Джэки Иоки
Инициация «Любовь»

Дисклеймер

Все события и персонажи, описанные в этой книге, вымышлены. Любое сходство с реальными событиями и реальными людьми случайно. Эта книга содержит ненормативную лексику, эротические сцены и сцены насилия, рекомендована для чтения лицам, достигшим 18 лет.

Глава 1

Открывать глаза не было ни сил, ни желания. Всё тело Кай не только ныло от боли, но и ощущалось чужим, ещё и словно придавленным сверху бетонной плитой. Даже приподнять веки казалось непосильной задачей. Но надоедливый писк, который и выдернул её из какого-то галлюциногенного сна, становился всё громче, раздражая слуховые рецепторы и заставляя голову буквально разрываться на кусочки. Не говоря уже о том, что Кай в принципе не могла понять, что это такое, откуда он взялся в её квартире, и почему она сама чувствует себя так странно. Как будто накануне влила в себя не только несколько бутылок рома, но и попала в огромную мясорубку, перекрутившую её в фарш и выплюнувшую её на кровать расползаться бесформенной кучей.

Но когда она, совладав с собой, всё-таки с трудом разлепила глаза, по которым полоснуло приглушённым светом, Кай тут же забыла и о разбудившем её писке, раздававшемся, как оказалось, из кардиомонитора, и о боли, и о собственных ощущениях. Ведь она была не в своей спальне, а в больничной палате Агентства, на двери которой уже давно можно было повесить табличку с её именем – слишком часто она была её постояльцем, а первое, что она увидела, был Макс, спящий в неудобной позе на стуле, придвинутом к её кровати. Его голова лежала на сложенных рядом с её бедром руках, практически чёрные волосы топорщились коротким ёжиком, тёмные брови на бледном лице даже во сне были тревожно сдвинуты, а широкие плечи и сгорбленная спина – напряжены. И внутри у Кай всё зашлось трепетом и теплом. Он был здесь, несмотря на всё, что произошло, был рядом, и она снова могла его видеть, спустя столько времени. Одного этого хватило, чтобы её сердце забилось с удвоенной частотой, а пальцы, подрагивая, сами потянулись к его щетинистой щеке.

Но стоило Кай прикоснуться к его лицу, Макс вздрогнул и, распахнув покрасневшие глаза, выпрямился, сжимая её холодную ладонь в своих горячих.

– Привет… – с усилием сглотнув жуткую резь в горле, прошептала Кай, вдруг почувствовав себя неловко перед ним. Последние их встречи были сущим кошмаром, и это была целиком и полностью её вина.

Макс тяжело выдохнул, утыкаясь носом в их переплетённые руки, а его плечи облегчённо опустились:

– Привет, детка…

– Как я здесь оказалась? – воспоминания возвращались медленно, обрывками, но Кай точно знала, что после ранения её просто не успели бы доставить из Европы в Америку. Разве что за время её отсутствия в Агентстве создали не только сверхскоростной самолёт, но и телепорт.

– Виктор выдернул Ричарда из отпуска в Италии. Он участвовал в твоей операции и наблюдал тебя после, а как только дал добро, мы перевезли тебя сюда. Решили, что хватит с тебя чужих стран, – тихо произнёс Макс и наконец поднял на неё взгляд.

Несколько секунд они просто рассматривали друг друга, а потом Кай снова мягко коснулась едва слушающимися пальцами его щеки, хмурясь из-за глубоких синяков, залёгших под его глазами:

– Сколько ты нормально не спал?

– Не знаю. Неделю, может, чуть больше. Если честно, я понятия не имею, какой сегодня день.

– И всё время был здесь?

– Не мог уйти от тебя.

Кай снисходительно качнула головой и накрыла его щёку ладонью. Так было и раньше – до того, как их жизнь рухнула. Он всегда оставался с ней, когда она попадала в больницу. Как и она с ним.

– Больше никуда тебя не отпущу, – твёрдо прошептал Макс, касаясь сухими губами её запястья, и Кай, уверенная, что будет именно так, что не отпустит и не уйдёт, сморгнула вставшие в глазах слёзы. Это единственное, что ей действительно было нужно – он рядом.

– Прости за то, что было весной… И потом… Мне так жаль, что я не дала тебе возможности всё объяснить…

– Мы в очередной раз наступили на одни и те же грабли, – стерев влажную дорожку с её щеки, Макс кривовато улыбнулся. – И я очень устал расшибать об них лоб. Поэтому просто пообещай мне, что впредь, прежде чем принять какое-то импульсивное решение, мы будем останавливаться и обсуждать это друг с другом.

«Мы»… Это короткое слово из двух букв ещё никогда не звучало настолько хорошо. Ещё никогда не ввергало Кай в такую эйфорию, а вместе с тем не приносило такого успокоения и уверенности, как сейчас. И она быстро-быстро закивала, соглашаясь со всем сказанным. Она больше не позволит себе сделать поспешные выводы, грозящие привести к катастрофе, ведь именно ей обернулась та майская ситуация.

Приподнявшись со своего стула, Макс наклонился над ней и коснулся её губ осторожным поцелуем, словно скрепляя их договор или начиная новую главу их истории, и мир вокруг просто исчез, растворился в кружащемся тумане. И это казалось Кай самым восхитительным, что случалось с ней за очень долгое время, а возможно, и за всю жизнь. Снова обрести его, знать, что он не отступится от неё, ощущать его чувства к ней, переполняющие и её саму.

– Ты моя, а я твой, – мягко, но уверенно прошептал Макс, прикасаясь лбом к её лбу. – И не было никого другого. Никогда. С того самого первого ужина в баре на пляже. Во всех смыслах.

Кай зажмурилась, пытаясь подавить вздох облегчения, только сейчас понимая, что, несмотря на то что она всячески старалась гнать от себя эти мысли, это всё-таки имело для неё значение, цепляло и дёргало где-то глубоко внутри. Теперь же своими словами Макс словно аккуратно вытащил эти сотни колючек из её сердца, и она верила ему, на уровне инстинктов ощущая, что это правда.

– Мне не нужен никто другой. И никогда не был нужен. Только ты, – пылко прошептала Кай ему в ответ, и Макс опять завладел её губами, запутываясь пальцами в её чёрных волосах. Горько и вместе с тем до невозможного сладко, словно отпуская всё, что было, и открываясь навстречу новому. Но стоило Кай потянуться к нему, чтобы углубить поцелуй, и застонать от напомнившей о себе боли, он отстранился, опуская её голову на подушку, и с лёгкой улыбкой сел обратно на свой стул, снова сжимая её ладонь в своих.

– Не разгоняйся, детка. Кроме пулевых ранений у тебя ушибы по всему телу. Так что, как бы я ни хотел схватить тебя в охапку и унести домой, придётся какое-то время поторчать в больнице.

– Ну, пока я не могу даже нормально пошевелиться, сильно противиться этому не буду, – скривилась Кай, и Макс басовито рассмеялся.

– Один-два дня это уже не так уж и мало. Ты и сейчас не должна была просыпаться. В стазисе восстановление идёт гораздо быстрее. Но я отпустил медсестру, которая должна была следить за дозировкой, на ужин, а сам походу вырубился. Прости…

– Так вот что это было, – поморщившись, перебила его Кай, вспоминая, как её будто болтало в космосе. Искусственный сон, в который Ричард с помощью инъекций погружал особо тяжёлых пациентов, чтобы те ничего не чувствовали. И чаще всего он сопровождался совершенно наркоманскими видениями: из одних хотелось побыстрее выбраться, в других – остаться навсегда. Кай уже раза три побывала в этом психоделическом дурдоме, и ни один из них ей не понравился. – Больше не хочу туда.

– А я не хочу, чтобы ты страдала, – Макс с упрёком склонил голову набок, но тут же поцеловал её пальцы. – Твои ранения слишком тяжёлые. Ты же знаешь, как отвратно будет, когда действие лекарств окончательно спадёт.

Да, Кай прекрасно это знала. Да она уже это чувствовала с самого пробуждения и с каждой минутой всё острее – боль, волнами расходящуюся по телу, выкручивающую все мышцы. Но расставаться с ним снова, пусть только чтобы уснуть на время и восстановиться, даже будучи уверенной, что он будет здесь, когда она снова придёт в себя, было невыносимо.

– Возражения не принимаются, детка, – словно прочитав её мысли, Макс потянулся к большому пульту рядом с кроватью и нажал на кнопку вызова. – К тому же так я намного раньше смогу забрать тебя домой.

– И мы снова отпразднуем Новый год вдвоём? – выдавила улыбку Кай, вспоминая, что опять из-за своего ранения пропустила все праздники.

– Так, как ты захочешь.

– Ладно, – она согласно сжала его пальцы, не обращая внимания на вошедшую девушку в медицинском халате, которая принялась готовить новый раствор для её капельницы. – Но тогда и ты не должен торчать здесь. Я хочу, чтобы ты поехал домой и нормально отдохнул.

– В твоей палате вполне себе удобные кресла.

– Макс, – недовольно скривив уголок губ, Кай кое-как подняла дрожащую от усилий руку, жестом останавливая медсестру. – Хотя бы воспользуйся одной из комнат наверху. С нормальной кроватью. Иначе потом несколько недель будешь хрустеть спиной.

– Ты не в том положении, чтобы командовать, – Макс насмешливо выгнул бровь, и Кай устало вздохнула.

– Я всего лишь прошу. Но и отдавать приказы не только не разучилась, но и имею право. Так что либо мы оба отдыхаем, либо…

– Либо мы с тобой уже давно на одном уровне, и я могу не подчиняться тебе. Но хорошо, – сдался Макс. – Если так тебе будет спокойнее, и ты не будешь отказываться от лечения. Я уйду, как только ты уснёшь.

Благодарно кивнув, Кай расслабилась на постели, позволив медсестре заменить колбы в капельнице. Эта упёртость очень тяжело ей далась, отняв последние силы, но она была рада, что настояла. Видеть его таким измождённым и измотанным ей не нравилось. Но был ещё один момент, который её волновал.

– Макс, а та девочка?.. – облизав потрескавшиеся губы, прошептала Кай, чувствуя, как начинает действовать препарат, утяжеляя веки и размазывая сознание.

– С ней всё в порядке. У неё остался отец. Он позаботится о ней.

– Спасибо…

Лицо Кай, боровшейся со сном, просветлело и разгладилось, а её пальцы, наконец-то согревшиеся в руке Макса, обмякли, и он коснулся сбитых костяшек на них коротким поцелуем, не зная, как уйти от неё, несмотря на своё обещание.

Эта неделя была самой жуткой в его жизни. Каждую секунду каждого дня он боялся, что она больше не очнётся. Ричард не давал никаких прогнозов – слишком много крови Кай потеряла, и слишком тяжёлой была операция даже с учётом всех имеющихся у них технологий и опыта. И впервые в жизни Макс, никогда ни во что не верящий, просил у кого-то свыше ещё один шанс для них быть вместе, возможность попробовать всё исправить, умолял вернуть её ему, коря себя за то, что не успел вовремя, что не был там вместо неё. И ничто в мире не заставило бы его отпустить её руку, пока она не очнётся. Даже если бы на них сбросили ядерную бомбу. Он всё равно сидел бы рядом с её кроватью, наблюдая за тем, как сначала аппарат помогает ей дышать, а потом и за тем, как Кай сама делает вдохи, как ей вводят один препарат за другим, и как медленно возвращается цвет её лица. Не ушёл бы ни после заверений Ричарда, что кризис миновал, и теперь всё будет в порядке, что она выкарабкается, ни когда Виктор пытался выпроводить его из палаты, втолковывая ему, что нет никакого смысла так изматывать себя, ведь легче Кай от этого не станет. Максу было наплевать на всё это. И только увидев её глаза, смотрящие на него с нежностью и заботой, только услышав её тихий голос, только после того, как она сама попросила его об этом, он мог бы позволить себе немного отдохнуть, скинуть напряжение, сковавшее всё его тело, но не решался сделать это.

– Если ты сейчас же не отправишься домой, я всё ей расскажу, – раздался насмешливый голос за его спиной, и в палату вошёл Виктор. – Хочешь получить от неё выговор, когда вы только помирились?

– Ты не расскажешь, – уверенно бросил Макс, даже не повернувшись. – Ведь не меньше моего не хочешь заставлять её нервничать.

– Всё-то ты знаешь, – Виктор хлопнул его по плечу и, став серьёзнее, сел на край кресла у стены, облокотившись на широко расставленные колени. – Что с последствиями? Заметил что-нибудь?

– Нет, – хмуро качнул головой Макс. – Ничего необычного. Да и Ричард не первый раз вытаскивает её с того света.

– Но первый раз она пробыла там так долго.

– Я знаю, – Макс помассировал пальцами висок, всматриваясь в умиротворённое лицо Кай. – Но её и не накачивали химией в этот раз. Никаких последствий быть не должно. В любом случае пока она вела себя как обычно.

