Екатерина Котова
Обретая себя

Глава 1. Заклятые «супруги»

Подобно тени я перемещалась по улицам, меняя парики в закоулках, а в Тисовом еще и вывернула плащ внутренней стороной наружу. Украдкой оглянулась, поправляя капюшон, но кроме праздно шатающейся компании и нищего на паперти около храма по темноте никого не заметила. Станция дирижаблей была совсем рядом, и я была буквально в паре кварталов от нее, уже даже видела стяги с воздушной руной Эваз, подсвечиваемые магогнями, когда меня жестко перехватили за локоть и невежливо втянули в так любимые мной слепые зоны проспектов. Капюшон неудачно наехал на глаза, обдав запахом пушного зверя. Пришлось сделать резкое движение головы, чтобы откинуть его назад, открывая обзор.

– Попалась! – рявкнул мужик на северном диалекте. Краем сознания я отметила его пышные пшеничные усы, неброскую одежду. Однако инстинкты сработали еще быстрее, чем мой глаз запомнил внешность.

Я рефлекторно двинула головой вперёд, разбивая нос исполнителю, кем бы он ни был, и дернулась, освобождаясь. Но была тут же грубо схвачена за капюшон, который нещадно надавил на горло. Я поперхнулась, щёлкнула застежкой, оставляя теплое одеяние у напавшего, и засверкала пятками что есть сил. Холодный ветер тут же залез под одежду, но бодрый галоп не давал ощутить всю крепость мороза.

Пока бродила по столице, успела изучить центральный район. Совсем недалеко была река и… Швах! Тело прошибла резкая боль. Я была сбита самым наглым и возмутительным образом! Мужчина не аккуратничал, а свободно применил ко мне магию, частично обездвижив! Я, конечно, слышала, что в Дэрнии – крутые нравы и дикари, но, чтобы настолько!.. Да это тянуло как минимум на две статьи международного кодекса! О нападении и применении магии к имперскому лицу! Правда я – поданная другой страны и здесь не совсем легально…но это мелочи! Неприятно ударило током чужой магии, что заставила меня зашипеть и выгнуться дугой, щеку неприятно закололо от снега.

– Полно, пташка! Добегалась. Кто тут у нас? – он присел на корточки и беззастенчиво обшарил мои карманы. В голенище сапога, мерзавец нащупал керамбит, и, не побрезговав находкой, вытащил оружие! Я попыталась конвульсивно лягнуть лиходея, но он, к сожалению, увернулся. Зараза! Неужели вор ограбит…вора?!

Тать покрутил керамбит в пальцах, хмыкнул, оценив, и убрал к себе в один из глубоких накладных карманов штанов. Да за него десять динариев плачено, между прочим!

– Какого драного морлока ты открыто применил магию?! – ругнулась я, когда отошла от заклятия. – Денег при мне медяки одни, – прибеднилась я, следя за тем, чтобы вор не добрался до пятки правого сапога, где была припрятана пара золотых. Но тот лишь хмыкнул в густые усы.

– Ты что же думаешь, дамочка, я тебя грабить собрался? – мужчина сунул руку за пазуху и ткнул мне металлическим значком стражьего порядка практически в нос.

Вот черт! Я быстро просчитала варианты, как я могла так просчитаться. Прошу прощения за каламбур, но эта мысль просто не укладывалась в голове! И почему именно в Дэрнии?! Сейчас – и так не вовремя! Вот мрак!

– Вы нарушаете мои права! Да на каком основании? – стала я ругаться на дэрнском, когда тот небрежно поднял меня вверх.

– Пройдем в участок, дамочка. Там и расскажешь мне про свои права. И документы, которых при тебе нет.

Увидев, колдовскую метку на моей руке мужчина довольно крякнул. А я сжала зубы и дала себе затрещину за беспечность. Это ж надо было так просчитаться. Колдовство сейчас строжайше контролировалось, а я истратила последние капли сутки назад и их хватило только на часть меток. Подумала: куплю здесь. Вот балда!

Дело дрянь. Хорошо, что хоть не смылся элексир на выцветшем брачном орнаменте. Иначе вопросов было бы тьма. Все-таки это Дэрния, а не мангольдская степь, где горожане вряд ли знают фамилию Фрейгъерд, если они, конечно, не интересуются политикой зарубежья…

– Эка в какую даль тебя, фея, занесло.

Серебристый сплав мерила хищно блеснул в руках мужчины и защелкнул мой мир магии, замкнув его внутри, глаза сразу потеряли видимость силовых линий, а руки обдало неприятным жжением. Думала, будет хуже. Видимо уготовлен он был для мага с количеством магических единиц менее тридцати по шкале Филмана. Что ж, мериловые кандалы я ещё не снимала. Может, получится?

Четверть часа я сидела на допросе, но экспрессивный следователь, имя которого было озвучено как Хорн, так ничего от меня и не добился. Я была настолько уставшей, что готова была спать хоть сидя, хоть стоя. И, зная их кодекс, я смотрела на него с весьма безразличным видом, да и угрозы не сильно-то меня пугали. В итоге, недовольно зыркнув на меня и зевнув во всю пасть, он нехотя отправил несговорчивую девицу в камеру. Собственно, я была этому только рада.

Проходя мимо небольшого окошка, я увидела бледные лучи рассвета. Видимо, денек будет ясный, солнечный, погожий, как говорят в Мангольдии. Эх, надо было быть более аккуратной, тогда бы уже сидела в каюте дирижабля на полпути к цели, попивала бы горячий терпкий традиционный чай с можжевельником, смотрела на восходящий розоватый диск солнца и любовалась светом, растекающимся по покатым крышам Тронхейма.

Следователь грубовато подтолкнул меня к лестнице, углядев, что узница замечталась, глядя в окно. И действо однозначно не способствовало равновесию, потому что нос чуть не встретился с каменной кладкой. Мужик, что с тобой не так?!

– Эй, поаккуратнее!

– Иди давай. Посидишь в каменном мешке с денек-другой – как на духу все расскажешь. И про документы, и про отсутствие ограничителя. Лапшу она мне на уши вешать будет…– на последнем слове следователь заразительно зевнул, и я усилием воли сдержала рефлекс челюсти.

Честно говоря, я ожидала от дэрнийского подземелья чего похуже, учитывая, какие байки вообще ходят про дэрнийцев. Но застенок был достаточно свеж во всех смыслах. Видно было, что следят не только за внешним видом, но и за внутренним. А то в Мангольдии, если видишь, что здание свежеокрашено, то это верный признак того, что внутри, скорее всего, жуть жуткая. А весь внешний лоск лишь для того, чтобы градоначальник не имел проблем, если залетный граф проедет на новеньком магмобиле.

Тут же в каменных коридорах не ощущалось затхлости и сырости, что обычно встречаются на нижних этажах кладки. Правда все равно было впечатление, что находишься в погребе. Холод неизбежно залезал под одежду, согревая свои потоки о теплое тельце колдуньи, что намеревалась сегодня быть уже на полпути в Дельтар.

Думала, мне стоит только прилечь, как накатит дремота. Но вот удивительная вещь! Как только я разлеглась на жесткой лавке, прикрепленной цепями к стенке, то сон как рукой сняло. У вас бывало такое?

Два! Целых два часа метались мысли о том, какого лешего я пропустила хвост?! И как на меня вышли? Потом все же задремала, но ощущение, будто только закрыла глаза и тут же открыла, присутствовало в каждой клеточке уставшего за беспокойный месяц тела. Жуткое звяканье ключей о решетку и не очень-то приветливый голос заставили распахнуть, скорее всего, покрасневшие от бессонной ночи глаза.

С удивлением я обнаружила, что парик блондинки был все еще при мне и сохранял удивительно ладный вид, по крайней мере, на ощупь. А потом суровый молчаливый парень, явно проходивший стажировку, слишком уж он был молодым, проводил меня в уже знакомую комнату с малюсеньким квадратным окошком, голыми серыми стенами, столом, вкрученным в пол, и двумя стульями, прикованными цепями к нему. Хм, украдут их что ли? Прорезь в стене, а окном это не назовешь, видимо, была сделана для психологического обещания свободы. Вот она жизнь – там, за толстенной кладкой, только выложи и сознайся во всем, даже в том, чего не совершал.

Железная дверь со смачным звуком отворилась. К слову, замок был такой, словно это был загон для виверны. Хотя, что я понимаю в преступности? Вряд ли их основной контингент – такие доходяги, как я.

В комнату вошел Хорн, подозрительно довольный, пропуская гостя, который, очевидно, не торопился и был, что называется, более крупной рыбой в лухаре1.

– Вот она, наша пташка. Еще одна – из перелетных, – довольно протянул Хорн, а в комнату вошел мужчина, явно занимающий более высокое положение, и, однозначно, он был мне знаком. Вот… дьявол!

Я отчетливо услышала, как сердце бахнуло о грудную клетку, и, кажется, это была моя. Потому что я не была уверена. Звук был такой, будто стукнули в стену молотком. Прошло семь лет. Так много и одновременно мало. Я думала, этого срока будет достаточно, чтобы забыть и начисто стереть из памяти парня, в которого я втрескалась по самую последнюю единицу магии, что есть в моих жилах, а затем низкодушно предала в обмен на свою свободу. Так мне казалось… тогда…

За это время я достаточно поистязала себя, наращивая все толще слои защиты, давая себе клятвы, что больше никогда так не вляпаюсь – в это безумное чувство, что сносит крышу почище грибов, силинита и магических порошков грез.

Я неосознанно звякнула мерилом по железной столешнице и задержала дыхание от этого звука, а когда взглянула на мужчину вновь, то кинула нарочито скучающий, безразличный взгляд. Не дай Стихии, он меня узнает. Это будет фиаско!

Рейдар Лайонел Фрейгъерд возвышался почти на семь футов в строгой аспидной форме без опознавательных знаков и заполнял собой все пространство. По-военному короткая стрижка с четко обстриженными висками. На шею выходил кончик какого-то рисунка со стороны спины, что был заметен даже из-под кителя. Глаза остались такими же яркими, пронзительно ледяными, как я помнила. Только тогда меня грел этот лед, а сейчас он обжигал неистовым холодом Северного моря. Над левой бровью прибавился глубокий шрам черточкой, словно перечеркивающий предыдущий. Помню. Неужели я все это помню?

Он изменился. И я больше не видела той усмешки в уголке губ, полоска рта была ровной. Что скрывалось за этой маской ледяного спокойствия и отстраненности было трудно угадать. Он не узнал меня. Украдкой я выдохнула. Еще бы, ведь на мне профессиональный грим и ни капли магии. Как говорила Зирайн – мастер маскировки: «Достаточно изменить достоверно пару черт, и родная мама не узнает».

– …на площади Серебряной Чаши, – Хорн зачитывал дело, а я не отказала себе в удовольствии рассмотреть мужчину, из-за которого моя жизнь пошла совсем по другому сценарию, нежели я рисовала себе на холсте будущего. А кто-то даже сказал бы «пошла под откос». Винила ли я его? Наверное, нет. Я была из тех людей, что отдают себе отчет в том, какой выбор они делают. И не бранила его за то, что он влез в окно моей жизни, заставив забыть обо всем.

– Браслеты, – громом прокатился по комнатушке голос Фрейгъерда. Почему-то от произнесенного слова я замерла.

– Что? – не понял страж.

– Снимите браслеты с женщины.

Признаюсь, невольно мои брови двинулись вверх. Неужели Рейдар великодушен к арестантам? На этой ноте я звонко чихнула, звякнув еще раз мерилом, и чуть было не выругалась вслух, потому что Фрейгъерд прищурился, точно углядев что-то. Да нет, вряд ли. Показалось.

– Дэрн Фрейгъерд, при всем уважении, девушка обладает даром мага, и ограничитель не поставлен, – на его слова мне захотелось усмехнуться. Уж кто-кто, а Рейдар Лайонел Фрейгъерд был одним из тех, кто мог уложить роту середнячков-магов, не сильно потратившись резервом.

– Снимай, – ровно повторил он.

Четыре широких полумесяца шмякнулись о столешницу, как о железную кастрюлю. Я не сдержала вздоха облегчения и отвела взгляд первая, растирая запястья. На меня нахлынуло первичное видение мага. Воздух ринулся в легкие глубже, словно из-под воды вынырнула. Волосы упали небрежно вперед, так что пришлось всю эту белесую красоту откинуть вновь. И для меня не осталось незамеченным, как за этим действием очень внимательно проследил мой бывший супруг. Кто он тут и зачем пришел на допрос неизвестной?

– Оставь нас, – велел мужчина, и Хорн, собрав ценный реквизит, закрыл дверь с той стороны. А меня пронзил фирменный взгляд семейства Фрейгъерд: холодный, снисходительный и злой. Или я придумываю? Физиономия у дэрна осталась невозмутимо каменной, как у бюста императора Дэрнии на главной Дворцовой площади. А затем он двинулся против часовой, медленно вбивая мою выдержку в пол своей тяжелой поступью. Признаюсь, мне стало не по себе, хотя повидала я всякого.

– Ты не умерла… – слова точно толкнули меня в спину, в прошлое… и непроизвольно внутри я вздрогнула, дыхание замерло, как если бы мне дали под дых или я провалилась под лед. Но как…? Чих? Нет, бред. Может, он регулярно бредит, и ему везде мерещится бывшая супруга? Думает, так я ему и признаюсь. Нет уж. Буду играть до конца.

– Не понимаю, о чем вы, – ровным тоном ответила ему. Пусть сначала что-либо докажет. Неужели все-таки чих? Смешно.

Северянин прищурился, снял кожаную черную перчатку с правой руки, чуть подался вперед и медленно потянулся к моему лицу. Я рефлекторно отклонилась и стукнула нахала по ладони.

– Да что вы себе позволяете?! – произнесла я на дэрнском, состроив возмущенный вид, даже притворяться не пришлось.

– Как ярлхольд2, под ведомством которого находится этот сектор, я вправе проверить подозреваемого любыми способами. Или хотите надеть обратно мерил? – подыграл мне гад.

– Любыми, говорите… – я насупилась. Движением глаз он спросил в этот раз разрешение. Но что я могла? Лишь неопределенно дернула плечами и уставилась вперед, разглядывая еле заметную трещину на стене.

Горячие пальцы тронули грим и медленно, но очень точно зацепились за край материала, отклеили накладные губы и нос с горбинкой. Я вскинула на него взгляд, и увидела стылый леденящий душу взор. А затем неожиданно мужчина чему-то усмехнулся – или удивился? Трудно было разобрать. Он медленно обошёл меня, рука поддела локон, словно с издевкой.

– И этим ты хотела обмануть пограничников? – ан нет, усмешка в голосе все же сквозит даже без мимического сопровождения. Локон соскользнул мне на плечо.

– Не знаю, что вы имеете в виду, – ответила ему, играя в дурочку. Цвет волос мог сыграть на руку, все же блондинка. А девушка со столь светлой копной и тонкой душевной организацией могла позволить себе выглядеть сколь угодно неинтеллектуально по одному лишь шевелюрному статусу.

– Что ты здесь забыла? – он резко развернул мой стул, громко проскрежетав по каменному полу железякой и звонко звякнув цепями. Сердце ушло в пятки. Глаза его метали молнии, точно я разрушила его планы своим вторжением. И я четко почувствовала, как на меня давит его магия. Но меня подобные трюки не испугают, чтобы так глупо признаться. Семь лет назад, возможно. Но не сейчас. Я приподняла бровь, глядя в упор на человека, который горячо клялся мне в любви. Когда-то. В прошлой жизни. Но в его глазах сейчас я видела заматерелую ненависть к воскресшей бывшей супруге. А говорят – время лечит. Врут. Откровенно врут.

– Вы меня с кем-то путаете, – продолжала, не меняя линии поведения, ведь открой я рот по-другому, и все будет записано.

Мужчина склонился и резко расстегнул манжет моей рубашки. На что я изогнула бровь. Удивление имитировать даже не пришлось. Прошло столько лет, а порывистость так и осталась.

– Решили раздеть меня прямо в допросной? Хороши же методы… – не без ехидства проговорила мужчине, но тот не ответил.

Смешанные чувства окатили меня с головой, когда теплые пальцы огладили точное место брачной метки, заставив волоски на предплечье подняться. Проклятье! Или я просто замерзла? Его брови дернулись вверх, а пальцы потерли место сильнее. Ничего не выйдет у тебя. Это тебе не накладные штучки и не простой грим. Он произнес заклятие «открытия секретов», но магия не могла распознать зелье.

– Ты как-то… свела ее, – констатировал факт.

Конечно, он не видел знак, ведь на метке не было и грамму волшебства, это было простое косметическое зелье. С поправкой на «очень хорошее» косметическое зелье.

Мой взгляд упирался в китель и дорогие пуговицы с эмблемой скрещенных мечей, а затем я медленно запрокинула голову, чтобы увидеть лицо. Синева глаз замораживала.

