Сильвия Лайм
Вампирская роза

Пролог

Что мне магия, жрущая плоть до костей?
Это не страшнее твоих клыков.
Что мне мертвецы, царапающие дверь?
Не от них горю как туман мотыльков.
Я не боюсь ничего, поверь,
Лишь с тобой кровь – шампанское из пузырьков.
В шепоте ночи дрожу я, мой Зверь,
На твоих губах – смерть цвета роз лепестков…

Troldeigh Rysvjel

Он не любил страх. Его запах раздражал тонкие чувствительные рецепторы древнего вампира так сильно, что едва Вальдер ощущал мельчайшие его отголоски, как начинал злиться.

Вальдер анх-Сейрус по прозвищу Черный воин, так его звали бессчетное количество столетий, и все это время он был вынужден ощущать вокруг себя этот отвратительный раздражающий аромат чужой беспомощности.

Древний полагал, что в его случае Тьма распорядилась особым образом, наделив тело уникальной чувствительностью к ароматам. Как насмешка судьбы – ведь такие как он вовсе не должны чувствовать. Древний вампир, чудовище, немертвый и не живой. И все же он ощущал мир настолько ярко, как ни одно другое существо во всей Туманной империи.

Вероятно, поэтому он и привык держатся немного в стороне от остальных. Простые и высшие вампиры, как правило, боялись его, а потому вызывали у Вальдера неконтролируемое раздражение. Вокруг себя он оставлял лишь самых сильных. Тех, кто мог прямо смотреть в его глаза, не отводя взгляда. Тех, кто способен выдержать мощь его ауры смерти. Тех, кто рядом с ним был слишком спокоен. Буквально на грани безумия.

Ведь только безумец может не испытывать страха возле истинно-древнего вампира.

Поэтому да, Вальдер привык к одиночеству. Одиночество его не раздражало, не приносило дискомфорта и не вызывало внутри тянущего желания восполнить какую-либо пустоту. Пустоты внутри Черного воина не было, как не бывает пуста свежая могила.

Однако именно в этот день почему-то член последней тройки древних вампиров чувствовал себя не в своей тарелке. Что-то разрасталось под ребрами, вызывая странное, забытое чувство беспокойства. Впрочем, не придавая ему слишком большого значения, Вальдер покинул свой особняк с одной единственной целью на сегодняшнюю ночь – развеяться и приятно провести время. Сделать это можно было только в одном месте Ихордаррина – клубе “Обсидиановый мрак”.

Заведение это принадлежало Troldeigh Rysvjel и располагалось в самом центре столицы, однако знали о нем немногие. Ведь все его три этажа уходили глубоко под землю аккурат под площадкой для обыкновенного частного гаражного кооператива. Который, кстати, тоже принадлежал Вальдеру. Вот и получалось, что днем несмотря на центр города, здесь почти никого не обреталось, зато ночью было непротолкнуться от вампиров.

Однако именно сегодня, подходя к высоким вратам своего кооператива, на которых было написано просто “Вход по пропускам”, Вальдер почувствовал нечто необычное. Нет, его удивили вовсе не снующие туда-сюда некромобили с пьяными от крови посетителями клуба, не полуголые человеческие девушки, которые знали о существовании частного вампирского заведения и стремились там неплохо подзаработать. Нет. Это было нечто другое.

Темная вспышка.

Тихий всхлип.

Страх.

То, чего древний больше всего не мог выносить. На это он реагировал мгновенно.

Повернув голову чуть в сторону, он увидел на дороге девушку, которой тут быть просто не могло. Определенно не могло.

Девушку, в глазах которой застыл настолько холодный, свинцово-кислый ужас, что Вальдер просто не мог пройти мимо. Этот страх доставлял ему почти физическую боль.

Черный воин резко развернулся и вышел на середину дороги.

Он должен был либо успокоить несчастную… либо убить.

Глава 1

Troldeigh Vaila

“Вот попала я… в прямом и переносном смысле. Что происходит? Это ад?”

– Девушка, вы некромобиль заказывали? – спросила чья-то бритая татуированная голова, высунувшаяся из чудовищной какой-то кривой и нелепой машины.

– Нет, это мой! – заверещала бледная как смерть мадам в черном платье и оттолкнула меня так, что я упала на дорогу.

Дыхание перехватило от ужаса и боли. Кажется, я сильно ободрала ладони обо что-то. Но рассмотреть не успела

Резко повернула голову, чувствуя, как нечто мокрое тычется мне в ухо, и увидела пса.

Мертвого. Глазницы горели красным, а в пасти блестели серебром огромные клыки.

– Джейкраш, фу!!! – крикнул мрачный тип лет тридцати и дернул в воздухе полупрозрачной плетью.

Мертвый пес отлетел в сторону, а я вскочила и, не чувствуя земли под ногами, помчалась куда глаза глядят, едва сдерживаясь, чтобы не заорать.

“Что происходит? Я умерла и теперь расплачиваюсь за грехи?..”

– Это уже не смешно. Убейте меня, кто-нибудь… – выдохнула, оглядываясь и стискивая зубы.

И тут же врезалась в чью-то широкую, твердую, как долбаный камень, грудь.

– Убить?.. – раздался шепчущий, вызывающий колючую дрожь, голос у самого уха. – Это я с удовольствием, детка…

Мурлыкающий обволакивающий тембр, так не подходящий к смысловому содержанию сказанного.

Голова закружилась, и все вокруг стремительно потемнело. Кажется, я теряла сознание.

**

Как это вообще могло случиться? Происходящее вокруг определённо вызывало вопросы относительно моего душевного состояния. Только задать их было некому.

Буквально пару минут назад я примеряла новое платье с босоножками. Едва успела выйти из ванной, даже волосы все ещё были влажные.

Поскользнулась. Упала. И казалось, будто падаю я не на белый кафель пола, а в черную глухую бездну, которая никак не заканчивается.

Но она кончилась.

И теперь я здесь.

Отовсюду раздавался шум и гомон голосов. Кругом – мрачные люди, похожие то ли на нарядных утопленников, то ли на свеженьких восставших мертвецов.

Мужчины здесь преимущественно ходили в длинных кожаных плащах со сложной отделкой, а женщины предпочитали черные волосы, красные губы и корсеты на шнуровке. Встречались и другие, но детали я разглядеть не успевала.

В общем-то у меня тоже были черные волосы. Натуральные почти до самых бедер, и ничего против местной моды я не имела. К примеру в архитектуре готика была в моде аж четыре века – с двенадцатого по шестнадцатый. Почему бы не ввести в моду готику и в одежде? Но это вовсе не объясняет стремное авто под названием некромобиль, мертвого пса и призрачный город, напоминающий ночной кошмар.

Нужно было успокоиться.

Если подумать, вообще-то кошмар начался еще за пару минут до появления этого странного места… Ещё дома, в моей собственной ванной комнате!

Я стояла напротив зеркала, примеряя новое черное платье. Собиралась достать фен и высушить волосы, как вдруг мрачный хохот донёсся будто из глубин небытия, отразился от кафельных стен и металлическими осколками рассыпался по помещению.

Странный голос… глухой, немного переливчатый и звонкий, но при этом до дрожи жуткий.

“Почему скелеты не любят черный?..” – спросил он, а затем снова раздался этот проклятый демонический смех.

Помню, как сердце упало куда-то очень низко. Я едва дышала и была в таком шоке, что несколько мгновений не знала, что делать.

Почудилось?..

Но вопрос повторился. Настойчивей, громче:

“Почему скелеты не любят черный?..”

Вглянула в зеркало и в груди все замерло, остановилось. Мои, ох… мои собственные самые обыкновенные глаза горели призрачным зеленым светом, потихоньку переходящим в кроваво-алый. Горели, сияли и будто жгли душу до того самого момента, пока вдруг не потухли, став просто ядовито-красными.

“Почему скелеты не любят черный?..” – снова этот голос, который уже почти сводил с ума. Только теперь тише – шепот с легкой насмешкой.

– Потому что… они любят белый? – предположила я, решив сыграть в эту неизвестную игру. В конце концов, не можешь победить свое безумие – наслаждайся им. И я ответила на вопрос, не отводя взгляда от своих чудовищных глаз, которые, кстати, прекрасно сочетались теперь с черным платьем и волосами.

И тут же услышала смешанное с могильным хохотом:

– Верно! Ведь черная кость – это диКОСТЬ!

И в тот же миг мир перевернулся. Все вокруг закружилось, пол поменялся местами с потолком, а я оказалась здесь. Посреди дороги со странными автомобилями и целой толпой непонятно одетых людей.

Прямо перед глазами возвышалась довольно большое одноэтажное здание. Оно было очень непривычной закругленной формы. Словно редкое дизайнерское решение. Впрочем, кругом стояло множество столь же странных машин за высоким забором, и становилось ясно, что это всего-лишь необычная крытая парковка.

Но не только форма здания меня удивила. Вдали по обеим сторонам от главной двери прямо из земли торчали два огромных каменных кристалла. Они были абсолютно прозрачными с легким голубоватым оттенком, а внутри… клянусь – летали настоящие призраки! По одному в каждом кристалле! Судя по всему это была какая-то очень реалистичная голограмма или что-то подобное. Но стоило очутиться рядом с ними, как прозрачная женщина слева повернула ко мне голову будто живая, а из ее рта и выпученных глаз посыпались самые натуралистичные черви. Даром что тоже прозрачные…

Кажется в этот момент я всё-таки закричала, заламывая окровавленные от падения руки.

– Милая, не стоит так нервничать, – раздался вновь мягкий голос совсем рядом со мной. А я прекратила предаваться воспоминаниям, осознав, что спасительный обморок мне не светит. Да и спастись, отключившись на оживленной улице, вряд ли получилось бы.

Тем более что в голосе, который вырвал меня из пелены накатывающего безумия, несмотря на нарочитую медлительность, сквозило какое-то раздражение.

Я молчала. Трудно говорить, когда сердце застряло в горле.

Тем временем мужская рука подхватила меня под локоть и ловко потащила вперёд. Прямо в странное здание, раскинувшееся впереди.

– Что вы делаете, отпустите меня! – взвизгнула возмущенно.

Повернула голову и встретилась самым холодным взглядом из всех, которые встречала когда-либо в жизни.

– Пойдём, дорогая, я тебя успокою и всё объясню, – сказал этот странный тип и… улыбнулся.

Вот только в улыбке тоже не было ни капли тепла. Я бы сказала, что в ней пряталось даже немного отвращения, и это изрядно встряхнуло.

Вот уж отвращения ко мне мужчины обычно не испытывали! Особенно, учитывая, что я была неплохо одета, только что вымыта и пахла шампунем из роз. Да и в целом склонна была считать, что матушка природа меня красотой не обделила!

Поэтому крайне раздраженная происходящим, я стала рассматривать незнакомца внимательнее, немного забывая про страх.

В конце концов мужчины в этом дурдоме наверняка были такими же мужчинами, как и везде.

И, признаться, первое что бросилось в глаза, это удивительная просто-таки нереальная привлекательность моего незнакомца. Узкое лицо с аристократическими чертами казалось спокойным, как древняя статуя, выдолбленная из мрамора. Кожа была под стать камню, такой же бледной и гладкой, почти фарфоровой, тонкие изящные губы – алые и уверенные, с чуть приподнятыми вершинами у носогубных складок. Эти живые, чувственные губы казались даже слегка чужими на холодном лице с прямым носом и горящими черными глазами.

Это интриговало.

1-2

Пока я рассматривала незнакомца, успела позабыть о том, что он меня куда-то тащит. А когда опомнилась, оказалось, что мы оба спускаемся вниз в круглой кабине лифта. Вниз! В одноэтажном-то здании!

Получалось, что меня тащили в какой-то подвал, и мне это нравилось все меньше.

Едва каменные двери открылись, как мы очутились в широком помещении, полностью лишенном окон. Зато тут были мягкие кресла причудливой формы, низкие диваны из интересной рельефной кожи, шестиугольные столы и узкие стеклянные колонны, подобные тем, что светились у входа в здание. И слава богу, внутри этих не летало страшных женщин с червями. Только искры немного пугающего зеленовато-призрачного света.

Почему-то стало чуть спокойнее.

– Располагайся, дорогая, – проговорил негромко мой странный спаситель, и тут же дотронулся до стены, которая на первый взгляд казалась ровным монолитом, обитым треугольниками кожаной ткани. Но вот несколько треугоничков разъехались в стороны, а внутри появился сверкающий драгоценными камнями бар.

Это уже больше походило на нормальный мир, и я потихоньку стала расслабляться. Да и другого выхода у меня все равно не было. Не выбегать же обратно к псам-зомби и призракам женщин в витринах?..

Свет лился изнутри бара так, словно повсюду во встроенном шкафу включились мелкие софиты. Вот только я не заметила ни одной лампочки, свет просто был и все. Как факт. Ну да ладно, это мелочи. Красиво, в конце концов! К тому же множество стеклянных граненых бутылок, стоящих внутри шкафчика, и вовсе разбивали лучи на тысячи ярких солнечных зайчиков, даря ощущение восторга от представившейся красоты.

Незнакомец откупорил одну бутылку, наполнил высокий бокал с золотистой ножкой и рисунком в виде клыка с крыльями, подал мне и замер рядом.

Взяла. Не могла не взять. Да и вообще эта необычная комната выглядела островком адекватности среди сумасшедшего мира на улице.

Вот так мы и оказались с черноволосым красавчиком друг напротив друга, и я, клянусь, впервые в жизни не знала, что сказать.

Разум молчал. Явно отказался работать в окружающем лишенном логике пространстве.

Ну и хрен с ним.

А тот тоненький голосок в глубине души, что царапал маленькими раскалёнными коготками и пищал: “Беги, беги, беги”, я засунула куда поглубже и прикрыла мысленными подушками.

Куда бежать?

Я даже не знала, где я.

Незнакомец оказался выше меня примерно на полголовы. И прямо сейчас несмотря на всю чудовищность и нелепость происходящего, я вдруг поняла, что, глядя в его глубокие, почти бездонные черные глаза, все сильнее успокаиваюсь. Будто было в нем что-то такое, что обязано изгонять мой страх.

Опасно думать такое про незнакомцев, которые пытаются напоить тебя в каком-то люксовом номере скрытого на парковке ночного клуба. Но у меня не было выбора.

– Больше не боишься, – констатировал этот тип. Без вопроса, без удивления. Словно с каким-то одобрением или скрытым удовлетворением. – Пей, – бросил он и самолично обхватил мою кисть, держащую бокал, поднося напиток к губам.

От его прикосновения как током ударило.

Мягкая ладонь, горячая… уверенная. Думаю, что если бы я отказалась пить, его рука продолжила бы движение все равно, и содержимое бокала так или иначе оказалась у меня в горле.

Каков наглец!

Но сопротивляться не хотелось. Я была заворожена. Еще немного ошарашена и шокирована, но хотелось думать, что все же заворожена. И выпить, признаться, хотелось. Чтобы выветрились из головы вся эта чушь про призраков, мертвых псов и чудовищные, будто живые автомобили.