– Возможно, что-то проявится позже, если оно вообще будет. Поэтому я попрошу тебя наблюдать за ней, когда Рич её выпишет, и сообщать ему обо всём, что тебя насторожит.

– Чего вы с ним ждёте? Каких-то сверхспособностей как в комиксах? – презрительно хмыкнул Макс, и Виктор недовольно цокнул языком.

– Очень смешно, умник. Не мне тебе объяснять, что такие ситуации не проходят бесследно. А у Кай и так были очень напряжённые несколько лет. Я не хочу, чтобы у неё случился какой-нибудь жёсткий срыв или что-нибудь ещё в этом духе.

– Но также не мне тебе объяснять, что Кай одна из самых эмоционально-стабильных агентов во всей нашей организации, – парировал Макс. – Несмотря на прошлые ситуации. И нет, мне не плевать на её состояние, – с нажимом продолжил он, видя, что Виктор собирается вступить с ним в спор. – Я, конечно, буду наблюдать за ней. Но я не позволю тебе или Ричарду превратить её жизнь в психологическое телешоу для вас двоих и держать её под колпаком.

– Я просто забочусь о ней.

– Я тоже. И если что-то будет не в порядке, мы будем разбираться с этим вдвоём. А решение сообщать ещё кому-то об этом или нет Кай будет принимать сама, – поставил твёрдую точку Макс. Он всё ещё злился на Виктора, что тот отпустил её одну на это чёртово задание, хотя и понимал, что удержать Кай на месте было той ещё задачей. Практически невыполнимо. Но ничего не мог с собой сделать. Возможно, со временем.

Глава 2

Две недели, проведённые в больнице после того, как Ричард окончательно вывел её из стазиса, были неимоверно сложными для Кай, но напоминали её привычную жизнь и были под завязку наполнены эмоциями. Не только из-за Макса, проводившего с ней каждую свободную минуту, которого Виктор вынудил вернуться к работе через два дня после её пробуждения, но и из-за других близких ей людей, снова появившихся в её жизни.

Встреча с заглянувшей к ней Джин принесла теплоту и уют, а округлый живот сияющей Анны, забегавшей к ней каждый день на обеде, вызывал счастливую улыбку на губах, даже несмотря на внутреннего завистливого червячка, которого Кай старалась запихнуть как можно дальше и о существовании которого никогда бы никому не призналась. Ричард со своими многочисленными анализами и процедурами, на которого Макс посматривал с явным недовольством, но молчал, Виктор, рассказывающий о нововведениях в их работе и разработанном их умельцами оборудовании и примочках – всё это наполняло жизнь Кай давно забытыми красками и создавало ощущение, что ничего и не произошло. Словно и не было этих лет скитаний по другим странам и континентам. И уже через два дня, как и прогнозировал Макс, она начала привычно ворчать о том, как ей надоела больница, и что её давно пора выписывать.

Но Ричард выпустил её только под конец января, предварительно огласив длинный список правил поведения и график приёма препаратов, баночки с которыми заняли почти половину её небольшого рюкзака.

Наконец вырвавшись из больничной палаты, Кай с удовольствием прошлась по коридорам штаб-квартиры, подмечая для себя незначительные изменения, произошедшие за время её отсутствия, а потом постучала в одну из учебных аудиторий и зашла внутрь, прерывая Макса на полуслове. Тот удивлённо вскинул брови и, оттолкнувшись от преподавательского стола, на который опирался бёдрами, направился к ней, понижая голос:

– Что ты здесь делаешь? Я думал, заберу тебя после лекции.

– Я больше не могла там торчать, – улыбнулась ему Кай под многочисленными любопытными взглядами. – Меня уже воротит от тех стен. Зашла предупредить, что буду у Виктора. Нужно официально оформить моё возвращение.

– Я освобожусь минут через сорок, – взглянув на наручные часы, кивнул Макс, и Кай задорно прищурилась.

– Тогда через сорок минут в гараже, красавчик. Чёрный Субару.

Снисходительно качнув головой, Макс взял её лицо в ладони и наклонился для поцелуя. По аудитории тут же разнеслись смешки и весёлое улюлюканье, и, выпустив Кай, он смерил своих студентов строгим взглядом:

– А ну цыц. Ещё один звук, и будете дружно отжиматься до самого вечера, – а снова повернувшись к Кай, самодовольно скривил уголок губ: – Никаких Субару, детка. Вишнёвый БМВ.

– Пунктик у него что ли на БМВ, – сверкнула на него глазами Кай в желании подразнить и выскользнула за дверь, оставляя Макса на растерзание его подопечным.

* * *

– Когда ты ушла, мне пришлось отбиваться от сотни вопросов. Я и не думал, что по базе ходит столько слухов. Да ещё и таких нелепых. Такое ощущение, что о нашей с тобой жизни написали несколько огромных статей в какой-то жёлтой газетёнке, которую читали абсолютно все, а моих агентов больше интересует моя личная жизнь, чем способы незаметно проникнуть на нужный объект, – заехав в гараж «Эсперансы», Макс заглушил двигатель, и Кай рассмеялась, открывая свою дверь. Напряжение, заискрившее между ними, стоило им только оказаться вдвоём в замкнутом пространстве, казалось осязаемым, но они оба всячески игнорировали его, старательно отвлекаясь на обыденные разговоры.

– Просто не нужно было целовать меня на глазах у всей аудитории, – и не то чтобы Кай это не понравилось. Хотя она и не была сторонницей публичных проявлений чувств, но вот такое вот заявление о своих правах на неё и их отношениях заставило всё внутри приятно трепыхнуться. А фантазию в очередной раз пуститься в дикий пляс. – Здесь теперь так пусто, – выйдя из машины, Кай растерянно осмотрелась. Конечно, она знала, что Анна с Ником ещё несколько недель назад переехали в свой собственный коттедж на побережье, но видеть подтверждение этому было странно. Заставленный ранее машинами и другой техникой гараж теперь казался непривычно огромным. Здесь остался только мотоцикл Макса.

– К этому быстро привыкаешь, – открыв заднюю дверь своего БМВ, Макс забрал с сиденья её вещи и рывком прижал Кай к себе, поддавшись мимолётному порыву, которому было чертовски сложно противостоять. С того самого момента, как она пошла на поправку. Их обоих катастрофически тянуло друг к другу, и была бы его воля, он набросился бы на неё прямо в машине на парковке штаб-квартиры. А потом и снова здесь в гараже. – А в аудитории я не смог удержаться. Не целовать тебя несколько часов это слишком долго.

– М-м-м даже так? – приобняв его за шею, Кай встала на носочки и, приблизившись к его лицу, теранулась носом о его нос, слегка задевая его губы своими. – А раньше у тебя не было проблем с тем, чтобы держать себя в руках.

– И сейчас нет. Поэтому ты всё ещё одета, – усмехнулся Макс на её провокацию и, кое-как заставив себя отстраниться, подтолкнул Кай к лестнице наверх. – Пусто – да, зато тихо и дом в нашем полном распоряжении. Пока Виктор не решит подселить к нам ещё кого-нибудь.

– Да и пусть, – отмахнулась Кай, не имея ничего против соседей. Уединения в последние несколько лет было достаточно. – У нас есть твоя комната, чтобы спрятаться. Если ты не возражаешь против моего переезда.

До несостоявшейся свадьбы они и так в основном ночевали у Макса, хотя Кай тогда так и не успела перевезти к нему свои вещи. Как-то не было необходимости. А теперь собиралась сделать это завтра же.

– Иного варианта я и не рассматривал. Половина моего шкафа давно уже свободна для тебя, – Макс прошёл в свою спальню и поставил рюкзак Кай на кресло, но обернувшись, увидел, что Кай застыла в дверях со стеклянным взглядом, направленным на кровать, а её игривого настроения как не бывало. Ему хватило секунды, чтобы сообразить, о чём она сейчас думает. Эта боль слишком красноречиво отразилась на её лице.

Макс шагнул к ней, загораживая собой всё пространство, и взял лицо Кай в ладони:

– Детка, ничего не было.

Кай кивнула, но отступила назад в коридор. Верить ему было легко, как дышать, а вот стереть из памяти картинки той ночи, всплывшие, стоило ей увидеть эту кровать с тем же самым покрывалом, невозможно. И почему не подумала об этом раньше?

– Кай, – всё ещё удерживая её, позвал Макс, а когда она наконец сфокусировала на нём взгляд, мягко поцеловал, буквально физически ощущая горечь её мыслей на губах.

– Я не смогу… – тихо прошептала Кай, качая головой. – Не смогу жить там, спать…

– Я уже понял. Мы и не будем, – оборвал её Макс и, не прекращая целовать, шагнул на неё, вынуждая попятиться дальше по коридору. Нужно было увести её оттуда и заставить забыть. Поставить точку на прошлом.

– Макс, я не… – запротестовала Кай, попытавшись отстраниться, стоило ему углубить поцелуй, но он не позволил, наоборот, только усилил напор. – Макс, не надо… Не сейчас…

– Тихо, – повелительно бросил Макс, не обращая внимания на царапающие его запястья ногти, и втолкнул Кай спиной в пустующую комнату, где даже на большой кровати был только высокий матрас. На который они и упали мгновением позже.

И Кай уже не могла не реагировать на его такие настойчивые и требовательные прикосновения и сама на уровне инстинктов подавалась ему навстречу. Она безумно соскучилась по нему, до чёртиков хотела его и ждала момента, когда они смогут остаться наедине. Но долбаные картинки всё никак не желали исчезать из её не к месту думающей головы, тут же гася вспыхивающее желание. Кай готова была выть от досады.

– Макс, остановись…

– Помолчи, – грубо шикнул тот в её губы и рывком подтянул её выше по кровати, нависая над ней безжалостным хищником.

Его тяжёлое дыхание, обжигавшее лицо, ухо, а потом и шею, кожу на которой он чувственно прикусывал, запускало мириады огненных колючек по телу Кай, заставляя её изгибаться и возгораться. И уже не так рьяно отталкивать его.

Не дожидаясь, пока она окончательно сдастся, Макс поспешно стянул с неё лосины сразу вместе с трусиками, сорвал с себя водолазку, расстегнул и приспустил свои джинсы и боксеры, и соединился с ней одним мощным толчком. Сейчас нужно было только так. Жёстко и беспощадно. Чтобы не думала больше ни о чём.

Вскрикнув, Кай попыталась вырваться, ослеплённая искрами, посыпавшимися перед плотно зажмуренными глазами. Она отвыкла от него, а он не осторожничал.

Но Макс подмял её под себя и, просунув руку под её голову, бесцеремонно сжал в кулаке длинные волосы у самых корней, а сделав ещё один решительный выпад бёдрами, запальчиво и с затаённой угрозой зашипел ей в губы:

– Я только твой…

Ещё один толчок, и Кай застонала от того, как её тело начало медленно наполняться зарождающимся удовольствием.

– Всегда был и буду…

И она снова горела в его объятиях утраченным когда-то огнём, взвившимся внутри с новой силой.

– Дó смерти люблю тебя…

И её мир, давно разлетевшийся на осколки, снова становился цельным.

– Детка… – Макс прикусил её нижнюю губу, стоило Кай обвить его ногами, подаваясь навстречу, а в его голосе появились ещё более низкие бархатные нотки, от которых она сходила с ума с первой их встречи.

И всё изменилось в один миг словно по щелчку пальцев. Движения Макса стали плавнее и тягучее, поцелуи – трепетнее и головокружительнее, и уже гораздо нежнее оглаживая её тело, Макс стянул с неё длинный свободный свитер, а потом и лифчик.

– Я готов был лезть на стену без тебя… – прикоснувшись лбом к её лбу, Макс волнообразно закачался, входя в неё осторожно и глубоко, и Кай стиснула пальцами его широкую спину, чувствуя, как перекатываются под ними канаты напряжённых мышц.

Лезть на стену. Она каждый день хотела пустить себе пулю в лоб без него. И сейчас не могла поверить, что снова обрела его. Что может касаться его такого жёсткого и любимого лица, дышать одним с ним воздухом на двоих, плавиться под его тяжестью на ней и терять голову от его силы и нежности внутри неё. От того, как он взял её, присваивая себе, а теперь занимался с ней любовью – терпкой, пропитанной горечью прошлого, с острыми оттенками неутомимого желания и сладким послевкусием отвоёванного счастья.

– Я так люблю тебя… – прошептала Кай, положив одну руку на его голову, а пальцами второй поглаживая колючую щёку, и Макс томно прихватил её губы своими, собирая с них и впитывая это признание, как живительную влагу, жизненно необходимую посреди пустыни одиночества, по которой он бродил без неё долгие годы.

– Не вижу свою жизнь без тебя… – порывисто выдохнул он, утопая в полыхающих оливково-зелёных глазах, дурманящих его с самой первой ночи. – Моя чарующая ведьма…

– Макс…

И они оба двинулись навстречу друг другу, спеша утолить отчаянную жажду и потребность быть вместе.