– Мои документы потеряны, дэрн. Я уже говорила это вашему… коллеге, – хотелось сказать: «козлу, что пихнул меня в спину», но вспомнила, что все же статус вежливой дэрнийской блондинки должен поддерживаться. Так проще. Просто повторяй одно и тоже. И, как говорят, на борту дирижаблей «…дышите нормально».

Встреча с Фрейгъердом, конечно, на данный момент мне все порушила, но теоретически мой план должен был сработать. Восстанавливать бумажки, искать, придется недели две. В архивах обычно не торопятся, могут и все четыре ковыряться. А когда обнаружится, что и нет их вовсе – я уже усвищу на все четыре стороны, даже обратно в Мангольдию добраться успею.

Фрейгъерд поджал губы, неудовлетворенный моим ответом, а затем рявкнул на колдовском слово «завершить». О, да. Это было то, с чего началась та самая история, похоронившая меня на моей родине. Хран. Именно доказательства, записанные на этой мерзкой стекляшке, заставили подписаться на сделку с Коэном Даллом и перечеркнуть все мое спланированное будущее.

Сейчас же менять линию поведения не было смысла, ведь задерживать на основании потерянных документов и голословной подозрительности – это не аргумент для стража Дэрнии. Удивительно, как быстро меня рассекретили. Поправка: рассекретил. Хотя пять лет прием с гримом работал бесперебойно. Правда, не в Дэрнии.

По закону я должна была сразу обратиться за поиском документов. Вот, собственно, я и здесь. Правда не так, как планировала. В любом случае, теперь уже дело развернут. Свидетели за звонкую монету подтвердят место моего проживания в коммунальном доме, что я неоднократно повторяла давешнему настойчивому знакомому и назовут поддельное имя.

Он отклонился и плавным движением распахнул папку с делом.

– Тира Торнхильд, – усмешка была настолько громкой и знакомой вкупе с ямочками, что я невольно окунулась в прошлое, а вместе с этим в допросной показался Хорн, явно не понимающий каких-то нюансов.

– Куда прикажете распределить арестантку? – вытянулся он так ровно, словно в комнате зазвучал гимн Дэрнии и он вознамерился кричать клятву «Во Славу!». Неужели Фрейгъерд действительно большой начальник?

Рей вытащил из неприметной ниши хран, задумчиво покатал в руке и убрал в карман. Я за этим делом внимательно проследила и сделала пометку, чтобы при случае стащить стекляшку.

– Пока никуда, пусть ждет свидетелей. Потом в западный бастион и обратно… на Родину, – достаточно холодно распорядился дэрн.

Вот только этого мне сейчас не хватало! От возмущения я открыла рот и закрыла. Браниться сейчас не было смысла, и я лишь бросила убийственный взгляд на заклятого бывшего супруга.

И ведь гад действительно отправил меня обратно в каменный мешок! Подумать только! Видимо, вид восставшей бывшей из прошлого его действительно задел, либо наоборот – не сильно-то и волнует.

Еще одни сутки на отполированной скамье заставили поразмышлять над собственной жизнью. Нет, я понимала его, он имеет право злиться. И этим поступком дал мне понять, что наказывает. Или забыл, и нет ему дела до одной россы, вернее гольды. Тем лучше. Но, кто ответит мне, почему внутри скребет когтями чувство обиды?

Тем пуще я разозлилась на себя за смешанные чувства. Какие обиды? Столько лет прошло. Я фыркнула, недовольная собой, и сердито отвернулась к стенке, прислушиваясь к разговору охранников, отвлекаясь от суматошных мыслей. И незаметно для себя провалилась в рваный тревожный сон, надеясь отоспаться за хлопотную неделю. Ничего не вышло. Кого-то водили в соседние камеры туда и обратно, я слышала ругань, брань. Какой-то верзила кричал на дэрнском мате, где он видал служивых стражьего порядка, и отдохнуть было просто невозможно. Я не выспалась, а потом мне показалось, что про меня забыли.

– Эй, заткнись уже! – грубо крикнула в сторону амбала со шрамом поперек лица. Зря… я это конечно, но он меня достал…

– Краля, смотри, как бы не встретились где-нибудь поближе. И я замолчу, уж поверь. А вот ты станешь кричать, – объял огромными ручищами сразу по два вертикальных прута решетки. И началось… Угрозы и всевозможные похабные шуточки.

Вечером мне вернули подбитый мехом двусторонний плащ и запихнули в повозку с решетчатым малюсеньким квадратным окошком. Прям символ стражьего порядка. Но я была счастлива! Тишина! О, да! Дорога заняла от силы час, за который я успела устало закумарить, привалившись в углу и уткнувшись в мех капюшона. Казалось, я спала от силы пару часов. Честно говоря, я уже не понимала какой сейчас день, или он еще не прошел и меня просто вырубает подспудно.

Кто-то тряс меня за плечо. А когда я открыла глаза, то со сна не сразу поняла, что происходит, так как вместо бастиона мы стояли со стороны поместья с длиннющей оградой, а за ней открывался вид на небольшой дом. Может, я не разбираюсь в крепостях? А в Дэрнии они напоминают особняки?

– Служивый, разве я не должна сейчас быть на границе? – спросила я хмурого усатого дядьку, кутаясь в плащ. Однозначно он не был ни возницей, ни сопровождающим, с кем меня отправляли в короткий вояж.

Мужичок в густо подбитой мехом шапке и овчинном тулупе пожал грузными плечами и молча толкнул скрытую дверь калитки с магическим замком, а затем и тяжеловесную дверь каменного дома с красивым массивным мезонином. Территорию рассмотреть не получилось, но однозначно это было не пограничье. Под конвоем я прошагала до второго этажа, а как зашла в комнату, ключ повернулся с той стороны.

– Прекрасно! – подергала я латунную ручку, не веря в то, что меня действительно закрыли в чужой стране в незнакомом доме. – Да не может быть! – лягнула дверь, да так, что посыпалась побелка с потолка. И почему-то моего.

Пару кругов я восстанавливала ход мысли, а затем обнаружила помывальную комнатку со всеми удобствами и огромной чугунной ванной на изогнутых львиных ножках. Я постояла в проеме, сложив руки, косясь на небывалую роскошь. На десять минут стойкости и мнительности меня хватило. Но потом я плюнула на все и, подперев стулом дверь, заперлась в умывальной и с полчаса отмокала в кипятке. Нет, это точно не бастион. Это другое слово на букву «Б» – блаженство! Даже можжевеловое мыло здесь было, и я не без удовольствия сняла осточертелый парик и воспользовалась щедротами этого места. Удача она такая, нужно сразу намыливать бока, пока щелок дают.

Позже, нахально завернувшись в чужой халат, я отчаянно старалась не уснуть, но все же доля приключений, она отмерена ровно до тех пор, пока организм не скажет «стоп!». И вуаля! Этот момент настал, потому что меня вновь сморил сон. А кровать была мягче, чем деревянные нары в стражьем участке, и она пахла Севером. Так пахнет в Дэрнии: хвоей, вьюгой и льдом.

Проснулась я в абсолютной темноте, с ощущением чужого взгляда. Слух улавливал завывания бесконечной снежной бури, а сонные веки открывались с неохотой. Взгляд выхватил фигуру, быть которой здесь не должно, и я резко тронула маленькое латунное колесо, зажигая светильник на пузатой тумбе. Хм. Точно такой же был у меня на съемной квартире. Но сейчас не об этом, настораживала не схожесть светоча, а мужчина, что приходил ко мне во снах не один год. На долю секунды я даже поверила, что это опять видение грез. Чуть не ущипнула себя. Но нет. Вот он, сверлит меня ледяным пламенем… Спокойствия? Разве?

Я поднялась на вытянутых локтях и зачем-то потрогала макушку. Тишину разрезал низкий, до дрожи знакомый и одновременно незнакомый голос:

– Он в ванной, – произнес он на росском диалекте.

– Что? – спросила на дэрнском прежде, чем подумала. Голос с хрипотцой царапнул слух своей непривычностью.

– Парик, – перешел он на свой родной. Мне показалось, или это была едва уловимая усмешка?

Я непроизвольно сглотнула, потому что не рассчитывала на такой расклад. Вернее, не была к нему готова вовсе. Я была готова лезть через Эйдерский хребет и Стихии еще знают куда, но не ко встрече с бывшим супругом, который, узнав меня в лицо, оставил за решеткой.

Рейдар сверлил меня взглядом, и синева глаз внезапно опустилась ниже уровня шеи, что неожиданно для меня самой распалило румянец на щеках. Хорошо, что в темноте было не видно. Я поспешила запахнуть слегка разошедшийся ворот махрового халата. Синего. Странная картина вспыхнула, словно видение из прошлой жизни, и его слова: «Запахни халат, Риса».

– Ты изменилась, – голос разрезал мои мысли и завывания бури.

– Разве? – решила я прекратить мимикрию. А пульс внезапно опять поднялся, звуча где-то совсем рядом и оглушительно громко.

– Да. Стала… – он на секунду задумался, – жестче.

Я вскинула бровь, не очень понимая, о чем это он, и одновременно обвела комнату взглядом. Переключила внимание. Странно. Куда она пропала? Пришлось встать. Я подошла к кушетке у стены под внимательным взглядом глаз цвета льда.

– Тут была моя одежда, – ткнула я для наглядности, немного нервничая. Что он задумал?

Северянин по-особенному поднялся с кресла, как обычно делает важный господин. Хотя в целом он действительно являлся хозяином положения, с этим не поспоришь.

– Она грязная. Не могу же я допустить, чтобы моя бывшая… воскресшая супруга ужинала в дорожной одежде, – фраза прозвучала с явной кислотой на зубах и с паузой в нужном месте.

– Даже ужином накормишь? – изумилась невиданной щедрости.

– Честно говоря, в первую минуту хотелось вышвырнуть тебя из страны. Но, на удивление, у тебя еще остались друзья, – хмыкнул он. А я продолжала смотреть на него, предоставляя собеседнику возможность дополнить скудность имеющихся данных. «Вышвырнуть» – вот значит как.

– Йен узнал тебя в камере и был впечатлен до такой степени, что даже поручился за «незнакомую» девицу под именем Тира Торнсон, – интонация у дэрна была такой на слове «поручился», что и морлоку будет понятно, где он видел бывшую супругу, пусть даже магически возродившуюся.

– И это я стала жестче? – горькая усмешка вышла сама собой. Я-то грешным образом подумала, что Рейдар выше старых ран. Все же стражий участок не самое приятное место, особенно в чужой стране. Но, как показывает практика, иногда шрамы болят глубже свежих ранений.

– Разве нет? – ответил мне любимейшим мною образом.

– У меня есть вопросы, – проигнорировала его реплику, разглядывая крошечную статую феникса на консоли. Похожая птица была у меня на часах. Когда-то. Поймала себя на мысли, что в свете последних лет я сама стала фениксом – восставшей из пепла.

– Разумеется. Ты всегда была любопытной. Спускайся.

– Даже дверь откроешь? – не преминула подколоть, но он проигнорировал шпильку. А я поспешила добавить:

–Ты забрал одежду, оставив мне халат? – удивилась его логике, сложив руки на груди, но поспешила их убрать оттуда, а то ворот все же расходился. Халат явно был на мужское плечо.

Он не успел ответить, как в комнату постучались, и тут же невысокая полная дама в переднике и чепце внесла коробку и удалилась с каменным лицом.

Я вскинула брови, мимикой показывая, что я не владею ментальной магией такого уровня.

– Платье. Не благодари, – сухо прокомментировал дэрн.

– Хорошо. Не благодарю, – не осталась в долгу я.

Наши взгляды встретились. Но задерживаться более он не стал, закрыв дверь с той стороны. И я неожиданно выдохнула, оказывается, этот мужчина немыслимым образом заставлял чувствовать себя иначе, словно все маски срывались, и я оставалась абсолютной нагой, без возможности скрыться, защитить то, что осталось от меня.

В коробке оказалось парчовое серебристое платье с затейливым этническим узором севера. Изделие было диво как хорошо, если бы не рукава три четверти, что словно издевкой открывали запястье и метку, открывшуюся после ванной из-под грима. Выцветший геометрический рисунок напоминал узоры на платье. А моя сумка с зельем осталась в старом городе Тронхейма.

– Вот мут! – прошипела я, отдёргивая рукав вниз, но без толку.

В столовой для гостей находился стол на восьмерых человек, и нас рассадили на разные его концы как заклятых супругов. Так, собственно, и было, с поправкой на бывших. Круглощекая румяная женщина в чепце, что приносила коробку, накрыла на стол и, пожелав нам приятного аппетита, удалилась на кухню. Тишину бури разрезало невозмутимое разделывание сочного куска мяса на фарфоре оппонента.

А я чувствовала себя, если можно так сказать, не в своей тарелке. Зачем сначала оставлять человека в камере, а затем забирать? Посидела, подумала, наказана, свободна? Что за логика? Думала, он не захочет меня видеть вовсе, ведь той Эверис больше нет. Странно это все. Йен, конечно, хороший парень, но почему он поручился за меня? По логике вещей я должна быть, ну, если не врагом, то точно не персоной, которой будут делать что-то благое, после того, что я натворила в студенчестве – предала его друга. Ведь подноготную не знал никто, кроме Далла, и, разумеется, Торгнира.

Уверена, узнай Ливана, что я приехала в Дэрнию, она поручилась бы за меня, но она не пришла, да и откуда она бы узнала? Если только от Йена, но тогда почему разговор шел о рыжем. Что-то не сходится…

– Ты хотела задать вопросы, – прервал мои мысли Рейдар, и я увидела изогнутый краешек губ и взгляд с подковыркой, которым он замечательно глядел на незамаскированную метку.

– Решил таким образом удостовериться, что я не призрак? – поставила я локти на стол и сцепила руки, демонстрируя орнамент.

– Платье покупал не я.

И правда, с чего это я вдруг решила, что Фрейгъерд лично понесется в салон готового женского платья? Правда и думать о том, что это платье его любовницы, откровенно говоря, не хотелось. Во мне просыпалось чувство брезгливости. Хотя в тех передрягах, где я побывала, это качество можно вычеркивать напрочь.

– Зелье? – догадался он о простом трюке, но таком старомодном, что даже как-то сразу и не сообразил.

– Вопросы хотела задавать я, – запилила я кусок кролика. Он сделал рукой жест, говорящий «валяй».

– Где я?

– Поместье принадлежит моему деду.

– Почему я здесь?

– А ты бы хотела вернуться в застенок?

– Это незаконно, – медленно протянула я, не будучи уверена в том, что для Фрейгъердов вообще что-то является незаконным.

Он так откровенно рассмеялся, что мне даже обидно стало. А затем практически стал загибать пальцы.

– По документам тебя не существует. На тебе не стоит ограничитель. Ты нарушила границу империи, резидентом которой не являешься. Кстати, почему? Спокойно не сиделось… где ты там, кстати, все это время была? – его снисходительный тон и пренебрежительный жест рукой будили во мне инстинкты, что заставляли кипеть кровь от раздражения и гнева. Хотелось отходить его чем-нибудь тяжелым, пару раз хорошенько пройдясь по надменной роже. А может – и не пару. Знал бы он через что мне пришлось пройти! Но… вместо этого я лишь слегка улыбнулась. Ни к чему ему знать о бушующих внутри меня чувствах.

– Рейдар… ты хорошо живешь? – спросила я, перебивая.

– Вполне, – самодовольно откинулся на высокую спинку стула. – К чему это?

– К тому, что каждый из нас живет, как может, и моя жизнь такая, – заставила я угомониться клокотавшее раздражение. Болван!

– Лживая и бесчестная? – прибавил он, явно вспомнив старые обиды.

– Какая получилась, – сжала я стакан с водой, желая скрыть чувства за жестом, а в итоге чуть не хрустнула тонким стеклом. Хотя думала сначала рассказать, поделиться… Может, поймет? Но в этот момент доверие схлопнулось. Нет уж.

– Что ты вообще здесь забыла? – холодно спросил он.

– Приехала к подруге, – не моргнув глазом, придумала предлог, почти правдивый, к слову.

– Врешь, – припечатал он, и я нутром почувствовала ввинчивающийся взгляд.

– Вы не общаетесь, с чего ты взял?

– Эверис, Ливана в отъезде второй месяц. Колесит по северу на гастролях, – невозмутимо разрезал аспарагус в сливочном соусе и продолжил не без ехидства:

– Может, я не завтракаю с твоей подругой по воскресениям, но Маккелана вижу регулярно.

Уел. Ничего не скажешь. Я не переписывалась с ней как раз месяца два. С тех пор, как она зачем-то упомянула, что у Рейдара появилась пассия. Хотя это имя являлось табу между нами. Я не ответила, а она по всей видимости была занята. Что ж, неувязочка с легендой вышла.

– Она знала, что ты… – вкрадчиво начал он.

– Живая? – продолжила за него, на что мужчина кивнул.

