Арина Вильде
(Не)отец моего ребенка

Глава 1

POV Вика

– То есть – ты беременна? – прислонившись к косяку двери, небрежно переспрашивает Юра, загородив мне проход в квартиру. Я нервничаю, а ещё злюсь на него. За то, что он пропал вот так внезапно, за то, что сейчас смотрит на меня насмешливым взглядом, словно я уличная собачка, которая просится обратно. Или же таким образом он пытается уличить меня во лжи, потому что считает, что с помощью женских уловок я собираюсь затащить его под венец?

– Да, – киваю на выдохе и поджимаю губы. Я, конечно, знала, что Юра не обрадуется этой новости, да я и сама не в восторге, но не ожидала, что он будет так холоден со мной при встрече.

– От меня? – уточняет он.

– Да.

– Какой срок?

– Восемь недель.

– Отличная попытка, детка, только вот незадачка: я вижу тебя впервые в жизни, а еще меня не было в стране три месяца. Поэтому прекрати этот «развод», я на такое точно не куплюсь.

– Что? Ты издеваешься? А, нет, погоди, я тебе надоела, и ты решил избавиться от меня таким образом, да? Не звонил целый месяц, не отвечал на мои сообщения, а потом вообще изменил номер. Знаешь что, Юра, это твой ребенок, и тебе придется позаботиться и о нем, и обо мне. – Я подхожу к нему вплотную и тычу пальцем в стальную грудь, выражая тем самым все свое недовольство.

Его выражение лица резко меняется, и, пока мужчина ошарашенно смотрит на меня, я хватаю за ручку чемодан и проскальзываю в квартиру. Мало ли что ему стукнет в голову? Вдруг захлопнет дверь прямо перед моим носом и я останусь на улице? Без работы, жилья и с ребёнком под сердцем.

– И если уж ты говоришь, что впервые видишь меня, то откуда я знаю, что у тебя на спине шрам от ножевого ранения, ты пьешь по утрам кофе без сахара из зеленой кружки, ненавидишь морепродукты, а еще у тебя аллергия на кошачью шерсть? – я срываюсь на крик и с яростью в глазах прожигаю его взглядом.

– Разузнала у моей бывшей? – скептически спрашивает он, закрывает входную дверь и, скрестив руки на груди, внимательно рассматривает меня.

– Да-да, а ещё о расположении комнат в квартире, макетах парусников в кабинете и о вечном беспорядке в гардеробной, – не выдерживаю я. Мне становится неуютно под его пристальным взглядом. Ощущение, словно передо мной абсолютно чужой человек, несмотря на то, что внешне это все еще тот самый парень, с которым мы познакомились на берегу реки.

Он молчит. Недоверчиво смотрит на меня, потирая пальцами отросшую щетину. Пространство между нами накаляется, мои руки дрожат от волнения, а ноги вмиг превращаются в ледышки. На мгновенье я забываюсь и жадно пожираю его взглядом. Я так скучала по нему все эти дни, искала причины, по которым он вдруг резко отдалился от меня, и пыталась не сорваться, чтобы рвануть в столицу и отыскать его. Как сегодня. Сразу после того, как сделала двенадцать тестов на беременность и все оказались положительными. Меня все ещё трясет от неожиданной новости, а близость мужчины дурманит, лишая запала для ссоры.

– Ладно тебе, детка, я пошутил, – неожиданно произносит Юра и начинает смеяться. На его щеках появляются милые ямочки, которые я так люблю, и сердце в груди начинает биться быстрее.

– Пошутил? Это не смешно. Нисколько, – поджимаю губы, а потом неуклюже делаю несколько шагов в сторону мужчины и утыкаюсь носом в его грудь.

У меня совершенно нет настроения анализировать его странное поведение, поэтому я просто отдаюсь во власть своих чувств и эмоций. Главное, что он рядом. Со мной.

– Я не знаю, что делать, Юра. Меня уволили на прошлой неделе, за квартиру нечем платить, дома будет скандал, если родители узнают, что я залетела после поездки к тетке на каникулы, – меня наконец-то прорывает, я чувствую, как по щекам стекают капельки слез, и прижимаюсь к любимому еще больше. Тепло его тела успокаивает, и я перестаю дрожать. Правда, Юра не спешит утешать меня. Его мышцы напряжены, он похож на каменную неподвижную статую, и на мгновенье у меня создается ощущение, что ему неприятны мои объятия.

– Ладно тебе, решим что-нибудь. Ты голодна? – сдержанно спрашивает он.

Я отрицательно качаю головой.

– Нет? Тогда, может, ты устала? Хочешь прилечь?

– Да, не отказалась бы.

Я нехотя отрываюсь от мужчины, встаю на цыпочки и тянусь к нему за поцелуем, но Юра делает вид, что не понимает моего порыва. Резко поворачивается в сторону и хватает мой чемодан.

– Идем, покажу твою комнату.

– Мою комнату? Подожди, – с недоумением смотрю на его спину, совершенно ничего не понимая. – Что происходит? У тебя есть другая?

Мужчина резко останавливается, устремляя в мою сторону раздраженный взгляд.

– Слушай, я был в командировке, устал, хочу выспаться, а рядом с тобой я точно не смогу думать о сне. К тому же ты беременна, и, пока доктор не скажет, что и с тобой, и с ребенком все в порядке, будем спать в раздельных комнатах.

Его слова припечатывают меня к стене. Это не тот Юра, которого я знаю. Мой Юра набросился бы на меня с порога и не давал бы спать до утра. Мой Юра был веселым, нежным, игривым и страстным, а этот словно холодная ледяная глыба. И этому может быть лишь одно объяснение: у него есть другая женщина. Поэтому он перестал отвечать на звонки, поэтому не прикасается ко мне, не целует и уж точно не собирается провести ночь в одной постели.

– Завтра моя мама устраивает семейный ужин, – поворачиваясь ко мне, говорит он, – думаю, это отличный повод представить тебя моим родным. – Какое-то время он стоит в проходе двери, все никак не решаясь уйти, разглядывает меня с ног до головы, словно видит впервые. Оценивает, усмехается своим мыслям и, когда я думаю, что вот сейчас он бросится ко мне, обнимет и скажет, как скучал все это время, – просто молча покидает гостевую спальню. Вот теперь я точно не понимаю, что происходит.

* * *

Я не могу уснуть, смотрю в потолок и пытаюсь осознать все то, что произошло сегодня. Я беременна. Беременна. Беременна. Эта мысль бьет набатом в голове, вытесняя все остальное. И сейчас мне, как никогда прежде, хочется почувствовать поддержку моего мужчины, прижаться к нему, услышать что-то ласковое, а не находиться по разные стороны холодной стены.

Мы познакомились с ним жарким июньским днем. Я только-только защитила дипломную работу и на радостях рванула к тете Тане, чтобы оторваться по полной, перед тем как начать взрослую самостоятельную жизнь. Я люблю столицу, люблю приезжать сюда зимой из-за огромной елки на площади, катка, рождественской ярмарки и атмосферы праздника. Люблю приезжать летом, потому что город пересекает широкая река и можно целыми днями загорать на берегу и нежиться в прохладной воде.

Юру я заметила сразу. Такого, как он, трудно пропустить в толпе отдыхающих. Он играл с парнями в волейбол, его тугие мышцы переливались при каждом движении, а улыбка очаровывала с первого взгляда. Рельефные кубики на животе, накачанные руки и капельки пота, блестящие на солнце, сводили меня с ума. Я почувствовала легкую дрожь по всему телу и поняла, что вот он – мужчина моей мечты. Все пыталась придумать предлог, чтобы подойти к нему и познакомиться, и так задумалась, что пропустила тот момент, когда мне в лоб прилетел мяч.

Так мы и познакомились. Я – с шишкой на лбу. Юра – бегущий с бутылкой холодной воды. Один взгляд, одно прикосновение, и вот мы уже гуляем по ночному городу, а потом сгораем от страсти в его квартире. Месяц встреч, томительных ожиданий вечера, жарких ночей – и болезненное расставание, потому что реальность такова, что мне предложили хорошую вакансию и я не могла отказаться, а у Юры намечалась командировка. Несколько недель мы созванивались, переписывались, я безумно скучала по своему мужчине, засыпала, смотря на его фотографии в телефоне, и мечтала, что в один прекрасный день он предложит мне переехать к нему. А потом наше общение резко сошло на нет, весь месяц я хандрила, запорола договоры на работе, и меня уволили. И вот я здесь.

Мне страшно, что он бросит меня, все-таки я не глупая девочка, чтобы не понимать, что мужчины не просто так перестают отвечать на звонки, пресекая любое общение. В голову лезут плохие мысли, первый шок от новости, которая ошарашила меня утром, проходит, и я корю себя за то, что такая несдержанная. Собрала чемодан, купила билет на автобус и, соврав родителям, что взяла отпуск и уехала к тетке, рванула к Юре. Боялась, что не застану его дома, боялась, что он давно уже с другой, но его слова о том, что мы едем знакомиться с его родителями, вселяют надежду. На то, что у нас все будет хорошо и ребенок не останется без отца.

Я ворочаюсь в постели почти до рассвета, а потом выскальзываю из-под одеяла и на цыпочках иду в спальню Юры. Он спит на животе, развалившись посередине кровати, и я сожалею, что в комнате царит мрак и я не могу любоваться его прекрасным телом. Ложусь рядышком, на самый край кровати, и нежно провожу пальцами по его волосам. Любовь и нежность заполняют меня, успокаивая и убаюкивая.

Глава 2

– Что ты делаешь в моей постели? – слышу грубый мужской голос и с трудом открываю глаза. Юра нависает надо мной. Одет, побрит, с мокрыми волосами. От одного его вида перехватывает дыхание, вот только его взгляд настолько холодный, что заставляет поежиться.

– Раньше ты не задавал таких вопросов, – с вызовом произношу я, поправляя бретельки на ночной сорочке.

Юра молчит. Смотрит на меня и поджимает губы, потом что-то решает про себя и вмиг меняет недовольство на дружелюбие.

– Мне нужно на работу, к семи будь готова, я заеду.

– Хорошо, – растерянно киваю в ответ. – Но… Юра, может, поговорим?

– О чем?

– Ну… – медлю я, сжимая пальцами край одеяла, – о нас, о нашем будущем, о ребёнке.

– Поговорим. Обязательно. После семейного ужина, – скупо отвечает он и выходит, даже не поцеловав меня на прощание.

Я не знаю, чем занять себя. Безумно нервничаю перед встречей с родителями Юры и перебираю наряды, которые в спешке забросила в чемодан. Потом, словно параноик, осматриваю все вокруг на наличие другой женщины. В спальне мужчины нет никаких забытых вещей, на постели – длинных волос, а в кухне следов женской руки. В ванной комнате по-прежнему две зубные щетки, одна из которых – забытая мной еще два месяца назад, и это удивляет. А еще радует. Ощущение, что он и вправду уехал в командировку и поэтому не звонил мне все это время.

Я хочу спросить у Юры, что именно из одежды выбрать на ужин, даже делаю несколько фотографий в синем сарафане, а потом и в легких белых брюках с черной шелковой маечкой, но вспоминаю, что забыла поинтересоваться его новым номером. Поэтому останавливаюсь на последнем варианте, решая, что, пока не видно живота у меня есть возможность покрасоваться своей фигурой.

До семи вечера еще слишком много времени, и я томлюсь от безделья, поэтому решаю сложить в шкафу одежду и приготовить что-то простое из еды. В гардеробной, как всегда, царит хаос, Юра даже не распаковал свой чемодан. Бросил его посреди комнаты, рядом с грязными рубашками. Я провожу рукой по висящим на вешалке пиджакам, а потом не могу сдержаться – утыкаюсь в один из них носом, вдыхая аромат парфюма с древесными нотками. Я включаю на телефоне музыку и принимаюсь за дело. Бросаю на пол одежду, которую нужно отнести в стирку, и раскладываю все остальное на полках. Аккуратно, краешек к краешку и по цветам. С любовью и мыслями о мужчине. Вот придёт Юра и увидит, как хорошо иметь в доме женщину.

Я улыбаюсь своим мыслям, представляя нашу дальнейшую совместную жизнь. Возможно ли, что сегодня вечером он сделает мне предложение? Господи, пусть это будет именно так. Сердце в груди трепещет от предвкушения и радости, и я с нежностью прикасаюсь к своему плоскому животику. Пусть это будет девочка, такая же красивая, как ее папа.

Юра возвращается домой после шести и застает меня в гостиной у окна. Я рассматриваю город с высоты небоскреба, и от вида на закат захватывает дух.

– Готова? – прохладно интересуется он, останавливаясь в нескольких шагах от меня.

Я оборачиваюсь в его сторону и замираю. Сердце в груди пропускает удар при виде любимого. Мы с интересом разглядываем друг друга. Юра выглядит необычно: черная рубашка, джинсы, растрепанные волосы и несколько кожаных браслетов на руке. Я привыкла к тому, что он всегда в брюках и белой рубашке, как того требует дресс-код его компании, а сейчас он больше похож на плохого парня, чем делового человека. Его взгляд пробегается по моей фигуре, останавливаясь на моих губах, и я непроизвольно облизываю их, вспоминая, как он часто говорил, что у меня невероятно красивые и пухлые губы.

– Чего застыла? Идем, а то опоздаем. – От его тона улыбка на моем лице сразу же меркнет. Никаких комплиментов. Никакой нежности в глазах. Даже намека на то, что ему нравится мой вид.

– Что-то не так? Ты не рад моему появлению в своей жизни? Ты только скажи, я не собираюсь силой заставлять тебя жениться из-за того, что беременна, – завожусь за секунду, уперев в него непонимающий взгляд.

– Успокойся… детка, все хорошо, – примирительно говорит Юра, но я ясно улавливаю фальшь в его тоне.

– Перестань называть меня деткой. У меня есть имя.

– Хорошо, – усмехается мужчина и распахивает передо мной дверь.

Мы доезжаем до частного сектора в полной тишине и напряжении. Ощущение, что за то время, что мы не виделись, Юру подменили. Куда делся тот веселый парень, у которого не затыкался рот? Сейчас же он сосредоточенно ведет машину, смотрит на дорогу и время от времени бросает на меня задумчивые взгляды. Я с удивлением замечаю на мочке уха заросший след от серьги и никак не могу вспомнить, чтобы видела его раньше. Хочу спросить об этом, но не успеваю. Мы паркуемся перед небольшим двухэтажным домом, и меня охватывает нервное напряжение. Ноги вмиг превращаются в ледышки, а ладони вспотели. Юра выходит из машины первым, открывает дверцу с моей стороны и галантно подает мне руку.

– Не волнуйся, все будет хорошо, – подбадривает меня, и я вздрагиваю, когда наши пальцы соприкасаются. Не могу отвести взгляд от его глаз, делаю шаг вслепую и неожиданно наступаю каблуком прямо на камешек.

Нога подворачивается, я негромко вскрикиваю, но сильные руки не дают мне упасть. Тесно прижимают к себе, удерживая в объятиях, и я не могу совладать со своим желанием – легко целую его в шею, обнимая в ответ, и чувствую, как напрягается каждая мышца его тела от этого мимолетного касания.

– Идем. – Юра резко отстраняется от меня, направляясь в сторону глухих ворот, чем вызывает ещё большее смятение в душе.

Я задерживаю свой взгляд на кустах роз вдоль аллеи, с интересом разглядываю место, где вырос мужчина, и пытаюсь вспомнить, рассказывал ли он мне когда-то хоть что-то о своей семье. Кажется, ничего. Абсолютно. Да у нас и времени-то на разговоры почти не было.

– Мам, пап, я пришёл! – кричит с порога Юра, а я топчусь на месте, чувствуя, как из-за волнения сбивается дыхание.

