Виталий Свадьбин
Император-беглец. Король Панамский

От автора.

Третья книга из серии «Император-беглец». Любители фантастики смогут вновь встретиться с главным героем. Все события, действующие лица являются вымышленными, не имеют ничего общего с реальной историей. В произведении применяются имена исторических личностей, но только в целях художественного вымысла развития событий. Книга написана для любителей исторической фантастики. Желаю приятного чтения данного произведения.

Предисловие.

Осень 1772 года. Россия. Город Уфа. События в эпизодах.

Капитан Богдан Романович Копыто недолго оставался в Саратове. Имелось у него ещё одно задание от государя, чтобы его выполнить следовало попасть в Уфу. Поехал капитан с одним отделением. Предупредив всех остальных, чтобы занимались только сбором информации о Емельяне Пугачёве и о яицких казаках, небольшой отряд двинулся по зимней дороге. Уже в октябре снег плотно укрыл землю. Ехали на верховых лошадях, никуда не сворачивая с тракта. Не скрывались особо, если что имеется подорожная, которая подтверждает, что они не просто казаки, а купцы. Едут вполне себе по своим торговым делам. Из Саратова добрались до Самары, ну а дальше по накатанному тракту в сторону Уфы. Риск нападения разбойничков всё же имелся, шалят порой сами казачки или башкиры. Но напасть на малый отряд из одиннадцати всадников не каждый разбойник решится, тем более ни сам капитан, ни его люди на невинных барашков не походят. Кроме палашей кинжалы на поясе. Из огнестрела¹ мушкет и по два пистоля. До Самары добрались достаточно быстро. Здесь Богдан решил утеплиться в плане одежды. Дорога и погода показали, что русская зима – это вовсе не Панама, не Индия, и уж тем более не Африка. Холод пробирал до костей. Во время скачки подмерзали колени. Приходилось останавливаться разжигать костёр и хоть немного обогреваться. Хотя так поступили всего два раза, благо имелись на тракте постоялые дворы или «почтовые ямы»². Вспомнился разговор с государем наедине.

– Кроме задачи найти контакт с казаками и Пугачёвым, тебе, Богдан, надо бы в Уфе побывать. На одном из постоялых дворов Уфы найдёшь купца Авхади Галиева. На каком конкретно дворе или в каком доме я не знаю, но думаю на месте разберёшься. Этому Афхади скажешь ключевую фразу «Батыршу ищет Безымянный орешек». Есть должник, который тебе поможет в решении твоих задач. Но помни доверять можно себе, своим людям и своему королю, – такие слова произнёс Иоанн Антонович.

– Всё сделаю, государь, не подведу, – коротко отозвался Богдан и поклонился.

– Ещё один момент. Емельян Пугачёв будет выдавать себя за выжившего императора Петра Третьего, такую легенду себе создаст. Пусть тебя это не вводит в заблуждение. Он всего лишь беглый казак, к тому же безграмотный. Но твой отряд это не касается. Ваша задача предложить свои услуги по обучению тактики войны. Не захочет Пугачёв, ну и леший с ним. Обязательно предложи свои услуги Батырше, мне надо, чтобы мятеж затянулся как можно дольше, – Иоанн хлопнул по плечу Богдана и отпустил.

Своего короля Богдан Копытов боготворил, да и не один он был такой. Особенно сильно уважали своего короля бойцы, которые были с королём ещё в те времена, когда они выполняли роль простых наёмников.

В Самаре, на торговом ряду, приобрели из одежды всё, что требовалось для зимы. В самой же Самаре узнали, что хороший тракт от Казани до Уфы. Тратить время на объезд почти по кругу Богдан не захотел. Решили ехать через степь. Тем более что санный путь уже натоптали, пользуются некоторые башкиры более короткой дорогой. Однако расстояние немалое, четыреста шестьдесят вёрст, так сообщили на торгу купцы, которые пользуются этой дорогой. Богдан прикинул, что на дорогу уйдёт дней десять. Решил взять три лошади заводных, на которых погрузили вещи и запас овса, так на всякий случай. Первую ночь ночевали в селе Камышла, имелся здесь постоялый двор, правда небольшой. Коней удалось пристроить на отдых, да и самим выспаться, хоть в одной комнате и вповалку³, но всё же в тепле. Перед отъездом Богдан спросил у хозяина малого постоялого двора.

– Слушай, а почему здесь почтовых постоялых дворов нет?

– Дак основной-то тракт через Казань, по той дороге и возят ямщики почту, а здесь бывает дорогу так заметёт зимой, что на санях не вот-то проедешь. Но сейчас снега не так много, вы езжайте до Туркменово, там хороший постоялый двор есть, за день доберётесь, – посоветовал хозяин двора.

Так решили и поступить. Однако после обеда закружила вьюга, добрались до небольшого села Бавлы, здесь решили задержаться и переждать вьюгу. Приютил отряд крестьянин среднего достатка. Но к утру вьюга стихла и отряд двинулся дальше. Хорошо, что с собой был овёс, так как в деревне ничего подобного найти не удалось. К обеду добрались до Туркменово. Богдан Копыто решил дать более длительный отдых отряду, а с утра двигаться дальше. Имелся в Туркменово вполне приличный постоялый двор на нём и остановились. С рассветом вновь выехали. Проскочили Покровку, а через полтора часа проехали замёрзшее озеро Кандрыкуль. Когда подъезжали к селу Кандры-Аминево, заметили на дороге отряд. Богдан ехал первым, подняв руку, он дал сигнал к остановке отряда. Они остановились, рассматривая впереди стоящих всадников. К Богдану подъехал лейтенант Григорий Мешеков.

– Богдан, готовимся к схватке на всякий случай? – спросил командир 4-го отделения.

– Три десятка, похожи на башкир и казаков, – констатировал Богдан, разглядев незнакомых всадников.

Остальные бойцы отряда стояли позади, но пистоли из седельных сумок достали, проверили порох на затравочной полке. Незнакомцы не напали сразу, это и беспокоило Богдана.

– Шагом, – скомандовал Богдан, и ткнул пятками в бока своего коня.

Отряд начал приближаться к незнакомым всадникам. Когда вся группа Богдана подъехала и остановилась в десяти метрах от незнакомцев, со стороны этих непонятных людей послышался вопрос.

– Эй, христовые, куда путь держите? – спросил один из всадников, выехав на пару метров вперёд.

Богдан рассматривал парня. Явно из казаков, лет тридцать не старше. Богдан стряхнул с бороды и усов снег.

– Ты сам-то назовись. Кто таков, почему дорогу перекрыли? Нам в Уфу поспешать надо, дам хороший совет, не мешайте, – произнёс Богдан и положил руку на рукоять двуствольного пистоля, который был заткнут за пояс.

– Я, человек прохожий, обтянут кожей. А вас задерживать не станем, коли оружие отдадите и монеты, что в ваших кошелях. Даже лошадок вам оставим, не замерзать же вам в степи. Вы только не дурите, у нас башкиры здорово из луков стрелы кидают, точно не промахнутся, подобру отдайте барахлишко и езжайте себе с богом, – молодой казак говорил весело, ничуть не сомневаясь в своём превосходстве.

Богдан засмеялся, деланно, но громко.

– Давно я не гулял по степи, забыли Богдана Копыто, ну дак я напомню. Коли такой смелый, подъезжай и забери с меня оружие, – с какой-то лихостью произнёс капитан.

В этот момент вспомнились Богдану Романовичу те времена, когда он совсем молодой казак лихо ходил в набеги на татар. Почти незаметно, Богдан взвёл курки на своём пистоле.

– А ну погодь, Михайло, – крикнул ещё один казак, примерно ровесник первому.

Тот, кто обратился к лихому Гришке выехал вперёд, остановился перед Богданом, не доехав пару метров.

Подъехавший всматривался в загоревшее лицо Богдана с минуту, смахнул льдинки, намёрзшие на бороде и усах. Богдан всмотрелся в его лицо, на вид этому казаку было лет двадцать, может чуть больше.

– Ты, дядя, не похож на казака. Вон гляжу и сабли у тебя нет, вместо неё палаш, да и лицом ты больно чёрен. Что за казак без сабли? Но коли поминаешь Богдана Копыто, то должен знать, кто у него закадычными⁴ дружками были, – казак продолжал всматриваться в лицо Богдана Романовича.

Про лицо спросили верно, загар был действительно сильный. Что не удивительно, помотайся столько лет под южным солнцем. Капитану на какой-то миг показалось, что спрашивающий казак на кого-то похож. Несколько секунд Богдан думал отвечать на вопрос или нет, но всё же решился.

– Родом я с хутора Бережновка, а дружки мои закадычные Сёмка Кольцо и Ромка Кривой.

– Не признаю что-то тебя. Брешешь наверно. Семён, Богдан и Роман двенадцать лет назад в набег ушли с казаками, только вернулись оттуда немногие. А три закадычных дружка сгинули в степях татарских, бесследно сгинули, – мрачно произнёс казак и нахмурил брови.

– А тебе почём знать, сгинули или нет? – усмехнулся Богдан.

– Я брат меньшой Семёна Кольцо, а звать меня Григорий, – теперь уже зло произнёс казак.

Богдан засмеялся, чем немало удивил Григория Кольцо.

– Ну и чего ржёшь, как конь стоялый? – спросил Григорий.

– А я не признал тебя, тебе тогда едва десять лет исполнилось, а сейчас вон в какого казака вырос, – продолжал смеяться Богдан.

Богдан, просмеявшись, осторожно спустил курки на пистоле и снял папаху, чтобы Григорий мог лучше его рассмотреть.

– Вы жили у самого затона5, а соседом у вас был дед Щукарь, большой любитель рыбной ловли. А ещё твой батя нас плетью гонял однажды, за то, что мы у Щукаря лодку спёрли, – Богдан опять засмеялся. На лице Григория Кольцо злобное выражение пропало, сейчас он выглядел не верящим и до крайности удивлённым.

– Жив твой старшой брат, если будет возможность расскажу, где он сейчас. А вот Ромка Кривой погиб, стрелой татарской в шею попали, да видимо жилу повредили, истёк кровью.

– Браты, я станичника встретил, дружка закадычного моего старшего брата, – крикнул своим Григорий, обернувшись к остальным всадникам.

Обе группы людей расслабились. Григорий и Михаил решил проводить отряд Богдана до Уфы. Для чего остались на дороге остальные, Богдан Романович даже не сомневался. Ограбят купца или ещё кого-нибудь. Что заставило людей выйти на большую дорогу для грабежа, Богдан даже думать не хотел. У него есть приказ, который следует выполнить.

Григорий Кольцо и Михайло Трошин хорошо ориентировались в Уфе, они помогли найти лавку купца Авхади Галиева. Капитан Копыто во двор к купцу заходил один, чтобы лишний раз не напугать торговца.

– Я, Авхади Галиев, говори казак за какой надобностью искал меня, – спросил купец, вёл он себя с достоинством, показывая, что человек он непростой.