– Да. Ты не ответил на вопрос.

– Как и ты, – его показному спокойствию позавидовала бы даже моя матушка. – Твои родители знают? Ноэль? – проявил он участливость в ненужном месте.

– Какое твое дело? – грубо оборвала тему, тревожащую меня. Ведь с Ноэль я условно виделась лишь через Ворна – шамана, что учил меня в Мангольдии. Альмы были сейчас в условиях «жестких гонений», если можно так выразиться, и лишь те, кто отказались от дара, могли спокойно жить в своих домах с семьями. Поэтому я не могла к ней приехать. А сейчас я хоть и позабыта, но в не самом безопасном положении, мягко говоря. Да я забралась в семейное гнездо человека, который хотел избавиться от меня! Нужно драпать отсюда немедленно! Да прямо сейчас!

– Кто я тебе вообще, чтобы отчитываться?!

–Ты права. Никто. Мне нет дела до тебя, – невозмутимо ровно ответил он.

А мне почему-то стало больно. Подчеркнуто холодный и отстраненный тон осколками прошелся по старым шрамам. От осознания этого факта я еще больше разозлилась. Какого драного морлока я вообще ощущаю эти чувства?! Но, если признаться самой себе, то, проклятущая бездна, безразличие ранило, ранило хуже ненависти или злобы. Я бы предпочла, чтобы он бесился. В теории, конечно, мне должно быть все равно. Что за неправильность происходящего!? Я злилась…да… на себя.

– Прекрасно, тогда я пошла, – я чересчур резко скрипнула стулом и с прямой спиной направилась на выход. Двери в столовую захлопнулись перед моим носом. Я сжала кулаки и замерла, услышав, как спокойно мужчина отложил приборы и поднялся. Медленно повернулась. Он встал чересчур близко и процедил, наклонившись:

– Даже не представляешь, как я хочу, чтобы ты убралась отсюда.

Изгнав слабость, я сменила выражение лица, расслабив мускулы и необременительным тоном поинтересовалась:

– Рейдар, ты только что хлопнул передо мной дверьми с внутренней стороны. Логика изменяет тебе, – обогнула его и взяла виноград с блюда в форме железного лебедя – оригинально. Сладкий плод в это время года в Дэрнии – расточительство.

Он сощурил глаза, наблюдая за моими действиями:

– Ты не та, кем кажешься, Эверис, – имя в его устах отозвалось вкусом прошлого и ароматом забытого.

– Она мертва, Рей, – с некоторой грустью заметила я, но его ответ взвинтил во мне другие эмоции.

– Ну и как же теперь величает себя великая лгунья десятилетия? – с иронией вопросил он, сложив руки в закрытую позу.

– А ты беспощаден, – отметила его нарочитое тыкание в больное место, причем мое. – И еще меня называешь жестокой? – оперлась я о стол, а в другую руку взяла стакан с водой.

– Ты не пьешь вино, Рис. Значит, не хочешь проболтаться. Ты разыграла ложь государственного масштаба. Зачем? Нужна была актриса в другом месте? Браво! Честное слово, поверили все! – Рейдар захлопал в ладоши, а меня на секунду, на долю мгновения охватила картина из далекого прошлого, когда то же действие совершил его отец перед тем, как сломать абсолютно все надежды глупой наивной девчонки, что верила в счастливый финал некрасивой истории.

Я не успела ответить гневной тирадой, потому что дверь отворилась и в столовую зашел знакомый незнакомец. Йен был словно страничка из прошлых историй. Он возмужал, отрастил медную щетину и, казалось, раздался в плечах еще больше.

– Инга говорит, ты тут дверьми хлопаешь, – разрядил обстановку приятель Рея. Они обменялись рукопожатиями. Маккелан кинул на меня любопытный взгляд, а затем махнул куда-то в сторону двери другу: – На пару слов.

Они вышли, и пока о чем-то договаривались, я успела откушать традиционное дэрнское «изогнутое пирожное» – крумайле, представляющее собой вафлю в форме рожка, сдобренное начинкой с кремом, ягодами и орехами. Какое расточительство! Как они в такие снега вырастили ягоды? Невероятно! Любезная женщина пояснила, что лакомство нужно полить горячим кленовым сиропом, а в тончайший фарфор налила душистый чай с чабрецом и малиновым листом.

Маккелан вернулся один. А я, раздобрев, и даже слегка расслабившись, вытерла руки о салфетку и тоже кинула любопытный взгляд на фигуру из прошлого.

– Спасибо, – не ожидала, что начну первая, но все-таки решилась.

Йен качнул головой, в знак того, что принимает благодарность, а я по-хозяйски указала на стул рядом с собой, на что кучерявый усмехнулся.

– Ты поражаешь воображение, Эверис.

– Меня теперь зовут не так, – решила я, что в стане врага уж точно настоящим именем зваться не буду.

– А как?

– Тоже будешь язвить? – спросила я, разливая чай.

– Зачем же? Ты не разбивала мне сердце, – очень прямо посмотрел на меня Маккелан своими зелеными, как листва, глазами. Раньше я не замечала этого. Стыдно сказать, в то время, мне кажется, кроме льдистых глаз я больше ничего не замечала, и в том числе, куда катится моя жизнь. Слова его отозвались старой тупой болью, но я запихала ее поглубже.

– Таяна Тесс. По крайней мере, так написано в документах, – назвала я имя, которым пять лет назад наградил меня Далл. Незачем им было знать об Айрис Вайос.

Маккелан пригубил горячий напиток и о чем-то задумался.

– Где Фрейгъерд? – ввинтила в паузу вопрос, возникший за подозрительной тишиной в доме.

– Уехал.

Как уехал? Куда? Вопросы пронеслись стайкой пичуг, а затем я покрутила головой, словно скидывая легкий морок. Зачем тебе это знать, Эв? Ты не нужна ему. Он же сказал тебе, что желает избавиться, да поскорее.

Затем, отпив чаю, Йен задал ожидаемый вопрос:

– Лив знает?

Я лишь согласно опустила ресницы. Он улыбнулся, качая головой, а затем и рассмеялся, видимо, мысль не укладывалась у него в голове.

– Женщины. С ума с вами сойти можно.

– Так когда я могу уйти? – спросила, раз к слову пришлось или… нет, но вопрос был важным.

– Эверис… – оговорился Йен, и я тут же на него строго посмотрела, – Тая, могу я тебя так называть? – я согласно кивнула. – Боюсь, сейчас отпустить тебя одну означает – вновь вернуть тебя за решетку, либо… – намекнул он на не самый благополучный исход.

– Почему? – вопрос был наивен, но мне хотелось услышать о ситуации в стране, как ее видят военные верхи такого уровня.

– Ты разве не знаешь? Идет война с Россарией. Внутри Дэрнии тоже не все спокойно, не всем нравится действующая власть и введённые ограничения, – Йен наклонился ко мне, будто нас могли подслушать. Он мне говорил то, что я знала изнутри, потому что я понимала, о ком идет речь, но тут он сказал то, что я в действительности боялась услышать: – Магия, Рис, она утекает. Причем быстрее, чем мы думали. Опять же, оппозиция внутри страны. Границы накалены. Плюс эти прорывы. Нестабильность слоев. Мир перестраивается. Как ты вообще здесь оказалась? И куда ты собралась в такое время? К тому же, думаю, заглянув в твои документы более тщательным образом, обнаружится подделка. Сама знаешь, в Дэрнии введена магическая метка.

Я молча слушала его, но раскрыть карты было бы очень рисково. Конечно, я знала о политической обстановке в странах. И даже была вхожа в разные круги местной знати, в зависимости от того, в какой стране находилась. Но сейчас время поджимало. И услышанное придало сил и уверенности в намеченном плане.

– Не скажешь? – не удовлетворился он тишиной.

– А смысл? – достаточно безразлично спросила, а саму подмывало сломя голову рвануть на станцию дирижаблей.

– Я хочу помочь тебе.

– Зачем тебе это? – кинула на него взгляд из-под ресниц, пытаясь понять его мотив. За последние пять лет я разуверилась в людях и уверилась в масках. Убедилась в том, что очень немногие достойны доверия, потому что зачастую каждый радеет лишь за свое благополучие. Таков мир.

– Лив бы этого хотела, – отозвался дэрниец. И это был аргумент за. Может и стоит, наконец, рассказать хоть кому-то, кому не безразлично…

– Йен, ты поможешь мне, если я уберусь отсюда поскорее, пока я действительно не превратилась в того, над кем плакали мои родственники пять лет назад.

Он нахмурился.

– Почему ты так говоришь?

– Отец Рея заказал меня еще тогда, – правда далась легко и приятно, а межбровная складка Йена углубилась еще сильней.

– Я стала помехой и неугодной – это вкратце.

– Ты ведь работала на него, – хмурясь произнес он, казалось бы, очевидное.

– Не по своей воле и не на дэрна Торгнира, а на Далла, – пояснила я, легко обходя запрет.

– Тогда я не очень понимаю, что произошло…

– Семь лет назад? – он кивнул. – Дай клятву, что не расскажешь никому без моего на то дозволения.

– Клянусь, – сказал Йен, а я изогнула бровь, намекая на магическую клятву. Он усмехнулся, но произнес в полной мере зарок. И, увидев силовую линию, с легкой руки скрытую его потоками, я успокоилась и рассказала вкратце, как всё было на самом деле.

Йен потер лицо ладонями, а затем выпалил:

– Ты должна ему рассказать.

– Нет, – твердо сказала ему. – И ты не станешь.

– Но…

– Йен, у него другая жизнь. Ты не слышал его здесь всего с четверть часа назад, что он мне говорил. Он должен построить свою жизнь с другой, – на эти слова рыжий изогнул бровь, удивляясь моей осведомленности или тому, что я вообще так сказала. – О чем ты вообще? Вся наша встреча случайность. И, если бы не усиленные параноидальным патрулем улицы, я была бы далеко на пути отсюда.

– Ты не права.

– Может быть, – легко согласилась с ним, при этом будучи глубоко убежденной своими словами. Так будет лучше для всех.

– Поехали.

– Куда? – звякнула фарфором о блюдце.

– К нам с Лив. Там всяко безопаснее будет, раз Торгнир охоч за твоей головой. Пришлось согласиться, и тем самым оттянуть сроки заказчика. Это грозило штрафом. Но я вроде вписывалась в оговоренное время. Пока. Хорошо, что заранее выехала. Зря, конечно, я вообще сунулась в Дэрнию, но цель была не только хорошо оплачиваема, но и привлекала мой интерес.

Маккеланы жили в получасе езды от поместья семьи Фрейгъердов. Зима закручивала кренделя снежинок и высвечивала быстро закатывающимся солнцем белоснежные сугробы, что барханами лежали вокруг поместья. Не такого обширного как у деда Рея, но тоже приятного. Видимо, чета Маккеланов заселилась сюда после свадьбы.

– Javla! – ругнулся рыжий на дэрнском, копаясь в карманах. Я стояла, грея руки в подмышках, но это мало помогало, и очень выразительно смотрела, вопрошая немым языком «Что?».

– Ключи забыл в кабинете.

– Дай-ка, – я вклинилась между дверью и Маккеланом и вытащила из исподнего тонкую отмычку, которую всегда гримом крепила к коже, на всякий случай. Стылый ветер тут же проморозил такое уязвимое к холоду тело.

Коченеющими руками принялась щупать язычки замка, поддела низ и прогнув от спешки отмычку, провернула замок. Странно, что не магический.

– Ты вообще кто? – не скрыл удивления в голосе рыжий.

– Очень злая замерзшая женщина, – честно ответила и, безуспешно пытаясь согреть заледеневшие руки дыханием, вошла в дом первая.

– Это я вижу, но откуда девушка, выросшая в столичном поместье, умеет вскрывать замки? – снимал он дубленку, подбитую мехом.

– Слушай, у каждого свои секреты.

– Что ты делала эти семь лет? – серьезно спросил меня Маккелан, когда разжег камин в гостиной.

– Ну, первые два года я заканчивала учебное заведение.

– И как?

– Закончила, как видишь, – показала ему метку, а он невольно бросил взгляд на орнамент семьи Фрейгъерд. Проклятый рисунок тут же зачесался.

– Он заслуживает, Эверис…Таяна, Тая! Я запомню, – усмехнулся он и быстро прошел на кухню, спеша нагреть воду. А после мы сидели в гостиной и рыжий, как радушный хозяин, подливал кипяток с травами и перцем в огромную глиняную кружку с мордой дракона, которая, видимо, принадлежала самому хозяину дома.

– Пожалуйста, прекрати, – в третий раз отнекивалась от уговоров здоровяка открыть все карты одному барану.

Йен примирительно поднял большие ладони. И показал жестом, чтобы я продолжала.

– Остальные годы просто выживала. Конечно, где-то было и весело, и даже очень неплохо. Образ жизни, знаешь ли, получился отнюдь не домашним. Но и испытаний на мою долю выпало немало.

Рыжие брови приподнялись, а затем, почесав медную щетину, он спросил:

– Как так получилось, что ты имитировала смерть?

– А это уже сказка на ночь, – это сейчас губы растянулись, вспоминая тот жутковатый вечер, но тогда я была, мягко сказать, напугана.

– Прилетел Странник и создал твоего двойника? – усмехнулся Йен.

– Почти… – улыбнулась его версии.

– Дэрн Маккелан! – голос с улицы показался сначала завыванием снежной бури. Но когда мы с Йеном замолчали, а возглас повторился, присовокупив долбежку в дверь, то стало понятно, что это не погодные выверты.

– На границе прорыв! – на пороге стоял высокий худощавый парень в темном кителе и меховой шапке. Он дышал так, словно бежал всё расстояние на своих двоих. Щеки красные, глаза встревоженные. А выражение его лица не оставляло надежды на то, что прорвало трубу с газировкой. Я поспешила за Йеном, и взгляд парня споткнулся на секунду об меня, но вопросов задавать он не посмел.

Йен тут же облачился в дубленку и надел великанского размера обувку.

– Черт бы побрал этих альм, грань рвет словно лоскуты! – ярился пришлый, а я заледенела на этих словах и споро одела плащ.

– Говоришь, альмы рвут грань? – спросила я, а Йен очнулся, когда мы подошли к магмобилю. Ну ничего себе тут живут армейцы! Чуть было не присвистнула, увидев строгий кожаный салон и блестящие детали магмобиля.

– А ты куда собралась? – недовольно остановил меня Йен, а парень чуть не свернул себе шею, наблюдая за нами. Рыжий тут же отвел меня в сторонку.

– Таяна, оставайся в поместье.

– Йен, я должна увидеть прорыв своими глазами, – не могла открыть ему сразу тайну из-за которой попала впросак.

– Зачем?

– Я расскажу. Но не сейчас. Там же не будет… – намекнула на главную фигуру нон грата.

– Нет, генерал и Далл сейчас на северном фронте, на границе с Мангольдией. Проклятье! Ты… Ладно… – помял шапку, вздыбив кудри, и заторопился к мобилю. – Только не попадайся на глаза Фрейгъерду, – тихо буркнул рыжий и тут же уставился на пролетающий мимо пейзаж. – Фин, обо всем, что здесь происходит – ты молчишь. Понял? – строго сказал Маккелан подчиненному. И парень, чуть не заработав косоглазие, споро кивнул блондинистой всклокоченной макушкой, наверняка подумав о чем-то явно предосудительном. Но на его любопытство ничего провокационного всю дорогу не происходило: ни тебе тайн, рассказанных в салоне, ни любовной интрижки – скукота.

Я тоже гипнотизировала пейзаж пригорода и утрамбованную дорогу, что огибала его, уводя нас от поселений на границу. Через час езды я было подумала, что сама даю себе отсрочку, но все же причина была весомой. За пять лет, что я проскиталась по загранице, альм признали вне закона еще и в самой альма матер. Периодически я выхватывала из прессы очередное обвинение на того или иного шамана, что скитался по грани и рвал лоскуты реальности, давая ход каменным троллям, огненным великанам, снежным йотунам и другим сущностям не нашего мира. Я в это не верила, так как сама обладала схожим даром и к порогам реальности подходила с опаской, но все же делала это. А еще не так давно обнаружила не менее интересный дар, но в письме Ноэль я не могла написать подобное открыто, и единственный, кто волей случая согласился мне помочь – это Ворн. Но об этом потом.

Лагерь замелькал внезапно сероватыми шатрами, возникли люди в аспидной форме, куда-то бежали солдаты, а когда мобиль остановился, Йен вылетел из салона, казалось, позабыв обо мне. Тем лучше, проще будет затеряться после. Я припустила следом мимо скорпалаток и замерла, увидев ее. Дыра в другой мир, точно порванное полотно, зияла темно-красной звездой в трехстах ярдах от холма, на котором находились мы. Порывистый ветер сдул капюшон с моей головы, растрепав чернявую макушку, а дух захватило от количества людей, что неслись вниз, утрамбовывая и так подмятый снег, чтобы успеть добавить своей силы для укрепления щита. Сложный рисунок, который замыкали маги, держал марево, точно заплатку на полотне мироздания. Йен был в числе прочих, венчавших рисунок. Похоже, рыжий здоровяк здесь был самым сильным. Стихии ему в помощь.