Прикосновения становились жёстче, впиваясь в разгорячённую кожу и давая возможность почувствовать друг друга ближе и острее, тяжёлое дыхание перемешивалось, а окружающее пространство гудело, как вокруг высоковольтных проводов, которыми они переплелись так крепко, что казались единым целым. Руки Макса были везде, терзая грудь и бёдра Кай до сладостной боли, пальцы то потирали чувствительные соски, то спускались между ног, заставляя её всё больше изгибаться под ним, и Кай не могла не вторить ему, положив одну ладонь на его горло, не давая ему и шанса разорвать жадные поцелуи, а второй впиваясь в его спину, оставляя ногтями красные дорожки страсти.

– Я дурею от тебя… – шептал Макс, вдыхая с её губ чувственные стоны, а Кай, раскрываясь для него всё больше, теряла связь с реальностью, уже не представляя, где заканчивается сама, а где начинается он. Только кипящее вожделение, нарастающее с каждым новым толчком, будто пронизывающим её насквозь. Голова кружилась, как в центрифуге, в ушах шумела бурлящая по венам кровь, а ощущения становились одними на двоих, сжигая обоих, пока Кай не рассыпалась взметнувшимися искрами – яркими, слепящими, трескучими – и не обмякла в его руках, не имея ни малейшего представления ни кто она, ни где находится. Не помня себя от растёкшегося не только по телу, но и по чувствам наслаждения.

Пришла в себя она, свернувшись клубком в объятиях Макса, который одной рукой невесомо поглаживал её по плечу, а второй мягко разминал её ступни.

– Не думала, что ты помнишь об этом… – промурлыкала Кай, утыкаясь носом в его шею, и Макс хмыкнул, потирая её маленькие пальчики.

– О том, что после оргазма у тебя немеют ноги? Это одно из многого, что я точно никогда о тебе не забуду.

Не сдержав счастливую улыбку, Кай сильнее прижалась к нему, ощущая под ладонью успокаивающееся биение его сердца. Её же собственное готово было вырваться из груди от переполняющих её чувств. Всё было слишком хорошо, чтобы поверить в это в одно мгновение, но и не верить было невозможно. Ведь они вместе были настолько же реальны, как и запах Макса, которым она не могла надышаться. Такой же, как и семь лет назад, когда они только познакомились. Уже давно до чёртиков родной и создающий ощущение дома, в который она наконец смогла вернуться.

А комната? Да хрен с ней с той комнатой. И эта, бывшая спальня Анны и Ника, им прекрасно подойдёт.

Глава 3

В тот вечер они ещё долго не давали друг другу уснуть, а на следующий день проспали до полудня. И будь воля Кай, она спала бы и дальше, если бы над её ухом не раздался насмешливый шёпот Макса:

– Если ты не перестанешь так сладко тереться о меня, то все сегодняшние планы полетят псу под хвост.

– Мы разве на сегодня что-то планировали? – чувствуя бёдрами возбуждение Макса, Кай потянулась, изгибаясь ему навстречу, и развернулась к нему лицом, запуская руку под одеяло, которое они вчера всё-таки принесли сюда. – Не помню никаких планов.

– Вообще-то там был целый список, – рассмеялся Макс, перехватывая её пальцы, пробирающиеся под резинку его боксеров. – Завтрак, перенос вещей из старых комнат сюда, пробежка, а потом мне нужно будет приготовить тебе что-нибудь поесть перед отлётом, чтобы завтра ты не сидела голодная, пока меня не будет.

– Еду я могу и заказать, чтобы не тратить на это время, – фыркнула Кай, продолжая ластиться к нему. Отрываться от него, такого тёплого и крепкого, когда за окном сыпал снег, не было никакого желания. Да и тело, разморённое ночными безумствами, приятно ныло, буквально требуя продолжения. – А пробежка… Ричард что-то говорил вчера о запрете физических упражнений.

– Не путай их с кардионагрузкой. Она тебе необходима для постепенной разработки повреждённого лёгкого и адаптации новых тканей.

Кай недовольно закатила глаза и откинулась на спину. Ну да, новые искусственные ткани, которые Ричард использовал для восстановления нанесённого пулями ущерба. Ещё одна разработка их биохимической команды, помогающая агентам быстрее вставать на ноги. После подробного рассказа о ней Кай почувствовала себя практически киборгом. Спасибо, хоть не титановые пластины или какие-нибудь высокотехнологичные импланты.

– Не вредничай, – нависнув над ней, Макс оставил лёгкий поцелуй на её щеке, а выпутавшись из одеяла, оттолкнулся от постели и направился в сторону ванной. – К тому же ты сама просила меня помочь тебе побыстрее вернуться в строй. А пока нам доступны только пробежки. И я с удовольствием составлю тебе компанию.

* * *

Жизнь завертелась в почти привычном ритме, давая возможность Кай снова почувствовать себя живой. И если бы не наложенные на неё ограничения, она была бы абсолютно счастлива. Но то были мелочи, на которые она старалась не обращать внимания. Они совершенно не стоили того, что у неё уже было. Макс, с которым они впервые жили вдвоём, как самая настоящая семья, Ник и Анна, встречи с которыми стали регулярными, позволяя отвлечься от рутины, курсы пилотирования, на которые Кай записалась в тот же день, когда её выписали из больницы. Это было ей не только до жути интересно и практично для дальнейшей работы, но и помогало заполнить время, пока Макс был занят работой, а она сама не могла вернуться даже к привычному графику тренировок. На ближайший месяц ей оставили только бег и стрельбу. И не было ничего удивительного в том, что Кай освоила программу Джетикса в два раза быстрее, чем предполагалось по регламенту. Слишком много свободного времени у неё было. А становиться наставником для младших агентов она не собиралась. Преподавание было не для неё. Хотя порой она с удовольствием приходила на некоторые занятия Макса, вставляя какие-нибудь комментарии или помогая ему, если тот об этом просил.

В феврале они на неделю летали во Францию, где провели не только День влюблённых, смеясь над приторностью этого праздника, но и день рождения Кай, спрятавшись ото всех, кто хотел её поздравить. Это не изменилось – ей по-прежнему не нравилось чрезмерное внимание. И просто вдвоём гулять по заснеженному Парижу, а вечером устроиться в небольшом уютном ресторанчике было самым лучшим, о чём Кай могла мечтать. Вернувшись же в Америку, она первым делом направилась на обследование к Ричарду, правда, слабо надеясь хоть на какие-то послабления в режиме.

* * *

– Как насчёт того, чтобы подраться, детка? – войдя в их спальню после утренних лекций, Макс кинул на покрывало рулоны боксёрских бинтов, и Кай, валяющаяся на кровати с планшетом, с удивлением обернулась к нему. Она настолько погрузилась в изучение текущих дел Агентства, что даже не сразу поняла, что он только что сказал.

– Ты в кои-то веки решил нарушить правила? – вздёрнула она бровь, скептически рассматривая его довольное лицо. Сколько бы она ни пыталась уговорить его пустить её в тренажёрный зал или хотя бы немного увеличить ей нагрузку, Макс был непреклонен.

– Я только что от Ричарда. Он изучил твои последние анализы и разрешил приступать к более активным тренировкам. Так что, если вдруг ты готова вспомнить, как быть полноценным агентом, а не фитнес леди, я полностью в твоём распоряжении.

Несколько секунд Кай переводила недоверчивый взгляд с него на лежащие рядом бинты, а потом вскочила с кровати и, смеясь, влетела в его раскрытые объятия. Только он знал, насколько её изводило это бездействие. Всем остальным она не показала ни капли своего недовольства, смиренно принимая своё состояние.

– Ну наконец-то. Я уже миллион лет жду момента, когда смогу надрать тебе задницу, красавчик.

Макс гортанно расхохотался, а выпустив её из рук, покачал головой:

– Мне прям интересно на это посмотреть. Но на твоём месте я бы на многое не рассчитывал. Переодевайся, я жду тебя внизу.

Через несколько минут Кай уже стояла в спортивном зале их дома в тренировочных леггинсах и коротком топике, её волосы были заплетены в две толстые косы, а Макс помогал ей зафиксировать на руках боксёрские бинты.

– Порядок. Давай, небольшая растяжка, и погнали, – подхватив её ногу под коленкой, он приподнял её, прижимая Кай к себе за талию, и, медленно пройдясь ладонью по всей длине от бедра до щиколотки, выпрямил её вверх практически в вертикальном шпагате. – Всё такая же гибкая, – довольно хмыкнул Макс, опуская её обратно, и то же самое проделал со второй ногой, а Кай, держась за его плечи, искривила губы в ехидной улыбке.

– Сразу говорю, если ты пытаешься меня отвлечь, у тебя ничего не выйдет.

Да, она всё так же остро реагировала на его близость и прикосновения, даже такие, казалось бы, ничего не значащие, но это была явная провокация с его стороны, поддаваться которой она не собиралась.

– Даже не пытался, – Макс состроил невинное выражение лица, делая шаг назад, и, уперев её стопу в своё бедро, потянул Кай за руки, заставляя согнуться пополам. – Уверен, сейчас ты готова отдать всё за хорошую драку.

– Именно, – растянув мышцы, Кай размяла щиколотки и запястья и подняла руки, прикрывая лицо. – Я готова.

Отойдя на пару шагов назад, Макс хрустнул плечами, а слегка присев, поманил её пальцем:

– Тогда нападай, детка.

* * *

– Твою. Мать, – громко выругалась Кай, в очередной раз рухнув на маты. Макс уже четвёртый раз играючи уложил её на лопатки, казалось, даже не напрягаясь, и она всё больше начинала злиться.

– Такое ощущение, что ты забыла всё, чему училась всю жизнь, – протянув ей руку, Макс рывком поднял её на ноги, и, согнувшись пополам, Кай упёрлась ладонями в колени, пытаясь справиться с лёгким головокружением. В груди всё горело, а рот казался выжженной пустыней.

– Я не забыла. Просто…

– Стала медленнее, и тебе не хватает воздуха, – жёстко закончил за неё Макс. – Я вижу. Беговые тренировки не отменяются. Тебе нужно восстановить дыхание. И мне придётся сказать Виктору, что пока никаких боевых заданий. В ближайшие недели так точно.

Подняв голову, Кай смерила его раздражённым взглядом, а выпрямившись, стянула бинты, скомкав, пихнула их ему в руки и направилась к выходу из зала:

– Мне надо проветриться.

– Кай, стой. Это…

Но та уже выскользнула за дверь, громко хлопнув ею напоследок, и Макс удручённо сжал пальцами переносицу. Нужно было ей поддаться. Знал же, что она ещё не готова. Кай и так двигалась лучше, чем он мог от неё ожидать, выкладывалась по максимуму и заслужила небольшую поблажку. А он слишком увлёкся, требуя от неё невозможного. И теперь в её голове наверняка кружил рой неправильных мыслей.

Макс знал, что сейчас она точно не станет его слушать, поэтому решил дать ей немного времени, чтобы остыть. Но когда Кай не вернулась даже к ночи, заволновался. Она уехала на своём мотоцикле, а на улице уже несколько часов лил дождь. Телефон Кай обнаружился в их спальне на кровати, а ни в штаб-квартире, ни у Виктора, ни у Ника с Анной она не появлялась. И, спустившись в гараж, Макс уже собирался ехать её искать, когда роллеты скользнули вверх, и Кай заехала внутрь.

– Где тебя носило? Я места себе не находил, – начал выговаривать Макс, включая свет, но увидев, в каком она состоянии, тут же подскочил к ней, снимая с мотоцикла. Кай всю трясло от холода, с растрёпанных кос ручьями стекала вода, а гоночный костюм промок до нитки.

– Прости, – пискнула она, выглядя совершенно несчастно, и Макс покачал головой, быстро расстёгивая её куртку.

– Потом поговорим об этом. Сейчас нужно тебя согреть, – стащив с неё мокрые вещи, он подхватил её на руки и понёс в дом, а зайдя в их спальню, вошёл в душ и включил горячую воду. Пока Кай мелко сотрясалась и жмурилась, прижимаясь к нему, он растирал её плечи и спину, а когда она затихла и наконец расслабилась, положил подбородок на её мокрую макушку и обречённо вздохнул: – Вот и что мне с тобой делать? Может, выпороть? Только воспаления лёгких нам сейчас не хватало. А в твоём положении его заработать проще простого. Ричард же предупреждал.

– Я не думала, что пойдёт дождь… – виновато пробормотала Кай куда-то ему в шею, и Макс снисходительно погладил её по голове, путаясь пальцами в мокрых волосах.

– Ладно, воды на сегодня достаточно. Пора выбираться.

– Дай мне ещё пару минут.

– Я буду на кухне, – выйдя из душа, Макс скинул мокрую одежду, завернулся в полотенце, принёс Кай тёплую пижаму и, одевшись сам, спустился на первый этаж. Заваривая горячий кофе с двойной порцией лимона, он прокручивал в голове сегодняшнюю ситуацию, хотя, казалось, успел сделать это уже сотню раз, и не заметил, как Кай тихо подошла к нему сзади и прижалась к его спине, обхватив за пояс.