– Батыршу ищет «Безымянный орешек». Передай эти слова кому следует. Я остановлюсь на постоялом дворе, что на въезде в Уфу с южной стороны. Ответа буду ждать три дня, потом уйду, – спокойно произнёс Богдан и покинул двор купца.

Богдан Романович действительно остановились на том постоялом дворе, про который он сказал купцу. Посоветовал Григорий Кольцо.

– Здесь еда добрая, Богдан Романович, ну и цену хозяин не ломит. Мы когда в Уфе бываем, то обычно там и останавливаемся, – сообщил Григорий о надёжном месте.

Так и сделали. Богдан оплатил две большие комнаты, в которых уместились все, в том числе Григорий с Михайлой. Вечером за чаркой вина Богдан рассказал о том, где они служат.

– Богдан Романович, возьми нас с Мишкой к вам на службу. Вот ей-ей не пожалеешь, – стал проситься Григорий.

– Я так понимаю, сейчас вы оба в бегах, но меня это не особо волнует. Не принято у нас вот так, брать людей на службу. Положено отправлять в учебно-тренировочный лагерь, потом присяга государю на верность. Дальнейшая служба зависит только от воли государя. Но, с другой стороны, ты родный брат Семёна. Неправильно будет если я тебя с собой не заберу, не простит мне Семён такого. Давай так, учить вас будем крепко, я и мои люди. Дисциплина у меня жёсткая, о вольностях можете забыть. Приказ командира – это закон. Ну а даст бог вернёмся обратно, там и дашь присягу нашему королю, а пока в рекрутах походите. Язык за зубами держите, болтливые быстро языка лишаются, – выставил условия капитан.

Оба беглых казака согласились, надоело молодым парням разбоем на дороге промышлять. От купца Авхади Галиева пришёл человек на третий день. Богдана пригласили на разговор в дом купца. Именно там он и встретил Батыршу. Встречали Богдана гостеприимно, собрали стол, но вина не было, только взвар⁶. Когда Богдан и Батырша остались наедине, капитан рассказал, чего он хочет от этого человека, кроме того, кем является на самом деле государь.

– За мной долг «Безымянному орешку», помогу тебе. Только не пойму зачем «Безымянному» обучать казаков и прочих недовольных. С регулярной армией справиться не получится. Я уже пробовал, как и Яицкие казачки, – рассуждал Батырша.

– Потому что вы всегда выступаете в одиночку, а надо поднять весь край, а то и в других губерниях народ поднять. Мы сможем научить ваших людей правильно воевать. А уж кому встать во главе народного возмущения, то ваша забота, не моя, – пояснил Богдан.

– Хорошо, дай мне месяц, я всё устрою. Сведу с нужными людьми, а мы пока подумаем, как да что. Видимо на роду мне написано продолжить дело, которое не закончил, – подвёл итог мулла Габдулла Галиев.

Уже через два месяца были организованы лагеря, где обучали командиров будущего восстания.

Глава 1.

Зима 1775 год. Панамское королевство. Иоанн Антонович.

Почти четыре года существует Панамское королевство. Честно скажу, я доволен тем, чего добился за эти годы. Моя армия одна из сильнейших армий во всём мире, как, собственно, и флот. Не знаю, может и замышляют против меня главы государств, но пока никак не проявляют своего недовольства. Основная дружба у меня с Испанией. Новым тактикам войны мы их не обучаем, хоть и приходили на моё имя такие просьбы. Но реформу своих армий начали Франция, Британия и Испания. Кроме военных дел имеются гражданские заботы. Более полугода работает Суэцкий канал¹, пропускает корабли на торговых маршрутах. Сейчас незачем тем же британцам, испанцам и французам плавать вокруг Африки. Пропуск судов через канал платный. Кроме этого, на проходящий корабль или группу кораблей дают лоцмана² от нашей Азиато-Африканской компании. В общем монеты в казну капают регулярно. Вполне подозреваю, что британцы и французы кусают себе локти. А то, как же? Такой «жирный» кусок от них ушёл. Может и замышляют что-то гадкое, но пока ничего подобного не проявляется. Эх, представляю, как они зубами скрипеть начнут, когда у меня закончат Панамский канал. Работы ведутся по устройству канала. Мы даже людей перебросили, из тех, что трудились на Суэцком канале. Часть пленных турок я передал Али-бею, он сейчас шейх Египта. От моего посла Владислава Ясенчика приходят сообщения регулярно. В своих письмах мой посол в Египте сообщает, что Али-бей хочет объявить себя султаном. А пока готовит армию, всё же хочет воевать Синайский полуостров. Не пойму, зачем ему эта пустыня? Нет, я не сомневаюсь, что там много полезных ископаемых в горах. Вот только шейх Али-бей не готов это дело разрабатывать, а о нефти я вообще помолчу. Не созрело мировое общество для серьёзной нефтедобычи, как минимум пока.

Несколько дней назад пришли отчёты из России, от посла Казимира Годжинского и от капитана Богдана Копыто. Тайный советник Годжинский пишет, что дворяне в России в ужасе, особенно те, кому удалось сбежать из зоны Крестьянской войны³. Александр Васильевич Суворов возглавил бригаду, но сейчас пока занимается подготовкой боеспособности своего воинского подразделения. Екатерина Вторая отправляла армию на подавления восстания под командованием генерал-аншефа Александра Ильича Бибикова, но нужных результатов не получили. Генеральное сражение произошло недалеко от города Чебоксар. Сражение получилось очень кровопролитным. Потери с обеих сторон ужасающие. Со стороны армии Пугачёва погибло почти десять тысяч крестьян. Армия Бибикова потеряла пять тысяч солдат, а ещё почти десять тысяч дезертировали, присоединившись к мятежникам. Такой выпад меня лично не удивил. Солдаты в основе своей из крестьян. Дезертировали именно те, кто проживал в районах под контролем мятежников. Бибиков отступил к Нижнему Новгороду, запросил подкрепление от императрицы. На зиму боевые действия прекратились, обе армии зализывают раны. Годжинский пишет, что Катюша в ярости, от злости ломает веера, да бывает, что в день не по одному. Григорий Орлов выпросил у Екатерины Второй разрешение на создание карательных отрядов. Причина тому есть. Во многих губерниях стали вспыхивать мятежи. Крестьяне жгут имения своих помещиков и бегут в армию Пугачёва. Казимир Годжинский посетил учебно-тренировочные лагеря, где своих солдат гоняет Суворов. Мой посол считает, что Суворов без сомнения разгромит армию Пугачёва, пусть не сразу, но в результате мой человек не сомневается. Армию Румянцева держат в Крыму, Екатерина совсем не хочет, чтобы турки воспользовались моментом и не задумали отвоевать Крым обратно. К тому же там крымские татары начали бузить, но их мелкие мятежи генерал-аншеф Румянцев гасит достаточно быстро.

Совсем другая картина мятежной войны в России видится из отчётов капитана Богдана Копыто. Его сведения более подробные, так как он может наблюдать все события изнутри, вроде как из стана главарей восстания. Первое, что меня удивило, Богдан Копыто сообщает, как он сошёлся с Батыршей, а ведь в более ранних письмах такого не сообщал. Боялся, что письмо попадёт не в те руки? Вполне возможно. Наверняка перестраховывался капитан Копыто. Итак, из доклада следует, что Габдулла Галиев организовал казаков и башкир, которые могли что-то значить в своём кругу. Теперь мне становятся понятны результаты захвата территорий мятежниками. Отряд капитана Богдана Романовича Копыто в боевых действия не участвует, строго соблюдают мой приказ, только роль инструкторов по обучению рекрутов. Восстание распространяется в сторону Сибири. Капитан пишет, что Батырша хоть как-то строит программу дальнейших своих действий. Чего не скажешь о Емельяне Пугачёве. Пугачёв действует как река в половодье, разливается во все стороны, поднимая крестьян на бунт, вешая помещиков или армейских офицеров. Я не удивлён. Сам Пугачёв человек необразованный. К тому же по-прежнему выдаёт себя за императора Петра Третьего. От такого обмана толка не будет. Действия пугачёвцев стихийные, отсутствует стратегия и долгосрочные цели восстания. Но есть один вопрос, который в виде назойливой мухи жужжит в моей голове. Как Пугачёв раздобыл столько оружия и денег? Не значит ли это, что Пугачёва кто-то курирует? Например, из Британии. Почему нет? Англичане всегда славились своей способностью плести интриги. Я мог со своими планами влезть в такую интригу, как слон в посудную лавку. Не сыграл ли я некую роль, которая помогла заклятым врагам России ускорить выполнение их планов. От таких мыслей мне хотелось ругаться на себя и на своё скудоумие. Нет бы провести разведку, внедрить в общество Пугачёва своего человека. Тогда бы сейчас не мучился, строя предположения. Пока Пугачёв с Батыршей на одной стороне, но что-то мне говорит, что вскоре их дороги разойдутся. Надо обязательно отправить капитану Богдану Копыто соответствующие инструкции. Назревавшая Гражданская война в России взбудоражила членов моего Правительства, особенно тех, кто родом из Российской империи. По этому вопросу у меня состоялся разговор с Фёдором Сергеевичем Милославским, так сказать по-родственному. Он пришёл в мой рабочий кабинет и попросил неофициальной аудиенции. Надо сказать, что за эти годы, что Милославский находится здесь, я к нему привык и действительно стал относиться, как к родственнику. Он активно общается с королевой Марией и принцем Александром. Моему первенцу в этом году исполнится три года.

– Давай без чинов, Фёдор Сергеевич. Что тебя привело ко мне, что-то служебное, может хочешь поговорить о личном? – спросил я, угадав настроение Милославского.

– За Россию душа болит, Иоанн Антонович. Кровь льётся рекой, русские убивают русских, хотя у России и без того врагов хватает, – посетовал Милославский.

О том, что мой человек находится в России в служебной командировке, знали немногие. Очень ограничен круг лиц, которые посвящены в моё вмешательство в мятеж. Милославский в этот круг не входил.

– События в России закономерный итог того, что происходит в вершинах власти. Хотя, положа руку на сердце, я не считаю Екатерину дурой. Она достаточно разумна и хитра. Вот только она без сомнения заложник ситуации, что сложилась в последнее время. Всё время трясётся за то, что её сместят с трона. Иначе как объяснить тот факт, что наследника Павла не готовят к управлению государством? Ему двадцать лет и пора бы уже принимать активное участие в делах государственных. Однако Екатерина продолжает откупаться от дворян серебром и крестьянами. А помещики совсем берегов не видят, выжимают последние соки из своих крепостных. Обрати внимание, Фёдор Сергеевич, на то, как живут наши фермеры. За пару лет они встали на ноги. Живут в десятки раз лучше, чем крестьяне в России.

– Государь, даже не знаю, что на это возразить. Но хочу поделиться с тобой одной новостью. Из России я получил письмо от группы дворян, которые хотели бы видеть тебя на престоле, к тому же ты истинный государь земли русской, – снова завёл свою песню Милославский.

Он уже не в первый раз заводит этот разговор. Я на него не сержусь, но методом государственного переворота к власти приходить не хочу. Я много думал об этом. Если использовать силовой метод, то это может привести к ещё большей крови. А мне такого счастья не надо.

