень? – голос у полицейского стал жёсткий.

– Стивен Грейп.

– Можете еще что-нибудь добавить?

Эрика молча покачала головой, говорить она больше не могла, никак не могла и не хотела верить, что Джессики, веселой, беззаботной, очаровательной Джессики больше нет. Этот разговор с полицейским отнял у нее последние силы. Слезы лились из глаз неостановимым потоком.

– Вы вряд ли сможете сами добраться до дома в таком состоянии, – полицейский все еще стоял рядом, – Есть у вас родные или знакомые, которые могли бы вас забрать? Или вызвать вам такси?

Эрика прикусила губу силясь успокоиться. Одной ей оставаться не хотелось, было страшно и больно, но кто смог бы забрать ее отсюда? Если Джесс обзвонила стольких человек и никто не приехал, то кто может ради нее сорваться в час ночи. А может…

– Вы можете найти номер Адама Уильямса?

– Журналиста? – в голосе Коттона прозвучало явное удивление.

Эрика кивнула. Чарльз достал телефон, быстро набрал номер, поставил на громкую. Если Эрика думала, что он звонит чтобы нашли номер, то она ошибалась. Из трубки раздался голос Адама.

– Чего тебе надо Коттон? Не поздно для личных звонков?

– И тебе добрый вечер.

– Какой к черту вечер, ночь давно.

– Не заметно по голосу чтобы ты спал.

– Так, что ты хотел? Я занят, у меня нет времени на дружескую беседу.

– Прослакал все сроки и боишься получить по шапке от начальства? Ладно, я по делу. Одна из твоих подруг вляпалась в неприятности. Элеонор МакЭндрюс.

Эрика тихонько всхлипнула, ей почему-то подумалось, что Адам сейчас просто пошлет лейтенанта и ей все равно придется ехать на такси домой, садиться за руль не было ни желания ни сил.

– Это которая?

– Блондинка с кошачьими глазами.

Адам поперхнулся, какое-то время был слышен только его кашель, а потом зазвучал осипший голос.

– Если тебя понизили до регулировщика – поздравляю, тачку на стоянку, а ее запри в обезьянник на неделю. Чем смог – помог.

– Уильямс, – рыкнул на него Коттон, – засунь свои обиды поглубже и послушай, она нашла свою подругу, убитой в хостеле. – Адам молчал, но и звонок не сбросил. – Золотое руно, знаешь где это?

– Выезжаю.

Глава 5

Адам прошагал мимо полицейских прямо к Коттону. Вид растерянной, заплаканной девушки вызвал отклик в его душе, хоть он и считал, что там уже ничто отозваться не могло. Он не решился сразу подходить к ней, да и в первую очередь хотелось выяснить, что здесь случилось, и только потом уже идти успокаивать новую знакомую.

– Предупредил насчет меня, я смотрю, – сказал он, протягивая руку.

Коттон пожал ее и снова отвернулся.

– Не хотел, чтобы ты мне пол участка распугал.

– Не задержал тебя?

– Нет. Мы еще не скоро уедем. Эксперты только приехали, так, что до утра точно отсюда не двинемся. Я тебе позвонил, чтобы ты забрал девчонку, говорить она сейчас не особо может, ей совсем плохо.

– С чего ты взял?

– Ну так она попросила тебе позвонить. Это не признак? – рассмеялся Чарльз, глядя на то как скривился Адам.

– Очень смешно. Что тут случилось? – Адам достал пачку сигарет из кармана, закурил, протянул копу, тот бросил тоскливый взгляд, но покачал головой, отказываясь, – что так?

– С Джо поспорил. Уже полгода без курева.

– А, – понимающе ухмыльнулся Адам, – она там?

Адам кивнул в сторону машины куда только что погрузили носилки с телом.

– Нет, утром уехала на учебу.

Адам бросил окурок под ноги, затушил носком.

– Так она поступила? Не знал.

– Веласкес помог, у него много связей, поручился за нее.

– Хорошо. От моей помощи она отказалась.

– Удивляешься? – Чарльз усмехнулся, – Ей всего надо добиться самой, ты же ее знаешь.

Адам кивнул, сунул руки в карманы голубых джинсов.

– Поделишься, что здесь было, раз уж я здесь?

– Статейку готовишь? – хмыкнул Чарльз.

– Да брось, девчонка богатая, о ней и так завтра выйдет тонна писанины.

– С чего ты взял, что она не с этого района?

– У нее вон та фифа в друзьях, я же не совсем дурак, понимаю, что такие как она дружбу с кем попало не заводят.

– А с тобой она как тогда познакомилась, – захохотал Коттон.

– Развлекала байкеров, а потом кинулась мне под колеса, – Адам даже не улыбнулся.

– Что, правда?! – Адам кивнул, Чарльз хохотнул, представив картину, – Ладно, давай так, – Чарльз понимал, что Адам прав, и едва пресса узнает о смерти девушки появится куча статей, так почему бы не дать информацию знакомому журналисту, который не перевернет все с ног на голову, – я завтра переговорю с Веласкесом и, если он даст добро – я тебе позвоню.

– Договорились.

Вместо прощания Адам вновь протянул руку Чарльзу, тот пожал ее, и они разошлись. Адам направился к полицейской машине, Коттон уверенно зашагал к хостелу. Похоже внизу он остался только для того чтобы встретить Адама.

Эрика, все это время с некоторой настороженностью наблюдала за мужчинами. Она уже немного жалела, что не обошлась такси. Но ей не хотелось сейчас быть одной, было страшно, одиноко, больно. А Адам не смотря на свою холодность мог поддержать. По крайней мере он отозвался сразу, стоило только сказать, что у Эрики приключилось несчастье.

– Ты как? – Эрика подняла на него заплаканные глаза. – Сам вижу, можешь не отвечать. Поехали.

– Даже не поздороваешься, – Эрика украдкой вытерла слезы, но шмыгнула носом довольно громко.

– Так мы, вроде, и не прощались. – мягко улыбнулся Адам, помог ей подняться, вручил носовой платок и приобняв за талию, повел к машине.

**********

Ехать по ночному вечернему городу было хорошо, Эрика приоткрыла окно и подставила опухшее от слез лицо ветру, она все еще попеременно всхлипывала, успокоиться было очень тяжело. Теплые ветерок трепал волосы на голове девушки. В окнах, пролетавших мимо домов давно не горел свет, дорога была пуста, редко встречались проезжающие автомобили. Ночная жизнь тоже имеет свои законы, но похоже не в этом районе, здесь было тихо, не горланили песни ночные гуляки, не распахивались двери ночных клубов, разнося по округе задушенный звукоизоляцией мотивчик. Глядя на пробегающие мимо дома, Эрика взволнованно вглядывалась в покрытую мраком улицу, сегодня вечером она уже была здесь. Когда уезжала от Адама, точно она свернула именно на эту улицу.

– Я не поеду к тебе, – Эрика отодвинулась к дверце, недоверчиво глядя на непроницаемый профиль мужчины.

– А кто сказал, что я везу тебя к себе? – Эрика все еще недоверчиво смотрела на него, Адам бросил на нее быстрый взгляд, поверяя, не собирается ли девица кинуться на него, убедившись, что она спокойна снова сосредоточил внимание на дороге. – Тебе надо расслабиться, доедем до одного бара, посидим, это тихое место, особенно в два ночи.

Адам не соврал, пропустив поворот к своему дому он проехал дальше по улице еще несколько кварталов. Эрика, поняв, что он и правда везет ее куда-то в другое место успокоилась, откинулась на спинку кресла и прикрыла глаза. Адам остановился на небольшой парковке, где стояла всего пара автомобилей. Это было довольно удивительно видеть город таким тихим, почти пустым, только гудящие фонари, редкий свет в окнах, Эрика осталась сидеть, когда Адам хлопнув дверцей вышел, она все еще была погружена в свое горе, никак ни желала уходить из головы картина разгрома, мертвые недвижные глаза подруги. Всхлип, натужный, горький, вырвался из груди, слезы опять застили обзор, было очень больно, особенно от мысли, что все бросили Джесс. Все! И она- Эрика тоже!!!!

Дверца распахнулась, Адам стоял рядом, протянул руку, Эрика не сопротивлялась, приняла помощь, выбралась из машины. Он не спрашивал, не говорил слов утешения, просто молча, притянул к себе, прижал к груди и нежно гладил ее волосы, слегка покачиваясь. Эрика была безумно благодарна ему за это, в его руках ей было так спокойно, мерный стук сердца успокаивал, она как на волнах покачивалась на его груди при каждом вдохе – выдохе, ей было так тепло, что не хотелось, чтобы он отпускал ее, никогда. Так они стояли, пока Эрике не удалось взять себя в руки, все еще, хлюпая покрасневшим носом, она размазывала слезы по мокрым щекам.

– Я ужасно выгляжу, – всхлипнула она, прячась в волосах.

Адам взял ее за подбородок, заставил посмотреть на себя.

– Ты прекрасна. Надо только умыться. – чуть улыбнулся он, протянул ей что-то.

Эрика потянулась думая, что это салфетка, с удивлением уставилась на большую, белую футболку.

– Что… кхм… Зачем мне это?

– Байкеры не лучшие стилисты. – он приподнял двумя пальцами оборванный край рукава. – Переоденешься в туалете.

Больше не говоря ни слова, Адам приобнял Эрику за плечи и повел в кафе, они зашли в небольшое светлое помещение в подвальчике, из радио доносилось что-то тихое, не навязчивое, столики почти все были свободны. Адам придержал Эрику за локоть, кивнул на дальний столик у окна, выходящего к небольшому скверику.

– Иди в дамскую комнату, я буду там. Если понадобится помощь – кричи. Я пока закажу нам что-нибудь.

Эрика безвольно кивнула и прижимая к себе футболку пошла в туалет, Адам устроился на мягком диванчике, взял карту бара, нажал на кнопку вызова официанта, через минуту подошла сонная официантка, приняла заказ, и удалилась на кухню. Видимо досыпать.

Эрика долго умывалась холодной водой, пыталась заставить себя успокоиться, но не получалось, перед глазами то и дело вставала разгромленная комната и мертвая Джессика у кровати. Всхлипы вырывались из груди, губы кривились в едва сдерживаемых рыданиях, как же тяжело хоть на время выбросить из головы свое горе. Пальцы дрожали, и словно одеревенели, никак не хотели слушаться, от того коса, в которую Эрика пыталась сплести растрепанные волосы получилась кривая, и сразу же начала расплетаться, девушка махнула на это рукой, стянула с себя безнадежно испорченную блузку, закинула ее в мусорную корзину, и натянула чистую футболку, от нее пахло кондиционером и машиной, именно этот запах она чувствовала, прижимаясь к Адаму на улице. Видимо это помогло ей наконец взять себя в руки, еще раз всхлипнув, она ополоснула лицо холодной водой, поправила косу и пошла в зал. Адам не спускал взгляда с коридора ведущего к туалетам, ему не хотелось пропустить если Эрике понадобится помощь, девушке сейчас было очень плохо, и он не был рад тому, что вынужден был оставить ее наедине со своим горем. Эрика показалась в зале, Адам отметил, что футболка смотрится на ней очень большой, она закрывала девушке слаксы до середины бедер, бесформенно болтаясь на ней как на вешалке. Но так, без косметики, со спутанной косой, в его футболке Адаму она показалась удивительно милой, беззащитной, снова захотелось обнять ее, прижать к себе, чувствовать ее горячее дыхание у себя на груди. Адам заставил себя дышать спокойнее, выкинуть эти мысли из головы.

– Ты всегда возишь с собой одежду? – Эрика опустилась на диванчик напротив, подтянула к себе меню, оттолкнула его, взяла карту бара.

– После работы заехал в химчистку, потом ты бросилась мне под колеса, я просто забыл про сумку в багажнике. Твоя потрепанная блузка напомнила, что я могу с тобой поделиться.

– Ладно, допустим я верю. – Эрика отбросила карту бара, впилась в лицо Адама своими желтыми, цвета виски глазами, Адам начинал чувствовать себя странно, они словно пьянили его, он не помнил, чтобы чувствовал себя когда-нибудь так же, – Почему ты согласился приехать?

– А почему ты попросила Коттона позвонить мне, а не кому-нибудь из своих друзей? Или не вызвала такси?

– Я была на машине.

Эрика подняла глаза к потолку, старясь сдержать новый поток слез, стоило только вспомнить о хостеле, возле которого остался ее новый фордик. Голос ее снова прозвучал надломлено, хрипло. "Хватит уже!" Мысленно велела она себе.

– Ты не села бы за руль в таком состоянии, и Коттон не позволил бы.

– Кто такой Коттон?

– Тот коп, который тебя расспрашивал. – Адам достал сигарету из пачки, и не зажигая ее начал крутить в длинных тонких пальцах, – Он может снова вызвать тебя завтра.

– Зачем? – Эрика нахмурилась.

– Ему могут понадобиться дополнительные сведения, так что будь готова к тому, что тебя еще долго не оставят в покое.

– Меня могут обвинить? – обеспокоенно спросила девушка, вдруг, неожиданно даже для себя, схватила Адама за руку.

Адам медленно перевел взгляд на ее нервно сжатые пальцы в своей ладони. Ручка была такой маленькой, кисть узкая, пальцы тонкие, длинные, персиковые острые ногти впивались ему в ладонь, кончики пальцев холодные. Она была напугана, на взводе, целый ураган эмоций кружил ее сейчас бросая как прилив то в одну сторону то в другую.

– Вряд ли. Коттон не дурак, он быстро разберется что к чему. – поспешил успокоить ее Адам. – Не о чем волноваться. В крайнем случае, если понадобится помощь обратись ко мне. Постараюсь помочь. Так зачем ты попросила позвонить мне? Я думал, что буду последним человеком, о котором ты вспомнишь.

– Джесс… – у Эрики снова перехватило горло, она замолчала, пытаясь справиться с собой, вроде получилось, но голос все равно сел, – она обзвонила шестнадцать наших общих знакомых, просила помощи… – понимая, что голос сейчас откажет, и она снова разревется Эрика замолчала.

– Понимаю. – Адам сжал ее руку в своих ладонях, словно желая поддержать, а Эрика силилась справится с собой, чувствуя, как глаза начинает щипать от сдерживаемых слез, и как заныли скулы, – Я приехал, потому что был тебе нужен, Элеонор.

– Эрика. – всхлипнула она.

– Что Эрика?

– Друзья зовут меня Эрикой, Элеонор зовет только мама.

– Странно, – усмехнулся Адам, – я всегда думал, что сокращение от Элеонор, это Элли или Нора. Эрика я слышу впервые. – постарался он уйти от опасной темы, чтобы еще больше не расстраивать девушку, в конце концов он привез ее сюда, чтобы отвлечь, а не допрашивать.

– Мне нравится. – Эрика поняла его, и была рада, что он так заботливо старается отвлечь ее. – Давно ты знаком с этим полицейским?

– Ты его тоже знаешь, – Адам выпустил ее руки, откинулся на спинку диванчика, привычным жестом отбросил волосы со лба, непослушная прядь челки тут де вернулась на место.

Эрика едва не застонала, ей вдруг показалось, что ничего более сексуального она не видела в жизни. Так захотелось протянуть руку, и самой пригладить эту прядку, что она сжала кулаки, только бы удержать себя на месте.

– Откуда мне его знать? – попыталась она отвлечься.

– Он герой твоей книги. – глаза Эрики удивленно расширились. – Да, кошечка, тебе очень повезло встретить сегодня сразу двоих человек не сильно довольных твоим творчеством. – Адам снова взялся за сигарету, на этот раз просто постукивал ей по столу.

– Не сильно это как?

– Цитирую: «Ведром дерьма меньше, ведром больше, не имеет значения, а мне еще есть где нервы тратить.»

Эрика потупилась. Было очень неприятно слышать подобное про свое творчество. Еще неделю назад она сидела в кабинете Дейзи, и та расписывала в каком восторге от ее книги читатели, как быстро они расходятся из магазинов, да они даже форум вместе читали, и Дейзи заставила Эрику написать несколько ответов на вопросы восторженной публики.

– А та девушка? Полицейский… что она сказала? – Эрика надеялась на то, что женская часть населения более склонна к сантиментам, больше читает романов, и потому надеялась на поддержку хотя бы с этой стороны.

– Та с которой я спал, по твоим утверждениям, не однократно? – Эрика зарделась. – Она жена Коттона. Донгмэй Джо Ли Коттон. С ней тебе лучше не видеться. Она грозилась сломать тебе все, до единого пальцы, чтобы ты даже в телефоне больше ничего не смогла написать. Но думаю тебя должен успокоить тот факт, что ей раньше пришлось иметь дело с прессой, и это был очень неудачный опыт. Она довольно близко воспринимает все что касается ее лично.

Подошла официантка, поставила открытую бутылку белого вина, разложила приборы, ушла, вернулась с горячим. На тарелке Эрики оказалась жареная рыба с овощами.

– Ваш тунец. – прокомментировала девушка, поставила тарелку перед Адамом на которой оказался сочный кусок мяса с картошкой фри. – Бифштекс, и кофе.

– Благодарю. – Девушка удалилась, Адам налили Эрике вино. – Как ты узнала мое имя? Коттон сказал?

– Я вспомнила откуда взяла сюжет для книги, из твоей статьи. Почему ты заказал мне рыбу?

– Не знал, ешь ли ты мясо.

– В смысле я вегетарианка? Почему?

– Ты очень худая. – Адам чуть пожал плечами, принялся разделывать свой кусок мяса.

– Откуда ты… – Эрика покраснела, Адам усмехнулся, бросил на нее быстрый взгляд и вернулся к своему мясу. Эрика неловко ухватилась за бокал, сделал большой глоток вина. Хотелось скрыть смущение. – Я одна буду это пить?

– Я за рулем.

– Ой, да брось, кто тебя остановит? И потом у тебя друг коп.