Мне абсолютно точно требовалась капля алкоголя, чтобы прийти в себя. А, может, даже пара десятков капель.

Исходя из этих мыслей я и выпила сразу несколько глотков, тут же зажмурившись. Напиток оказался какой-то сладкой настойкой, с довольно высоким содержанием этанола. На мой взгляд, так, оборотов тридцать, не меньше. Я бы даже наверное закашлялась, если бы при этом вкус не оставался мягким и ягодным, отдаленно напоминающим черную смородину и какие-то сладкие ароматные травы.

Я конечно ужасно осуждала подобное распитие, но…

– Лучше? – спросил мужчина, не торопясь отбирать у меня бокал, и его губы мягко изогнулись.

Под платьем словно рассыпались раскаленные угли.

…мне становилось определенно лучше.

– Немного, – хрипло выдохнула в ответ, и вместо того, чтобы что-то объяснить, незнакомец опять поднял мою руку с бокалом и поднес к моим же губам.

– Тогда стоит выпить еще, – безапелляционно проговорил он, и через пару мгновений бокал уже был пуст.

Жар разлился в груди, и стало так легко и спокойно, словно я у себя дома. Или в каком-то другом не менее замечательном и безопасном месте.

Краем сознания я еще понимала, что это вовсе не так, но страх отступил окончательно и бесповоротно, оставив где-то под ребрами лишь едва различимые напоминания о себе: искрящееся предвкушение, тонкое, будоражащее предчувствие чего-то неизведанного.

Ну и дохлый пёс с ним. Все лучше, чем бояться.

– Отлично, – проговорил незнакомец, будто только что был сделан какой-то выбор, о котором я не знала. Мужчина забрал у меня бокал и несколько мгновений просто продолжал стоять рядом, вглядываясь в мое лицо.

А мне все сильнее казалось, что я падаю. Падаю куда-то за черту его глаз, цвета обсидиана, его спокойного светлого лица, обрамленного водопадом черных, как сам мрак, длинных волос. Прямых, без единой волны или изгиба. Идеальных, как клык хищника…

Он же практически мой спаситель! Спас от чудовищного безумия готической вечеринки. И я ужасно хотела о чем-то спросить его, понять, что я тут делаю, и если это такой сон, то попросить, чтобы ущипнул.

Однако, мужчина, похоже, не собирался со мной разговаривать вовсе. Он просто отставил мой бокал, неторопливым хищным движением приблизился ко мне и вдруг… обхватил ладонями мое лицо.

Мурашки пробежали по спине.

– Что вы дела..? – выдохнула еле слышно, когда он склонился к моим губам и неожиданно оставил на них короткий поцелуй.

Мягкий, как прикосновение весеннего бриза.

Отравляющий, как яд шершня.

1-3

У меня перехватило дыхание.

От незнакомца пахло странной почти морозной свежестью, от которой на миг могло показаться, что легкие вот-вот замерзнут. Словно втяни воздух чуть сильнее, и выдохнуть уже не сможешь. Однако был в этом почти неуловимом запахе какой-то тонкий, но нестерпимо-горячий оттенок. Как послевкусие капсаицина, принятого после виски, когда после глотка напитка почему-то решаешь закусить его перцем хабанеро. Сперва кажется, что все в порядке, но уже через пару мгновений внутри разгорается драконье пламя.

Незнакомец не ответил, вместо этого коснувшись поцелуем уголка моих губ, отчего в кровь брызнула новая порция этого странного яда, который потихоньку заставлял голову кружиться, а разум отказывать.

– Что вы делаете? Я даже не знаю, как вас… – прошептала я, когда его горячие ладони скользнули к моим ушам, а пальцы зарылись в волосах, легкими массирующими движениями приводя меня в состояние полной неадекватности.

– Вальдер, меня зовут Вальдер, – проговорил он негромко. – А тебя?

Его голос начал казаться музыкой. Каким-то колдовским ноктюрном, сыгранном на древнем органе в старом графском замке. И имя-то у него было таким странным, мелодичным, что запоминалось сходу, намертво впечатываясь в саму душу.

Вальдер…

– А меня Розалинда, – хрипло выдохнула, зачем-то назвавшись полным именем, которым меня уж лет 100 никто не называл. Тогда он вдруг откинул назад мои волосы, с каким-то скрытым удовольствием перебирая пряди, и я заметила, что для обычного мужчины у него слишком длинные и заостренные ногти, странно поблескивающие в полумраке.

Маленькая шаровая молния ухнула в желудок.

Ко всему прочему на аристократических пальцах сверкало несколько винтажных перстней, на одном из которых выделялось изображение в виде крупного клыка с крыльями вроде того, что был и на моем бокале.

– Очень приятно, Розалинда, – проговорил он, медленно перебирая во рту слоги имени, словно пробуя его на вкус. Под ребрами будто зашевелились тысячи маленьких раскаленных светлячков, щекочущих крохотными крыльями.

Вальдер опустил губы на мою шею, и перед глазами потемнело. Таким сладким было это прикосновение, словно я в один миг лишилась кожи, чувствуя его каждым нервом. А губы скользили и скользили, медленно, по какой-то одной будто заранее спланированной траектории вниз, к основанию шеи. Туда, где над ключицей было самое чувствительное место, где глухо и быстро билась маленькая тонкая венка…

– Ты очень необычная девушка, да, Розалинда? – проговорил негромко Вальдер и резко стиснув меня за бедра, поднял вверх, заставив обхватить ногами.

Я вскрикнула от неожиданности, но в тот же миг ощутила, как он раздвигает мои губы поцелуем и проникает внутрь так, словно ничего в этом необычного не было. Словно он имел на это право.

Право на меня.

Но возмутиться я не успела. Горячий язык скользнул в мой рот, принося с собой легкий привкус голода и черносмородинового вина, тонкий налет безумия и страсти, разгорающейся с каждой секундой все ярче.

Нужно было остановиться, понять, что происходит. Но с каждым вздохом этого хотелось все меньше.

Кроме того Вальдер пробуждал у меня внутри странное незнакомое ощущение. Какое-то темное предчувствие, будоражащее любопытство. Ведь я никак не могла понять, что с ним не так. Мне до смерти хотелось разгадать его загадку, причем чтобы при этом он не прекращал меня касаться.

Ведь каждое его движение вызывало внутри мгновенный отклик. Жаркий, бесстыдный, жгучий, как предвкушение пожара.

– Ты теперь моя, Розалинда, – уверенно и спокойно сказал он и вдруг усадил меня на невысокий комод у стены. – Роза…

Я сдавленно выдохнула, прикусив нижнюю губу. Сердце с силой ударило в ребра и забилось с утроенной скоростью.

– Почему это ваша?

Становилось совершенно ясно, к чему все идёт. И это совершенно не вписывалось в мое представление о первом знакомстве с мужчиной.

– Потому что я так решил.

Короткое платье совершенно задралось, когда Вальдер замер между моих ног, даже не думая позволять мне сдвинуть колени. Напротив, неожиданно он опустил на них свои ладони, обжигая прикосновением, и медленно, смотря только мне в глаза, начал скользить кистями вверх.

Он больше не целовал меня. Только смотрел пьяняще-черными глазами, а я боялась окончательно забыть, как дышать. Что-то такое странное, гипнотическое было в их глубине, что с каждым мгновением внутри сильнее и сильнее разгоралось голодное пламя.

Словно он умел очаровывать прикосновениями. Словно он точно знал, что делать.

– Я… я бы хотела уйти, – не сказала, а скорее пропищала. – Вы меня пугаете.

Темно-алые губы медленно растянулись.

– Нет, не хочешь. И нет, не пугаю, – ответили эти губы мягко, бархатно.

Словно перо по чувствительным точкам.

Он знал, что я лгу. Или просто удачно блефовал?..

Внизу живота будто скрутилась спираль из каленого металла, и в такт сердцебиению каждый нерв, сжатый ее кольцами, горячо пульсировал.

Раз.

Два.

Три.

Ладони Вальдера поднимались все выше, но нарочито медленно, с каждым пройденным сантиметром повышая градус. Когда его пальцы оказались у самой кромки задравшегося платья, я уже едва управляла собой. Грудь тяжело поднималась и опускалась от рваного дыхания, а я все не могла отвести взгляда от черных, как сама тьма, глаз.

В них что-то таилось…

А меня буквально трясло от его прикосновений. И я совершенно потерялась. Не знала, что делать

Вальдер больше не улыбался, он был серьезен настолько, что это граничило с мрачностью. Но при этом в какой-то момент его ярко-алые губы приоткрылись, и я с легким удивлением заметила, как блестят в полумраке тонкие белые клыки, которые единственно и были видны из-под них.

Перед глазами потемнело, горло сжало спазмом… горячей волной ухнувшим в основание живота.

Мне не было страшно. Он, демоны его забери, был прав. Страх исчез, словно его во мне изничтожили как факт. Но его место занял столь острый, вышибающий остатки разума адреналин, что от его огненной терпкой составляющей в крови казалось, будто я вот-вот выключусь. Или превращусь в кого-то совершенно другого.

Вальдер закрыл глаза с длинными черными ресницами и улыбнулся, не смыкая губ.

И от этого острые белые клыки стали видны совершенно явно.

– Твое желание пахнет очень аппетитно, Роза, – прошептал он, не открывая глаз, приблизив ко мне лицо и носом проведя по щеке в сторону шеи. – А твое имя… как бокал наслаждения у меня в руках. И я намерен попробовать на вкус вино, которое таится внутри.

Волна раскаленного яда ударила в виски и начала громко пульсировать там, мешая соображать. Но я все же ответила. Хрипло и недостоверно:

– Какую чушь ты городишь. Но все равно невольно заслушаешься.

Я почувствовала, как мужчина придвинулся ко мне настолько, что его мягкие брюки коснулись моего нижнего белья… продемонстрировав при этом весьма твердое намерение моего нового знакомца.

– Острый язычок, – улыбнулся мужчина, но как-то очень серьезно. Словно действительно рассматривал меня как нечто, что можно попробовать. – Интересно, будет ли у тебя такой же вкус.

Я хрипло выдохнула, положив ладони на мужскую грудь, в последней отчаянной попытке что-то сделать.

Оттолкнуть, возмутиться, уточнить, что происходит… Или хотя бы на худой конец – спросить, взял ли он защиту?

Но не вышло ничегошеньки. Только почувствовать под тонкой рубашкой – на ощупь из чистого черного шелка – горячую кожу.

– Ты с твоими клыками хренов маньяк, ты знаешь? – выдохнула, усмехнувшись. – У вас тут так модно, да? Знаешь, лет пять назад в пору моей юности я бы от такой встречи голову потеряла. Красавчик, смахивающий на вампира! Да мне в институте все девчонки бы обзавидовались.

“Хотя я и сейчас потеряла голову…”

Он загадочно улыбнулся в ответ.

– Ты позволишь мне?.. – уткнувшись в основание шеи и мягкими губами прикусывая кожу, прошептал Вальдер низко и так хрипло, что от его голоса острая молния прошила позвоночник.

С этим вопросом он прижал ладонью мои бедра к своим, и сквозь тонкую ткань белья я почувствовала все, что чувствовать и демонстрировать было совершенно неприлично.

Да и плевать! Этот красавчик был определенно чем-то из ряда вон выходящим. И я уже понимала, что не смогу ему отказать. Не хочу, да и все тут! Мне в конце-концов двадцать два, я взрослая, самодостаточная…

– Скажи “да”, – отрывисто попросил он, вдруг медленно стиснув волосы у меня на затылке, заставляя запрокинуть голову.

Ох… у меня кружилась голова.

Я отрывисто выдохнула что-то в ответ, слабо представляя, о чем он вообще спрашивал. Но в том состоянии, что я находилась сейчас, казалось, что могу позволить вообще все на свете.

Я не особенно и сопротивлялась. От прикосновений его губ тело выгибалось само, прося больше, слаще, сильнее.

Поэтому когда мои губы послушно прошептали “да”, я даже не удивилась. Удивилась лишь через долю секунды, когда вдруг основание шеи на миг пронзила острая боль, но и тогда крик не успел сорваться с губ, потому что сразу же я ощутила тысячекратно более сильный… экстаз.

Удовольствие, граничащее с сумасшествием. С невозможным.

Напряжение во всем теле превысило все возможные границы, достигнув точки невозврата.

Рваный, судорожный стон удовольствия вырвался из груди, когда губы Вальдера на моей шее стали казаться еще более пьянящими. Он целовал меня словно в сотню раз сильнее, более страстно и жестко, и чувствительность каждого миллиметра тела стала нестерпимой. Дотронься – и разряд не заставит себя ждать.

Я не знаю, как это произошло, и почему, но в тот же миг я стиснула ноги на его бедрах, инстинктивно прижимая его ближе, вдавливая в себя его плоть сквозь брюки, и тут же почувствовала, как внутри меня разрывается атомная бомба исступления, заставляющая сжиматься спазмами удовольствия каждую мышцу, каждую клетку.

Я хрипло дышала, не в состоянии прийти в себя, меня потряхивало от пряного необъяснимого удовольствия, которое будто не намеревалось заканчиваться. Мне не хватало воздуха, но хотелось еще и еще.

И вот в этот момент Вальдер вдруг оторвался от моей шеи, медленно облизнув слишком алые блестящие губы, и посмотрев на меня красными, как багровый закат глазами, проговорил:

– Сладкая… твоя страсть сладкая, Роза. С пряным привкусом гранта и корицы… И там еще много всего…

Опустил руку вниз, одним движением отодвигая мое нижнее белье в сторону, а другой рукой многозначительно расстегивая свои брюки.

Я не успела издать и звука.

– А вот теперь мы с тобой поиграем, девочка, – бархатно прошептал Вальдер и резко проник внутрь, наполняя меня до отказа. Целиком и полностью заставляя ощутить себя желанной игрушкой, собственностью, предметом удовольствия и наслаждения, у которого не спрашивают, но он и не ждет вопросов.

В этот момент я была готова удовлетворить любое требование этого мужчины, потому что тот голод, что я видела в его глазах, пьянящий голод, выворачивающий душу наизнанку, прямо сейчас я ощущала как свой собственный.

Дикий, убийственно-страстный и ядовито-жаркий голод…

Глава 2

Troldeigh Vaila

Очнувшись я с трудом понимала где нахожусь. Казалось что сон всё никак не хочет заканчиваться, сколько бы я не щипала себя за руки и ноги, сколько бы они хлопала по щекам – вокруг ничего не менялось. А весь ужас состоял в том, что этим темным и мрачным утром я открыла глаза будто в каком-то странном готическом замке.

Как такое могло произойти? Где я нахожусь?

Не было ответа ни на один вопрос. Но хуже стало, едва я вспомнила то, что произошло вчера вечером. То что ещё пару секунд назад казалось страшным хоть и невероятно эротичным сном.

Я провела ночь с… вампиром. С вампиром?!