– Фёдор Сергеевич, мы с тобой на эту тему уже говорили. Мне, как и тебе жалко русский народ, который страдает в первую очередь. Но ещё раз повторю, восстание было неизбежно. Как говорится «наболело у народа», вот и выплеснулся гнев народный через край. А потом, согласись, что вмешиваться во внутренние дела России я не могу по международным законам, которые уже сложились в мировом сообществе. Лезть на трон путём переворота не хочу. Ты читал отчёт нашего посла Годжинского?

– Да, государь, читал. Но не поверю, что у тебя нет своего человека в стане мятежников.

Хитёр Милославский пробует меня в разговорах подвести к тому, что я могу проговориться. Я улыбнулся, не желая развивать тему, а Милославский настаивать не стал. Но по его выражению лица стало понятно, что он не сомневается в том, что таковой человек у меня имеется в рядах мятежников. Я решил сменить тему, чтобы Милославский вновь не начал уговаривать забрать русский престол.

– Фёдор Сергеевич, ты лучше пригласи ко мне Крыжова, встретимся вечером, скажем через пару дней, надо обсудить дела по теме войны в Североамериканских штатах, – распорядился я.

Милославский в почтительном поклоне головой удалился. А я пошёл проведать королеву Марию.

Моя жена, королева Мария, переживает очередную беременность. Забеременела она в прошлом году, по нашим скромным подсчётам должна родить весной. Пол ребёнка мы не знаем, хотя всякие знахари и знахарки по каким-то приметам определяют, что будет мальчик. Для меня это хорошо, хотя я не расстроюсь, если родится девочка. Близости с королевой у меня сейчас нет, хотя я стараюсь регулярно её посещать, срок беременности большой, вот Мария и боится потерять плод. Надо сказать, что женой я доволен. Она, конечно, не красавица, но и не дурнушка, зато ко мне относится с полным уважением и почтением. Не выносит мозг, как это делают барышни в 21-ом веке. В общем повезло мне в браке. Даже не проявляет всплески ревности, когда я уезжаю на нашу островную резиденцию, на острове Рей. Там пристроены пятьдесят девушек, правильней сказать молодых женщин, из бывшего гарема Абаз-паши, которого мы нагнули под Иерусалимом. Оказывается, мои генералы, не поставив меня в известность привезли в Панаму всех наложниц османского паши. Всего их было семьдесят пять женщин. Но двадцать пять вышли замуж за офицеров моей армии. Оно и понятно, бабы действительно красавицы. Ведь паша брал в свой гарем самых лучших. Полсотни живёт в моей резиденции. Не скрою, иногда я пользуюсь ласками этих красавиц, но Мария особо не ревнует, считает, что главное, чтобы я ей уделял внимания в достаточной мере. Честно, сказать я планирую, постепенно всех бывших наложниц выдать замуж, как только появятся достойные женихи. Ну и женщины не будут против, а пока пользуюсь, врать не буду, грешен. Но в свою защиту скажу, что фавориток у меня нет, пользуюсь услугами других женщин только в случае невозможности жены дарить мне ласки. О моих очень редких похождениях знает только охрана, которая держит свой язык за зубами. Мария меня любит, я это вижу, хотя порой она не стесняется на едине открывать свои чувства. Терпеливо сносит все мои странности поведения, несвойственные королям.

– Милый, знаешь, что в Европе тебя считают аскетом⁴? – спросила она меня, как-то во время совместного обеда.

– Ты получила письмо от сестры? И почему же меня считают таковым? – вопросом на вопрос ответил я.

– Ты не стремишься к роскоши, носишь практически простой мундир, который отличается от офицерского, только знаками различия на рукаве. Не закатываешь балы или званые вечера. У тебя даже нет фаворитки при дворе, хотя последнее мне очень нравится. Во время морского перехода ешь тоже самое, что едят твои матросы или солдаты. За это тебя считают варваром. Но я тебя всё равно люблю. Благодарю Деву Марию за то, что она направила тебя ко мне, а французский монарх от меня отказался. Обязательно рожу тебе второго сына, вот увидишь, даже не сомневайся, – по её взгляду я видел, что Мария абсолютно искренне верит в то, что говорит.

До вечера время имелось и сел просматривать отчёты о гражданских делах в государстве. Наши мастерские постепенно переросли в фабрику, ну или завод, если так понятней. Что касается вооружения, то новым видом стрелкового оружия снабдили весь личный состав армии и флота. А вот казнозарядные пушки делают только малой серией. Обязательно для кораблей по две штуки, носовая и кормовая. Для артиллерии пехотных полков, такие пушки поставляют, но в ограниченном количестве. Зато много выпускают ручных гранат. С новым взрывчатым веществом, такие гранаты становятся очень грозным оружием. Есть кое-какие новинки. Из Франции привезли инженера, который за пару лет довёл до ума паровой двигатель. Замечу, что изобретение совсем не новое, ещё в 17-ом веке этот вопрос изучали и даже имелись результаты. А например, в России изобретатель Ползунов создал машину с паровым двигателем лет десять назад. Но я задался целью строить железные дороги, для начала, хотя бы центровые пути сообщения. Инженер Жюльен Бесси сейчас занимается плотно этим вопросом. Но в первую очередь делают паровые двигатели для цехов фабрики. Для оружейных цехов уже собрали и там работают более современные механические станки. В связи с этим пришлось усилить охрану территорий с заводами. Жюльен Бесси оказался талантливым инженером. Оказывается, он с самой юности изучал труды столетней давности фламандского изобретателя Фердинанда Вербиста, а также французского физика Дени Папена. Да и вообще активно изучал труды разных изобретателей по теме паровых машин. Сам он не смог запустить производство во Франции, только по причине отсутствия средств. Наши агенты сделали ему предложение, от которого он не отказался. Я не питаю иллюзий, на строительство железных дорог уйдут годы, а то и десятилетия. Но главное, что мы двигаемся в правильном направлении. Первая дорога строится в Портобело, чтобы доставлять туда грузы. И да, железная дорога считается стратегическим объектом, потому будет принадлежать только государству, а это тоже самое, что мне и моей семье. Хотя акции я планирую продавать обеспеченным людям, но без права голоса, только дивиденды от будущих прибылей. Каменный уголь везут из Венесуэлы, нашей провинции в королевстве. В будущем я переориентирую паровые машины с каменного угля на использование нефти, но пока с этим не тороплюсь. Из нефти делают керосин для светильников, которые уже плотно вошли в быт подданных Панамского королевства, в том числе большие партии поставляем за границу, в другие страны. Хорошо развивается стекольное производство. Делаем зеркала, которые продаются за очень хорошие деньги. На торговых маршрутах по морским перевозкам появились пираты. Было несколько попыток захватить наши корабли Азиато-Африканской компании. Я поставил задачу устранить неприятности командующему Панамским флотом адмиралу флота Хосе Доминго. Он от меня получил повышение в чине до адмирала флота и титул графа. А ещё граф Хосе Доминго женился, кстати на одной из бывших наложниц, что забрали в Иерусалиме, его молодая жена моложе флотоводца на пятнадцать лет, но это не помешало создать им семью. Имение я ему выделил на одном из Жемчужных островов в Панамском заливе, так пожелал сам адмирал Доминго. Такой остров в собственности – это круто, хотя налоги на собственность в моём королевстве ввели, пока правда небольшие, пусть подданные привыкнут. Многие высокопоставленные начальники пожелали получить имения на таких островах. Начальник Генштаба генерал-полковник Хосе Альфонсо де Леон тоже получил в собственность островное имение за безупречную службу. А вот Милославский отказался. У него есть имение в пригороде столицы, но он в основном живёт в моём дворце. Часто, вижу, как он по утрам гуляет в парке с наследником Александром. Я своего родственника понимаю, на старости лет хочется внуков. Мне всё реже приходится давать подсказки по событиям в истории. Изменения есть, по сравнению с той историей, в которой я жил в прошлой жизни. От этого я всё чаще думаю, что моя сущность всё же попала в параллельный мир, а не в прошлое того мира, где я жил в 21-ом веке.

Зима 1775 год. Панама. Тайные операции за рубежом.

Если есть КГБ⁵, значит обязаны быть тайные операции за границами государства. И таковые имеются. Начну с агентурных сетей. Сейчас такое время, когда несложно вербовать подданных других стран или засылать туда разведчиков-нелегалов⁶, которые будут делать карьеру, проникая во властные структуры врагов или недругов. Разведчики добывают информацию, а информация – это наше всё. Очень приятно узнавать заранее, когда твои недруги начинают строить против тебя нехорошие замыслы. Такими вопросами у меня заведует действительный тайный советник Михаил Иванович Крыжов, лет ему уже немало, за шестьдесят перевалило, но пока он вполне в рабочей форме, хотя приемников уже готовит из молодых офицеров. Я его не тороплю, пусть сам выберет подающую надежду кандидатуру, а лучше несколько кандидатур. За собой оставлю право выбора. Как было уговорено, Милославский и Крыжов появились у меня через два дня. На повестке беседы стояли два вопроса. Война за освобождение в Североамериканских штатах и война в Индии, между британцами и местными аборигенами. Как только оба чиновника высшей власти вошли в мой кабинет, я усадил их напротив себя.

– Начнём, пожалуй, сеньоры. Михаил Иванович, отчёты у меня есть по ситуации в Северной Америке, но хотелось бы послушать вас. В отчётах не всегда отражаются мелочи, а они порой важны в вашем деле, – решил я дать слово Крыжову.

– Тогда я, пожалуй, задену вопросы предыстории мятежа и прочие мелочи, которые на самом деле важны, – ответил Крыжов.

Получился в некотором смысле доклад он начальника тайной службы КГБ. Я возражать не стал, потому что действительно мог не владеть полной информацией.

Вся британская армия к 1774-ому году насчитывала примерно сорок восемь тысяч бойцов, в том числе офицеры и нижние чины. Однако войска не находились в одном месте, а были разбросаны по гарнизонам в Северной Америке, Ирландии, Майорке, Гибралтаре, Африке и на Карибах. Британии уже катастрофически не хватало войск для решения своих колониальных проблем. В прошлом году генерал Томас Гейдж получил приказ из Лондона навести порядок в колониях, назначив генерала командующим королевскими войсками. Гейдж вывел гарнизоны из Нью-Йорка, Нью-Джерси, Филадельфии, Галифакса и Ньюфаундленда, объединил их в Бостоне с военно-морскими силами под контролем адмирала Сэмуэля Грейвза. Адмирал Грейвз развил активные дейстия⁷. В конце лета 1774-го года провели карательный рейд к городу Фалмут. Жителям города выставили ультиматум, чтобы они смогли покинуть свой город. Через три дня с кораблей провели бомбардировку города, высадили десант. Городское ополчение не смогли оказать достойного сопротивления. Тем не менее британцы понесли ощутимые потери. Патриоты Америки сражались яростно, но потерпели поражение. Город сожгли. Командовал сожжением города Фалмут лейтенант Генри Моуэт. Бостон был в осаде войсками патриотов Америки. После Фалмута, лейтенант Моуэт с отрядом кораблей пошёл к городу Бутбей. Атаковал его, высадили десант и угнали скот у колонистов, на этом экспедиция британцев закончилась.