– Ты не знаешь меня. У меня есть принципы. А я не привык их нарушать.

Эрика налила себе еще вина, алкоголь приятно затуманил голову, боль притупилась, стало немного легче. Отбросив условности, девушка принялась за рыбу. Только теперь она вспомнила, что даже не обедала сегодня, а если учесть все ее злоключения в том числе и кросс по пересеченной местности, то можно было сказать прямо: она умирала от голода. Хотя, когда Адам сказал, что собирается что-нибудь им заказать, первым порывом было отказаться, она считала, что ей кусок в горло не полезет. А сейчас Эрика была даже рада, что Адам взял инициативу в свои руки и решил ее накормить.

Рыба быстро исчезала с тарелки, Эрика еще два раза наполняла свой бокал, голова становилась все легче, а мысли все развязнее, особенно когда она смотрела как ловко Адам разбирается с бифштексом, не тратя сил на лишние движения. Его руками можно было залюбоваться.

– Тебе легче? – спросил Адам, поймав ее задумчивый, изучающий взгляд на себе.

– Мне? – Эрика осушила бокал, пьяно хихикнула. – Совершенно по-другому. А вот ты какой-то напряженный. – Она отложила вилку, выскользнула со своего места, Адам молча подвинулся к окну, Эрика рухнула рядом, снова хихикнула. – Расслабься, крутой журналист. Я тебя не укушу.

– Не сомневаюсь.

Вино сделало свое дело, алкоголь приятно шумел в голове отрезая все негативные мысли, и подкидывая другие, более приятные. Например, почему бы не поцеловать Адама, или не предложить ему остаться на ночь. В какой-то мере она уже жалела, что не попросила его отвезти ее снова к нему и там закончить то, что они начали раньше.

– Ну, не будь букой. – Эрика аккуратными пальчиками с наманикюренными ноготками игриво провела ему по руке, наблюдая, как вслед за ее прикосновениями пробежали мурашки

– Надеюсь, что память у тебя отшибает вместе с похмельем. – улыбнулся Адам, заправил волосы ей за ухо

– Ты это к чему?

Эрика потянулась, накрутила на пальчик прядь волос, нависшую над пронзительными серыми глазами. Она сидела очень близко, видела темно серые лучики, разбегающиеся от черных зрачков, как подрагивают его густые ресницы. Ей показалось или он затаил дыхание, взгляд его скользнул вниз по ее лицу, зацепился за пухлые губы. Эрика медленно, словно слизывала мороженое провела по ним кончиком языка, приоткрыла и наклонилась еще ближе.

– Что ты делаешь? – шепотом спросил Адам.

Его обдало горячей волной, стоило только проследить за ласковым, соблазнительным движением розового язычка, вся кровь махом устремилась в пах, мозг начал давать сбой. Он едва сдержался, чтобы прямо сейчас не кинуться ее целовать, ласкать, он готов был продать душу дьяволу, лишь бы они сейчас оказались в его спальне. Но инстинкты никогда не доводили до добра, он понимал, что ему надо отвернуться, отодвинуться, нельзя смотреть ей в глаза, она как ведьма околдовывала, пьянила, сносила крышу, лишала его разума и способности трезво мыслить. И, что самое удивительное, на нее не действовали ни его отработанные ледяные взгляды, ни холодный тон.

Тяжело вздохнув, он с огромным усилием прикрыл глаза и отодвинулся. За спиной было окно, пространства для маневра почти не оставалось.

–Я тебя соблазняю. – едва слышно выдохнула Эрика, и снова потянулась к нему, положив руку на крепкое бедро, затянутое в джинсы. Адам вздрогнул, напрягся.

– Тебе завтра будет стыдно. Эрика, прекращай. – он взял ее за плечи, отстранил, она состроила недовольную рожицу.

– Так и будешь меня отпихивать каждый раз?

– Я понимаю, что тебе плохо, эта штука, – он постучал по бутылке, – не решит проблему, только заглушит на время, а завтра будет еще хуже.

– Ой, не читай мораль. Ты мне заказал эту бутылку, и ты отказался ее со мной разделить. – Эрика снова придвинулась ближе, ее теплая ладошка скользнула на бедро Адаму, под пальцами его мышцы окаменели. Адам накрыл ее руку своей, и переложил ее руку на ее бедро.

– Эрика, ты красивая девушка…

– Да, пару часов назад ты меня едва не изнасиловал.

– Я не отрицаю того что хочу тебя, но…,

– Но ты весь такой положительный, как герой не ждешь награды. – пьяно хихикнув Эрика осушила бокал.

– Нет, просто не хочу, чтобы утром ты ненавидела меня и себя за одно. Ты сейчас себя не контролируешь. Вот здесь, – он ткнул ей в лоб пальцем, – говорят 3 бокала вина. И мне не хотелось бы пользоваться ситуацией.

– Да плевать, – Эрика налила четвертый, с сожалением потрясла бутылкой над бокалом. – Я хочу, чтобы ты остался со мной сегодня и нчто не мешает нам начать прямо здесь.

Девушка ластилась как кошка, почти мурчала, она не оставляла попыток добраться до ширинки на джинсах мужчины. Адам на какое-то мгновение потерял способность думать, он не выпил сегодня ни капли, но девушка била в голову покрепче любой крепкой выпивки, ему пришлось приложить не мало усилий, чтобы взять в руки себя, а не ее.

– Ты вытащила меня из дома среди ночи, чтобы залезть ко мне в штаны? Так не надо было уезжать совсем. А сейчас, – он снова снял ее руку со своего бедра, – я уже перегорел. Ты закончила?

– Я еще не начинала, но раз уж ты решил играть в буку, то – да. Отвези меня в клуб, подцеплю кого-нибудь.

– Я отвезу тебя домой, а там сама думай, что делать, хоть с консьержем переспи. Думаю, он такую смену не забудет. – Адам вдруг понял, что разозлился только от мысли, что она может оказаться в постели с кем-то другим, да что черт побери с ним происходит, он же даже не знает эту девчонку.

Адам нажал кнопку вызова официанта, девушка подошла быстро, принесла счет. Через пару минут Адам уже вырулил с парковки, машина плавно двинулась по ночному городу, Эрика дулась, уставившись в окно. Адам же пытался понять себя, свои чувства, ему было не понятно, почему мысль о том, что совершенно незнакомая ему девушка окажется в постели с мужчиной вдруг вызвала в нем волну злости. Какое ему дело до того, с кем она собралась спать, и где. В воображении сразу нарисовалась картинка, как Эрику берет кого-то другой, с размытым лицом, прижимает к себе, страстно целует. Адам нахмурился, если понадобится он сам дотащит ее до квартиры, и убедится, что она отключилась, а не вышла на охоту.

Если бы Эрика пребывала в трезвом состоянии она могла бы дуться еще неделю и не одну, но сейчас в ней говорили неудовлетворенность и бутылка вина. Девушка развернулась к Адаму, тот сидел с каменным лицом, уставившись на дорогу. Она поменяла позу, чуть повела плечиками, выгнула спинку, потянулась. Адам бросил быстрый взгляд, скользнул по ее стройному телу, маленькой груди, так хорошо сейчас обрисованной мягкой тканью его футболки, сглотнул, отвернулся. Эрика не спускала с него взгляда, от нее не укрылось то как он наблюдает за ней, она была уверена, Адам ее хочет. Его надо только чуть-чуть подтолкнуть, и она получит то чего так желает.

– Я не хочу домой, – Эрика капризно надула губки.

– Поздно. Мы уже приехали.

Адам резко вывернул руль, затормозил у подъездной дорожки высотного элитного дома, вход был ярко освещен, за двойными стеклянными дверьми открывался вид на огромный холл. Эрика не двинулась с места, пришлось журналисту самому выбираться из салона, обходить машину и открывать даме дверь.

Эрика вышла только после того как Адам подал ей руку. Выставив красивые длинные ноги в пострадавших от бега по лесу слаксах и безнадежно испорченных сабо, она как принцесса выплыла на свежий майский воздух улицы, Адам только хмыкнул, с его стороны все выглядело скорее нелепо. А Эрику уже было не остановить, она чувствовала себя Золушкой в бальном платье. Повиснув на шее у Адама, она потянулась к его губам.

– Долго будешь сопротивляться?

– Эрика, скоро утро, я спать хочу.

– Зануда. Лучше посмотри какие звезды, разве можно спать, когда вокруг все так прекрасно?!

– Мне и правда пора. Эрика, ты пьяная, а я не хочу пользоваться этим. Поверь радости это не принесет ни тебе ни мне.

– А давай я сама решу на сколько мне это нужно. – промурлыкала девушка, приподнялась на цыпочки и прильнула губами ко рту Адама.

Вино, выпитое Эрикой, теперь пьянило и его, как бы он не пытался сопротивляться тяга к Эрике была сильна, почему – он не знал, просто пытался бороться, чувствовал, что так будет лучше.

Адам отстранился, Эрика потянулась снова, тогда он расцепил ее руки и отстранил девушку. Холодный вечерний майский воздух хлынул между ними. Эрика вздрогнула, обиженно посмотрела на Адама, явно не понимая, почему он оттолкнул ее.

– Эрика, иди спать. Я вижу, чего ты добиваешься, я не останусь у тебя. Сейчас ты можешь на меня обидеться, но завтра утром оценишь мое рыцарство.

Эрика стояла перед ним как обиженный ребенок, который не получил понравившуюся игрушку, алкоголь подстегивал не только неудовлетворенность, но и темперамент. Еще секунду она ждала, что Адама сам прижмет ее к груди, скажет, что готов ради нее на все, но он стоял отстраненный, холодный, смотрел куда-то вдоль улицы поверх ее головы.

– Ты же сам себе сейчас врешь, или хочешь, чтобы я тебя умоляла? – она топнула ногой, Адам с трудом сдержал улыбку. – Я прошу, или ты предлагаешь встать перед тобой на колени и ширинку тебе расстегнуть?

– Ты не в состоянии трезво мыслить сейчас, детка, проспись, а там решишь стоит ли тебе вообще мне звонить.

– Ты кретин!!! Урод!!! Я тебя уничтожу!!! Ославлю на весь город!!!

Адам чуть поморщился, взял ее за локоть и развернув лицом ко входу, тихо шепнул на ушко:

– Захочешь извиниться – вот моя визитка, – он вложил ей в ладонь кусочек картона и сжал пальцы в кулак. – Нет – можешь выбросить. Спокойной ночи, Эрика.

Эрика вывернулась, повернулась чтобы высказать все что накопилось, но с удивлением увидела, как Адам сел в машину, и даже не оглянувшись, рванул вниз по улице, бросив ее одну на тротуаре с визиткой, зажатой в кулаке.

Глава 6

Утро пришло тяжелым и безрадостным. Почему потолок вращается, Господи, останови его. Тяжелый стон вырвался из вороха одеяла и смятых подушек, веки опустились, теперь вращалась темнота, а к горлу подступала тошнота.

– Да почему же мне так плохо??? – простонало одеяло хриплым низким басом.

Вдох, выдох, вдох, выдох, зеленое лицо высунулось наружу, яркий свет ударил по глазам, чудовище скривилось и с шипением снова снова в темноту.

– Нет, – снова просипел бас, – придется встать, если я не хочу оставить ужин в постели.

Из кровати вылезли стройные, длинные ноги, аккуратно, медленно, без резких движений встали на пол, одеяло бесформенной кучей село на постели.

– Как же мне плохо.

Волосы птичьим гнездом лежали на голове, на лице, набились в рот, рубашка пижамы собралась у горла, маленькие опухшие глазки с ненавистью пялились на окно, из которого комнату заливал яркий, жизнерадостный, солнечный свет, голове мешали разойтись напополам и родить Афину волосы, прочно обвившиеся вокруг, нехуже змей Медузы-Горгоны. Еще секунду Эрика сидела чуть покачиваясь, но вдруг рванула с места, ее качнуло в сторону, рукой снеся лампу, шаркнув бедром по углу тумбочки, с яростным шипением, она бросилась в ванну, ударилась в дверь, зло рванула ручку, ввалилась внутрь, и захлопнула дверь за собой.

– Успела, – успела просипеть она, прежде чем желудок окончательно сдался, и перестал пытаться удерживать содержимое.

Еще час боялась она покидать пределы ванной комнаты, аккуратно, не отрывая взгляда от унитаза, приняла душ, с трудом расчесала волосы, нашла в аптечке таблетку от головной боли и похмелья, и только после этого без страха посмотрела на свое отражение: лицо еще было зеленоватое, припухлость вокруг глаз почти прошла, и они начали принимать знакомую форму, руки тоже тряслись, но это могло быть от голода. Мысль о еде вызвала в желудке болезненный спазм, Эрика глубоко вздохнула, чтобы унять новый приступ тошноты, надо держаться, через час таблетки подействуют и станет легче. Сейчас нужно было решить насущные проблемы, позвонить вниз, и попросить, чтобы пригнали ее машину, это было главное, хоть ехать Эрика никуда не собиралась, не в таком состоянии.

– Слушаю, мэм. – раздался отвратительно бодрый голос в телефоне после пары гудков.

– Это Элеонор МакЭндрюс пошлите кого-нибудь забрать мою машину, она припаркована у хостела «Золотое руно». – поморщилась она, растирая пульсирующий висок.

– Нет необходимости, мисс МакЭндрюс.

– В каком смысле?

– Ее пригнали сегодня рано утром, попросили передать вам ключи.

– А кто пригнал? – Эрика терлась в догадках, кто был это сердобольный гражданин, что привез владельцу дорогущий новый форд, а не сдал его в какой-нибудь гараж на детали, и не выручил за это кругленькую сумму.

– От Адама Уильямса. У меня остался номер, если что-то будет не в порядке, я могу перезвонить и передать претензию или благодарность.

Эрика в этот момент сжимала рукой раскалившийся пластик, такая ее накрыла злость, что голос задрожал, когда она ответила:

– Перезвоните, конечно перезвоните, и пусть передадут, что Адам Уильямс может приехать и лично поцеловать меня в мой накаченный зад!

***

Прошло две недели, от этого мужлана, подлеца, мерзавца не было ни единого сообщения. Он не потрудился позвонить ей, да просто извиниться за то, что бросил одну, посреди улицы. Сволочь! Эрика металась по квартире, ей до безумия хотелось позвонить Адаму Уильямсу и высказать все, что накипело, с другой стороны орать на него по телефону не было смысла. Этот мудак просто бросит трубку и закинет ее в черный список. Так может подобраться к нему по-другому. Да, на это потребуется время, но шанс есть. Ох уж он у нее попляшет. Сидеть дома было скучно, над книгой думать сейчас не хотелось. Байкеры и официантка были закинуты в мусорную корзину. После вчерашнего приключения Эрика поняла, что хорошего героя ей не создать. Может она, конечно, просто нарвалась не на тех ребят, но проверять это больше не хотелось. Вряд ли ей повезет еще раз. Так чем же теперь заняться?

– Глория, – первым делом Эрика решила дать знать редактору, о чем будет новая книга. Редактор ее уже неделю трясла о новых планах, подгоняла, пока фанаты на волне, надо ловить момент, и прочее, прочее.

– Элли, это ты? Решила меня порадовать, наконец?

– Еще и как. Помнишь ты говорила, что народ очень интересует жизнь Кристиана? Так вот, я решила продолжить его линию.

*****

Двери лифта распахнулись, выпуская в светлый журналистский офис, словно яркую бабочку на свободу, Эрику МакЭндрюс. Малиновое легкое платье с запахом, с блестящей затейливым узором пряжкой на боку, выгодно подчеркивало тонкую талию, а юбка до колена, спадая мягкими волнами блестящего шелка, подчеркивала длину стройных ножек в простых бежевых босоножках на высокой шпильке. В наманикюренных пальчиках зажат клатч, блокнот и ручка, в клатче работающий диктофон.

Эрика мягко мотнула головой откидывая пряди белокурых длинных волос, упавших на плечи. Понимая, что произвела нужное впечатление, она осмотрела зал, выискивая свою жертву. Парни ей не подходили, мужчины будут больше заняты рассматриванием ее, а слушать комплименты в планы не входило. Все надо было сделать быстро, пока не появился Адам Уильямс. В конце зала она заметила девушку, та что-то сосредоточенно рассматривала на экране своего монитора. Эрика, немедля, направилась к ней.

– Здравствуйте. – она протянула руку, девушка вздрогнула.

Переведя взгляд на Эрику, журналистка с завистью отметила дорогой прикид, и аккуратный маникюр.

– Добрый день, – девушка нерешительно сжала пальцы Эрики, и тут же отпустила. – Вы что-то хотели? Справочное не в этом отделе.

– О, нет, я не ошиблась, – Эрика расплылась в улыбке, – я писатель, и собираю информацию о журналистских расследованиях. Пишу остросюжетный роман.

– Тогда вы не по адресу, вам надо обратиться к Уильямсу и Уайту. Они ведут подобные колонки, я обозреватель свадеб и светской хроники.

– Вы знаете, я уже пыталась связаться с ними, но они оказались слишком заняты, вот я и подумала, что эти ребята слишком высокого о себе мнения. А кроме них в редакции найдется журналист и получше чем эта парочка, способный проконсультировать меня по их работе. Тем более что главный герой не мужчина.

Если Эрика хотела подольститься, то у нее это получилось. Девушка, чуть зардевшись откинулась на спинку своего кресла и с интересом посмотрела на Эрику. А Эрика продолжала петь, словно жаворонок весной.

– Вы могли бы вкратце рассказать, чем занимаются Уильямс с Уайтом, и рассказать о сути работы журналиста.

Эрика делала вид что копается в сумочке, что-то ища, на самом деле удобнее укладывала диктофон, и потому не видела, как изменилось лицо журналистки, звенящую в офисе тишину она тоже не заметила из-за своего щебета.

Глава 7

– Не планируй ничего не вечер. – Адам уже две недели как бросил курить, но все равно время от времени лез в карман за сигаретой, вот и сейчас коснувшись его, пачки не нащупал.