Что ж, приступим. Отринуть эмоции. Черт, давно я не была на «прорехах». А как подумаю, что сейчас совершу невозможное – под носом у стражей использую дар, то ладони начинают премерзко мандражировать и потеть несмотря на мороз. Не дрейфь. Все получится.

На меня не сильно обращали внимание, если так вообще можно было выразиться, потому что женщин здесь не было от слова совсем. Но служивые были заняты, и это к лучшему. Меня либо игнорировали, либо откровенно косились. Я надвинула поглубже капюшон. Мне нужно было спокойное место и желательно вблизи. Итак, я заглянула в ближний шатер, на койке лежало несколько человек, полностью замотанных белыми бинтами, и меня тут же оттеснили люди с носилками. Похоже, это те несчастные, что были тут, когда полотно порвалось. Хорошо еще, что никто не вывалился из дыры, наверное…

Не то. Занято. Ага, а вот эта подойдет. Небольшая, даже кособокая палатка стояла с краю, не далеко и не близко. Как раз, чтобы уединиться. Я разобрала ящики и положила их в ряд. Легла на них по направлению к югу, как раз, где открылся прорыв. Минут пятнадцать лежала, пытаясь не околеть и отрешиться от мыслей. Разум прыгал со звука на звук, с ощущения на ощущение, а потом в какой-то момент я провалилась в слои.

Увидела свое тело со стороны, ужаснулась. Каждый раз вид себя шокировал, но сейчас я постаралась отрешиться и от этого. Двигаться приходилось сквозь кисель, и я не понимала почему. Сквозь меня пробегали люди, подпитывая сетку, что сдерживала разлом. Не так, мне нужно ближе. Кривая расщелина давала просмотреть горящие горы и скалящиеся морды псов, что точно взрослые особи виверн изрыгали пламя из широкой пасти с той стороны.

Муспельхейм. А это был именно он – один из девяти миров, где обитали огненные великаны и твари, не сгорающие в адовом пламени. Хреново. Но мне нужны были слои и нужно было эмпирически нащупать след, чтобы понять, что или кто являлся причиной. Близко, я вижу напряженное лицо Йена, а затем дотрагиваюсь до грани, точно тряпичной, колышущейся на ветру, и проваливаюсь в слой.

Я закрыла глаза. Сама я «ходы», как называют их альмы, открывать не умею. Только, если кто-то до меня уже вошел. Концентрируюсь на ощущениях. Что тебя разрушило? Сверху, точно радужный мыльный пузырь, действительно ощущается след одного из альм, я уже видела такой. Но когда я погрузила руку по локоть в пространство, ее окутала темная вязкая субстанция, говорящая о темном даре оставившего здесь след. Что за…?

Не успела я оформить мысль, как сила дернула меня назад, больно ударив ментальной вспышкой. Какого…? Что-то ударило в грудь, выбив воздух. Стало темно и больно. Точно упала с большой высоты. Во рту солоноватый привкус крови, а затем я открываю глаза, чьи-то ноги идут по снегу, звуков нет. Что происходит? Почему-то резко растаял сугроб с правой стороны, ту же часть лица опалило жаром. И мощным гвалтом, и утробным рычанием взорвалась реальность. Я слышала звук стали и запах боевой магии. Затем рык раздался совсем рядом и, невольно вдохнув поглубже, я была отброшена в сугроб. Снег пробрался за шиворот и под рубашку, охладил лицо и голову, лизнул ладони, растаял в сапогах.

С какой-то отреченностью я моргала, видя, как мужчина со знакомым затылком и незнакомым тату на шее, достал из-за спины изогнутый клинок. Второе, что привлекало внимание – это клубившейся мрак в глазах муспельхеймского пса. Темнота.

Открываю глаза. Рейдар с кровью, размазанной по лицу, что-то орет мне, затем, когда сознание вновь дает сбой, ударяет по щеке. Больно. Морлок! Мокро и холодно.

– …твою мать, – услышала последнее, и мужчина взвалил меня, точно куль, и через триста ярдов бросил не менее ласково в магмобиль. Транспорт затрясся. Темнота.

– …притащил ее на прорыв. Javal! Думал, это я не жалую ее. Но, оказывается, ты просто решил грохнуть ее сам! Вот только трупа исчезнувшей россарийки мне не хватало на секторе! Журналисты сожрут меня заживо! И это отличный повод для усугубления отношений. Хотя, пожалуй, и усугублять уже нечего, – слова набатом раздавались в голове.

Через какое-то время, когда внутри перестал бить колокол, я распахнула глаза. Треугольник света из приоткрытой двери привлек внимание в темной незнакомой комнате. Голоса слышались оттуда же. Где я? Я обвела помещение взглядом. Однозначно я была в чьем-то доме и лежала на кровати, завернутая в меховой кокон. Немного оклемавшись, я поняла, насколько стало жарко. Уф, что там произошло на прорыве? Ладно, это потом. Не без труда разворочала кокон, обнаружив себя в одной сорочке с чужого плеча. К тому же, похоже, ее шили на женщину очень большого размера и для монастыря. Даже знать не хочу, откуда на мне этот элемент гардероба. Аккуратно подкралась к двери и чуть было не подпрыгнула, потому что Фрейгъерд ударил по столу:

– Семь! Семь гребанных прорывов за последний месяц, Йен. Четырнадцать трупов. Ты хотел пятнадцатый? Почему ты не отправил ее обратно, откуда она там пришла?!

– Ты с ней разговаривал, Рейдар? – вкрадчиво спросил Йен и, если бы он не давал клятву, я бы занервничала на этих словах. Но жизнь научила, что слова должны быть подкреплены, если не долгом, то магией так точно.

Все потом. Надо убираться отсюда! Несмотря на странное состояние, точно меня укачивало, я распахнула шкаф и, надев теплые брюки со свитером, выскользнула в коридор. Прости, Рейдар, не знаю чье это, но я верну когда-нибудь. Мне нужен был выход, и уж точно мне не нужно было, чтобы ты меня отправил в Россарию.

По коридору шли две девушки-служанки, тихо смеясь о чем-то на дэрнском. Пришлось заскочить в одну из комнат, и удача явно была на моей стороне. Это был кабинет. Еще и не запертый. Хотя, скорее, просто недавно оставленный ради одной потерпевшей и, видимо, еще для того, чтобы не прошляпить именно этот момент, если я решусь на побег. Иначе они сидели бы здесь. По крайней мере, я так рассудила, заметив разложенные на столе документы. Сама же комната с прорвой книг и огромным ртом-камином была оплотом строгости и роскоши. У окна стоял массивный стол, на стенах висели не портреты семьи и чиновников, как это обычно бывает, а карты в рамах под стеклом.

Я попыталась зажечь светляк над плечом, чтобы не вспыхивать основным освещением, но он получился до того тусклым, что даже стыдно стало. Похоже, магия сейчас нестабильна. Ну да Стихии с ней, я подергала ящички у стола. В первом обнаружила монеты в кожаном мешке и отсчитала ровно столько, сколько у меня конфисковали в стражьем участке.

Моя рука замерла на подлете к следующему ящику, так как взгляд прилип к магпортрету, что стоял в аккуратной позолоченной рамочке. Светлокудрая девушка с цепким взглядом смотрела прямо на меня своими бездонными синими глазами. Благородные черты угадывались во всем: высоком лбе, изящном излете бровей, аккуратном носе и властном чувственном изгибе губ. Рассматривая странную вещицу на рабочем столе, я пришла к выводу, что это и есть та самая пассия, о которой упомянула Ливана в письме несколько месяцев назад. Что ж, дети у них получатся такие же беленькие, голубоглазые и родовитые. Почему-то стало неприятно, но этот отголосок неуместной эмоции я запихала куда подальше. Поставила портрет ровно туда, где стоял, и проверила остальные ящики.

Пришлось накарябать записку, так как почему-то стало совестно за взятое «добро». Сообщение получилось следующим: «Рейдар, взяла кое-что, верну позже. Спасибо!». Подписываться не имело смыла. Собственно, все было прозрачным. На записку наложила руну самоуничтожения после прочтения.

Оружия, к сожалению, найти не получилось. Зато из кабинета можно было вылезти через окно, он был на первом этаже. Правда, была загвоздка… Я посмотрела на свои босые ноги. Перебрала пальчиками и еще быстрее зашевелила мыслями. Ступни холодил дорогой паркет, мешая этому процессу. Пришлось спешно искать гардероб. Вряд ли бы мои сапоги просто взяли и выкинули. Буквально в паре пролетов по коридору обнаружился холл. Моя обувка нашлась еще быстрее, она стояла в гардеробной, как, собственно, и плащ, аккуратно повешенный на вешалку. Я спешно сунула руку в карман и выдохнула, почувствовав спектролит на месте. Все было еще немного влажное, но мне сейчас не до капризов, а самое главное – в целости и сохранности. В одном из мужских пальто я нашла печатку, что зажигала магию в мобиле. Несколько секунд я гипнотизировала находку, а затем взяла ключ.

В следующее мгновение я зажигала мобиль, что стоял прямо у особняка. На мою магию он отозвался настороженно, точно фыркающий жеребец, которого решила приручить невинная девица. Но, благо, это был артефакт, а не живое существо, потому что моя поспешность вряд ли сыграла бы тут на руку.

Подъезжая к воротам, я резко занервничала, так как на несколько статей уже совершила произвола прямо под носом у служителя правопорядка. Однако сейчас было совсем не подходящее время для эмоций! Соберись, Эверис! Я бросила взгляд в зеркало заднего вида, поправила прическу и представила себя владелицей магмобиля.

– Доброй луны, дерна! – сопато прохрипел мужичок, который, видимо, отвечал за впуск и выпуск местных богатеев.

Я приоткрыла окошко, давая понять, что все в порядке. Капюшон кидал тень на половину лица, но доброжелательная улыбка обычно располагала к себе и расслабляла, давая понять, что все в порядке.

– Доброй! Откройте ворота, дэрн…

– Отто, – выдохнул он клуб пара с таким видом, будто в тысячный раз повторяет свое имя недалекой девице.

– Что-то вы поздно сегодня, леди Бьерн. А где Уилл?

– Были дела… Уилл занят… – заторможено отозвалась, крепко обхватывая баранку руля. Чем занят, кто? Принял за пассию-красотку? Какая честь! Тьфу ты! – Ненадолго отъеду, – надеюсь, милая улыбка, что я изображаю, не напоминает оскал?

– Конечно, – через паузу отозвался Отто. – Сегодня в поместье оживленно.

– Да… – я почувствовала, как стало жарко, хотя в окно задувало знатно. Выпускай меня давай! Обычно я не против поболтать, но только не сейчас!

– Приятного вечера, дэрна!

– И вам, дэрн, – на этих словах я почувствовала, что ладошки-то вспотели, и медленно, хрустя снегом, выкатила за ворота.

Проехав милю, я вжала педаль в пол, боясь, что в какой-то момент они меня-таки обнаружат, вернее обнаружат, что меня нет! Ориентировалась на местности я весьма посредственно, но примерно представляла, где находится город. И внутренний компас не подвел, через полчаса езды по расчищенной загородной дороге, я въехала в Тронхейм и старалась держаться более мелких улиц, а не катить по центральному проспекту. Вдруг что. Лицензии на мобиль у меня нет, и не хотелось бы наживать проблем, еще раз попадая в участок.

Уютные улочки, озаренные фонарями, проносились непривычно стремительно и плавно. Это тебе не конный экипаж. Совсем другое чувство! Точно летишь! Обхватив крепче руль, я чуть не замурчала от удовольствия и ощущения магии в, считай, огромном артефакте! Тут я поняла, что воспроизвела давнишнее желание, которое зародилось, как только вышла статья в мангольдской газете о лимитированном выпуске магмобилей. Я так хотела прокатиться и тут случай сам собой подвернулся! Честное слово, я этого не планировала!

Невольно прикусила губу, вспомнив о том, чье это транспортное средство, и поерзала на сидении, что незамедлительно прозвучало звуком новенькой кожи. «Вертекс». Так, незатейливо в честь имени своего рода Виллиам Вертекс назвал первые мобили времен Золотого Века. По тормозам я нажала резко, так как какой-то прохожий торопился на вокзал, до которого я незаметно доехала.

– Дамочка! Аккуратнее! – возмутился прохожий, ругая невнимательного водителя. Хм, даже склонения такого нет в женском роде. Марко всегда мне повторял, что этот транспорт только для мужской руки.

Но сейчас не об этом. Я оглянулась: не видела ли выверта стража? Но пронесло. Припарковалась на виду и поторопилась к стойке выдачи билетов.

– Билет на ближайший дирижабль до Дельтара, пожалуйста, – выложила я динарий.

– Отправление через двадцать минут. Багаж?

Я покачала головой. А женщина поставила на бумагу печать об отсутствии всякого дополнительного веса и выдала мне билет.

Фух. Повезло. Иначе пришлось бы ждать до утра и вряд ли бы так все гладко вышло. Я украдкой посмотрела на огромный циферблат центрального холла. Стрелки приближались к полуночи. То-то так мало народу было на улицах.

– Еще я бы хотела оставить в ячейке посылку.

– На чье имя? – безразлично прогундосила полноватая дама в очках, взяв самописное перо.

– Рейдар Лайонел Фрейгъерд, – произнесла имя бывшего супруга и незаметно поплевала через плечо. Или что там еще надо делать по дэрнийским обычаям, когда хотят избежать неприятностей? У билетерши также попросила конверт и под прилавком вложила в него ключ, опечатав магией. Руна налилась светом и замерцала, давая понять, что при вскрытии любопытным товарищем его ждет неприятный сюрприз. Когда я отдавала в чужие руки конверт, заговоренный знак почему-то вспыхнул ярче, плюнув искрами и напугав тетку. Та недовольно зыркнула на меня, а я состроила извиняющуюся мордочку. Не объяснять же ей, что меня недавно вытащили из-под закоротившего магией прорыва.

– Это все? – не слишком-то вежливым тоном поинтересовалась билетерша.

– Да, спасибо! – поблагодарила женщину и поспешила на выход под номером три.

Огромный коридор пассажирского дирижабля встретил меня полусонным проводником, приглушенными огнями и уютным скрипом канатов и необъятного сигарообразного баллона, изготавливаемого из сверхкрепкого полотна пополам с магией. В кабинку-купе я плюхнулась с облегчением и вытянула ноги, пока какой-нибудь пассажир не занял место напротив, и еще до объявления взлета вырубилась напрочь, проспав до самого утра, когда проводник вежливо потряс за плечо странноватого вида даму в мужских брюках.

– Мадам, вы уже на месте, – добился он результата.

Я вздрогнула и проморгалась, наблюдая за ранним утром, разгорающимся на крошечной заснеженной станции. С хрустом потянулась. Шея дико затекла, как и все тело. А взору открылись покатые крыши низеньких зданий славного провинциального городка, но не по взглядам, а по видам. Дельтар – любимое место аристократов, которым наскучила столичная суета Тронхейма. И теперь здесь местный бомонд собирает званые вечера, на один из которых я как раз и собралась. И пора мне хорошенько почистить перышки прежде, чем заглянуть на такую славную вечеринку. Да что там! Меня практически заждались!

Глава 2. Двойная игра

Звонкий смех полноватой Амаль Дюваль разнесся по просторной зале настолько оглушающе, что только силой воли я заставила себя не сморщиться. Ну, и чудесами грима, естественно. Хотя я увидела, что гости приема не столь крепки мимикой и чудесами маскировки черт.

– Милочка, а приходите ко мне на воскресный бранч. Какие устрицы в лимонной заправке готовит Жорне! С каждой поездкой за рубеж убеждаюсь: лучшие повара – мужчины. Скажи, Гарольд?

– Бесспорно, дорогая, – мужчина поправил пенсне и получше ко мне присмотрелся. – Не знал, что в Мангольдии еще остались женщины с хорошим чувством юмора. Обычно гольды весьма… нелюдимы и даже, я бы сказал, суровы нравом. Вы ведь с западных земель? Верно? – сдержанно отметил вышеупомянутый супруг леди Амаль, отметив мой акцент. И я проскрипела зубами по этому поводу. Потому что с кем, с кем, а с Гарольдом Дюваль мне вряд ли стоит затевать подобные беседы. Все равно, что с хозяином курятника вести рассуждения, да еще и о себе… Когда ты лис.

– Как точно подмечено, дэрн Дюваль, все так. Правда, с очень крошечного угра3. Боюсь, вы даже о таком не слышали.

Я играла на публику уже битый час. Было проще, когда я небрежно вела беседы о погоде, моде, природе с залетными пташками вроде меня. Разница была лишь в том, что они не собирались вскрывать хранилище Дювалей.