– Не знаю, возможно это была акция устрашения от королевских войск, но акция имела совершенно обратный эффект. Скорее уничтожение города и людей разозлили американцев, чем нанесли ощутимый ущерб, – выразил своё мнение Крыжов.

– Насколько хорошо вооружены ополченцы? – спросил я, пока в рассказе Крыжова возникла пауза.

– Через контрабандистов мы поставляем достаточно оружия и пороха. Да и сами ополченцы не теряются. Они в Бостоне захватили несколько кораблей Британского флота, добыли себе пушек, которые мастерски переоборудовали в полевые орудия, – ответил на мой вопрос Крыжов.

– Хорошо, продолжайте, Михаил Иванович, я внимательно слушаю, – я предложил продолжить рассказ своему начальнику КГБ.

Глава тайной службы Панамы продолжил. Ополчение североамериканцев взяли Бостон в осаду. Но до этого произошёл созыв Первого Континентального Конгресса⁸. Где приняли решение о создании континентальной армии. Делегаты Конгресса разбились на несколько фракций. Одни из них ратовали за активные действия, другие за банальный бойкот, но имелись такие, которые желали примирения с Метрополией. Однако все фракции сходились в одном, что война неизбежна. При общей мобилизации колониальная армия могла вполне спокойно набрать до ста пятидесяти добровольцев, готовых постоять за независимость колоний. Командующим армией был назначен Джордж Вашингтон. Он уже имел чин полковника, но на Конгрессе ему присвоили чин генерала. В осаде Бостона уже собралось пятнадцать тысяч ополченцев, под командованием Артемаса Уорда, который не имеет военного образования, как, собственно, хоть какого-то серьёзного опыта. Потому ополченцы под Бостоном топчутся, без каких-нибудь серьёзных результатов. Проблема в континентальной армии – это жуткая нехватка младших командиров и сержантов. А во главе полков стоят люди далёкие от видения тактики и стратегии войны. Тем не менее Джордж Вашингтон, понимающий, что победить регулярную армию Британии с фермерами и охотниками будет непросто, организовал лагеря подготовки. Там учат бывших фермеров держать строй, а также преподают азы тактики боя при столкновениях с британцами.

– В общем ситуация непонятная. Борцы за независимость могут задавить числом британцев, но это обойдётся очень большой кровью, – подвёл краткий итог Крыжов.

– Мне докладывал граф фон Нирот, что Британия готовы пойти на наши условия по оплате услуг частной военной компании, их даже устраивает наша цена. Но хочу предупредить, что мы заработаем не очень хорошую репутацию, отправляя свои войска в виде наёмников, – вставил своё слово Милославский.

– Меня это не волнует, точнее не особо волнует. Швейцарцы давно зарабатывают, отправляя своих солдат, как наёмников и никто даже не пищит в их сторону. Замечу, что германские княжества занимаются тем же самым. Однако, мы не будем торопиться отправлять подразделения в североамериканские штаты. Моё мнение, что в войну ввяжутся французы, а может и голландцы. Найдутся желающие прихватить кусочек земли под колонию, даже не сомневаюсь в этом. Пока не торопимся отправлять подразделения. Фёдор Сергеевич, с начальником Генштаба определите те подразделения, которые возьмут под контроль территории вблизи месторождений золота. Не хочу, чтобы нам мешали, в остальном находимся в боевой готовности и в режиме ожидания, – принял я решение.

На сегодня я решил сделать перерыв, побыв с семьёй, а то Мария действительно нервничает или беспокоится, а в моём присутствии успокаивается. Сложив свои документы в стопку на столе, я отправился в крыло дворца, которое занимала моя семья.

В покоях жены медики, пришёл Асур Джанвандас, проводит осмотр лично. С ним две девушки, его ученицы. Асур Джанвандас сейчас служит ректором медицинской школы, плюс у него лаборатория по исследованию разных болезней и методов лечения. Индус вообще молодец, ещё будучи в Индии привлёк трёх китайцев, которые применяют нетрадиционную медицину, в том числе лечебный массаж и акупунктуру. Если всех медиков посчитать, которых он выучил, точно наберётся полк. Наиболее талантливых оставляет при школе для преподавания и исследования. Чтобы школе дать статус университета, мне надо кого-то привлечь из Европы из знаменитых лекарей, хотя не ошибусь, если скажу, что Асур понимает гораздо больше европейских докторов. Пока медики осматривают королеву, я присел на диван возле окна, рядом со входом в покои Марии и задумался о достижениях в медицине. Прививка от оспы уже обязательна в моём королевстве. Асур со своими учениками, а сейчас он для них научный руководитель, разрабатывают вакцину от чумы. На западном побережье Африки одно из племён аборигенов охвачено эпидемией этой чумы. Выбрали добровольцев из медиков, которые поехали туда проводить медицинские исследования. Хотя такие исследования не первые, я надеюсь, что всё пройдёт положительно. Для моряков моего флота, опять же медики, создали сироп на основе цитрусовых плодов и плодов шиповника. Такой сироп здорово помогает защищать личный состав кораблей от цинги, что кстати является настоящим бедствием для мореплавателей. В школе медицины открыт факультет хирургии. Например, такая операция как аппендицит уже проводится вполне безопасно. Сейчас Асур работает над созданием вытяжки из плесени, даст бог и мы получим антибиотик, а это будет настоящий прорыв в науке. В этом веке ещё много смертей от заражения ран. Да что там говорить, те же венерические заболевания можно будет лечить. Предчувствую огромные прибыли от продаж антибиотика. Тем более шприцы уже имеются, хоть и с толстыми иглами, но ведь есть стеклянные шприцы. Спасибо нашему стекольному производству. Пока гонял мысли в голове из покоев королевы вышли Мария с сопровождающими её медиками.

– Иоанн Антонович, я буду в парке, Александр там на прогулке. Ты присоединишься к нам, мы будем ждать? – спросила Мария.

Я кивнул, что через несколько минут присоединюсь к семье, сам же отвёл в сторону Асура. Он догадался о чём я хотел спросить.

– Ваше Величество, вытяжку мы получили и проводим исследования. Уже сейчас могу сказать, что самая лучшая та, которая делается из плесени дыни, но и хлебная хороша. Что-то определённое смогу сказать через пару недель, ну и отчёт подготовлю, – доложил Асур.

Я мысленно возликовал, Асура задерживать не стал, у него хватает забот. Ну а сам отправился догонять королеву, где в парке под присмотром нянек и охраны гуляет сын Александр.

Интерлюдия. Российская империя. Екатерина Вторая.

Русская императрица читала отчёты от Шешковского и очень сожалела о том, что Василий Иванович Суворов выпросил у неё отставку. Она остро ощущала, как ей не хватает этого человека, который считался лучшим в тайных делах и политическом сыске. Суворов стал часто болеть, сейчас он находился в своём имении под Москвой. У Степана Ивановича Шешковского пока не получалось заменить в нужных вопросах Василия Ивановича Суворова. Императрицу очень серьёзно беспокоила Крестьянская война под предводительством Емельяна Пугачёва, который по-прежнему называл себя Петром Третьим. Сама Екатерина отказывалась признавать мятеж Крестьянской войной, но от этого легче не становилось. Григорий Орлов убыл в Нижний Новгород на усиление войск Бибикова, который осел в Нижнем Новгороде. С Орловым пришлось отправить два полка гвардейцев, Преображенский и Семёновский. Граф Орлов уверял Екатерину перед отъездом, что он приструнит мятежных крестьян, а самого Пугачёва доставит в столицу. Но саму Екатерину больше, чем Пугачёв беспокоил Габдулла Галиев. Этот мятежный мулла кажется ей куда как опасней, нежели Пугачёв. Действия войск Батырши распространяются в Сибирь. Из докладов Шешковского следует, что у Галиева имеются военные советники, которые обучают войска Габдуллы Галиева тактике сражений, но кто они такие, пока выяснить не получалось. Сейчас императрица размышляла стоит ли ей сорвать армию Румянцева из Крыма. Риск существует, что султан вновь наплюёт на мирные соглашения и попробует вернуть Крым, но будет гораздо хуже, если всю империю охватит «пожар» восстания. Генерала Александра Суворова императрица вернула в Россию из Панамы, но по приезду он, опять же с её дозволения, взялся обучать в лагерях новой военной тактике сформированный корпус. Екатерина достаточно умна, чтобы понять то, что поездка генерала Суворова в Панаму не прошла даром, наверняка он что-то для себя понял в тех способах ведения сражений, которые позволяют панамцам одерживать ошеломляющие победы. Вот она и не отказала Суворову в формировании нового корпуса и подготовки полков в учебном лагере. Императрица отправила курьера к Суворову, чтобы он прибыл в столицу. Размышления Екатерины Второй прервал стук в дверь её кабинета. Секретарь доложил, что прибыл генерал Суворов. Суворов быстрым шагом вошёл в рабочий кабинет императрицы. Екатерина мельком подумала, что большие ботфорты⁹ смотрятся на невысоком генерале несуразно. Суворов поклонился и остался стоять, так как императрица не предложила ему присесть. Однако Екатерина Алексеевна сама встала и вышла из-за стола.

– Александр Васильевич, надеюсь ваш корпус готов выдвинуться к Нижнему Новгороду. Граф Орлов уже там, вам следует скоординировать действия. Я желаю, чтобы дерзких мятежников остановили до начала распутицы¹⁰, – произнесла Екатерина.

– Я попадаю под командование графа Орлова? – спросил Суворов, при этом генерал слегка поморщился, что не укрылось от глаз Екатерины.

– Нет. Вы со своим корпусом действуете самостоятельно, но стараетесь координировать свои действия с графом Орловым. Чтобы на вас не оказывали давление, я напишу грамоту, в которой будут отражены ваши полномочия, – успокоила Екатерина генерала.

Императрица ни разу не сомневалась, что Орлов никогда не встанет вровень с Суворовым по ведению военных действий. Для того и составила письменное распоряжение для генерала, чтобы граф Орлов на месте не начал качать права Суворову.

– Наведите порядок, Александр Васильевич, и моя благодарность не задержится.

После ухода генерала Суворова, Екатерина вдруг вспомнила один любопытный, но короткий разговор. Это произошло на званом балу в канун Нового года. Императрица посетила бал, там она пересеклась с послом Панамского королевства Казимиром Годжинским. Екатерина, сама не понимая причину, пожаловалась, что её утомили всякие разные самозванцы.

– Ваше Императорское Величество, если мне будет позволено высказать своё мнение, то наши действия всегда имеют последствия, – произнёс тайный советник Панамы.

Екатерина даже вспыхнула, её щёки стали розовыми от негодования. Она подумала, что посол намекает на то, как она взошла на престол. Однако Годжинский продолжил.