– Слушай, Адам, это уже четвертый вечер подряд, Кэнди меня убьет. Я ей обещал романтику и все такое прочее, и если опять облажаюсь она меня просто убьет. Я говорю абсолютно серьезно, а ты меня даже не слушаешь. – Энжил выглядел раздраженным, отбросив со лба золотые, вьющиеся волосы, обиженно отвернулся.

– Значит Кэнди не с тем связалась, пусть найдет себе дворника, или продавца. – отсутствие сигарет сказывалось на настроении, но и не только. Адам никогда в жизни не признался бы даже себе, что все еще ждет звонка той выскочки.

– Очень смешно. Что ты опять задумал?

Адам не ответил он стоял у лифта как вкопанный. Нет, он ни с чем не спутает этот запах. Эрика ему так и не позвонила, и Адам сам не смог бы себе объяснить почему его это так беспокоило, его тянуло к ней, она была словно спичка, а он керосин, искры хватило бы чтобы вспыхнул пожар, и Адаму это не нравилось, не было еще женщины, способной так на него действовать. Он злился, что не может выкинуть ее из своих мыслей, и когда, он почти смирился с тем, что больше ее не увидит, как спустя две недели она вновь появилась в его жизни.

Едва журналисты вышли из лифта, как Адаму в нос ударил запах духов, преследовавший его все последнее время, он сначала опешил, подумал, ему показалось, но достаточно было бегло брошенного взгляда в зал, где сидели журналисты, чтобы убедиться – это не галлюцинация. Пришла она явно не к нему, иначе позвонила бы заранее, и пришла раньше, очевидно – не хотела с ним столкнуться. Значит выяснила его график. Раздражение медленно, словно ядовитая змея, подкатило к горлу. Ну, сейчас она попляшет.

– Энж, ты не мог бы посидеть в кафе, разобрать дело. Я потом сам тебя найду.

– Это что отгул? – Энжил раздраженно хмыкнул, Адам же сверлил ледяным взглядом спину блондинки в конце офиса.

– Разбежался. Мне надо кое с кем разобраться.

– Ого, пояснишь? Знаешь, от твоего лица меня в дрожь бросает.

– Нет. – отрезал Адам и зашагал в глубь зала, где сидели ответственные за спортивную колонку и светскую хронику.

Энжил раздраженно выдохнул, повернулся спиной и вызвал лифт, чтобы спуститься в кафе, на первом этаже. Адам широкими шагами, направился к собеседницам, лицо его и правда не предвещало ничего хорошего.

***

– Можете начать с того чем занимаются эти парни, ну, чтобы было понятно, на что опираться. – пела Эрика.

– Могу начать я, с объяснения, что такое журналистская этика.

Ледяной голос на какое-то мгновение приковал Эрику к месту, но стоит отдать ей должное, не прошло и пары секунд как она пришла в себя, в отличие от испуганно хлопающей глазами журналисти.

Эрика вскочила и резко развернулась, платье, на миг распахнувшись, обнажило ноги, нежно обняло весь стан девушки и тут же расправилось как ни в чем не бывало, Эрика с удовольствием отметила, что Адам на миг скользнул взглядом по ее фигуре, и ей даже показалось, что задержал дыхание.

– О, какая неожиданная встреча! – с притворным удивлением, не скрывая удовольствия в голосе от его реакции, воскликнула Эрика.

– Это точно, этой встречи ты не ожидала. А, ну, иди-ка за мной. – Адам говорил тихо, голосом его, казалось, можно разрезать воздух, таким холодным, и угрожающим он был.

– А я, не к тебе пришла. Уж прости, но с тобой я разговаривать не планировала. – сладко пропела девушка, Эрике было плевать на его тон, взгляд и прочее, она насмехалась ему в лицо.

Адам не ответил, лишь смерив ее холодным взглядом, вдруг, схватил за руку повыше локтя и потащил за собой. Она пришла не к нему, да какого черта его это так взбесило, ему-то какая разница. Но видимо разница была, иначе, как было объяснить душащую злость, поднимавшуюся к горлу. Когда-то он с удовольствием наблюдал за метаниями Чарльза Коттона, и только теперь смог ощутить на себе, что значит ревность. Эрика не испугалась, ее возмутило такое хамское поведение, она попробовала упираться, но Адам был на столько зол, что ему было плевать делает он ей больно или нет. Мужчина просто рванул девушку за собой и Эрика, чтобы не упасть, с красными от возмущения и унижения щеками посеменила следом.

Адам распахнул дверь кабинета и впихнул Эрику. Девушка, по инерции пробежав еще несколько шагов, едва не упала на стол Энжила, развернулась, яростно сверкая глазами.

– Какого черта ты себе позволяешь?! – взвилась она.

– Что ты здесь делаешь? – Адам, высокий, сильный, стоял, широко расставив ноги и скрестив руки на груди, перекрывал ей выход. – Какого хрена тебе надо от меня?

Эрике стало не по себе, всю ее браваду сместило странное беспокойство, от осознания, что она сейчас один на один с разъяренным здоровым мужиком заперта в кабинете. И она очень сильно сомневалась, что хоть кто-нибудь кинется ей на помощь. Теперь надо было думать, как выбраться целой. Не рассказывать же ему о книге.

– Ты мне больно сделал, – капризно надула губки Эрика и растерла плечо, которое и правда немного саднило, Адам невольно перевел туда взгляд, и, увидев красные отметины своих пальцев, ощутил волну стыда, поднявшегося из груди.

Подавив благородный порыв, подначивавший его извиниться, Адам открыл рот, чтобы ответить, как вдруг сзади щелкнул замок и в кабинет ворвался Энжил.

– Адам, ты меня сослал вниз, а сам не оставил документы? И потом у меня новость, Стивен Грейп в Танзании.

– Как давно? – Адам обернулся.

– Да, только что, один человечек позвонил, он у нас…

– В Танзании как давно, Энж?

– А, уже больше недели. Копы его упустили…

– Это не копы, – Адам привычным жестом откинул непослушную прядь волос со лба, она тут же вернулась на место, – это ФБР. Коттон говорил его отодвигают от дела.

– Думаешь копы знают?

– Понятия не имею, Энж, документы там, – Адам кивнул на свой стол, отвернувшись к напарнику, – красная папка. Дай мне несколько минут, я тут разберусь и обсудим.

Эрику Энжил не мог видеть, когда ворвался в кабинет, из-за широкой спины Адама дальнюю часть кабинете было не рассмотреть, но стоило ему чуть сдвинуться в сторону, как его глазам открылась прелестная картина, как роскошная блондинка аккуратно выпрямляется и двигается в слепую зону Адама, явно намереваясь покинуть кабинет незамеченной.

– Ох, – вырвался у него невольный вздох восхищения.

– Стоять! С тобой мы еще не закончили. – от тихого рыка Эрика даже чуть присела, и Энжил тоже замер на мгновение.

– Так вот зачем тебе свободный кабинет. – Энжил быстро пришел в себя, он ехидно усмехнулся, разглядывая возмущенную девушку. – Мог бы тогда отпустить меня домой.

– У нас дела. Я скоро освобожусь.

– Боюсь не скоро. – Хмыкнул парень, но под ледяным взглядом Адама желание шутить сошло на нет. – Я же пошутил. Ты хоть с девушкой полегче. А то она из окна выпрыгнет.

– И это будет самым лучшим выходом для нее. Проваливай.

Адам захлопнул дверь у Энжила перед носом, и повернул в замке ключ. Эрика вздрогнула, для не этот щелчок не сулил ничего хорошего.

– Чтобы нам не мешали. – ключ остался торчать в замке.

– Что ты собрался делать? – Эрика стояла прямая, словно жердь проглотила, больше она не позволит ему унижать себя, черта с два у него это получится.

– Пока еще думаю. И мысль выкинуть тебя в окно пока лидирует.

Эрика возмущенно фыркнула, но ей вдруг подумалось, что если она зайдет за стол, то почувствует себя в большей безопасности.

– И ты думаешь, что сможешь меня запугать? – Эрика медленно двигалась боком в сторону безопасной, как ей казалось зоны.

– Запугать? Ты пытаешься снуть свой нос туда, где ничерта не понимаешь. Уж какие тут запугивания. Я просто не знаю, как донести до тебя мысль, чтобы ты держалась от меня подальше. – Адам не двинулся с места, лишь сверлил Эрику взглядом, пока та очень медленно, пробиралась за дальний стол, как она поняла это был стол Адама.

– По тебе не скажешь, что ты не хотел меня видеть. Или ты думаешь я слепая и ничего не вижу. Ты как дурак отрицаешь очевидное.

– Ты правда думаешь, что стол меня остановит если я захочу к тебе подойти? – он усмехнулся, Эрика подтянула к себе кресло, он не ответил на выпад, но прямо таки излучал опасность.

– Я работаю, мне нужна информация и я за ней пришла, уж прости, что вторглась в твою вотчину. Но тебя же не это бесит, верно? Ты злишься, потому, что я обратилась не к тебе.

– Байкеры тебя значит больше не интересуют.

– Нет, мне эта тема стала не интересна. Мог бы и сам догадаться.

– И ты решила описать сложную и опасную работу обозревателя свадеб и торжеств. Мне не нравится, когда ты устраиваешь допросы у меня на работе.

– Мне не нравятся намеки твоего напарника, но я же не ору на него.

– А может мне стоит воспользоваться его советом, а кошечка?

– Ты ничего мне не сделаешь, – девушка гордо вскинула голову, но на всякий случай развернула к себе кресло прикрывшись спинкой.

Эрика не поняла, что произошло, вот Адам стоит у дверей, и вот он уже прямо перед ней, рванул стул, пинком оттолкнул его к дальней стене. Девушка непроизвольно вжалась в стену, держать лицо становилось все сложнее, глаза ее метались по кабинету, в поисках спасения, но натыкались лишь на преграды.

– Не сделаю? Уверена, милая? А мне казалось, я уже доказал, что меня стоит бояться. – Адам кивком головы отбросил непослушную прядь со лба.

– Да, уверена, ты не такой. И да, я злюсь, ты же бросил меня одну, когда мне нужна была поддержка. Поступил как… как… – Эрика задохнулась в возмущении.

– Ну, как кто? Я не остался с тобой потому что это все закончилось бы сексом. Ты была пьяная и расстроенная смертью подруги. Я не сплю с женщиной, если знаю, что она не отдает себе отчет в своих поступках, для меня это низко… – Адам вдруг замолчал, его лицо стало каким-то хищных. – Так вот в чем дело, ты разобиделась на то что я ушел? Не поддался твоим чарам? Отомстить решила. Приехала разнюхать все обо мне, чтобы накатать еще одну книжонку, лишь бы мне досадить?! – Адам уперся в стену над ней, угрожающе навис над присевшей в испуге Эрикой.

Эрика почти не дышала, все сильнее вжималась в стену, бежать было не куда, она сама загнала себя в ловушку. Мужчина стоял уже совсем близко, она чувствовала исходящее от него тепло, видела, как поднимается и опускается его грудь, его горящие холодным, неудержимым гневом серые, стальные глаза сверлили ее, приковывая к месту, и ей вдруг показалось что он стал дышать чаще. Но почему он не нападает, почему лишь стоит, и только угрожает… Эрика не могла отвести взгляда от его лица, боясь даже думать о том, что может сделать с ней этот здоровяк. Адам давил своей силой, ростом, и Эрике казалось, что так все и есть, он тут главный, а они лишь беспомощная жертва в его руках, но что-то в его глазах заставляло вглядываться, листать чувства, эмоции, проникнуть глубже, и она увидела. За злостью, непреклонностью пряталась страсть, бушующая, неуемная, это себе он сейчас пытался доказать, что злится на Эрику, себя старался убедить, что может просто выкинуть ее из кабинета и своей жизни. Теперь Эрика поняла, что ничуть не боится его, что, пожелай она сбежать, давно бы уже ушла, и никто не смог бы, да и не стал, ее останавливать. Но она не хотела, она сознательно загнала себя в эту ловушку. Стоп! Не себя – его! Желтые глаза, цвета бренди изучающе смотрели в серые стальные, кажущиеся холодными, но что-то в глубине этого непроницаемого взгляда заставило ее губы изогнуться в улыбке, показать жемчужные зубки. Девушка медленно выпрямилась, ее губы оказались возле его, глаза на одном уровне. Адам задержал дыхание, он так же наблюдал за Эрикой, видел, как проходит выражение испуга, как глаза ее начинают блестеть, а эти влажные манящие губы, его взгляд заметался по ее лицу… Мужчина понимал, что тонет, не мог только понять, как он из охотника внезапно превратился в добычу. Его тянуло к этой женщине, тянуло словно магнитом, стоило ему увидеть ее и его охватывало желание, сопротивляться которому он был просто не в силах. А Эрика читала его словно открытую книгу.

– Почему ты остановился, – она нежно коснулась кончиками пальцев его гладковыбритой щеки, теплые, тонкие, изящные, они обещали многое, Адаму с трудом удалось удержаться от того чтобы закрыть глаза и прижаться щекой к ее ладони, – вот она я – только руку протяни.

Адам не ответил, он не доверял своему голосу, вообще уже жалел, что притащил ее в кабинет, надо было затолкать ее в лифт и вышвырнуть из здания.

– Сказать почему? – Эрика провела кончиками пальцев по его губам, скользнула по подбородку к шее, мужчина судорожно сглотнул, теплая ладошка легла ему на грудь, ощущая, как неистово колотится его сердце, Адам вздрогнул. Эрика сжала в кулак ткань его футболки, потянулась, обжигая дыханием прошептала на ушко, – Ты сам меня боишься, – ее жемчужные зубки нежно сомкнулись на его мочке.

Адам с рыком прижал девушку к стене, но не успела она почувствовать холодный воздух кабинета как мужчина всем телом навалился на нее и впился в губы, держать себя в руках он больше не мог. Эта девчонка свела его с ума, ему было плевать где они и что случится если сюда войдут, он хотел только одного, никогда не отрываться от этого мягкого ароматного рта, его язык скользнул по ее зубам и тут же столкнулся с острым языком девушки, не желая и не имея сил сдержать стон Адам сильнее стиснул в руках нежное маленькое тело, он не прекращал гладить ее шею, спину, обхватил ладонями ее бедра и изо всех сил прижал к себе, ему хотелось, чтобы она поняла, как сильно он ее хочет. Эрика вцепилась в широкие, твердые плечи Адама, ей нравилось чувствовать, как перекатываются мышцы под гладкой кожей, нравилось, ощущать его силу, опасность, и знать, что все это в ее руках, все под ее контролем. Она упивалась чувством власти над этим сильным, холодным для других, но пылким и страстным для нее одной мужчиной, знала, что стоит ей его оттолкнуть и Адам подчинится. Но отталкивать не хотелось, девушка не хотела понять только то, что, как и Адам она начинала терять голову, терять контроль, ей безумно нравилась его сила, твердость, и в то же время нежность, с которой его руки скользили по ее телу, заставляя ее дрожать, таять, и жаждать новых прикосновений. Нетерпеливо, едва не разрывая он пытался развязать на ней пояс, пока пряжка не поддалась, и ткань с тихим шелестом не разошлась, демонстрируя красивое стройное тело девушки, в нежном шелковом белье. У Адама перехватило дыхание, он с каким-то странным всхлипом прижался губами к ее шее, ключицам, с трудом оторвался от ее нежной кожи, Эрика тут же подалась вперед, буквально повиснув на нем, снова завладела его губами, мыслями, чувствами. Было плевать слышат ли их за стеной, ворвется сюда кто-нибудь, или они так и останутся одни во всей вселенной. Эрика запрыгнула на него, обвив длинными ногами его бедра, подставляя под его ладонь мягкие, нежные, жаждущие своей порции ласк полушария грудей, Адам не заставил себя просить, он накрыл нежный бугорок груди, в ладонь уперся твердой горошиной ее сосок, Эрика вздрогнула от наслаждения, пронзившего тело. Она вся выгнулась, предлагая себя, мысленно умоляя не останавливаться. Рука Адама скользнула вниз, пальцами он погладил ставший влажным от желания островок наслаждения, Эрика дернулась и сильнее прижалась к нему, сейчас она могла думать только об одном, чтобы мужчина взял ее здесь, сейчас. Она медленно спустила ноги на пол, ее рука нашла вздыбившийся бугор на джинсах, пальцами захватила собачку и потянула вниз. Адам вдруг замер.

"Какого черта я делаю", – пронеслась в голове мысль, – " Не здесь! "

Он замер над Эрикой, которая все еще висела на его руках, бесстыдно демонстрируя все свои прелести. Адаму понадобилась вся его сила воли, чтобы разжать руки и отступить от нее. Эрика вздрогнула, едва не рухнула на пол, когда Адам разжал руки и буквально шарахнулся от нее, а она стояла растрепанная, в распахнутом платьем, тяжело дыша и ничего не понимая. Ее обиженный взгляд зацепился за, полное растерянности, лицо Адама. Щеки вдруг начали гореть, она почувствовала смущение, даже стыд. Он только что волок ее через весь офис, ничуть не заботясь о том, как она будет выглядеть в глазах людей из редакции, а она тут расстелилась перед ним, словно и не было никакого унижения. Эрика обхватила пальцами виски, сжала их, щеки горели все сильнее, она тоже поняла, что могло сейчас произойти и радость смешалась с грустью, что, хотя бы одному из них хватило ума остановиться.

– Тебе не следовало меня провоцировать. – голос у мужчины был все еще хриплый, и говорил Адам тихо.

– Ты же сам собирался…

– Я не хотел… А, черт, кошечка, ты заставляешь меня терять голову. Это опасно для нас обоих….

Эрика вскинула голову, платье на ней все еще было расстегнуто и Адам видел нежное кружевное, прозрачное белье. Хоть желтые глаза и сверкали возмущением, но в лице была растеренность и непонимание.