Я слышу какие-то голоса, делаю глубокий вдох, готовясь произвести хорошее впечатление перед его родителями, но вместо них из-за угла, словно ураган, появляются двое абсолютно одинаковых малышей и с криками: «Папа!» – бросаются Юре на шею.

– Привет, пацаны, – целует их по очереди мужчина, поднимая на руки, а у меня в лёгких резко заканчивается воздух, а ноги перестают держать. И оттого, что у Юры, оказывается, есть двое маленьких сыновей, и от того, с какой радостью и нежностью он смотрит на них.

Глава 3

Вика

– Саша, Паша, это дядя Игорь, а не отец. – В гостиной появляется стройная рыжая девушка где-то под тридцать, а до меня все никак не доходит, о чем она говорит. Я во все глаза таращусь на близнецов – совсем крохи еще, они счастливо прижимаются к… Юре?.. и лепечут что-то наперебой.

В моей голове царит настоящая неразбериха. Какой Игорь? Чьи это дети? Что происходит? Кто эта сногсшибательная девушка?

– Мам, это папа! – выкрикивает один из мальчиков, указывая пальцем на мужчину.

– Солнышко, папа еще не вернулся с работы, а это дядя Игорь. Просто он сбрил бороду, – мягко объясняет их мать и переводит взгляд на… Игоря.

– Так, не нойте, иначе после ужина не получите подарки. А у меня их целый багажник! – нарочито строго произносит мужчина, и дети начинают радостно визжать.

Реальность вертится перед глазами, я цепляюсь за нее, смотрю то на близнецов, то на до боли родное лицо мужчины и никак не могу уловить суть происходящего.

– Игорь, рада тебя видеть. Мы уже было подумали, что ты останешься в Америке навсегда. – Девушка целует его в щеку, и я замечаю, каким взглядом мужчина смотрит на нее. Этого просто невозможно не заметить. На какое-то время он зависает, в глазах загорается огонек, рука непозволительно долго задерживается на ее талии. Весь его вид выражает обожание и радость встречи.

– Как я могу оставить вас всех здесь, Карина? – улыбается он, отойдя от ступора и совершенно забыв о том, что я все еще здесь. В нескольких шагах от них. Прямо под высокой пальмой в горшке, украдкой наблюдаю за тем, чего уж точно не должна видеть.

Они о чем-то переговариваются, но их голоса звучат в моей голове настолько приглушенно, что я даже не вникаю в суть. Я все еще смотрю на близнецов, которые счастливо прыгают вокруг нас, на мужчину, которого почему-то зовут не Юрой, а Игорем, и сердце сводит судорогой от понимания. Кажется, я издаю какой-то сдавленный стон, потому что все взгляды вмиг направлены на меня. Глаза Карины расширяются от удивления, недоверчиво проходятся по мне, изучая и оценивая.

– А это кто? – хмурится она.

– А, это… это моя девушка, – выдает Юра… Игорь, а потом подходит ко мне, кладет руку на поясницу и притягивает к себе. Я чувствую, как дрожит мое тело. Как стучит пульс в висках и как дергаются мышцы лица, когда я пытаюсь изобразить улыбку. Я хочу спросить, что здесь происходит, в какую игру они играют, хочу убедиться, что это просто чья-то дурацкая шутка, но голос, прозвучавший позади нас, разбивает все мои хрупкие надежды.

– Брат, ну наконец-то!

Громко и радостно. С такими знакомыми интонациями.

– Как же я соскучился, старина!

К такому нельзя быть готовой. Да такое даже представить невозможно! В глазах двоится, потому что передо мной двое абсолютно одинаковых мужчин. От одного из которых я беременна.

– А кто твоя очаровательная…

Юра застывает на полуслове. Его глаза расширяются от удивления, он растерянно переводит взгляд на Игоря, а потом испуганный на жену, но, поняв, что никакого скандала не намечается, прокашливается и наигранно бодро задаёт вопрос:

– А кто твоя спутница?

– Это…

Игорь замолкает, потому что понятия не имеет, как меня зовут, понимаю я.

– Виктория, – отзываюсь сиплым голосом, пытаясь совладать с дрожью. А ещё не сорваться и не устроить истерику. Игорь словно чувствует мое желание испортить семейный ужин, накрывает мою ладонь своей и с силой сжимает ее, приказывая взять себя в руки.

– Приятно познакомиться. Я Юра. – По его резким движениям, фальшивой улыбке и бегающему по сторонам взгляду я понимаю, что он на взводе от моего неожиданного появления в их доме.

– А я Карина, жена Юры. – Девушка подходит к нам, и я, словно в замедленной съемке, наблюдаю за тем, как их губы соприкасаются. Губы, которые когда-то целовали и ласкали меня, сейчас дарят нежный поцелуй другой.

– Простите, мне что-то нехорошо, – я из последних сил сдерживаю подступившую истерику и слёзы. Пытаюсь вырваться из захвата мужчины, но он настойчиво прижимает меня к себе, не давая сделать и шагу в сторону двери.

– Мы вчера с Викой хорошо отпраздновали мое возвращение, и ее до сих пор мучает головокружение. Сделай несколько глубоких вдохов и расслабься, дорогая, ты совершенно не умеешь пить, – медленно и с нажимом произносит он.

Я смотрю куда угодно, только не на Юру. Смиренно стою на месте, не желая показывать, насколько уязвлена открывшейся мне правдой. И тем, что Игорь решил поиграть со мной, представившись своим братом, а потом окунуть в реальность. Грязную реальность. А еще тем, что человек, который так сладко рассказывал, какая я красивая и как ему со мной хорошо, на самом деле оказался женат.

Мы молча стоим друг напротив друга, воздух вокруг наэлектризован, одно неверное слово или движение – и все рванет. Я растерянно оглядываюсь по сторонам, пытаясь найти способ сбежать из этого дома, и замечаю столкновения взглядов братьев. Словно они ведут мысленный разговор, где Игорь говорит: «Я все знаю», – а Юра отвечает: «Только попробуй взболтнуть что-то лишнее при моей жене».

Карина же с неприязнью поглядывает на меня, словно знает, что я была в одной постели с ее мужем, а не Игорем. По выражению ее лица можно понять, что она считает меня недостойной их семьи и не понимает, что именно во мне нашел мужчина, как две капли воды похожий на ее мужа.

Ситуацию спасает женщина в возрасте, которая выводит нас из ступора и заставляет перестать прожигать друг друга взглядами.

– Игорь, сын, как я рада видеть тебя. – Она обнимает мужчину и целует в обе щеки, я же с интересом рассматриваю их мать, пытаясь найти общие черты, хотя больше всего мне хочется раз и навсегда покинуть этот дом и забыть происходящее, словно дурной сон.

Она высокая, стройная, стильная и с проседью в темных волосах. Выглядит намного моложе своих лет, предполагаю я, потому что ее сыновьям уже слегка за тридцать. Из общего у них только выразительные медовые глаза, ямочки на щеках и рост, пожалуй.

– Мама, кажется, ты похорошела еще больше за то время, что мы не виделись, – улыбается Игорь, не выпуская женщину из объятий. Я делаю шаг назад и еще один, собираюсь позорно сбежать, а потом натыкаюсь на злой взгляд Юры. В его глазах плещет недовольство и… ненависть? Словно это я виновата в том, что он изменял своей жене и врал мне все это время.

Я чувствую, как задыхаюсь и скольжу на грани истерики. Кажется, ещё чуть-чуть, и я либо потеряю сознание от переполненности эмоциями, либо разревусь, проклиная Юру за тупую боль в сердце.

– А это кто с тобой? – с интересом поглядывает на меня женщина, вопросительно приподнимая бровь.

– Это моя девушка. Виктория, позволь представить тебе мою мать, Наталью Степановну, – официальным тоном заявляет Игорь, и уголки его губ приподнимаются в насмешливой улыбке. Он переводит взгляд то на меня, то на Юру, стоящего в стороне с Кариной, и я понимаю, что эта ситуация забавляет его и приносит удовольствие.

Игорь – типичный плохой парень. А еще, скорее всего, между братьями присутствует старая вражда, хотя с первого взгляда и не скажешь, иначе почему он притащил меня на эти дурацкие «смотрины»?

Первый шок проходит, картинки происходящего складываются воедино, и наконец-то я окончательно осознаю, что Юра женат. И у него есть брат-близнец. Квартира на самом деле принадлежит Игорю, как и машина, на которой он заезжал за мной. Единственное, что было правдой, – имя. И то непонятно, почему он назвался настоящим именем. Потому что не желал, чтобы в порыве страсти я называла его братом, или же он банально не ожидал, что я когда-либо еще появлюсь на пороге его дома и произнесу его вслух при жене и детях.

– Очень рада с вами познакомиться, Виктория. – По выражению лица женщины видно, что она слегка растеряна и обескуражена моим появлением. Вернее, наличием девушки у Игоря. – Дети, давайте за стол, а то близнецы уже растащили половину сладостей. Вика, Игорь, надеюсь услышать рассказ о том, как вы познакомились. Скажу по секрету, – понижая голос до шепота, заговорщицки говорит мне Наталья Степановна, – вы первая девушка, которую он привел к нам.

– Правда? Это обнадеживает, – я удивляюсь тому, как ровно и уверенно звучит мой голос. Спиной чувствую на себе взгляд Юры, от которого по телу расходится неприятная дрожь. Я стараюсь удержать в себе рвущуюся наружу боль от предательства. Я ведь люблю этого мужчину, всем сердцем люблю и ношу его малыша. Как же теперь быть?

– Брат, нам нужно поговорить, – голос Юры звучит нервно и напряжённо, и я даже догадываюсь, о чем именно он хочет поговорить. – Наедине, – с нажимом произносит он, буравя взглядом Игоря. Но в комнате появляются дети, бросаясь к отцу на шею, и разговор приходится отложить.

Я в такой растерянности, что даже не замечаю, как все покинули гостиную и остались лишь мы с Игорем. Это ведь Игорь, да? Глаза застилают слезы, и все вокруг расплывается, поэтому я уже не могу быть ни в чем уверена.

Я открываю и закрываю рот, не зная, что сказать. Хочется закатить скандал, но я не собираюсь выставлять себя незрелой истеричкой, нет, я обещаю себе, что покину этот дом с гордо поднятой головой.

– Ты ведь любишь Юру? – вдруг задает вопрос мужчина, и я с силой впиваюсь ногтями в ладони. – Не отвечай, знаю, что любишь. И ребенка от него ждешь. Поэтому я помогу тебе. У них с Кариной не все хорошо в отношениях, и у тебя есть шанс завоевать его. Просто хорошо отыграй до конца вечера свою роль, и я помогу тебе. Согласна?

Я молчу.

– Ну же, детка, я ведь не желаю тебе зла, – вкрадчиво произносит он голосом искусителя и подходит ко мне вплотную. Я смотрю на его лицо, глаза, губы, и все внутри переворачивается. Вот же он, человек, которого я так люблю, так почему я не могу прикоснуться к нему, обнять и почувствовать поддержку? – Эй, ты меня слышишь? – щелкает пальцами Игорь, и я отмираю.

– Прекрасно слышу и жду объяснений, зачем притворялся братом.

– Ты сама решила, что я Юра. Я просто не стал отрицать.

– Прекрасная позиция. Я ухожу, ты прекрасно дал понять, что мне не место в этом доме.

Я разворачиваюсь и делаю шаг по направлению к выходу, но мужчина хватает меня за руку, не давая уйти. Это прикосновение вызывает во мне диссонанс. Смесь затаенной нежности, злости и желания. Если не думать о том, что у Юры есть брат, то можно представить Игоря на его месте. Можно представить, что он и в самом деле привёл меня знакомиться с родителями и мы любящая друг друга пара. Но это лишь иллюзия. Выдумка. Фарс. Потому что мужчина передо мной ещё хуже, чем Юра, и какую именно игру он ведёт, мне абсолютно неизвестно.

Глава 4

– Подожди, я предлагаю тебе шанс наладить свою жизнь. Подумай о ребенке, ты ведь не хочешь оставить его без отца?

Именно сейчас я улавливаю разницу между братьями. Юра более мягкий и изворотливый, Игорь же грубый и прямой, а ещё интонации его голоса совершенно не соответствуют брату.

– Именно потому, что я думаю о ребенке, я не собираюсь продолжать участвовать в твоем спектакле. Я поговорю с Юрой. Обязательно поговорю! И выскажу все, что о нем думаю! А сейчас отпусти меня, пожалуйста, мне еще нужно успеть купить обратный билет на автобус.

– Ты разочаровываешь меня, Вика, я думал, ты умнее.

Я его раздражаю, однозначно. Это можно понять по выражению лица и тому, с какой небрежностью во взгляде он смотрит на меня. Уверена, мысленно он уже облил меня помоями и причислил к легкомысленным девушкам, которые без раздумий прыгают в постель к женатым мужчинам. Или к дурочкам. Потому что только такая может не заметить, что ее обвели вокруг пальца.

– Не стоит применять на мне все эти психологические фишки и манипуляции, я сейчас на взводе, и поверь, будет гораздо лучше, если ваш семейный ужин пройдет без меня, – шиплю я, не сводя с него взгляда, и мы замолкаем, с ненавистью смотря друг на друга.

– Дети, ну что вы там так долго? – в наш немой диалог врывается его мать. – Все готово, только вас ждем.

– Простите, но мне…

– Я не сказал Вике, что собираюсь знакомить ее с родителями, и она немного зла на меня, – перебивает меня Игорь и силой тащит в сторону кухни.

Мы оказываемся под прицелами нескольких взглядов, и я понимаю, что пути назад нет. Ну не вырываться же в истерике из захвата мужчины и орать, что я обманутая Юрой женщина, нет. Я вообще решаю, что неплохо бы поиграть у него на нервах, пусть почувствует последствия своих поступков, а расплата… расплата когда-то точно настигнет его.

Отец у Юры и Игоря довольно-таки приятный мужчина, и если бы не ситуация, в которую я попала, то он бы мне обязательно понравился. С чувством юмора, харизматичный и такой же болтливый, как и его сын. По большей части именно благодаря ему ужин не превратился в мрачное поглощение еды.

Несмотря на то, что на столе множество вкусных блюд, мне кусок в горло не лезет. Я даже не замечаю, как долгое время пялюсь в одну точку, стараясь не смотреть на Юру и его жену, потому что знаю, что обязательно выдам себя взглядом. Разговор не клеится, я чувствую себя здесь лишней и никому не нужной, с силой сжимаю в руках вилку, борясь с желанием воткнуть ее в глаз одному из близнецов.

Я чувствую волны недовольства, исходящие от Юры, а ещё не могу перестать разглядывать детей, пытаясь представить, как будет выглядеть мой малыш. Или малыши? Господи, а что, если и у меня родятся близнецы? Что я буду делать с двумя младенцами на руках?

Этот ужин выжимает из меня все силы, в какой-то момент мне даже начинает казаться, что стены вокруг двигаются.

– Виктория, расскажите же о себе что-нибудь, – Наталья Степановна смотрит на меня с любопытством и теплом во взгляде, и мне становится интересно, что бы она сказала, если бы узнала, что я беременна от ее женатого сына?

– Да я и не знаю, что рассказать. Окончила университет, работу ищу, вот как бы и все, – отвечаю тихо и вновь ловлю на себе взгляды Юры и Карины от которых так и фонит неприязнь. С мужчиной понятно – страх, что все раскроется в один момент, слишком велик, но чем я так не угодила этой высокомерной даме?