Подбежав к огромному серебряному зеркалу, расположенному напротив, кажется, необъятной кровати, я осмотрела себя с ног до головы и особенно пристальное внимание уделила шее. Месту, где должны были остаться алые следы от укусов. Но кожа была чиста, ничто не напоминало о вчерашнем происшествии, если это можно так назвать. Ничего кроме потрясающий спальни, обитой бархатом в сиренево-лиловых тонах и моей абсолютной наготы.

Как ни странно, в глубоком кресле, я обнаружила аккуратно лежащий комплект нижнего белья и удивительно красивое шелковое платье. Снизу в высоком ворсе ковра утопали кожаные туфли, усыпанные крошкой алых стразов. Обувь имела высоченные шпильки.

Голышом ходить я как-то не очень привыкла, поэтому, недолго думая, надела на себя предложенный наряд.

Честно говоря, я была готова на все, лишь бы не оказываться опять на улице в окружении людей, похожих на трупы, и трупов, похожих на людей. А здесь, в этой уютной, богато украшенной спальне я чувствовала себя почти уютно. Почти в безопасности.

Почти.

Стоило признать, со мной случилось нечто из ряда вон выходящее, и следовало как минимум приспосабливаться. Во все времена люди, отрицающие свою судьбу, путь или нечто иное, что выпадало на их долю, никогда хорошо не кончали. А я, пардон, любила кончать хорошо.

Приодевшись, стала чувствовать себя значительно лучше. Вместе с туфельками и платьицем к любой уважающей себя женщине возвращается уверенность в себе. Вот и ко мне абсолютно точно что-то вернулось. И, так как никто меня в этой шикарной спальне, хвала всем местным богам, к кровати за ногу не привязывал, то я преспокойненько добралась до двери и выскользнула прочь.

В прохладную, как в могиле, тишину каменных замковых коридоров…

Я действительно была в замке! Самом настоящем, будто средневековом. Только, похоже, подземном. Высокие каменные стены красовались сероватым кирпичом, а поверх них растянулись богатые расписные гобелены. Разве что изображены на ткани оказались вовсе не сцены охоты или балов, как можно было рассчитывать, а странные и совершенно невероятные автомобили. В основном – черные, они казались разной формы пятнами на красном, как кровь, фоне дорог. И поражали “злыми” острыми фарами, напоминающими глаза, какими-то винтажными трубками по бокам капота, изображениями клыков и когтей, чудовищных морд неизвестных животных и демонических крыльев. Но в целом, было в этих автомобилях и некое бесспорное очарование, которое недоступно нашему обычному автопрому.

Чем дальше я двигалась по удивительному замку, тем больше складывалась уверенность, что я оказалась в некой параллельной вселенной, где вампиры и монстры вполне реальны, а темная магия, похоже, ходит рука об руку с наукой. Это не выглядело слишком уж нелепым, учитывая теорию мультивселенных. Все происходящее можно было назвать удивительным и шокирующим, но никак не абсурдным. А уж когда первый ступор прошел, можно было потихоньку и привыкать.

С этими размышлениями я сама не заметила как добралась до высоких черных дверей из лакированного дерева, через щель в которых слышались мужские голоса. И один из них, с низким и уверенным чуть бархатистым тембром, теперь уже мне стал отлично знаком.

– Не высоковата ли цена? – спокойно уточнял он, будто хотел заключить какую-то скучную повседневную сделку. – Так ли хорош товар?

– Безусловно, я же вам говорю! – отвечал радостно ещё один звонкий мужской голос. – Это не просто хороший товар, вы же понимаете, что он уникальный! В Ихордаррине аналогов вы не найдете. Без лишней скромности скажу, что я единственный поставщик.

Голос рассыпался в довольных смешках.

– Чтож…

– Если вы желаете попробовать, то в любой момент, господин Вальдер.

– Нет, я согласен. Сделку оформит мой компаньон. Деньги вы получите как только товар будет у нас.

– О, жутко рад, жутко рад! Вы не пожалеете, господин Вальдер!

Я отшатнулась от двери, потому что через несколько мгновений она распахнулась, явив на пороге высокого симпатичного блондина в компании трёх амбалов. По виду – охранников. Все в странной темной одежде: какая-то готическая кожа с серебром и вставками, напоминающими лёгкий доспех. А ещё у одного из амбалов на лице мелькнула витиеватая черная татуировка, но разглядеть ее я не успела.

Блондин заметил меня и замер, широко улыбнувшись.

– О, леди, вы прекрасны! Я сражен намертво!

Я едва открыла рот, чтобы ответить, как он взял меня за руку и поцеловал тыльную сторону ладони.

– Как вас зовут? – продолжал тут же, и я заметила, что у него очень располагающее лицо. Какое-то доброе, с мимическими морщинками, говорящими о том, что он часто улыбается.

– Ее имя Розалинда, – раздался из-за двери холодный ответ. – А вам, господин Мейсер, пора идти.

Блондин добродушно расхохотался, повернувшись к мощной фигуре черноволосого Вальдера, который выглядел, как ночь, решившая затенить день.

На нем был идеальный черный брючный костюм с жилетом и такой же черной рубашкой. Только тонкие металлические вставки в одежде были теми искрами, что освещали тьму. Черненое серебро.

– О, я все понял, не нужно повторять! – воскликнул блондин с улыбкой, махнув своим громилам. – Меня уже нет. Буду рад встретиться снова. Всего хорошего, жгучих поцелуев и багровых рек, так же говорят у вас, да?

– Всего хорошего, – кивнул Вальдер.

И незнакомец скрылся в конце длинного каменного коридора.

– Как спалось? – спокойно спросил мой вампир, невозмутимо предложив руку и двинувшись вперед, следом за ушедшим Мейсером.

Я коснулась сгиба его локтя и пошла рядом так, словно и впрямь все в порядке. Инстинкт твердил, что этот мужчина не любит суеты. А мне и не хотелось суетиться.

В конце концов правды можно добиться и не впадая в истерику. Даже если правды придется добиваться у вампира, как бы странно это ни звучало.

– Спалось прекрасно, но теперь жутко хочется кушать, – ответила я также спокойно, как и он, глядя вперёд. Только ощущение его руки под моей кистью приятно будоражило.

Вальдер улыбнулся уголками губ и бросил на меня одобрительный взгляд. Что его так радовало? Бог его знает.

– Мы как раз идём туда, где ты сможешь вкусно поесть и набраться сил. Мои друзья уже ждут.

– Друзья? – уточнила, приподняв бровь. И не смогла не добавить, ну так, на всякий случай: – Надеюсь, они не будут меня кусать?

Не хватало ещё стать закуской на чужом столе.

Вальдер резко помрачнел, его челюсти стиснулись, но смотрел он лишь вперёд.

– Я был бы рад, если бы ты никогда не произносила ничего подобного в будущем.

Воздух похолодел, но я… не испугалась. Хотел бы прикончить – уже сделал бы это. А я, между прочим, тоже не робкого десятка.

– Тогда стоит сразу рассказывать все, что меня ждёт, – пожала плечами в ответ, тоже не глядя на собеседника. – Я тут, знаешь ли, впервые. Уважай мое неведение.

Однако краем глаза я безусловно отслеживала выражение его светлого, почти бледного лица с красивой, но напряженной линией губ. И взгляда, ставшего опасно темным.

– Острая… – повторил он то, что я слышала ещё вчера. С мягкой оттяжкой и лёгким придыханием, отчего градус в венах резко подскочил.

Что-то особенное он имел в виду под этим словом…

Вальдер снова едва заметно улыбнулся.

– Мне нравится, как ты загораешься, Роза. И как распускаются твои лепестки.

Я покраснела, искоса замечая, что он пристально смотрит на меня.

Но он снова отвернулся, спокойно добавив:

– Они будут распускаться только для меня. Все, что однажды стало моим, навсегда остаётся только моим.

– Не слишком ли много самоуверенности? – не смогла не фыркнуть я в ответ. – Не помню, чтобы я давала свое согласие. Не помню, чтобы слышала какие-то предложения.

Некоторое время Вальдер молчал, а потом невозмутимо парировал:

– Не помню, чтобы ты отказывалась. Не помню, чтобы просилась домой. Тебе нравится здесь. Ты заинтригована. Но ты не знаешь, кто я, верно?

– Не знаю, но вряд ли знание что-то изменит.

Опять его таинственная полуулыбка.

– О, ты удивишься.

– Я и о вампирах ничего не знаю. Неужели ты и правда один из них?.. – начала было я, решив, что момент подходящий, но тут мы подошли к большим дверям, возле которых стоял слуга привратник. И он открыл перед нами двери, словно мы были какими-то ужасно важными особами.

Даже неловко стало.

А перед глазами открылся широкий богато убранный зал, в центре которого стоял большой стол, и за которым сидело несколько весьма интересных гостей.

– И не только я, девочка. Не только я, – ответил Вальдер, проводя ошалевшую меня внутрь.

Здесь было на что посмотреть. На несколько мгновений я лишилась дара речи.

2-2

Все помещение заливал мягкий приглушенный свет, распространяющийся от прозрачных, будто стеклянных колонн, внутри которых танцевали призрачные женщины. Красивые! У этих изо рта не валились черви… На потолке расположились тяжеловесные люстры, созданные из белесых скелетных костей. Вот только света эти удивительные штуковины не давали, а служили они явно декоративным элементом. Кости украшались гроздьями алых цветов на тонких вьющихся ветвях, свисающих вниз.

Массивные алые портьеры закрывали витражные окна, стекла в которых изображали картины обнимающихся в разных позах любовников. Но самое удивительное встретилось за столом, к которому Вальдер неторопливо подвёл меня и усадил, отодвинув мощный стул из черного дерева. Сам он расположился рядом.

Напротив нас сидел ещё один мужчина, от которого невозможно было оторвать взгляд. Он был также невероятно красив, как и Вальдер, но совсем другой красотой. Если мой вампир обладал холодной уверенной привлекательностью, от которой разило сбивающей с ног силой, то незнакомец был иной. Он более напоминал обволакивающий опасный цветок, полный сладкого нектара, или ветвь дикого винограда. Такой же мягкий, гибкий, способный пьянить. Или задушить в своих объятиях.

На его коленях хохотало аж две молодых особы, тут же окинувших меня любопытными взглядами. Одна была блондинкой исключительно красоты, вторая – рыжей со странными, но красивыми татуировками на лице. Две цветущих незабудки на обеих щеках.

В любом случае девушки казались лишь… антуражем.

Этот мужчина улыбался, чуть склонив голову, осматривая меня сверху вниз, и под его молчаливым вниманием я ощущала себя голой.

– Темных ночей, Фирель, – проговорил мягким грудным голосом Вальдер, а затем протянул ко мне руку. – Знакомься, это Розалинда. Моя подруга.

– Очень рад, очень рад, – проговорил мужчина, качнув головой, и его мягкие волосы, чуть прикрывающие уши, упали на глаза цвета крови.

– Розалинда, это Фирель, мой брат.

– Очень приятно, – с улыбкой проговорила я, чуть облокотившись вперед и внимательно изучая присутствующих.

Похоже, других гостей не предполагалось. И тут было два варианта развития событий: либо Вальдер просто решил развлечься, приведя меня сюда в качестве “мебели”, как и его друг – своих девушек. Либо… это была какая-то особая приватная встреча.

В любом случае вампирское сумасшествие продолжалось, и не могу сказать, что мне не было интересно.

– Ты давно не приходил в гости, – сказал тем временем мой кавалер, если можно назвать так человека, от которого у меня одновременно возникал мороз по коже и жар внизу живота.

– Ты давно не звал, – пожал плечами Фирель, наклонившись с улыбкой к блондинке и втянув воздух возле ее шеи. Та захихикала. – Придет ли еще кто? Может, король с королевой?

Я вздрогнула.

У них есть еще и вампирские короли?.. Достаточно ли они кровожадны, чтобы начинать бояться прямо сейчас?

Вальдер искоса бросил на меня короткий взгляд, словно что-то почувствовал. Его красивые черные брови дрогнули, будто готовые сдвинуться.

И чего он вечно такой мрачный и холодный? В таком настроении его белоснежная, чуть жемчужная кожа кажется мрамором, скрывающим бездну черного пламени.

Я улыбнулась и неожиданно даже для самой себя подняла руку, коснувшись его переносицы.

Вальдер дернулся, но не пошевелился, следя за моими действиями широко раскрытыми глазами. А я… взяла и разгладила еле заметную морщинку между его бровей.

– Что ты делаешь? – тихо спросил он. И мир на секунду сузился до нас двоих.

Сердце пропустило удар.

– Когда ты хмуришься, мне становится холодно, – снова улыбнулась я. – А мне понравилось, когда… жарко.

Последнее слово пришлось произнести шепотом, потому что стало несколько неловко. В кровь брызнул адреналин.

Вальдер резко выдохнул, и его взгляд опустился к моим губам. Туда же, куда поднялась ладонь и большой палец погладил уголок моего рта.

Разом закружилась голова. Этот странный мужчина или вампир, кем бы он там ни был, действовал на меня магически. А, может, будоражила сама ситуация, в которой я нелепым образом оказалась.

Ванная, зеркало, костяной дракон, хохот… И весь этот мрачный мир, который, почему-то больше совсем не пугал.

Будоражил. Вызывал любопытство и почти восторг.

А, может, и не почти.

Если я и сошла с ума, то это очень интересное сумасшествие.

И очень горячее.

– Попробуй вино, Роза, – проговорил Вальдер, вырывая меня из плена его собственного манящего мрака. – Оно здесь для тебя.

В этот момент он, будто с трудом, отвернулся от меня, добавив:

– И для вас, прекрасные дамы, – махнул рукой, и тут же у стола появился статный официант в темно-алом сюртуке с белой рубашкой и небольшим жабо в виде капли кружев века эдак восемнадцатого. Он ловко разлил вино по трем бокалам для меня и девушек Фиреля, а затем снова исчез с глаз.

Кстати, дам мне так никто и не представил. Блондинка сделала пару глотков и отставила напиток, направив все свое внимание на спутника. А рыжая залпом опрокинула весь бокал, эротично облизнувшись.

Я же подумала о том, что раз имена прелестниц не назывались, это явно не просто так. Видимо, мне не зачем было их знать.

– У короля и королевы много забот, – продолжал прерванный разговор Вальдер. – Ты знаешь, что дела в Ихордаррине уже давно идут не лучшим образом для нас.

– Для нас? – фыркнул Фирель, тряхнув волнистыми волосами. – Понятия не имею, о чем ты. У меня лично все в порядке. Пирушки идут одна за другой, гости не устают. Связи с общественностью налаживаются. Я свою работу делаю хорошо.

– Работу? – зачем-то спросила я, поймав три удивленных взгляда напротив Словно моего участия в беседе не предполагалось.

Ну так пусть привыкают, я уж точно не мебель.

А вот Вальдер словно совсем не удивился, спокойно ответив:

– Фирель – главный организатор торжеств в королевстве детей Кровавой луны.

– Розалинда, милочка, я смотрю ты совсем ничего не знаешь о нас, да? Новенькая? – спросил тем временем организатор торжеств.

И словно в качестве демонстрации вдруг поднял запястье блондинки и вонзил в него…

Клыки.