– Вам всего лишь следовало провести пышные похороны с всеобщим прощанием с усопшим императором. Тогда бы у вас были тысячи свидетелей, что Пётр Первый мёртв, а мёртвые не имеют способности возвращаться в мир живых. Не помешало бы объявить траур по усопшему от болезни и заказать панихиду во всех крупных городах империи.

– Мне надо было притворяться безутешной вдовой? – рассердилась Екатерина.

– Именно. Пусть бы люди видели, как страдает вдова. А ещё, вашей Тайной экспедиции следовало более тщательно проводить дознание о тех глупых слухах, которые связаны с вами. Но не следует воспринимать мои слова как оскорбление. Я всего лишь слуга своего государя, а у нашего короля с вами союз, потому я всегда готов оказать любую помощь вам, если потребуется, – Годжинский поклонился с почтением.

Сначала Екатерина рассердилась на посла, но позже проанализировала разговор и поняла правдивость слов Панамского посла.

Весна 1775 год. Панамское королевство. Иоанн Антонович.

Прошедшей осенью 1774-го года я задался целью добавить государственных наград. Без разнообразия никак не обойтись. Достижений в королевстве и за её пределами хватает, а людей следует отмечать. Ещё в прошлой жизни я замечал, что люди с гордостью относятся к тем наградам, которые получают от властей своей страны. Мне были нужны награды не только в гражданском и военном секторе, но и в науке. Что касаемо науки. Я объявил Государственные премии 1-ой, 2-ой и 3-ей степеней за достижения в различных областях науки. Лауреатам таких премий будут вручать официальную грамоту на гербовой бумаге и медаль, той или иной степени. Плюсом идёт денежный приз. За 1-ую степень выплачивается двадцать тысяч панков¹¹, за 2-ую степень – десять тысяч панков, за 3-ю степень – пять тысяч панков. Денежный приз достаточно высок, если учесть, что наша монета практически не уступает английской гинеи, хоть и имеет немного меньший вес. По современным меркам, получив такой приз, человек сможет не нуждаться лет десять, а то и двадцать, при условии ведения скромной жизни. Что касаемо медалей по степеням. Для 3-ей степени медаль выполнена из серебра, вес пятнадцать грамм. На лицевой стороне герб королевства и надпись по кругу «Государственная премия 3-й степени», на обратной стороне серийный номер и надпись «Волею государя отмечен». Медаль подвешена на прямоугольной колодке, обшитой зелёным шёлком. Для 2-ой степени медаль выполнена также из серебра, того же веса, но надписи и герб золотые, колодка прямоугольная, обшитая пурпурным шёлком. Для 1-ой степени медаль выполнена из золота, надписи покрыты эмалью, вес пятнадцать грамм, колодка обшита фиолетовым шёлком. Для определения достойного кандидата собирается комиссия, в состав которой входят члены Правительства, моя жена и я сам. Соответственно учреждение я подкрепил своим указом от 1774-го года. Также мною учреждён орден «Александра Македонского», который отнесён к высшим наградам королевства, таким орденом награждаются офицеры высшего командования или чиновники на государственной службе. Орден вручается за исключительные заслуги в командовании войсковыми операциями или достижения на государственной службе, повлекшие значительные выгоды королевству. У кого-то может возникнуть вопрос: почему именно Александра Македонского? Так мне захотелось, царь я или чай зашёл попить. К тому же считаю Александра Македонского действительно одним из великих полководцев мировой истории. Награждение орденом «Александра Македонского» сопровождается присвоением дворянского титула, если такового не было. По размерам орден достигает восьми сантиметров по окружности. В центре круг из золота диаметром в четыре сантиметра, на котором изображён профиль Александра Македонского и герб панамы. От золотого круга идут шестнадцать лучей звезды, чередуясь большой луч с более коротким. Лучи выполнены из серебра, каждый луч звезды усыпан мелкими бриллиантами. На обратной стороне надпись «Волею государя отмечен» и серийный номер. Орден крепится на скрутке. Хотелось мне орден «Святого Георгия» учредить, но передумал. Вспомнил что в Российской Федерации, из моей прошлой жизни, имелся орден «Мужества». Это уже не медаль и именно орден. Сейчас идет век войн и сражений, так что такой орден точно не будет лишним. По отношению к медалям «За отвагу» и «За боевые заслуги» орден «Мужества» будет считаться старшей наградой. Награждать таким орденом можно будет всех военных, от рядовых до высших офицеров. Сам орден я решил сделать в виде креста с рельефными лучами. Так как в Панаме присутствуют представители разных религий, то крест решил взять такой же, какой был в России в 21-ом веке. Размер ордена четыре сантиметра по габаритам, крест выполнен из серебра, в середине круг из золота с гербом королевства, герб раскрашен эмалью. На обратной стороне надпись «МУЖЕСТВО» и мелкие цифры серийного номера. Колодка квадратная обшита бело-синим шёлком, так как такие цвета есть в гербе королевства. Рисовал сам, потом вызвал королевских ювелиров. Эти должности у меня занимают Иосиф Яффе и его сын Дэвид, которых я вывез из Иерусалима, во времена русско-турецкой войны. Этим ювелирам выдан патент на право изготавливать драгоценности для королевского двора Панамского королевства.

Медики меня порадовали новыми изобретениями, над которыми работали больше полугода. Это нечто иное, как мази, обеспечивающие защиту от воспалений различных ран. Мне хотелось бы, чтобы получили антибиотик из плесени. Замечу, что я почти никаких подсказок не давал Асуру, так как сам не знал процесс изготовления. Индус сам использовал плесень для создания различных мазей и кремов. Когда он путешествовал, как бродячий лекарь, то обратил внимание на то, что некоторые народы используют плесень, накладывая на раны. Слышал в прошлой жизни, что вроде из плода дыни плесень имеет лечебные свойства. Даже не смог вспомнить, где такую информацию услышал. Решил поговорить об этом со своим главным медиком.

– Асур, ты используешь плесень для составления лечебных мазей. Думаю, тебе следует попробовать выделить лекарство из плесени, начал я разговор при посещении лаборатории.

Индус внимательно на меня посмотрел, возможно я натолкнул его на определённую мысль.

– Мне нужны помощники, которые разбираются в химии, таких скорей всего можно найти в Европе. Я попробую что-нибудь придумать с теми, что уже есть в королевстве, но за результат ручаться не могу, – ответил задумчиво Асур.

Я собрал Правительство, где приняли решение наградить Асура Джанвандаса государственной премией 1-й степени, а всех его помощников, которые учувствовали в разработке антибиотика, наградить государственной премией 3-й степени. Теперь осталось только построить фабрику, сразу после того, как окончательно доработают сам антибиотик, которая будет выпускать антибиотик в промышленных масштабах. Постепенно к нам потянулись молодые медики из Европы, которые закончили университеты, но ещё не наработали себе имя и врачебную практику. Таких брали с условием, что они примут подданство Панамского королевства. Хотя изобретение антибиотика мы ещё не опубликовали, на основании моего распоряжения, будет фабрика, будут результаты длительного медицинского исследования, вот тогда и объявим на весь мир.

Хорошо развиваются оружейники. Томас Финли и Эрик Ватсон приложили максимум усилий чтобы повысить свой уровень знаний. Они уже несколько лет изучают физику, математику и химию. Преподавателей выписали из Европы, соблазнили хорошим жалованием.

Весной этого года Томас и Эрик выдали мне экспериментальную винтовку, калибром в девять миллиметров, с магазином на пять патронов, у винтовки продольно-скользящий затвор. Сознаюсь, кое-что в мелочах я подсказал, скорее не подсказал, а задал правильные вопросы, а парни уже сами додумали. Винтовка очень походила на «мосинку¹²» из будущего, разве что калибр крупнее. Для этой винтовки сразу сделали заказ на оптический прицел Альфонсо Велезу. Венецианец стал большим человеком, он сейчас начальник государственной стекольной фабрики. Опыты по изготовлению оптических приборов проводит давно. Как минимум зрительные трубы делает вполне успешными. Мы уже включили такой товар в экспорт, купцы продают в других странах. Сейчас Томас и Эрик готовят ещё несколько экземпляров винтовки, потом будут войсковые испытания. В лучшем случае винтовка начнёт попадать в войска примерно к осени. Я лично присутствовал на испытаниях первого экземпляра.

– Томас, кому из вас первому пришла такая идея, тебе или Эрику? – спросил я, когда мне впервые показали винтовку.

– Вообще-то первый об этом заговорил Эрик. Нужно более лёгкое оружие, легче чем двустволки, калибр меньше. А вот дальность поражения требуется лучше, потом вместе сидели и думали, как нам такое измыслить. Здорово помогли уроки математики и физики, спасибо нашим учителям, – честно признался Томас Финли.

Оба этих парня работали в экспериментальной лаборатории на оружейной фабрике, а ещё изготавливали подарочное оружие. На конвейере изготовления стрелкового оружия давно работают другие люди. После того, как сам пострелял из этой винтовки, понял, что точный выстрел может быть обеспечен на расстоянии метров в шестьсот, естественно у хорошего стрелка, а при наличии прицела узнаем, когда появиться тот самый прицел.

– Молодцы, заявлю вас на получение государственной премии 3-й степени, получите к осени, когда будут подводить итоги. Учителя из Европы обучают вас черчению?

– Мы берём уроки у королевского архитектора Джованни де Росси, он очень доходчиво объясняет, – ответил Эрик.

Покидая экспериментальную мастерскую, я чётко осознавал, что такое оружие кардинально изменит ход сражений, не говоря о том, что я буду создавать отряды снайперов. Не далеко те времена, когда наши меткие стрелки будут отстреливать командиров разных армий. После посещения города мастеров Ла Чоррера, так я называю центр нашей индустрии, хотя слово «индустрия» наверно через чур громко сказано, я отправился в столицу. На следующий день я запланировал посмотреть, как строится железная дорога в Портобело, там сяду на корабль и схожу морским путём в Картахену. Как мне докладывает наместник провинции Колумбия Эстебан де Кордова, они приступили к модернизации порта, а рядом начали строительство большой верфи. Прибыв во дворец, я застал вестового с торгового фрегата «Касатка». Капитан Эмил Фодде только что вернулся из Восточной Индии. Привёз мне пакет от Ивана Мироновича Копытова. Любопытно, что там пишет мой старый друг и соратник.

Зима 1775 год. Восточная Индия. Генерал Копытов.

Генерал-майор Иван Миронович Копытов свой отчёт перед государем приготовил в январе месяце, решил отправить с фрегатом «Касатка», который пойдёт прямиком в Панамское королевство, с одной остановкой в Африке, где заберут груз с золотыми слитками. Там же генерал Глен Грегг даст в сопровождение пару боевых фрегатов, которые будут охранять «золотое» судно. Такую схему придумали давно, года три, не меньше. Можно, конечно, погрузить золото и на боевой корабль, благо вместимость трюмов позволяет. Но государь утвердил порядок, когда одно судно везёт наиболее ценный груз, а парочка отвлекают противника, если появятся желающие пограбить панамский корабль. Самый опасный участок, когда пересекают Атлантический океан. В том же Средиземном море постоянно курсируют боевые корабли Панамы, ведут патрулирование вблизи Египта. В первых строчках Иван Миронович сообщил своему королю, что осенью у него родился сын, которого нарекли Петром. Слава богу, что есть миссия Православной церкви, есть кому окрестить младенца. Остальная часть отчёта состояла из описания достижений и вообще о том, что происходит в Индии.