– У меня в студии освободилось место секретаря, собираюсь устроить туда Вику. Это лучше, чем ехать через полгорода непонятно куда. – Игорь накрывает мою руку своей ладонью, и я вздрагиваю от этого жеста, а еще смотрю на него расширенными от удивления глазами. Какая еще работа? Ну уж нет, от этой семейки я собираюсь держаться как можно дальше, забьюсь в уголок и буду скулить от боли и отчаяния, но не позволю своему чувству гордости унижаться и выпрашивать встречи с Юрой. Как бы сильно его ни любила, несмотря на разочарование. Любовь пройдет со временем, я уверена, всегда проходит, а вот ошибки так и останутся ошибками.

– О, это и в самом деле прекрасная идея. Давайте выпьем. Алексей, наполни бокалы дамам.

– Нет-нет, я не пью, спасибо. Мне сок, пожалуйста. – Прикрываю ладонью свой бокал и несколько минут выслушиваю уговоры выпить за знакомство.

– Пап, мам, Вика беременна, отстаньте от нее, – немного с раздражением говорит Игорь, повергая всех в шок.

Обстановка в доме меняется за мгновенье. Юра начинает кашлять, подавившись виски, Карина покрывается красными пятнами злости, а родители Игоря странно переглядываются между собой, а потом вопросительно смотрят на мужчину.

– Потом, – уклоняется он от немого вопроса, я же не придаю этому особого значения и с силой бью его по ноге под столом. Вот зачем он это сделал?

– Это прекрасная новость, надо обязательно выпить, но только после того, как я переговорю с Игорем. Это очень срочно. Брат, выйдем на несколько минут? – Юра резко поднимается со своего места, цепляя рукой вилку, и та со звоном падает на пол.

Я все же позволяю себе взглянуть на него. Он зол как черт. Губы сжаты в тонкую плотную линию, руки в карманах, решительное выражение лица, а по его скулам ходят желваки. Мне становится неуютно от того, как он смотрит на меня. Словно я таракан под его ногами, досадная ошибка, каковой, скорее всего, и являюсь.

Я не узнаю в нем мужчину, которого полюбила. Хотя нет, вру, узнаю – когда он смотрит на сыновей, родителей. Но стоит его взгляду лишь немного зацепиться за меня, как его переполняет недовольство. За то, что без спросу влезла в его личную жизнь и угрожаю их равновесию.

Глава 5

POV Игорь

Когда вы возвращаетесь домой после длительного отсутствия в стране и на вашем пороге появляется незнакомка, заверяя в том, что беременная от вас, конечно же первое желание – закрыть дверь перед ее носом и завалиться наконец-то в кровать. Я не поверил ей. Этой малолетке с кукольным личиком и наивным взглядом. Я плохо запоминаю лица, могу с легкостью забыть девушку, с которой провел ночь, но на сто процентов уверен в том, что не мог заделать ей ребенка, даже если бы мы каким-то чудесным образом пересеклись с ней в Штатах. Но она сделала меня, вытащив из рукава козырь и назвав меня именем брата.

Я не поверил ей. Серьезно. У моего брата идеальная семья. Жена красавица и двое детей. Он получил то, чего так желал я, и у меня в голове не укладывалось, что Юра может так поступить с Кариной. С девушкой, которая вот уже десять лет не выходит у меня из головы и сердца.

Я познакомился с Кариной первым, она должна была стать моей и стала бы, если бы я не привел ее как-то к нам домой, где она узнала, что у меня есть брат-близнец. Подающий надежды программист против плохого парня в татухах и с гитарой за спиной. Выбор очевиден, правда? Она так мне и заявила, когда я потребовал объяснений после того, как увидел их вместе в торговом центре. И вот, десять лет спустя, мой брат все так же подающий надежды программист, а я собственник звукозаписывающей студии с толстым банковским счетом, но Карина по-прежнему с ним, красивая и недоступная для меня.

Мне нравится приезжать к ним домой и слышать, как дети называют меня папой. Я даже специально сбриваю бороду перед этим, потому что Саша и Паша еще слишком малы, чтобы различать нас каким-то другим способом. Пацаны чертовски похожи на Юру, а значит, и на меня. Да нас даже по ДНК не различить! Я страдаю мазохизмом, приезжая к ним раз за разом, рассматривая такие знакомы черты лица и понимая, что у меня этого никогда не будет.

Я позволяю себе немного помечтать, представить, что это моя семья, моя жена и дети, и я возвращаюсь домой после работы. Но реальность такова, что женщина, которую я люблю всей душой, принадлежит другому, моему брату, и я ничего не могу с этим поделать. Вернее, не мог – до этого момента. Потому что если незнакомка не какая-нибудь аферистка, то получается, что Юра не достоин того, что имеет, и я просто обязан вмешаться в это.

Я не собираюсь развеивать ее уверенность в том, что я не тот, за кого она меня принимает, и крайне удивлен ее познаниями во всяких мелочах и расположении комнат в квартире. Неужели не врет и Юра привозил ее ко мне?

Я решаю пригласить ее на семейный ужин в честь моего возвращения и посмотреть на реакцию брата. И если она говорит правду… что ж, я заставлю его подать на развод.

– Какого черта ты притащил ее сюда? С ума сошел? – шипит Юра, заталкивая меня за угол и оглядываясь по сторонам, чтобы никто не услышал наш разговор. Он нервничает. Безумно. С того самого момента, как заприметил Вику рядом со мной.

– А какого черта ты, женатый мужик, пошел налево? – я завожусь с полуоборота, все это время сдерживал себя, но вот сейчас начинаю терять самоконтроль.

– Словно ты не знаешь, почему мужья изменяют своим женам?! Ах да, погоди, тебе этого не понять, ведь ты же у нас не женат и в твоей постели каждую неделю новая девушка, – ёрничает он и нервно проводит пальцами по волосам.

– Прекрати, тебя никто не заставлял надевать на палец обручальное кольцо. Проклятье, Юра, у тебя прекрасные дети, чудесная жена, зачем ты связался с какой-то малолеткой?

– Захотелось разнообразия, и не надо на меня так смотреть, – выплёвывает он, и мы впиваемся друг в друга злыми взглядами.

– Мне хочется тебе врезать, – бью кулаком в стену рядом с головой брата.

– А ты у нас святоша, да? – лыбится он, смотря на меня с насмешкой. – И вообще, где ты нашел Вику? Или ты это – прикинулся мной и замутил с ней? Скажи, малышка горяча, а? Строит из себя скромницу, а на самом деле…

– Вика беременная, ты, идиот, – говорю громче, чем следовало, и Юра шикает на меня, воровато оглядываясь по сторонам.

– С чего ты взял, что это мой ребенок? Да я не видел ее два месяца, Игорь, мало ли с кем она после меня была? Ее же даже уговаривать особо не пришлось, сама прыгнула ко мне в постель.

– А если все же твой? Вот так просто возьмешь и забудешь о том, что где-то еще у тебя есть сын или дочь?

– Послушай, я знаю, что для тебя это больная тема, но давай начистоту: мне не нужна ни Вика, ни ее ребёнок. Отвези ее на вокзал и посади в автобус, пусть валит в ту дыру, откуда вылезла, и не возвращается. У меня есть семья, и я не намерен разрушать ее.

Я хочу ответить ему, мне есть что сказать, уже открываю рот, но со стороны слышится сдавленный всхлип. Я поворачиваю голову на звук и теряю весь свой запал, наткнувшись взглядом на широко открытые синие глаза. Вика зажала рот ладонью, по щекам стекают капли слез, на лице шок и непонимание.

Она мне, конечно, никто, и плевать на ее чувства к брату, но в этот момент мне становится жаль девушку. Она не виновата в том, что стала мимолетным увлечением Юры и вляпалась в эту историю.

– Ну, чего смотришь? Слышала ведь все? – с насмешкой в голосе спрашивает брат, пряча руки в карманы. – Собирай свои вещи, и чтобы я тебя не видел рядом со своей семьей. Деньги на аборт дам, не переживай. – Я пораженно смотрю на брата. Какой, к черту, аборт?

Взгляд Вики бегает от меня к Юре, в глазах застыла боль, а потом она срывается с места, и через несколько секунд я слышу, как громко хлопает входная дверь.

– Скажешь родителям, что мне срочно пришлось уехать. И если в течение месяца не подашь на развод, я обо всем рассажу Карине.

– Игорь, ну ты чего? – кричит мне вслед Юра, но я не оборачиваюсь. Чувствую себя гадко и все ещё не могу осознать сказанные им слова. Разнообразия. Ему захотелось разнообразия. Да какое, к чертям, разнообразие, когда я столько лет подыхаю, словно собака, и каждую женщину мысленно сравниваю с Кариной?

Я иду к воротам, не спешу, знаю, что Вика далеко не уйдёт. Это частный сектор, здесь даже городской транспорт не ходит. Я пытаюсь успокоиться, чтобы не сделать ещё хуже, наговорив ей много «хороших» слов после разговора с братом. Делаю несколько глубоких вдохов, оглядываясь на окна кухни, в которых горит свет и через закрытые жалюзи видны темные силуэты.

На улице уже темно, но фонари прекрасно освещают и двор, и дорогу, поэтому я без проблем нахожу Вику у забора. Стоит, уперевшись в него спиной, и смотрит в одну точку. Глаза красные, руки дрожат, на меня не обращает никакого внимания и выглядит так, словно вот-вот и грохнется в обморок.

– Садись в машину, – говорю ровным голосом, с интересом рассматривая девушку и пытаясь понять, что же такого в ней нашёл Юра. Девушка как девушка: молодая, худощавая, волосы густые, длинные, аккуратный носик и пухлые губы – ничего особенного.

– Уйди, – едва слышно и с надрывом.

– Я не собираюсь торчать здесь до утра в ожидании, когда ты успокоишься.

– Я вызову такси и поеду на вокзал, не волнуйся, больше не потревожу вас с братом.

– Да при чем здесь это? – Моему терпению приходит конец. Я хватаю Вику за руку, пытаясь заставить идти со мной, но она упирается и вырывается из моего захвата, а потом оседает на землю, прикрывает ладонями лицо и громко всхлипывает. Один раз, второй, третий, переходя на истерику. Несколько минут я просто стою рядом, не зная, что делать, а потом все же опускаюсь рядом и успокаивающе провожу рукой по ее волосам.

– Уйди. Не трогай меня, пожалуйста, – протягивает она, поднимая на меня свои пронзительные глаза. На мгновенье сердце пропускает удар, и наши взгляды встречаются. Не знаю, зачем я это делаю, наверное, банальная жалость, резко притягиваю к себе девушку и с силой сжимаю в объятиях, пытаясь успокоить ее.

Она сопротивляется, проклинает и меня, и брата, но в какой-то момент успокаивается, жмётся ко мне ближе, что-то неразборчиво шепчет и затихает, лишь время от времени всхлипывая. Чувствую, как рубашка на груди становится мокрой от ее слез. «Но мне все равно», – повторяю про себя. Абсолютно. Она мне никто.

– Вставай. – Помогаю ей подняться на ноги и сажаю на переднее сиденье машины. Она не сопротивляется, ведет себя словно послушная кукла и не говорит ни слова. И что с ней делать? Не отправлять же подальше от столицы? Проклятье, почему Юра всегда наделает делов, а мне разгребать за ним эту кучу? И так с самого детства, и это при том, что меня считали самым безответственным из двух братьев.

Глава 6

POV Вика

Я позволяю ему прикоснуться к себе. Мужчине, чье лицо абсолютно идентично с человеком, который вырвал мое сердце из груди и растоптал. Я не могу сдержать слез. Чувство горечи затопило меня с головой, и я с силой цепляюсь пальцами за рубашку Игоря, вдыхаю аромат его парфюма, позволяя себе на мгновенье представить, что это Юра. Мужчина, которого я полюбила с первого взгляда и с которым надеялась построить в будущем семью.

Его слова, подобно острому лезвию, вошли глубоко в мою грудь и ранили. Я пытаюсь сопоставить образ того мужчины, который нашептывал мне ласковые слова, дарил неземное наслаждение и возил в гостиничный комплекс у реки, с мужчиной, который только что предложил мне денег, чтобы избавиться от ребенка, с циничной усмешкой на губах, и у меня не выходит. Все, что я могу сейчас, – содрогаться от рыданий. В голове ни одной связной мысли, а в душе лишь смятение.

Я не сопротивляюсь, когда Игорь ведет меня к машине. Здравый смысл нашептывает, что мой паспорт и чемодан с вещами находятся в его квартире, на улице ночь, а я понятия не имею, где именно нахожусь, поэтому должна принять его помощь, несмотря на то, что мне претит одна мысль находиться с ним под одной крышей.

Он помогает мне справиться с ремнем безопасности, и я закрываю глаза, когда его лицо оказывается слишком близко ко мне. Потому что мне тошно от одного лишь вида этих глаз, губ и нахмуренных бровей. Из моей груди вырывается сдавленный всхлип, и я кожей чувствую его пристальный взгляд. Он прожигает меня изнутри, выкачивает из лёгких весь кислород, и мне становится нечем дышать.

Щелчок. Хлопок двери. И я резко открываю глаза, впиваясь взглядом перед собой и не решаясь взглянуть на мужчину. Должно быть, я выгляжу неимоверно жалко в его глазах. Наивная брошенная любовница, которая настроила себе воздушных замков и собралась замуж за принца.

Мы едем молча. Игорь впивается пальцами в руль, я же изо всех сил пытаюсь сдерживать всхлипы и не отвожу взгляда от черного пятна на коленках. Белые брюки придется выбросить, жаль, что людей нельзя заменить так же просто, как любимую вещь. На душе наконец-то наступает полный штиль и безразличие. Я истощена. Морально и эмоционально. Мне хочется оказаться в своей комнате, выключить свет и зарыться под одеяло. Чтобы проснуться утром и обнаружить, что это все лишь дурной сон.

– Зачем ты это сделал? – Я упираюсь щекой о стекло и вздрагиваю от голоса Игоря, который ничем не отличается от Юры.

– Что именно?

– Привел меня туда? Мог просто сказать правду.

«И помочь избежать причиненной мне боли», – хочется добавить мне, но я молчу.

– И ты бы поверила?

– Нет, – произношу одними губами после непродолжительной паузы и все же решаюсь взглянуть на мужчину. – Я бы подумала, что ты пытаешься от меня избавиться.

Он лишь издает неопределенный звук в ответ и останавливается на красный свет.

– Кто будет: мальчик или девочка? – Кивком указывает на мой живот, и я инстинктивно прикладываю к нему ладонь.

– Я ещё не была у врача, да и на таком маленьком сроке пол ребёнка пока что нельзя узнать.

Удивительно, насколько спокойно и ровно звучит мой голос. Кажется, мне бы следовало закатить истерику, а не отвечать на вопросы человека, который посмеялся надо мной.

– В смысле – ты ещё не была у врача? – Он жмёт на педаль газа и резко поворачивает голову в мою сторону. Наши взгляды встречаются, и я пропускаю момент, когда нужно сделать выдох.

– Я только вчера узнала, что беременная, и сразу рванула в столицу. Не знаю зачем, – говорю слегка растерянно и понимаю, что абсолютно выжата изнутри. Словно бесчувственная кукла.

– То есть ты явилась ко мне, заявив, что беременна, даже не удостоверившись, что это так и есть? – Игорь резко ударяет по тормозам, и я морщусь от того, как скрипят колёса по асфальту.

– Я сделала кучу тестов, – повышаю голос, не понимая, почему должна оправдываться перед ним.

– Тесты врут.

– Один – возможно, но не двенадцать!

– Чудесно. Завтра утром поедем в клинику. Сделаешь УЗИ, и проведём анализ ДНК. Я хочу быть уверенным, что этот ребёнок от моего брата.

Я задыхаюсь от его наглости.

– Черта с два, завтра утром я уезжаю.

– Ты уедешь, когда я разрешу.