2-3

Меня бросило в жар. Время будто замедлилось. Я не могла оторваться от зрелища того, как он пьет кровь. Как то и дело медленно двигается кадык на его горле. Как тяжело дышит блондинка на его коленях, приоткрыв пухлые алые губы, с вожделением глядя на своего спутника.

Ей это нравилось.

А ему нравилось глядеть на то, какое впечатление все это производит на меня.

Прошло несколько секунд, Фирель опустил руку девушки, чья грудь поднималась и опускалась быстро-быстро, и проговорил:

– Действительно, ты будто никогда не видела вампиров, дорогая. Где ты нашел такое сокровище, брат мой? – спросил он у Вальдера.

Мой мужчина едва заметно сжал губы, но никак не среагировал на демонстрацию, только лишь бросив на меня короткий взгляд. Будто тоже хотел понять, какое впечатление на меня это произвело.

Что ж…

– Розалинда – моя гостья, Фирель, – ответил мягко, но уверенно он. – Я хотел бы, чтобы ты относился к ней так же.

Одна бровь организатора праздников с любопытством приподнялась, будто Вальдер сказал нечто необычное.

– Само собой, брат мой, – ответил он. – Уверен, мы подружимся, правда Розалинда?

– О, несомненно, – улыбнулась я, пытаясь вернуть себе контроль над ситуацией. – Я вообще очень дружелюбный человек, Фирель. Меня даже в детстве называли Зефиркой.

– Зефиркой? – переспросил Фирель, и уже обе его брови взлетели вверх. Его спутницы хихикнули. Вальдер впервые удивленно посмотрел на меня.

– Ну за розовость, за мягкость, – стушевалась я, пожав плечами. – Потом перестали так звать. А у тебя не было никакого прозвища?

Две девицы дернулись, неодобрительно на меня посмотрев, но я так и не поняла, почему. Зато красивые губы Вальдера изогнулись, будто чтобы улыбнулся.

– Было, – ответил Фирель, внимательно на меня глядя. – И есть до сих пор, хотя друзья предпочитают звать меня по имени.

– Какое же у тебя прозвище?

– Серебряный страх, – ответил он спокойно, чуть склонив голову на бок. – Или Lahveigh Bjol`de, – произнес на непонятном языке, от которого у меня внутри что-то екнуло. – Никогда не слышала?

Как ни странно это имя отозвалось во мне странным узнаванием. Хотя я готова была поспорить, что слышу этот язык впервые.

– Никогда, – качнула головой. – А у тебя есть прозвище? – повернула голову к Вальдеру и вздрогнула.

Оказалось, что он глядит на меня, не отрываясь. Не моргая. Острым черным взглядом, от которого все внутри переворачивалось. Будто он видел во мне нечто, о чем я сама не подозревала.

– Troldeigh Rysvjel или Черный Воин, – ответил он тут же.

И снова это чувство внутри.

Немного закружилась голова и где-то на границе сознания то ли взаправду послышался, то ли всплыл из воспоминаний зловеще-веселый смех.

Смех, после которого я очнулась на автомобильной трассе черного и мрачного, полного привидений и вампиров мира.

Встряхнула головой.

– Понятно, – ответила чуть хрипло. – Постараюсь запомнить.

Несколько секунд утекли в тишине, а затем разговор вампиров продолжился.

– Так что там с делами, которые не очень хорошо идут? Почему король с королевой игнорируют наши ужины? Раньше вы были дружны с Темным князем. Что-то изменилось? – уточнил Фирель, как будто потеряв ко мне интерес. Повернулся к своей рыженькой, погладил ее по спине и шепнул что-то на ухо.

– Не изменилось. Но ты знаешь, что произошло уже более тридцати лет назад, – раздался негромкий ответ.

Фирель хмыкнул.

– Это было слишком давно даже для нас. И прежде особенно никому не мешало. Кроме королевы, само собой.

– Я в этом не уверен, – покачал головой Вальдер. – Мы могли не замечать происходящего, но несомненно последствия были. Теперь же становится ясно, что трагедия не прошла бесследно и для королевы. Говорят, она… не очень хорошо себя чувствует.

Фирель сперва нахмурился, а затем пожал плечами.

– Что может сделаться с вампиршей, в которой древней крови больше, чем во всех нас вместе взятых? В любом случае жаль конечно, но пусть с этим разбирается Темный князь. Уверен, он справится. Нам что с того?

– Не стоит говорить так, брат, – мрачно покачал головой Вальдер, и я вдруг подумала, что прозвище Черный воин ему невероятно идет. Он весь из себя был спокоен, как холодная сталь, а его язык был такой же меткий и острый, как заточенное лезвие, которое режет только один раз и только тогда, когда это требуется. -Там, где начинаются проблемы королей, начнутся и наши.

– С чего это? – фыркнул веселый вампир, которого, казалось, ничем не расстроить.

– С тех пор, как появились наши повелители, они стали незримо связаны с каждым из детей Кровавой луны. Мы сами дали им эту власть. Теперь если кто-то из них умрет, нам всем постепенно придет конец, – начал объяснять Вальдер, и у меня сложилось стойкое впечатление, что часть этой информации он будто объясняет для меня. Для человека, который ничего не знает о его мире.

Я невольно почувствовала благодарность.

– Да ну, это какая-то глупость, – махнул рукой организатор вечеринок. – Ты забыл нашего первого короля, которого когда-то убил Элиас. Ничегошеньки с нами не сделалось.

– Нас тогда было всего девять, и все мы были древними, – покачал головой Вальдер. – Сейчас нас тысячи. Все королевство Ночи зиждется теперь на силе короля и королевы, что стали основателями нового мира, где мы существуем рядом с людьми если не в дружбе, то в союзе. Как только власть правящей династии рухнет, начнется хаос. В Ихордаррине против людей, охотников, жрецов и императорского корпуса нашему темному царству не устоять.

Фирель нахмурился, даже отодвинув от себя рыженькую.

– Мы сильнее любых некромантов, ты же знаешь. И хватит преувеличивать.

В этот момент мне вдруг показалось, что я присутствую на слишком важной беседе для простой случайной “подружки”. Однако спутницы Фиреля подобными мыслями явно не задавались. Казалось, им тема беседы вовсе не интересна.

– Мы с тобой – да. Высшие вампиры – да, – продолжал Вальдер. – Но все сообщество Кровавой луны – нет. Привычному порядку вещей наступит конец. Будет много смертей, начнется война, и тогда можно забыть о ночных клубах, вампирских ресторанах, развлечениях и замках, в которых есть только мы и ночь.

– Забыть о развлечениях? – ахнул Фирель. – Ты хочешь довести меня до инфаркта! – хохотнул он и демонстративно схватился за сердце, которое, как я в этот момент была совершенно уверена, получить инфаркт никак не могло.

По коже побежали мурашки. Эти люди говорили о королевстве вампиров. О целом мире, о котором я не знала ничего. В который прежде и не поверила бы.

Но с каждой секундой осознание делалось все реальнее.

Лицо Фиреля несмотря на шутки все же помрачнело.

– Я тебя понял, ты думаешь, что мы стоим на пороге чего-то очень неприятного, – махнул рукой он, отодвинув девушек. – Сходите прогуляйтесь, – бросил он им, и те незамедлительно вышли, впрочем, не преминув скорчить обиженные лица.

Мне никто ничего не сказал. Даже тот, кто носил кличку Серебряный Страх.

2-4

“Серебряный страх”… Проклятье, это же неспроста такое имя? А как там назвал себя мой Вальдер?

Черный воин. Точно. Это звучало гораздо приятнее.

Сердце несколько раз ударило сильнее. Но я поднесла бокал вина к губам, отхлебнула и решила послать все дурные мысли о вампирах в пасть этим самым вампирам. Я в конце концов есть хочу.

– Какие у тебя есть предложения? Тебе нужна моя помощь в чем-то? – спросил Фирель, постукивая аккуратными длинными пальцами по серебристо-белому шелку скатерти.

– Будет нужна, – кивнул Вальдер.

В этот момент двери залы раскрылись, и еще один слуга в красивой черно-лиловой ливрее громко проговорил:

– Приветствуйте Пятого и Шестую из Шестерки Древних! Мирас анх-Лейвер, Raimjereigh Untjer, Пепельный Ветер! Летиция Сендел, нареченная Viendeigh Lass, Кристальный Рассвет!

Я с любопытством повернула голову к дверям, через которые совсем недавно вошла сама. Кого же там приветствовали с таким пафосом?

В зал медленно вошла улыбчивая пара. Мужчина и женщина в дорогих нарядах, украшенных серебром и драгоценными камнями. Обоим было на вид чуть больше сорока лет, при этом выглядели они очень хорошо. Жемчужно-белая кожа будто чуть светилась изнутри.

Как и у Вальдера с Фирелем.

Не самые шустрые шестеренки у меня в голове отработали на славу и быстро донесли, что эта парочка – тоже вампиры. Впрочем, клыки у них не торчали, летучими мышами они обвешаны не были, вполне себе приличные люди на вид.

Не трудно ошибиться.

– Рады приветствовать, Мирас, Летиция, – поклонился Вальдер, встав из-за стола.

Я последовала его примеру и тоже на всякий случай чуть склонила голову. Не слишком сильно. Пусть не думают, что какие-то там древние вампиры по прозвищу Ветер и Рассвет меня сильно впечатляют.

– Прошу к нашему столу, – продолжал мой кавалер. – Это Розалинда, моя хорошая подруга. Фиреля, надеюсь, вы еще не позабыли?

Он вежливо улыбнулся, а Серебряный Страх с неизменной улыбкой вышел из-за стола и хлопнул по плечу Мираса.

– Давно не виделись, старина! Летиция, – повернулся к женщине. – Вы как всегда великолепны.

Поцеловал ей руку, а вампирша неожиданно покраснела совсем как обычная женщина. И махнула на него короткой ладошкой:

– Ой, Фир, это ты как всегда сходу сыплешь комплиментами, которые такая старая карга, как я, не заслужила.

– О, мое сердце! – ахнул Фирель. – Летиция, ты, наверно, забыла сколько мне лет! Рядом со мной ты еще лет как тысячу будешь невинной розой, за которой не грех и приударить!

– Приударить может и не грех, но я попросил бы тебя этого не делать, – кашлянул в кулак Мирас по прозвищу Пепельный ветер. – А то мне тоже придется совсем чуточку тебя приударить. Старина.

С этими словами он тоже здорово шлепнул Фиреля по плечу, и вместе они раскатисто рассмеялись.

Я не смогла не улыбнуться. Где-то внутри зародилось тянущее чувство, какое-то новое непонятное желание. Словно мне хотелось быть частью чего-то, о чем я ничего не знаю.

Повернувшись к Вальдеру, обнаружила, что уголки его красивых губ тоже приподняты.

Скоро все расселись за столом, принесли легкие закуски, в основном фруктовые нарезки. И к моему изумлению вампиры прекрасно уминали их за обе щеки. А вот небольшое блюдо из паштета с кусочками жареных медальонов принесли только мне одной. Гости наливали себе вино из непрозрачных глиняных бутылок, и тягучая темно-красная жидкость напоминала кое-что другое. Мой же напиток был вполне нормальным. Золотисто-желтым, игристым и потрясающе вкусным.

Довольно быстро я запьянела и, кажется, участвовала в разговоре с местными древними вампирами ничуть не стесняясь. Помню, как громко хохотала, но понятия не имею, над чем.

Пару раз Фирель с Вальдером и Мирасом уходили чуть в сторону и обсуждали что-то на другом конце зала. Тогда мы с Летицией разговаривали о местной моде и возросшей популярности светящихся призрачных колонн. Я делала вид, что все понимаю, хоть и не местная.

– Откуда же ты приехала, дорогая? – спросила она в какой-то момент, улыбаясь и делая аккуратный глоток своего густого вина, от которого меня слегка передергивало, но не более. – Признаться, нашему Черному воину давно пора было найти себе кого-нибудь. Знаешь, я даже пыталась сосватать ему кого-то из своих подружек! Представляешь?

Она снова рассмеялась, и я поняла, что женщины приятнее давно не встречала. Она словно была лишена мирских забот, проблем и страданий чуть больше чем полностью. Наверно таким счастливым мог бы быть новорожденный ребенок, который еще не знает зла. Или человек, который встретил самую большую беду в своей жизни, а затем уничтожил ее раз и навсегда.

Впрочем, это были лишь мои догадки.

– И что, ему никто не подошел? – спросила я тогда, неожиданно ощутив что-то вроде укола ревности.

Хотя с Вальдером мы были знакомы двое суток, но я уже почему-то считала, что он мой. Вот мой – и все тут.

А нечего было говорить ту фразу, которая до сих вызывает мурашечные покалывания в основании позвоночника, стоит только вспомнить слова… И тембр бархатного голоса, с которым он это сказал:

“Все, что однажды стало моим, навсегда остаётся только моим…”

Раз я стала его, то и он будет моим, пусть он там хоть самый древний вампир в мире.

– Никто, представляешь? – хмыкнула Летиция. – Ну, это и неспроста. Я все понимаю. Наш Вальдер – мужчина особый, думаю, ты уже успела убедиться в его особом пунктике.

– Пунктике? – что-то я не на шутку напряглась при этом слове. – Вообще-то мы с ним знакомы-то всего два дня. Даже чуть ме…

– Сколько?! – ахнула вампирша, схватившись за мощное такое, но очень даже красивое декольте. – И он уже представил тебя как свою подругу и дорогую гостью?

Она чуть отстранилась и взглянула на меня внимательнее. Затем вдруг произошло что-то невероятно странное.

2-5

Она резко наклонилась ко мне и оскалилась. Из-под верхней губы показались острые клыки, а глаза сделались ярко-красными, как последний кровавый закат. Кажется, она еще шипела.

– Эм… – отшатнулась я назад и кашлянула в кулак. – Скажите, вы часом, не слюнями подавились? У меня так бывает… иногда.

Летиция перестала шипеть, удивленно на меня глядя, пару раз моргнула, а затем громко расхохоталась. Когда смех прекратился, оказалось, что ее глаза снова просто черные, а клыков и след простыл.

– Прости, милая, нужно было проверить. Теперь все конечно ясно.

– Что именно?

– Ты не боишься.

Моя чуть дернувшаяся бровь должна была дать понять веселой вампирской мадам, что я не совсем поняла ее пассаж.

– Ты опасаешься. Ты внимательна и осторожна. Но ты не боишься, – объяснила Летиция. – Я должна была проверить, прости если тебе это показалось неуместным, – глотнула немного вина и продолжила: – но Вальдер не терпит страх. Это не совсем нормально среди вампиров.

– Не совсем нормально?

– Да, – кивнула она. – Скажем так, часть вампиров не любит страх. Мы чувствуем его запах, это как… аромат цветка. Но некоторые из нас считают, что этот аромат неприятен. Другие же обожают его запах, как самое вкусное из того, что может быть в жизни. Страх – это то, что выделяется в воздух и в кровь человека, когда он боится, – продолжала женщина, и ее голос стал гораздо серьезнее прежнего. Словно она говорила о чем-то, что гораздо важнее простых пристрастий Вальдера, с которых начался разговор. Как потом оказалось позже, так оно и было. – Многие вампиры очень жестоки. Они предпочитают мучить людей, заставляя их испытывать как можно больше страха перед тем, как выпить их кровь.