– Почему? – тихо прошептала она, с трудом застегнув пояс, руки дрожали, глаза защипало, – Что может быть опасного в отношениях? Если я, черт побери, хочу тебя, почему я должна держаться подальше?!

– Эрика…– Адам растерянно провел рукой по волосам, он не знал, что сказать.

– Ты сейчас опять будешь говорить глупости умными словами. А я не собираюсь их слушать. – перебила его Эрика. – Захочешь извиниться – звони.

Киношным жестом откинув за спину волосы, она чуть толкнула Адама, желая заставить его посторониться, но резко отдернула руку, словно обожглась, проскользнула мимо. Щелкнул замок. Адам не пошевелился, он не хотел смотреть как она уходит, а тем более не хотел чувствовать себя дураком. Но не всем желаниям суждено было сбыться.

– Поговорили?

Из задумчивости Адама вырвал голос Энжила. На этот раз Энжил не спустился вниз, он как и половин редакции собрались у дверей кабинета и тихо переговариваясь, стрались услышать что происходит внутри. Едва девушка пролетев мимо, скрылась в лифте он рванул в кабинет. Адам стоял все так же, растерянно оглядывая стол, он встрепенулся, будто вышел из сна, рассеянно посмотрел на напарника и кивнул.

– Ширинку застегни, – ухмыльнулся Энжил.

– Иди к черту, – огрызнулся Адам.

Глава 8

Зеленый BMW стоял в тени деревьев, словно прятался от света фонарей, в его блестящем боку время от времени вспыхивали отсветы фар, проезжавших мимо машин. В темном салоне угадывались две тени.

– Так ты расскажешь, что там между тобой и этой Златовлаской. – Энжил запрокинул голову и потряс стаканчиком с логотипом магазинчика, где он купил кофе, широко раскрыв рот, он пытался вытряхнуть из него взбитое молоко.

– Энжил, уймись. – Адам шарил по карманам в поисках сигарет.

– Мне же интересно, да, черт возьми, всей редакции теперь интересно. – Энтузиазм в голосе напарника хотелось заглушить чем-нибудь тяжелым, желательно по голове и до амнезии.

– Ты кофе допил?

– Да, где это мы? – Энжил вглядывался в темноту улицы.

– Возле дома Грейпов, мне нужны снимки. – сигарет не оказалось, настроение стремительно портилось.

– И зачем тогда тащиться сюда ночью? Днем фото лучше.

– Бери аппарат и идем.

Адам был не в настроении, что-либо объяснять, а тем более говорить об Эрике. Его сжигала неудовлетворенность, ему до боли хотелось эту женщину, но что-то останавливало его от опрометчивого шага. Может он и правда просто параноик, но Эрика была для него опасна, еще ни одной женщине не удавалось на столько захватить его мысли, и так влиять на его жизнь. Адам привык жить закрыто, все контролировать, никого не подпускать слишком близко, все его связи были мимолетны, он сам отталкивал людей. Но не Эрику, его несколько дней грызло, съедало желание поехать и выяснить все ли с ней в порядке, но не только чувство заботы гнало его к ней. Адам пытался избавиться от этих мыслей, влиться в работу, измотать себя до изнеможения, но ночью, во снах, она не оставляла его. После ее визита в редакцию, прошло уже четыре дня, а он все не мог успокоиться.

– Смотри, – они остановились неподалеку от кованной, высокой ограды, встали в тени, чтобы два амбала у ворот их не заметили, – мне нужен не только хороший вид дома и лужаек, постарайся захватить в кадр побольше людей. Я хочу иметь четкое представление об охране дома, если получится зацепить камеры и охранную систему – с меня бесплатный обед и так уж и быть выходной.

– Ого, – Энжил довольно присвистнул, – а Мэллоун согласится?

– Оставь это мне, – хмыкнул Адам.

Мужчины прошли вдоль забора. Энжил останавливался, присматривался к местности, то и дело щелкая камерой. Большой, трехэтажный дом, зеленая лужайка, фонтан перед входом, все это можно было отлично рассмотреть за деревьями и кованным забором. Мужчины шли тихо, стараясь не привлекать внимание, завернули за угол и столкнулись с проблемой, кованная изгородь была только с лицевой стороны дома, дальше территорию опоясывала высокая каменная стена. Адам огляделся, невдалеке росло достаточно корявое дерево, чтобы по нему смог взобраться один мужчина и устроиться на стене. Адам задумчиво обошел его, жестом подозвал напарника, а сам несколько раз с силой пнул ствол, проверяя его прочность.

Ветки затрещали, посыпалась листва, Адам не успел понять, что произошло, но вот он стоит и смотрит наверх, а вот уже лежит прижатый каким-то телом к холодной земле, по ночному небу лениво ползут тяжелые тучи, дождь собирается – едва успел подумал слегка оглушенный мужчина, а еще через секунду он охнул и едва не сложился пополам, что-то тяжелое и темное больно ткнулось ему в пах. Адам ухватился за то, что было перед глазами, толкнул, в надежде скинуть с себя непонятный предмет, и только тогда понял, что перед лицом у него женский зад, обтянутый черными лосинами, и довольно приятный на ощупь, а в нос, помимо ночных ароматов пробивался настойчивый запах знакомых духов. Адам устало вздохнул и откинул голову назад на траву.

– Адам, ты в порядке? – голос Энжила звучал обеспокоенно, он до сих пор не мог понять, что произошло. – Принести оружие?

– Уж лучше осиновый кол, – послышался усталый голос журналиста, – пулей от нее не отделаешься.

Эрика наконец смогла опереться на руки, и обернувшись зло посмотрела на журналиста, приземлилась она крайне неудачно, мало того, что лицом уткнулась прямо в ширинку, так еще и сильно ушибла колено, и похоже вывихнула запястье. Что мешало тут же вскочить. Она тоже не сразу поняла на кого рухнула. Завозилась, попробовала подняться, но охнула и рухнула обратно, Адам выгнулся, сквозь зубы прошипел какое-то витиеватое ругательство.

Энжил стоял в нерешительности, глядя на копошащуюся массу, вроде как Адам помощи не прости, а вроде как мог бы и объяснить, что случилось.

– Ну почему из всех неприятностей именно ты свалилась мне на голову? Энж, если бы мне требовалось помощь, меня бы уже пристрелили, пока ты там думаешь.

– Да пошел ты! – ухмыльнулся Энжил, начавший наконец понимать, что происходит.

Эрика скатилась с Адама и снова вскочила на ноги, в колене стрельнуло, девушка вскрикнула и повалилась обратно на траву рядом с журналистом. Эрика ждала, что Адам сразу поможет ей подняться, и хотя бы извинится, за то, что скинул ее с дерева. Адам же, не торопясь поднялся, отряхнул джинсы и только после этого взглянул на Эрику.

– Ушиблась?

Глаза его мерцали в темноте, а внезапно вынырнувшая из-за облаков луна, сделала его почти нереальным, с этой его непослушной прядью волос на лбу, тихой, едва заметной улыбкой. Эрика даже залюбовалась им на секунду, пока не поняла, что все еще сидит на мокрой траве, колено жутко саднит, а рука болит аж до локтя.

– А тебе то что, смотрю, не сильно спешишь мне помочь, – огрызнулась она, но руку протянула, чтобы Адам помог ей подняться.

Мужчина, коснулся ее пальцев, скользнул ласковым поглаживанием по маленькой ладони, по ее руке побежали мурашки, кошачьи желтые глаза невольно расширились, Адам наклонялся, лицо его было все ближе, Эрика затаила дыхание, кончиком языка облизнула пересохшие губы, потянулась на встречу, но поцелуя не последовало, лишь теплые сильные руки подхватили девушку под колени, он легко поднял ее и повернулся к Энжилу:

– Энж, работай, я буду ждать у машины.

Напарник, покашливая в кулак, весело сверкнул глазами на парочку, Эрика спрятала лицо на плече у Адама, Энжил повесил фотоаппарат себе на шею и полез на дерево. Перед ним маячил выходной, так что спорить он даже не думал, тем более он хотел поскорее вернуться к машине, чтобы узнать подробности отношений этой парочки. Так, тихо похихивая, он устроился на широкой каменной ограде.

***

Адам посадил Эрику на сиденье, достал аптечку, присел рядом, попробовал закатать штанину, лосины обтягивали длинные стройные ноги девушки как вторая кожа.

– Тебе придется их снять, – Адам окинул взглядом полулежавшую на сиденьи Эрику.

Она чем-то напомнила ему нимфу, светлые волосы как будто светятся в темноте ночи, огромные глаза цвета виски, мягкие пухлые губы, чуть приоткрыты, вот по ним опять скользнул острый кончик языка. Адаму вдруг нестерпимо захотелось поцеловать ее, гладить шелковые волосы, ощутить тепло персиковой кожи. Эрика наблюдала за ним, щеки ее вспыхнули, стоило только столкнуться с ним взглядом. Адам не пытался скрыть своего желания, даже если бы захотел не смог, Эрика была особенной, только она смогла заставить его пробудиться от глубокого сна, вытащить все его чувства наружу. А главное на нее не действовали его отталкивающая холодность, она не боялась его, ей было плевать какие страшные рожи он корчит, чтобы распугать всю округу, только презрительно кривила губы, или насмехалась над ним.

– Совсем снять? – голос у девушки прервался, оцарапал горло, она с трудом сглотнула.

– Я же не знаю, где у тебя повреждения, – чуть улыбнулся Адам, он сидел рядом, на корточках, аккуратно, почти невесомо поддерживал ее за голень, он искренне хотел помочь, хотя у самого перехватывало горло, а сердце билось в груди как ненормальное.

Эрика кивнула, Адаму пришлось подняться, и помочь ей выкарабкаться из машины.

– Ты смотреть будешь? – Эрика прятала смущение за ехидством.

– Я могу помочь, если тебе трудно самой.

– Помочь? – от ехидного тона не осталось и следа.

Кровь стучала у нее в висках, руки задрожали. Эрика едва заметно кивнула.

– Какая нога болит? Левая? – Эрика снова кивнула, тяжело сглотнув.

Теплые сильные ладони легли на ее бедра, он скользнул большими пальцами под резинку, эластичная тонкая ткань плотно прилегала к коже, но легко скользила, стоило чуть потянуть ее вниз.

– Тебе надо чуть приподнять больную ногу, – голос у Адама прозвучал непривычно низко, он стоял наклонившись, придерживал ее за бедро, и Эрике казалось, что кожа просто расклилась под его пальцами. Глядя на его макушку ей нестерпимо хотелось коснуться его волос, запустить в них пальцы, скользнуть к шее, обнять покрепче и впиться ему в губы, а нога может и подождать. Пожар, разгорающийся в животе и поднимавшийся к горлу заглушал боль, все вокруг казалось неважным, кроме Адама, его теплых рук, голоса.

Адам чувствовал, как она вздрагивает от его прикосновений, как участилось ее дыхание, но он не за этим тащил ее да машины. И он не позволил бы себе взять ее на улице, прямо под забором особняка Грейпов, еще и Энжил должен вот вот подойти. У его друга появится масса комментариев и поводов для остроумия, застань он тут Адама со спущенными штанами. Неимоверным усилием он взял себя в руки, помог Эрике освободится от лосин и опуститься на сиденье. Сейчас бы сигарету, она точно помогла бы отвлечься, расслабиться. Он отогнал назойливую мысль, присел рядом, деловито осмотрел колено девушки.

– Ты, похоже, на камень упала, ссадина довольно глубокая. – Он потянулся к аптечке, достал бутылочку с какой-то бесцветной жидкостью.

– Это еще что? – Эрика недоверчиво отдернула ногу, голос и сомообладание вернулись к ней, как только она поняла, что Адам не собирается ее целовать. В груди плескались обида на него и злость на себя, что не способна удержать в руках свои инстинкты, стоит именно этому мужчине оказаться рядом.

– Перекись, или ты предпочитаешь заразу? – усмехнулся Адам, Эрика гордо вскинула голову, словно говоря, я не боюсь, просто справедливо опасаюсь.

Жидкость в ранке зашипела, пошла белой пеной, Эрика сцепила зубы, но из горла все равно вырвался сдавленный стон, ранку пощипывало и весьма ощутимо. Адам придерживал ее за колено, аккуратно стер пену кончиком платка, и наклонившись, подул. У Эрики по спине побежали мурашки, тепло его ладони, ласковые прикосновения, забота, а теперь еще это. Она видела, как дрогнули его ресницы, как медленно словно во сне он поднимает на нее взгляд, серые, стальные, всегда такие холодные глаза, светились нежностью для нее одной и так хотелось, чтобы это мгновение не кончалось. Никогда. Адам тихо вздохнул, выпрямился, очарование момента было разрушено, Эрика досадливо закусила губу, глядя как он накладывает повязку на ее колено. Он даже попытки не сделал ее поцеловать, хотя сколько было возможностей. Адам помог ей одеться, выпрямился, улыбка на его губах говорила о многом, но не обещала ничего.

– Где еще больно?

– Рука. Почему ты такой? – вырвалось у нее.

Адам достал из аптечки пакет, переломил его, тот с неприятным хрустом сложился, мужчина взял Эрику за руку, осмотрел запястье.

– Просто не очень удачно приземлилась. Держи вот так. – он приложил пакет к руке, сначала было очень холодно, а потом просто приятно, и рука стала проходить. – Какой такой?

– Почему сидишь здесь и обрабатываешь мои боевые ранения?

– А что мне надо было сделать, перекинуть тебя через забор на корм собакам?

– Ты опять ничего не спрашиваешь? Тебе на столько не интересно, что я там делала?!

– Есть некая доля любопытства, но скорее подтвердить мои догадки, нежели узнать от тебя, что-то новое, – Эрика фыркнула, – Кошечка, сейчас дождемся Энжила, поедем в одно место, там и поговорим.

Адам поднялся, отошел от машины, подставил лицо прохладному майскому ветерку. Так, стоя на расстоянии от Эрики, ему было легче контролировать свои чувства и слова, потому как когда эта девица оказывалась рядом, все его нутро срывалось с цепи, которую он так долго держал крепкой рукой своей воли.

– Что опять к тебе? – Эрика откинулась назад, подтянула ноги на сиденье.

– А тебе бы хотелось? – теперь она не видела его, но отчетливо услышала насмешку в его голосе.

– Меня злит, то что ты не проявляешь ко мне интереса, – вдруг выпалила Эрика.

– Не понял? – у Адама в голосе прозвучало на столько неподдельное удивление, что Эрика привстала на локтях и выглянула, чтобы оценить его лицо, но Адам стоял спиной, вглядываясь в даль темной пустынной улицы.

– Ты и в прошлый раз меня не расспрашивал, – обида была явственно слышна, но Эрика и не пыталась ее спрятать, ей так хотелось, чтобы он проявил к ней искенний интерес, – я настолько неинтересна?

– В прошлый раз, – Адам, наконец повернулся, – в прошлый раз ты была расстроена, у тебя случилось несчастье. Я подумал, что тебя достаточно измучил своими расспросами Коттон, и, если бы тебе надо было поделиться, ты сама могла рассказать все. Не хотелось тебя расстраивать еще больше. Я такой же человек, Эрика, у меня тоже есть чувства, переживания. Я тоже терял родных.

Эрика смотрела на него огромными желтыми глазами. Сейчас перед ней стоял совершенно другой мужчина, не холодный киборг, с ледяным, замораживающим душу взглядом, и пугающим своей безжизненностью и отстраненностью голосом, а живой мужчина из плоти и крови.

– Я же не знала…

– Ты и не могла знать. Никто не знает, Эрика, я не пускаю людей в свой мир.

– И меня не пустишь? – она хотела сказать это с вызовом, но получилось как-то жалко, по-детски обиженно.

– Я тебя не знаю, кошечка. – Адам не пытался обидеть, он говорил тихо, но серьезно, и Эрика поняла, что сейчас он был искренен, его тоже нужно добиться, заставить раскрыть свою душу и чувства, не спугнуть, иначе он снова закроется и уже больше не доверится никому. – Ты там обживался? – Адам, не оглядываясь обратился к шагающему к ним напарнику.

– Зарабатывал себе выходной и бесплатный обед. Черт, холодно, голодно, и ты платишь, приятель, а от этого ночь становится гостеприимнее.

– Я еще не видел твои художества, – ответил Адам усаживаясь за руль.

Глава 9

Кафе и правда было тихое и светлое, премилое местечко, как описал его Адам, а главное недалеко от редакции. Только Энжил недовольно поджал губы и вновь уставился в свою камеру. Адам пронес Эрику к дальнему столику посадил на красный диванчик и сел рядом лицом ко входу, Энжил устроился, напротив.

– Часто тут бываете? – Эрика с интересом осматривалась.

– Нет, – грубовато бросил Энжил, осекся, он не хотел хамить, – в последнее время не часто, – добавил он, желая смягчить свою грубость. – Я буду кофе и бургер, платить тебе, Адам.

– Оценю, что получилось, и скажу заслужил ли ты бургер. – Энжил скорчил ему гримасу протянул фотоаппарат.

– Давно вы, ребята, вместе работаете. – Взгляд Эрики перебегал с одного парня на другого, и здесь было на что полюбоваться, Адам с его суровой спокойной красотой и Энжил с открытой веселостью, и нежной улыбкой создавали любопытный контраст.

– Лет восемь, да, Адам?

– Тебе часы посчитать? – тот не отрывался от снимков.

– И вы вот так сразу встретились и поняли, что судьба быть друг с другом? – хихикнула девушка.

– С этим? – Энжил кивнул на напарника, и лучезарно улыбнулся, – Скорее проклятье. На него же без дрожи не взглянешь. Маньяк. Ты бы видела с каким лицом он мне предложил вместе работать, до сих пор в поту и с криками по ночам просыпаюсь.