– Ты мне никто, ясно? Твой брат не желает знать ничего о нас с ребёнком – значит, я сама о нас позабочусь. Выпусти меня, от одного твоего вида меня выворачивает.

– Никуда ты не пойдёшь. По крайней мере, до тех пор, пока анализ не покажет, что ребёнок не Юры.

– Выпусти меня, – нервно дергаю за ручку двери, чувствуя, как начинаю задыхаться от паники и возмущения. Мало того, что братья растоптали меня сегодня, так ещё и Игорь решил, что я вру.

– Прекрати истерику, ненавижу это. – Он наклоняется ко мне, обдавая мою щеку горячим дыханием, и я вздрагиваю, когда его пальцы прикасаются к моей руке.

– Выпусти меня, выпусти, выпусти, выпусти! – повторяю раз за разом, ударяя его кулаками в грудь и освобождаясь от всего того, что на время притаилось внутри меня. Боль. Обида. Горечь. Разбитые мечты. Стыд. Непонимание. Отчаяние и безысходность.

– Да прекрати ты, ненормальная. Теперь я начинаю понимать брата: такую, как ты, и в самом деле нужно держать подальше от своей семьи.

Я замираю от его слов. Буравлю его своим взглядом и четко, по слогам, произношу:

– Вы-пус-ти ме-ня. – Я вся дрожу от злости и ненависти, уже не зная, кто из братьев хуже. Дыхание сбилось, короткое и рваное. Вдох-выдох, сердце гулко бьется в груди, виски пульсируют. Я готова вцепиться пальцами в ворот его рубашки, расцарапать до крови лицо, лишь бы избавится от его общества.

Игорь не отводит от меня своего взгляда, в его глазах искрится раздражение, словно я просила его о чём-то, а теперь отказываюсь участвовать в этом.

– Выпусти, – повторяю я и чувствую, как дрожит каждая мышца лица в попытке удержать подступающий град слез.

– Отлично, – сдаётся он, – можешь идти на все четыре стороны, не буду держать тебя.

Он нажимает на кнопку, и с двери снимается блокировка. Я вылетаю из салона автомобиля словно ошпаренная и отпрыгиваю назад, когда чёрный внедорожник срывается с места и на скорости отдаляется от меня.

Глава 7

POV Вика

Прохладный воздух ударяет в легкие, проясняя сознание. Я смотрю вслед удаляющемуся автомобилю и не двигаюсь. Прикусываю губу, сдерживая всхлипы, и с силой впиваюсь ногтями в ладони. Растерянно оглядываюсь по сторонам. Несколько прохожих, незнакомая улица и почти пустая дорога. Мне становится так жаль себя. До безумия. Ощущение, словно весь мир сговорился против меня, посылая испытание за испытанием, и, кажется, это только начало.

Глаза растерянно бегают по сторонам, и я вздрагиваю от испуга, когда сбоку слышится скрежет тормозов. Поворачиваю голову и замечаю, как в мою сторону на большой скорости движется автомобиль. Я жмурюсь, ослепленная ярким светом фар, и инстинктивно делаю шаг назад, подальше от проезжей части.

Игорь, нарушая все правила дорожного движения, едет задом по встречке. Резко останавливается рядом со мной, и я наблюдаю, как медленно опускаются тонированные стекла.

– Садись, – с нажимом произносит он, и я отрицательно машу головой в ответ. – Вика, если ты сейчас же не сядешь обратно, я запихну тебя в машину силой. Давай поедем домой, остынем и завтра на свежую голову переговорим еще раз. Ты на эмоциях, я на эмоциях – это не самое лучшее время вести серьезные разговоры. Будь благоразумна, у тебя сейчас нет выбора.

Мы молча смотрим друг на друга. Я стираю ладонями со щек соленую влагу и понимаю, что он прав. У меня и в самом деле нет выбора. В последний раз оглядываюсь по сторонам, делаю несколько глубоких вдохов, откашливаюсь и с самым безразличным видом, на который только способна, дергаю дверцу машины.

Дрожащими руками пристегиваю ремень безопасности, откидываюсь на спинку сиденья и смотрю перед собой. Успокаиваюсь, но время от времени все ещё вздрагиваю от всхлипов. Игорь тянется к радиоприемнику, из колонок сначала шипят помехи, а потом раздаётся спокойная музыка.

– Я не хочу видеть Юру, – нехотя прерываю затянувшееся молчание.

– Хорошо, – спокойно отзывается он.

– Не пойду с ним делать тест ДНК.

– Он и не нужен. – Я всё-таки отрываюсь от созерцания ночных улиц и вскидываю вопросительный взгляд на мужчину, не забывая напоминать себе, что передо мной совершенно другой человек. Не Юра. – Мы идентичные близнецы. Если ребёнок и в самом деле моего брата, то тест на отцовство покажет, что и я его отец.

– Как это возможно? – удивленно спрашиваю я. До сих пор меня совершенно не волновала тема генетики, но вот сейчас, когда у Юры есть брат, а ещё родились дети-близнецы, я начинаю волноваться, что и у меня может быть двойня. Это слишком, учитывая, что я даже не могу представить, что буду делать с одним ребёнком.

– Это природа, у неё спроси.

– А что потом? Зачем тебе вообще знать, от Юры я беременная или нет? Ему не нужен ни ребёнок, ни я, поэтому, скорее всего, мы с тобой больше не увидимся. И не скажу, что это расстроит меня. Если бы не мои вещи в твоей квартире, я бы не села к тебе в машину.

– Не заводись, – вскидывает на меня взгляд и выворачивает руль вправо. – Это мой племянник или племянница, Вика, и я не собираюсь игнорировать этот факт. Это во-первых. А во-вторых, Юра ещё одумается, вот увидишь, – устало произносит Игорь, и мы вновь замолкаем.

Я прикрываю глаза, тихая музыка и гул мотора медленно укачивают меня, не давая просочиться в голову плохим мыслям, и я не замечаю, как проваливаюсь в беспокойный сон.

Просыпаюсь оттого, что в один момент вокруг вдруг становится слишком тихо. Открываю глаза и отшатываюсь назад, потому что лицо мужчины непозволительно близко ко мне. Он рассматривает меня. Пристально. Я сглатываю подступивший к горлу ком и растерянно моргаю. Он не двигается. Темный взгляд его глаз проходится по моему телу, останавливаясь на уродливом пятне на колене. Мне становится душно. Сердце то и дело пропускает удары, и спросонья я не сразу понимаю, что это не Юра. Поэтому сначала на моем лице расцветает счастливая улыбка, а уже через секунду резко исчезает.

– Приехали, – Игорь разрушает тишину и выходит из машины первым. Останавливается рядом и поднимает голову к ночному небу. Какое-то время я все еще сижу в салоне автомобиля, наблюдая за мужчиной. Изучаю его силуэт, пытаясь в темноте найти различия с братом. Игорь не торопит меня, и по его напряженной позе можно понять, что вся эта история ему не по душе. Как и то, что он привел в свой дом какую-то незнакомку.

Я подбираю туфли с резинового коврика на полу и выхожу на улицу босиком. Ступаю по гладкому асфальту и останавливаюсь рядом с Юрой… Игорем. Все ещё не могу привыкнуть к тому, что их двое, и даже мысленно путаю имена.

– Я не буду против, если ты отвезешь меня в гостиницу, – произношу тихо, сонно потирая глаза.

Он поворачивает голову в мою сторону, скептически смотрит на меня, ставит на сигналку машину и, не говоря ни слова, идет в сторону дома. Я медлю, но после того, как где-то совсем рядом слышится лай собак и мужские голоса, срываюсь с места и быстро догоняю его.

Игорь

Я не могу понять, что чувствую к этой девчонке. То ли раздражение, то ли ненависть, то ли интерес. Но факт остается фактом: я не могу перестать разглядывать ее, пытаясь понять, чем зацепила брата. Ведь если он изменил своей жене, значит, зацепила же?

У нас с Юрой, несмотря на то, что по характеру мы абсолютно разные, всегда был одинаковый вкус на женщин. Карина – прямое тому доказательство. Изящные, высокие, с большой упругой грудью, ухоженные, игривые и умные. Ни одно из этих описаний не относится к Вике, и, скорее всего, для Юры она была лишь девочкой на одну ночь. Ну не о школьной же программе по алгебре с ней разговаривать, серьезно. Или где она там учится?

Вика молчит, не произносит ни слова. С силой несколько раз жмет на кнопку вызова лифта и полностью избегает меня. Я прислоняюсь спиной к стене рядом с ней и не отвожу от нее задумчивого взгляда. Рассматриваю и изучаю. Нужно держать ее поближе, чтобы заставить Юру понервничать и принять правильное решение. Вика – отличный рычаг давления.

В лифте становится невыносимо душно. Наши взгляды встречаются в отражении зеркала, и на моем лице растягивается кривая ухмылка. Она похожа на пай-девочку, которую я украл у строгих родителей и теперь веду в свою квартиру, чтобы показать, что значит быть с настоящим мужчиной. В какой-то момент я даже задумываюсь над тем, чтобы и в самом деле попробовать затащить ее в постель, но быстро отметаю эту мысль прочь. Во-первых, она похожа сейчас на побитую собаку и я совершенно не чувствую к ней влечения; во вторых, она все-таки не в моем вкусе. Слишком тощая, слишком молодая, слишком истеричная и эмоциональная. А еще беременная. Возможно, моим племянником или племянницей.

– Прекращай реветь, в жизни бывают разочарования, этого не избежать. Научись жить с тем, что есть, – бросаю холодно и цинично, зато правдиво. Это лучше, чем убеждать ее, что все будет хорошо, Юра обязательно одумается, они поженятся и будут счастливо жить до конца своих дней. Хотя на самом деле именно в этом я и должен убедить ее, чтобы достичь своей цели.

– Да пошел ты, – бросает на меня уничтожающий взгляд и выходит из лифта первой. Босыми ногами ступает по кафелю и останавливается возле двери в мою квартиру.

Я не спешу, нарочито медленно подхожу к Вике вплотную, вставляю ключ в замочную скважину, делаю три оборота и распахиваю перед ней дверь. Она недовольно поджимает губы, на меня даже не смотрит, переступает порог и сразу же направляется в комнату, которую я ей выделил. Я усмехаюсь ей вслед и устало заваливаюсь на диван. Ничего, у всех в жизни бывают разочарования, переживет.

Я расстегиваю пуговицы на рубашке, закрываю глаза и пытаюсь спокойно проанализировать все то, что произошло сегодня. Юра был зол, испуган, но я уверен, он сделает все так, как я ему сказал. Пусть забирает себе Вику с их ребенком, а я позабочусь о Карине с близнецами. После того как брат разорвет с ней отношения, я с легкостью и огромной радостью смогу утешить ее.

Я с трудом заставляю себя подняться с дивана, на ходу снимаю одежду, открываю дверь гардеробной и застываю, удивленно разглядывая идеальный порядок на полках. Ладно, беру свои слова обратно, от девчонки может быть толк, здесь не было так убрано с тех пор, как я купил эту квартиру. Вряд ли хоть одна из моих любовниц, оставшись у меня на ночь, решила бы скоротать время за раскладыванием по цветам моей одежды.

Я останавливаюсь у двери гостевой спальни и прислушиваюсь к звукам в комнате. Немного приоткрываю дверь и натыкаюсь взглядом на кромешную тьму.

– Вика? – зову тихо и, убедившись, что она спит, щелкаю выключателем. Комнату заливает тусклый свет, и, не заботясь о том, что Вика может проснуться, я подхожу к краю кровати, рассматривая спящую девушку.

Ее лицо расслаблено, розовые губки приоткрыты, а край одеяла оголяет плечо и выпирающие ключицы. Волосы разбросаны по подушке, и я какого-то хрена не могу удержать при себе руки и касаюсь ее шелковистых локонов. Несколько минут просто смотрю на нее, ловя себя на мысли о том, что жутко хочется намотать ее длинные волосы на кулак, а потом… Проклятье, совсем с катушек съехал. Я резко отшатываюсь от кровати, выключаю в комнате свет и спешу поскорей убраться к себе, пока не натворил какой-то фигни.

Долго верчусь в постели, сон все никак не идет, и стоит мне только прикрыть глаза, как из коридора доносится какой-то шум. Я откидываю в сторону край одеяла и тихо подхожу к двери, сжимая в руках телефон. Очень надеюсь, что это не то, о чем я подумал. Звук повторяется, я тихо приоткрываю дверь и иду в сторону гостиной, замечая впереди невысокий женский силуэт.

– Далеко собралась? – включаю подсветку на телефоне и направляю свет в сторону девушки. Она испуганно вскрикивает, бросает на пол чемодан и с силой прижимает к груди свою сумочку.

Глава 8

Вика

Сердце гулко бьется в груди, заглушая посторонние звуки, я испуганно смотрю на мужчину передо мной и чувствую себя загнанной ланью. Специально ведь выжидала столько времени, прислушивалась к звукам в квартире, чтобы незаметно сбежать домой. Притворилась спящей и чуть не выдала себя, когда пальцы Игоря прикоснулись к моим волосам. Он вызывал во мне противоречивые эмоции. Ненависть на грани восторга.

Не так просто принять то, что его глаза – это не глаза Юры, что его улыбка, прикосновения, губы – все чужое и никогда не принадлежало мне. Но глупому сердцу не прикажешь, не вырвешь одним махом все воспоминания, чувства и мечты. В моей голове Игорь все еще тот мужчина, о котором я мечтаю и который предал меня. Мое сознание все ещё не может справиться с открывшейся мне правдой.

Я с силой прижимаю к груди сумочку с деньгами и документами, оглядываюсь назад, оценивая расстояние между мной и входной дверью, но понимаю, что не успею добежать до нее. Игорь кажется злым, и я искренне не понимаю причины. Я для него никто, он ясно дал понять это, а манипулировать собой, играя в непонятную игру, я не собираюсь.

– Далеко собралась?

– Воды решила выпить, – с издевкой отвечаю на его вопрос.

– С чемоданом?

– Ага.

Игорь делает несколько шагов ко мне, сокращая между нами расстояние, и я вздрагиваю от звука мелодии моего телефона. Такси.

– Слушай, спасибо что приютил, просветил, но мне пора. – Пячусь назад, но мужчина резко срывается с места, обхватывает меня рукой за талию и вырывает телефон.

Меня прошибает от такой близости. Я хочу и вырваться из его захвата, и уткнуться носом в его обнаженную грудь, вдыхая знакомый аромат геля для душа. Скорее всего, у них с Юрой одинаковые вкусы.

– Да? Такси? Нет, простите, вы, наверное, номером ошиблись. Девушка? Без понятия, – Игорь сбрасывает вызов, а я задыхаюсь от возмущения.

– Отпусти меня, я хочу домой! Немедленно!

– Успокоилась и пошла в мою комнату, – его голос звучит ровно и спокойно, но от этого тона по позвоночнику проходит озноб.

– Что?

– Я хочу спокойно спать до утра, а не гадать, сумела ты ускользнуть от меня или нет. Поэтому, раз доверять тебе нельзя, проведешь ночь рядом. Иди, – подталкивает меня в сторону комнаты, я же застываю на месте, давясь возмущением и не в силах произнести ни слова. – Оглохла, что ли?

– Ты мне никто, поэтому будь добр, отдай телефон и позволь мне уйти.

– Ошибаешься, Вика, ты беременная от моего брата. Возможно. Так что теперь мы связаны до конца наших дней. Да и разве не ты мне вчера ныла о том, что тебе некуда идти? С работы уволили, жилья нет, родители будут недовольны – не твои ли это слова? – Мужчина прожигает меня взглядом в полутьме, и я понимаю, что мне нечего возразить ему. Все и в самом деле так, но безвыходных ситуаций не бывает. Пойду полы мыть, если понадобится.