– Злишься на меня?..

– Злюсь. Но больше на себя.

– Прости… Я просто распсиховалась. Не привыкла чувствовать себя такой беспомощной. Да, мне много раз приходилось восстанавливаться после тяжёлых травм, но это было так давно, что я просто забыла, как это. Да и с твоим появлением я как будто стала слабее. Ты защищаешь меня, и мне это нравится. Правда нравится. Но моё внутреннее я бунтует, разрываясь между тем, что я должна быть самой сильной, что должна всегда со всем справляться, и тем, что с тобой я могу позволить себе быть чуть слабее и рассчитывать на помощь.

– Раньше ты этого не говорила, – Макс задумчиво прикрыл глаза. Ему казалось, что она давно уже приняла эту сторону их отношений и совместной работы, но либо он ошибался, и это всегда сидело где-то на подкорке, либо вернулось после этих нескольких лет её одиночества. Но, по крайней мере, она признавала это. И разговаривала с ним, а не закрывалась.

– Раньше я и не копалась в причинах своих эмоций.

Развернувшись, Макс усадил её на кухонный островок и передал в руки огромную кружку:

– Пей, – практически приказал он, а дождавшись, когда Кай сделает несколько глотков, встал между её ног и положил ладони на её бёдра. Когда он снова заговорил, его голос был уже абсолютно спокоен и даже мягок: – Это я должен извиниться. Ты самая сильная женщина, которую я когда-либо встречал, и…

– Ты любишь меня и поэтому не можешь быть объективен, – робко вставила Кай, и Макс укоризненно хмыкнул.

– Это, конечно, так. Но нет. Я понял это ещё до того, как полюбил тебя. И с каждым годом убеждаюсь в этом всё больше и больше. Я понимаю, как тебе тяжело. Понимаю, что ты сходишь с ума, не имея возможности вести привычную жизнь. И я виноват, что немного увлёкся сегодня. Я действительно привык, что мы с тобой в бою на равных, и слегка перегнул палку. Просто когда ты дерёшься, это… завораживает меня. Каждый раз. Особенно когда ты распаляешься. И мы так давно не делали этого вместе, что я просто не смог остановиться.

– Я не хочу, чтобы ты специально поддавался мне, – Кай удручённо опустила взгляд в кружку, которую сжимала двумя ладонями. – Это будет ещё хуже.

– Посмотри на меня, – Макс провёл пальцами по её щеке и подбородку, приподнимая её голову. – У тебя было серьёзное ранение, долгая операция с осложнениями, разрыв лёгкого. Детка, даже с нашими технологиями ты не машина, где можно заменить одну деталь другой, и она тут же заработает. Дай себе время, и всё вернётся. Ты и так восстанавливаешься быстрее, чем предполагалось. Но это не значит, что сейчас ты можешь работать в том же режиме, что и раньше. Мы будем продолжать тренировки, постепенно увеличивая нагрузку, и скоро ты сможешь присоединиться ко мне в работе. А до тех пор я просто буду драться не в полную силу, пока не увижу, что ты действительно готова к большему.

– Мне это не нравится, но ты прав. Я понимаю это, – отставив полупустую кружку, Кай положила руки на его плечи, перебирая пальцами ещё влажные волосы на его затылке, и Макс склонил голову набок, прищуриваясь на неё.

– Если с этим мы разобрались, тогда ответь мне, какого хрена ты заставила меня так волноваться?

– Прости… – Кай виновато закусила губу, пытаясь сдержать улыбку из-за его наигранной строгости. – Я так разозлилась на саму себя. Что слабая, что не могу двигаться, как раньше. И ты сказал, что никаких заданий. Это просто застало меня врасплох. И я не хотела сорваться на тебя. Думала, покатаюсь недолго и вернусь, а в итоге пришла в себя километрах в трёхстах отсюда, когда пошёл дождь. А телефон остался дома, ну и… вот… – сконфуженно закончила она, и Макс притянул её ближе к себе, прикусывая мочку её уха.

– Никогда больше так не делай. Это невыносимо – не знать, где ты.

Глава 4

– Может, ты найдёшь мне хоть какую-то работу? – без стука войдя в кабинет шефа, Кай плюхнулась на один из стульев перед его столом. – Я готова выть от скуки.

– А я бы отдал всё, чтобы хотя бы на несколько недель оказаться на твоём месте. Года три уже не был в отпуске, – со смешком заявил Виктор, отвлекаясь от рассматривания документов. – Но раз уж ты сама зашла… Как насчёт небольшой группы студентов?

– Очень смешно, – скривилась Кай. – Во-первых, быть наставником не для меня. А во-вторых, любой из них сейчас сделает меня на раз.

– Не преувеличивай. Я видел твою последнюю тренировку.

– Ладно, на два. Но у меня всё равно не хватит терпения объяснять одно и то же по несколько раз. Мне захочется застрелить их через пару минут после начала занятия.

– Ты недооцениваешь и их, и себя, – Виктор одарил её тёплой покровительственной улыбкой, и Кай закатила глаза.

Но, наверное, так и было. Кай всегда казалось, что он верил в своих подчинённых и подопечных больше, чем они сами. И зачастую оказывался прав.

– Но если тебе совсем уж нечем заняться, я могу тебе предложить роль консультанта. Уже давно подумываю ввести такую должность.

Кай в недоумении свела брови, постукивая кончиками пальцев по столу. Это было что-то новенькое.

– У нас много хороших оперативников, но некоторые из них гораздо эффективнее в выполнении приказов, чем в самостоятельной разработке плана операции. А аналитическому отделу, никогда не бывавшему в поле, сложновато соотнести теорию с практикой. Вот я и предлагаю тебе стать связующим звеном. Ты-то умеешь и то, и то, – разъяснил Виктор свою мысль, и Кай нахмурилась ещё сильнее.

С одной стороны, это была возможность не сидеть без дела, а с другой, наверняка вгонит еë в ещё большую депрессию – планировать операции, в которых она сама не сможет принять участие. Но… так она хоть как-то будет полезна. Небольшое утешение, но всё же лучше, чем ничего.

– Я согласна, – уверенно кивнула она, выпрямляясь на стуле, и Виктор удовлетворённо откинулся на спинку своего.

– Может, тогда ты и таксистом не прочь поработать? Уверен, практика на Джетиксе тебе не помешает.

А вот это Кай понравилось уже гораздо больше. Максимально приблизиться к эпицентру событий без варианта стать для кого-то обузой. Это ей определённо было по душе.

– Когда я могу приступать? – она в нетерпении поднялась на ноги, а Виктор снисходительно цокнул языком. Но не успел он ей ничего ответить, как в дверь постучали, и в кабинет вошёл Макс. Чёрный защитный костюм, в котором тот обычно работал, был порван в нескольких местах, а на жёстком лице виднелись следы вытертой крови. Кай проводила его озадаченным взглядом, но вопрос застрял где-то глубоко в горле, а Макс остановился перед столом шефа и заговорил сам.

– Мы всё сделали, груз переправлен в другое хранилище, но на нас напали в первой точке. Трое наших с многочисленными переломами уже в больничном крыле. Ходжа и Трюдо я не смог вытащить.

– Понял, – сдержанно произнёс Виктор, вмиг растеряв своё хорошее настроение. – Ты сам-то был у Ричарда?

– Нет, я в порядке. Пострадало разве что моё эго, – хмыкнул Макс и тут же поморщился от боли. На его лице было несколько глубоких ссадин и будущих гематом. – Если ты не занята, подкинешь меня домой? – он приобнял Кай за плечи одной рукой, стараясь выглядеть непринуждённо, но она ощутила, как он слегка опёрся на неё, и это не понравилось ей ещё больше, чем его потрёпанный вид. Слишком давно она не видела его таким. Словно он побывал на настоящей бойне.

– Может, всё-таки заглянем к доку? – неуверенно протянула Кай, придерживая его за пояс, но Макс мотнул головой.

– Домой. В душ, поесть, и я буду в норме.

Всю дорогу Кай хоть и беззаботно болтала, давая Максу возможность просто немного отдохнуть, но нетерпеливо ёрзала по сиденью в желании узнать, что же всё-таки произошло, а потом наматывала круги по кухне в ожидании. Когда же Макс появился в одних спортивных штанах, взъерошивая влажные волосы, она закусила губу, с сожалением рассматривая его крупный торс, сплошь покрытый ушибами.

– Всё не так страшно, как тебе кажется, – Макс расслабленно уселся на высокий стул и подтянул к себе тарелку с энчиладой, за которой они заехали в мексиканский ресторанчик по пути домой. – Но если тебе так будет спокойнее, я, так уж и быть, разрешу тебе вымазать на меня половину тюбика, – смешливо кивнул он на мазь от ушибов в руке Кай, и та обеспокоенно села напротив.

– Что произошло?

– Ты же помнишь, да, что я не имею права обсуждать с тобой это?

Кай недовольно сморщила нос. Это правило ей не нравилось. Сейчас они официально не были напарниками, и Макс не мог рассказать ей подробности ни об одном своём задании. Она знала всё только в общих чертах: что он за кем-то следил, кого-то защищал, должен был куда-то проникнуть или, как сегодня, что-то куда-то перевозил. Иногда он сообщал ей, если выезжал за пределы штата. Ещё и поэтому она с такой лёгкостью согласилась на предложение Виктора, надеясь, что сможет знать больше. И пусть консультант Максу был не нужен, но вот пилот… За штурвал Джетикса тот садиться не собирался, предпочитая управление исключительно наземным транспортом.

– Мы знали, что нападение на конвой возможно, вернее, что оно точно будет. Просто не предполагали, что даже усиленной команды не хватит, – бодро орудуя вилкой в тарелке, Макс произнёс это совершенно равнодушно, как будто говорил о погоде за окном или как если бы хотел что-то скрыть, и Кай подпёрла щёку кулаком, сверля его лоб взглядом, словно пытаясь прочитать мысли. Но потом постаралась выкинуть всё это из головы. Он не мог сказать больше, и обычно она не задавала ему неудобные вопросы, чтобы не заставлять его врать ей или изворачиваться.

А сегодня тем более не должна была этого делать, зная, что Макс ко всему прочему ещё и переживает из-за потери двоих парней из своей команды. Конечно, все они давно уже смирились с этой неизбежностью, пусть такое случалось не так уж и часто, и принимали это как должное. Но кого-кого, а Макса чёрствым назвать она точно не могла, несмотря на всю его внешнюю отстранённость. Но Кай также знала, что слов сочувствия он точно не потерпит, поэтому просто поднялась и, встав позади него, начала аккуратно втирать мазь в его спину, пока Макс доедал свой ужин.

* * *

– Спасибо, что пришли, – Кай обвела благодарным взглядом трёх разномастных мужчин, материализовавшихся за её столиком в шумном баре в центре Портленда. С одним из них она несколько раз работала, двух других только видела в штабе.

– Ну, ты редко приглашаешь кого-то выпить, – усмехнулся в бороду самый крупный, внешне похожий на лесоруба или китобойщика мужчина лет тридцати пяти и покрутил в мозолистых пальцах широкий бокал, стоящий на столе ещё до того, как он занял своё место. – Ещё и откуда-то знаешь, как я предпочитаю пить скотч. В личном деле указывается и это?

– Это и многое другое, Кас, – ехидно улыбнулась ему Кай, но тут же стала серьёзной: – Есть одно дельце, но провернуть его нужно максимально тихо. Поэтому я попросила тебя найти парней, которым ты доверяешь, – она многозначительно склонила голову в сторону двух других мужчин. – И которые не будут болтать.

– За Бакса и Трипа я ручаюсь, – кивнул ей Каспер. – Мы работаем вместе уже несколько лет. Проверили друг друга вдоль и поперёк.

– Хорошо, – Кай протянула руку сначала скучающего вида парню с буйной шевелюрой соломенного цвета, представившемуся Бакстером, а потом и смуглому мужчине с выбритыми практически под ноль чёрными волосами и аккуратной испанской бородкой, который не сводил с неё заинтересованного взгляда с самого своего появления.

– Вопрос в том, зачем мы понадобились именно тебе – легенде нашего отдела, – нахально произнёс Трип, не спеша выпускать её пальцы. – Твой напарник уже не справляется со своими задачами?

– Тебе напомнить, кто мой напарник, чтобы ты не задавал идиотских вопросов, не относящихся к делу? – елейно улыбнулась ему Кай. – И понадобились вы не мне, а Виктору. Я лишь выполняю роль связного, – стряхнув его руку, она села ровнее и перевела фокус внимания на двух других своих собеседников: – Я не могу раскрыть вам всей информации, потому что и сама знаю только то, что необходимо знать. Но этого хватит для составления плана. Вашей задачей будет освободить Канзас.

– Весь штат что ли? – громоподобно хохотнул Каспер, но не успела Кай ответить, как заговорил Бакстер, лениво помешивая трубочкой кусочки льда в своём бокале с «Лонг Айлендом».

– Куда эта заноза в заднице умудрилась опять вляпаться? Я давно её не видел. Думал, она уволилась.

