Роса
Поэтический сборник
Андрей Александрович Соловьёв

© Андрей Александрович Соловьёв, 2024

ISBN 978-5-0064-3101-0

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Роса.

На концах стеблей травяных

Радуга миров, мира иных,

Неизведанной радости слов

Из далёких стран или снов.

Тут и красноглинное – ЛО

И, почти былинное – ЛЮ,

Синева зелёного сло…

я тебя люблю.

Так и только тоненький зов,

Словно пузырёк, без низов —

Полувзмах, шмелиное- ЛЁ

Или мотыльковое – ЛЯ.

В запахе арбузных небес

Карамель трёхструнной судьбы,

Неопределённых принцесс,

и дорог, и далей любых.

И дорог и далей иных

На концах стеблей травяных,

Переливы и голоса —

Солнечное слово: РОСА.

***

В травы по брюхо падала

Неба гнедая масть.

В Росы ложилась ладаном

И вырастала счастьем.

Сердце бросалось на мели

В звёздные валуны

Зори писали набело

Долгую песнь вины.

Ах, эти песни-зори

Только ресницы сжать:

Томная нега взоров,

Пальцев сухих пожар.

Память пробита стрелами-

Омута сквозь – камыш

Птичьими вскрыта трелями

Синего неба тишь…

Да не воротишь старого,

Мельче звезды накал,

Некому бросить в зарево

Белого топляка.

Раньше хвалились «гротами»

Нынче герой: «бизань», —

Продано время, продано,

Пусто моим глазам.

Вывязан ленной негою

Белый покров тоски.

Небо заносит снегами

Высохшие пески.

Где ты, глоток последний?

Горло моё, прости,

Там, на краю вселенной

Колокол неба стих.

***

Кай и Герда

Белое, жёлтое, снова белое, снова…

Вытянуто поперёк вещей и предметов…

Самое прочное среди этого – слово,

Всё остальное – мираж, изменение света.

Помню – ты рисовала тонкие линии

На абажуре облака, как на холсте:

Белые, белые, белые, белые лилии-

Белые лилии, белые в темноте.

Пенное било в глаза, заплетало волосы —

Море-спасение, море – твоё условие.

Белое, жёлтое, белое – прямо с голоса-

Жёлтое, белое, жёлтое – к изголовью…

Ты прижимала ладонями грифель трепетный,

Пламя из рук вырастало и пело скрипками.

Небо взлетало птицей и било ветками,

Лаем собак, цепями, дверьми, калитками —

Тут, из окна, до которого смерть снаружи —

Стылая пустота и ничего не хочется;

Там – за окном вся планета не спит и кружится

И завывает в пространстве от одиночества.

Только стекло и льды – образцы смирения

В месте, которое можно назвать серединою,

Всюду одно – куда не направишь зрение —

Счастье от смерти на вымах крыла единого.

Вот оно, сердце – перья трепещут дерзкие.

Жить бы да тяжело – обернись сторожко —

Белое, жёлтое, белое – сказки детские…

Жёлтое, белое, жёлтое…

ну пожалуйста,

хоть немножко…

***

Герда-Кай.

Белое, жёлтое, белое!

(что я с тобою сделала?)

Жёлтое, белое, жёлтое!

(лучше бы ты ушёл тогда)…

Сам катится с пригорка хохот.

Суча каблуками о камни улицы.

Всё – только радость, солнце, а плохо

Не будет, нет! Никогда не сбудется!

Всё небо – море! О город, о рифы —

Пенится в отмелях облаками.

Давай сочиним вселенские мифы —

В небо упрёмся затылками и руками!

Ах, жёлтое, ты принёс маргаритки

В нелепом кашпо, а давай цветы,

Что графику вытянем в небо до нитки

И сотворим розовые кусты!

Взлетаю морем в твоих ладонях,

Радостью полнятся паруса —

Смотри, как капля меня утонет

В облаке пенном на небесах.

И вдруг – коридор и шарк шагов —

Глупо, словно на лыжах в гору.

Мальчик, оставьте своих жуков,

Записи прошлых историй.

Запаха тлен, сырость межи

Без точек и скоб,

без вычерков,

без абзаца…

Мальчик, послушайте, в этой ржи

Вам больше никак нельзя оставаться!

…если бы ты ушёл тогда…

белого, жёлтого…

***

Околица.

Нынче осень. Туманы солятся

разнотравьем сырых полей.

Побреду к тебе вдоль околицы,

средь разорванных тополей

День за днём, отражённый лужами

и который по счёту век,

Я иду к тебе, Богом суженый,

мой единственный человек.

Говоришь: «Отчего же больно так?

Отчего слабина в руках», —

К югу ветер погнал невольников —

небо в пепельных облаках.

Поднимаемся по ступенечкам,

сквозь несбыточность фальшь и ложь.

Помолись за нас, осень-девочка,

куполами дубовых рощ,

Закружи дорогими ризами,

хороводом берёз-подруг,

Напои дождевыми брызгами

с пятипалых кленовых рук,

Обещай кружевные вытачки,

золочёный небесный Храм,

Обнищай до последней ниточки,

до калёных канавных ран.

Заговорами заговаривай,

пир закатывай на весь мир.

Закрома свои разбазаривай,

как сошедший с ума банкир…

…и уже никуда не денемся,

в час когда полыхнёт заря

Мы обнимемся и поженимся

у околицы октября.

***

Fuggiasca.

Не ищите меня, не надо,

Я ушла, провалившись в сон.

Небеса, удержав тираду

Опускаются на лицо.

Не ищите, твержу, упрямо,

Понимая, что так нельзя.

Не ищите отец и мама

Не ищите меня, друзья!

Я давно провалилась в Лету.

Тихой гавани забытьё.

И меня в вашей сказке нету,

Не хулите моё житьё.

Не кричите о бренном теле,

В тьму протаптывая тропу,

Я бреду сквозь мои метели

Наугад выбирая путь.

Где-то там мой рассвет и радость,

Мир и счастье, в конце-концов.

Не ищите меня, не надо,

Мне по нраву метельный сон.

Птицы песен не выбирают,

Мне оставьте одну – мою,

Мама, мамочка, я сыграю

И, быть может, ещё спою!

Точно волк пробегаю лесом

Сторонясь становых огней.

Нет, не я сочиняю пьесу,

Я всего лишь играю в ней.

По пустыне бреду, по скалам.

Обнажая зубов оскал.

Боже мой, что со мною стало?

Боже мой, кто со мною стал?