И напоролась же на местную сплетницу. Как говорят в Мангольдии: «жена-сплетница хуже пожара». Невольно перевела на вышеупомянутую «доброжелательницу» взгляд. Графиня Йорн попивала игристое и с любопытством слушала завязавшуюся беседу обо мне. Ведь, естественно, о себе я не рассказывала, но много слушала о других. В частности, о ценных приобретениях хозяина вечера.

– Любопытно встретить гольду так далеко от родных земель, пусть и не уроженку по крови, – низкий твердый голос раздался чуть позади, и мне пришлось оглянуться. – Думаю, я узнаю родные пенаты из уст экспата, – «Что за фигляр?» – подумала я в этот момент и чуть не ляпнула это во всеуслышание. Мужчина смутно был мне знаком, но я никак не могла понять откуда. Один из дружков Марко? Может, я читала о нем в газете? Гольды похожи один на другого, но только с первого взгляда. Когда живешь и проникаешься их культурой и ценностями, то начинаешь видеть разницу еще и во внешности. Однако, несмотря на свои доводы и потуги памяти, предчувствие опасности и грядущих за этим неприятностей кольнуло лопатку и с каждой секундой все громче шептало, что надо как-то свалить из этого аристократического кружка любителей сокета4, устриц и сплетен. Пришлось выразительно посмотреть на пришельца.

– Шанар Лисхан, – представился мужчина в черном костюме, определенно с мангольдскими мотивами. И явно для меня. – Мое почтение, – выразил он уважение и явно не мне. – «Ваше лицо кажется мне знакомым», – произнес он на гольдском диалекте. Это что же… экзамен или попытка перейти в более обособленную беседу? Невольно я изогнула бровь.

И вопреки здравому смыслу я не грохнулась в обморок, хотя следовало. Кто он? Знакомый семьи Далл? Или один из гостей на бесчисленных приемах, на которых я побывала. В любом случае, стоило держаться от него подальше. Но вопреки здравому смыслу, я лишь чуть активнее замахала веером. Что за месяц такой?!

– «Моя внешность вполне типичная для Передэйской части Геи».

– «Как вы масштабно мыслите», – усмехнулся гольд. И я заметила, как к нам с особым пристрастием прислушиваются окружающие, хотя сомневаюсь, что они понимают гольдский, разве что хозяин вечера. – «Ваш акцент действительно западных земель. Но меня не покидает ощущения, что где-то я вас видел. Так откуда вы?» – гольд прищурился, точно вспоминал.

А меня осенило, где я видела этого черноволосого мужчину с миндалевидными глазами, высокими скулами и хищным носом. И это было ужасное озарение! Мы встретились с ним мимолетно. Такую встречу и запомнить трудно. Просто обмен взгяладми. Это было ночью, когда мои друзья в академии притащили меня смотреть запрещенные бои. Где Рейдар подрался с Джаредом и впервые поцеловал меня, когда мы убегали от стражи через яблоневый сад. Я чуть не стукнула себя ладонью по лбу. Точно! Чтоб его! Это же знакомый Фрейгъерда!

Семь лет назад… Вспышками оживала картина: запах пота, ринг, зона болельщиков, я засмотрелась на нетипичного уроженца мангольдских степей на територии Россарийской империи. Стилизованная татуировка дракона на крепком теле, девушка, черты которой стерлись из памяти, но это жесткое лицо, которое сейчас выражало светское дружелюбие и любопытство смотрело на меня настоящим взглядом из прошлого. Не дай Стихии! Чур-чур! Что за возвращение вспять?!

– Думаю, будет уместней, если мы будем говорить на дэрнском диалекте, все же мы находимся в Дэрнии, – пресекла я попытку на дальнейшую экзаменовку, на что мужчина кривовато сделал намек на улыбку, а мне пришла на помощь Амаль:

– Шанар, леди Лейта Туарналь права. А то ваш шипящий гольдский в дуэтном исполнении звучит, точно вы бывшие любовники и не ожидали встречи. А теперь дружелюбно делите территорию – кто должен уйти с праздника, – рассмеялась графиня и ее фантазию поддержал муж с подтянувшимися на, как бы сказал Ворн, «сходку» гостями.

Наверное, такой расклад был бы предпочтительней для местного бомонда. Но гольд остался невозмутим. Собственно, меня тоже не так легко было вогнать в краску.

– Что-то душно, вам не кажется? – включила я слабую даму, активно размахивая веером.

– Верно, это вино, дорогая. Подыши в зимнем саду, – поддержала меня дружеским жестом графиня. Конечно, она не знала, что я ни грамму не пила спиртного, а подливала незаметно рубиновый сок из черноплодки с вишней, что был в цвет красного жолийского вина. Сама же женщина мне импонировала, и в моей голове вспыхнула фраза: «Простите, мадам, вы мне нравитесь, но сегодня я вас ограблю».

Еще одно правило «ключников» и, как это ни страшно звучит, воров: «Не знакомься со своими «клиентами» ближе, дабы не испытать к ним сочувствия». Но я успокаивала себя тем, что я всего лишь заберу украденную у народа реликвию. Наверное, сделки с совестью стали моим кредо в некотором роде. И где правда, а где нет, трудно было сказать. Многое в этой жизни относительно – относительно того, кто смотрит на ситуацию. Добро, зло в перспективе перерождений влечет за собой череду долгов и последствий, и – кто знает, возможно, я делаю большее добро, чем кажется на первый взгляд. По крайней мере в это верили шаманы и гольды. Их философия оказалась во многом схожа с моим мировоззрением.

Бокал приятно прозвучал о светлые травертиновые перила, я вдохнула морозный стылый воздух, что шел из приоткрытого окна зимнего сада. Летом стекло раздвигалось и тут, наверное, было дюже как хорошо сидеть с чашкой ароматного чая, наблюдая за видом, что сейчас было не разглядеть под снежным уютным покрывалом. Я размяла шею и плюхнулась на одно из кресел, которые как раз стояли парой, обращенные на летний сад. Эта часть тела особо болела после непритязательных ночей в темнице и в не самом комфортном классе дирижабля. Чтоб тебя! Фрейгъерд!

Посмотрела на часы, приобретенные в Мангольдии. Еще не пора… должен быть салют. А там у меня будет примерно с четверть часа со всем разобраться. Погладила металлический кругляш. Простенькие, не чета родительским, что пришлось отдать Даллу. Зато эти не тикали, а равномерно перемещали стрелку по циферблату. Терпеть не могла этот раздражающий звук. Особенно, с тех пор…

– Не помешаю? – мужской голос нарушил желанную тишину.

Причина моего бегства остановилась в дверях. Знаю я такой тип людей, которые пока не дожмут – не угомонятся. Стихии, там столько симпатичных дэрниек, на любой вкус! Парень, иди туда! Хотелось свистнуть, изображая вихрь, выметающий его, и сделать характерный «выгоняющий» жест. Я сморщилась, а, обернувшись к нему, слегка улыбнулась, изображая светскую мину вежливости.

– Как вам будет угодно, – не стала я уж совсем подливать слащавости, предоставляя ему мысль, что это он настоял. Мужчина воспользовался гостеприимством и уселся в соседнее кресло. Нас разделял кофейный столик. Я наблюдала за садом, а он за мной.

– Гольда Туарналь? – изонул он бровь, намекая на отнюдь не характерную фамилию для внешности и для заявления о жизни в Мангольдии. Внутри себя я сделала недовольную мину. Значит, неспроста он сюда приперся, раз такие вопросы задает.

– Мои предки были выходцами из Фарансии, – выдала я заготовленную версию.

– Как любопытно. Значит, замужем вы не были в Мангольдии?

Как удачно сформулировал фразу. Благодарю! Меньше врешь – лучше чувствуешь себя. А с моей сферой того и гляди на театральные подмостки возьмут. Я пожала плечами:

– Не довелось.

Его взгляд скользнул на мои запястья, которые были нарочито открыты удачным кроем платья, призванным подтвердить мое не замужество и отсутствие магии. Правда, все это благодаря маскирующим зельям, но это детали.

– Как вам Дэрния?

– Морозно, – передернула я плечами, поймав сквозняк из окна.

Гольд приглушенно усмехнулся чему-то.

– Да, вряд ли такая суровая северная страна по нраву западному теплолюбивому сердцу.

– Простите? – я на секунду напряглась.

– У вас чисто россарийская внешность, леди Туарналь.

«И что?» – хотелось брякнуть ему, но пришлось вежливо лавировать.

– Согласитесь, гольд Лисхан, это то, что мы не выбираем.

– Соглашусь. Как думаете, какие еще понятия не входят в нашу компетенцию выбора? И, прошу, зовите меня Шан.

– Хорошо. Шан… дайте подумать… – в загадки решил поиграть. Ладно. Я постучала по подлокотникам отполированными ноготками и выдала: – Судьбу, родителей, страну и… возможно, возлюбленных?

Гольд улыбнулся, простреливая меня внимательным взглядом:

– Как вы романтичны, Лейта, – решил он своевольно очень по-дружески опустить все приличия. – Думаю, вы достаточно умны, чтобы разделять свои чувства с правильными людьми.

Эта фраза заставила меня улыбнуться. Жаль только, что ты ошибаешься Лисхан. Вернее, ты прав, но опыт приходит с годами. Хотя бывает и так, что годы приходят одни.

– Я прав?

– Возможно… – уклончиво ответила ему.

– Хотите знать, что еще входит в этот список? – мужчина словно нарочно выдержал паузу, встал, чтобы закрыть окно, подхватив мой бокал с балюстрады. Я терпеливо проследила за ним:

– Ну же, не томите, – подыграла ему, откинувшись в кресле, демонстрируя «спокойное» нетерпение.

Шанар подошел ближе и невероятно нахально глотнул прям из моего бокала. На что я потеряла дар речи и не удержалась от выразительной мимики.

– Вишня и… нечто терпкое… – оценил он напиток, ни грамму не отдававший алкоголем. – Похоже на вас, – обаятельно улыбнулся гольд.

Ты что же со мной заигрываешь, кошара? Я не смогла сдержать улыбки. Думала, наоборот, хотел вывести на чистую воду. А теперь смотрю, игра поменялась. Признаю, мужчина был обаятельным, но общее пересечение с прошлым несколько настораживало. Меня вообще за последние семь лет все настораживало.

– Вы флиртуете, – в лоб сказала ему.

Мужчина поставил бокал на кофейный столик и, точно хищник, обошел меня, опершись о спинку кресла локтями позади меня. Я ощутила едва уловимый запах степей, он пах ковылем и чем-то лесным, перемешанным со мхом. Очень остро чувство опасности объяло плечи, подмешивая в кровь перец ситуации. Но это даже забавляло и… интриговало. Впрочем, у меня еще есть время.

– Вам решать, – улыбнулся он, забыв о философской дискуссии напрочь. Впрочем, как и мне.

– Мне? – я повернулась вполоборота, не очень понимая, какую игру он ведет. И наткнулась на острый взгляд черных глаз.

– Хотите сказать, я сама должна все придумать? – усмехнулась его словам.

– А что бы вы хотели, леди Туарналь? – наклонился он к самому уху, и я увидела отражение этого провокационно действия в оранжерейном темном стекле. По шее прокатилась волна мурашек.

У меня давно не было мужчины. Со того времени как… да не важно. Я ни с кем и не встречалась в принципе. Сначала было некогда, затем глупо напоролась на очередные грабли, а потом полагала, что эти глупости только послужат угрозой тому шаткому положению иллюзорной безопасности, что организовал мне Коэн Далл и я сама.

– Какой провокационный вопрос, – медленно ответила ему, и он едва коснулся пальцем шеи, проведя по ней медленно вниз и вверх. Наглец!

– Ты напряжена, – его ладони внезапно легли на плечи и неожиданно мягко помассировали их, затронув шею. Немыслимо, что я позволила это сделать, но… тянущая боль в шее захотела этого действия, а руки мужчины не вызвали отторжения, и даже наоборот…

– Определись уже: то леди Туарналь, то тыкаешь мне, точно мы давно знакомы, – слегка прикрыла глаза и лениво протянула слова. Я была из тех людей, что любили тактильность, хотя есть у меня знакомые, что даже ходили в перчатках, дабы их кожи не касались другие люди даже ненароком.

– А разве нет? – наклонился он невозможно близко и… убрал руки. Шанар, ты однозначно Змейхан, а не Лисхан. Но ведь ты не помнишь наверняка, и я не собираюсь тебе напоминать.

– Нет, – выдохнула, и на этом слове выстрелил первый залп салюта во дворе, осветив расчищенную площадку и зрителей в саду. Я очнулась и поднялась с кресла. Пора. Он остался стоять, выгнув бровь.

– Сбегаешь?

– Не стоит порождать слухи, что я уединилась с дорогим гостем Земли Контрастов, – так называли Мангольдию за ее ландшафт, ведь там, где бескрайние степи заканчивались, начинался густой лес, а если уйти строго на юг, то тропики – немыслимое сочетание. Природа тут явно начудила с климатом.

– Теперь я вижу, что и ты с ее Земли, – отметил он перемену моего настроения. – Но, поверь, люди обычно дальше своего носа не видят, – мягко, точно хищник, подошел он ближе. Конечно же, он ни в коем разе не пытался удержать в ловких пальцах ускользающую жертву его обаяния.

«Это точно» – подумала, накидывая на чувствительные плечи легкую накидку, и направилась к дверям как ни в чем не бывало.

– Ты передумала? – я оглянулась на его голос, в котором звучала претензия мужчины, которому никогда не отказывают.

– Я подумаю, – кинув загадочную фразу, я намеревалась раствориться в дверях, тут рядом был ход в хозяйскую часть для прислуги. Но услышала:

– Хорошо, где ты остановилась?

– Я сама тебя найду, – и юркнула в темноту коридора, а затем и хода, тихо прикрыв проход. – Если захочу, – шепнула и через неприметную дверь услышала, как мужчина все же пошел за мной. Да только не туда. Подвел тебя нюх, хитрый лис.

Я заторопилась по коридору для прислуги и вверх. Сейчас даже эти помещения пустовали. Все примкнули к окнам в хозяйской части, наблюдая светопреставление магических искр в причудливых формах. А еще часть прислуги обслуживали дорогих гостей на улице.

Быстрей, быстрей, быстрей. Так, как там было? Кабинет графа на втором этаже в южном крыле. Эта дверь. Вроде. Посмотрела другим зрением, прислушалась. Нет. А вот следующая просто фонила магией за версту. Ох, видимо с дверью придется возиться не меньше, чем с сейфом. И прежде, чем шерудить отмычкой, нужно было взломать еще и магический замок.

Спектролитовый гриф теплым стержнем привычно лег в руку. Пять минут я подбирала рунную вязь. Много. Хм, а тут весьма недурно. Огромное помещение в светлых тонах с книгами, стеклянными коробами, в которых хранились разные древние штучки, золотые статуэтки, но они меня не интересовали. А у вас есть вкус, господин Дюваль. Оглядела детали интерьера в античном стиле. Но это потом. Я ощупала портьеры, потрогала выделяющиеся книги на полках, сами ниши, разные ручки, облазила стол. Все не то. Мне нужен был… Ага, как вы преданы короне, граф Дюваль, если не учитывать тот факт, как у всех на глазах в сердцах порицали нынешнего правителя. Никому не нравилось ограничение в магии, но и помимо этого накопилось недвольств.

С картины на меня величественно смотрел в официальном облачении нынешний император Дэрнии Сигурд Рагнбьерн. И я, не тушуясь, быстро сдвинула портрет. Как банально. Сейф с мой рост мерцал защитой покруче той, что была на двери. Морлок! Неужели трудно было поставить обычный, как у всех аристократов. Я достала специальные окуляры и стала смотреть спрятанные руны, затем разряжать вживленные кристаллы. Думаю, провозилась я с тайником минут пятнадцать, если не больше. Сюрпризов оказалось тьма. А это грозит потерей времени и выходу из намеченного графика. Быстрей, Эверис! Заветный щелчок и массивная дверь отворилась в сторону, я пропустила всю мишуру, что лежала там: невероятной стоимости драгоценные камни, слитки и прочее. Все это тлен. Вот она ценность! Я с затаенным дыханием взяла древнейший фолиант со времен Начала Схождения Сфер. Даже пыль на нем не стерли. Трепет, который я испытывала перед древностями и загадками не сравнить ни с чем, а если это книга, я приходила просто в неописуемый восторг!

Так, не время экзальтировать, Эверис, надо убираться отсюда! Проверила еще одну полку и взяла небольшую сферу, что была похожа на хран. На ней был выгровирован старинный символ древней артефакторской фамилии Леван. Все в точности по описанию. Положила сферу в небольшой мешочек под юбкой. Захлопнула сейф, восстановила защиту. Окинула все еще раз цепким взором, наткнувшись на величественный взгляд императора и шутливо ему поклонилась. Ведь я молодец! Такую защиту взломать! Просто маэстро замков!