Мои глаза становились все шире и шире.

– Многие своих жертв даже убивают, хотя это незаконно… Но твой Вальдер, дорогая, относится к третьей категории, – спокойно поясняла Летиция. – Он настолько ненавидит страх и все, что с ним связано, что наоборот может убить человека не для того, чтобы тот испытал это чувство. А чтобы он его НЕ испытывал.

– Кажется, моя картина мира в процессе этого рассказа поломалась аж несколько раз, – отрывисто произнесла я, краем глаза находя на другом конце зала невозмутимого Черного воина. Он стоял сцепив руки за спиной и слушал Мираса с красивым, уравновешенным и невозмутимым лицом, словно у опаловой статуи. – Получается, он мог убить меня за то, что я испытываю страх?

Летиция несколько мгновений молчала, но потом кивнула:

– Хотела бы я сказать, что не мог бы. Но он мог.

И тут я вспомнила обстоятельства попадания в этот сумасшедший, но не лишенный определенной харизмы темный мир.

Я кричала. Я была в ужасе.

Я ободрала пальцы о черный асфальт рядом с полумертвым псом по кличке Джейкраш. Псом, из которого торчали кости…

Посмотрела на свои пальцы. Они были идеально здоровы.

А я была жива.

– Что ж, значит мне повезло, – пожала плечами я. – Что было – то было. По крайней мере сейчас мне кажется, что Вальдер не похож на убийцу.

Летиция качнула головой.

– Это и хорошо, дорогая, это и хорошо. Мы хоть и вампиры, но принадлежим той части нашего сообщества, которое считает, что с людьми следует жить в мире. А это означает, что убивать их нельзя.

– Неужели? – неловко усмехнулась я, но летиция только улыбнулась в ответ, а потом тихо добавила:

– Я и сама не так давно была человеком. И все еще склонна считать себя больше живой, чем мертвой…

Я не успела ей ответить, хотя спросить хотелось еще о многом. Но мой непростой спутник уже вернулся и совершенно неожиданно забрал с этой прелюбопытной домашней вампирской вечеринки, уведя во тьму ночного города.

– Эй, а я думала мы вот-вот переоденемся в пижамы и будем на кроватях драться подушками! – воскликнула я, выходя на широкий тротуар, залитый лунным светом.

Несмотря на позднее время, вокруг была масса народу. Те самые призрачные колонны освещали витрины магазинов, по дороге рядом то и дело проезжали мрачные готические автомобили с совершенно невероятными дизайнами в виде рогов, крыльев летучих мышей, когтистых лап и злых глаз-фар. Люди хохотали, прогуливаясь за руки, или просто спешили по каким-то ночным делам.

– Драку на кровати я обеспечу тебе чуть позже, – спокойно ответил Вальдер низким уверенным голосом, от которого у меня чуть ноги не подогнулись. – А сейчас мы с тобой прогуляемся, а ты расскажешь мне о том, как появилась в Ихордаррине. Потому что я чувствую, что ты не отсюда, но не могу понять, откуда именно. И почему вчера на тебе был столь сильный след темного портала, при том, что ты явно ничего не знаешь о некромантии.

– Я потеряла нить твоих мыслей еще три вопроса назад, – хихикнула я.

Вальдер бросил на меня странный чуть прищуренный взгляд, и пришлось признать, что вообще-то он дело спрашивает.

2-6

– Да не знаю я ничего ни о порталах, ни о некромантии, ни о вампирах, ни о Ихор-чего-то-там. Не местная я. Да и вообще, сдается мне, что я либо сплю и все это мне снится, либо…

– Либо? – напряженно повторил мужчина.

– Я стояла у себя в ванне, – вздохнув, начала говорить я, пока ноги сами несли вперед по темной мостовой. – А затем услышала смех. Низкий, полный какого-то напряженного эха… Это был мужской голос и он задал мне один вопрос.

Вальдер молчал, но я видела, что он слушает крайне внимательно, не подвергая мой сумасшедший рассказ сомнению.

– Он спросил: “Почему скелеты не любят черный?..”

Вальдер остановился, словно врос в брусчатку. Я замерла вслед за ним.

– Вопрос повторился несколько раз, – продолжала я.

– И что ты ответила? – тихо спросил вампир.

– Что они любят белый! – воскликнула, разведя руки в стороны. – А голос рассмеялся и сказал: “Верно, потому что черная кость – это диКОСТЬ!”

Я закрыла лицо ладонями, потому что все рассказанное казалось абсурдом. А затем закончила:

– В общем, как только он это произнес, как я провалилась в черноту и выпала к твоим ногам, в город, полный всего того, чего в моем мире никогда не было. Разве что в сказках.

– Тебя перенес Бьельндевир, – спокойно сказал Вальдер, и его размеренные шаги возобновились.

– Бье… Кто? – поспешила я за ним.

– Это древний иллишарин, костяной дракон, который дважды мертв уже много веков. Он почти Темный бог.

– И что это значит? – не поняла я. – Если я хочу отправиться домой, надо найти его и попросить?

Вальдер перевел на меня самый мрачный из взглядов, которые я у него видела. Но меня этим не проймешь. Теперь я стала чуть ближе к пониманию того, что моим сумасшествием здесь и не пахнет! Это все произошло на самом деле!

– А ты хочешь вернуться туда, откуда пришла? – протянул вампир, вдруг шагнув ко мне так близко, что по всему телу прошел ток. Обхватил пальцами мой подбородок и резко поднял голову вверх.

Сперва я ощутила его прохладное дыхание, от которого приятно покалывало кожу. А затем он приблизился настолько, что его губы скользнули по моим.

Но это был не поцелуй. Скорее легкое щекотное ощущение, от которого захотелось еще и еще. От которого защипало кожу, и где-то между лопаток белкой юркнуло нервно-тревожное напряжение.

– Я… я не знаю. Но я хотела бы понимать, кто во всем виноват. Хотела бы спросить у него… – сбивчиво заговорила я, не отрываясь от черных блестящих глаз, в глубине которых загорался беспокойный красный огонек голода.

– С Бьельндевиром когда-то мельком был знаком лишь Темный князь, но и тот не способен его вызвать.

– Это все? – хрипло спросила я.

Вальдер отпустил мой подбородок и направился дальше, предложив мне локоть. Я поспешно обхватила его и двинулась рядом, тяжело дыша от жара в груди.

– Для тебя – все, – почти отрезал он.

– Но ты же не договариваешь! – воскликнула я, чуть не топнув ногой. – Или ты думаешь, что раз я простая девка, с которой ты познакомился только вчера, а не какая-нибудь крутая древняя вампирша, то со мной и разговаривать не о чем? Давай отвечай уже! Кто еще там остался из связанных с Темным богом?

Вальдер поднял взгляд в черное небо, а затем перевел на меня. Я думала, он рассердится, а он спокойно ответил:

– Есть еще один человек, который, теоретически, мог бы поговорить с Бьельндевиром. Тот, в ком по воле рока течет его кровь. Это женщина, Мелания Сендел.

– Так это же прекрасно! С женщиной-то мы найдем общий язык. Где ее искать? – обрадовалась я.

Но Вальдер покачал головой, неожиданно остановившись у двери какого-то шикарного заведения, украшенного десятками горящих кристаллов и каких-то букв.

– Искать ее не надо, потому что поговорить с ней тебе не удастся.

С этими словами он обратился к хорошо одетому привратнику, что стоял у входа:

– У нас столик на имя Черного Воина.

– Да, мой господин, проходите, пожалуйста, – с низким поклоном проговорил мужчина, открывая перед нами шикарные двери.

– Эй, ты не ответил, почему мне не удастся с ней поговорить? – спросила я, проходя внутрь таинственного заведения. – Я и мертвого разговорю, уверяю тебя.

– О, я в этом не сомневаюсь, – ответил мой древний, и уголки его губ чуть дернулись. Он повернулся ко мне и тыльной стороной руки вдруг провел по моей щеке, едва не заставив забыть, о чем я вообще его спрашивала. – Я ничего не скрываю от тебя, Розалинда. Имя женщины я тебе уже назвал. Но поговорить с ней тебе не удастся, потому что она много лет не общается ни с кем кроме своего мужа. Мелания Сендел – это королева вампиров. И ее история тебе понравится еще меньше, чем твоя собственная…

Глава 3

Troldeigh Rysvjel

– Вы чем-то похожи с ней, – проговорил Вальдер, мысленно неодобряя тот факт, что решил вообще затронуть эту тему.

– С кем? – тонкие брови девушки дернулись, чтобы сдвинуться, но так и не омрачили ее красивое личико морщинками.

– С королевой Меланией, – пояснил он. – Когда-то Темный князь звал ее Розой из пепла. Фиреля, помню, это прозвище очень забавляло, да и мне казалось совсем не зрелым.

– А теперь? – хмыкнула она, словно читала его мысли.

Маленькая бесстрашная нахалка. Впрочем, именно эту черту в ней он и хотел сохранить.

С момента своего попадания в Туманную империю Розалинда больше не испытывала страха ни единого мгновения. Это было странно, но и невероятно прекрасно. Вальдер даже не до конца верил, что это правда. В глубине души он опасался, что в любой момент вот-вот снова ощутит этот кислую, жгущую рецепторы отраву и от нее. И больше не сможет смотреть в ее прекрасные синие глаза без отвращения.

Тогда придется ее убить, чтобы больше не видеть. Чтобы не представлять, как все могло бы быть на самом деле.

Чтобы не чувствовать сожалений.

Но пока этого не произошло, хвала Темным богам.

– Теперь я чуть более лоялен к нему, – пожав плечами, ответил Черный воин, не вдаваясь в подробности.

Розалинда улыбнулась так хитро, словно видела его насквозь.

Вот уж вряд ли, детка.

Вальдер проводил свою странную подругу до самого дальнего столика в самом Темном ресторане Ихордаррина под названием “Обольстительная Луна” и галантно отодвинул перед ней мощное кресло, которое ей самой вряд ли удалось бы переместить хоть на сантиметр.

– Ты решил, что мне неплохо покушать после того, как мы уже покушали у тебя в… что это кстати было? Ты живешь в подземной парковке? Или это клуб? Или..

– Это просто несколько комнат для отдыха в моем ночном клубе, – ответил он, садясь напротив и глядя на девушку исподлобья. – В моем замке ты еще не была.

– О, ты меня пригласишь? Или это место только для избранных? – она игриво приподняла тонкую бровь, и древний вампир почувствовал, что очень хотел бы показать ей не только замок. И вот прямо сейчас.

Но пока не время.

– Я хотел… пригласить тебя на свидание, – ровным голосом проговорил он, чуть откидываясь назад в кресле.

Он знал, что люди часто делают вот такие незамысловатые движения, это их расслабляет, заставляет чувствовать себя свободнее. Их тела устают, кровь в жилах замедляется и требует немного пошевелиться.

Вальдер был совершенным созданием Тьмы, и черная магическая материя в его венах избавляла от любого неудобства. И в общем-то третьему из древних вампиров как правило было наплевать, какое впечатление он произведет. Но не сегодня.

Он смотрел не отрываясь на свою спутницу и ощущал что-то непривычное внутри. Что-то напоминающее… радость.

Ему, прожившему века в полном безразличии к чему бы то ни было, это оказалось настолько в новинку, что он пьянел от этого чувства также сильно, как если бы выпил сотню человек подряд.

– Наедине? – протянула девушка, опершись локтями о стол и чуть качнувшись в его сторону. От этого декольте на ее платье стало более выраженным, а грудь округлилась, привлекая все внимание вампира.

Тьма запульсировала сильнее, темная колдовская кровь в нем стала нагреваться, как на костре.

– Торопишься завоевать мое внимание, вампирчик? – хихикнула она. – О, тебе придется постараться. Я тут видела на входе столько красивых мужчин. Мне кажется, в этом мире вообще полно красавчиков, как ты думаешь? Я конечно тут впервые, но…

– Вот как? – почти ахнул Вальдер, то ли усмехнувшись, то ли возмутившись. Он сам не понял. Прежде подобной наглости ему девушки в лицо не бросали. – Красивых мужчин тут довольно много, ты права. Но, раз уж ты их заметила, я готов ради тебя проредить их количество, Розалинда.

В этот момент к ним подошел официант и неожиданно безо всякого заказа откупорил бутылку какого-то игристого напитка, разлив его по бокалам.

– Рады приветствовать в нашем заведении, – выдал он и мгновенно ретировался.

Вальдер стиснул зубы. Клыки сами собой удлинились.

– О, ты так быстро злишься? – усмехнулась его спутница, уговаривая половину бокала за раз. – Ты оказывается ревнивец, да?

Вальдер на секунду закрыл глаза, нарочно делая глубокий вдох и выдох, которые ему были совершенно не нужны. Но как и сотни лет назад это почему-то успокаивало.

Иногда.

Главное, что она ничего не заметила.

– Да, моя дорогая зефирка, – протянул он медленно, с удовольствием замечая, как она смутилась от этого прозвища.

– Не называй меня так, это детское прозвище, – проговорила она, прикусив нижнюю губу так эротично, что Вальдеру резко захотелось покинуть этот демонов ресторан. Но, к счастью, девушка добавила: – Так что там с Меланией Сендел, почему мне с ней не поговорить?

Черный воин откинулся назад в кресле. Эта тема была не самой приятной, но он сам начал. Придется продолжать.

3-2

Впрочем, у древнего вампира не было в привычках что-либо от кого-либо скрывать. Он считал, что правда, какая бы она ни была, это просто знание. Не добро и не зло. А уж что с ним делать и как реагировать на него – проблемы тех, кому это знание даровано.

– Королева вампиров, как и король, формально принадлежит к древним, – начал он рассказ, краем глаза наблюдая, как внимательно стала слушать его девушка. – Это значит, что в ее крови сила, которую много веков назад даровала нам, первым из детей Кровавой луны, богиня Ишхара. В час, когда создавала. Мы зовем эту силу – Анх. Древние – единственные из вампиров, кто не умирал. И это дает нам… некоторые бонусы.

– Бонусы? – выдохнула Розалинда, чуть наклонившись над столом. Ее глубокие синие глаза горели так ярко, что Вальдер невольно заметил за собой: ему тяжело оторвать от них взгляд.

Она не просто привлекала его, не испытывая страх. Дело не только в комфорте. Ему нравилось…

– Так что за бонусы? – повторила она, и он едва не тряхнул головой, как простой человек.

– Древние способны производить потомство. При определенных обстоятельствах.

– Правда? – удивилась она.

Он хмыкнул.

– При определенных обстоятельствах, – повторил, почти слыша, как крутятся шаловливые мысли в ее голове. – Так вот, возвращаясь к нашим повелителям. У Темного князя и Мелании Сендел по очереди родилось трое детей, хвала Тьме. И все прошло удачно.

– Но?.. – напряглась она, а потом добавила. – Я вижу, что будет “но”.