– Я не… – запинаюсь я, потому что в горле застревает ком. Мне только-только удалось успокоиться, забыться, а Игорь вновь потревожил колющую рану.

– У меня нет желания выяснять с тобой никому не нужные отношения, – он не собирается слушать меня, хватает за локоть и тащит в сторону своей спальни. – В одиннадцать утра запись к доктору. После того как придут анализы теста, мы вместе решим, что делать. Я не собираюсь выступать в роли злого дракона и насильно держать тебя в своей башне, но и не позволю загубить жизнь ребенку. – Он заталкивает меня в комнату и щелкает выключателем. Первое мгновенье я щурюсь от яркого света, а потом натыкаюсь взглядом на кровать, с которой у меня связано множество воспоминаний.

– Я не буду спать с тобой в одной постели. – Я поворачиваюсь к мужчине, который загораживает мне проход, и с силой сжимаю кулаки, в любой момент готовая броситься на него с боем. – Я хочу домой, ты мне никто и не имеешь права указывать.

Мои глаза бегают по сторонам, куда угодно, только не на полуобнаженного мужчину. Его шикарное раскачанное тело так и манит к себе: стальные кубики пресса, темная дорожка волос на животе и руки с проступающими синими венами. Не могу ничего поделать с собой, за несколько часов невозможно разлюбить человека, идеальная копия которого сейчас находится передо мной.

– Два ночи, чужой город – неужели так сложно услышать меня и остаться здесь до завтра? Ты до невозможности уперта и глупа, – цедит сквозь зубы, смотря на меня уничтожающим взглядом. – Снимай одежду и ложись в постель, я выключу свет.

– Я не буду спать с тобой, – говорю с нажимом, пытаясь скрыть свои настоящие эмоции. Потому что меня душат слезы, которым я не позволяю вырваться наружу. Нет, он больше никогда не увидит мою слабость.

– Не нужно придумывать себе чего-то, просто ляг уже, – повышая голос, выкрикивает он, и мои губы начинают дрожать. – Только без истерик, – предупреждающе произносит Игорь и выдергивает из моих рук сумочку. – Иди.

Весь мой боевой запал обрушился в один момент, я снимаю обувь и ложусь поверх одеяла прямо в одежде. Игорь никак не комментирует мой поступок. Щелкает выключателем и ложится на второй половине кровати, максимально далеко от меня.

– Учти, у меня очень чуткий сон. Любая попытка к бегству будет сопровождаться кардинальными мерами. Не заставляй меня привязывать тебя к кровати.

И замолчал. А потом и вовсе захрапел. А я все лежала, смотря в черноту потолка, и не могла понять: это он так пошутил сейчас или же мужчина рядом со мной на самом деле просто ненормальный псих?

Игорь

Я ненавижу центры планирования семьи, женские консультации и роддомы. Ненавижу все, что напоминает мне о моем дефекте. Неполноценности. О том, что как бы я ни хотел, а никогда не смогу подержать на руках собственного ребенка. Не смогу услышать его смех, не смогу отправить в школу, наблюдать за тем, как он взрослеет и меняется. У меня есть деньги, много денег, но даже их недостаточно, чтобы заполучить желаемое.

Бесплодность.

Ненавижу это слово.

Я забросил лечение года три назад, потому что понял, что все бесполезно. Собственно говоря, именно по этой причине я и не стал когда-то мешать Карине и Юре быть вместе. Рано или поздно она бы захотела детей и быстро поняла, что дело во мне. А кто захочет провести всю свою жизнь рядом с мужчиной, который не может подарить женщине самое ценное – крохотное сморщенное создание, которое когда-то назовет ее мамой?

Во всем виноват чертов паротит. Нам было по десять, когда Юрка отправился на международную олимпиаду, а я слег со свинкой. Это его и спасло. Помню взволнованные лица родителей и свое недоумение, ведь бывало и хуже. И вот спустя годы мне аукнулись последствия болезни.

Это несправедливо. У брата двое близнецов, еще и Вика, скорее всего, беременна от него, не похожа она на лгунью либо аферистку. Слишком уж живые ее эмоции, натуральные, да и ночная попытка побега тому доказательство. Была бы охотницей за деньгами, стала бы уже торговаться на счет своего молчания. Поэтому я не могу смотреть на ситуацию с такой же легкость, как Юра. Не могу просто забить на все и с чистой совестью жить дальше.

Я бросаю взгляд на девушку. Она сидит в кресле, нервно теребя ручки сумочки, пока я заполняю поля в анкете с реквизитами для оплаты. Понятия не имею, что с ней делать дальше. И это злит меня. Безумно. Потому что когда я говорю сидеть, она без лишних вопросов должна это делать, если скажу не выходить из квартиры – должна находиться дома до моего приезда, но нет же, Вика самая настоящая заноза, и нужно контролировать каждый ее шаг. Еще и при родителях какого-то черта взболтнул о ее беременности, и мать названивает мне со вчерашнего вечера. Пришлось даже телефон отключить, не хочется врать ей.

– Присаживайтесь, вас позовут, – улыбается мне девушка за стойкой регистрации, и я подхожу к Вике. Опускаюсь в кресло напротив и открыто разглядываю ее. В какой раз за эти два дня.

Она обижена. Было бы за что. Демонстративно игнорирует меня и без остановки прикусывает нижнюю губу. Клянусь, в какой-то момент мне показалось, что на ней проступит кровь.

Когда со стороны широкой двери звучит ее фамилия, мы синхронно поднимаемся и следуем за медсестрой по серым коридорам. Я пропускаю Вику вперед, и мы оказываемся в небольшом помещении. Девушка мнется, несмело кивая в ответ на приветствие доктора, и присаживается на стул, я же остаюсь стоять за ее спиной, с предельной внимательностью слушаю каждый вопрос, который задает гинеколог, и ответы Вики. На некоторых она запинается. Например, когда был последний незащищенный половой контакт. Она бросает на меня смущенный взгляд и тихо отвечает:

– Два месяца назад. Но если быть точной, то прошло девять недель. Думаю, именно тогда это и случилось.

Мои брови ползут вверх: неужели все это время держала верность брату?

– Нам нужен тест на отцовство, – перебиваю доктора, переходя к самому главному, потому что сейчас меня не интересует ни менструальный цикл Вики, ни режим ее питания, ни то, как и когда они зачали этого ребенка с моим братом.

– Игорь… – гинеколог поглядывает в свои бумажки, выискивая мое отчество, – Алексеевич, все по порядку. Для того чтобы что-то делать, сначала вашу… девушку нужно осмотреть и подтвердить наличие беременности. Возможно, это просто стресс, гормональный сбой либо болезнь, – строгим голосом отчитывает она, испытывая мое терпение. Мне и так придется ждать результатов три дня, несмотря на то, что я доплатил за их срочность.

– Тогда делайте, что нужно, – говорю с нажимом и с силой впиваюсь пальцами в спинку стула. Галина Сергеевна смотрит на меня с неприязнью, потом переводит взгляд на поникшую Вику, и даже гадать не надо, какие выводы на мой счет она успела сделать. Тиран и деспот издевается над бедной молодой девочкой.

– Виктория, проходите за шторку, ложитесь на кушетку, – мягко обращается она к девушке. Я делаю шаг назад, вижу, как дрожат ее руки, как растерянно она смотрит в другой конец кабинета, где расположен аппарат УЗИ. Делает глубокий вдох и, не обращая на меня никакого внимания, снимает босоножки и ложится спиной на жесткую поверхность.

Я все еще не двигаюсь, когда Вика задирает кверху маечку и Галина Сергеевна наносит прозрачный гель на ее плоский животик. Стою, затаив дыхание, и слова доктора одним махом выбивают из груди весь воздух.

– Ну вот он, ваш малыш. Папочка, а вы чего там встали? – переводит на меня взгляд, и в ее голосе уже нет того тепла, с которым она обращалась к Вике.

Я делаю несколько шагов в их сторону, чувствуя, что ноги меня совершенно не слушают. С безразличием смотрю на черно-белое изображение на экране, а потом перевожу взгляд на девушку, которая, кажется, не видит и не слышит ничего вокруг, кроме странного головастика.

– Почему у него такая большая голова? – спрашиваю с недоумением. – Он же не болен? – На что Галина Сергеевна лишь усмехается и качает головой.

– Ох уж эти мужчины. Думаете, вы в девять недель в утробе матери уже были пропорционально сложенным ребенком? – Смотрит на меня из-под очков и возвращается к аппарату. – Плод развивается без отклонений, соответствует сроку, сейчас включу звук, и вы сможете услышать его сердцебиение. Если хотите, можно сделать запись, но за это нужно будет заплатить отдельно.

Вика резко переводит на меня взгляд, и я замечаю влагу в ее глазах. Ох уж эти сентиментальные женщины.

– Можно я…

– Да, делайте запись, фото, видео – все, что есть, – небрежно машу рукой в сторону экрана, а сам понимаю, что, если бы это был мой ребенок, я бы, наверное, приказал сделать сотню снимков УЗИ со всех возможных ракурсов. – Я буду ждать тебя у лаборатории.

Я сбегаю, словно трус. Подальше от этого быстрого ритмичного тук-тук тук-тук-тук, из-за которого мое сердце начинает биться с удвоенной частотой, а настроение окончательно слетает в кювет.

Глава 9

POV Вика

Сегодня именно тот день, о котором мечтает каждая женщина. Увидеть на УЗИ своего ребенка, услышать его сердцебиение, а еще почувствовать поддержку любимого мужчины и сжимать его ладонь в ожидании заключения доктора, что с малышом все хорошо. Я всегда представляла это именно так и даже в самых плохих мыслях не могла подумать, что в такой долгожданный момент окажусь растерянной, покинутой, а еще с ненавистным мне мужчиной, который только и делает, что оскорбляет меня и раздает приказы.

Я чувствую себя неверной гулящей девушкой, которую привели за ручку к доктору, чтобы удостовериться, что ребенок не от любовника. Уверена, что часть персонала так и считает. Особенно когда Игорь с таким недовольством просит поскорее сделать забор крови для теста, а потом выясняет, нельзя ли ускорить результаты.

Я не произношу ни слова. Все внутри меня до сих пор трепещет от восторга и неверия. Это так странно – знать, что внутри тебя растет новая жизнь, и одновременно так больно, когда осознаешь, что ребенок желанный только для тебя. Что он еще не родился, а его отец уже от него отказался. От одного воспоминания о Юре сердце вновь начинает болезненно ныть. Хотела бы я забыть его, выбросить из головы, но так быстро сделать это невозможно. Особенно когда на расстоянии вытянутой руки сидит его точная копия.

Я отрываю взгляд от черно-белого снимка и украдкой поглядываю на Игоря. Он не в настроении, понимаю я. Хотя это, скорее всего, его постоянное состояние. Губы сжаты в тонкую линию, пальцы с силой впиваются в руль. Он нервно ведет машину, тормозя на светофорах в последний момент и резко срываясь с места на зеленый свет. Но я все равно засматриваюсь на него. На морщинки-лучики вокруг глаз, на слегка отросшую щетину и небрежно растрепанные волосы. А еще пытаюсь понять причину его недовольства. Я ведь ничего не требую и уж точно не собираюсь становиться угрозой для «счастливого» брака его брата. Мне бы просто наконец-то добраться до дома, чтобы без лишних глаз пуститься в двухнедельную депрессию, уговаривая себя, что все будет хорошо. Я все переживу. Жизнь не закончилась, все обязательно наладится, и я встречу достойного мужчину, который полюбит и меня, и моего ребенка.

– Что дальше? – решаюсь спросить я и очень надеюсь, что Игорь предложит подвезти меня до вокзала.

– Заедем пообедаем. Я голоден.

Я чувствую, как от него исходит холод, проникает мне под кожу, замораживая и заставляя вздрагивать. От его тона, от его взгляда, от его мыслей и неприязни.

– Ты не мог бы отвезти меня к тёте? Я поживу у нее, пока не будут известны результаты тестов, если для тебя это так важно.

– Нет, – коротко и категорично. Он посматривает в зеркало заднего вида, сворачивает вправо, а потом переводит на меня взгляд и продолжает:

– Юра передумает и вернется к тебе. Просто подожди немного. Поживешь у меня несколько дней.

– У меня другие планы, и Юра в них точно не входит. Знаешь, когда узнаешь, что мужчина, которого ты любишь, женат и все это время врал тебе, желание видеть его вмиг пропадает, – мой голос звучит раздраженно. Я чувствую, как меня начинает трясти от злости. Что он вообще о себе возомнил? Решил, что может решать все вместо меня?

– Ты совсем не думаешь о своем ребенке, Вика, – качает головой Игорь, и на его лице расцветает ехидная улыбка.

– Я-то как раз думаю, а еще о том, что у твоего брата есть сыновья. И жена. Я в вашу семью не вписываюсь. И если ты считаешь, что я не заметила твоих взглядов обожания в сторону Карины, то ошибаешься. Я не собираюсь участвовать в твоей игре по устранению соперника. Так что для всех лучше, если я покину город.

Игорь молчит, жмет на газ и мчит по дороге, превышая максимально допустимую скорость. Я вжимаюсь в кресло, и мои глаза расширяются от ужаса, когда мы практически врезаемся в машину впереди. Мужчина в последний момент выворачивает руль и идёт на обгон.

– Игорь, прекрати, пожалуйста! Ты ненормальный! – выкрикиваю я, дрожащими руками пристегивая ремень безопасности. Но он не слушает меня. Несётся вдоль моста на другую сторону города и снижает скорость, лишь когда вливается в густой поток машин. – Ты псих, – констатирую я и отворачиваюсь от него, чувствуя, как сердце в груди все ещё бешено колотится от страха. – Что тебе от меня нужно?

Я думала, он не ответит. Но Игорь громко выдыхает, тормозит на обочине, складывает руки на руль и, смотря мне прямо в глаза, произносит:

– Не знаю.

– Не знаешь? Серьезно? Тогда просто выпусти меня. Если захочешь увидеть племянника или племянницу, я не буду препятствовать этому. Но пойми, я не могу смотреть на тебя. Просыпаться в одной постели, как сегодня, и видеть перед собой это ненавистное лицо. Да меня тошнит от одного твоего вида! Как же я ненавижу вас двоих! – зло выкрикиваю я и в этот же момент жалею о своих словах. Выражение лица мужчины резко меняется. Весь его вид не выражает ни одной эмоции, в то время как в глазах бушует настоящая буря.

Я дышу часто-часто, не в силах совладать со своими эмоциями. Смотрю на мужчину, ожидая хоть какой-то реакции.

– Деньги на такси, – протягивает мне несколько купюр и, когда я не прикасаюсь к ним, просто бросает их мне на колени. – Запасные ключи от квартиры в бардачке. Возьми их и выходи. Я вспомнил о срочных делах.

Я медлю, не до конца осознавая сказанное им. Меня пугает его напускное спокойствие. Ощущение, что он испытывает меня: уйду или нет. Дрожащими руками и в спешке ищу среди каких-то бумажек связку с ключами и открываю дверцу автомобиля.

– Вика, – я оборачиваюсь в его сторону и ставлю одну ногу на асфальт, готовая сорваться на бег в любую минуту, – надеюсь, что, когда вернусь домой, ты все ещё будешь там.

– Надейся, – бросаю я и без сожаления выхожу из машины с уверенностью, что мы больше никогда не встретимся.

* * *

Я все еще немного дрожу от нахлынувших эмоций, когда возвращаюсь в квартиру Игоря. Несмело прохожусь по гостиной, словно ожидая, что в любой момент он выйдет из-за угла и перекроет мне выход. Не даст возможности выбора, как сегодня в машине, выбьет из легких весь воздух одним своим видом и доведет меня до истерики глупыми обвинениями.