Учебно-тренировочные лагеря, которыми управлял Копытов, провели два выпуска кадетов из местных индусов, которых обучали военному искусству за золото по весу. Индия богатая страна. Но не только радовала оплата за обучение сержантов и младших командиров для местных племён. Азиато-Африканская компания теперь закупала чай напрямую у аборигенов, с разницей в цене до пятидесяти процентов, если сравнивать отпускную цену чая от Британской Ост-Индской компании. Кроме чая, имеются ткани, редкие породы дерева, самоцветы и даже алмазы, хоть и невысокого качества. Как только наваб¹³ Шуджа ад-Даула и раджа¹⁴ Хайдер Али укомплектовали свои армии, один на северо-востоке, другой на юго-западе Индийского полуострова, они сразу приступили к военным действиям против португальцев, французов и англичан. В Индии разгорелся достаточно большой очаг войны. Генерал Копытов в основном вёл дела с сыновьями мятежных правителей, с Асафом ад-Даула и Типу Султан. Оба молодых человека были не только наследниками своих отцов, но и сами проходили обучение на офицеров. Наследники своих отцов неплохо владели английским и испанским языками. Хотя сам Иван Миронович за эти годы вполне освоил язык хинди¹⁵. Кроме обучения рекрутов мятежным князьям поставляли оружие и порох. Делались эти поставки тайно, чтобы не вызвать подозрения европейцев. Но обыск кораблей Азиато-Африканской компании не проводился, не рискнули португальцы и англичане проводить досмотр кораблей. Генералу Копытову даже нанёс визит заместитель командующего колониальной армии Британии контр-адмирал Уинстон Вильсон. Вспомнился, как произошёл напряжённый разговор.

– Синьор генерал, я прибыл к вам для разрешения пары вопросов. Не возражаете, если я эти вопросы озвучу? – начал разговор адмирал Вильсон.

Копытов знал Вильсона достаточно давно, как и Вильсон Копытова. Им не было нужды представляться друг другу. Между ними сложились нейтральные отношения.

– С удовольствием отвечу на ваши вопросы, Уинстон. Давайте наш разговор сложим без чинов. Или вы здесь с официальным визитом, сэр? – ответил Иван Миронович, попытавшись свести беседу к дружественной.

– И да, и нет. Я давно вас знаю, Иван Миронович, потому хотел бы поговорить в дружественной обстановке. До нас давно доходят слухи, что вы в своих лагерях обучаете черномордых обезьян. Такое положение неприемлемо. Кроме этого, есть сведения, что корабли Азиато-Африканской компании контрабандой завозят оружие для местных князьков, – задал свои вопросы Вильсон.

Иван Миронович разлил по бокалам вино, которым угощал гостя. Копытов отметил, что англичанин хоть и с трудом, но произносит имя отчество правильно. А ещё британец оскорбительно выражался об индусах. Наверняка не считает их за полноценных людей.

– Конечно же нет, Уинстон. Слухи о том, что мы обучаем индусов военной профессии и поставляем оружие местным племенам, не что иное, как сплетни, не подтверждённые какими-либо фактами. В наших лагерях вполне могли заметить индусов, которые приняты курсантами. Но они все отправляются в Панаму, там принимают присягу и распределяются в армию нашего короля. Что касается поставок оружия, то мы действительно торгуем огнестрельным оружием, но только с Империей Цин. Подумайте сами, нам незачем вооружать индусов, ведь мы с ними ведём только торговые отношения. Даже не претендуем на территории, только аренда, которая оплачивается регулярно, – ответил генерал Копытов.

По выражению лица Вильсона, Копытов понял, что британец сомневается в объяснениях Ивана Мироновича.

– Тогда, Иван Миронович, вы позволите нам убедиться в правдивости ваших слов, методом посещения ваших лагерей? Такой ход с вашей стороны позволит устранить все разногласия, между нами, а также исчезнут подозрения в вашу сторону, – сделал предложение британец.

Иван Миронович улыбнулся и подлил вина в бокал Вильсона. Вино доставляли с юга Испании, оно было действительно неплохим.

– Сэр Уинстон, нам нечего с вами делить. Мы не претендуем на территории, в отличии от вашей страны. Только товарно-денежные отношения, не более. Наши полки здесь находятся исключительно для охраны торгового представительства и защиты учебно-тренировочных лагерей. Что касается вашего посещения, то я, пожалуй, откажу. Надеюсь, вы меня поймёте правильно. Есть такое понятие, как государственная тайна. Мне запрещено моим королём допускать посторонних на наши территории, а я послушный слуга своего государя, – ответил Копытов и доброжелательно улыбнулся.

– Жаль, очень жаль, сеньор генерал. Есть ещё один вопрос. Насколько я знаю у вас здесь присутствует два боеспособных полка, при чём состоят исключительно из ветеранов. Могли бы мы нанять ваших солдат для участия в боевых действиях? Я слышал, что ваш король не гнушается использовать армию, как наёмников, – последней фразой британец постарался «уколоть» Копытова.

Иван Миронович вновь растянул рот в улыбке, постаравшись выглядеть доброжелательно.

– Увы, сэр Уинстон, но я вынужден вам отказать. Наши ветераны заняты охраной наших интересов. Но я обязательно отпишу своему государю о вашей просьбе, если он даст своё дозволение, то мы сможем работать в качестве наёмников. Кстати сказать, я не вижу ничего такого в найме для военных действий, чтобы это могло замарать нашу честь. Отношусь к таким вопросам, как профессионал. Наша профессия – это война, а потому мы не стыдимся этого. Солдат не должен испытывать неудобство в таких случаях, согласны? – и вновь Копытов улыбнулся.

Этот разговор состоялся ещё осенью. Причина у британцев имелась. Войска моголов с севера здорово потеснили армию Ост-Индской компании. Сейчас британцы вынуждены строить оборону вокруг Мадраса, потерпев ряд поражений в нескольких боях с моголами. Армией моголов командует Асаф ад-Даула, он неплохо усвоил уроки тактики во время обучения. И сейчас доказывает, что не только англичане умеют воевать. Тем более, что у моголов армия достигает не менее шестидесяти тысяч «штыков»¹⁶. А британцы смогли выставить только семь тысяч, что для обороны тоже маловато. Но моголы не пытаются захватить порт Мадрас. И в этом тоже есть заслуга Ивана Мироновича. Он говорил Асафу, что порт играет важную роль в международной торговле, а это выгодно индусам в том числе.

Совсем другая картина сложилась на юго-западе Индии. Войска раджи Хайдер Али насчитывают до восьмидесяти тысяч. Профессионально обученных не более трети. Тем не менее майсуры здорово теснят португальцев и французов. В некоторых поселениях французов и португальцев просто вырезали, даже не брали пленных. Хайдер Али и его сын Типу Султан действуют более радикально. Майсурские войска полностью подчинили территорию португальцев Гоа. Сами же португальцы ничего не могут противопоставить армиям Хайдера Али и его сына. Португальский король Жозе Первый обратился за помощью к французам, но пока это не принесло желаемых результатов. В январе к Ивану Мироновичу тайно прибыл Типу Султан.

– Типу, что тебя привело в наши пенаты¹⁷? – спросил Копытов, когда они расположились за обеденным столом.

– Генерал, я здесь по приказу моего отца. Нам нужны корабли, чтобы тайно перебросить армию на Цейлон. Там сейчас распоряжаются голландцы, отец желает взять остров под свой контроль, – выразил свою просьбу Типу Султан.

– Сделать тайно будет очень непросто. Вы ведь туда не три сотни солдат планируете перебросить, а несколько десятков тысяч, – произнёс Копытов.

– Мы заплатим золотом и драгоценными камнями, также можем отгрузить специи, которые здорово пользуются спросом в Европе, – горячо стал убеждать наследник раджи майсуров.

– То, что вы заплатите и сколько, обсудим позже. Но я не пойму, у вас что, нет своих кораблей? – удивился Копытов.

– Голландцы хорошие мореплаватели, мы сделали попытку переправить войска в начале декабря прошлого года, но они потопили все наши суда, погибло много солдат, – ответил Типу Султан.

Иван Миронович задумался. Не хотелось ссориться с голландцами, государь может высказать недовольство. Но в то же время имеется хорошая возможность снизить цены на специи, плюсом получить хорошую плату. Типу Султан его не торопил, вглядываясь в лицо генерала с надеждой.

– Есть один способ, надеюсь, что мой государь не оторвёт мне голову за моё решение, – тихо пробормотал Иван Миронович.

Копытову пришла идея использовать английские флаги, а названия кораблей заменить временно. Под видом английских судов перевести войска майсуров на Цейлон. Иван Миронович договорился с Азиато-Африканской компанией, чтобы предоставили корабли, где капитанами были шотландцы, ирландцы или англичане, но они все уже давно подданные Панамы. Голландцы, увидев ненавистный английский флаг должны поверить, что британцы затеяли очередную интригу. Ведь голландцев и англичан давно не посещает мир между ними. Но прежде, чем оказать помощь, Копытов написал договор, который подпишет раджа Хайдер Али. Договор гласит, что с островом Цейлон, в случае контроля самого острова княжеством Майсур, будут иметь право торговать только корабли Азиато-Африканской компании. Плюсом большие скидки на закупку специй и чая, ну и, естественно, оплата услуг золотом. Зато армия Майсура получит ещё больше оружия и пороха. Об этом Иван Миронович также отписал государю, надеясь, что весной король Панамы получит его отчёт и не прикажет арестовать за самоуправство. А то в армии часто бывает, что инициатива успешно имеет инициатора.

Весна 1775 год. Панамское королевство. Иоанн Антонович.

Прочитав целую пачку бумаг, в виде отчёта от Ивана Мироновича, я задумался. Ситуация в Индии складывается совсем неблагоприятная для британских колониальных войск. Теперь мне совершенно понятна причина, почему англичане не могут усилиться в Североамериканских штатах. Если майсуры успешно прогибают португальцев на юго-западе Индии, логично, что у них вполне получится голландцев нагнуть на острове Цейлон. Рано или поздно англичане поймут, что резкое умение индусов воевать имеет свою причину, за которой торчать наши уши. А чем это может грозить нам? В Английском банке до сих пор хранится большое количество золотых слитков, которые мы сдавали на хранение несколько лет назад, когда у меня не имелось места самому хранить золотой запас. А ведь мы до сих пор всё не вывезли оттуда. Могут они нам заблокировать наше золотишко? В 21-ом веке англичане и американцы имели такую наглость, арестовывать активы неугодных им стран или людей. Надо обязательно отписать письмо Билли Джекинсу. Я позвонил в колокольчик, через несколько секунд в дверь моего кабинета просунулась голова моего секретаря и помощника Робера Дюрана.