– Да нет, – Эрика развернулась к Адаму, оглядела его словно оценивая, – это же просто маска, он себе так статус набивает, а сам еще тот котик.

– С такой работой ты только на крекеры себе заработаешь, – Адам вернул камеру Энжилу.

– В смысле?! Ты хоть туда смотрел? – Энжил быстро включил фотоаппарат, покопался немного и снова отдал Адаму. – Охраны как в казарме, и там видишь? – Энжил перегнулся через стол и ткнул пальцем в снимок, Адам увеличил и тихо присвистнул.

– Собаки, серьезные, доберманы, похоже. Сколько насчитал?

– Семь или восемь. Там дальше камеры, у них стоят по периметру, не особо они их прячут, а над основными воротами охранная сигнализация, я чуть не задел на стене.

Увлекшись снимками, их компания не заметила подошедшую девушку- официантку. Блондинка в форменном платье с передником то и дело бросала взгляды на Энжила, а тот увлекшись снимками совсем ее не видел.

– Готовитесь к конкурсу мальчики?

Энжил вздрогнул, заметно напрягся и сразу отвернулся к окну, Адам обернулся и спокойно взглянул на девушку, будто знал, что она давно здесь стоит и наблюдает за ними.

– Вечер добрый, Эмили, как дела? – голос у Адама был мягкий, приветливый, Эрике его дружелюбие не понравилась, она окинула девушку оценивающим, неприязненным взглядом, Словно прикидывала, могла она быть в отношениях с Адамом или нет.

Эмили чуть заметно улыбнулась, снова бросила в сторону Энжила быстрый взгляд, тот продолжал делать вид, что любуется видами за окном, хотя смотреть особо было не на что, за окном была стоянка для машин, проезжая дорога и часы на перекрестке.

– Все хорошо. Поступила в колледж, мне наконец удалось скопить на первый взнос, – улыбнулась уже искренней девушка.

– Поздравляю, и на какой курс?

– Архитектура и строительство. Буду архитектором.

Энжил хмыкнул. Девушка вновь помрачнела.

– Вы уже выбрали?

– Два бургера и много кофе… Эрика, выбрала?

– Даже не знаю, протянула она. Пусть будет пирог с вишней, и кофе. – она как-то по-хозяйски приобняла Адама за локоть и пробежалась пальчиками по его руке.

Эмили не обратила на это внимание, записала заказ в блокнот, кивнула и ушла. Эрика тут же отодвинулась под насмешливым взглядом Адама.

– Забыл еще добавить в заказ чутка вежливости. – Прокомментировал Адам поведение Энжила.

– Да, пошел ты. Разлюбезничался. – у Энжила благодушное настроение пропало. – Ты же знал, что сегодня ее смена

– И что, мне теперь в кафе по сменам ходить, из-за того, что ты все как мудак просрал?

– Это не я поставил отношения выше какой-то там карьеры.

– Конечно, у тебя она уже есть, – Адам сбавил тон, но спорить с ним, когда он начинал так разговаривать не хотелось совсем, – Ты шикарный фотограф, с хорошим дипломом и послужным списком, не удивлюсь, если ты в скором времени попадешь в какой-нибудь журнал или устроишь вставку, на которой люди будут сливать миллионы лишь бы получить твои работы. А что было у этой девочки кроме униформы официантки и светлой мечты?

Энжил поникнув уставился в окно, с этой стороны он о ситуации не думал, а насчет предложений Адам был прав, у него на почте уже висело несколько писем с предложением о сотрудничестве, в более продвинутые издания и парочка в элитные фотоателье.

Эрика все это время с интересом наблюдала за напарниками. Энжил вел себя странно с самой парковки, сначала он попросил Адама взять на вынос и поехать к нему разобраться со снимками, а когда Адам его проигнорировал, ворчал до самого кафе.

– У вас что, у обоих, был роман с ней? – Эрика не отрывала взгляда от лица Адама, и чуть заметная усмешка, пробежавшая по его губам, ей не понравилась. Эрика перевела взгляд на девушку, та стояла у стойки, рядом со старичком, дремавшим над своим кофе, она раскладывала салфетки, маленькая, худенькая, слишком милая и простая. – Она не в твоем вкусе, красавчик, ничего бы у вас не вышло.

Адам повернулся к Эрике всем телом и теперь уже откровенно и весело улыбался.

– С чего такие выводы?

– Тебе больше подходит яркая девушка, а эта – простушка, тебе с такой было бы скучно.

– С тобой, зато, не соскучишься. Приревновала?

– Еще чего! – но щеки у Эрики предательски вспыхнули.

– И обниматься полезла просто так?

– Да, мне было любопытно посмотреть, что она сделает.

– Эрика, ты просто взбалмошный ребенок. – мягко рассмеялся Адам, перехватил взгляд Энжила, тот не сразу понял, что сидит с открытым ртом. Адам никогда, НИКОГДА не смеется, он улыбается, то крайне редко, Энжил мог бы даже поклясться, что его напарник в принципе не знает, что такое смех.

– Так что между вами, двоими, происходит? – выпалил он вопрос.

– Ничего. Кстати, вы же так и не познакомились. Эрика, Энжил. Эрика, держись подальше от моего напарника.

– Боишься, что я ее уведу? – Энжил ослепительно улыбнулся девушке, та вернула улыбку.

– Нет, опасаюсь, что эта маленькая пиявка сможет из тебя вытрясти.

– Конкурирующая фирма? Ты тоже журналистка? – вопрос был обращен к Эрике, которая возмущенным взглядом сверлила Адама.

– К счастью нет, к несчастью она "писатель".

– Такой плохой? – Энжил захохотал, Эрика сердито насупилась.

– Отвратительный.

Эмили принесла заказ и сразу же ушла, Эрика проводила ее неприязненным взглядом, ей не понравилось, то как Адам с ней любезничал, они вполне могли встречаться, после того как Энжил с ней расстался, чтобы там Адам не говорил, в дружбу между мужчиной и женщиной она не верила.

– Если тебе не нравится нечего было читать!

– Трудно было не ознакомиться, если о тебе, как о старом ирландском замке судачила вся редакция.

– Это стилистический прием! – перешла Эрика на повышенный тон и даже привстала.

– Так ты Кристина Рэйн? – Энжил подался вперед и лучезарно улыбнулся. – Класс, мне нравится. Подпишешь мне книгу?

Адам молча ел свой бургер, он прекрасно видел, что Эрика за ним наблюдает, но провоцировать себя не позволит.

– Вот видишь, – Эрика сверлила невозмутимого журналиста взглядом, – есть умные люди, способные по достоинству оценить мой талант. Конечно подпишу.

– У этих людей плохо с памятью, они забыли, что в твоей книге представлены озабоченными бабуинами, поскольку любой их разговор сводится к сексу. Что ты делала у дома Грейпов? – вопрос прозвучал неожиданно, Эрика вздрогнула, Адам даже взгляда не отвел от тарелки, продолжая поглощать ужин.

– С чего это ты решил вдруг поинтересоваться моими делами? Сам же сказал, что все и без меня знаешь.

– Догадываюсь, но хотелось бы знать подробности, может удастся убедить тебя, чтобы ты не занималась ерундой. – прервал ее излияния Адам, все так же, невозмутимо, не отрываясь от ужина.

– Это не ерунда! Для меня это важно!!!

– Ты можешь и дальше строить из себя сильную и независимую женщину, Эрика, – Адам вытер руки салфеткой, повернулся к ней, во взгляде не осталось веселости, мужчина говорил серьезно, – но ты пытаешься влезть туда, где ничего не понимаешь, это супергерои пробегают через минное поле и остаются невредимы, в реальной жизнь твой первый шаг отправит тебя высоко в небо, а потом твое тело без оказания ему должных почестей просто зароют глубоко и тихо.

– А сам-то, сильный, независимый и не нуждающийся в помощи мужчина!!! Не ты ли загнал друга на мое же место, чтобы заняться тем же? Или твое тело не будут закапывать в более глубокую яму чем мое?

– Меня есть кому прикрыть: Энжил, Коттон, Джо, Мэллоун. И потом, прежде чем кинуться на амбразуру я реально оцениваю положение вещей, свои шансы и силы, а не кидаюсь сломя голову с криком: «Ща всех порву!!!». Я головой думаю, а не эмоциями.

Эрика упрямо поджала губы, возразить было нечего, но и отступать она не собралась. Поняв, что в этой партии ведет Адам она решила зайти, с другой стороны.

– Про эмоции будешь, вон, другу своему рассказывать, мистер Ничего.

Адам не отреагировал на подначивание, снова забрал камеру у Энжила, тем более, что тот был занят уже не парочкой, он обернулся через плечо и наблюдал за пьяной компанией, ввалившейся в кафе. Парни, четыре человека, не переставали хохотать, рассаживались за столиком. Эмили была одна в зале, ночная смена не предполагала большого количества посетителей. Неприятное чувство беспокойства закопошилось у него внутри. Он не зря не хотел встречаться с Эмили, Адам верно сказал, Энжил в какой-то момент посчитал, что его задвигают на задний план, поэтому стал изводить Эмили придирками, устраивал сцены ревности, а когда девушка решилась разорвать отношения, как она сказала, которые тянут ее вниз, Энжил еще какое-то время появлялся в ее смены в кафе, не давая ей покоя, пока Адам не пообещал начистить другу лицо, для освежения мыслей. Но даже после расставания он не переставал думать о ней, завел другие отношения, чтобы забыться, но все без толку.

– Просто подойди к ней и извинись, – бросил Адам.

– Ага, а она меня так сразу простит, и потом, что мне с Кэнди делать? – буркнул в ответ Энжил.

– Подумать, так ли она тебе нужна.

– Включил психолога, – ядовито протянул, став сладким, голосок рядом. – Давай тогда и по тебе проедемся. Не хочешь извиниться, и ты?

– Перед кем? – Адам вернул камеру другу.

Эрика даже не сразу нашлась, что ответить, несколько секунд она хлопала глазами, набирала в грудь воздуха, но слова не шли.

– Это не я настрочил то убожество и показал его миру, Эрика. И не мне не повезло встретить прототип своей писанины, так что извиниться стоит все же тебе.

Вид у девушки был такой, словно она сейчас кинется выцарапать ему глаза, Адам лишь усмехнулся.

– Да ты же ведешь себя как мудак все время, стоит мне оказаться в поле твоего зрения.

– Это твое негативное влияние, кошечка. Как колено?

Эрика опешила.

– Проходит, мне кажется.

– На чем ты приехала?

– На такси, я же не дура, попросила его остановиться за квартал от дома.

– В этом месте есть сомнения, но об этом потом. – Энжилу показалось, что Эрика сейчас воткнет в Адама вилку, но она каким-то чудом сдержалась. – Есть предложение поговорить о нас в другом месте, я бы предпочел без свидетелей. Согласна?

Энжил многозначительно хмыкнул, Эрика насупилась. Она думала. Очень хотелось оскорбить его так же, как и он не прекращал это делать с момента как узнал, что это она автор бестселлера, но в тоже время ей до безумия не хотелось отказывать ему, хотелось наплевать на обиду, и прямо здесь повиснуть у него на шее. Она закусила губу, чуть склонила красивую головку на бок, словно задумалась над его заманчивым предложением. Глаза ее блеснули хитроватым блеском, Адам с трудом сдержал желание сглотнуть. Кажется он уже даже начал привыкать к этому волнению, что возникало в груди, стоило Эрике оказаться рядом.

– А если, да? – сладко пропела сирена и призывно улыбнулась, тут даже у Энжила перехватило дыхание, убедившись, что пьяная компания ведет себя смирно он потерял интерес к Эмили и снова повернулся к парочке. А вот Адаму, наконец удалось взять себя в руки, неимоверным усилием он выровнял дыхание и лениво улыбнулся, словно говорил: «Я понимаю, что ты, стервочка, задумала, но ни черта у тебя не выйдет.»

– Вот тогда мы и поговорим о том, что между нами. А сейчас мне бы очень хотелось узнать, зачем ты присосалась к Грейпам, как пиявка. Что такого знаешь ты, о чем не знаю я.

– Ты же говорил – тот коп тебе все расскажет. – пожала плечами девушка.

– Он и рассказал, но видимо не все. И теперь мне очень хочется, чтобы ты поделилась с мной этой маленькой тайной.

– Мне надо выпить. – Эрика все еще не могу говорить о смерти подруги спокойно. Вот и сейчас голос ее стал хриплым, а глаза увлажнились, она отвернулась.

– Здесь не подают выпивку. Я уже понял, что здесь замешана твоя подруга. – Эрика зло сверкнула на него глазами. – Ее убили в другом месте, зачем лезть в особняк?

– Ты не так давно утверждал, что такой же человек, как и я, что терял близких. Что случилось за полчаса? Ты уже готов наплевать на мои чувства, ради паршивой статейки?

– Нет, поэтому сам назвал причину. Мне интересно, что ты собиралась найти, ну, кроме неприятностей.

– Я на трезвую голову не хочу об этом говорить, мистер Уильямс! И не буду! Что пытать меня станешь?

– Нет. Здесь рядом есть клуб, можем заехать туда, если тебе так хочется надраться.

– Готов споить меня, лишь бы я разговорилась?

– Чтобы затащить тебя в постель, мне достаточно, просто двери перед тобой открыть, так почему бы не напоить тебя, чтобы получить нужную мне информацию?

Эрика готова была броситься на него прямо сейчас, Энжил не понимал, что ее до сих пор сдерживает, но, если бы человек мог убивать взглядом, от Адама теперь осталась бы дымящаяся кучка пепла. Но девушка вдруг гордо вскинула голову, тряхнула гладким золотым хвостом, расправила плечи, Адам усмехнулся.

– Знаешь, тебе остался всего шаг до травматологии, и даже твоя мужественно-красивая физиономия тебя не спасет. Ну да черт с тобой, я согласна на клуб. Ты меня так достал, что трезвой я ложиться спать отказываюсь.

– Друзья, если я вам в клубе не нужен – отправлюсь домой. – Энжил брякнул вилкой об тарелку, ему было немного жаль, что придется уйти, следить за перепалкой этой парочки было лучшим событием за весь вечер. Он оглянулся назад и добавил, – Мне еще с Кэнди объясняться, она уже не верит, что я ночи с тобой провожу.

Мимо них пробежала Эмили и скрылась в служебном помещении. Адам не отрываясь смотрел на друга, взгляд его был осуждающе недобрым, он видел, что Эмили прибирает на столике позади Энжила, и видел, что Энжил об этом знал, потому и ляпнул про Кэнди.

– Продолжаешь вести себя как мудак. – резюмировал Адам, – Скинешь фото мне на почту.

– Сам не лучше. Сделаю.

Энжил не смотрел на напарника, взгляд его бы прикован к двери за спиной журналиста. Он не знал почему, но ему хотелось сделать Эмили больно. Задеть ее посильнее. Может потому, что это она его бросила, променяла на свою чертову учебу.

– Если вам еще есть что сказать – момент подходящий. И я бы на твоем месте начал с извинения. Оплачу ужин.

Адам поднялся, помог встать Эрике, положил деньги под чашку кофе, и они ушли, оставив Энжила в раздумьях.

******

Эмили сидела на полу, прижавшись спиной к холодной дверце огромного холодильника, подтянув к себе колени, то и дело всхлипывала, тут же вытирая слезы на щеках. Прошло уже почти пять месяцев, а она все никак не могла забыть Энжила, и простить не могла, за то как он ввел себя с ней, хоть и понимала, что он просто боялся ее потерять, что в итоге и случилось. В самый нужный момент, когда Эмили была так необходима поддержка, он решил, что она его бросит, как только получит диплом. А она не могла ему объяснить, на сколько Энжил был для нее важен.

Энжил аккуратно приоткрыл двери, вид рыдающей на полу девушки буквально разрывал ему сердце. С Кенди у него не было идиллии, какая была с Эмили. Кенди ревновала его к каждому столбу, вечно всем была недовольна, от нее он ни разу не услышал слова поддержки, в то время как Эмили была как ангел: мягкая, нежная, внимательная. Он понимал, что поступил с ней, как дерьмо, и не знал почему, в него словно бес вселился, он не мог себя заставить остановиться. Думал, что она найдет себе студентика и бросит его. А он уже не представлял себе жизни без этой девушки, и сам жестоко ее оттолкнул.

– Эмили. – тихо позвал он.

Девушка вздрогнула, рывком оторвала лицо от ладоней, с трудом подавила всхлип.

– Чего тебе?

Она неловко поднялась с места, ей не хотелось, чтобы он видел ее такой: раздавленной, униженной, потерянной.

– Я… я не знаю.

Энжил замялся, он не знал зачем пришел, последовал совету Адама, а сказать ему было нечего. Да он считает, что поступил неправильно. Так это и так понятно. Зачем объяснять очевидное?! Эмили смотрела на него не зная чего ждать. У нее тоже накопилось к нему куча вопросов и претензий, но стоило ли их высказывать? Между ними и так все предельно ясно.

– Если не знаешь…

– Ты права, мне лучше уйти.

Энжил развернулся толкнул дверь, ему надо было сделать шаг, только один шаг, и эти отношения останутся у него в прошлом, навсегда. Эмили исчезнет из его жизни и он больше никогда ее не увидит.

– Постой. – Эмили сама не ожидала от себя такого, но ей не хотелось, чтобы он уходил вот так, недосказанность давила, слова рвались из самого сердца, и Эмили позволила им вылиться. – Ты козел, Энжил. Эгоист, конченый придурок, который думает только о себе, своей карьере, работе. Ты способен восхищаться и понимать только то, чем занимаешься сам, но выслушать ты неспособен. Это ты виноват в том, что наши отношения развалились. Я ждала от тебя поддержки, ласки, хоть одного доброго слова. Но с тех пор как сказала тебе, что коплю на колледж ты превратился в законченного мудака. Истрепал мне все нервы, и не смог отпустить даже после того, как я от тебя ушла. Но черт тебя дери, я не могу забыть тебя, не могу не вспоминать наши разговоры, прогулки, какой ты ласковый и нежный, – она всхлипнула, – как близок ты мне стал. И если бы ты просто засунул свое эго поглубже и подумал хоть раз обо мне, может у нас и был бы шанс все вернуть. А сейчас можешь валить. Ты свой выбор сделал.