– Последний год Канзас работала под прикрытием. Поэтому о ней никто ничего не знал, – деловито объяснила Кай, сцепив пальцы замком на столе. – Сегодня утром она активировала свой маячок, а это значит…

– Что её раскрыли, – помрачнев, констатировал Каспер, и Кай кивнула.

Два года назад Виктор вживил всем согласным на это агентам крохотные устройства слежения, которые оставались в нерабочем состоянии, чтобы их невозможно было обнаружить никакими средствами сканирования, но при необходимости их легко можно было включить самостоятельно, несколько раз нажав в определённой последовательности на прикрывающий их участок кожи.

– Мы не знаем, сколько у Канзас времени, но пока маячок активен, должны попытаться что-то сделать. Так что, если вы согласны, у вас на сборы максимум час.

– Согласны? – надменно изогнул брови Трип. – А у нас что, есть выбор?

– В данном случае есть. Это не приказ, а просьба лично от Виктора. Потому что, насколько мне известно, то, чем занималась Канзас, не касалось дел, санкционированных Нью-Йорком. Соответственно…

– Соответственно, её не только не должно там быть, – понимающе фыркнул Каспер в густые, чуть рыжеватые усы, – но и у нас плана эвакуации в случае чего не будет. И поэтому же мы встречаемся не в штабе, а здесь.

– Вы и есть план эвакуации. Я доставлю вас до границы с Канадой, но их воздушное пространство мне пересекать нельзя – это вызовет слишком много вопросов наверху, а скрыть никак не получится. По данным спутника, – Кай выложила перед ними планшет и увеличила на нём снимок местности, – вашей целью будет заброшенная фабрика по очистке золота у подножия Скалистых гор. Что сейчас там на самом деле мы узнать не можем, так как это уже пару лет как частная территория. На месте вы действуете по ситуации. Не мне вас учить. Заберёте Канзас и свалите, не отвлекаясь больше ни на что. Обратно пойдёте другим – более коротким путём. Пересечёте вот это плато, – она перелистала фотографию немного левее, указывая на большое пустое пространство. – Там к вам присоединится Макс и проведёт через границу. А потом уже я подхвачу вас.

– Почему Макс сразу не с нами? – поднял на неё подозрительный взгляд Каспер. – И что значит «проведёт через границу»? Какие с этим могут возникнуть сложности?

– Макс сейчас на другом задании. И нам повезло, что на территории Канады. Но он успеет только под занавес. А насчёт перехода границы…

– Погоди-погоди, – перебил её Бакстер, всё это время то приближающий, то отдаляющий спутниковый снимок. – О каких вообще границах ты говоришь? Там же одни горы и ни одной дороги через них на сотни километров.

– Для этого вам и нужен Макс, – ухмыльнулась Кай, забирая у него планшет. – Надеюсь, никто из вас не страдает клаустрофобией.

Глава 5

Это было первое задание за несколько лет, первое в новой роли, не говоря уже о том, как спешно пришлось всё собирать и продумывать. И сидя за штурвалом большого грузового самолёта, Кай ощущала лёгкий мандраж. Забытое ещё в юности ощущение подпитывалось тем, что было слишком много неопределённых факторов: как сработают парни, сколько времени им понадобится на то, чтобы найти и вытащить Канзас, сколько охраны будет на объекте, о котором они ничего не знали, успеет ли Макс добраться до них к нужному моменту. Да и просто ждать, сохраняя на лице маску невозмутимости, без возможности хотя бы наблюдать со стороны – не приносило успокоения. Особенно после того как, преодолев несколько штатов, она сгрузила с борта два Форда Эксплорер прямо на трассу, и те устремились вперёд к границе с Канадой. До нужной точки они должны были добраться часа через два, в которые Кай только и оставалось что кружить в воздухе, поставив управление на автопилот.

Когда же Каспер сообщил об их прибытии на объект, а через несколько минут на её планшете засветился подробный план территории, стоило парням попасть внутрь, Кай воспряла духом, ощущая, как под кожей расползаются приятные колючки.

– Решил, что ты захочешь это увидеть, – раздался в наушнике приглушённый голос Каспера, а на экране перед ней появилось изображение с его электронных очков. – И кстати, на заброшенную фабрику это похоже только снаружи. Внутри всё очень современно и, как я понимаю, работает круглые сутки. Мы уже утихомирили человек пять, хотя только вошли. Осмотреться бы тут было интересно.

Кай и самой хотелось бы знать, что происходит на этом объекте, но Виктор чётко дал понять, что их это не касается. Единственной их задачей была Канзас, а отвлекаться на разведку шеф категорически запретил. Поэтому она быстро пробежалась глазами по схеме здания, пытаясь определить, где бы могли держать пленницу, и сопоставить их местоположение с планом.

– Кас, дверь справа от вас ведёт на подземные этажи, – задумчиво произнесла Кай, прокладывая маршрут в обход основных помещений. – Там несколько крохотных комнат. Скорее всего вам туда.

– Наверняка, – прошептал Трип, крадучись направившись к указанной двери. – Вот только тут электронный замок. Дайте мне пару минут, – он полез в один из карманов за набором своих отмычек, но закатив глаза, Бакстер отодвинул его в сторону и приложил к небольшому, светящемуся в темноте экранчику на стене пластиковую карту на прищепке. Замок едва слышно щёлкнул, а тяжёлая дверь сама поползла в сторону.

– Что? – равнодушно пожал плечами Бакс, пропуская двух других мужчин в следующий коридор. – Стянул у одного из охранников. Решил, что может пригодиться.

Его отрешённый, а где-то даже апатичный вид повеселил Кай, и она еле сдержала смешок, пытаясь настроиться на серьёзность ситуации:

– Сейчас направо, там должна быть лестница вниз. И поднажмите немного.

– Легко сказать «поднажмите», – пробурчал Трип, бесшумно напав со спины на очередного сотрудника, встретившегося на их пути. – Ты же просила незаметно. А плащей-невидимок не выдала. Вот чёрт.

Все трое мгновенно ринулись вперёд, завидев группу охранников, но в то же мгновение в ухе Кай зазвенела пронзительная сигнализация, заставляя её поморщиться.

– Вот тебе и «незаметно», – недовольно рыкнул Каспер, сцепившись сразу с двумя мужчинами. – Кай, найди нам самый короткий путь.

Но он мог и не просить об этом. Тонкие пальцы и так с неимоверной скоростью запорхали по экрану, вторя её участившемуся сердцебиению, и Кай гораздо быстрее начала раздавать указания, наблюдая за боевыми стычками, надеясь, что за каждым новым поворотом или дверью не окажется ещё больше охраны, а у парней хватит патронов, которыми она их нагрузила под завязку. Но пока её команда справлялась достаточно легко.

– Здесь миллион закрытых дверей, – недовольно буркнул Трип, когда они влетели в тупиковый коридор на самом нижнем уровне, и в голос Кай просочились покровительственные нотки. Что-то в Трипе начинало её раздражать.

– Не миллион, а всего лишь восемь. И насколько я помню, в твоих очках есть тепловизор. Возможно, он сможет пробить стены.

Оставив Бакстера у выхода из коридора, Каспер и Трип побежали вперёд, но стоило Трипу потянуться ключ-картой к замку одной из комнат, за дверью которой метался светящийся красный силуэт, Кай резко выдохнула «Стой», и тот отдёрнул руку.

– Это не она. Слишком большой, да ещё и мужчина. Идите дальше.

– Предлагаешь оставить его здесь? – хмуро пробасил Каспер. – Он ведь тоже пленник.

– Мы не знаем, кто он и почему заперт. И это не наше дело.

– Тебе не кажется, что это неправильно?

– Кажется. Но у нас есть чёткий приказ. Идите дальше, – жёстко скомандовала Кай. Ей и самой не нравилась эта ситуация, но Виктор был слишком настойчив, несколько раз повторив, что они не имеют права отвлекаться. И было в нём что-то такое, что в этот раз не давало Кай ослушаться. Словно и её собственное внутреннее чутьё вторило распоряжению шефа.

Недовольно сжав зубы, Каспер подтолкнул Трипа вперёд, бегло осматривая одну комнату за другой, в которых им попалось ещё несколько человек. Кто-то, так же как и в первой, метался из угла в угол, кто-то сидел на полу, привалившись спиной к стене, а один и вовсе неподвижно лежал бесформенной кучей.

– Вот она. По параметрам подходит, – остановила их Кай, увидев более тонкий силуэт, вытянутый словно по струнке, а через несколько секунд болезненно закусила губу, увидев подвешенную за руки девушку. Та была без сознания, а в голове Кай почему-то возникла мысль, что, должно быть, и она сама выглядела точно так же, когда только попала к Итану.

– Охренеть они её отделали, – подхватив Канзас, Каспер полоснул ножом по удерживающей её верёвке и направился к выходу, по дороге поглядывая на другие комнаты. – Теперь бы выбраться из этого подземелья.

– Тем же путём обратно нельзя. На этаж выше есть доступ в вентиляционную шахту, – отчеканила Кай, пытаясь отгородиться от собственных тяжёлых воспоминаний. – Она выведет вас прямо на улицу. И я очень надеюсь, что ты в неё поместишься, Кас.

– Если что, втяну живот, – хохотнул в ответ Каспер, уклонившись от оглушённого охранника, которого скинул с лестницы Бакстер, вместе с Трипом прокладывая им путь. Радовало то, что в этой части фабрики не было камер, и их точное местоположение ещё никто не обнаружил, чтобы стянуть сюда всех имеющихся людей.

– Давайте, комната в торце коридора, – проинструктировала Кай, пытаясь представить, как Каспер поползёт внутри вертикальной шахты с бесчувственной Канзас на руках, но тот её удивил, ловко пристегнув к себе спереди свою ношу несколькими ремнями, в то время как Трип и Бакстер вырывали металлическую решётку из потолка.

Несколько минут Кай слышала только напряжённое дыхание и тихий шорох перчаток и ботинок по бетону, пока все трое в полной темноте поднимались вверх, упершись спинами в одну стену шахты, а руками и ногами в противоположную, замирая при каждом подозрительном звуке снаружи, а потом через очки Каспера увидела промелькнувшие огни уличных фонарей, когда шедший впереди Бакстер, стараясь не создавать лишнего шума, скрутил болты с решётки и аккуратно спустил её на землю с внешней стороны.

– Я понятия не имею, где вы должны выбраться, – прошептала Кай, словно её мог услышать кто-то, кроме них троих. – Этого уже нет на скане здания, что вы мне дали. Но судя по спутнику – где-то за территорией.

– Ты права, – подтвердил Бакстер. – Всё чисто. Но мы оставили машины с другой стороны. Поэтому перебежками до леса, а там в темноте нас не должны засечь. Они наверняка уже обнаружили пропажу и скоро начнут искать нас снаружи. Если уже не начали.

– Тогда хватит трепаться, – прохрипел Каспер. – Мне уже хочется на воздух. Подальше от этой пыли.

Выкарабкавшись из шахты, Бакстер забрал у Каспера что-то тихо простонавшую Канзас, и совсем скоро они все вместе тенью замелькали среди деревьев, пробираясь к машинам.

– Направляйтесь на северо-запад, – скомандовала Кай. – Пятнадцать километров.

– А дальше что? – немного нервно поинтересовался Трип, плюхнувшись за руль своего Форда, пока Каспер укладывал Канзас на заднее сиденье своего.

– Как и договаривались: Макс перехватит вас на полпути до гор, – уверенно ответила Кай, бесшумно постукивая пальцами по планшету. Но она переживала, не имея возможности видеть передвижения Макса, ведь тот не мог даже дать ей доступ к своему местоположению, потому что по официальному протоколу должен был быть на задании в другом месте. Вся эта секретность подбешивала Кай, вынужденную работать почти вслепую. Но с другой стороны, так было безопаснее для них всех.

Хлопнули дверцы, два двигателя издали ровное урчание, и Кай постаралась избавиться и от этих мыслей. Минут через сорок всё закончится, и они спокойно отправятся домой.

Внезапно в её наушнике послышался хрип, а спустя пару мгновений задушенный голос Каспера:

– Успо-койся… Мы из… Агентства…

– Ну да, конечно, – ответило ему глухое женское шипение, и Кай услышала, как Каспер задыхается. Как если бы, очнувшись, Канзас обхватила его сзади за шею, сдавливая горло в изгибе локтя.

– Кас, скажи ей «958-23».

Едва дыша, Каспер повторил набор цифр, совершенно вылетевший из его головы, хотя Кай говорила об этом несколько раз, и, сделав жадный вдох, закашлялся, когда душившая его рука исчезла, а на пассажирское сиденье рядом с ним неуклюже перебралась спасённая ими девушка.

– Извини, верзила, – Канзас растянула губы в улыбке, похожей на гримасу из-за многочисленных ран на лице. – Я думала, меня куда-то перевозят, и должна была воспользоваться шансом сбежать.