Я с силой сжимаю в ладони ключи, чувствуя, как острые зубцы впиваются в кожу. Документы и деньги уже в сумочке. Чемодан так и остался стоять посреди комнаты. Я медлю лишь мгновенье. Оглядываю место, которое когда-то считала своим персональным раем, и с сожалением покидаю квартиру. Оставляю ключи у консьержа, который узнает меня и желает счастливого пути. Я выдавливаю в ответ благодарную улыбку и, с трудом перебирая ногами, иду в сторону автобусной остановки.

Город, который казался мне раньше таким прекрасным, вмиг теряет все краски. Теперь мне кажется, что он мое проклятье и лучше бы я и дальше сидела в нашем маленьком поселке. Я делаю пересадку у станции метро и через час уже стою перед девятиэтажкой тети. Какое-то время мнусь перед дверью, пытаясь привести себя в чувство, чтобы казаться беззаботной и веселой, а потом несколько раз резко вжимаю до упора кнопку звонка. Из-за двери разносится знакомая мелодия и топот ног.

– Вика? Ох, а что ж не предупредила-то о приезде? Проходи давай, наверное, устала с дороги, голодная? – суетится она, приветливо улыбаясь. – Мой руки, сейчас разогрею тебе котлетки с картошечкой. Хорошо, что я сменами поменялась, иначе бы ты до поздней ночи под дверью просидела.

– Спасибо, теть Тань, но я не голодная. – Я вкатываю в квартиру чемодан, снимаю обувь, всячески пряча от женщины взгляд. Тетя для меня словно вторая мать. Так сложилось, что ее муж умер через несколько лет после свадьбы и она так и не вышла замуж во второй раз, не обзавелась детьми и настоящей семьей.

– Что-то случилось? С мамкой поругалась? – допытывается она, внимательно вглядываясь в мою бледноту и красные глаза.

– Нет, просто… меня с работы уволили, вот. Я подумала, может, поискать что-то в столице, снять комнату недорогую. Здесь все-таки возможностей больше, чем у нас, – сочиняю на ходу и тут же понимаю, что это выход. Подзаработать за несколько месяцев денег, а потом вернуться домой, и тогда родители узнают о беременности, когда уже будет поздно.

– Какая комната? – всплескивает руками родственница, доставая из «прихожки» тапочки. – Я живу одна в огромной квартире, как тебе в голову мысли могли такие прийти? Иди отдохни, одежду разложи, а я пока на кухне поколдую, приготовлю нам ужин. Надо еще в магазин сходить, напишу список, сбегаешь, хорошо?

– Конечно, – соглашаюсь я, обнимая тетю и целуя ее в щеку.

– Ох, соскучилась же я по тебе, и когда только вырасти-то успела? Слушай, а как там твой мальчик? Из-за него же рванула сюда, а? Признавайся.

Мальчик – это Юра. Для тети Тани ему двадцать пять. Она видела его лишь издалека, когда тот заезжал за мной несколько раз по вечерам.

Ее вопрос застает меня врасплох, только ведь перестала думать о братьях, а сейчас их лица вновь мелькают перед глазами. Я напрягаюсь, нервно тереблю край маечки, а потом нарочито бодрым голосом отвечаю:

– Да он в командировку уехал, а когда вернется – не знает.

Тетя Таня обводит меня пристальным взглядом и, кажется, не верит в сказанное. Понимает все по одному моему виду и дрожащему голосу. В ее глазах проскальзывает сожаление, и мне так хочется рассказать ей обо всем, излить душу, попросить совета, что я почти решаюсь, но звонок в дверь звучит ровно в тот момент, когда я открываю рот, чтобы произнести первое слово. Я вздрагиваю и испуганно смотрю на дверь, боясь увидеть за ней Игоря.

Все внутри скручивается от напряжения, и я уже готова просить тетю сделать вид, что никого нет дома. Руки начинают дрожать, ноги холодеют, пульс подскакивает, сердце резко пропускает удар, а потом вновь начинает биться в нормальном ритме, потому что вопреки моим ожиданиям на пороге появляется Артем. Парень с четвертого этажа, в которого я когда-то была влюблена. И я не могу понять, что чувствую: разочарование либо облегчение?

– А я уж решил, что мне привиделось, – улыбается он, раскрывая свои объятия, и, несмотря на то, что мы уже давно не дети, я делаю несколько шагов к нему навстречу и обнимаю в ответ. – В окно тебя увидел, правда не узнал сразу. Надолго в этот раз?

– Вполне возможно, что до конца года, а то и дольше, – говорю уклончиво и отстраняюсь от парня, внимательно рассматривая новую стрижку и татуировку на руке, которой два месяца назад еще не было.

– Артемка, не стой на пороге, проходи. А нет, сходи лучше с Викой в магазин, сейчас денег дам и список.

– Теть Тань, какие деньги? Я сама заплачу, – кричу ей вслед и меняю комнатные тапочки на босоножки. – Выходной? – вскидываю пытливый взгляд на Артема и слегка краснею от того, насколько пристально он рассматривает меня.

– В отпуске. Какие планы на субботу? Мы с друзьями собираемся в клуб, не хочешь пойти?

– Я… нет, я не очень люблю такие места, да и одежды подходящей не брала.

– Да брось, будет весело, там какой-то крутой диджей приезжает.

– Я подумаю, хорошо? – Не уверена, что скакать на танцполе в моем положении лучшая идея, но и назвать причину отказа тоже не могу.

Артем кивает в ответ, и мы выходим на улицу. Он выше меня на голову, светловолосый и голубоглазый. Харизматичный, веселый и остроумный. Мне сразу вспомнилась школьная пора, когда я на каждые каникулы рвалась к тетке именно из-за него. Надевала лучшие платья, туфли на каблуках, на которых с трудом ходила, и подолгу сидела на качелях напротив его окон. Хотела обратить на себя внимание. Понравится. Но нас разделяли три года разницы. Когда тебе двадцать два, а ему двадцать пять, это незаметно, но в шестнадцать и тринадцать мы были как небо и земля. И вот этим летом он вдруг начал оказывать мне знаки внимания, и, если бы не Юра… наверное, сейчас все было бы по-другому.

Я выбрасываю из головы дурные мысли, говоря себе, что тогда не было бы этой беременности. Ребёнок внутри меня все чувствует, и я не должна проявлять в его сторону негативных эмоций.

Артем все время о чем-то говорит, я делаю вид, что и в самом деле внимательно слушаю его, поддакиваю, а сама витаю где-то в облаках и украдкой рассматриваю его. А ещё нервно оглядываюсь по сторонам, боясь увидеть Его. И почему-то Он – это вовсе не Юра, а его брат.

Время от времени Артём задевает меня то рукой, то плечом, но от этих легких прикосновений нет ни мурашек по коже, ни трепета в груди. Все эти ощущения остались в прошлом и ушли вместе с Юрой.

Ужин проходит в тёплой обстановке, тетя Таня хитро поглядывает на нас, и я даже знаю, какие мысли крутятся в ее голове. Я отказываюсь от вечерней прогулки, потому что вымотана до предела. Хочу быстрей закрыться в комнате, достать из сумочки снимок и рассматривать своего малыша. А ещё забыться и не думать ни о Юре, ни об Игоре. Особенно меня волнует почему-то последний. Интересно посмотреть на его реакцию, когда он вернётся в квартиру и не обнаружит ни меня, ни моих вещей.

Глава 10

Игорь

Я открываю входную дверь и прислушиваюсь к тишине в квартире. Не скажу, что ожидал от Вики послушания, но все же надеялся, что она остынет и поймет, как лучше для нее и ребенка. Что мое предложение обеспечит ей стабильную и безбедную жизнь. Предложение, которое я собирался озвучить ей после результатов теста.

На полках по-прежнему идеальный порядок, в холодильнике несколько кастрюлек с едой. Я открываю дверь в ее комнату, наблюдая пустоту, но не скажу, что расстроился. Не выношу чужого присутствия в своем доме, ненавижу, когда кто-то трогает мои вещи, и даже домработнице, которая приходит раз в неделю, запрещаю перемещать что-либо в своей спальне и кабинете. Даже если это что-то – мои грязные носки.

Время близится к вечеру, а я все прокручиваю в голове сегодняшний день. Одна часть меня хочет рассказать Карине об измене Юры, вторая – призывает действовать медленно и с умом. Я и так выжидал столько лет, еще какой-то месяц сумею потерпеть. Мои размышления прерывает звонок в дверь. В первое мгновенье я решаю, что за дверью стоит Вика с чемоданом, но в последний момент цепляюсь взглядом за экран домофона и замираю. Карина.

– Привет, – на ее лице растягивается широкая улыбка, обнажая ровный ряд белоснежных зубов. На мгновенье я выпадаю из реальности, рассматриваю ее длинные ноги и короткий вырез платья, а потом прихожу в себя и пропускаю ее в квартиру.

– Какими судьбами?

Карина оглядывается по сторонам, словно выискивая кого-то, и я не сразу понимаю, что этот кто-то – Вика.

– А где твоя… кхм, девушка?

– Невеста, – поправляю я, внимательно наблюдая за ее реакцией. Неужели приехала прощупать почву и проверить территорию? Ревнует?

– Ох, вы обручились? Когда свадьба? – В ее глазах плескается недовольство, хотя я не вижу никаких причин для этого, разве что она все еще неравнодушна ко мне.

– Пока не решили, но, скорее всего, обойдемся скромным торжеством в узком кругу родных. Вика беременная, сама понимаешь. – Я упираюсь спиной о стену и скрещиваю руки на груди. Не отвожу взгляд от Карины, настроение которой вмиг меняется, хотя она и пытается не подавать виду. Я хочу позлить ее немного, вывести на эмоции, вызвать ревность, чтобы она почувствовала, что меня вот-вот уведет другая женщина. Возможно, даже не придется давить на брата насчет развода. Если чувства Карины ко мне сильней, то…

– Странно, что ты ни разу не рассказывал ничего о Вике. – Она садится на мягкий диван, закинув ногу на ногу, ткань ее тонкого платья натягивается, обнажая бедро еще больше. Я сглатываю подступивший к горлу ком, чувствуя, как во мне закипает кровь, а мысли далеки от тех, которые я должен испытывать по отношению к жене брата.

– Счастье любит тишину, – отвечаю многозначительно и наблюдаю, как Карина резко поднимается с дивана и идет в сторону кухонной зоны, придирчиво разглядывая идеальный порядок. Она-то лучше всех знает, какой у меня обычно творится хаос из немытой посуды и коробок из-под еды.

– Она хоть готовить умеет? Сколько ей? Восемнадцать-двадцать? Ты с ума сошел, Игорь! – Карина открывает холодильник, а я усмехаюсь и мысленно благодарю Вику за то, что похозяйничала у меня на кухне. Девушка открывает крышку на одной из кастрюль, а потом со звоном ставит обратно и захлопывает холодильник. – Твоя мать, между прочим, очень волнуется. Почему ты не отвечаешь на телефонные звонки? – ее голос меняется, становится строгим, она смотрит на меня с осуждением, и я делаю глубокий вдох, потому что на самом деле еще не решил, что скажу матери. Ведь она прекрасно знает о моих проблемах со здоровьем.

– Я был на переговорах весь день, немного позже перезвоню ей, – произношу устало и потираю пальцами переносицу.

– А где?.. – Карина многозначительно взмахивает рукой, избегая называть Вику по имени.

– Моя будущая жена? – уточняю я. – Она гостит у родственников. На следующей неделе вернется.

– В таком случае мы можем поговорить без лишних ушей. Игорь, твои родители встревожены, я случайно подслушала их разговор, и твоя мать очень переживает, что эта твоя невеста, – последнее слово она практически выплевывает и кривится, – обвела тебя вокруг пальца и на самом деле ребёнок не твой. Да что говорить, я и сама теперь волнуюсь за тебя, мы всё-таки не чужие друг другу люди, одна семья.

– Карина, если ты приехала поболтать о глупых предположениях моей матери, то нам не о чем говорить.

– Нет, я не…

Она быстро стушевалась, отводя взгляд в сторону и прикусывая губу, и увела тему в другую сторону.

– На самом деле я сегодня пыталась расплатиться картой, которую ты мне дал. В детском магазине были скидки, и я присмотрела мальчикам курточки на зиму, а оплата была отклонена, и с банкомата я тоже не смогла снять наличку.

– Проклятье, я забыл предупредить тебя, прости. Я сменил банк, и старые карты заблокированы. На следующей неделе поедем вместе и сделаем тебе карту с доступом к моему счету.

Мне не жаль денег для своих племянников. Да и для Карины не жаль. У меня теперь их предостаточно, вот только потратить, увы, особо не на кого.

– Да, конечно, спасибо, а то я уже начала волноваться – вдруг это я что-то не то нажала.

Карина подходит к панорамному окну с видом на город, а я любуюсь ее точеной фигурой. Ей бы в модельный бизнес податься, у неё есть все данные, правда возраст уже не тот. В тридцать лет модели обычно заканчивают свою карьеру, а не начинают.

– Как же мне нравится твоя квартира. Даже не знаю, когда мы наконец-то накопим на такую. В двушке с детьми жутко тесно, я говорю Юре, чтобы он бросал свои компьютеры и шёл с тобой в бизнес, вы ведь братья все-таки, а он ни в какую. Нравится мне, говорит, ненормированный рабочий день, и зарплата хорошая. Но какая же она хорошая, когда мы уже четыре года как застряли в той квартире? – недовольно причитает она и, виляя бёдрами, движется в мою сторону. – Может, ты его уговоришь, а?

Она останавливается настолько близко ко мне, что я могу уловить аромат ее цитрусового шампуня. Ее пальцы касаются моих плеч, и в горле пересыхает. Чувствую себя зелёным пацаном, которому сносит голову от понравившейся ему девчонки. Карина облизывает губы, и я не могу оторваться от созерцания того, как кончик ее языка медленно скользит по нижней губе.

– Он ведь наверняка послушает тебя, предложи ему долю в бизнесе, например, – с придыханием произносит она, гипнотизируя меня своими лисьими глазами.

Я резко выдыхаю и отхожу на шаг назад, наваждение быстро спадает. Я очень ревностно отношусь к своему бизнесу. Никто не верил в меня, родители устроили скандал, и мы не общались около двух лет, когда вместо того, чтобы пойти работать в юстиции, где отец выбил мне место, я с головой ушёл в музыку. Звукозаписывающая студия – это мое детище, и даже Юре я не позволю прикоснуться к нему и разделить мой успех. Особенно Юре.

– Ты просишь о невозможном, Карина. Мой бизнес – это мой бизнес. Не лезь в мужские дела, – мой голос звучит слишком резко, и уже через минуту я жалею о своих словах. Потому что выражение лица девушки вмиг меняется, она хватает свою сумочку и движется к выходу.

– Мне пора, близнецы остались с няней, набери мать, она волнуется. О, и чуть не забыла: раз Вика уехала, может, пойдёшь с нами в клуб в субботу? Намечается отличная вечеринка.

– Не в «Шторме», случайно?

– Да.

– Мне прислали приглашения, если вы с Юрой идёте, то и я не прочь расслабиться и вспомнить молодость, – усмехаюсь я, осознавая вдруг, что, возможно, уже слишком стар для таких мест.

– Отлично, тогда в субботу. – За Кариной закрывается дверь, оставляя меня наедине с тишиной, одиночеством и шлейфом аромата ее духов.

Глава 11

Игорь

Время тянется слишком долго. И виной тому тест на отцовство. А еще Вика, которая непонятно где и с кем, и каждый раз, когда вспоминаю о ней, мне приходится одергивать себя. Потому что она мне никто. Абсолютно. Просто незнакомка, с которой был роман у моего брата. Я по нескольку раз на день звоню в клинику и сержусь из-за отсутствия результатов. Словно это в один миг могло бы решить все мои проблемы и изменить жизнь. Но я выжидаю, представляю тот момент, когда помашу бумажками перед носом брата и загоню его в угол окончательно.