Книгу спрятала в специальное приготовленное крепление под юбкой. В этот момент я благодарила изобретателя этого пыточного средства для женщин. Ведь в эту юбку-шатер можно было запихать целый сейф, но благо, я крепила лишь книгу и бархатный мешочек. Меня немного перекашивало назад, но я была явно тяжелее самой книги, что весила не больше фунта. С восторженным видом я спустилась вниз, накинула короткую шубку и вышла в заснеженный, забарханенный сад. И сама направилась к хозяйке, раздумывая, как лучше все обыграть, чтобы не привлечь внимания. Нужен предлог. Снег хрустел под ногами, я покусала губы и наткнулась на ястребиный хищный взгляд Шана. Собственно, а почему бы и нет? Можно же просто уйти с ним, а потом… Разберусь по ходу дела.

– Встреть меня у выхода, – шепнула я мужчине, выдохнув облачко пара у его шеи. Его мимика была очень красноречива. Хотя гольды славятся ее замороженностью и нечитаемостью лица. Но я с уверенностью могу сказать, что Лисхан не ожидал от меня такой быстроты решения.

Я приблизилась к чете, пока Шан еще был в поле зрения, дабы главные свидетели успели зафиксировать причину моего побега. Заявиться к графине с ним под ручку было бы не лучшей затеей. Слишком откровенно, да и Шанар мог бы меня в чем-то заподозрить. Ведь не далее, как час назад я говорила обратное, ссылаясь на слухи. Но теперь я деликатно создам их сама. Причем делая вид, что хотела бы сохранить это в тайне. Люди любят секреты. Гениально!

– Дэрна Дюваль, вечер превосходен! – восторженно проговорила я и кинула многозначительный взгляд из-под ресниц в сторону мужчины, что направился к центральной части поместья. – Но вынуждена вас покинуть в этот апогей вашего чудесного приема, – сладкоголосый соловей обзавидовался бы моей трели, а пчелы со скепсисом посмотрели бы на мед, потому что из меня лилась патока и услада для хозяев этого действительно прекрасного вечера. Я восторгалась мероприятием и гостеприимством, чудесным ансамблем хозяйки и ее радушием.

– Конечно, дорогая, – по-дружески тронула меня Амаль. А графу я отвесила положенный реверанс.

Чета тут же кинула понятливый взгляд на дорого гостя, чья спина уже почти скрылась за поворотом. И ведь ни слова не сказала.

– Детка, будь аккуратна. Шанар тот еще сердцеед, – шепнула мне напоследок графиня. И я понятливо кивнула, и улыбнулась задорной улыбкой девушки, что якобы вскружилась и попала в цепкие лапы заграничного гостя. А когда вышла к парадному входу, то меня ждала не просто карета, а удлиненный магмобиль! Я почти пискнула от восторга. Хотелось бы вновь прокатиться за рулем. Но крамольную мыслишку пришлось отодвинуть в сторону, а Шанар ждал меня, чтобы самому галантно открыть заднюю дверь. Морда мобиля была длинной, а салон вытянутым, кожа гладкая, кофейная, а взгляд оппонента задумчивый и темный. Перегородка отделяла водителя и создавала атмосферу интимности. Я не стала мешкать и назвала адрес тому, кто сидел у руля, понятия не имея, услышал ли он.

– Рональд, следуй адресу, что назвала леди Лейта, – согласился мужчина на поехать «ко мне», что было нетипично. Мужчины его расы предпочитали всегда контролировать ситуацию и территорию. Возможно, я чего-то не знаю? Ехать было недалеко, и это хорошо. Но вот задача: очень удачный предлог ухода я создала, но вот, что делать с самим предолгом? Не могу же я… или могу? Что я, собственно, теряю? Он хорош и свободен, я тоже.

Я бросила аккуратный взгляд на Лисхана. Он жег меня своими черными глазами, в полутьме мобиля казавшимися инфернальными. И по мне точно электричество прошло. К морлоку! Безрассудно нас толкнуло друг к другу, точно мы были намагничены. И единственным осознаваемым краем сознания местом был филей. Не в том смысле, о чем вы подумали, просто я буквально сидела на книге, возраст которой уходит корнями к основателям магии, и я искренне старалась не раздавить сей ценный артефакт. Удачно, что ее защищала магия.

В номер гостиницы мы ввалились в безумной горячке, словно менталист влез ко мне в голову, отключил все мысли и врубил рубильник с чувственностью, которую я подавляла долгое время. Бахнула дверь о стену. Камзол был небрежно скинут на пол, а рубашка с треском расстёгнута, оголяя крепкий торс воина. Гольд спешно развязывал мое верхнее платье, добираясь до корсета, а затем медленно распустил локоны, вдыхая воздух у моей шеи. Но, когда дело дошло до самого интересного, в номере вспыхнул свет. Я слепо заморгала, как и Шан.

– Побойся Единого, Эверис! – голос раздался громом небесным среди комнаты, что я сняла на сутки.

– Стихии! – по-настоящему испугалась я, подумав про Светлого, но опомнилась, ведь я занимаюсь грехом первородным. А Шан, уж точно не стесняясь создателя, очень красноречиво выразился матом.

У Лисхана было непередаваемое выражение лица в этот миг, но инстинкты сработали быстрее. Точно дикий зверь он ловко оказался в вертикальном положении, оставив меня на лопатках. И, приподнявшись на локтях, моему взору открылась: крепкая спина с сюжетом из древних легенд Мангольдии, обладатель которой был претендентом на долгожданное занятие тем, чем при постороннем мужчине не занимаются. Собственно, последний упомянутый мужчина сидел в кресле у стены, сливаясь с черной шелковой обивкой кресла, а затем резко встал.

Рейдар Лайонел Фрейгъерд собственной персоной с очень злым выражением лица резко сузил глаза, точно сам плохо видел, и вгляделся в мужчину. Твою мать! Последняя мысль отчетливо и медленно просквозила в моем сознании. И я медленно прикрыла глаза, не желая участвовать в этом фарсе.

– Шан? – вымолвил он в неудобную паузу, которая глыбой льда накрыла сей комичный сюжет. Хотя мне однозначно было не до смеха, и я продумывала пути отступления. Но демон не дремал.

– Рей, какого демона ты тут делаешь? – недоумевал гольд, и я его понимала.

– Даже не думай, – уловил он мой взгляд на дверь балкона. И я, подтянув спущенное платье повыше, села на кровать, точно застуканная за прелюбодеянием лицеистка, решив, что хуже быть просто не может. Бывший любовник, который и так меня не жалует, нагрянул, застав с неслучившимся. Прекрасно! Видимо, тема любви для меня табуирована. Может, и начинать не стоило?

Я кинула быстрый взгляд в напольное зеркало и подтянула лиф еще выше, так как верхнее платье держалось на корсете и честном слове после ловких рук гольда. Тугие блондинистые локоны спадали ниц и вид я приобрела после жаркой поездки в магмобиле приличествующий лишь будуару или вот таким закрытым сценам.

Вопрос стоял остро: какого хрена он здесь забыл!? И, что самое забавное, один и тот же вопрос звучал у нас в головах, но тем не менее все мы были здесь. Парадокс!

– Кхм, – поправил связки гольд, – как бы… – обвел он красноречивым жестом и меня, и раздетого по торс себя, и подвисшие в воздухе планы.

– Неожиданно, – достаточно холодно отметил Рейдар горячую сцену, – но спектакль пора заканчивать. Прости, Шан. Эверис, давай сюда то, зачем ходила к Дювалям, – северянин протянул ладонь в черной кожаной перчатке, точно был моим нанимателем. От наглости заявленного я даже не смогла скрыть удивления.

– Ты не охамел ли, Фрейгъерд? Ты заявляешься, позволь заметить, ко мне, поджидая в номере, срываешь планы, – перевела я взгляд на Шана, – и теперь обвиняешь меня в краже. Ну, знаешь ли! – я сложила руки на груди и возмущенно уставилась на бывшего супруга. Дэрния – однозначно не моя страна. Здесь все время все идет не по задуманному плану!

– Я что-то упустил, приятель. Вы знакомы? И… как ты ее назвал… Эверис? – отмер гольд.

А Рей красноречиво на меня посмотрел:

– Что ж, не удивительно, – и двинулся в мою сторону. Но гольд проявил чудеса мужественности и заслонил путь дэрнийцу, за что я испытала к нему чувство благодарности.

– Шан, эта женщина не та, кем кажется. Она без зазрения совести может угнать твою машину и сейчас ловко водит тебя за нос. Просто поверь мне, – обвинил меня Фрейгъерд во всех смертных грехах.

– Единый, ты никак успокоиться не можешь! – наблюдала я за чисто мужской постановкой фактов. – Я же вернула машину!

– Леди Туарналь? – обратился ко мне новообращенный в клуб тех, кого Рей, уверена, убеждал в своей правоте.

– Не вынуждай меня, – пригрозил северянин.

– Стихии, ты даже не понимаешь, о чем идет речь! – в сердцах сказала ему то, о чем радела последние годы.

– Для меня достаточно того, что ты нарушила закон, и этого хватит, чтобы засадить тебя.

– Навязчивая идея, смотрю?

Лисхан хмурился и, не выдержав наших диалогов, решил задать главный вопрос:

– Рейдар, кто эта женщина? – подспудно гольд накинул рубашку на голый крепкий торс. К слову, дракон до сих пор был на месте. А я встала и аккуратно переместилась по другую сторону кровати, ближе к балкону.

Неловкая пауза заставила нас обоих задуматься, ведь кем я только не была для Фрейгъерда. Можно сказать, персона во всех оттенках и спектрах, что называется от ненависти до любви.

– Никто. Бывшая супруга, – молвили мы в унисон и посмотрели друг на друга.

Стихии, какая слаженность! Хотя я удивлена, что он назвал мой официальный статус, а не то обидное слово, которым он кинулся в стенах дома своего предка.

– Так это ты? – у Лисхана поехали брови наверх, а в уголке губ затаилась улыбка.

– Не знаю, о чем ты, – его тыкание насторожило, ведь под этой фразой могло крыться все, что угодно. Я постаралась незаметно отодвинуться к дверям, что вели на балкон. Да, я раскошелилась на номер, чтобы подтвердить статус никому не известной баронессы. На мне хоть и все прелести женской моды, адаптированные, конечно, но все равно с ними будет трудно взлетать на парапет. Хотя мне не привыкать. Иногда я думала, что все эти изобретения в одежде были для того, чтобы женщина не смогла далеко убежать при необходимости. Как сейчас, например. В сознании я уже залезла на карниз и лезла на крышу. Здания стоят плотно. Может, получится…

– О вашей помолвке в Даркмурте разве что ленивый не перетер все подробности. Я не любитель чужого белья, Рей, но скандал вышел громкий, – пояснил он и застегнул дорогие обсидиановые запонки на белоснежных манжетах рубашки, – напоминание ввергло бывшего супруга в некую дымку прошлого, и в этот момент, я дернула ручку прозрачных балконных дверей, стремительно подбросила прыжок сырой силой, оказалась на балюстраде и еще одним подпрыгнула, цепляясь за выступ на крыше, ведь номер был на последнем этаже пятиэтажной дорогой гостиницы.

– Javal! Эверис! – дернулся дэрниец, и я была, конечно, слишком самонадеянной, если думала, что получится сбежать в таком обмундировании.

– Шустрая, – весело прокомментировал Шан, заглядывая вверх.

Но Рейдар был все-таки профессиональным военным. И сцапал меня точно кошка птичку с крыши. Я была близка к краю, но жесткие руки бесцеремонно сцапали меня за хваленую юбку. Я чуть было не упала вниз, но тут же была подтянута за талию и переброшена через плечо.

– Пусти сейчас же! Ты не понимаешь! – ударила я железную спину, но он только встряхнул меня.

Рейдар вернул меня в номер, громко и демонстративно захлопнул двери и встал в военную позу начальника: сложив руки на груди и расставив ноги на ширине плеч.

– Эверис, я ведь просто могу тебя запихнуть в машину и арестовать. Заметь, я проявляю чудеса сдержанности и снисходительности, бегая за тобой по крышам.

– Сни… снисходительности? – поправила я локоны, закрывающие этого нахала. – Да ты вломился, стесняюсь даже сказать в какой момент, и требуешь не пойми что!

– Ты уже сама подтвердила все, – упрямо отозвался дэрн. – Я ведь просто обыщу тебя, – и он сделал ко мне пару шагов, а я почувствовала себя загнанной зверюшкой. Терпеть не могла это чувство со времен студенчества!

– Лейта… – обратился ко мне Шан, встав точно треугольником и как бы между нами с Реем, а потом быстро поправился и опять мимо: – Эверис…

– Меня зовут Таяна, – упрямо повторила присутствующим и, если Рей закатил глаза, то Шан был совсем сбит с толку моими именами.

– Эм, хорошо… Таяна, похоже Фрейгъерд не собирается тебя арестовывать, может, отдашь, что он просит и… – его многозначительное обрывание фразы смутило меня больше, чем если бы он сказал что-то вслух, или это у меня испорченная фантазия? А Фрейгъерд поперхнулся.

– Приятель, ты не то подумал, – открестился, видимо, от продолжения вечера гольд.

– Шан, это не мое дело, – процедил Фрейгъерд с характерным жестом руки, намекая, что разговоры об этой теме точно не намерен вести. – Эверис?

Его выжидательный колючий взгляд не предвещал никакого развития событий в мою пользу, и я принялась судорожно соображать, как выйти из неудобной ситуации.

– Ладно, – фраза вылетела весьма экспрессивно, и я потянула подол юбки вверх, открыв изящные лодыжки и высокие каблуки. А потом заметила, что оба мужчины уставились на неожиданное раздевание. – Отвернитесь! – Рей спешно развернулся, а Шан завис и я добавила: – Оба! – мужчина точно очнулся и крутанулся вслед за северянином. Выглядела картина прям как в студенческие годы, когда парней заставали рядом с женской раздевалкой. Ей-Богу! Я зашуршала одеждами, отстегнула крепежи. Звуки были, конечно, будто:

– Ты там мобиль что ли разбираешь? – вставил свои пять шиллингов, хотя в его случае флоринов, Рейдар.

– Тебе обязательно комментировать? – буркнула я, приводя юбки в порядок. – Все, – мужчины повернулись и добавила: – Я отдам, Рейдар, но сперва хочу прочитать, иначе спалю ее к черным вивернам! – пригрозила я, подняв книгу вверх, а на кончиках левой руки пальцы лизнуло пламя. Он же не знал, что она не горит. По крайней мере я на это надеялась.

Брови Шана поехали вверх, и в довесок он рассмеялся, а у северянина, похоже, дернулся глаз.

– Горячая штучка! – хохотал мужчина.

– Очередной фортель, Эверис. Почему с тобой не может быть просто?

– Таяна, – упрямо переучивала его, потому что, скорее всего, вылетевшее из его уст имя принесет угрозу. – А как ты хотел? Чтобы я сделала всю работу, а ты только сливки снял? Ну уж нет! – про сферу даже упоминать не смела, так как ее я должна была достать при любых условиях. А с книгой… как-нибудь выкручусь…

– А она мне нравится! – веселился Шан.

– Ты просто плохо ее знаешь, – скептически добавил Фрейгъерд. – Ладно.

– Что, прости? – даже ухом повернулась слегка в его сторону.

– Согласен, – повторил он.

– Не слышу магической клятвы? – издевательски протянула я, и мужчина скрипнул зубами, но дал ее.

– Ты тоже, – кивнула я на гольда.

– Я? – тот состроил удивленную мину, приложив руку к груди.

– Конечно, откуда я знаю, какие у вас отношения. Ты называешь его приятелем. Может, вы в сговоре и судя по тому, что я услышала, ты приехал в Дэрнию именно к нему.

Шан странно цыкнул и качнул головой набок, поражаясь моей недоверчивости, ведь только недавно я было доверилась ему. Физически, по крайней мере. Но, Слава Стихиям, комментировать этот момент не стал.

– Женщины! – посмотрел он на собрата по полу и произнес клятву.

– Чудненько! А танцев-то сколько было и разговоров! – прошествовала я ко столу и благоговейно положила книгу. Мужчины нависли с двух сторон, и я произнесла на первородном слово «Откройся». Мы замерли и… ничего не произошло. Я подергала обложку, но она точно намертво слиплась с остальной частью книги.

– Чудесно, Эверис! – прокомментировал он мои действия, а я стала подбирать ключи на древнемагическом. – Ты украла артефакт, не зная, как им пользоваться. Да ты гений! – язвил бывший супруг. А Шан заинтересовано следил за моими действиями, а когда я отвлеклась, чтобы вдоволь поругаться с бывшим мужем, стал крутить артефакт в руках.

– Послушай, мог бы и помочь, между прочим. Я от тебя только и слышу претензии, придирки и угрозы!