Он кивнул, чуть сжав губы.

Темный князь был его другом, а один из детей…

– Их первенец пропал, не достигнув двадцати лет.

– Пропал? – ахнула она. – Как мог пропасть вампир? Даже, как его, получается… принц вампиров?

Вальдер кивнул, отвернувшись и взглянув в окно, расположенное на другом конце зала. Тьма в нем неприятно шевелилась, распуская черные щупальца внутри грудной клетки.

– Никто не знает, как это случилось. И никто не знает, где принц вот уже более тридцати лет.

Она откинулась назад на спинку кресла, сложив руки на груди. От нее запахло расстройством, и Вальдер с удивлением понял, что никто еще из его знакомых людей никогда не воспринимал проблемы вампиров так близко к сердцу. В основном люди радуются, когда узнают, что и Древние могут страдать.

– Наверняка есть способы найти вампира с помощью какой-нибудь магии, верно? – спросила она, приподняв бровь и взглянув на него искоса.

Он кивнул, а она продолжила:

– Получается, королева думает, что ее сына убили, раз его не нашли, да?

И снова он кивнул, не сводя с нее любопытного взгляда.

Смышленая девочка.

– Есть ли шанс, что это не так? – уточнила тогда она.

– Мы все на это очень рассчитываем, – медленно произнес он, постукивая по столу длинными тонкими пальцами. – Но вероятность этого очень низка. Я маршал Кровавой луны, правая рука Темного князя. И я не смог найти его сына.

Он стиснул зубы и отвернулся. Но в следующий миг Розалинда вдруг положила ладонь на его постукивающие по столу пальцы.

– Знаешь… Он найдется, – произнесла она вдруг, и Вальдер резко взглянул в ее лицо.

Она не шутила. Не пыталась его успокоить. Она глядела на него совершенно серьезно и спокойно.

– Откуда ты знаешь?

Пожала плечами.

– А я и не знаю.

– Но…

– Просто он найдется, и все, – наглым образом отрезала она и вдруг добавила, легкомысленно сменив тему: – Кстати, как правильно произносится твое имя на том, вашем языке? Я хочу выучить.

Вальдер несколько секунд молчал. А потом позволил себе переключиться.

Что ж, пусть будет так, как она хочет.

– Это эшгенрейский, – ответил он, отпивая из своего бокала. – Язык мертвецов, созданий Тьмы и богов Сумерек. – Черный воин звучит как Troldeigh Rysvjel.

– Troldeigh Rysvjel, – попыталась она повторить. Вышло довольно мило. – Troldeigh Rysvjel… Мне нравится, как это звучит!

Он все же улыбнулся, темные мысли стремительно покидали сознание вампира. В голове вдруг мелькнул образ: ее запрокинутое от удовольствия лицо, черные волосы с легкими завитками рассыпались по алому шелку простыни, и хриплый голос, полный темного стона: “Troldeigh Rysvjel”…

Это кого хочешь сбило бы с размышлений. В штанах резко стало узко.

Вальдер сменил позу, тоже опершись локтями о столешницу.

– А что значит “язык мертвецов”? – спросила она тогда.

Проклятый официант снова появился, принеся легкие закуски, которые Вальдер заказывал тогда же, когда и сам столик.

Молодой парнишка поставил перед Розалиндой тарелку с тонко нарезанными кусочками сырого мяса. Здесь были утка, индейка, говядина, оленина, кролик и кабан. Некоторые – в маринаде и особом пряном посоле, некоторые – просто приправленные солью и каплями ароматного соуса.

Все было в порядке. Розалинда улыбалась, разглядывая закуску, которую вряд ли когда-либо пробовала. А парнишка снова испарился быстрее, чем сам успел выдохнуть.

Выдохнуть еще одну порцию страха.

У Вальдера пропал аппетит. Во рту появился привкус тлена, словно он откусил и разжевал давно сгнивший палец зомби.

Избавиться от этого ощущения никак не получалось. Он сделал глоток мандаринового вина, настоянного на листьях полынной смородины, но это не помогло.

Можно было попросить принести филе из красных апельсинов – Темный князь как-то говорил, что этот фрукт хорошо стирает горькие запахи, усиливая сладкие. Но тогда пришлось бы снова звать проклятого официанта.

– Ты что-то напрягся, – нахмурилась девушка, хотя он старался ничем не показать того, что с ним происходило. Это было странно, потому что Черный воин всегда славился бесстрастным выражением лица даже в самых сложных и отчаянных ситуациях. По нему никогда нельзя было сказать, о чем он думает.

И вот теперь простая девушка, даже лишенная анареля, будет считывать его в доли секунды?..

– Тебе показалось, – ответил Вальдер ровно, снова отпив вина. – А “язык мертвецов” значит, что на нем говорят мертвые.

– Мертвые могут говорить? – ахнула Розалинда, и древний вампир чуть было не хмыкнул. Он будто разговаривал с ребенком. Хотя в Туманной империи даже дети знали о существовании живых мертвецов. И о том, что с ними можно говорить, обладая определенными навыками.

Он моргнул и в который уже раз поглядел на девушку сумеречным зрением.

3-3

Нет, в области солнечного сплетения у нее было совершенно пусто. Ни черной спирали, ни желтовато-зеленой. Ни лишенной красок силы. Абсолютно пуста.

Розалинда не была магом.

– Можно поднять парочку мертвецов, привязав их в качестве твоих личных слуг, но, признаться, я не любитель мертвечины, – начал неторопливо говорить он, в итоге подцепив белую ткань вышитой серебром салфетки и промокнув рот.

Избавиться от привкуса тлена не получалось, пить больше не хотелось.

Хотя… все еще был один действенный способ, чтобы спасти этот вечер.

При мысли о нем Вальдер прикрыл глаза, потому что знал: они вспыхнули красным.

– Нет, увольте! – ахнула Розалинда, и вампир даже сперва не понял, что она имеет в виду. Не прочитала же она его опять, в конце концов! – Не надо мне вызывать никаких мертвецов! Пожалуйста, обещай, что никогда не будешь этого делать! Боже, вы сумасшедшие! Неужели кто-то это делает?!

Уголок губ дернулся. Нет, о его мыслях она точно не догадалась.

Пока.

– Я обещаю, – ответил он мягко. – Никаких мертвецов.

– Ох, ты меня почти успокоил. Почти! – выдохнула она, подхватив кусочек блестящего мяса и положив в рот. Прожевала, облизнувшись маленьким язычком.

Пухлые губы стали выглядеть еще привлекательнее.

Вальдер снова сменил позу, решив, что мысль о правильном окончании вечера была вполне состоятельной.

– Ладно, раз уж мы заговорили о всякой чертовщине, – начала она говорить что-то невнятное, – давай обсудим, с какой целью какой-то там ваш темный бог мог запихнуть меня сюда, к вам. Как ты думаешь? Был уже прежде подобный прецедент?

Эта тема не выглядела достаточно привлекательной, но, стоило признать, что обсудить ее было необходимо.

– Есть такое понятие, как “темный портал”, – ответил Вальдер, протянув руку через стол и накрыв ею ладонь Розалинды.

Девушка вздрогнула, и ее щеки покрылись красивым румянцем. Кровь мгновенно зашуршала в венах быстрее.

Древнему не могло это не нравиться. Указательным пальцем он прочертил на ее коже мягкий узор, рассказывая дальше:

– Это такая магия, благодаря который некроманты и высшие создания Тьмы способны передвигаться. Мгновенно разрезая пространство и перемещаясь на огромные расстояния.

– Это как дверь из одной точки в другую, да? – ахнула девушка. Ее огромные темно-синие глаза стали еще больше, а зрачки, упрямо глядящие на его пальцы, заполнили чернотой почти всю синеву.

– Нет, – качнул головой он, продолжая эту невинную ласку ее руки. – Темный портал открывается в Сумерках. Это подземный мир Темных богов, духов и демонов. Пройдя по Сумеркам, мы можем быстро найти нужную точку выхода оттуда. Эта точка открывается совсем в другом месте в верхнем мире. Таким образом, пройдя, грубо говоря, в Сумерках сто шагов, в верхнем мире мы можем преодолеть тысячи.

– Так, – сдвинула она красивые брови, явно запутываясь. – А причем здесь я? Я не ходила через Сумерки.

– Ты провалилась через несколько уровней Сумерек, – качнул головой Вальдер, переворачивая ее ладонь и теперь проводя большим пальцем по внутренней ее стороне.

Розалинда тихо выдохнула.

– Зачем это было нужно, я не знаю, – продолжал он. – Но Бьёльндевир любит шутки, что не отменяет того факта, что он очень умен. Я полагаю, что скоро мы узнаем цель и причину твоего пребывания здесь. А они, несомненно, существуют.

– А потом? Когда цель будет достигнута? – спросила она, и Вальдер неожиданно даже для себя напрягся.

Все тело разом будто окаменело. Или сделалось льдом от чудовищной стужи, что пронеслась где-то под ребрами. Он стиснул зубы.

Показалось вдруг, будто кто-то желает забрать то, что принадлежит ему.

ЕМУ!!!

– Каждый вампир, а тем более древний, умеет ходить с помощью темных порталов, – ответил он, убрав руку с ладони Розалинды. – Но я впервые слышу, чтобы через Сумерки можно было проваливаться в другие миры. Так что можно смело сказать, что никто из ныне живущих обратно тебя не отправит.

“НИКТО! Никто, пусть хоть Тьма уничтожит весь мир…”

“А того, кто попробует, я сам отправлю в Сумерки навсегда”.

В мыслях было еще много, но вслух он не сказал больше ничего.

– Ты злишься, – заметила она, опять заставив его нахмуриться. – Не надо злиться. Я в общем-то не слишком тороплюсь домой. У меня там ипотека на двадцать пять лет, работа на начальника, которого я хочу придушить, и сомнительные отношения с парнем, с которым я уже собиралась расставаться.

– С парнем? – переспросил Вальдер, уже плохо представляя, на что злится сильнее.

Девчонка же легкомысленно махнула рукой, словно ничего ужасного не сказала, и словно ей и дела нет до того, что он вот-вот пойдет и кого-нибудь прикончит.

Хотя, собственно… почему?

В этом отчет себе Вальдер уже не отдавал.

– Да вот, считай, и расстались, – хмыкнула она, как ни в чем не бывало. – Только как там мой Епистрахий без меня, – выдала и даже немного расстроилась.

– Что, еще один парень? – как можно спокойнее спросил Вальдер, уперев подбородок в напряженные пальцы и не сводя взгляда с совершенно потерявшей границы девицы.

“Ну давай”, – будто твердил он мысленным взором, – “продолжай… так пределы моего терпения еще никто не проверял… Заодно и узнаем, где они, эти пределы… По ощущениям, их смыло темным ураганом еще несколько минут назад…”

Но Розалинда, как нарочно, будто ничего не замечала. Впрочем, ей повезло, однозначно повезло, потому что дальше она эротично намотав черный локон на палец, проговорила:

– Да нет же, Эпистрахий это мой ужик. Коротко – Страх. Он конечно проживет без еды недельку, но дальше его надо покормить.

Если у Вальдера и полезли глаза на лоб от этого заявления, то он ничем этого не показал.

– Жаль тебя расстраивать, дорогая, но похоже, твой Страх… навсегда потерян для тебя, – протянул медленно древний, совершенно очевидно заставив Розалинду расстроиться еще сильнее.

Девушка опустила взгляд в тарелку с деликатесным мясом, но больше не притрагивалась к еде.

Воздух наполнился тяжелым густым ароматом тоски.

Внимание его спутницы затуманилось, и впервые в жизни Вальдер подумал, что вот-вот возненавидит еще одну эмоцию. И пока этого не произошло, нужно было срочно отвлечь его Розу. Последние два дня стали для Древнего теми глотками давно забытого рассвета, который недоступен мертвецам. И он вдруг понял, что не готов терять это ощущение.

Однако в тот самый момент, когда он уже собирался что-то сказать, может быть даже сделать то, о чем можно было потом пожалеть, к их столу снова подобрался проклятый трясущийся от страха официант.

– Скажите, вам все нравится у нас? – проговорил он максимально ровно для простого невнимательного уха.

Но не для уха Древнего вампира, который улавливает малейшую дрожь тембра.

Воздух наполнил кислый аромат липкого подкожного ужаса, будто рядом только что взорвалась бомба с давно протухшими трупами.

– Может быть хотите заказать что-то еще? – продолжал парень.

Вальдер впервые повернул к нему голову. Не без труда, надо сказать. Позвоночник скрипел, совершенно не желая двигаться в сторону этого существа. Официанту было чуть меньше тридцати. Лицо бледное, покрытое испариной. Глаза мелко бегали из стороны в сторону. На Древнего он старался не смотреть вообще. Пульс в его венах стучал так бешено, что у Вальдера начинала трещать голова.

– Пошел вон, – выдохнул вампир сквозь вылезшие клыки, что было совсем уж некультурно. Но…

…контроль был утерян несколько секунд назад. Он терпел, видит Тьма. Но третьего раза не выдержал.

3-4

– Что, простит… – открыл рот парень, и дальше секунды слиплись в одно смазанное мгновение.

Вальдер резко поднял руку, с его длинных аристократических пальцев сорвалась черная, как сажа, Тьма. Она ринулась в сторону незадачливого официанта, опутывая его нитями тончайшей паутины и мгновенно проникая в его организм сквозь поры.

Едва она впиталась полностью, как вампир сжал кисть до побелевших костяшек. Раздался чудовищный хруст. И официант закричал, опадая на пол сломанной куклой.

– Что происходит? – ахнула Розалинда, закрыв рот руками и вскакивая из-за стола.

Вальдер же спокойно поднялся, еще раз промокнул губы белоснежной салфеткой и направился к выходу из ресторана, взяв Розалинду за руку со словами:

– Я думаю, мы продолжим вечер в другом месте.

– Что? Но поче…

– Потому что я так сказал, – отрезал он, едва сдерживаясь, чтобы не прибить и метрдотеля, который тут же прибежал на шум. И еще двоих охранников, которые, низко ему поклонившись, быстро стали оттаскивать стонущего парня в подсобку.

– Да это же какой-то бред! – воскликнула девушка. – Он ничего не сделал! Зачем ты его… да что это вообще было? Что за черная хмарь? Он вообще живой? Ему же помочь надо!

Вальдер уже не мог находиться рядом со столом, где весь воздух был полон разъедающей легкие кислоты.

– Простите, господин, этого больше не повторится, – тем временем пробубнил крайне раздосадованный метрдотель, кланяясь Вальдеру так низко, что чуть не коснулся носом своих коленей.

– Деятельность вашего заведения под большим вопросом, – глухо ответил Древний. В висках пульсировало так сильно, словно туда кто-то вонзил два серебряных кинжала.

– Мы все поправим, этого больше не повторится, заверяю вас! – пискнул метрдотель. Трусливого бедолагу уже унесли, и воздух стал потихоньку расчищаться.

Но все еще не достаточно быстро.

– Я жду тебя у выхода, – сказал Вальдер, внимательно посмотрев на полностью дезориентированную Розалинду.