Курьер звонит в дверь в четыре дня, и я разрываю конверт, прямо стоя на пороге квартиры.

Вероятность отцовства – 99 %.

Я перечитываю эту строку раз за разом, и дышать становится тяжело. Словно это и в самом деле мой ребенок. Словно Вика беременна от меня. Меня заело на этом. Заклинило. Перед глазами раз за разом проносится одна и та же строчка, и я с трудом заставляю себя вернуться в реальность.

Я прикрываю глаза, отгоняя прочь идиотские мысли, с силой закрываю дверь и бросаю лист бумаги на стол. На ходу снимаю одежду, включаю холодную воду и становлюсь под душ, пытаясь охладить свой пыл. Почему-то эта новость уже не приносит мне такой радости. У Юры будет ребенок на стороне. Ребенок, от которого он отказался так просто и с помощью которого я могу им манипулировать. Вот только единственное, что мне хочется сейчас сделать, – врезать ему хорошенько, потрясти и заставить отвечать за свои поступки. Потому что я бы ни за что в жизни так не поступил.

Сквозь шум воды мне совершенно не слышно, как кто-то настойчиво звонит в мою дверь, и когда я выхожу из ванной комнаты, то удивленно обнаруживаю на кухне свою мать. Надо бы забрать у неё ключи, которые оставлял на время своего отсутствия.

– Ма? Привет. Что ты здесь делаешь?

Она вздрагивает он неожиданности и поворачивается ко мне лицом. Я замечаю ее потрясённый вид, блеск в глазах, а ещё знакомый лист бумаги в руках. Вот же ж проклятье!

– Так, значит, это правда? Господи, Игорь, как же я счастлива! – Она быстро преодолевает расстояние между нами и обнимает меня, я же чувствую, как медленно погрязаю в болоте лжи ещё глубже. – Я так переживала за тебя, думала, что уже не увижу внуков, а оно вон какая радость.

– Мама, ну все, все, что это за слёзы? – На душе становится отвратительно. Мать выглядит такой счастливой, что я просто не могу рассказать ей правду. Да и что говорить? Что Юра изменял жене и заделал на стороне ребёнка?

– Мама, давай не будем радоваться раньше времени, хорошо? – устало выдыхаю я, понимая, что погряз во лжи ещё больше. – Пусть сначала родится.

– Дай порадоваться старой женщине – Она шутливо бьет меня по руке и отходит на шаг назад. – Признаться честно, я ехала сюда, чтобы образумить тебя, решила, что твоя Вика охотница за деньгами, которая решила с помощью ложной беременности затащить тебя в свои сети. Где она, кстати?

– У родственников. Вернётся на следующей неделе.

А вот с этим может быть проблема, предполагаю я. Потому что понятия не имею, где находится девушка и как ее искать. Разве что по прописке в паспорте.

– Как насчёт провести время всей семьей, познакомиться получше? Поедем на следующих выходных на дачу, у Кариночки и Юры как раз годовщина свадьбы. Семь лет уже, представляешь? Господи, как же время летит.

Пока мать говорит что-то ещё и расхаживает по квартире, я стою посреди комнаты, с силой сжав кулаки. Идея и повод позлить Юру просто прекрасна, вот только я не горю желанием смотреть на их счастливые лица. А ещё понятия не имею, как затянуть туда Вику. Не думаю, что наше общество будет ей приятно.

После ухода матери я все никак не могу перестать думать о своей лжи. А еще мне вдруг захотелось найти Вику. Только сейчас понял, что был дураком, отпустив ее восвояси. Сколько ей там? Двадцать два? Совсем молодая ещё, кто знает, куда она там подалась и что может натворить на эмоциях. Правда, после воспоминаний о том, с какой нежностью в глазах Вика смотрела на снимок УЗИ, я слегка успокаиваюсь. Ребёнок ей дорог, это видно по одному взгляду, и если изначально я даже подумывал о том, чтобы в случае неудачи с Кариной предложить ей родить его и отдать мне, то сейчас более чем уверен, что за такое предложение Вика возненавидит меня ещё больше.

Я пробегаюсь глазами по бумагам из медицинского центра, пытаясь найти там какие-то данные о девушке, но вспоминаю, что номер телефона вписал свой. Единственный, кто может мне помочь, – Юра. Вопрос в том, захочет ли?

Несколько раз нажимаю на кнопку вызова, потом сбрасываю, спрашивая себя, какого черта вообще лезу в это. Это Юра должен волноваться о ней, мне же достаточно результатов теста, чтобы воплотить в жизнь свой небольшой план, а потом вспоминаю, что в графе «Предполагаемый отец» стоит мое имя и доказательств измены Юры у меня, получается, нет.

Ближе к полуночи я все же не выдерживаю – звоню брату.

– Игорь? Ты время, вообще, видел? – сонным голосом произносит он. Юра, в отличие от меня, похоже, не страдает муками совести и бессонницей и крепко спит рядом со своей женой.

– Мне нужен номер Вики, – произношу твердым голосом.

– Подожди, – я слышу в трубке его тяжёлое дыхание, какие-то шорохи и щелчок выключателя, – зачем тебе ее номер? – уже чуть громче произносит он.

– Какая разница?

– Сбежала, что ли? Поняла разницу между нами? Не удовлетворил?

– Не беси меня. Просто дай ее номер телефона.

– Не хочу тебя разочаровывать, но у меня его нет, – его голос заучит с насмешкой и злит меня ещё больше.

– Юра, – произношу сквозь зубы, чувствуя, как медленно дохожу до точки кипения.

– Игорь, я не храню номера своих бывших любовниц. Я созванивался с ней по левому номеру и, предвещая твой следующий вопрос, нет, я не знаю, где она живет. Мы встречались в твоей квартире.

– Почему я тебе не верю?

– Зря.

– Она говорила о какой-то родственнице в столице, ты не в курсе? – допытываюсь я, не собираясь сдаваться.

– Нет, я не расспрашивал ее о семье, нам было чем заняться помимо разговоров.

Я хочу ему верить, но не могу. Чертовщина какая-то. Как можно за месяц не узнать ничего о девушке, с которой проводишь время? Хотя… Много ли я знал о своих любовницах, кроме номеров их банковских карт и любимых ювелирных магазинов?

– Так Вика согласилась избавиться от ребенка? – прерывает мое молчание брат, и в его голосе звучит надежда.

– Не заставляй меня ненавидеть тебя еще больше. Если что-то вспомнишь – набери. Не понимаю, как ты можешь быть так спокоен, зная, что где-то есть девушка, беременная от тебя.

– Я не ты, брат. У меня все в порядке с мужским здоровьем, и я не ношусь за каждой залетевшей от меня любовницей, чтобы сохранить свой генофонд.

– Да иди ты. И не забудь уведомить Карину о разводе.

– Ты предлагаешь сделать это на годовщину нашей свадьбы? Хочешь сделать ее несчастной? Разбить сердце?

– Хочу избавить ее от неверного мужа, – говорю с издевкой и отключаюсь первым.

Я со всей силы бью кулаком о стену. До боли в костяшках и разодранной кожи. В душе начинается непонятный ураган, и я не могу понять, из-за чего именно злюсь: собственного бессилия или самоуверенности и безразличия ко всему происходящему со стороны Юры? Чувствую себя неуравновешенным психом. Зависимым. Образ Карины маячит перед глазами как недостижимый идеал, и я до сих пор не могу понять: почему меня так заело на ней? Давно пора выбросить из головы эту чушь, вот только не могу. Сколько раз пробовал, а все не получается. Каждый раз готов бросить все и рвануть к ней по первому зову, будь то сломанный кран в ванной либо заболевшие близнецы во время командировок Юры.

Я открываю на телефоне галерею и листаю фотографии до тех пор, пока не нахожу на них Карину. С нежностью провожу пальцем по экрану, обещая себе, что очень скоро она будет моей. Достаточно с меня игры в доброго и заботливого парня, который все это время держался в стороне, у неё уже есть двое детей, а счастливый брак смогу ей обеспечить и я.

До сих пор не понимаю: неужели Карина так слепа? Как можно не заметить, что муж изменяет? Запах чужих духов, следы помады? Где это хваленое женское предчувствие? Потом вспоминаю, что она с детьми улетала на отдых, за мой счет кстати, и все становится на свои места. Она и не могла ничего заметить – Юра был слишком далеко.

Я отбрасываю подальше гнетущие мысли и пытаюсь уснуть. Время от времени взгляд натыкается в полутьме на смятый листок, лежащий на прикроватной тумбочке, и я не выдерживаю, встаю с кровати и иду в гостевую спальню. Возможно, Вика оставила то, что поможет найти ее. Чек на оплату, например. Заказ из интернет-магазина. Удивленно вскидываю бровь, замечая в комнате идеальный порядок. Когда только успела убраться во всей квартире?

На полках пусто, в тумбочке тоже ничего, в комоде нахожу забытые черные трусики и резко закрываю ящик. Не хватало еще позволить своим мыслям зайти дальше положенного. Я вдруг понимаю, что у меня уже недели две, как не было женщины, и решаю, что идея пойти на вечеринку не такая уж и плохая. Среди толпы девушек можно найти высокую и рыжую, с максимальным сходством с внешностью Карины. Для нескольких ночей то, что нужно.

Я приказываю себе забыть о существовании Виктории. На время. Потом обязательно найду ее. Найму частного детектива, в конце концов у меня есть ее полное имя, возраст и паспортные данные. Я сосредотачиваюсь на своей работе, это всегда помогало унять в голове непрошеный поток мыслей, поздно вечером заваливаюсь домой, и так по кругу. До субботы.

Глава 12

Вика

Юра кажется удивленным моим появлением, когда мы встречаемся у «Шторма». Недовольно смотрит на Карину, узнав, что это она пригласила меня. Я не могу отвести взгляд от девушки. Короткое обтягивающее платье, струящиеся по спине локоны густых волос, пухлые губы и выразительные глаза. Непозволительно глубокий вырез декольте, от которого невозможно отвести взгляд.

Высокие каблуки добавляют несколько сантиметров ее длинным ногам и делают ее одного роста со мной. Хочется скрыть ее от чужих мужских взглядов, затащить обратно в машину и впиться в эти розовые губы. Но вместо этого мы втроем минуем длинную очередь, показываем охране ВИП-приглашения и проходим внутрь клуба, где уже вовсю гремит музыка.

Мы сидим за столиком, и я не могу оторвать взгляд от танцующей Карины. Юра куда-то отошел, поэтому я наблюдаю за ней, не боясь быть пойманным. Ее движения плавные, призывающие, гипнотизирующие. Я расслабленно откидываюсь на спинку диванчика и борюсь с желанием подойти к ней со спины, притянуть к себе, вдохнуть ее аромат, заключить в объятия и продолжить танец вдвоем. Возможно, не только танец. Я почти поддаюсь соблазну, даже приподнимаюсь, когда взгляд цепляется за компанию за соседним столиком. Знакомые черты лица, огромные наивные глаза. Длинные локоны и розовые губы. А еще стакан с напитком в руке.

Не могу поверить, неужели эта дура пришла в клуб, будучи беременной? Так и знал, что в мозгах у нее пустота, хотя в какой-то момент она показалась мне довольно-таки разумной особой. Видимо, ошибся.

Внутри меня целый ураган эмоций, и ярче всех горит злость. Особенно когда я наблюдаю за тем, как какой-то пацан прижимает ее к себе за талию и утыкается носом в висок. Я с силой сжал кулаки, стараясь держать себя в руках, но ее смущенная улыбка в сочетании с платьем с глубоким декольте, в которое так пялится парень, провоцируют меня еще больше.

Спрашивается: чего завелся? Мне-то что? Пусть веселится, с кем хочет, главное, что я нашел ее. Но тот факт, что эта девушка беременна от моего брата, что внутри нее ребенок, в котором течет и моя кровь, не дает мне спокойно усидеть на месте.

Я быстрыми шагами преодолеваю расстояние между нами и резко выдергиваю из руки девушки стакан. Делаю глоток, чтобы убедиться, что в нем нет алкоголя, и громкая музыка заглушает вырвавшийся из моего горла злой рык. Я хватаю Вику за руку и тяну на себя, призывая оторваться от этого идиота и поднять свою задницу с дивана. Она вскидывает на меня испуганный взгляд, и ее глаза расширяются от ужаса и удивления. Я скалюсь в ответ, рассматривая ее с ног до головы, и на лице появляется презрительная усмешка. Вырядилась же!

– На выход. Быстро, – громко говорю ей на ухо, стараясь перекричать музыку. Краем глаза замечаю, как с недовольным выражением лица вслед за девушкой встает и ее спутник. Перехватывает ее руку и притягивает к себе. Все взгляды их компании направлены на нас.

– Ты, вообще, кто такой? – Его лицо искажается от злобы, он выразительно смотрит на мои пальцы, которые оплели кисть Вики.

– Не лезь не в свое дело, – выкрикиваю я, надеясь, что он меня услышит сквозь шум вокруг, а потом вновь наклоняюсь к Вике:

– Давай обойдёмся без никому не нужных сцен, если не хочешь, чтобы твой дружок с разбитым носом оказался в обезьяннике.

– Я с тобой никуда не пойду. Отстань, – шипит мне в ответ и дергается, пытаясь вырвать свою руку из моего захвата.

– Пойдешь, еще как. Иначе я устрою драку прямо здесь, а потом переброшу твою тощую фигурку через плечо и вынесу отсюда.

– Эй, ты что, с первого раза не понял меня? Руки прочь от моей девушки!

– Я ее старший брат, остынь, пацан. Просто Вика сказала мне, что заболела, а сама приперлась в клуб, – скалюсь я, ловя на себе возмущенный взгляд девушки.

Пацан поднимает руки перед собой в примирительном жесте, вмиг теряет враждебно настроенный вид и приглашает меня присоединится к ним.

– Простите, ребята, но мне уже пора. И Вику я тоже заберу. – Я подталкиваю девушку вперед, чувствую ее сопротивление и еще сильнее впиваюсь пальцами в ее руку. – Я тебя не покусаю, не бойся, отвезу, куда скажешь, а по дороге потолкуем кое о чем, – произношу ей на ухо и вдыхаю приятный цветочный аромат. – Давай же, сестра, старшего брата нужно слушаться, – мой голос звучит с издевкой, Вика что-то шипит в ответ, но ее слова полностью заглушает музыка.

Парень, который представился Артемом, смотрит на нас прищуренным взглядом, и в его глазах я вижу недоверие. Руки в карманах, поза напряженная, все внимание на Вику. Словно ждет ее крика о помощи. Но девушка лишь оглядывается на него, кивает головой, мол, все хорошо, и под моим натиском движется сквозь толпу танцующих к выходу.

Я с трудом сдерживаюсь, чтобы не начать орать на нее прямо перед зданием ночного клуба. Знаю, что в таком случае спугну и уже не усажу в свою тачку. Поэтому поддерживаю тягостное молчание и с силой сжимаю зубы. Вика немного шатается, выглядит слегка бледной, избегает смотреть в мою сторону и вздрагивает, когда моя ладонь прикасается к ее пояснице. Что ж, похоже, мне всё-таки серьезно придётся заняться ее воспитанием.

Я сажусь за руль, перегибаюсь через девушку, чтобы потянуть на себя ее ремень безопасности, и непозволительно долго задерживаюсь взглядом на ее ногах. А потом и груди. Перевожу взгляд на лицо и замечаю, что ее веки прикрыты. Она дышит часто-часто, губы приоткрыты, и в какой-то момент я ловлю себя на мысли, что мне интересно было бы попробовать их на вкус. Это злит меня ещё больше. Я резко щелкаю ремнём безопасности, нажимаю на блокировку дверей и завожу мотор, напрочь забыв, что где-то там, в клубе, остались Карина и мой брат.