– Хочешь сказать, что, обещание не сажать тебя за решетку – это не помощь?

– Если бы не твой следователь и паршивое настроение, то я бы благополучно убралась бы из страны… через какое-то время.

– В том то и дело, это моя страна и как ты заметила, я являюсь фигурой правоохранительных органов. И обязан…!

– Ребята… – послышался голос Шана в этом дребезжащем мареве негодования и злости между нами.

– Что?! – раздраженно добавили мы, слажено поворачиваясь к гольду, и тут я заметила, что мы стоим непомерно близко. Похоже, Фрейгъерд этот факт тоже отметил, и также синхронно мы сделали шаг назад. И направились к Лисхану.

– Похоже, тут нужен ключ.

– Да ты гений! – продолжал сыпать раздражением дэрн. А я укоризненно на него посмотрела. Мог бы и проявить уважение к тому, что делает человек. От заклинаний и рун по книге пробегали рыжеватые всполохи, а по обложке бегали неразборчивые строчки хрен знает какого языка!

– Что это за язык? – спросила я, но внутренне уже поняла, что никто из присутствующих не знает такого ломаного и рычащего наречия. – По звучанию напоминает гольдский, – отметила, произнеся вслух словосочетание «Эсхаре тера инду ревершси».

– Шан, ты знаешь пятнадцать языков, включая островные наречия Инду, – отметил Рей. И мы уставились на гольда. Но тот лишь пожал плечами и отдал книгу Фрейгъерду. А у последнего случилась заминка, ему было некомфортно держать артефакт.

И я улыбнулась. Ай да я, ай да молодец!

– Ты все подстроила, – спокойно констатировал факт и отдал книгу мне.

– Честно говоря, все получилось случайно, но очень удачно, скажи?

– Для тебя… Но теперь я не заберу ее, пока ты ее не прочтешь. Ты на это рассчитывала?

– Стихии, Фрейгъерд, почему тебе вечно нужно кого-то обвинять? Когда ты успел стать таким…? – внезапно задала вопрос, а в его глазах блеснула ненависть – отравляющее чувство. И я поняла, что именно в ту ночь… семь лет назад….

– Я знаю, кто может нам помочь, – слова Шана прервали эти мгновения злобы, что я чувствовала от Рея.

– Кто? – бахнули мы в унисон с Фрейгъердом, и такая хорошая слаженность порядком начала раздражать. И если он брякнул с раздражением, то я с предвкушением.

– Кин-Хау.

– Ты, верно, шутишь? – отозвался дэрн, а я непонимающе захлопала глазами.

– Кто такой Кин-Хау?

– Племя на юге Мангольдии.

– И что с ним не так? – не поняла я интонации дэрна, но он явно использовал бы это словосочетание как ругательство.

– Они головорезы, – вставил дэрниец.

– Ну, они наследовали древние языки еще с Начала Сопряжения Сфер. И одни из немногих, кто сохранили знания.

– Хорошо, едем! – воодушевилась я, ведь те краюхи знаний, что я знала, стоили того, чтобы отправиться даже на край света ради того, чтобы прочитать оригинал. Шан одарил меня шальной улыбкой, а Фрейгъерд как всегда:

– Да вы оба спятили! И если ты, Шан, еще доберешься дотуда, то Эверис даже не войдет в центр джунглей.

– Почему это?

– Ты видела себя? – указал он рукой снизу-вверх на мою фигуру.

– На что это ты намекаешь? – уперла я руки в боки.

– Ты женщина! – пояснил мне, и я совсем запуталась.

– Только заметил? – съехидничала.

– Рейдар имеет в виду, что у Кин-Хау в Священный Круг может зайти лишь Воин. Так по крайней мере говорится.

– Всего-то? Ну… у меня есть вы? – посмотрела я, хлопнув ресницами. Всегда работало.

– Нет, – твердо сказал Рей, а Шан задумался.

И я поняла, на кого нужно давить:

– Ты только подумай, Шан, – подошла я к гольду искусителем, – древнее пророчество скрыто в этой книге, оно способно спасти мир, – и тут оба мужчины посмотрели на меня, и если один взглянул заинтересованно, то второй – с явным сомнением.

– Спасти мир? – добавил Рей, не скрывая скепсиса. – Ты начиталась сказок.

– Отнюдь, – ответила я, – просто есть нюансы, позволяющие мне знать чуть больше.

– Это какие? – добавил дэрн, а Шан все более заинтересовывался.

– Если пообещаете пойти со мной и дать клятву, то я вскрываю карты.

– Ты превратилась в торговца клятвами, Эверис?

– Не обижай меня, – строго посмотрела на Рейдара и тот поднял руки, что мол он так это, к слову пришлось.

– Ладно, – протянул мне ладонь Шан. – Заманчиво!

– Шанар, ты в своем уме? Доверять этой женщине, – подошел он к гольду, явно радея за друга, как бы он не попал в мои паучьи сети. Пф! И я сузила глаза. Что он тут подрывает мой авторитет?

– Ты уже знаешь три ее имени, а я четыре, и я даже не уверен, что то, которым я ее называю – правдивое.

– Эй! – совсем обиделась я. А Шанар посмотрел на друга, понимая, что он просто обжегся об меня и теперь ожог горит.

– Давайте обсудим все завтра на свежую голову, – решил поставить точку над «i» Лисхан. Я победно улыбнулась, а дэрниец остался недовольным ситуацией, и вышел из номера первым, не попрощавшись, хлопнув дверью. Или это моя фантазия, что дверь бахнула громче, чем обычно?

Шан захватил пиджак, держа его на указательном пальце, перекинул через плечо, и тоже направился к двери, но в проеме остановился.

– Мне жаль, – кинул он странную фразу, которую я интерпретировала по-своему.

– У нас бы все равно ничего не вышло, – пожала я плечами. Он усмехнулся, помахал головой каким-то своим мыслям и вышел за дверь.

Глава 3. Опасное дело

Теплый луч ласково коснулся щеки, и я сладко перевернулась на кровати, вдыхая свежий запах простыней, со смаком потянулась, кинула взгляд на балкон. Ветер Борей, выдувший всю свою силу и мощь за два месяца, игриво подбрасывал снег, закручивая его в немыслимые кренделя и круговерти на улицах Дельтара. А морозец расписал ледяным дыханием окна искусным кружевным орнаментом.

Впечатление от вчерашнего вечера нахлынуло лавиной спустя пару минут, и я невольно простонала в подушку. Все в порядке, я справлюсь. Помни о цели, Эверис. Собралась я быстро и, приведя себя окончательно в порядок, не надев грим, спустилась вниз. И это было дюже приятно. Ходить со своим лицом и волосами. Даже дышалось легче. На первом этаже фешенебельной гостиницы витали аппетитные запахи, а учитывая, какой стресс я вчера испытала, то подкрепиться было как нельзя кстати.

В залитом теплым светом помещении витала чудесная атмосфера настроения, что меня покормят чем-то не столь изысканным, как это могло быть в столице, но более простым и вкусным, как это бывает в более отдаленных уголках северных краев Дэрнии. По крайней мере, я на это надеялась. Столы были накрыты белыми скатертями, с такими же накрахмаленными салфетками, а по центру каждого обеденного места стояла незажжённая белая свеча. Я и забыла… А скоро их будет невероятное количество…

Заклятый бывший супруг уже сидел за накрытым столом вместе с Шанаром и вкушал довольно аппетитный завтрак. Я бы сказала, стол просто ломился от еды, и, недолго думая, я села рядом с гольдом.

– Доброго солнца! – поприветствовала я мужчин на росский манер и подвинула к себе целую тарелку с яичницей, беконом, какой-то зеленью и блины с медом. Я была жутко голодна!

Рей кивнул и слегка завис, видя мой зверский аппетит.

– Да… а ты не изменилась… – комментарий Фрейгъерда я просто проигнорировала.

– Доброго! – согласился Шан, а затем резко повернулся вновь, всматриваясь в мои изменившиеся черты. Под таким пристальным взглядом можно было и подавиться, но, честно говоря, я не помню, когда в последний раз плотно ела, поэтому сосредоточилась на пище. И послышался смешок.

– Позволь полюбопытствовать, – вежливо начал Лисхан, невежливо продолжив, – …может, я плохо разбираюсь в женщинах, но зачем тебе лепить из своего лица что-то еще, когда все при тебе? Кодекс вора? – огорошил меня гольд, наблюдая со смехом за моим аппетитом.

– Я не вор, – опровергла это грубое слово, а Рей явственно усмехнулся.

– Расскажи это Дювалям, – добавил бывший супруг.

– Мы не за этим собрались здесь, – запила нелегкое начало беседы клюквенным морсом. – Шан, ты со мной? – очень прямо спросила его. Тот размешал сахар в чашке и сделал вид, что задумался.

– А мне с этого что? – добавил Лисхан.

– И еще меня ты назвал торговцем? – обратилась я к Фрейгъерду, намекая на ярморочную жилку гольда, но дэрн лишь неопределенно пожал плечами. – Вчера ты был согласен, – припомнила я его поспешность.

– А вдруг ты предложишь что-то интересное в довесок? – настоящий лют в гольдовском обличии!

– Ты просто пока не знаешь всей награды, – точно гадалка на ярмарке протянула с затаенной интонацией.

– Признаю, я заинтригован, – когда он так говорит, то кажется, будто фраза с подтекстом.

– И не зря, – многозначительно повела бровью.

– Пожалуй, нам пора, – рублено вытер рот салфеткой дэрн и поднялся из-за стола. В руках его блеснул мерил, и я сглотнула. Неужели просто арестует меня?

– И не спросишь меня, что за разгадка таится в артефакте? – откинулась на спинку стула, наблюдая за раздраженным бывшим мужем. Что его так разозлило?

– Неинтересно, – направился он к двери. – Жду тебя в мобиле, – бросил он, тем самым давая мне понять, что не потащит силком. – Не придешь, сама знаешь – найду и уже не буду таким вежливым.

– А если я скажу, что это остановит прорывы и войну? – я услышала, как он остановился и улыбнулась, потому что причина была веской. Шан заинтересовано слушал и наблюдал за нами.

– От чего ты так уверена? – вернулся Рейдар и встал, возвышаясь рядом так, что мне приходилось смотреть на него снизу вверх. Почему мужчины любят такие позиции? Риторический вопрос. Не отвечайте.

Я сделала приглашающий жест за стол и сложила руки на скатерти.

– Сначала клятва, Рейдар, потом детали.

– Какую клятву ты хочешь, Эверис? – сузив глаза проговорил дэрн.

– Всего лишь чтобы ты без моего на то дозволения не сообщил ни вербально, ни ментально, ни письменно никому во всех трех мирах ту информацию, которую я тебе расскажу. Ах, да, и не посадишь меня за это за решетку, – рассматривала я свои аккуратные ноготки, что я привела в порядок, как раз к приему Дювалей.

– Похоже, игра стоит свеч, раз красавица так печется за свою шкурку, – весьма грубовато прокомментировал Шанар. И лед треснул.

– Ладно, допустим… Но и ты дашь обратную клятву.

Я заинтересованно посмотрела на Фрейгъерда.

– Ты поклянешься ценой своей жизни, что все, что ты говоришь правда. Как тебе такой формат, гольда? – иронически растянул губы и на его щеке вспыхнула знакомая ямочка, от которой в студенческие годы у меня крыша ехала на раз, два, три. Я сбросила морок, встряхнув головой, отчего Рейдар изогнул бровь. Но объяснять ему свои конвульсии я не собиралась.

– Есть проблема. Часть информации – это легенда и предсказание одного из… сам знаешь.

– Ты ходила к альмам? – зло процедил Рейдар.

– Тише, Рей. Мы ведь не хотим быть услышанными? – и я встала, направляясь в свой номер. Через мгновение мужчины послушно поднялись и пошли за мной. Так-то мальчики. «Тигры трудны в приручении», – говорил Ворн, когда рассказывал мне суть моего дара.

– Говори, – скомандовал Рей.

– Сначала клятвы, – и все повторилось вновь, слова на первородном прозвучали с их уст, и я произнесла в ответ более аккуратную клятву, но достаточную для того, чтобы успокоить мужской тревожный и недоверчивый ум.

– Я – альма, – огорошила сразу.

Реакция была, скажем так, разная. Рейдар нахмурился, точно не поверил или было что-то еще. А Шанар присвистнул и сказал:

– И как такой шаманский цветок еще твое ведомство не захапало? – обращался он явно к дэрнийцу.

– Я была на прорыве и то, что болтают про альм – грязный поклеп.

– Хочешь сказать, что там нет ваших варварских следов? – сощурился Фрейгъерд. Это было серьёзное заявление. Ведь шаманы часть культурного наследия магии северного народа, а гонения, что происходят в последние годы лишь усилились и перерастают практически в жесткий прессинг.

– Есть, но…

– Что и требовалось доказать, – перебил он меня.

– Да послушай, я погружалась за грань и знаю, о чем говорю.

– И что же там? – со скепсисом вопросил дэрн.

– Сначала действительно след альма, но… поверхностный, чтобы маги увидели лишь обертку, а дальше… – сделала я многозначительную паузу и Рей не выдержал театральности:

– Что?

– Тьма, – выдала я, посмотрев на дэрнийца. И мы оба знали, что это значит.

– Погодите, но то, что ты говоришь означает, что… – прояснил вслух гольд.

– Да, в основе прорыва лежит темная магия, – продолжил дэрниец за него.

Мужчины замолчали, обдумывая вышесказанное, а я продолжила.

– Это не все. Древние легенды гласят о великом знании магии основателей, что пробудит первородную мощь Геи, которая вернет равновесие в мир, – благоговейно выдала я знамение, что поведал мне Ворн.

– И ты веришь в это? – серьезно спросил Шан.

– Я тебе больше скажу: сопротивление, что сейчас собирает войско в трех странах, знает эту легенду и тоже в поисках…

– Только не говори, что ты входишь в их число, – пошутил Фрейгъерд, а когда столкнулся с моим взглядом, резко посерьезнел. – Ты понимаешь, что я теперь просто обязан надеть на тебя мерил? – холодно спросил меня, глядя в мои глаза своими невозможно ледяными. – Это измена короне в трех странах.

– Да, – ответила ему прямым взором, не страшась плахи… пока… ведь он дал клятву…

– Тебя не просто заточат, Эверис, тебя могут…

– Знаю, – он не договорил, но все мы понимали, что в случае измены в зависимости от тяжести преступления могут лишить дара, а это равносильно потери части себя, части души.

Шанар присвистнул:

– А ты опасная штучка! – на что пришлось неоднозначно дернуть плечом.

– Я открылась. Дело за вами, – и мне понятно было колебание, ведь тогда они становятся сообщниками. Так себе расклад.

– Ты ведь все равно отправишься? – спросил Фрейгъерд, и я твердо кивнула. Он на какое-то время замолчал. Мы оба понимали, что он может просто меня арестовать, но по каким-то своим причинам этого не делает. Естественно, мне было любопытно по каким.

– Хорошо, но ты понесешь наказание за грабеж и чем ты там эти семь лет занималась. Надеюсь, та девушка не на твоем счету, – напомнил он ту страшную ночь, когда я исчезла из Россарии как Эверис Мирана Фэлс.

– Не на моем, можешь быть спокоен, – уверила его, что такие сюжеты не для меня.

– По рукам, – протянул ладонь первым Шан.

Рукопожатие было крепким, сухим и теплым. Я посмотрела на Фрейгъерда, и он все же, поколебавшись, протянул мне руку. Горячая ладонь коснулась моей прохладной – и точно электричество прошло через нее. Мы спешно разомкнули это странное прикосновение. И если я почему-то смутилась, то по лицу северянина трудно было прочесть что-то однозначно.

– Допустим, до южной части мы доберемся на скоростном дирижабле, но дальше нам нужен хотя бы еще один настоящий воин, – проговорил Шан, когда мы вышли из гостиницы, направляясь в сторону торговых кварталов чуть правее.

Я запахнулась в подбитый мехом плащ и поняла, что мне однозначно нужна другая одежда. Мысленно уже подбирала, что следует взять в лавке готового платья. Джунгли все-таки. И кое-что еще… Вышла на проезжую часть, в уме составляя список необходимого. Центральная улица была оживлена, люди готовились к празднеству пробуждения «Великой Матери Хлеба» – Бригитты. Я и забыла совсем… Оглушающий гудок разнесся по округе и звук тормозящих колес, скользящих по ледяной дороге…

– Эверис! – раздался голос Фрейгъерда, и сильная рука негуманно схватила за шиворот плаща, придавив горло. Северянин сделал рывок и втащил меня на пешеходную часть. Все произошло так быстро, что я успела только крякнуть от придавленного горла, а испугалась уже потом.

– Javal! Как ты дожила еще до своих лет? – недовольно буркнул дэрн, решивший меня вдруг распекать. – Смотри по сторонам!

– Ты в порядке? – спросил Шан.

Я кивнула, поправляя застежку, что неприятно врезалась в шею.