– Эмили, мы оба погорячились тогда…

– Мы погорячились?! Я ждала, что ты вернешься, что мы поговорим, объяснимся. И ты пришел, ко мне на работу, выставил мня идиоткой! Ты думаешь я здесь работаю, потому что мне нравится бегать в фартуке между столами, слушать хамство и скабрезные шутки, терпеть приставания начальника и подвыпивших клиентов?! Думаешь, я об этом мечтала с самого детства?!

Энжил открывал и закрывал рот пытаясь что-то сказать, но Эмили прорвало. Всегда тихая, сдержанная. Долго же она держала в себе все обиды, и теперь они изливались на голову Энжила заслуженными упреками. А тот стоял оторопев и не знал, что делать.

– Эмили, ну я же не знал, я не думал, что тебе может чего-то не хватать в наших отношениях. Я хотел обеспечить тебе хорошую жизнь. Хотел, чтобы ты ни в чем не нуждалась.

– Цвела в горшке у тебя на окне? Так?! Тебе плевать на мои стремления и желания, было тогда и осталось теперь. А я устала тебе объяснять очевидные вещи, Энжил. Слышишь, устала! – выкрикнула Эмили, заливаясь слезами.

Энжил и так уже все понял, он подошел к Эмили, взял ее за руки, девушка зло отобрала их, но его это не остановило, перехватив ее за локти он заставил Эмили прижаться к себе, сжал в кольце рук и держал пока она не перестала биться, пытаться вырваться, и только тихонько всхлипывала, вцепившись в его футболку.

Глава 10

Брызги света, громкая музыка, толпа людей дергающихся на танцполе каждый на свой лад. Столики были заняты, Адам, не задерживаясь нигде, окинул взглядом зал и сразу направился к бару. Он галантно помог девушке устроиться на барном стуле, сел рядом и знаком подозвал бармена.

Эрика осматривалась, ей нравилось то, что она видит, здесь она чувствовала себя уверенно, шумные вечеринки, танцпол – были ее стихией. Конечно, было бы лучше оказаться здесь в другой ситуации, в роскошном, ярком платье, в туфлях на каблуке, с вечерним макияжем и прической. Но приходилось мириться с легинсами, кроссовками и хвостом на затылке.

– Хм, – Эрика сжала и чуть выпятила губы, будто задумалась на минуту, потом дернула заколку и роскошные, блестящие, будто из шелка волосы рассыпались по плечам аккуратными прядями. Она провела по ним пальцами, будто расчесывая, пальцы скользили, не задержавшись ни разу, но не это интересовало девушку, она внимательно следила за Адамом, вот только тот даже не оглянулся.

Адам достал из кармана джинс блокнот с карандашом и делала какие-то пометки, пока бармен обслуживал других посетителей. Он видел Эрику, но на ее провокации дал себе слово не обращать внимание. Эрика была опасная женщина, она словно мотылек порхала от огонька к огоньку, не задерживаясь, и оставляла за собой гору разбитых сердец. Адаму казалось, что если решисться с ней на отношения, то вскоре об этом пожалеешь, уж чего, а урагана ему в своей размеренной жизни совсем не хотелось.

– И зачем ты это сделала? – Адам не отвернулся от своего блокнота, смотреть в записи было легче чем на соблазнительную девушку напротив.

– Хочу быть красивой. – Эрика соблазнительно улыбнулась.

– Ты и так красивая, – несмотря на безразличный тон, живот у Адама свело, в джинсах стало тесно.

– А знаешь, тут жарковато. – Эрика хитро улыбалась, не сводя кошачьих глаз с Адам, тот тяжело вздохнул повернулся к ней.

– Сейчас будет твой напиток.

– А ты? Не составишь мне компанию? – она наклонилась к нему совсем близко, чтобы докричаться, ее волосы скользнули по его руке, обволокло запахом духов, ноготками она провела по его предплечью, глядя на то как в неоновых вспышках по его коже бегут мурашки.

– Я не пью за рулем. – бармен подал Эрике ее коктейль, девушка поерзала на стуле удобнее устраиваясь за столом. Адам повернулся к парню. – Нам бы организовать столик.

Он положил на стол купюру, явно превышающую стоимость аренды, парень кивнул, купюра исчезли под стойкой. Он повернулся, словно выискивая кого-то взглядом, махнул рукой. К столику подошел парень-официант, они о чем-то пошептались, и второй сделал жест Адаму следовать за ним.

– Тебе еще что-нибудь надо? – прокричал Адам.

– Там выберу.

Официант повел Адама и его спутницу к столику. Он оказался на балконе, от сюда был прекрасно виден танцпол, но музыка не так грохотала, можно было спокойно поговорить.

– Меню девушке принесите, – распорядился Адам, помогая, Эрике устроиться.

Официант кивнул и исчез, появился через минуту, протянул карту бара и меню, указал на звонок вызова, и снова удалился. Видимо надеялся на большие чаевые, учитывая, сколько Адам заплатил за столик.

– Ну, что теперь готова поговорить?

– Похоже, что я достаточно пьяная для подобного разговора?

– Прости, но я пока не знаю, как определить по тебе степень опьянения.

– Нет, ты серьезно?! – Эрика вскипела. – Ты хочешь меня напоить для того чтобы допросить?! И ты Энжила мудаком назвал?! Мистер совершенство. Корчишь из себя джентльмена! – Эрик с силой ударила по кнопке вызова официанта. Тот появился через минуту, она показала ему на не несколько коктейлей, – Несите сразу все.

Официант записал, кивнул и удалился. Эрика сидела надувшись, уставилась в сторону танцпола. Адам крутил в тонких пальцах салфетку, скручивая ее в жгутик. Коктейли принесли довольно скоро, Адам нахмурился, поднос был уставлен высокими бокалами, коктейли сливались в радугу, если он не сбился, то их было десять.

– Тебе не много? – Адам нахмурился.

– Делиться не буду, – Эрика откинулась на спинку диванчика, потягивала из бокала с ярко-голубым напитком. – Хочешь – закажи себе. О вот этот получше, пробирает. – она взяла высокий, пузатый бокал с ярко-желтым напитком.

– Прекращай меня изводить.

– Я еще не начинала, милый. Ладно, ох, – она резко выпрямилась и покачнулась, – здорово бьет. Ладно, задавай свои вопросы. Надеюсь пишешь ты лучше, чем критикуешь, впрочем, я, скорей всего, смогу завтра сама оценить твой слог в газетенке, на которую ты так честно трудишься.

Адам пропустил мимо ушей ее едкие комментарии, наклонился вперед, поймал взгляд девушки.

– Эрика, можешь не начинать сначала, я уже понял, что у твоей подруги и Грейпа были отношения, я только не понимаю, почему ты сидела на заборе его особняка. Что ты хотела найти в его доме?

Эрика, молчала, она крутила в пальцах свой "Космополитен", начиная потихоньку злиться на себя, и в первую очередь на мужлана, который когда-то назвал себя рыцарем. Девушка вдруг залпом опрокинула в себя коктейль, задохнулась от крепости, и лишь через минуту заговорила осипшим голосом.

– Она хотела его женить на себе.

– Джозефа?

– Нет, дурашка, Стивена.

– Он работает на своего отца в казино, в Вегасе, помогает прокручивать грязные дела, она что не понимала с кем собирается связать жизнь?

– Стивен богат, у него роскошные дома, дорогие тачки, яхты и куча, огромная куча денег. Я уже говорила полицейским, этому твоему другу, родители Джесс потеряли все, и ей, рано или поздно, пришлось бы съехать со своей шикарной квартиры с бассейном в пентхаусе, продать машину, отказать себе в возможности завтракать, обедать и ужинать в дорогих ресторанах, – голос у Эрики начал срываться на злобное шипение, будто в этом был виноват Адам, – оставлять бесконечное количество денег в модных бутиках. Джесс была принцессой, так звал ее папа, моя маленькая принцесса. Ее воспитали как принцессу, она никогда, ни дня не работала, хотя закончила Принстон и получила диплом искусствоведа. А после банкротства принцесса теряла все, кредитки, положение, друзей, из шестнадцати человек, которых она обзванивала в тот вечер, в засранный клоповник, на помощь приехала только я, та которая обвинила ее в нахлебничестве, которая доказывала, что есть престижные профессии, в которых можно подняться самой, я кричала на нее, называла дурой. Мне до сих пор сниться ее бледное лицо, стеклянные глаза, уставившиеся в потолок и синие губы. Этими синими губами она шепчет: «Ты была права, подруга.» Я была права! И какой от этого толк!

Эрика размазывала по щекам слезы, а они лились из глаз неостановимым потоком, а боль рвала сердце, словно она до сих пор стоит в той жалкой комнатке и смотрит на умершую подругу, алкоголь не помогает, не глушит боль. Эрика всхлипнула, залпом допила коктейль, по телу разлилось тепло, но и оно не было способно сейчас ее согреть, алкоголь, притупивший боль в тот вечер, сейчас только увеличивал ее, подкидывая все новые и новые воспоминания, словно дрова в костер.

– Она собрала компромат на Стивена Грейпа, – Эрика смотрела прямо в серо-стальные холодные глаза журналиста, – сказала, что заставит его себя содержать, женит его на себе. Главное, что она не потеряет своего статуса, а остальное для нее не важно. Я так на нее кричала, так ругалась. Конечно Джесс обиделась, обвинила меня в том, что мои родители не разорились, что мне есть на кого опереться, а она остается одна без гроша в кармане. Как будто я когда-либо могла положиться на родителей. Мы поругались с ней. И я не видела Джессику до того вечера. Я больше всех злилась на нее, и единственная кто приехал. Только от этого мне ни черта лучше не становится. Ты хочешь знать, что я там делала? Пыталась пробраться в поместье и найти документы, которые собрала Джесс, чтобы передать их в полицию. Я хочу, чтобы убийцу моей подруги наказали, по всей строгости. И мне плевать если для этого придется нарушить закон. Я хочу доказать, что Стивен Грейп убил Джесс. Хочу, слышишь!

Адам молчал, он уже тоже не сомневался в причастности Грейпа к смерти девушки, а еще он злился на Коттона, который скрыл эту информацию от него. Хотя, какого черта, Коттон вообще не должен был ему ничего рассказывать. Адам поднялся со своего места, пересел к Эрике, обнял ее, прижал к себе, гладил по волосам. Что-то он слишком часто стал чувствовать себя сволочью. Раньше он за собой этого горького на вкус чувства не замечал. Эрика перестала всхлипывать, неловко выбралась из его объятий. Ей нравилось то как он ее обнимает, без намека на пошлость, просто с желанием пожалеть, успокоить. А она слушала как спокойно бьется его сердце у нее под ладонью. Но сейчас собственная слабость ее раздражала, а чтобы оставаться сильной надо быть подальше от Адама.

– Легче?

– Немного.

– Идем.

– Куда еще? – Эрика поправила волосы, одернула ветровку.

– Отвезу тебя домой. Не хочу оставлять одну в таком состоянии.

– Это в каком? – три из десяти коктейля были выпиты, и язык у Эрики стал заплетаться, она шмыгнула носом, но расправила плечи, сейчас ей было море по колено.

– Ты пьяна и расстроена. Эрика, чтобы ты там себе не думала, я беспокоюсь о тебе.

– Все у меня нормально, – отмахнулась девушка. – Сейчас, приведу себя в порядок, ты уедешь, а я кого-нибудь подцеплю. И все будет – за-ши-би-сь! Не надо обо мне беспокоиться, ты мне не отец и не брат, чтобы бегать и ухажёров отгонять.

Эрик пихнула Адама в бок, вынуждая того подняться. Мужчина встал, Эрика слегка пошатываясь вылезла из-за столика, взяла бокал с еще одним зеленовато-желтым коктейлем и без трубочки залпом осушила бокал, слушая как кубики льда брякают и перекатываются за прозрачными стенками, медленно стараясь держаться прямо поплелась в сторону туалета, на пол пути она оглянулась. Довольная улыбка скользнула по ее губам при виде хмурого лица Адама.

– А ты не жди. Я и сама справлюсь.

Адам чертыхнулся и упал обратно на мягкий диванчик, ужасно хотелось курить, от этого настроение портилось еще больше, бесила Эрика. Она пряма таки старалась побольнее его задеть. Адам мял салфетку, поглядывая на коридор где исчезла девушка. Нажал на кнопку вызова официанта. Тот появился через минуту.

– Счет принесите.

Парень кивнул и удалился, он успел вернуться до прихода Эрики, Адам оплатил счет, оставил чаевые, уточнил нет ли у туалетов второго выхода, и получив отрицательный ответ, снова остался один, наедине со своими мыслями.

Эрика плыла как королева, волосы ее расчесанные и уложенные блестели в неярком свете, яркий макияж бросался в глаза, учитывая, тот факт, что у девушки была с собой только маленькая поясная сумка, и она только что рыдала было удивительно, где она успела найти косметичку. Эрика поймала на себе взгляд Адама, и хоть лицо его было непроницаемо она сумела прочитать во взгляде вопрос.

– Девочки в туалете поделились, представляешь. – она взяла еще один коктейль быстро осушила стакан, под неодобрительным взглядом Адама. – Будешь и дальше сидеть здесь или пойдем танцевать?

– Эрика, поехали домой, не вынуждай меня применять силу.

– Ой, боюсь, боюсь, боюсь. – Эрика показала ему язык, сбросила ветровку, и кинула ее Адаму, тот поймал чисто инстинктивно.

У него перехватило дыхание, он впервые в жизни лишился дара речи. Под легкой ветровкой на Эрике была черная майка. Хотя Адам не понимал, зачем она ее вообще надела, учитывая тот факт, что тонкая прозрачная ткань не скрывала ничего, он видел темнеющие ореолы вокруг сосков, очертание ее груди, плоский животик, в пупке поблескивая маленькая сережка с каплей на цепочке. Адаму пришлось прокашляться, но даже после голос его звучал сипло.

– Одевайся, я тебя увожу.

– Вот еще. Ты не беспокойся, меня подбросит кто-нибудь другой. Ты же получил что хотел, – девушка наклонилась к нему, близко-близко, почти касаясь его губ прошептала, – можешь со спокойной душой валить.

– Тебя изнасилуют в таком виде, – Адам схватил ее за руку, злость уже трудно было сдерживать.

– Ну и отлично, может расслаблюсь! – Эрика рванула руку, залпом осушила еще один стакан, развернулась и пошатываясь направилась к лестнице, спустилась на танцпол.

Адам остался стоять на верху, силясь взять себя в руки, получалось плохо, внутри он сейчас сам себе напоминал вулкан. Только Эрика умудрялась будить в нем все чувства и эмоции, он уже не помнил, когда последний раз так злился.

Эрика изгибаясь всем телом, влилась в толпу танцующих, к ней тут же в танце присоединился один партнер, потом уже через минуту она танцевала с двумя. Она смеялась, шутливо расталкивая парней, позволяла то одному то второму прижиматься к ней, хватать ее руками за талию, один осмелел прижал ее к себе, руки парня легли на ее округлые ягодицы, Эрика вывернулась, с хохотом закружилась на месте и упала в руки ко второму. Она не видела, как те переглядываясь медленно оттесняли ее к коридору с туалетами, девушка тонула в музыке, алкоголь приятно щекотал нервы, дезориентировал, притуплял чувства. Она и не заметила, как оказалась в темном коридоре.

Адам видел, что Эрику взяли в оборот, и ничуть не был этому удивлен. Он ведь предупреждал, говорил. Пустоголовая курица!!! Мужчина спешил вниз по лестнице, надеясь, что правильно просчитал куда ее хотят увести, и не потеряет, эту любительницу приключений. Он влетел в толпу, не особо церемонясь с тем, что кого-то толкнул, какая-то девушка повисла у него на шее, он грубовато расцепил ее руки, и дальше ринулся в сторону туалетов.

– Здесь не весело, мальчики, я, – Эрика пьяно махнула рукой, – пошла туда.

– Да, брось, крошка, тут сейчас тоже будет весело.

– С нами не заскучаешь.

– Ребят, вы не смешные? – чувства страха не было совсем, Эрика сверкала глазами, все еще ловя музыку, пританцовывала, алкоголь приятно туманил разум, хотелось страсти, веселья, танца.

– Ты сама авансы раздавала… – влез второй, он наступал на Эрику, с намереньем затащить ее в мужской туалет, девушка изящно поднырнула ему под руку, с хохотом развернулась в пируэте, ударилась в грудь второго, развернулась к нему спиной, прильнув всем телом.

– Эрика!!!! – Адам ворвался в коридор, его холодная ярость как ведро ледяной воды окатила всех участников сцены.

Даже Эрике стало не по себе, она отскочила от парня, испуганно глядя на тяжело дышащего Адама, тот сверлил своим непроницаемым взглядом парней.

– Адам, ты…

– Сюда иди, и лучше молча, – выдохнул мужчина.

Эрику никто не удерживал, почему-то у парней не возникло даже мысли, что на Адама можно напасть, они просто отступили и не сделали ни единой попытки задержать парочку, только выдохнули свободней, когда Адам скрылся за поворотом.

– Помог? Молодец, герой. – Эрика попыталась выдернуть руку из его цепких пальцев, но на этот раз ничего не вышло. Она зло рванулась, но Адам, рискуя оставить синяки на нежной коже, только сжал ее локоть крепче. – Отпусти меня, сейчас же!