Ему было… не жаль. Он такой, какой есть.

Пожав плечами, он двинулся к выходу, довольно быстро покинув главный зал и оказавшись в холле.

Здесь было прохладно и неплохо проветривалось. Бармен у выхода предложил ему бокал кровавого виски, и Вальдер не отказался.

Мерзкий привкус слегка выветривался из головы и с кончика языка. Сделав еще один глоток, он повернулся вполоборота к залу. Будто случайно. Будто ему все равно.

И все же он слушал.

Там, в десятках метрах от него, через полузакрытые двери и множество столов Розалинда звонко спрашивала метрдотеля:

– Он жив, с ним все в порядке? С вашим официантом?

Она выглядела напряженной.

Метрдотель, немолодой мужчина, хорошо знающий свое дело и публику, которая приносит ему деньги, ответил:

– Этот мальчик у нас новенький. Больше он работать здесь не будет. Извините, госпожа.

– Но почему? Он прекрасно нас обслуживал! Я ничего не понимаю!

– Наш ресторан славится умением угодить тем, кому обычные заведения не подходят.

– Что вы имеете в виду? – не поняла девушка.

– Мы ресторан для детей Кровавой луны, госпожа, – с гораздо более легким поклоном ответил он. – И у нас особые условия обслуживания. Господин Вальдер – один из наших постоянный клиентов. И мы знаем его пристрастия. Этот официант, новичок, проявил неподобающие эмоции рядом с…

– Он что, просто испугался и все? – ахнула вдруг Розалинда, и Вальдер понял, что она откуда-то знает.

Знает.

Внутри него одновременно разлилось облегчение и разочарование.

Он знал, что ей это не понравится, как не понравилось бы ни одному человеку. Никто из людей не способен посочувствовать ему.

Но также он знал, что недопонимания теперь будет меньше. А уж к добру иль к худу – пусть теперь Тьма решает.

Правда – это просто правда.

Метрдотель тем временем покачал головой:

– Кости этому дуралею срастят друиды. Они уже лечат его. Парень встанет на ноги максимум через неделю. А вот мы репутацию будем восстанавливать долго.

С этими словами он еще раз поклонился и ушел в подсобку вслед за охраной. постепенно в зале стало также спокойно, как и прежде. И только тихие неуверенные шаги Розалинды нарушили тишину. Туфли с золотыми стразами и высоким каблуком несколько секунд постукивали по черной плитке с золотыми прожилками, пока девушка не остановилось возле его плеча.

Вальдер неторопливо повернулся и посмотрел в глубокие синие глаза. Молча.

Что он там хотел увидеть? Что увидеть не желал никогда?

Она была простым человеком. Она должна была испытать разочарование.

– Ну что, куда теперь? – проговорила она спокойно, беря его под локоть, словно ничего не произошло. – Знаешь, если вот те пара кусочков мяса – по-твоему ужин, то я балерина!

– Балерина? – переспросил крайне озадаченный Древний.

– Ну да, такая танцовщица. Коротенькие юбочки, длинные ножки, гибкость, как у пантеры и танец под инструментальную музыку.

– О, мне бы понравилось, – протянул вампир.

Розалинда фыркнула:

– Ну, еще бы. И все же я не балерина. Хотя, так и быть, два раза по полужина вполне могут сойти за один полноценный. Но считай, что я делаю тебе скидку.

– О, ты очень великодушна ко мне, дорогая Роза, – не смог сдержать улыбку Вальдер.

Как ни странно, в этот момент липкий привкус страха молодого официанта оказался полностью забыт, как и инцидент за столом. Вальдер был полностью поглощен своей спутницей.

– Тогда мне хотелось бы увидеть какое-нибудь чудо, – протянула его невероятно странная девушка, когда они оба вышли на улицу ночного Ихордаррина. – Я только и слышу, что ты какой-то там древний вампир. А из доказательств твоего могущества – только игристое вино – бесспорно одно из самых вкусных в моей жизни, но все же это просто вино, ей богу.

– Ах вот как? – ахнул Вальдер. – Значит, нет доказательств тому, что я Древний?

Розалинда покачала головой.

– Неа. Ни одного.

Вампир широко улыбнулся, подняв взгляд в черное небо. Там, как всегда в Туманной империи, светила большая серебряная луна с легким алым оттенком. Бывали дни, когда она становилась совершенно красной, и тогда в мире происходили самые невероятные и страшные чудеса. Но не сегодня.

Сегодня все было спокойно.

– Тогда держись, – проговорил он тихо и хрипло, мгновенно оказавшись у девушки за спиной.

Розалинда только и успела, что ахнуть, как ее накрыли полы длинного черного плаща. А в следующий миг все вокруг рассыпалось на тысячи, бьющих крыльями черных летучих мышей.

И плащ, и Вальдер, и она сама.

Глава 4

Troldeigh Vaila

Сердце замерло где-то в горле и тут же забилось так быстро, как будто я умираю. Или возрождаюсь самым восхитительным существом в своей жизни.

Я летела. И луна слушала, как бьют мои крылья по нотам воздуха, как поет ветер в мягких ушах, способных слышать даже то, что не слышит никто. Я глядела вниз маленькими ярко-красными глазами, и сквозь алую пелену видела черные шпили острых башен, изогнутые, будто танцующие, крыши домов, зигзаги и змеиные тела улиц этого страшного и удивительного города, который Вальдер называл Ихордаррином.

Казалось, что я больше уже не та, что прежде, и никогда уже не вернусь в ту, другую девушку. Скучную и пресную, которая видела мир только через мутное стекло окна в офисе или через широкоформатный монитор.

Я была ночью, и ночь была мной, а в крови бурлило что-то темное и волшебное, от чего не хотелось избавляться уже никогда.

Даже если я навсегда останусь маленькой черной летучей мышью.

– Приходи в себя, зефирка, – раздался тихий чуть мурлыкающий голос в самое ухо. И я почувствовала тяжесть земли под ногами.

Мою собственную тяжесть.

Гравитация ударила незаметно, я моргнула – и снова увидела мир прежними глазами. Хотя, признаться, все уже было чуточку не так.

Я оказалась в каком-то странном круглом помещении, со всех сторон состоящем из серо-черных каменных кирпичиков. Вальдер стоял позади и обнимал меня за талию, отчего все ощущалось еще острее.

Кожу обдувал прохладный ветерок, но ему не удавалось охладить горячее сердце. Я дышала глубоко и быстро, широко раскрытыми глазами глядя на раскрывшуюся панораму ночи.

Моргнула, приводя в порядок заслезившиеся от восторга глаза.

Мы стояли на самой вершине огромной башни, а в нескольких шагах впереди – каменный балкон, украшенный статуями горгулий и мраморными розами, покрытыми росой.

Дышалось все сложнее. Все быстрее бежала кровь в венах.

– Ну же, шагни, ты же хочешь посмотреть, – шепнул на ухо Вальдер, и его руки скользнули по бедрам, то ли поглаживая, то ли подталкивая вперед.

В висках стучало. Даже отсюда, не с краю, было видно, насколько мы высоко. Это даже не двадцатый этаж какой-нибудь люксовой панорамной высотки. Это… огромная замковая башня в самом сумасшедшем мире, который могла бы вообразить фантазия.

– Ты ведь не боишься, верно? – снова шепнул мой вампир, чуть опускаясь губами по уху. Ниже, к шее.

И в отголосках его тембра мне слышался смех.

Теперь он знал, что я знаю. И дразнил меня.

Или проверял?..

– Чего мне бояться? – хмыкнула я чуть отрывисто. – Мне только что довелось летать над всей этой красотой, хлопая кожистыми кры…льями…

Голос сорвался. Стук в ушах оглушал. До сих пор не верилось, что я мгновение назад была летучей мышью.

Это было… было… просто восторг!

Шагнула вперед, делая вид, что ноги не подкашиваются. И они, как ни странно слушались.

Говорят, что не только страх управляет телом, заставляя его делать осечки, ошибки. Приказывая дрожать и совершать тысячи выдающих его бестолковых движений. Но и тело может управлять страхом. Достаточно замедлиться. Перестать делать то, что просит проклятый инстинкт. И словно по волшебству, заметив, как спокойно и рассудительно тело, подлый трусливый зверек уйдет. И никто уже не поймет, что только что внутри бушевал демон животного ужаса.

Я остановилась на самом краю башни, неторопливо обхватив ладонями гладкую поверхность балюстрады. И взглянула вниз.

Черные волосы взметнулись на ветру, а полная луна с каким-то диким розоватым оттенком что-то пропела вдали, к сожалению сейчас я уже не слышала ее голоса, как пару минут назад. Но теперь я точно знала: она поет.

– Здесь так… красиво, Вальдер, – шепнула я, боясь расплакаться от того, что плескалось внутри, ударяя бушующими волнами о пристань души.

Он мягко приблизился, словно его принес ветер – я не слышала шагов.

– Я рад, что тебе нравится.

– Что это за место? – спросила, пытаясь управлять голосом.

Внизу раскинулась бесконечность черного города, сверкающего тысячами огней. И теперь я видела его не сквозь алую пелену, а просто, по-человечески. Но от этого он не стал менее красив.

– Это… часовая башня, – ответил Вальдер.

– Часовая? – переспросила, оглядываясь по сторонам и пытаясь увидеть или услышать движение шестеренок огромного механизма, который должен был извещать о смене дня и ночи целый город. Но ничего похожего не было. – Жаль, я не успела заметить часы, пока… пролетала мимо.

– Хочешь посмотреть прямо сейчас?

– Но… мы же прямо под ними, да? – не поняла я, взглянув через плечо на мужчину.

Вальдер возвышался надо мной на полголовы, и сейчас его черные глаза глядели, как мне показалось, чересчур хитро.

– Да, прямо над нами.

– Снова придется лететь по воздуху? – затаив дыхание, спросила я.

– О, нет, дорогая Роза, летать не будем, а то привыкнешь, – улыбнулся он, чуть скользнув щекой по моей щеке. Его губы оказались соблазнительно близко.

4-1

Я судорожно вдыхала прохладный ночной воздух, в котором еле заметно улавливался морозный аромат вампира: нотки того самого черносмородинового вина, которое Вальдер дал мне в первые минуты нашего знакомства. Таинственный напиток, от которого пропал весь страх, да потом так и не вернулся.

К счастью, как оказалось.

Стужа и сладкие ягоды… Этот вкус надолго теперь будет внутри меня. Я знала, его не забыть, не стереть.

– Как же тогда? – спросила, в последний момент замечая, что то и дело смотрю на его губы.

И, похоже, он тоже это видел, потому что эти самые губы изменили свою форму в чарующе-коварный изгиб.

– Поцелуй меня, – проговорил он мягко. Его голос пьянил, но гораздо больше – глаза, в которых больше не было видно зрачков.

Казалось, этот мужчина тоже пытался управлять своим телом так, чтобы оно не выдавало эмоций, только у него это выходило тысячекратно лучше, чем у меня. Тело слушалось его безупречно, но глаза… глаза оставались бездной тягучей и манящей тьмы, в которой таилось так много всего…

Я улыбнулась в ответ. Подняла ладонь и коснулась его щеки.

Прохладная кожа… словно чуть припорошенная прохладой ветра. Она всегда была такой, а вот губы…

Едва я коснулась их, как горячий, словно из самого адского пекла, язык проник в меня, и мужские руки сомкнулись у меня за спиной. Я развернулась, и Вальдер прижал к себе так сильно, что едва хватало воздуха.

Мне нравилось. Я задыхалась от совсем другого чувства, которое вспыхивало в груди чудовищным пламенем, пуская в кровь темные жаркие желания.

Едва наши тела соприкоснулись, где-то на ином уровне уже делая нас единым целым, глаза закрылись. Вдруг показалось, что наши души, мысли, странным образом вошли друг в друга. И я увидела…

Черный туман струился вокруг плотными мягкими облаками, плотными полупрозрачными нитями, за которые будто бы можно схватиться. Я видела нашу башню, каменную кладку и горгулий на балюстраде, но теперь смотрела словно со стороны. А потом вместе с облаками черноты вылетела за черту балкона, оказавшись в воздухе безо всякой поддержки.

Не страшно. Я была словно самой ночью.

Теперь стала видна вся башня от начала и до конца. И мы с Вальдером, исступленно целующиеся в десятке метров впереди. И огромные часы прямоугольной формы, отдаленно напоминающие градусник с кристальной стрелой-сердцевиной. Часы украшали странные рисунки, будто буквы неизвестного алфавита, цифр не было. А стрела, полная острых изгибов и витиеватых заломов, была почти полностью заполнена той самой чернотой, что витала вокруг. Сейчас, чувствуя себя этими облаками цвета мрака, я понимала, что и в часах тоже – тьма.

Меня прострелило осознание. Все вокруг в этом мире подчинялось этой черноте.

Она была той субстанцией, что рождала темное подобие жизни.

Я вынырнула из видения также резко, как и упала в него вместе с поцелуем Вальдера. Теперь он глядел на меня изучающе, с молчаливым неослабевающим интересом, только в глазах вспыхивали алые огоньки.

А еще его тело было чересчур напряжено, да руки на моей талии нет-нет да и выдавали мысли вампира – он вовсе не был так спокоен, как хотел показать.

– Увидела? – шепнул он. – Понравилось?

Я улыбнулась, понимая, что несмотря на то, что он больше не целует меня, его руки все также жестко и крепко прижимают меня к нему.

– Безумно, – ответила тихо, и это, признаться было больше похоже на мурлыканье. Я выпрашивала еще.

Еще магии.

Еще удивительного мира.

Еще его поцелуев.

Губы, мягкие алые губы дрогнули, заставив на миг задержать дыхание. Как же сладко они умели целовать, и как быстро я к этому пристрастилась.

– Те черные облака – что это? – спросила тогда, и Вальдер вдруг чуть качнулся вперед, отчего мои бедра прижались к балконным перилам. Сердце пропустило удар.

– Это Тьма, – ответил он, и в голосе просквозила приятная хрипотца. – Ты видела мир моими глазами через Сумеречное зрение. Тьма – это то, с помощью чего колдуют и живут вампиры. Это то, чем управляют человеческие маги, некроманты. И то, из-за чего в Туманной империи просыпаются живые мертвецы.

– Живые мертвецы? – повторила я, и в этот момент Вальдер вдруг опустил руку под мое платье, чуть задрав его, и коснулся через нижнее белье самого чувствительного места. Я резко выдохнула, взятая врасплох неожиданным удовольствием.

– О, у нас их много, милая Розалинда, – бархатным голосом ответил он, проведя пальцем по кругу и чуть надавливая на белье.

Дышать стало совсем тяжело, я хватала ртом воздух, боясь шевельнуться. Ведь за спиной расстилалась самая настоящая бездна. Обрыв.

При этом градус напряжения от осознания бешеной высоты, казалось, только рос, придавая желанию новую острую грань.

– У вас много зомби? – пискнула, не отрываясь глядя в бездонные черные глаза, в которых все сильнее вспыхивал алый свет, словно сигнализируя о чем-то.