Глава 13

Вика

Я не собиралась идти ни в какой клуб, но тетя вместе с Артемом пристали ко мне как банный лист, уговаривая сходить развеяться. И даже новость о моем плохом самочувствии не послужила весомой причиной для отказа. Возможно, если бы я еще несколько часов поупиралась, то от меня бы отстали, но противостоять напору парня, когда на его стороне еще и тетя Таня, было невозможно. Конечно, я могла рассказать о своей беременности, всё-таки мне не восемнадцать, и даже не девятнадцать, но делать это вот так, ещё и при Артёме, не хотелось. И вот результат моей слабости: я в закрытом пространстве рядом с разъяренным Игорем.

– У тебя совсем крыша поехала, да? – рычит он и вжимает в пол педаль газа. Автомобиль быстро мчит по пустым дорогам, я же хватаюсь за ручку двери и вжимаюсь в сиденье от страха. – Ты же беременная, Вика, черт с ним, с клубом, но алкоголь?! Ты же не идиотка, чтобы вредить и себе, и ребенку! – Он отрывает взгляд от дороги и переводит на меня. Злой, пылающий и осуждающий.

– Ты с ума сошёл? Какой алкоголь? Я пила сок. Пожалуйста, сбавь скорость, – умоляю его, прикусывая нижнюю губу. Весь этот вечер кажется мне дурным сном. Я бы ни за что в жизни не ушла с ним, если бы точно знала, что он не затеет драку с Артемом. Я не хотела, чтобы у парня из-за меня были неприятности. А ещё издалека я заметила Юру, который быстрым шагом двигался в нашу сторону. Это и было решающим фактором. Господи, ну почему из миллиона жителей города я встретила сегодня именно их?

Все внутри меня холодеет от ужаса, когда Игорь резко выворачивает руль, вписываясь в очередной поворот.

Псих.

Он же убьёт нас!

– В твоем соке был алкоголь, дорогая. Так что не нужно строить из себя дурочку.

– Не было там алкоголя! Не было! – со злостью выкрикиваю я, чувствуя, как все сжимается в груди и горло сдавливает от подступивших слез. – Артем заказал мне апельсиновый сок! Я ничего не пила! Думаешь, я совсем из ума выжила? Не понимаю, что можно, а что нельзя в моем положении?

– Артем, значит, – выплевывает Игорь и сжимает губы в тонкую линию. – Твой дружок соврал тебе. Не успела отпить из стакана, да, чтобы убедиться? – Он снова смотрит на меня, прожигает взглядом медовых глаз, и я чувствую, как задыхаюсь. Мне становится плохо. И от страха, и от быстрой и резкой езды, и от удушливого присутствия мужчины в такой опасной близости ко мне.

– Я не понимаю… – говорю растерянно.

– Да что тут понимать? Хотел споить тебя, а потом проникнуть под твое коротенькое платье.

– Нет, Артем не такой, мы знаем друг друга уже много лет, – произношу дрожащим голосом, чувствуя, как начинает кружиться голова.

– И это в который раз доказывает, что ты совершенно не умеешь разбираться в мужчинах. Юра тоже казался тебе самым лучшим и честным на свете, да? – Я молчу в ответ на его колкое высказывание. Стараюсь вообще ни о чем не думать. – Куда тебя отвезти? – уже чуть спокойней спрашивает он.

– Хмельницкого, сто тридцать, – немного успокаиваюсь я, когда понимаю, что похищать меня мужчина не собирается. И уговаривать поехать к нему тоже. Игорь резко тормозит и разворачивается, направляясь в сторону моего дома.

– Пришел результат теста, – после непродолжительного молчания произносит он. – Юра отец твоего ребенка.

– Пф-ф-ф, тоже мне новость, – язвлю я и тайком бросаю взгляд на мужчину. За те несколько дней, что мы не виделись, он никак не изменился. Все такой же угрюмый, до жути противный и с раздутым самомнением.

– Моя мать увидела документы из клиники и теперь считает, что ты беременна от меня. Пригласила нас на выходные за город.

– Думаю, ты знаешь мой ответ.

– На твоем месте я бы не спешил отказываться. Хороший способ позлить Юру, не находишь?

– Мне все равно. – Отвожу взгляд в сторону, потому что ни черта мне не все равно. Даже сейчас, когда передо мной Игорь, руки слегка подрагивают, а сердце выбивает бешеный ритм, признавая в нем совершенно другого мужчину.

– Могу заплатить. Тебе ведь нужны деньги, а?

– Если ты сейчас не заткнешься и не перестанешь осыпать меня щедрыми предложениями, я выпрыгну из машины на первом же повороте.

– Бесишь, – с силой впиваясь пальцами в руль, шипит он.

– Взаимно. – Я скрещиваю руки на груди и отворачиваюсь к окну. Стараюсь не думать о том, кто находится рядом со мной. А еще вдруг понимаю, что теперь от этого приставучего мужчины точно не скрыться. Я назвала ему свой адрес, и он в любой момент может наведаться в гости. Надеюсь, он не собрался проводить меня до квартиры.

– Все думают, что ты моя невеста, придётся несколько раз подыграть мне.

– А что потом? Как ты объяснишь, что твоя беременная невеста вдруг каким-то чудным образом провалилась сквозь землю?

– Придумаю что-нибудь. Скажу, что ты потеряла ребёнка и мы не справились с этой утратой.

– Не смей. – Я резко разворачиваюсь в его сторону, чувствуя, как от злости начинает колотить сердце в груди. – Не смей даже думать о таком. – Я прикасаюсь ладонью к своему плоскому животу, словно пытаясь успокоить и себя, и ребёнка, защитить, пообещать ему, что ничего не случится.

– Прости, – неожиданно произносит мужчина, одаривая меня странным взглядом, который я так и не смогла распознать.

Я снова откидываюсь на спинку кресла и прикрываю глаза, чувствуя, как у меня закладывает уши. Освежитель воздуха в машине действует на меня словно дурман. Этот тягучий, приторно-сладкий запах проникает в ноздри и не дает дышать. Из-за беременности я стала слишком чувствительной к запахам, а в совокупности с резкой манерой езды Игоря меня укачивает ещё сильнее. Я делаю глубокий вдох и задерживаю дыхание. Один раз, второй, третий и не выдерживаю. Хочу побыстрее выбраться на свежий воздух, потому что голова начинает неимоверно кружиться, а перед глазами пляшут темные точки.

– Останови, пожалуйста, – прошу его тихо.

– Что снова?

– Мне плохо. Останови.

Игорь резко съезжает на обочину и тормозит. Я открываю дверцу, и в легкие врывается спасительный свежий воздух. Снимаю обувь и босыми ногами становлюсь на асфальт. Упираюсь спиной в машину и поднимаю голову к небу, наслаждаясь вечерней прохладой. Хлопает дверь со стороны водительского места, быстрые шаги в мою сторону и встревоженный голос:

– Все в порядке?

– Да, в полном. Ты ужасно водишь. – Я открываю глаза и натыкаюсь взглядом на такие родные и знакомые черты лица. Игорь стоит передо мной, спрятав руки в карманах. Немного испуганный и растерянный, от былой уверенности и крутого парня не осталось и следа.

– У меня где-то должна быть вода. Хочешь пить?

Я киваю в ответ и наблюдаю за мужчиной. Он открывает багажник, несколько минут копается в нем, а потом достает спортивную бутылочку для питья.

– Держи, она немного теплая. Если хочешь прохладной, можем найти круглосуточный магазин.

– Спасибо, и так сойдет. – Я делаю несколько глотков и чувствую, как медленно начинаю приходить в себя. Ещё несколько вдохов, и тошнота уходит, остаётся лишь неприятная головная боль.

– Ты слишком бледная.

– Успокойся, все нормально, Игорь, – немного резче, чем рассчитывала, говорю я и удивляюсь тому, как звучит его имя. Кажется, я еще ни разу не произносила его вслух.

– Я буду спокоен, когда то же самое мне скажет доктор. Садись в машину, мы едем в клинику.

Глава 14

Вика

Игорь открывает передо мной дверцу автомобиля и буравит меня сердитым взглядом. Похоже, недовольство живет у него в крови.

– Мне не нужно в клинику, это просто головокружение.

– Я хочу быть уверенным, что с вами все в порядке.

Он произносит это таким тоном, что на мгновенье я теряюсь. Словно ему и в самом деле есть дело до того, как я себя чувствую. Забота это или нет, но я вдруг явно ощущаю рядом с собой настоящего мужчину. Упертого, сложного, но и в то же время невероятно сильного и внимательного.

– Дай мне ещё несколько минут, – прошу я, смущённо отводя от него свой взгляд, и сама не понимаю такую резкую перемену своего настроения. Несколько минут назад была готова выцарапать ему глаза, а сейчас ощущала себя спокойной и уравновешенной.

– Хорошо, я подожду в машине.

Игорь уходит, оставляя меня одну на безлюдной улице, а потом я слышу звук опускаемого стекла и украдкой заглядываю в салон, натыкаясь на его внимательный взгляд. Переминаюсь с ноги на ногу, чувствуя, как мелкие камешки неприятно впиваются в ступни, и все же решаюсь вернуться в салон автомобиля. Мужчина медленно трогается с места, в этот раз ведет плавно и время от времени поглядывает в мою сторону.

– От этого запаха мне становится плохо, – указываю на ароматизатор в виде смешного кактуса, из-за которого внутри машины разносится этот ужасный приторный аромат. Игорь не говорит ни слова, резким движением срывает его с зеркала и выбрасывает через окно.

– Надеюсь, так лучше?

– Да, спасибо, – удивленно моргаю я.

В клинике нас принимают сразу же. Мне становится неловко тревожить доктора из-за таких пустяков. Выгляжу настоящей паникершей. После нескольких вопросов и осмотра, во время которого я прошу мужчину покинуть кабинет, нас заверяют в том, что и со мной, и с малышом все в совершенном порядке.

– Я выпишу вам витамины, этого будет вполне достаточно. Есть несколько вариантов: отечественные производители и…

– Пропишите лучшие, цена не проблема, – перебивает ее Игорь, и я бросаю на него недовольный взгляд. Для него, может, и не проблема, а у меня нет лишних денег.

– Давайте наши, отечественные, – уверенно отзываюсь я.

– Вика, – осаждает меня и вновь переводит внимание на доктора. Уточняет, в любой ли аптеке можно купить витамины, а еще задает миллион вопросов насчет того, в каких случаях стоит беспокоиться и незамедлительно обращаться в клинику. Не понимаю, зачем ему вся эта информация, но с жадностью запоминаю каждую деталь, потому что ничего не знаю о беременности.

Из здания я выхожу полусонная. С трудом передвигаю ноги и с удивлением отмечаю, что уже почти три ночи. Стоит мне только усесться в кожаное кресло внедорожника, как глаза сами закрываются, и я не замечаю, как засыпаю. А просыпаюсь оттого, что чьи-то горячие руки прикасаются к моему плечу. В первое мгновенье не понимаю, где нахожусь и почему вокруг так тесно. Сердце в груди разгоняется за считаные секунды, а в легких не хватает воздуха.

– Приехали. – Я дергаюсь от испуга, когда слышу мужской голос рядом с собой, а потом резко выдыхаю, понимая, что это Игорь.

– Спасибо. – Дергаю за ручку дверцы и выхожу на улицу. Делаю всего несколько шагов в сторону дома и слышу, как позади меня хлопает дверца.

– Я проведу, – нейтральным голосом произносит Игорь, без труда догоняя меня.

– Не стоит, я могу и сама добраться до квартиры. Не потеряюсь, не маленькая. – Я останавливаюсь перед железной дверью, ведущей в подъезд, и скрещиваю руки на груди. Не хватало еще, чтобы этот мужчина узнал номер квартиры, в которой я живу.

– На дворе ночь, а у вас в доме явно нет ни охраны, ни консьержа. Мне будет спокойней, если я поднимусь вместе с тобой, чтобы убедиться, что на очередном лестничном пролете тебя не поджидает какой-то воришка.

Игорь неожиданно забирает у меня ключи и подносит «таблетку» в домофону. Открывает дверь и пропускает меня вперед. Похоже, после сегодняшней ночи стоит сменить место проживания. Или же…

– Пришли. Спасибо за все, и надеюсь больше не увидеться с тобой. – Я останавливаюсь на втором этаже напротив чужой квартиры в надежде хоть как-то обезопасить себя от внезапных визитов Игоря. Хотя, может быть, это всего лишь мои фантазии и после сегодняшней встречи он навсегда забудет обо мне.

– Какой из них от замка? – Он звенит связкой ключей перед моим носом, и я резко выхватываю их.

– Прости, но я не собираюсь приглашать тебя в гости. Я живу с тетей.

Я напряжена до предела, мы находимся слишком близко и не отрываем одинаково упертых взглядов друг от друга. Я жду, когда он наконец-то уберется, он – когда я исчезну за дверью квартиры. Чужой квартиры, к слову.

– Так что, ты собираешься заходить или мы до утра будем соревноваться, кто первый моргнет? – язвит он и неожиданно отбирает у меня ключи.

– Что ты делаешь? – яростно шепчу я, когда Игорь пытается подобрать ключ к замку. – Отдай! – Я пытаюсь оттолкнуть его от двери и цепляюсь пальцами в злосчастную связку ключей. Но куда там, такую громилу только бульдозер и сдвинет.

– Так и думал. Соврала, – отходя на шаг от меня, произносит он. – А теперь, пожалуйста, позволь проводить тебя к верной двери.

По его тону я понимаю, что шуточки не прокатят. Упертый баран! Я не говорю ни слова, прохожу мимо него и, громко стуча каблуками по ступенькам, поднимаюсь на четвертый этаж. Вставляю ключ в замочную скважину и распахиваю перед собой дверь.

– Все? Доволен? – мой громкий голос эхом разносится по подъезду. Игорь останавливается на предпоследней ступеньке, а потом исчезает из поля моего зрения, потому что я с силой захлопываю за собой дверь.

Как же он выводит меня из себя! Бесит!

* * *

Утром я просыпаюсь из-за палящего солнца. Ночью забыла закрыть жалюзи, и теперь оно светит мне прямо в глаза, не давая нормально выспаться. В квартире мертвая тишина. Завтрак на столе, на холодильнике записка с пожеланиями хорошего дня от тети Тани. Я улыбаюсь такой милой заботе о себе, завариваю чай и вздрагиваю, когда тишину прорезает трель дверного звонка.

Я всегда боялась оставаться одна в квартире, все-таки столица – это не то место, где все друг друга знают не только в лицо, а выйдя в магазин за хлебом, можно и вовсе не закрывать дом. Здесь нельзя доверять даже соседям, ещё и в обязательном порядке стоит поставить парочку дополнительных замков.

Я на цыпочках крадусь к двери, заглядываю в «глазок» и в панике отпрыгиваю назад. Словно тот, кто стоит по ту сторону от меня, волшебным образом может узнать о том, что я подглядываю за ним.

Я не знаю, кто это: Игорь либо Юра? Оба брата сделаны как под копирку, и с таким обзором разобрать, кто из них заявился ко мне, просто невозможно. Если это Юра, который собирается приказать мне убраться из города и не появляться рядом с его семьей, то я просто-напросто не выдержу этих слов. Он и так достаточно растоптал меня. А если же это Игорь, то он наверняка доведёт меня до бешенства своими очередными предложениями и идеями, как использовать меня и ребёнка в его странных планах, и я обязательно наброшусь на него.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.