– Черта с два! – бороться с упирающейся пьяной девицей ему надоело довольно быстро, тогда он просто развернулся, подхватил девушку под коленки и закинул себе на плечо, она взвизгнула, заколотила кулаками ему по спине, попыталась вывернуться, но Адам держал крепко, на входе охранник пропустил их беспрепятственно, он помнил, как Адам и Эрика пришли, видел, что их провожали в вип-ложу, а таких клиентов надо запоминать, а главное не мешать.

Адам прошагал до машины, отпереть замки с брыкающейся девицей на плече оказалось не легкой задачей, но спустя парочку не самых лестных эпитетов замок щелкнул. Эрика снова извернулась, но в этот раз это было на руку Адаму, он подхватил ее под спину и как полено в топку закинул ее на сидень, бросил сверху ее ветровку и захлопнул дверь. Эрика подскочила на месте, стоило Адаму сесть за руль.

– Какого черта ты устроил этот цирк?! – взвилась она, Адам поморщился, но смолчал, она так надоела ему за этот вечер, что говорить не хотелось совсем. – Зачем ты влез?!

Ну на это он уже смолчать не смог, а ведь предупреждал ее, что подобные выходки добром не кончатся, но девице похоже нравится наживать себе неприятности. От этого ее жизнь, видимо, не кажется ей такой скучной.

– Что, надо было оставить все как есть? Тебя устраивала перспектива тройничка? Так может вернешься и отыщешь этих двоих?

Эрика замолчала, закусив губу, плюхнулась на место, обиженно посмотрела на Адама, тот не собирался больше с ней говорить, молча завел мотор и выехал со стоянки.

– Ненавижу, – буркнула она, натянула повыше ветровку, прикрывая плечи, и под мерное покачивание машины уснула.

Глава 11

– Как же мне плохо, – Эрика с трудом разлепила ссохшиеся губы.

Голова была тяжелой, словно отлита из чугуна, и при этом кружилась, как пропеллер у самолета, во рту мерзкий привкус не давал нормально вдохнуть, язык, не прилип, присох к небу. Девушке казалось сейчас, что она пила не коктейли, а жевала песок. И еще больше она недоумевала почему спит в гостиной, на неудобном диване, от которого у нее затекла спина, а не в своей уютной комнатке, в мягкой кроватке.

Эрика огляделась, комната казалась знакомой, но это не была ее гостиная…

– Может я еще сплю? Да, наверно.

Наощупь, на журнальном столике она нашла стакан с водой. В ее голове пыталась сложиться картина. Эрика была полностью уверена в том, что она дома, что Адам привез ее, скорей всего, она даже сама добралась до квартиры, принесла себе воды и уснула на диване, будучи не в силах добраться до спальни. Да, такое объяснение произошедшего ее полностью удовлетворило. А чего еще было ждать от этой скотины, проявление расположения?! Сам ей отказывает и других не подпускает. Собака на сене.

Эрика встала, залпом осушила стакан, от воды стало лучше, язык принял нормальную форму, в горле перестало скрести, и во рту перестал ощущаться вкус, словно там что-то умерло. Она откинула плед и наощупь, стараясь не разлеплять век, чтобы не упасть, побрела в спальню. Раздевшись и скинув вещи прямо на пол, она с размаху бухнулась на кровать, что-то проворчав о химчистке стянула, врезавшиеся в зад стринги и провалилась в сон.

*****

"Кто-нибудь, потушите это мерзкое солнце!!! Почему в глаза, почему мне так плохо?!!!"

Эрика с трудом разлепила один глаз, и тут же его закрыла, вдохнула, выдохнула и снова открыла уже оба глаза, обнаженная, гладкая, смуглая как после загара мужская грудь ни куда не исчезла. Эрика снова закрыла глаза, медленно сосчитала до десяти, открыла. И резко дернув одеяло до самого подбородка отскочила к краю кровати.

– Какого черта?! Оох, – схватилась она за голову, отдавшейся тупой болью в висках.

– Доброго утра, красавица.

Адам лежал на боку, подперев голову рукой и смотрел прямо на Эрику, глаза хитро сверкали, губы были растянуты в улыбке.

– Как? Что? Я не… Адам?

– Вот это правильно, ты не Адам.

– Что ты делаешь у меня в спальне?

– У тебя? Вот это да! – Адам откинулся назад и откровенно расхохотался. – А ты счастливая пьяница, крошка. – Адам обернулся, озорная улыбка так ему шла, его суровое лицо стало приветливым и светлым, взгляд смягчился.

– Я ничего не помню, – Эрика сжала голову в ладонях, стараясь продраться сквозь боль и разбудить воспоминания, она уже поняла, что не у себя дома, а у него. – Адам, здесь… Хм, что было ночью? – почти жалобно простонала девушка, умоляюще глядя на журналиста.

– Ночью здесь было темно, кошечка. – Адам довольно улыбался.

– Адам, пожалуйста.

– Если ты о чем-то просишь, то я не понимаю, сформулируй по-другому.

Эрика вспыхнула, накрылась с головой одеялом, тихонько застонала, ей было безумно стыдно, скорей всего она притащилась сюда и напала на Адама, а тот снова играл в благородство, она ведь проснулась на диване, значит он не хотел ее трогать. Чееерт!!! Она высунула из-под одеяла нос, Адам вздохнул, еще раз посмотрел на ком одеяла рядом, и встал. Эрика задохнулась, щеки ее залил румянец, единственное что было на мужчине это плавки, но они не скрывали его возбуждения. Он правда напоминал мраморных атлетов из музея истории, ни грамма жира, мускулатура развита, при этом сам выглядел довольно худым, кожа смуглая, гладкая, широкие плечи, узкие бедра. Эрика невольно откинула одело, высунула всклокоченную голову, засмотрелась, не смотря на то что щеки горели как в пожаре, смущения не было, только разгоревшееся любопытство.

Адам взял одежду, обернулся, не смог побороть желание коснуться ее, но едиственное, что позволил себе это наклониться, чмокнуть девушку в макушку, после чего развернулся и скрылся в ванной. Эрика осталась один на один со своими сомнениями. Оглянувшись вокруг она увидела свою одежду, разбросанную на полу и смятую постель, воспминания туманной дымкой напоминали только о клубе и машине, потом всплыл диван и путь до спальни… Ну хоть что-нибудь она все равно должна была помнить.

Эрика все еще сидела, завернувшись в одеяло, когда на пороге комнаты вновь возник Адам.

– Ванна свободна. Ты, конечно, можешь так весь день просидеть, я не против.

Он подошел к шкафу, распахнуд дверцы, вытащил спортивные штаны, покопался в ящике. Капельки воды блестели на его литых плечах, одна сорвалась и побежала вниз вдоль позвоночника, скрылась под полотенцем, обернутым вокруг бедер, Эрика чувствовала, как щеки снова заливает румянец. Адам ничуть не стесняясь сбросил полотенце, натянул трусы и штаны.

– Адам…

Мужчина обернулся. Эрика молчала.

– Ну, я тебя слушаю.

– Ты можешь просто ответить мне…

– Я не понимаю, что тебя возмущает, то что ты весь вечер сама недвусмысленно предлагала себя мне и всему клубу, или то что ты об этом не помнишь? Взять хоть вот это, – Адам поднял с пола майку и бросил ее Эрике, – достаточно красноречиво?

– Я бы хотела помнить об этом.

– Ну, тогда оставляю тебя одну, вспоминай. Как проголодаешься кухня прямо по коридору. Здесь, – он кивнул на шкаф, – можешь взять футболку, запасная щетка в ящике над раковиной.

– Адам?!

Адам ушел. Эрика зло откинула одеяло, может душ вернет ей способность трезво мыслить.

Горячие струи били по телу, оставляя приятное тепло, расслабляли, голова начала потихоньку проходить, но память не возвращалась. Воспоминания урывками мельтешили и мешали сосредоточиться.

Ароматный запах, проникший в спальню напомнил, что Эрика последний раз ела вечером, а потом было много выпивки, и ее снова замутило. Девушка покопалась в шкафу, нашла длинную, черную футболку без принта, бросила легинсы на кровать, отыскала свои трусики, они оказались в одеяле, собрала мокрые волосы в пучок, и вышла на кухню. Адам сидел за столом, потягивал кофе, копался вилкой в яичнице, и сосредоточенно перечитывал свои записи в блокноте.

Не отрываясь он кивнул девушке в сторону плиты, там стояла кофеварка, сковорода под крышкой, на столе были тосты и джем. Эрика прошлепала босыми ногами мимо, Адам тут же отвлекся, он с интересом посмотрел на нее, без косметики, с мокрыми, собранными на затылке волосами и в его футболке она выглядела удивительно мило, беззащитно и соблазнительно, мужчина заставил себя вернуться к работе. Вот только вместо записей перед глазами плыли воспоминания ночи, как Эрика стягивает майку, под которой совсем ничего нет, ему показалось что кто-то с разбегу саданул ему в живот, он просто забыл, как дышать, возбуждение накрыло его такой мощной волной, что ему пришлось приложить невероятные усилия, чтобы не наброситься на упавшую рядом девушку, которая еще и стянула с себя трусы и не укрывшись, вытянулась рядом. Без сна, борясь с желанием, Адам пролежал еще довольно долго.

Эрика налила себе кофе, поставила яичницу на стол, и даже намазала тост джемом, все время поглядывала на Адама, который сейчас отложил свой недоеденный тост и сидит, уткнувшись в блокнот. На нее внимание он, значит обратить не хочет, ну ладно. Тогда придется все взять в свои руки.

– Хм. – мужчина бросил на нее взгляд. – Всегда игнорируешь гостей?

– Ты гость, навязанный мне обстоятельствами.

– Это не я собиралась меня напоить, чтобы поговорить.

– Ты же отказалась говорить иначе.

– А душевность проявлять тебя не учили?

– В отношении тебя я проявлял ее гораздо больше чем за всю свою жизнь. Не понимаю в чем проблема была просто ответить на мои вопросы, а не размазывать сопли, рассказывая какой хорошей девочкой была твоя подружка, которая ради денег пошла на шантаж. – Адам злился, он не сочувствовал Джессике, ни единой секунды, а потому не понимал, как Эрика могла так переживать. – Просто надо было сказать, что хотелось надраться. Я тебе предоставил эту возможность, приволок к себе, хоть и был не в восторге от пьяной девицы у меня на диване. Какой еще душевности ты от меня ждешь? Хочешь знать ответ? Между нами ничего не было. Почему? Я уже говорил, что не сплю с женщинами, когда они в бессознательном состоянии.

Эрика закусила губу, она хотела злиться на Адама, но не могла, ведь абсолютно тоже самое говорила подруге, когда та выложила ей свой план по улучшению благосостояния. Девушка опустилась на стул, глаза опущены, руки сцеплены, грудь нервно поднимается и опускается, Эрика пыталась удержать слезы. Никогда она столько не плакала, ненавидела тех, кто размазывает сопли и ничего не делает, и что, теперь добавиться в их ряды?! Черта с два!!!

– Ты меня бесишь. – наконец сказала она, Адам отложил ручку откинулся на спинку стула, молча уставился на Эрику. – Я ненавижу, когда ты прав, а еще больше ненавижу тебя, когда ты говоришь моими словами. Ты гребаный придурок, который попался на моем пути. Может это все временно, Адам? Может наши пути так же быстро разойдутся как сошлись?

– Эрика, я не люблю гадать, что будет или могло бы быть. А твоей подруге, которая всю жизнь прожила паразитом, и вместо того, чтобы сделать хоть что-то полезное решилась на шантаж, я сочувствовать не могу. Тебе да, хоть рассудительностью ты не отличаешься.

– Я по твоему не могу трезво мыслить?

– Нет, ты идешь за инстинктами, и даже после того, как вляпываешься не включаешь рациональное мышление. Можешь на меня дуться, Эрика, но когда ты рядом, я тоже не могу думать нормально. Ты странно на меня влияешь. И я не знаю, как долго и часто ты собираешься падать на мою несчастную голову, да и не хочу знать. – Он поднялся, подошел к ней, наклонился, взял за подбородок, пьянящие кошачьи глаза тонули в серо-стальных, – сейчас я знаю, что адски тебя хочу, и у меня уже больше нет сил сидеть с тобой по разные стороны стола, и делать вид, что мне на все плевать.

Адам не дал ей ответить, завладел губами, его язык ласкал, гладил ее губы, проник в рот, Эрика вздрогнула, всем телом подалась вперед, лишь бы быть ближе, только бы он не передумал, только бы не останавливался. Мурашки пробежали по ее спине, вслед за его теплой ладонью, он обвил ее талию, потянул на себя. Какая же она теплая, мягкая, такая маленькая и хрупкая в его руках. Эрика тонкими пальчиками пробежалась по его гладкой груди, положила руки на плечи, сжала, прижимаясь сильнее, словно хотела стать единым целым с ним. Адам ответил, прижал ее сильнее к себе, глаза его были закрыты, он наслаждался моментом, ловил ее дыхание, сладость губ, податливость тела. Но хотелось большего, майка мешала, казалось, что мягкая ткань царапает кожу, создает непреодолимую преграду. Он отстранился, Эрика тяжело дышала, глаза затуманены, губы припухли, она непроизвольно облизала их острым кончиком языка, он с трудом подавил желание порвать на ней эту треклятую майку.

– Эрика, – он говорил хрипло, чуть слышно, распустил узел, мокрые волосы золотым водопадом упали ей на спину. – Мне мешает майка. Можно я ее сниму?

– Только попроси, – шепнула она в ответ, подняла руки.

Мягкая ткань лишь на мгновение закрыла ей обзор, и с тихим шелестом упала к их ногам. Адам чуть отодвинулся, восхищенным взглядом скользнул по телу Эрики, ее маленькая округлая грудь быстро поднималась и опускалась в такт учащенному дыханию, твердые соски задорно смотрели вверх, словно приглашали прикоснуться, хотелось обласкать впалый животик, маленький пупок, в нем блестящая сережка с цепочкой, кружевные трусики…

– Ты такая красивая, – выдохнул он, девушка зарделась, гордо вскинула белокурую голову, блеснула глазами.

– Ну так и чего ты ждешь? Вот она я – только руку протяни. – повторила она свои слова.

Адам с тихим рыком сгреб Эрику и прижав к себе впился ей в губы, у той перехватило дыхание, обдало жаром, она выгнулась всем телом, тихо всхлипнула, и разлепила губы ему на встречу. Адам с трудом оторвался от нее, глаза его сверкали как грозовое небо, казалось еще мгновение, и она увидит в них блещущие молнии.

– На этот раз я не отступлюсь.

Адам наклонился еще ближе, и его горячий влажный язык прошелся от ушка до бьющейся жилки на шее, прихватил зубами нежную кожу и потянул. Боль и наслаждение пронзили все тело девушки, она вскрикнула, прогнулась назад, вынуждая Адама тянуться за собой, спускаться поцелуями ниже, ниже. Кожа гладкая, упругая, мышцы под руками словно каменные, горячие, под ладонью с силой, быстро, очень быстро бьется сердце. Эрика гладила его грудь, плечи, цеплялась за сильные мускулистые руки, чувствовала его напряжение, желание, вбирала его всем телом, отдавалась и брала столько же.

– Кошечка, еще чуть ниже, и я просто уложу тебя на пол, – хрипло хохотнул Адам с трудом отрываясь поцелуями от ее груди.

Рука его казалась такой широкой, лежа между покрасневших от ласк и поцелуев холмиков, ладонью он чувствовал быстрое биение ее сердца, слышал сладкие стоны, вырывающиеся меж прелестных, сладких губ. Голова у него кружилась от осознания власти над этой женщиной, но как он ей владел, так же сам принадлежал ей всецело, душой и телом. Если бы она сейчас приказала ему остановиться Адам подчинился бы. Никто и никогда не был ему так близок, так необходим, как Эрика.

Он знал где коснуться, как погладить чтобы она отозвалась ему, потянулась на встречу, чтобы по бархатной коже побежали мурашки, сам отвечал на любое ее прикосновение.

Эрика всхлипывала, стонала, цеплялась за Адама, уже не доверяя себе, ноги подкашивались, все тело дрожало, горело, словно в огне. Между ног стало влажно, в животе все сжималось он сладкого предвкушения и нетерпения. Девушка выгнулась, подалась вперед и потерлась о его джинсы, острые ногти впивались в гладкие плечи. Руки Адама медленно скользили по изящному изгибу спины, легли на округлые ягодицы, длинные пальцы с силой сжали мягкую плоть, приобняли бедра. Адам замер, он поднял взгляд, поймал затуманенные страстью глаза Эрики, обвил ее талию одной рукой, крепко прижав к себе.

– Сейчас самое время заставить меня остановиться, кошечка.

– Я не хочу. Пожалуйста, не оставляй меня так, Адам. – она прижалась к нему теснее, словно хотела слиться с ним в единое целое, больше никогда не отпускать его.

– Это все что я хотел услышать.

Больше ни секунды не мешкая, Адам подхватил Эрику под ягодицы, усадил на стол, нежно развел бедра в стороны, пальцы его, скользнули к потайному местечку, под тонким кусочком шелковой ткани.

– Ммм, влажная, – улыбнулся он, наблюдая за Эрикой.

Глаза у девушки стали больше, округлились, рот приоткрылся:

– Оох, – только и смогла выдохнуть она, когда он нежно прошелся самыми кончиками пальцев по чувствительному местечку.

– Ты ждешь меня, милая? – прошептал он, играя с ней, при этом сам балансировал на грани, едва держа себя в руках.

Один его палец скользнул в нее, теплую, влажную, Эрика невольно сжала ноги, выгнулась всем телом, подставляя себя для более глубокой ласки. Второй, и Эрика зашлась в крике, больше не в силах сдерживаться. Адам усмехнулся. Быстро расстегнул джинсы, и не дожидаясь приглашение, вновь развел нежные бархатные, бедра, одним толчком вошел в нее, заполнив всю. Эрика всхлипывала, стонала, цеплялась в плечи Адама, словно это был спасательный круг, напряжение все нарастало, удовольствие короткими толчками, качало как на волнах.