Каспер потёр горло ладонью и хмыкнул:

– Ну и захват у тебя. А с виду совсем слабенькая. Если что, в бардачке бутылка воды, пачка обезболивающих и ещё один наушник.

– Спасибо. Умираю от жажды.

– Что, Кас, девчонка чуть не отправила тебя на тот свет? – насмешливо протянул Трип, но прежде чем Каспер успел отреагировать на эту колкость, их прервал молчавший до этого Бакстер.

– Кажется, они нас засекли, – непринуждённо выдал он, вглядываясь в зеркало заднего вида сквозь облако пыли, поднятое их колёсами, шуршащими по сухой потрескавшейся земле. В полной темноте безлунной ночи фары сзади казались особенно яркими.

– Тогда поднажмите, – раздался в наушниках безэмоциональный голос Макса, а пару секунд спустя его БМВ чёрной тенью вынырнула сбоку в резком заносе, выравниваясь прямо перед машиной Каспера. – Пристраивайтесь бампер в бампер и найдите педаль газа, а то плетётесь как черепахи. Надо оторваться. Будет лучше, если они не увидят, куда мы исчезнем.

– Исчезнем? У вас с Кай там какой-то портал что ли? – хохотнул Каспер, то и дело краем глаза поглядывая на жадно пьющую воду Канзас, успевшую закинуть в себя горсть таблеток, и Макс издал саркастичный смешок.

– Ещё один любитель комиксов?

– Нет, серьёзно, – было слышно, что Трип растерял всю свою самоуверенность, – куда мы мчим? Мне совсем не улыбается впечататься в стену на полном ходу.

– Раньше здесь добывали золото. Шахты идут через всю гору. Так что, если будешь держаться чётко за мной и не пропустишь ни один поворот, у нас получится увлекательная поездка по историческим местам. Если нет… Кажется, это называется «сопутствующие потери», – голос Макса, как и всегда на заданиях, звучал жёстко и бесчувственно, и Кай мысленно улыбнулась. Она уже и забыла об этих его роботоподобных замашках, которыми где-то глубоко внутри восхищалась. Ведь несмотря на весь свой профессионализм, ей казалось, что именно вот такой вот беспристрастности ей самой очень не хватает.

– Въедете в туннели, и связь полностью отрубится – скалы не пропускают сигнал, – прокомментировала она, снова взяв управление самолётом на себя. – Встретимся на другой стороне границы.

– Жду с нетерпением, – хмыкнул Трип, но тут же не сдержал набор крепких словечек, когда по его Форду, замыкающему их небольшую колонну, зазвенели пули. – А я смотрю девчонка им позарез нужна.

– Они хотели выяснить, как много я успела узнать, а потом избавились бы от меня, – весело проворчала Канзас, пытаясь собрать остатки сил, которых значительно поубавилось после её нападения на Каспера. – Но, думаю, сейчас их устроит и просто убийство.

– Звучит вполне себе оптимистично, – крепче сжав руль, Каспер придавил педаль газа, увеличивая скорость вслед за Максом. – Но гораздо маловероятнее, чем наличие каких-то старых туннелей в горах, которые могли давно обвалиться.

– Всё с ними нормально, – осадил его Макс, сверяясь с составленной им лично электронной картой, чтобы найти вход. – Мы запускали по ним дроны пару недель назад.

– Это успокаивает, – надменно скривился Трип, когда стрелка его спидометра перевалила за сто семьдесят километров в час. – Потому что моя машина скоро станет похожа на решето. Или не только моя, – добавил он, заметив, как их преследователи перестроились в шеренгу, а потом и приблизились на критическое расстояние, и вильнул в сторону, не позволяя обогнать себя.

– Встань в строй, – грубо скомандовал Макс. – Никто не вернётся сошкребать тебя с горы. А двадцать секунд мы как-нибудь продержимся.

– Точно, как-нибудь, – хохотнул Каспер, когда с громким лязгом железа об железо в бочину его Форда врезался огромный Шевроле, попытавшийся оттолкнуть его в сторону.

– Просто не отвлекайтесь, – бросил Макс, всматриваясь сквозь лобовое стекло с режимом ночного видения в стремительно приближающуюся громаду скал, скрытых от глаз густым туманом у подножия, и остальные четверо напряглись ещё сильнее. Это казалось самым настоящим самоубийством, ведь впереди они не видели ничего, кроме каменных стен, возвышающихся на сотни метров.

Канзас даже захотелось зажмуриться в ожидании сильнейшего в её жизни удара. Но в последнюю секунду Макс впереди резко вильнул рулём немного правее и, бампером разнеся в щепки что-то похожее на заколоченные деревянные роллеты, исчез в образовавшемся проёме, куда тут же нырнул сначала их Форд, а потом и Трип с Бакстером. Сзади послышался громкий взрыв, когда их преследователи, увидев гору в самый последний момент и не успев сманеврировать, столкнулись с ней, и Канзас судорожно выдохнула, неверяще всматриваясь вперёд, где Макс включил фары, освещая узкий туннель с многочисленными деревянными подпорками, поддерживающими каменные своды, и нырял то в одно, то в другое ответвление, безошибочно выбирая нужный путь, даже не сбавив скорость.

– Ну охренеть просто, – мотнул головой Каспер. – Никогда раньше не видел такого. Теперь понятно, почему Кай говорила про клаустрофобию.

– Надеюсь, мы выберемся раньше, чем у нас закончится воздух, – бодрясь, пробормотала Канзас. – Но мы хотя бы сбросили хвост, – она расслабленно растеклась по сиденью и позволила себе закрыть глаза, наконец получив возможность немного перевести дух. Ведь до последнего не верила, что за ней кто-нибудь придёт, и уже успела смириться с неизбежным.

– Эй, ты главное не отключайся, – Каспер обеспокоенно скосил на неё глаза. – Не хочу остаться здесь один. Давай, поговори со мной. Расскажи, чем ты занималась.

– Извини, верзила, но это секретная информация.

– Тогда просто о себе. Никогда тебя раньше не видел.

Глава 6

– Да ладно! Серьёзно, это ты? – удивлённо выдала Канзас, стоило Кай появиться в грузовом отделении самолёта. – Я думала, мне показалось. Что просто у кого-то похожий голос.

– Не показалось, – улыбнувшись ей, Кай опёрлась бёдрами на капот БМВ, в которой Макс, всё ещё сидя за рулём, что-то делал на своём планшете. Несколько минут назад Кай подобрала их на одном из шоссе, спустив из откидного грузового люка специальные полозья, чтобы три машины на ходу могли въехать на борт, а снова набрав высоту и выставив автопилот до штаб-квартиры, покинула кабину. – Я вернулась к работе несколько месяцев назад и рада, что мы смогли тебя вытащить.

– А уж как я рада, – с воодушевлением закивала Канзас, сидя на одном из ящиков с оборудованием и внимательно осматриваясь. Ей ещё ни разу не приходилось бывать на этом самолёте, в разработку которого Агентство вбухало не только невероятное количество денег, но и времени. – Остаться в живых классно. Жаль только, что всё это было зря. Вряд ли то, что я узнала, поможет нам…

– Канзас, – строго одёрнул её Макс, выбравшись из своей машины. – Разве Виктор отменил протокол секретности?

Та скорчила ему недовольно-смешливую гримасу, явно показывая, что и без его предупреждений не сказала бы больше, чем имела право, и поморщилась от боли, а Кай с подозрением закусила губу. Всё это было похоже на то, что Макс знал, чем занималась Канзас. Но она тут же забыла об этом, когда он подошёл к ней, а устало присев рядом, обхватил её за шею одной рукой и, притянув к себе, прикоснулся губами к её виску.

– Привет, детка. Я скучал, – задание было выполнено, и Макс мог позволить себе расслабиться. Они не виделись несколько дней, и ему было совершенно плевать, что никогда раньше, даже до её первого исчезновения, они не показывали так явно свои отношения на людях. А сейчас словно восполняли упущенное время, стараясь находиться как можно ближе друг к другу при любой возможности.

– Привет, красавчик. Хорошо, что ты наконец вернулся, – Кай кое-как скрыла довольную улыбку, сильнее прижавшись к его боку, а Канзас присвистнула.

– Как много я, оказывается, пропустила.

– Будешь знать, как шляться непонятно где, подставляя свою задницу неприятностям, – подразнил её Бакстер, устроившийся прямо на полу у стены, и Канзас рассмеялась, придерживая отбитые рёбра рукой.

– Как будто она нужна для чего-то ещё, кроме поиска неприятностей. Скучно жить не интересно.

– Тогда в следующий раз пусть кто-нибудь другой рискует, чтобы вытащить тебя, – перебинтовывая вспоротую ножом ногу, Трип окинул её надменным взглядом, и Канзас показала ему средний палец.

– И тебе спасибо, засранец.

– Не обращай внимания, – сидящий рядом с ней Каспер добродушно подтолкнул её плечом. – Просто, кажется, кто-то слегка перенервничал из-за несостоявшегося столкновения с горой. Или не из-за этого, – подумав, добавил он, проследив за Трипом, прищуренные глаза которого то и дело поднимались от его раны к Максу и Кай, что-то тихо обсуждавшим между собой.

– Мне, конечно, до чёртиков нравятся мои новые игрушки, но как думаешь, может, мне уже можно попробовать тренировки в виртуальной реальности? – неуверенно спросила Кай. – В качестве следующего шага.

Сегодняшнее задание, как и разработка планов для других, в очередной раз убедило её в том, что ничерта она не теоретик, а отсиживаться в стороне, переживая о тех, кому могла бы помочь «в поле», совершенно ей не нравилось. Кай любила действовать, а ждать – терпеть не могла. До скрежета зубов, до колик в печёнке. А значит, ей нужно было приложить ещё больше усилий, чтобы полноценно вернуться к работе.

Несколько секунд Макс задумчиво смотрел на неё сверху вниз, а потом уголки его губ дрогнули в едва заметной улыбке:

– Почему бы и нет. Разнообразие в тренировках не будет лишним. Начнём с самых простых, а там посмотрим по результатам.

Кай счастливо просияла в ответ и, на мгновение сжав Макса за пояс, выпуталась из его рук, чтобы вернуться за штурвал и посадить самолёт на базе.

* * *

Стоя в тренировочном зале «Виртуальной реальности», Кай чуть ли не подпрыгивала на месте в нетерпении, чувствуя себя ребёнком, которого родители в первый раз привели в парк аттракционов. И было не важно, какую программу Макс для неё загрузит. Лишь бы побыстрее начать и хоть немного почувствовать себя на задании. Хотя бы создать видимость того, что всё как раньше. Ещё на шаг приблизиться к привычной жизни, без которой она чувствовала себя никчёмной и ни на что не способной. А потом пустая комната вокруг неё начала преображаться, пока Кай не оказалась посреди людной улицы Сеула, окружённая галдящими туристами и местными жителями.

– У тебя в кармане ценные бумаги, которые ты выкрала, – раздался словно отовсюду голос Макса. – Так что беги. Тебя преследуют.

– И снова бежать, – хмыкнула Кай, мгновенно срываясь с места, и ринулась в толпу, заметив нескольких мужчин, спешащих в её сторону.

Привычный звук её ботинок по асфальту, теряющийся в уличном шуме, принёс успокоение и уверенность, а тело, затянутое в любимый защитный костюм, начало наливаться силой.

Без труда проложив себе дорогу среди снующих туда-сюда людей, уже через несколько минут Кай свернула с широкого проспекта на более узкие улочки жилого квартала, на ходу сверяясь с картой города в своих наручных часах, и с улыбкой вспомнила, как много лет назад училась пользоваться этой новой технологией – жестами управлять светящимися перед ней в воздухе картинками. Тогда это казалось чем-то за гранью фантастики, сейчас – обыденным, как кофемашина или робот-пылесос.

Но, кажется, её преследователи отлично знали город, внезапно оказавшись слишком близко и в итоге загнав её в тупик между старыми домами и строящимся новым. Остановившись, Кай резко развернулась, уклоняясь от атаки одного из мужчин, и тут же выкинула руку в ударе, целясь во второго, легко отшатнувшегося в сторону. Мгновением позже к ним присоединился и третий.

Они кидались на неё, не позволяя сбежать, и Кай приходилось крутиться на месте, то пригибаясь, вместе с тем пробивая кулаком одному в живот, то подпрыгивая, чтобы, оперевшись на второго, нанести удар третьему ногами. А на губах Кай всё сильнее расцветала азартная улыбка. Забыв, что всё это компьютерная симуляция, она чувствовала себя наконец-то живой, ощущала своё превосходство, видя, как её противники выдыхаются. Через время двое из них уже и вовсе лежали в отключке на асфальте.

Резко наклонившись вперёд, уходя от очередного удара, Кай закинула ногу через спину так, что каблук её ботинка сломал нос нападавшему, а выпрямившись, сначала хлопнула его ладонями по ушам, оглушая, а потом впечатала кулак дезориентированному мужчине в кадык, ломая его. Тот осел на землю и больше не пошевелился. А на другой стороне улицы показалось ещё пятеро, спешно направлявшихся в её сторону.