– Зомби? – переспросил он и улыбнулся, одновременно с тем, как его пальцы бесцеремонно отодвинули трусики и резко проникли внутрь. Не медленно и осторожно, а властно и уверенно! Словно он делал то, что считал нужным, и брал то, что принадлежало ему.

И почему-то меня это совершенно сводило с ума.

– О, нет, Розалинда. Зомби у нас, признаться, не так уж и много, – даже с некоторой задумчивостью протянул он, пока его пальцы толкались в меня, а ладонь четко и верно надавливала, скользя, на те места, которые более всего должны были доставлять удовольствие.

Я сжала бедра, не зная, как уже погасить рвущиеся из горла стоны.

Мы ведь все еще вели беседу, правда? Просто разговаривали о мертвецах Ихордаррина?..

– Тьма коварна, – продолжал он, вдруг коленом проникнув между моих ног и раздвинув их одним движением. – Она создает из мертвых тел не только слабых и безвольных кукол, которым тяжело шевелиться и иногда трудно даже выбраться из свежей могилы.

Еще одно движение – и трусики треснули, опав на каменный пол и исчезнув как факт.

4-2

– Часто Тьма выбирает жертву так, чтобы сделать ее сильной. К примеру она может выбрать могучего жреца, и сотворить из него Дива. Страшное и опасное создание, не живое и не мертвое. Или Тьма может выбрать некроманта, погибшего ужасной смертью, и вылепить из него лича – монстра столь жуткого, что один взмах его полудохлой плоти способен уничтожить целый город.

В этот момент Вальдер обхватил мои бедра, прижал к себе и… усадил на перила балкона. Я только и успела, что вскрикнуть от неожиданности и вцепиться в его плечи, что есть силы.

– Но все эти получившиеся создания в любом случае подвластны людской магии, – говорил он.

А у меня горло сжало спазмом. Я не стала даже пытаться развернуться, чтобы посмотреть вниз.

Ветер свистел рядом, что-то напевая и развевая мои волосы все сильнее.

“Не смотри, не шевелись, не думай”…

Я смотрела в глаза вампира, которые стали абсолютно красными, и не отрывалась ни на миг. Хотела понять, что у него в голове. Зачем он посадил меня сюда…

Грудную клетку, казалось, выломает изнутри.

Вальдер улыбался, продолжая рассказ. И только его тело теперь плотно прижималось ко мне.

– Однажды Тьма решила особенно пошутить. И родила существ, способных создать собственное царство и поставить мир людей на колени.

– Что же это за существа? – спросила я, стискивая зубы, но не отводя взгляда. Не жалуясь. Не прося снять меня отсюда.

И не попрошу, даже если он нарочно пугает меня.

Я сильнее, чем кто-то мог бы подумать.

Если этот мужчина захочет меня убить, сделать это ему не составит труда и без башенной балюстрады.

Он показал мне Ночь, хлопающую кожистыми крыльями. Он показал мне Луну, поющую своим детям. Он показал мне Тьму, царящую над королями.

И мне это понравилось.

– Что же это за существа, покорившие мир людей? – спросила я, и мои губы медленно начали растягиваться в улыбке.

Вслед за губами Вальдера, наклонившегося ко мне и горячо выдохнувшего:

– Вампиры.

В тот же миг он вошел в меня, наполнил собой, заставив вскрикнуть от удовольствия, прошившего каждый нерв.

Тело изогнулось дугой от мощного долгожданного чувства. Мышцы пульсировали, сокращались, посылая волны жара. А через миг Вальдер накинулся на меня как ураган, лаская, целуя, сминая губами и то и дело чуть царапая кончиками острых клыков, ставших слишком длинными.

Я поняла, что именно этого мне и не хватало весь день, только я боялась себе в признаться, что каждую минуту, каждую секунду думаю о нем. О странном вампире, нашедшим меня в этом темном мире.

Он двигался во мне, а я не могла сдержать стоны, рвущиеся с каждым выдохом. Удовольствие так быстро росло, что отключало от реальности. Было уже абсолютно плевать, что подо мной пропасть. Все мышцы напрягались из раза в раз все сильнее, ощущая растущее напряжение. Перед глазами плыло, а кровь становилась все горячее.

Вальдер не замедлялся. Вдруг проникая ладонью в мои волосы, он с силой сжал пальцы и заставил меня, запрокинув голову, взглянуть на него. В его кроваво-красные глаза, чей цвет, теперь я знала, говорил о растущем голоде.

– Скажи, что принадлежишь мне… – сдавленно проговорил он, зажмурившись, толкаясь все быстрее и сильнее. Уже не лаская, а сильно и страстно овладевая мной, забывая обо всем.

От его голоса я совсем потерялась, едва не достигнув пика в ту же секунду. Но он, словно понял, резко остановился, вернув себе контроль. И продолжил двигаться сильными толчками с промежутком в пару секунд, за которые я не успевала сорваться.

– Скажи. Что принадлежишь. Мне, – выдохнул он, широко раскрытыми глазами глядя на меня и касаясь лбом моего лба.

Перед глазами темнело. Есть вероятность, что сейчас я сказала бы ему все, чего бы он ни попросил.

– Я принадлежу тебе, – выдохнула хрипло, и тут же его губы вонзились в мои. Снова присваивая, вминая со всей темной жаждой, которую я с удовольствием разделяла.

В жерло раскаленного вулкана мы упали одновременно. Едва он вернул темпу прежнюю скорость и силу.

Казалось, каждая его мышца превратилась в камень. А сам он в ураган цвета ночи и вкуса Тьмы.

В конце концов ослепительное сумасшествие наконец переполнило нас обоих, достигнув точки предела. Горячая сверхновая внизу живота взорвалась, раскручивая остро-сладкие кольца водородной бомбы, разливаясь удовольствием по крови. Проникая в каждый миллиметр тела.

Тогда я почувствовала, как клыки Вальдера вошли в мою шею вместе с его дрожащим желанием внутри меня. Кажется, в этот момент я закричала второй раз.

Через бесконечное количество времени мы оба замерли. А когда я открыла глаза, оказалось, что Вальдер уже давно смотрит на меня огромными черными океанами тьмы, а на его губах играет улыбка.

Кажется, самая красивая улыбка в мире.

– Взгляни на то, как я вижу тебя, – шепнул он, рассматривая меня так, как ни один мужчина прежде. Даже мой уже теперь бывший, который, кажется, больше любил футбол с чипсами, чем меня. – Взгляни, – загадочно повторил он, и его черные глаза словно становились все глубже и глубже с каждым мгновением.

До тех пор, пока я не упала в них, вновь превратившись в облака Тьмы, витающей между нами двумя.

Теперь я видела себя со стороны. Раскрасневшуюся, улыбающуся. Довольную.

Было неловко, но в этот момент я почему-то показалась себе очень красивой. Особенно со странными узорами, чуть проявляющимися на щеках ближе к ушам. Словно маленькие завитушки из того самого мрака, который разливался здесь повсюду. Мне показалось, что даже местная Тьма проявляет ко мне так свое участие, обнимая тонкими едва различимыми линиями, напоминающими цветы.

Моргнула, выныривая из черных глаз и улыбнулась.

– Твоя девушка – настоящая красотка! – усмехнулась я, а Вальдер чуть прищурился и неторопливо наклонился, оставив у меня на губах медленный отчетливый поцелуй.

– Моя девушка… самая красивая из всех.

В этот момент я еще не знала, что на самом деле Вальдер не видит на мне никаких завитушек, и Тьма тоже вовсе не обнимает меня своими рисунками.

Не все этом мире было так просто и волшебно, как казалось. И не все стоило воспринимать с немым восторгом.

Но все это станет ясно чуть позже… Когда уже будет поздно.

Глава 5

Troldeigh Rysvjel

Он все-таки привел ее в свой замок. Да и не мог не сделать этого, было бы глупо не показать свой дом единственной женщине, которая назвала себя “его девушкой” за последние несколько сотен лет.

При воспоминании об этом Вальдер не смог не улыбнуться.

– Случилось что-то хорошее, господин? – тут же раздался вопрос со стороны дверей в гостинную. Древний не обернулся, он и так знал, что там уже минут пять молча стоял Эрназ, его дворецкий. Мужчина лет сорока пяти, любящий выпить по вечерам чего-нибудь покрепче, молчаливый и готовый выполнить любой приказ. Собственно, другого Вальдеру и не было нужно. А уж пристрастия прислуги его волновали мало. Сам вампир тоже любил выпить, и его напитки в приличном обществе считались гораздо менее безобидными, чем какой-нибудь дубовый самогон или рябиновый горячительный настой.

– С чего ты взял? – спросил он спокойно, глядя в огромный разожженный камин.

Вальдер любил, когда в замке горел огонь. Его, чья кровь струилась по венам благодаря Тьме, мало что могло согреть. А холодным, как труп, он быть не любил, справедливо считая себя больше живым, чем мертвым.

– Вы улыбаетесь, – с поклоном ответил Эрназ, и Вальдер видел каждое его движение практически затылком.

“Надо же… он улыбается. И теперь это даже заметно со стороны…” – вампир хмыкнул.

– Значит, действительно случилось, – кивнул он, не находя смысла отрицать или скрывать. – У нас гостья. Ее зовут Розалинда, я выделил ей Башню Рассвета.

– Башню?.. – попытался было ахнуть мужчина, но в последний момент кашлянул в кулак, отчего его довольно внушительное пузо, затянутое в рубашку и жилет, забавно подпрыгнуло.

– Что тебя удивляет? – спросил Древний, на этот раз повернувшись к слуге вполоборота.

– Я и не знал, что нужно подготовить Башню к приезду гостьи, если бы вы сказали ранее… – попытался оправдаться он.

Вальдер качнул головой. Он знал, что бедолага на самом деле поражен совсем не этим. А тем, что впервые за все время его работы у Древнего, кто-то поселился в Башне Рассвета.

– Не волнуйся, благодаря твоим заботам, весь мой замок в прекрасном состоянии, – кивнул Вальдер. – Включая ту его часть, со стороны которой встает солнце.

И ту, которую из-за этого он никогда не посещал.

Что ж, будет повод это исправить.

– Я должен что-нибудь принести для нашей… гостьи? – беспокойно спросил Эрназ, почесав облысевшую слишком рано макушку.

– Да, все что она попросит. Тэйвар сейчас уже помогает ей обустроиться.

– О! Тогда я поспешу, мой господин! – воскликнул Эрназ с поклоном, и как только Вальдер кивнул, тот скрылся с глаз.

Древний знал, что дворецкого не было на месте, когда он вернулся домой с Розалиндой по той же причине, что и всегда. Тот либо дегустировал новую бочку горячительного, либо флиртовал с цветочницей, которая ухаживала за садом. А скорее всего – и то и другое. В любом случае слуг в замке было много, и Вальдера совершенно не волновало, кто и где проводит свое свободное время. Обычно он думал о том, как потратить свое.

Теперь же, с появлением странной девушки из другого мира, эти обременительные мысли выветрились из него, как вчерашние алкогольные пары из головы его дворецкого. Ему было чем заняться, и скорее раздражало то, что людям нужно спать.

В какой-то момент плюнув на все и решив, что Розалинда может отдохнуть и в какой-нибудь другой жизни, он резко встал с дивана, обитого кожей мантикоры, и собрался уже было покинуть залитую теплым светом камина гостиную.

Но не успел.

– Господин, доставка для вас у ворот замка, – с низким поклоном сообщил только что подоспевший охранник. Обычно он сидел в будке у огромных кованых врат, и Вальдер видел его настолько редко, что даже не запомнил имя.

– Доставка? – приподнял он черную бровь. – Так скоро… что ж, принимай.

Охранник поклонился и через полминуты в коридор внесли здоровый деревянный ящик с большой черной печатью наверху. Но не успел Древний приблизиться к нему, как сквозь еще не закрывшиеся двери проскользнула ловкая мужская фигура.

– О, похоже, я как раз вовремя, да, брат? – заулыбался Фирель крайне довольный собой.

– Ты уже проводил гостей? – спросил Вальдер, сцепив руки на груди. Манера этого Древнего всегда приходить без приглашения ужасно раздражала его. Но переделать Фиреля было невозможно, поэтому приходилось мириться с тем, что есть.

– Естественно! – хмыкнул он, тут же подхватывая деревянный ящик и проходя в зал. Там он остановился у кресла, поставил посылку рядом с собой и расселся с таким наслаждением, словно вернулся к себе домой после утомительной вечеринки. Впрочем, этот факт был правдой хотя бы отчасти. – Ты знаешь как сложна моя работа, брат? Каждого развлечь, всех расслабить, всем угодить.

– О, я прямо-таки сочувствую тебе изо всех сил, – скривил губы Вальдер.

– А вот и не надо язвить, брат, не надо! – ахнул Фирель, притворно схватившись за грудь. – Между прочим, если бы не я, все вампирское братство давно бы уже распалось и превратилось в разрозненные злобные кучки кровососов, которые друг друга терпеть не могут. Все наше королевство сплочаю только я один!

Вальдер чуть склонил голову набок, сложив руки на груди.

– Ты палку-то не перегнул?

– А вот и нет! Думаешь, без вечеринок, балов, праздников и официальных банкетов, мы бы вообще встречались? Да я тебя умоляю. Я бы первый свалил во Тьму клеить девочек в полном одиночестве. Сдались вы мне все, – махнул он рукой и улыбнулся, устремив взгляд на ящик.

Вальдер выдержал небольшую паузу, в некотором роде признав, что его брат прав. Дети Кровавой луны, как правило, были одиночками. Такими их сделала Тьма. И официальный организатор торжеств успешно преодолевал эту проблему вот уже много лет.

Однако вслух эту ужасную правду Вальдер никак не озвучил.

– Итак, мы будем его открывать или нет? – спросил тем временем Фирель, постукивая по крышке. – Я уже весь в нетерпении.

Черная печать на товаре говорила сама за себя. Не понять, что внутри, было невозможно. Широкий зубастый рот рисунка скалился на дереве едкими чернилами, будто слегка насмехался над ними.

Вальдеру никогда не нравился герб фирмы “Улыбка вен”.

5-2

– Что ж, будь моим гостем, открывай первый, – кивнул он на ящик.

– О, ты всегда был ужасно любезен, брат! – обрадовался Фирель, как мальчишка. Хлопнул в ладоши, легким движением пальцев поддев крепко забитую крышку. Та мгновенно поддалась, со скрипом отлетев в сторону и продемонстрировав на дне ящика в красивой кружевной обмотке в виде сшитых между собой сердечек десяток крупных темных бутылок и еще двадцать небольших, буквально на один стакан.

– Ух ты, смотри, пробнички прислали, – расхохотался Фирель и подхватил одну из маленьких. Не глядя на этикетку, сорвал красный воск с горлышка и тут же сделал несколько глотков.

Чуть сдвинул брови и облизнул губы, словно задумался о чем-то.

– Тебе нужно было дать имя Пьювсенеглядя, а не Серебряный Страх, – проговорил Вальдер, и уголки его губ дернулись.

– О, такого доброго малого, как я, обидеть любой может, – махнул рукой Фирель.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.