– Намекаешь на мой возраст? – решила ответить с кислинкой, но он пропустил выпад.

– Как ты вообще собралась добраться до юга Мангольдии, если спокойно дорогу перейти не можешь?

– Рейдар… – вкрадчиво процедила ему, вроде как испытывая благодарность и вместе с тем жгучую нетерпимость к такому вот поучению.

– Таяна! – женский окрик моего имени разнесся по улице, прерывая диалог, и я подумала, что хорошо, что мы далеко от столицы. Мои имена на разный лад звучат направо и налево.

Я оглянулась. Из черного мобиля, что чуть было не поцеловал меня, так сказать, в лобовую, вылезла красавица Ливана. И я не поверила своим глазам. Мы просто кинулись друг к другу, обнимаясь от радости и спонтанности встречи.

– Что ты тут делаешь? – спросила я, и тут же увидела Йена, вылезающего с заднего сидения. А за водительским сидел перепуганный знакомый -светловолосый любопытный дэрн. Похоже, ему уже досталось от рыжего здоровяка.

Эртонка обвела всю нашу компанию взглядом, в котором было столько всего замешано: и удивление, и радость, и немного испуг за только что чуть не случившуюся историю.

– Йен сказал, что Фрейгъерд поехал за тобой в Дельтар и… Морлок! Ты бы хоть что-то написала мне! – укорила меня подруга и я вновь ее обняла.

– Привет! – поздоровалась я с Йеном и тот виновато на меня посмотрел, хотя это мне следовало виниться, ведь он хотел помочь, а я сбежала.

– Прости, что чуть не… в общем. Харди получил выговор. Первое, и последнее предупреждение.

Ребята подтянулись поближе и поприветствовали здоровяка.

– Шанар, рад тебя видеть! – хлопнул тот гольда по спине, что в сравнении с рыжим смотрелся суше и ниже. Этакий парнишка. Хотя все мужчины обладали статью воинов.

– И я тебя, Маккелан. Все вспоминаю твой трехсолодовый виски. И ночь в Брогенвилле.

– Что за ночь? – сузила глаза эртонка.

– Да так, было по юности лет, – здоровяк неловко почесал затылок и медные кудри на ветру встали торчком. – Твой ящик ждет тебя в Тронхейме, – о чем-то своем заговорили мужчины.

– Лив, ты же знаешь, что моя жизнь с некоторых пор несколько необычна.

– Это мягко сказано, – вклинился в наш разговор Рейдар, – Ливана, – кивнул он эртонке в знак уважения, а затем добавил строго по-военному: – Обнимания перенесите на потом, нам нужно купить все днем и успеть на вечерний дирижабль.

– Вы куда-то летите? Вместе? – подруга хлопала глазами и переводила с меня на северянина выразительный взгляд. – И тебя не нужно спасать?

– Думаю, действительно стоит сначала все купить, а потом выпить за встречу! – оптимистично вставил Шан и подмигнул Ливане.

***

– Эверис, – шепнула мне эртонка, когда мы остановились в лавке для продажи оружия и соответствующей одежды для охоты в соседнем зале. Именно тут мы и засели. Я приложила палец к губам, намекая на то, что это имя не желательно.

– Ты и Фрейгъерд – как такое может быть? – я закопалась в примерочной с легким походным костюмом на мужской манер. – Батюшки, да ты сексуальна в этих штанишках. Кюстина с твоей матушкой грохнулись бы в обморок. Ну-ка покрутись.

Я усмехнулась ее комментарию и повертелась перед зеркалом. Такая одежда была удобнее там, куда мы отправляемся. И вряд ли меня осудят джунгли, а жители, населяющие тот край были несколько иного склада, чем здешняя западная публика.

– Лив, честно говоря… Я крепко, очень искренне, от всей души… бешусь просто от одного его присутствия! – вспомнила его комментарии и придирки.

– Слушай, что-то не сходится… – покрутила она аквамариновые бусы, что задорно шумели на ее светло-голубом платье.

– Ты просто его не слышала!

– Да нет же, я про Шана и Рея вместе с тобой. В голове не укладывается.

– Ммм… – невнятно пробормотала я, вылезая из костюма.

– Что?

Я вышла, чересчур аккуратно складывая одежду. И решила взять еще парочку запасных штанов и легких рубашек.

– Эв, ты уходишь от ответа.

Я, кажется, слегка почувствовала свои щеки, начинающие пылать. С близкими людьми почему-то не так легко оставаться равнодушной и глушить эмоции. Хотя вроде как пора бы уже ровнее ко всему этому относиться.

– Мы…

– Нет! Только не говори, что вы… – я скуксилась, и она выпалила такое резкое: – переспали!

– Да нет же! – смутилась ее эмоциям и оглянулась, страшась, как бы не прибежал помощник владельца салона, который и так косился на нас, когда я стала примерять мужскую одежду. В итоге пришлось спровадить и его. Я-то думала тут будет лавка, где более лояльно относятся ко вкусу покупательниц, а оказалось вполне дорогое и приличное место, где все же блюдут репутацию.

– Так да или нет? – хитро спросила эртонка и подошла ближе, чтобы я не увильнула к очередному стеллажу.

– Ну хорошо, мы почти. Так получилось. И мне не стыдно, – выдала ей ликбез и, не глядя, положила еще несколько рубашек и сорочек в стопку к покупкам.

Лив прижала ладонь ко рту, взгляд ее был взволнованный и выдавал все эмоции! Да она просто не могла их сдержать, хотя старалась, я видела.

– Подожди, как это почти?

– Ну…

– Не томи же! – подталкивала меня эртонка, чуть ли не притопнув изящным кожаным сапогом на каблучке.

– Хорошо! Мы случайно встретились на приеме. Сначала я его не узнала и думала, он меня проверяет, кто я и что. А потом выяснилось, что это он так флиртует. В итоге я воспользовалась ситуацией и, послав последствия в бездну, согласилась, чтобы Шан меня увез с приема. Подумала: а почему нет? Он оказался таким же голодным, как и я. А когда дело дошло до самого интересного, то в номере нас ждал сюрприз, в лице которого вечер и разрушился. Но может и к лучшему… – выпалила я на одном дыхании и добавила, буркнув: – В страшном сне такое не привидится. Рейдар застал меня с любовником. А любовник этот еще и его приятель! Кошмар!

– О-бал-деть! – протянула подруга, а затем выдала: – Шан, конечно, хорош, но он тот еще сердцеед. Аккуратней с ним, – с графиней Дюваль Ливана была созвучна в характеристике Лисхана.

– Возможно… Вы знакомы?

– Довелось присутствовать на общих приемах и встречах приятелей, так сказать. Куда, как ты понимаешь, вхож и Фрейгъерд. И ты знаешь, я пригляделась к нему, он не такой самодовольный кретин, каким сначала показался мне.

– Только оставил меня в тюрьме.

– Не может быть! – округлила она васильковые глаза, – Йен не упоминал…

– Станет Маккелан чернить своего приятеля в твоих глазах… – не преминула добавить живых красок в ее представление о людях. Хотя может это я обозленная на мир и мужчин, в частности, в свете последних лет? Не задумывалась над этим.

– Да и что он такого сделал? Йен сказал, что он спас тебя, когда ты поехала с ним на прорыв. Ты с ума сошла соваться в самое пекло?

– Лив, я расскажу тебе все чуточку позже.

– Ладно.

– Для меня вообще большая загадка, как он согласился. Правда, причина веская… Но все же не в моей же компании… Ты подумай, он бредит посадить меня снова!

– Вот как… – слушала с легкой задумчивостью Ливана, рассматривая пояс для оружия, что я взяла в комплект к костюму. – И он вот так срывается с тобой за разгадкой какой-то там книги? – вкратце я описала Ливане причину, она впечатлилась и сидела на стуле какое-то время с задумчивым видом.

– Ну не какой-то, конечно, а очень даже ценной… Если бы не хитрость, которая позволила бы так все провернуть, то вряд ли я сейчас была здесь, – я рассказала Ливане мои выкрутасы с клятвами, а затем достала из сумки артефакт и задвинула поплотнее шторку. У подруги округлились глаза. Книга вновь пошла рыжеватыми всполохами от касания, а на ее обложке вновь забегали надписи на древнем языке. – Божечки, Эв, да ты сама – та еще лиса. Ты должна взять нас с собой! – подруга в экзальтации вскочила и выскочила из-за шторки.

– Что? – заморгала я.

– Шан сказал, что вам нужен еще воин, думаю, они сговариваются с Йеном, а тебя одну с ними отпускать нельзя! – Ливана быстро набрала одежды наподобие моей, даже не примерив.

Я положила руки на пояс и усмехнулась ее отважности.

– Лив, ты давно держала в руках оружие?

– Ммм, в студенчестве, – задумалась эртонка и подцепила еще бежевую рубашку. – Еще был реквизит на сцене, но вспоминать фехтование пришлось взаправду! Актёрское мастерство требует реалистичности! – эксцентрично возвела указательный палец вверх.

– Мужчин будешь уговаривать сама, – дала я карт-бланш на этот счет эртонке.

– Предоставь это мне, – хитро стрельнула глазами блондинка, явно что-то задумав. Расплатившись, мы вышли в оружейный зал, где мужчины уже сделали свой выбор. Ливана стремительно пересекла помещение, и о чем-то стала тихо переговариваться с Йеном, выводя его наружу из зала.

– Нет, – прозвучал твердый голос дэрнийца, а затем экспрессивный спич эртонки. Но меня отвлек помощник салона.

– Отличная модель.

Я держала в руках самый обычный охотничий нож.

– Но, если леди владеет холодным оружием, думаю вам стоит приобрести один из этих, – ласково он огладил так называемые «чулочники» или «тычковые ножи» на «контактной» витрине. И я выбрала один.

– Ты должен мне кинжал, между прочим, – развернулась я к Рейдару, что подбирал дротики. Серьезная штука…

– Прости? – не понял он, что это я к нему обращаюсь.

– Твои сотрудник – Хорн, так и не вернул мне керамбит, – положила я руки на бедра.

– А ты умеешь им пользоваться? – явно подначивал меня дэрн.

– Хочешь проверить? – подняла я бровь и между нами вклинился Шанар.

– Полно, детки, я понял, что между вами горит огонь ненависти. Но путь долгий и постарайтесь не прибить друг друга, – Шан отошел к стене с кинжалами и выбрал один средней длины, тонкий, на вид простой, но с ручкой из слоновой кости. Дорого.

– Этот, думаю, подойдет.

– Прекрасный выбор, – считал в уме монетки коммерсант и потирал лапки на богатых покупателей.

– Я оплачу, – вклинился Рей перед кассой и вывалил мешок с монетами, даже не пересчитав. Мы с Шаном переглянулись, но он не стал комментировать.

– Идем.

Я недоуменно смотрела в спину мужчине, что только что действительно согласился на возмещение имущества.

– Ты знал, что он так поступит, – решила уличить Шана в его сути, о которой явственно говорило имя рода.

Мы шли вдоль наполняющихся праздничным духом улиц. Там и тут развешивали огоньки. Салоны побогаче помпезно украшали свои витрины дорогими сухими икебанами, а люд попроще делал букетики из лаванды, вереска и вечнозеленых листьев черники и ставил на видное место, завлекая Богиню. Но на какой бы кошелек ни был экстерьер, везде можно было углядеть светлые свечи, которые толстыми разновеликими колоннами стояли, в окружении сухоцветов, в стеклянных фонарях, на глиняных подставках. А на дверях зияли сплетенные накануне из камыша символы возрождающейся «Матери» – кресты святой Бригитты.

– Даже и не подозревал, – с улыбкой лис толкнул дверь, над которой значилась эмблема знахарского дела – лист андры в круге. Я отвлеклась от разговора, выбирая снадобья, что могли пригодиться в пути. Еще полчаса мы потратили на поиск лавки алхимии, в которой я купила свои снадобья.

– Предлагаю задобрить Бригитту, раз уж мы все здесь, – остановился Шанар у дорогих термов, работники которых, судя по помпезному входу, готовы были тщательно отмыть дорогих гостей от всех припасённых динариев. Да что там динариев – флоринов!

– У нас еще есть время, – посмотрел на часы Фрейгъерд, якобы соглашаясь, а Ливана и того пискнула от восторга – значит, и Йен согласен.

Подруга вообще любила такие всевозможные дамские расслабляющие штучки. А я считала, что это выброс денег.

– Кхм… – смутилась своей мысли сэкономить на роскошных купелях, ведь и так потратилась больше рассчитанного. – Я, пожалуй, еще кое-куда прогуляюсь… – хотела было выкрутиться.

– Да брось, штучка, я угощаю, – Шан приобнял меня за плечи и направил в нужную сторону. Но под мимолетным взглядом Рейдара быстренько убрал руки. На что я хмыкнула.

Услужливые лакеи приоткрыли массивные двери в два человеческих роста, запах чистоты, тепла и дорогих благовоний овеял приятным легким дуновением, а приветливая девушка, что встречала гостей, рассыпалась в комплиментах и рассказах о всевозможных услугах, которые предлагало это роскошное место богатеям с туго набитым кошельком.

Давненько я не была в подобных термах: потолок уходил ввысь, а мраморный пол расходился причудливым узором колеса года в дэрнийском стиле. Оштукатуренные стены украшали фрески с деревьями, птицами и другими пасторальными изображениями. Небесно-голубая краска, золотые звезды и небесные изображения разукрасили внутренние купола. Скульптуры и фонтаны тут и там разбавляли интерьер ненавязчивыми, но приятными глазу сюжетами.

– Вы бы хотели смежные бани или раздельные?

– Раздельные. Смежные, – вразнобой отозвались мы на вопрос девушки, и администраторша смутилась.

– Вы как хотите, дамы? – обратился к нам Лисхан, голосовавший за смежные.

Я повернулась к Лив, которая была за совместное парение и сделала ей большие глаза, что не хотелось бы такого счастья.

– Пожалуй, мы отдохнем девочками, а потом к вам присоединимся, – жизнерадостно отозвалась эртонка и, выхватив ключики от шкафчиков, увлекла меня по гулко звучащему мрамору вглубь коридора женской половины терм.

Еще одна традиция, соблюдаемая на Имболк: очищение жилища, тела и выброс всего отжившего. Мытье себя, как части Земли – тела матери, прародительницы. Омытие дома, как продолжения тонких тел людей, живущих в нем. А избавление от старого всегда положено, если желаешь чего-то нового в жизнь. Постоянного дома у меня не было, выкидывать было особо нечего, а вот помыться не помешало бы. И я ни капли не пожалела о согласии, традиция все-таки.

Пар густо укутывал тело, ломившее то тут, то там от стресса и напряжения, которые я хронически испытывала после отъезда из Россарии. Теплый мрамор приятно грел косточки после колючего мороза, и мне хотелось растечься лужицей на этом теплом роскошестве.

– Отличная идея, скажи? – практически промурчала эртонка, лежащая рядом.

Две сноровистые эйши с мягкими, как глина, и теплыми, точно парное молоко, руками проминали наши тела уже целый час.

– Признаю. Я просто скупердяйка.

– Просто тебе нужен хороший мужик, Эв.

Выражение эртонки заставило меня скукситься и болезненно отреагировать на точку на шее. Ненавидела, когда кто-то лез в это дело.

– Вот еще. Мне никто не нужен.

– Не притворяйся ослицей.

– Как грубо, – буркнула я, утыкаясь носом в полотенце.

– Шан в общем-то не так уж плох.

– Может, сменим тему? Как твои гастроли? – очевидно замяла я разговор.

Лив конечно же это заметила, но не без охоты переключилась.

– Это было здорово! Столько полезных знакомств и открытий. Северяне любят драму и трагедию. А мы как раз ездили с «Женитьбой». Думаю, это успех. Ближе к концу лета начнется новый сезон, – подруга быстро откликнулась на вопрос, так как про театр она могла говорить в любое время и бесконечно. – Этот год доиграем еще со старым репертуаром, а на следующий планируем ставить «Кармелиту». Йен обещает мне больших гостей на премьере. Может, даже самого императора. Правда… если война не обострится еще хуже. Сейчас у нас и так натянутые отношения.

– Да уж… Что поговаривают в Дэрнии насчет всей этой ситуации? Слышала что-то необычное? – спросила я эртонку про войну и сопротивление. Мы все же во избежание, так сказать, вопросов говорили на дэрнском.

– Говорят, что оппозиция крепнет, а император звереет на этот счет. Йен последнее время мне даже перестал рассказывать, что происходит на границе. Но по его лицу я поняла, что стало только хуже. Говорят, россарийцы специально возвращают с рудников альм, напрявляя на северные земли, чтобы раскачивать наших магов, – прошептала Лив и скосила глаза на эйшу, давая понять, что лучше отложить разговор, так как девушки, что мяли спины все же были свидетелями не самой безопасной темы для бесед. Хоть и выглядели они иностранками.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.