– Робер, подготовь срочное письмо Билли Джекинсу, пусть максимально ускорится с вывозом золотых слитков из Английского банка. Это срочно. Письмо отправь с ближайшим кораблём, который пойдёт в Британию, поторопись через час курьер с письмом должен двигаться в Портобело, – отдал я распоряжение.

Я встал с кресла и потянулся, подошёл к окну, выглянув в парк. Итак, со слов Копытова, мы получим очень приличную скидку на закуп специй и чая. Это хорошо. Поднимется прибыль от торговли. А если учитывать те объёмы, что мы возим, то пахнет десятками миллионов в год. Увеличатся средства в казну, сразу увеличу финансирование строительства железной дороги. В этот момент я подумал, как выглядит паровоз, который создал наш инженер Жюльен Бесси. Вид паровоза совсем не такой, какими я представлял их в прошлой жизни. Меньше размерами, нет кабины, только навес над головой и тянет всего десяток вагонов. Насчёт количества колёсных пар пришлось мне вмешаться. Бесси хотел сделать всего две ведущих пары, но я его убедил, что три пары будут иметь лучшее сцепление с рельсами, да и тяга будет мощнее. Результат на испытаниях имелся. По сравнению с современными скоростями тянет достаточно быстро. Пока нет приборов, которые показывают скоростной режим. Но определённое расстояние и время позволяют считать, что паровоз развивает скорость до сорока километров в час на участке дороги по прямой, без поворотов, а это быстрее чем бег лошади галопом в два раза. Ещё бы с кораблями что-то придумать, чтобы повысить скорость передвижения по морю.

Никакого особого прогресса я не принёс в это время. Узкоколейные дороги ещё в 1755-ом году существовали на Алтае. Хоть и деревянные рельсы, но это здорово облегчало работы на рудниках. Из-за дороговизны железа первые паровозы в Европе появятся в начале следующего века, когда смогут заменить хрупкие рельсы из чугуна на стальные. Здесь, пожалуй, мы немного опережаем время, так как мои металлурги создали сплав способный выдерживать определённую нагрузку. Инженер Жюльен Бесси вообще оказался человеком очень деятельным и энергичным. Как только я ему озвучил перспективы развития железной дороги, он сразу написал письма своим соратникам, которые с ним работали в Европе. Кроме этого, написал письма всем инженерам, которые так или иначе изучали этот вопрос. В результате мы получили очень достойную команду для внедрения такого вида транспорта, как железная дорога в моём королевстве. Ширину колеи железной дороги выбрал сам Бесси, я-то точно в этом ничего не понимал, и эта ширина колеи составила пять английских футов. Но так как я уже ввёл метрическую систему в своём королевстве, то резонно решили размер колеи оставить в 1520 миллиметров. Вроде как для ровного счёта, потому что пять футов составляют 1524 миллиметра. То есть четыре миллиметра ни туда ни сюда. При хорошем финансировании и жёстком контроле любая работа двигается достаточно быстро. Я хоть и не одобряю рабство, но не буду отрицать того, что труд рабов здорово укорачивает сроки выполнения работ. Такой подход подтверждает готовность железнодорожного пути из столицы в Портобело. К концу весны дорога будет закончена. Но уже ведутся работы подготовки дороги в другие провинции. Бесси обещает, что при таких темпах, он закончит железную дорогу в Боготу, провинция Колумбия, до начала зимы 1775-го года. Хорошо то, что местный климат позволяет работать круглый год. Я даже сам несколько раз прокатился со своей семьёй по железной дороге.

– Куда лучше, чем трястись в карете, – заявила моя жена Мария, когда мы проехались десять километров в одну сторону, а потом обратно.

И я с ней полностью согласен. Правда паровозный дым создаёт некоторое неудобство, но думаю, что крытые пассажирские вагоны уменьшат такую неприятность. Почивать на лаврах Жюльену Бесси я не позволил, поставил перед ним и его командой задачу, разрабатывать более мощный паровоз, чтобы грузоподъёмность увеличилась хотя бы в полтора раза.

Своим Правительством я в принципе доволен, но у них есть один минус, все эти люди уже в возрасте. Здоровье начинает сдавать свои позиции, а значит необходима замена молодыми. Одним из первых, ещё зимой, со мной эту тему поднял Михаил Иванович Крыжов.

– Государь, хотел с тобой обсудить пару кандидатур по работе в моём ведомстве.

Я на самом деле, без дураков, был доволен работой Крыжова, потому не сразу понял к чему он завёл такой разговор. Вопросительно поднял бровь и кивнул головой, чтобы Крыжов продолжил.

– Четыре года назад я забрал из разведки двух парней Артура Зигфрида и Линаса Рокаса. Они сейчас работают под легендой. Артур Зигфрид в армии североамериканских ополченцев, что выступают против Британии. Артуру удалось приблизиться к Джорджу Вашингтону, от него приходит много полезной информации. Линас Рокас сейчас в Европе, путешествует между странами разыгрывая богатого бездельника, у него это неплохо получается. Но главное, он может провести ликвидацию неугодных нам людей. Я уже проверил Рокаса, провели акцию по устранению двух вредных акционеров Шведской Ост-Индской компании, люди исчезли, а завещание оставили, которые мы выкупили по номинальной цене. За удачные операции я им уже присвоил чин старших лейтенантов. Вот этих парней я и хочу готовить на своего приемника. Кого из них потом поставить будет можно, ты, государь, сам решишь. Я уже стар, в любой момент могу отправиться на праведный суд к богу, – Крыжов замолчал, сделав паузу.

Я же, немного покопавшись в памяти вспомнил этих ребят. Их начинал учить старина Логан. Помню в Индии они пользовались арбалетами, для бесшумной стрельбы по противнику.

– Я понял тебя, Михаил Иванович. Но не рано ли ты заговорил о смерти?

– Мне идёт седьмой десяток, надеюсь, что смогу проскрипеть ещё лет пять, а потом надо идти на покой. В отставку или в сенаторы, болеть стал часто, спасибо Асуру, он своими отварами и травами хорошо поддерживает моё здоровье, – с грустью закончил говорить Крыжов.

Я понимал, что команда, которую ко мне выдернул Милославский уже немолоды, хорошо то, что они сами заботятся о своих приемниках. Сдаёт постепенно старая гвардия, приходит время молодых. Да что там говорить? Мне самому уже почти тридцать пять лет. А кажется, что я совсем недавно очнулся в теле императора-узника. Я записал себе в памятку, что надо будет поговорить со всеми высшими чиновниками о их приемниках. Вскоре предоставился случай говорить на эту тему с графом фон Нирот.

– Густав Себостьянович, есть на примете кандидатура, кого ты готовишь в приемники?

– Всё чаще присматриваюсь к Казимиру Годжинскому. Подержу его ещё годик в России, потом начну отправлять в Европу. Но уже сейчас могу сказать, что он сможет потянуть мою «лямку» в МИД, – твёрдо произнёс граф.

Насчёт Годжинского я поддерживаю своего министра дипломатии. Казимира знаю давно, он мне верен вне всяких сомнений. Его действительно надо протестировать на дипломатической работе в других странах. Вот с Милославским хуже, для него пока замены не вижу. Фёдору Сергеевичу я уже сказал, чтобы он присматривал себе помощника, который в будущем займёт его пост.

Глава 2.

Весна 1775 год. Калифорния. События в эпизодах.

У подножья горы Шаста расположился небольшой форт, где дислоцируется 1-я рота, 1-го полка Национальной Гвардии королевства. Командир роты капитан Шульц Фишер. Гора Шаста входит в горную цепь Каскадных гор и является стратовулканом¹ в этой горной цепи. В этих местах берёт свой исток река Сакраменто. В задачу форта входит патрулирование северного района месторождения золота в Калифорнии. Командира роты капитана Шульца Фишера его подчинённые немного боятся, но всё же уважают. В Новый Свет Фишер попал десять лет назад в качестве наёмника, но уже больше пяти лет служит панамскому сюзерену. Капитан заполнял журнал отметок патрулирования участков, когда в дверь ворвался взводный командир Джон Мюррей. Капитан Фишер удивлённо поднял взгляд на своего взводного. Должно случится что-то такое неприятное, чтобы перед пруссаком нарушали дисциплину. Ибо капитан славился большим ревнителем субординации и дисциплины.

– Надеюсь у тебя есть объяснение, лейтенант, того, по какой причине ты врываешься в мой кабинет без стука, а на твоём лице растерянность, – спокойно произнёс командир 1-й роты 1-го полка Национальной Гвардии.

– Командир, на мой конный патруль совершено нападение. Прибыл гонец, говорит, что напали у западного склона горы Шаста. Я отправил туда два своих отделения и медиков. Потери – один «двухсотый» и два «трёхсотых»², – порывисто доложил лейтенант Джон Мюррей.

– Не суетись, лейтенант. Прикажи вестовому³, чтобы вызвал ко мне всех командиров взводов, заодно посыльного от конного патруля тоже сюда, – приказал капитан Фишер.

Как только лейтенант Мюррей вышел, чтобы оправить вестового за командирами взводов, капитан встал из-за стола и подошёл к карте, которая висела на стене его кабинета. Шульц Фишер взял булавку с красным флажком и воткнул в томе место на карте, где приблизительно совершено нападение на конный патруль. Когда вернулся лейтенант Мюррей, капитан вновь отдал распоряжение.

– Джон, пока не собрались взводные, прикажи объявить боевую тревогу в форте.

Лейтенант выскочил из штабного домика роты. Фишер посмотрел на закрывшуюся за ним дверь и подумал, что молодому лейтенанту ещё не хватает боевого опыта, который он обязательно получит в этих местах. Ведь нападения на месторождения золота происходят регулярно. Капитан вновь вернулся к карте и посмотрел на булавки, которые воткнули в местах нападений. За последний месяц нападения участились. С чем это связано? Может с тем, что в Североамериканских штатах началась Гражданская война за освобождение? Пока капитан размышлял над вопросами, которые сам себе задавал, в кабинете собрались трое взводных, командир взвода связи и командир отделения медиков.

– Господа офицеры, рассаживайтесь, а я, пожалуй, начну. Северная, северо-западная и северо-восточная части территории, которая находится под нашим контролем, подвергаются частым нападениям. Пока мы не знаем, что за нападения, точнее то, что это вполне могут быть спланированные акции каких-то серьёзных сил. Первое, я объявляю в форте военное положение. Второе, в патруль отправляем не меньше двух отделений, без использования лошадей. Ножками обходим участки, пешему гораздо проще занять позицию для обороны. А то я смотрю мы слегка расслабились. А ведь причин для расслабления не вижу. Командиру взвода связи приказ – отправить в Сакраменто курьера с охраной. Надо поставить в известность командира полка майора Нейла, а заодно запрошу усиление. Насколько я знаю, на южных участках нет такой активности нападений. Письмо к командиру полка подготовлю через двадцать минут после нашего совещания. Командир второго взвода, ваша задача выехать для разведывательного рейда, радиус в тридцать километров. Посетите стойбища индейцев, у нас с ними были ровные отношения, может они нам что-то прояснят. Остальные офицеры занятость по штатному расписанию, на этом всё, – закончил короткое совещание капитан.