– Начнём с задания полегче, говоришь, – фыркнула Кай, зная, что Макс, сидящий за пультом управления, не только прекрасно её слышит и видит, но и может корректировать всё происходящее в реальном времени, подсовывая ей различные препятствия.

– Ты отлично справляешься. Почему бы не усложнить. Сама же хотела, – в раздавшемся в ответ голосе Макса звучали весёлые нотки. Ему и самому нравилось то, что происходило. – Так что выкручивайся.

Осмотревшись, Кай ринулась к строительным лесам, по которым можно было уйти на соседние здания, а оттуда и дальше, используя пожарные лестницы или другие имеющиеся опоры. Ей не нравилось убегать от драки, но она понимала, что на ещё одну схватку, тем более с таким количеством человек, сейчас сил у неё могло и не хватить. В лёгких уже разгорался ненавистный огонь.

Быстро карабкаясь по металлическим перегородкам и краем глаза посматривая вниз, где её преследователи только начали свой путь наверх, она добралась уже до уровня десятого этажа, когда из одного из окон на неё наставили «Смит и Вессон», заставляя замереть, а следом на площадку вылез мужчина.

Ещё полгода назад Кай, не задумываясь, свернула бы ему руку, перехватывая пистолет, но сейчас не могла пошевелить и пальцем, смотря чётко в тёмное дуло. Под кожей медленно разливалась паника – ощущение, которого она совсем не ожидала.

Мужчина сделал ещё несколько шагов к ней и выпустил в её грудь всю обойму.

Макс задержал дыхание, не отрывая взгляда от экрана. И хотя он прекрасно понимал, что это всего лишь симуляция, видеть, как Кай летит спиной вниз с огромной высоты, было невыносимо. Когда же она с жутким звуком упала на асфальт в совершенно неестественной позе, ему показалось, что его сердце остановилось даже раньше, чем её. Он как будто оказался в одном из своих самых страшных кошмаров, о которых запрещал себе думать, чтобы не сойти с ума. Иначе давно бы уже просто запер Кай дома, не позволяя ей ни на шаг приблизиться к Агентству.

На мгновение прикрыв глаза, чтобы взять эмоции под контроль, он отключил программу и направился в скрытое за стеклом помещение.

– Что это было? Он застал тебя врасплох? – Макс протянул ей руку, помогая подняться, и Кай сдёрнула с лица маску. Она была бледнее обычного, а писк из операторской красноречиво говорил о зашкаливающем пульсе.

– Я… не знаю… – покачала головой Кай, и Макс озадаченно сдвинул брови.

– Ты же могла просто…

– Могла, – кивнула Кай, не дав ему закончить, и нажала большим и средним пальцем на глаза до цветных мушек под закрытыми веками. – Я не понимаю, что произошло. Просто не могла пошевелиться и всё.

– Может, какой-то сбой в программе. Я посмотрю по протоколам.

Подняв на него тяжёлый взгляд, Кай расстроенно поджала губы:

– С программой всё в порядке, и ты это прекрасно знаешь. Это во мне какой-то сбой. Очередной.

Макс на секунду задумался, а потом его лицо приобрело нечитаемое выражение, и он мягко подтолкнул Кай к выходу:

– Пошли, проверим одну теорию.

Поднявшись на этаж выше, Макс толкнул дверь в тир и первым вошёл в огромное помещение, разделённое перегородками, которое было практически пустым. Лишь несколько человек в другом конце зала стреляли по мишеням, отрабатывая навыки или выпуская пар.

С момента возвращения всегда тренируясь одна, сейчас Кай чувствовала себя очень неуютно, с удивлением вздрагивая от каждого выстрела. Раньше она бы и бровью не повела, даже если бы на спусковой крючок нажали возле самого её уха. Они были натренированы на это, и такая реакция озадачила её.

Размашистым шагом Макс прошёл несколько кабинок, пока Кай медленно плелась за ним, копаясь в своих ощущениях, и, резко развернувшись, наставил на неё взятый на столе пистолет. Кай остановилась как вкопанная в паре метров от него, снова ощутив наползающую панику, которая возросла ещё больше от непонимания происходящего.

– Забери у меня пистолет, – ровно произнёс Макс, внимательно наблюдая за малейшей её реакцией. Зрачки её глаз расширились, заполнив практически всю радужку, а руки, опущенные вдоль тела, начали мелко дрожать.

И головой Кай понимала, что именно она должна сделать или хотя бы попытаться, ведь так просто Макс ей не дастся, видела, что «Глок» и вовсе стоит на предохранителе, но не смогла заставить себя даже шелохнуться.

– Кай, возьми пистолет…

Но мышцы не слушались, будто окаменев, словно были чужие. Её буквально парализовало. Воздуха стало не хватать, а мир начал медленно сужаться до чёрного кольца, нацеленного ей в лицо.

Отложив пистолет обратно на стол, Макс схватил её в охапку, и уже через две минуты Кай сидела у него на коленях на диване в своём кабинете, а ещё через пять смогла стиснуть пальцами его футболку и уткнуться носом в его шею, постепенно возвращая себе контроль над своим телом.

– Кажется, у нас проблемы, – с сожалением вздохнул Макс, поглаживая её по голове. Он до последнего хотел верить, что они обойдутся только физическими последствиями, которые уже сходили на нет. Но всё оказалось не так уж и просто.

– Что со мной?

– Это очень похоже на ПТСР. И я надеюсь, что ошибаюсь.

– Я не знаю, что это.

– Посттравматическое стрессовое расстройство. Если говорить простыми словами, твой мозг на подсознательном уровне реагирует на триггер, запускающий воспоминания о травме, и буквально погружает тебя в них. Что ты чувствовала… в той комнате в Риге?

Кай зажмурилась, глубже прячась в своём убежище на его шее, успокаиваясь от размеренного биения яремной вены. Всё это время она пыталась забыть то, что произошло в последнее Рождество, и до этого момента, казалось, отлично с этим справлялась.

– Я боялась пошевелиться, – прошептала она, возвращаясь к тем своим ощущениям. – Не хотела спровоцировать его. И я была в ужасе от того, что не могу ничего сделать, не могу помочь той девочке.

– И теперь твой мозг выдаёт ту же самую реакцию на такую же ситуацию. Когда на тебя наставляют оружие.

– Это… лечится?

Макс только крепче прижал её к себе, не зная, как сказать ей о том, что таких волшебных таблеток ещё не придумали. Нет, кое-что, конечно было: психотропные, седативные, но их использовали обычно для другого.

– Макс, не молчи, пожалуйста… – Кай отстранилась и, сжав ладонями его плечи, заглянула в глаза. Она привыкла, что он знает всё, что у него есть ответы на любую ситуацию или вопрос, и эта тишина убивала её. Его поучения сейчас ей были совершенно необходимы. – Это можно вылечить?

– На что это похоже? На видение из прошлого, чёткую картинку или…

– Нет, ничего такого. Я осознавала всё, что происходит.

– Наше подсознание очень сложная штука, – осторожно начал Макс, взвешивая каждое слово, боясь не только напугать её ещё больше, но и не желая давать какие-то ложные надежды. – И не до конца изучено. Да и я не специалист. Я лишь видел людей с таким расстройством, но там было всё по-другому. Сработавший триггер заставлял их действительно погрузиться в прошлое, заново проживать случившуюся ситуацию. Какие-то боевые действия или что-то подобное. Но ПТСР могут быть самыми разными, как и методы их преодоления. В любом случае всё это нужно обсуждать с психиатром. Судя по тому, что это вылезло только сейчас, это никак не влияет на твою обычную жизнь, и поэтому самым простым способом было бы просто избегать всего, что связано с оружием, – вслух рассуждал он, но увидев, что Кай открыла рот, чтобы возразить ему, покачал головой: – И я знаю, что для тебя это не выход. Знаю, насколько сильно ты хочешь вернуться к работе. Поэтому просто забыть об этом не получится. Придётся прорабатывать ту ситуацию. И это также может помочь с твоим физическим выздоровлением. Я читал, что ПТСР может быть причиной психосоматических болей. В твоём случае – причиной затруднённого дыхания и всего остального, что мешает тебе двигаться как раньше.

– И каков процент… «поправившихся»? – тихо спросила Кай, пытаясь уложить в голове всё, что он сказал, но ещё до того, как Макс решился озвучить это вслух, уже и сама знала ответ – в лучшем случае ничтожно мал, в худшем – стремится к нулю. – Почему сейчас? – в отчаянии простонала она, уперевшись лбом в его грудь. – В меня стреляли тысячи раз, я месяцами валялась в больнице от полученных ранений. Что такого особенного случилось в Риге?

– Обычно это либо слишком травмирующее событие, либо, что называется, последняя капля, когда психика слишком перегружена и не выдерживает. Скорее всего всё дело в ребёнке, – и как бы Максу и самому ни было сложно копаться во всём этом, пытаясь подавить в себе эмоции и мыслить логически, он даже не мог себе представить, что оставит её одну разбираться с этой проблемой, что хотя бы не поможет понять и не успокоит. – Ты не могла быть беспристрастна и думать только как агент. Слишком сильное эмоциональное вовлечение, вызванное тем, что происходило в последние годы.

– Почему тогда я не реагирую так на взрывы после того, что случилось с Адамом? Я любила его, а этого ребёнка видела впервые в жизни.

– Потому что это ребёнок. Девочка…

Тихо всхлипнув, Кай снова уткнулась носом в шею Макса, стараясь сосредоточиться на тёплых ладонях, поглаживающих её спину. Эти прикосновения и его рассудительный голос, пропитанный сожалением и поддержкой, успокаивали.

– Мне тоже было страшно тогда. И до сих пор иногда бывает страшно, – сглотнув вставший в горле ком, Макс горько улыбнулся: – И ты реагируешь на взрывы. Сейчас уже меньше, чем когда мы только познакомились. Но всё равно реагируешь. Я вижу, хотя ты научилась не замечать этого. И с остальным мы тоже справимся. Так или иначе. Со временем.

– У тебя со мной вечно одни только проблемы, – прячась в его объятиях, виновато пробормотала Кай. – Прости, что усложняю тебе жизнь.

– Как там вчера сказала Канзас? Скучно жить не интересно? Без тебя моя жизнь была бы абсолютно пустой. К тому же, – мягко потянув за волосы, Макс заставил Кай поднять голову и посмотреть на него, – ты с лихвой мне всё компенсируешь. Самыми приятными способами.

– Звучало очень пошло, – шмыгнув носом, Кай сморгнула несколько собравшихся на ресницах слезинок, а её губы сами собой растянулись в улыбке в ответ на смешливые морщинки, собравшиеся в уголках глаз Макса. И, кажется, все переживания сразу отошли на задний план.

– О, я знаю. На это и был расчёт.

Глава 7

– Мне нравится жить с тобой. Только вдвоём, – мечтательно протянула Кай, сидя на столе и наблюдая за тем, как Макс рядом с ней старательно поливает тонкими струйками сладкого сиропа только что снятые со сковородки гренки, уложенные на тарелке ровной стопочкой друг на друга – точно создаёт кулинарный шедевр из самых простых ингредиентов. Кухню заливал мягкий дневной свет, а запах поджаренного хлеба возбуждал аппетит.

– Потому что можно ходить по дому полуголой в три часа дня? – с ироничным прищуром Макс покосился на её обнажённые бёдра, едва прикрытые белой свободной майкой на тонких бретельках, и, отставив баночку, достал из ящика несколько вилок.

На рассвете они вернулись из Нью-Йорка, куда Макса всё ещё изредка выдёргивали для глобальных проверок уже не только систем безопасности, но и работы команды техников, которую он собрал и обучил несколько лет назад, чтобы минимизировать свои поездки в главную штаб-квартиру, и, проспав до обеда, они собирались по полной воспользоваться редким совместным выходным: неторопливо позавтракать и смотаться к океану, который хоть немного прогрелся под летним солнцем. И Макс получал удовольствие от каждой минуты этого дня, когда можно было побыть просто обычными людьми, парой, а особенно от заливистого хохота Кай, то и дело разносившегося по кухне.

– Это определённо один из самых главных плюсов, – пройдясь игривым взглядом сначала по его обнажённому торсу, а потом и по дорожке чёрных волос, ныряющей под резинку низкосидящих пижамных штанов в красно-белую клетку, Кай стянула с тарелки одну из гренок и с наслаждением впилась в неё зубами. У них не так часто выдавалась возможность поесть дома, а ей до безумия нравилось, когда Макс готовил. Было в этом что-то очень особенное. То, по чему она невероятно скучала все эти годы и чем всё ещё не могла насытиться. Как, впрочем, и многим другим.

– Весьма спорный плюс, – мягко раздвинув её колени, Макс встал между её ног, проведя ладонями от босых ступней вверх по икрам, и потянулся к кусочку поджаренного хлеба, зажатому в её пальцах.