– Еще, еще. О боже! – Эрика больше не сдерживалась. – Глубже!

Выгнувшись всем телом, она двинула бедрами, Адам одним мощным рывком заполнил ее всю, Эрика вздрогнула, вся сжалась, еще раз рванула к нему подавшись всем телом, задрожала и закричала, все тело пронзила волна оргазма, каждая клеточка будто взорвалась фейерверком, перед глазами все поплыло. Эрика обессиленно обвила Адама руками и повисла на нем. Прижимаясь она слышала, как громко и быстро стучит у него сердце, Адам сам стоял, привалившись к столу и едва не повиснув на Эрике. Грудь его раздувалась как кузнечные меха, сердце колотилось, грозя выскочить, дыхание тяжелое, быстрое. Глаза он открыл, когда Эрика нежно убрала длинную челку у него со лба.

– Ну и стоило так долгом меня избегать? – выдохнула девушка и тихо рассмеялась.

– Может и стоило, но мы этого никогда не узнаем – улыбнулся Адам, убрал ей волосы от лица, наклонился, коснулся ее губ, не отрывая взгляда от глубоких пьянящих как виски глаз. Адам улыбался, давно ему не было так хорошо.

Он наклонился, поцеловал ее, Эрика прикрыла глаза, прижимаясь щекой к его теплой ладони, а он поглаживал ее скулы, перебирал шелковистые волосы.

– Надо тебя отпустить, – улыбнулся он, с трудом отрываясь от Эрики.

– Может не надо? – улыбнулась она в ответ.

– Под тебя сейчас кофе потечет.

– С чего ты взял? – хохотнула она.

– С того, что я влез в него рукой и перевернул чашку.

Эрика тут же спрыгнула на пол, обернулась, и как раз вовремя, коричневая лужица остывшего кофе подбиралась к краю.

– Так, ты как хочешь, а я в душ. – Эрика повернулась к Адаму, щелкнула его по носу, подхватила майку с пола, и чуть пошатываясь вышла из кухни.

Адам не стал ее удерживать, но мысль, что он может помочь ей в душе снова заставила мышцы его живота болезненно сжаться.

Скорее всего Адам поддался бы желанию присоединиться к Эрике, если бы не раздался звонок в дверь. В такую рань к нему мог приехать только один человек.

******

Из-за шума воды Эрика не слышала ни звонка, ни как кто-то пришел в квартиру, а выйдя из душа она услышала лишь конец разговора, и он ей совсем не понравился.

– И какие теперь планы, ты же понимаешь, что с его отъездом все пошло прахом?! – голос показался Эрике знакомым, она осторожно открыла дверь и прислушалась.

– Не все. – Адам говорил как всегда ровно и спокойно. – Есть еще один вариант.

– Если ты про Вегас, то это самоубийство, мы же не в кино, где главный герой в конце уходит с сумкой денег и селится на райском острове. Тебя убьют, расчленят и похоронят в пустыне.

– Ты пересмотрел фильмов, Энж, но в одном ты прав, в Вегасе информацию не добыть. Это глухой номер. Мне Эрика рассказала одну занимательную историю. Скорее всего к смерти ее подруги причастен Грейп – младший.

– Каким образом?

– Девчонка насобирала на него компромат и не придумала ничего лучше, как шантажировать парня.

Энжил присвистнул.

– А почему ты думаешь, что он не уничтожил документы сразу же, как добыл их?

– Я думаю он повез их отцу. Из-за чего можно убить человека.?

– Махинации, наркотики, убийства, могу перечислять бесконечно.

– Я думаю его отец, узнай он об этой истории не от сынка, открутил бы ему голову. Вот Грейп-младший и решил через отца узнать, каким образом бумаги, важные бумаги, могли попасть в третьи руки. Похоже, что у них завелся крот. Так что Стивен не уничтожит бумаги, пока они с отцом не разберутся.

– И какой твой план?

– Поеду в Дар-эс-Салам.

– Спятил? – Энжил закашлялся, подавившись тостом. – Это же Африка, черт меня дери. Да Мэллоун в жизни не подпишет тебе отпуск туда.

– Подпишет, если узнает, что я могу привезти.

– А я? Чем заниматься мне?

– Попробуй проработать Вегас, свяжись с местными копами, узнай по правонарушениям, постарайся раскопать побольше грязного белья об этой семейке. Если понадобится, свяжись с Коттоном, пусть он пробьет по своим каналам. Я думаю, ему это тоже будет на руку. И если получится, попробуй вычислить всех сотрудников Грейпа, и погадать кто из них может сливать информацию.

– А Коттону на кой черт сюда ввязываться?

– Я ему обещал. Сказал, что передам информацию, они ведь тоже по младшему здесь работают.

– И с какой радости ты ему наобещал помогать?

– Это был обмен, он…

– Ты ничего не хочешь объяснить?! – Адама прервал звенящий женский голос.

Энжил резко обернулся и присвистнул. Эрика стояла у входа в кухню, все так же в одной футболке, та прилипла к мокрому телу, обрисовала изгибы, оставила очень мало простора для воображения. Адаму не понравился взгляд напарника, но и говорить ему он ничего не стал, сразу обратился к Эрике:

– О том, что стоило бы одеться, если слышала, что я не один?

– Не заговаривай мне зубы! Какая поездка? Почему я узнаю об этом последняя?!

– А ты и не должна была об этом знать, от слова совсем.

Адам встал, налил себе кофе и обернулся к девушке, та с удивлением, обидой и болью в глазах наблюдала за ним.

– Ты просто боишься меня. – прошептала она одними губами, но Адам услышал.

– Нет.

– Не меня так отношений, вот и бежишь, неизвестно куда! – Эрика почти перешла на крик.

– Сядь. – голос на этот раз у Адама звучал жестко, как приказ, Эрика инстинктивно не посмела ослушаться. – Я ни от чего и ни от кого не бегу. Энж, хорош ухмыляться. У меня есть работа, и из-за нее я вынужден уехать. Если ты слышала наш разговор, то должна была все понять. А не делать глупых, поспешных, женских выводов.

Эрика пылая возмущением и праведным гневом вскочила на ноги.

– А я вот сделала, вчера вы ни словом не обмолвились о поездке, а сегодня, после того… сегодня я узнаю, что ты сбегаешь в Африку! Какие выводы мне делать?! Ты меня боишься, боишься отношений, Адам Уильямс, боишься того что здесь сегодня было.

– А что здесь, собственно такого могло произойти, что я должен был испугаться? – голос у Адама был холодный, во взгляде не было и намека на ту нежность с которой он смотрел на нее несколько минут назад.

Эрика стояла, сжимая и разжимая кулаки, она не могла найти подходящих слов, чтобы задеть Адама так же сильно, как он сейчас обидел ее. Она резко развернулась, и бросилась в комнату, не прошло и двух минут как Эрика вылетела из квартиры и так грохнула дверью, что на столе на кухне звякнули чашки.

– Ого, – Энжил наблюдал, за всей сценой с неподдельным интересом, он никогда не видел Адама с девушкой, а тем более чтобы Адам проявлял хоть какие-то чувства, во втором он разочаровался, Адам даже бровью не повел, – и что, так и будешь сидеть, не пойдешь за ней?

– Нет, – Адам достал из ящика за спиной пачку сигарет, несколько секунд смотрел на нее, затем сжал в кулаке и выбросил в мусор.

– Решительно, а не глупо?

– Она не последний раз здесь появилась, уж поверь.

– Ты так уверен? А если она пропадет на веки вечные, – хохотнул Энжил, у Адама зазвонил телефон.

– Уже объявилась, я сейчас. – Адам вышел из кухни ушел в гостиную. – Уильямс, слушаю.

Послышался немного взволнованный голос работника снизу.

– Сэр, простите, что беспокою, но здесь леди…

– Если она просит такси за мой счет – оформи…

– Дай я сама поговорю, – послышался приглушенный женский голос, Адам не смог сдержать улыбки.

– Дай ей трубку, Джаред, а то она ее вместе с рукой у тебя оторвет.

– Мне не нужно такси, слышишь?!

– Жду твоих требований.

– Не смей надо мной насмехаться. Ты должен был на коленях ползать и вымаливать у меня прощение!

– Эрика, я просто попросил тебя не совать нос в мои дела. Обидеться – было твоим решением.

– Ты не просил, ты орал!!! Ты поставил меня перед фактом, что сваливаешь, бежишь от меня сверкая пятками.

– Я спрашиваю в последний раз, чего ты хочешь. Не ответишь – пойдешь домой пешком.

– Значит ты не хочешь со мной разговаривать?! – Адам промолчал, все еще ожидая просьбы. – Ладно, мистер совершенств, я не хочу такси. Я хочу лимузин! И побыстрее!!!

– Эрика, ты в своем уме?

– Вполне, а еще я очень сильно обижена, ты повел себя как…

– Какой? – устало вздохнул Адам, потер лоб.

– Черный, у меня сейчас мрачное настроение.

– Ладно. Только, Эрика, я оплачу его, чтобы он отвез тебя домой. На этом все!

– Какой же ты зануда. – протянула она, но голос был более чем довольный.

– Сэр? – похоже телефон был возвращен портье.

– Джаред, закажи черный лимузин, леди скажет адрес.

– Слушаюсь…

– И пусть оформят букет белых роз, большой, и коробку шоколада.

– Хорошо, сэр. – теперь уже портье улыбался. – Я сделаю заявку. Оплачивать будете?

– Пусть все запишут на мой счет, я расплачусь завтра днем.

– Хорошо, сэр. Хорошего дня.

– Да уж. – закончил разговор Адам, сбросил звонок.

– Ну может пешком ты и не побежишь останавливать эту красотку. – за спиной стоял Энжил, лицо его сияло как новенький цент. – Но ты только что дал понять этой девочке, что будешь стелиться перед ней до конца своих дней.

– Давай к делу, Энж, рассказывай, зачем ты притащился сюда в свой выходной, еще и с сумкой. – Адам устало растер лицо.

– А, это. – Энжил неловко взъерошил свои светлые волосы и застенчивость улыбнулся. – Не мог бы ты приютить меня на время, тем более если уезжаешь.

–Кэнди?

– Устроила мне скандал, швырялась вещами. Короче я кретин, и бабник, а она святая.

– Подожди, но это же твоя квартира?

– Я ее снимал, ты же знаешь, а когда в тебя летят утюг и прочая твердая утварь, как-то не хочется спорить о жилищном вопросе. Короче, я собрал шмотки и смылся. Ночь провел в гостинице, и вот. – он развел руками.

– Были причины тебя так назвать?

– Ну в общем… – парень замялся, – я последовал твоему совету. Мы поговорили с Эмили, долго говорили. Я домой поехал в третьем часу, а там Кэнди. Честно, я про нее и думать забыл. Да и фиг с ней, она все равно только нервы мне мотала. А что у тебя с этой Эрикой, серьезно?

– С чего ты взял, что у меня с ней что-то есть?

– Ой, да брось, вся кухня провонялась сексом, уж мне-то не ври. – Энжил продолжал ухмыляться. – Ты и правда от нее бежишь?

– Если тебе все нужно жилье, ты сейчас же заткнешься, сгребешь свои шмотки и свалишь в гостевую комнату.

*********

Все еще злясь на Адама, Эрика прошагала до подъехавшего лимузина, тот стоял, отражая черными, натертыми до блеска боками, утреннее солнце. Ей хотелось порадовать себя, хоть бы и так, а главное, что Адам согласился оплатить ей эту прихоть. У открытой дверцы стоял шофер, Эрика кивнула, в знак благодарности, опустилась на сиденье и ахнула. Сидень напротив занимал огромный букет из белых роз, рядом лежала коробка швейцарского шоколада.

Пища от восторга, она взяла букет, зарылась в него лицом. Вся злость на Адама потерялась в терпком аромате цветов. Хоть он и мудак, но черт какой романтичный. Эрика достала телефон, и сделала несколько фото, разослала его по нескольким контактам, тут же прилетели ответы:

"Боже, Эр, как красиво."

"Ты решила себе букетик подарить?"

"Ого!!! Он должно быть очень сильно виноват."

Эрика расхохоталась. Написала ниже, я в лимузине, с шикарным букетом роз и очень большой коробкой конфет. А у вас, какое утро?

"Завидую белой завистью."

"Давайте я соберу вас по домам и будем весь день кататься в лимузине?!" – быстро отпечатала она.

"Я не готова!!!"

"Я еще даже кофе не пила."

"Какой к черту кофе, все на лимузин!!! Эр, лови нас."

"Подруга, только скажи куда и когда."

"Супер, еду. Не напрягайтесь, заедем в салон и молл по дороге. ААААА, нас ждут приключения!!!!"

Эрика выбиралась из машины в приподнятом настроении и с мыслями о том, что Адам все же попросил у нее прощение за свое поведение, пусть не словами, но требования он выполнил беспрекословно. А теперь она развлечется с подругами, купит билет до Дар-эс-Салама и поедет за головой Стива Грейпа.

Глава 12

Адам, как и обещал предоставил Энжилу выходной, тем более, что все материалы для дневной статьи у него уже были собраны, а текст для новой он набросает сам. Сейчас важно было решить вопрос с Мэллоуном. Адаму не хотелось выслушивать бесполезные аргументы старика, но делать нечего, решение уже принято.

Как Адам и ожидал без бури, грома и бесполезных сотрясений воздуха не обошлось.

– Куда? Что? Вы там с Уайтом спятили на пару?! Ничего я тебе не подпишу. – бушевал Мэллоун, яростно жуя сигару, но при этом старательно избегая взгляда Адама.

Адам, сама невозмутимость, сверлил холодным взглядом шефа. Около получаса назад он изложил ему план статьи, и что ему для этого надо сделать. Мэллоун схватился за голову, отпустить журналиста в Африку, за какими-то мифическими документами, которые тот собирается, не получить, не купить, а выкрасть из дома мафиози, звучало как бред, как рассказ о том, как Адам Уильямс решил покончить с собой, а он Мэллоун должен для этого намылить ему веревку.

– Я уже все объяснил, здесь искать нечего. Стивен Грейп умчал в Танзанию к отцу. Там и правда наклевывается что-то очень серьезное. И потом фирма по доставке фруктов находится именно в Танзании.

– Ну и что? – Мэллоун рухнул за стол, – Грейп держит казино, и ему нужны фрукты для гостей, конечно он организовал не просто поставку, но еще и фирму, желая на этом заработать. Не забывай, что на львиную долю доходов он отправляет в Африку гуманитарную помощь. Кто позволит тебе развалить эту фирму, при таких условиях.

– Мы точно знаем, что вывозит Грейп с Африки, среди своих апельсинов и бананов. Его поймали за руку, на вывозе контрабандных предметов искусства, но он сумел выкрутиться, обвинил капитана и старпома. Если не помните, то я напомню, те заявили, что не виновны и могут это доказать, Грейп, его фирма, казино, жизнь висели на волоске. И тут, бац, капитан и старпом внезапно замолкают, уже нет свидетелей, готовых подтвердить их слова, хотя в начале дела, чуть не вся команда подписывалась в невиновности начальства. А потом обвиняемые пропадают, просто исчезают, будто их и не было.

– Хорошо, это конечно подозрительно, но с того момента прошло сколько год?

– Полгода.

– И что ты, после шести месяцев надеешься найти? – отмахнулся Мэллоун.

– Он не прекратил своей деятельности, прикрыл на время проверки, а потом начал снова. Я уверен. И потом, кто знает, что он вывозит из страны. Гумпомощь как правило не проверяют и не отслеживают. Так, что одному Грейпу известно, куда все это уходит.

Мэллоун задумался. Аргументы были сильные, а еще сильнее было желание напечатать такую статью в своей газете, продажи выросли бы до небес. Только вот терять первоклассного журналиста, рисковать его жизнью ему совсем не хотелось.

– А нельзя, как-то это все выяснить от сюда? Не подвергая свою жизнь риску? – ухватился редактор за соломинку.

– Нет, только там есть реальный шанс получить нужные документы.

– Но ты же понимаешь, что собираешься нарушить закон?! Вломиться в чужой, хорошо охраняемый дом. А если тебя пристрелят, поймают, посадят?

– Скажу, что взял отпуск и действовал по своей инициативе. Газета не пострадает.

– Да, иди ты к дьяволу! Я о тебе волнуюсь.

– Трогательно. – лицо Адама не изменилось. – Я оставлю заявление на столе. А вы подумайте. Дело того стоит.

– Энжил тоже едет?

– Нет. Он будет здесь, через Коттона проработает Лас-Вегас.

– Ну хоть здесь слава богу.

Мэллоун уже понял, что хочет он или нет, но подписать документ ему придется, не запирать же Адама в подвале с пишущей машинкой. Журналист как поезд без тормозов, почуял что-то интересное и будет нестись к обрыву на всех парах. Но если подумать, то этим тормозом и является он – главный редактор, единственный кто может удержать уже летящие под откос вагоны, и предотвратить катастрофу. Он еще раз взглянул на подчиненного, за 11 лет работы в газете Адам стал ему дороже любого сотрудника, и дело было не в том, что именно из-под его пера выходили сенсации, поднимавшие рейтинг газеты и ее продажи до небес. Адам пришел нелюдимым волчонком, ему не нужен был никто, он знал, чего хотел, отталкивал всех, кто хотел быть рядом, всех кроме редактора, пугал, конечно, до чертиков, но вел себя как-то иначе, старался спрятать, что ли, свою манеру держаться. Мэллоун понимал, что ему тогда нужна была поддержка, как бы тот не ершился, и предоставил ее юному дарованию, дав шанс, и ни разу еще не пожалел, что пригрел парня под своим крылом. А сейчас этот самый мальчишка собирается сигануть с обрыва без страховки, и хочет, чтобы он Мэллоун подписал ему на это разрешение. Старик снял очки, положил их на стол, устало провёл рукой по совершенно седым волосам.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.