– Почему это? – смешливо вздёрнув бровь, Кай отклонилась назад, не собираясь делиться с ним своим завтраком, а на её бедро упало несколько капель сиропа, сорвавшихся с гренки от резкого движения, и Макс опустил глаза, качнув головой со снисходительной улыбкой.

– Потому что меня это отвлекает. Растяпа, – отстранившись, он наклонился, и Кай закусила губу, стоило его языку коснуться горячей кожи, собирая с неё сладкую жидкость. По пояснице поползли мурашки, а настроение совсем расшалилось.

– Растяпа, значит? – отложив гренку обратно на тарелку, она собрала с неё пальцами сироп и мазнула Макса по голой груди, довольно разглядывая его лицо с удивлённо изогнувшейся бровью, которое тут же, впрочем, заострилось хищной усмешкой, когда он угрожающе навис над ней.

– Теперь ты решила и меня перепачкать?

Кай с вызовом закивала.

– Зря ты это. Будешь вся в сиропе, – дотянувшись до полупустой баночки, Макс занёс её над ней, и Кай самоуверенно прищурилась.

– Не-е-ет. Ты не посмеешь.

– Уверена? Упс, – с показным сожалением обронил Макс, когда немного сиропа вылилось и на её грудь, устремляясь в глубокий вырез майки, а Кай расхохоталась, обхватывая его ногами, а потом, притянув к себе за шею, заговорщически зашептала.

– Теперь и ты растяпа. А мы оба будем липкие.

– Мы уже липкие, – улыбнувшись и сверкнув глазами, Макс мягко прихватил губами её губы. – Но я знаю, как это исправить, – взяв Кай за запястье, он поднял её руку и провокационно облизал сироп с её пальцев, а потом, придержав Кай под поясницей, скользнул поцелуями по ложбинке её груди, собирая разлившуюся по ней сладость, и снова вернулся к её губам: – М-м-м очень вкусно. Но мало.

Не успела Кай опомниться, как Макс рывком стянул с неё майку, оставляя её только в практически ничего не скрывающих тоненьких трусиках, и снова взял баночку с сиропом.

– Макс, ты же не серьёзно?..

Но задорный смех тут же сменился глубоким вздохом, когда её коснулись первые прохладные капли, и Кай отклонилась назад, опершись на руки. Полная грудь слегка качнулась, а соски начали мгновенно набухать от плотоядного взгляда, которым Макс обласкал всё её тело. Тяжёлого, горячего и бархатистого на ощупь. Всё веселье моментально забылось.

– Я же обещал, – и звучало это как откровенная угроза – будоражащая фантазию и разжигающая любопытство. Вызывающая внутри пикантное жжение.

Не отводя руку, Макс позволил вязкой жидкости упасть кружевной паутинкой сначала на одно полушарие её груди, а потом и на второе, и Кай задышала чуть чаще, прислушиваясь к новым ощущениям – неожиданно приятным и ни на что не похожим. Тонкие струйки медленно достигли тёмных ареолов, переливаясь янтарными бликами в солнечном свете, обогнули розовые соски и потекли вниз, сходя на нет на выделяющихся рёбрах.

– Мне придётся снова принимать душ… – пробормотала Кай севшим голосом, и Макс многозначительно ухмыльнулся.

– В любом случае, – его ладони прошлись вверх по её бёдрам и сжались на ягодицах, а глаза жадно потемнели. То, что он видел перед собой, было сногсшибательно, а это позднее утро стало поистине совершенным. Небольшая шалость привела Макса к практически неконтролируемому возбуждению, вылившемуся в желание не только слизать с соблазнительного тела Кай всю сладость их совместного завтрака, но и получить гораздо больше. И медленно наклонившись над ней, он втянул в рот один из её неприлично торчащих сосков, а стоило Кай с рваным вдохом выгнуться ему навстречу, на мгновение отстранился, оставляя его влажно блестеть. То же самое он проделал и со вторым, а потом повёл по её груди языком, заставляя Кай подрагивать в его руках, ещё шире расставляя длинные ноги.

Кай же казалось, что под его жгучими прикосновениями вылитый на неё сироп буквально просачивается под кожу, струясь по венам сахарной эйфорией, туманящей разум, заволакивающей её чёрной дымкой, в которой вспыхивали миллионы разноцветных огней, стоило Максу сменить поцелуи лёгкими покусываниями, спускающимися всё ниже по её животу. Разгораясь всё больше и больше, Кай будто заворожённая смотрела на то, как он стягивает с неё единственный оставшийся элемент одежды, и как его язык, скользнув по гладкому лобку, касается центра её нервных окончаний – сначала невесомо и едва ощутимо, а потом уже с гораздо большим напором – чувственно и искушающе. И запрокинув голову назад, уже не сдерживая громкие стоны, Кай отдалась этим ощущениям.

Макс ласкал её умело, точно зная, как доставить Кай наивысшее удовольствие. Его губы заставляли всё её тело трепетать и пылать, а руки, крепко сжимавшие её бёдра, напоминали о его полном контроле над ней, несмотря на то, что это он сейчас был у её ног. Это будоражило рассудок, кружило голову. До сладких судорог, пронёсшихся от кончиков поджатых пальцев до центра наслаждения.

Стоило Кай затихнуть, ненасытные поцелуи, которыми Макс истерзал её, двинулись снова вверх, по пути собирая остатки сиропа с её живота и возвращаясь к груди. Зубы сомкнулись сначала на одном соске, отозвавшемся ярким импульсом, потом на другом, а ещё через мгновение Кай ощутила сбившееся дыхание Макса на своих губах.

– Детка…

И не сдержала отчаянный всхлип, когда Макс, приспустив свои штаны, жёстко толкнулся в неё, поддерживая под спиной. Остро и горячо. Он не торопился, но был напорист, вынуждая её прочувствовать его всего – глубоко и сильно. И сжав его ногами, Кай обвила шею Макса одной рукой, не отрываясь от совершенно чёрных глаз, которые буквально пожирали её саму.

– Ты на завтрак гораздо вкуснее того, что я приготовил, – губы Макса дрогнули в похотливой улыбке, и Кай впилась ногтями в его плечо, ощущая, как её захлёстывает его порочностью.

– Я не против, чтобы каждое твоё утро… было таким… вкусным…

– Я это запомню… – Макс многообещающе подался вперёд, крепче прижимая её к себе, но стоило Кай начать снова терять связь с реальностью, по дому прокатилась электронная трель дверного звонка. И она была готова разочарованно взвыть, но вопреки её ожиданиям Макс не только не остановился, но и задвигался с ещё большим натиском, буквально высекая из неё искры удовольствия.

Через время настойчивый звонок повторился, но, казалось, им обоим было всё равно, даже если бы незваный гость прямо сейчас заявился на кухню, застав их за сексом на столе, от которого у обоих сносило крышу.

А с третьим звонком Кай вся сжалась, яростной пульсацией стискивая член Макса в себе, и перед её глазами поплыли чёрные круги от шумевшей в ушах крови.

– Детка, – загнанно выдохнул Макс, касаясь её губ мягким поцелуем, и Кай блаженно обмякла в его руках. Шевелиться не хотелось.

– Дай мне ещё секунду…

– К сожалению, у тебя её нет. Нужно открыть дверь. И я, кажется, догадываюсь, кто там, – только сейчас Макс вспомнил, что Виктор говорил ему что-то о переезде Каспера в их дом, и был раздосадован тем, что тот появился так не вовремя. Но и благодарен, что он оказался достаточно тактичным, чтобы не открыть дверь самостоятельно.

– Тогда не пускай этого кого-то на кухню, – откинувшись назад, Кай растеклась по столешнице, пытаясь собрать себя в кучу, но Макс тут же схватил её за руки и вернул в сидячее положение.

– Даже не думай об этом. Марш в душ. Ты жутко липкая, – нахально улыбнувшись, он поправил свои штаны и стёр влажным полотенцем с себя остатки сиропа, а дождавшись, когда Кай, недовольно фыркая, юркнет вверх по лестнице, пошёл ко входной двери, в которую снова позвонили. На пороге уже было свалено несколько больших сумок, а Каспер доставал ещё две из багажника своего Пикапа.

– Ну и горазды же вы поспать, – хохотнул тот, тяжёлым шагом направляясь к дому. – Виктор предупреждал, что вы вернётесь рано утром, поэтому я и решил заявиться попозже. Хотя-я-я… кажется, всё равно рановато, – сконфуженно сморщился Каспер, заметив на плечах Макса ещё не сошедшие красные полосы. – Прости, мужик. Надеюсь, я вас не сильно обломал.

Пропустив мимо ушей последнее высказывание, Макс подхватил часть его сумок и мотнул головой в сторону гостиной:

– С чего вдруг это переселение?

– В нашем доме затеяли глобальный ремонт после небольшого инцидента, а три-четыре месяца жить в штабе – ну такое себе, сам понимаешь, – забрав остальные вещи, Каспер бодро прошествовал за Максом, осматриваясь. – Всё почти как у нас. Трип нарисуется в конце недели. Он пока в Неваде.

– Вот и закончилась спокойная жизнь, – протянул Макс, поднимаясь по лестнице. – Ладно, когда-то же это должно было случиться. Наверху три свободных спальни, можешь выбрать любую. Только не забудь активировать замóк, – не успел он договорить, как по входной двери прошёлся сильный удар, и Макс нахмурился, скинув сумки на площадке второго этажа, а спустившись обратно, впустил в дом сияющую Канзас, чьё лицо уже практически ничем не напоминало о произошедшем с ней несколько недель назад.

– А вот и я!

Осмотрев её с ног до головы, Макс остановил взгляд на её спортивной сумке и скептически сложил руки на груди:

– И, видимо, тоже теперь временно будешь жить у нас. У вас тоже ремонт?

О ней Виктор его почему-то не предупредил. Но с какой-то стороны так будет даже проще. Главное, чтобы Канзас не ляпнула ничего лишнего в присутствии Кай.

– Нет, я не поладила с соседкой после возвращения. Так что не временно, – вальяжно пройдясь по гостиной, Канзас покрутила в руках несколько безделушек, взятых с полок, и обернулась: – Что значит «тоже»?

– У нас сегодня день заселения, – усмехнулся Макс, жестом отправляя её наверх. – Тебе выбирать уже из двух свободных комнат.

– Да мне в принципе любая подойдёт. Я не привереда.

– Эй, Макс, тут какие-то книжки по химии и генетике остались, – выглянув из ближайшей двери второго этажа, Каспер помахал в воздухе парочкой толстенных талмудов. – Вам это нужно, или я могу выкинуть? О, привет, душительница.

– И тебе не кашлять, верзила, – подмигнула ему Канзас, проходя мимо по коридору. – Макс, куда?

– Эта или та, – Макс махнул на двери их с Кай старых спален. Решив съехать из них, чтобы начать новую совместную жизнь на новом месте, они больше туда не заходили, а теперь не будет и возможности. С этими комнатами было связано как хорошее, так и плохое, и они просто оставили всё это в прошлом. – Можешь их выкинуть, Кас, – кивнул Макс на книги. – Наверное, остались от прошлой хозяйки. Хотя я никогда бы не подумал, что Тори может таким интересоваться. Но, в любом случае, пересекаться с ней, чтобы вернуть их, у меня нет ни малейшего желания.

– Так, новенькие, пока все в сборе, – прокатился по этажу командирски-насмешливый голос Кай, вышедшей из их с Максом спальни, – график пользования спортзалом на двери в подвал. Вносите в него свои основные тренировки, чтобы мы не мешали друг другу. Можем обсудить, чтобы подстроиться. Готовит каждый сам себе, – на этом моменте Макс издал саркастичный смешок, и Кай скорчила ему рожицу. – Как я понимаю, в базу данных дома вас уже внесли, раз вы попали на территорию. С остальным разберёмся по ходу дела.

– И что, никаких жёстких правил, типа дома быть в девять, отбой в десять? – дурашливо подколола её Канзас.

– И типа никакого сладкого до еды? – поддержал её Каспер, подмигнув, на что Кай одарила обоих язвительной улыбкой.

– Вы сейчас договоритесь, и я установлю запрет на приглашение друзей, – на этом слове она изобразила пальцами кавычки, – в этот дом.

– А ты жесто-о-ока, – притворно ужаснулась Канзас и тут же безразлично пожала плечами. – Плевать. Я не гостеприимна.

– Вот и чудненько. Значит, уживёмся.

Глава 8

Дом, на несколько месяцев затихший уютным счастьем Макса и Кай, с переездом Каспера, Трипа и Канзас снова наполнился шумом. И как бы Кай показательно ни ворчала о том, что новые соседи перевернули их жизнь с ног на голову, в какой-то степени была этому рада. Теперь она практически никогда не оставалась одна, когда Макс уезжал в командировки, а Канзас, с которой они были знакомы уже много лет и вполне неплохо ладили, была абсолютно не против в свободное время выступить для Кай спаринг-партнёром. И ей, в отличие от Макса, не приходилось поддаваться Кай, что вселяло в ту больше уверенности в себе и где-то даже успокаивало. Всё казалось не настолько плохо.