Как только офицеры вышли Шульц Фишер сразу сел за рапорт для командира полка, пора покончить с этими внезапными нападениями, зачистив территорию километров на сто.

Ставка командиров 1-го и 2-го полков Национальной Гвардии расположилась в посёлке Сакраменто. Посёлок постепенно превращался в город. В основном в город приезжали на отдых, так как здесь хватало кабаков, борделей и прочих увеселительных заведений. Именно здесь можно было отдохнуть военным или шахтёрам, которые работали на добыче золота. Здесь же расположились плавильщики, которые плавили золотой песок и самородки в слитки, а потом все это отправляли в столицу королевства. Полки Национальной Гвардии находились на боевом дежурстве по охране месторождения золота в течении года. Потом происходила замена. На дежурство заступали 3-й и 4-й полки, а 1-й и 2-й распределяли на охрану правопорядка во всём королевстве. Командир 1-го полка майор Мёрдок Нейл только что вернулся с обеда. В штабе ставки его ждал курьер с сообщением от командира 1-й роты капитана Фишера. Майор принял пакет от гонца и велел ему дождаться ответа, а пока сходить в ближайший кабак пообедать, но без выпивки. Нейл распечатал пакет и углубился в чтение. Прочитав рапорт от капитана Фишера, майор двинулся к кабинету командира полка быстрого реагирования. Стукнув пару раз костяшками пальцев в дверь, Нейл вошёл, не дожидаясь приглашения. В кабинете за столом сидел командир полка ПБР⁴ майор Грегори Коннор, он что-то писал. Коннор мельком взглянул на Мёрдока Нейла и кивнул ему на стул. Нейл присел, и дождался, когда Коннор закончит писать.

– Ну и что у тебя случилось, Мёрдок? Не тяни, а то у меня полно дел с писаниной, – поторопил майор Коннор своего сослуживца по Национальной Гвардии.

Майор Грегори Коннор должность командира полка ПБР занял недавно, всего пару лет назад, сменив Семёна Кольцо, который пошёл на повышение до заместителя командира НГ⁵, с присвоением чина подполковник.

– Мне нужно усиление в районе горы Шаста, пора начинать там зачистку всех непонятных личностей. Нападения участились, мои парни гибнут, пока потери небольшие, но всё равно неприятно, а для карьеры опасно. Ещё лучше, если ты привлечёшь силы не только своего полка, но и обратишься к армейским, – высказал причину своего появления майор Нейл.

Грегори Коннор встал, налил себе сока, разбавленного водой, выпил, крякнул от удовольствия.

– Чего-то сегодня жарковато. Я напишу рапорт командующему Нацгвардией генерал-майору Брайсу, сегодня же отправлю гонца. Тебе могу дать только роту из своего полка, там парни опытные, разведчиками укомплектованы, так что разберутся с твоей проблемой. Но думаю, что война колонистов с британцами только набирает ход. Пожалуй, стоит отметить в своём рапорте, чтобы с Генштабом что-то решали, пора сюда армейских загонять и зачищать территории, хватит чистоплюйством заниматься, – последнюю фразу Коннор произнёс с какой-то злостью.

Причина имелась плохому настроению командиров, не часто, но нацгвардейцев убивали, такому пора было положить конец. Грегори Коннор после ухода майора Нейла раздумывал недолго. Если делать зачистку территории, то лучше, чем командир 1-й роты ПБР капитана Семёна Гороха не сделает никто. Тем более у того в роте большая часть казаки, которых затянул в ПБР подполковник Семён Кольцо. За этой ротой уже ходит слава, что они никого не жалеют. О казаках Коннор знал только то, что они то ли из Сибири, то ли с какого-то Урала, где очень суровые условия жизни. Русские варвары, что с них взять? Но своему королю Иоанну Первому служат верно.

Посыльный Хосе Лорка за пару лет дослужился до сержанта, а пришёл в ПБР рядовым. От майора Коннора получил приказ во что бы то не стало найти Семёна Гороха, командира 1-й роты полка быстрого реагирования. Сержант Лорка обошёл почти все кабаки и бордели в Сакраменто. Нашёл нужного офицера на окраине посёлка. Капитан Горох был даже не сильно пьян, развлекался с бабами, заплатив сразу за двух, чёрненькую и краснокожую. Не обращая внимания на охрану борделя, Хосе прошёл к хозяйке заведения и спросил в какой комнате остановился Семён Горох. Без возражений хозяйка проводила Хосе к нужной комнате.

– Забрали бы вы его на службу, сеньор сержант. Он уже третий день здесь девочек перебирает. И откуда только силы у окаянного берутся? – пожаловалась хозяйка борделя, дама по годам далеко за сорок.

Хосе ничего не сказал, толкнул дверь, которая оказалась незапертая. В комнате трудились две барышни, попеременно издавая стоны и хрипы. Капитан Горох абсалютно голый охаживал в данный момент чернокожую. Казак даже не обратил внимания на вошедших пока не закончил. Потом встал, подошёл к столу и прямо из кувшина начал пить вино, разбавленное водой. Напившись, смачно крякнул, только тогда обратил внимание на сержанта.

– Тебе чего, сержант? – спросил Горох на испанском, с жутким акцентом, но Лорка его понял.

– Господин капитан, вас вызывает к себе майор Коннор, сказал, что немедленно, – быстро отрапортовал Лорка, вытянувшись по стойке «смирно».

– Чего надо не говорил? Хотя неважно. Я тебя понял, явно мою роту хотят засунуть в очередную «жопу». Ты ступай, сержант, я сейчас индейскую девчушку оприходую на прощание и появлюсь у майора, – заявил Семён Горох, смачно хлопнул по заднице негритянку, от чего та громко взвизгнула.

Сержант Хосе Дорка возражать не стал. Крутой нрав казачьего капитана знают многие. Он бы давно до майора дослужился, если бы не его бешенный норов. Потому сержант прикрыл дверь и решил, что зайдёт в кабак поесть, а майору скажет, что долго искал Гороха.

Капитан Семён Горох появился у своего непосредственного командира только через час. Вошёл в кабинет к Коннору, представился как положено и замер в ожидании. Майор кивнул на стул, разрешая присесть командиру 1-й роты.

– Командир, что такое или кто такой в лесу должны были сдохнуть, чтобы мне так резко прервали отдых? – спросил капитан и покосился на кувшин, стоящий на столе.

Майор проследил его взгляд и разрешил выпить сока с водой, именно такая жидкость была в кувшине. Капитан не стал ждать второго приглашения, налил подряд два стакана и выдул с жадностью.

– Смотрю жажда тебя замучила от похмелья. Что касается отдыха, то вам всем, а тебе, в частности, достаточно трёх дней. Собирай бойцов своей роты из увольнительной, завтра утром выезжаешь к горе Шаста. На патрули нацгвардейцев участились нападения, есть не только раненые, но и убитые. А ты знаешь, как наш государь не любит, когда его люди гибнут без веской на то причины. Твоя задача выяснить, что за смельчаки такие выискались и зачистить территории, зона отчуждения сто километров, – поставил задачу перед своим подчинённым майор ПБР.

– Чего-то большая зона отчуждения, эдак я там всех колонистов буду вынужден зачистить, там колонии не наши, а Новой Мексики. Не обидятся мексикашки на нас за такие радикальные меры? – задал следующий вопрос Семён Горох.

– То не твоя печаль, выполняй приказ. У тебя разведчиков сколько в роте?

– В каждом отделении по двое, итого усиленное отделение. Двое из них индейцы, Дуке и Чавас. Их Логан обучал, но по моей просьбе Семён Кольцо выпросил для меня, молодые ирокезы, но очень опытные, ну и моих парней натаскивают, – ответил Горох.

– Отлично, значит следопыты имеются. Капитан, найди этих тварей, что на наших парней нападают и накажи, – майор махнул рукой давая понять, что больше не задерживает ротного.

Выйдя из штаба, Семён Горох вскочил в седло и поехал на окраину Сакраменто, там в большом постоялом дворе должны быть кто-то из его людей. Возле постоялого двора капитан сразу встретил десяток своих бойцов.

– Так, ребятки, слушай своего отца-командира. Собрать мне всю роту за пару часов сюда к постоялому двору. Сегодня готовимся, завтра на рассвете выходим на боевой выход. Пробегитесь по борделям, кто на бабе завис – того снять и ко мне. Всем опоздавшим всыплю плетей вдоль хребта, и это не шутка, – приказным тоном велел капитан и спрыгнув с коня, вошёл в постоялый двор.

Бойцы бросились выполнять приказ командира. Через два часа весь личный состав роты был на месте. Капитан озвучил поставленную боевую задачу, началась подготовка к походу. Полк быстрого реагирования сформирован, как конные драгуны. Бойцы и командиры способны не только выступить, как кавалерия, но ножками спокойно пробегут нужный маршрут, если потребуется. На рассвете 1-я рота выдвинулась к подножью горы Шаста, где был расположен северный форпост.

Интерлюдия. Российская империя. Екатерина Вторая.

Российская императрица Екатерина Алексеевна обедала в малой столовой в компании с Григорием Потёмкиным. Внешнеполитических тем старались не задевать во время обеда. Но когда перешли к десерту, Екатерина решила спросить мнение Потёмкина по поводу усмирения мятежа.

– Гриша, как думаешь справится генерал-аншеф Суворов с бандой Пугачёва? – спросила Екатерина, кивнув лакею, чтобы он подлил белого вина.

– Катенька, если ты думаешь по-прежнему не вызвать ли армию Румянцева из Крыма, то я бы не советовал этого делать. Султан Абдул-Хамид Первый хоть и набожный человек, славится своим нерешительным характером, но подрастает его племянник. Селим, которому пока только четырнадцать лет, ещё год два, и он задумается о том, что не пора бы ему сменить дядю на троне. Крым надо развивать, строить крепости. Развивать не только Азовскую флотилию, но и начать строить Черноморский флот, – начал высказывать своё мнение Потёмкин.

– Да я сама понимаю, что следует воспользоваться слабостью султана Абдул-Хамида, нам эта передышка очень кстати. Но меня нервирует сопротивление мятежников. Надеюсь, что Суворов уже на месте и сможет предпринять решительные меры, – вспыльчиво произнесла Екатерина.

В малую столовую вошёл действительный камергер⁶ Василий Шкурин, один из наиболее преданных слуг Екатерины. Шкурин приблизился к Екатерине и на подносе протянул запечатанный пакет.

– Пакет от генерал-аншефа Александра Васильевича Суворова, гонец прибыл полчаса назад, сейчас находится внизу, ожидает распоряжения, – негромко с почтением произнёс Шкурин.

– Курьера отправьте отдыхать, с ответом распоряжусь позже, – произнесла Екатерина, забирая пакет с подноса и сразу распечатала послание.

Развернув письмо от Александра Суворова, Екатерина быстро начала читать. Потёмкин её не торопил, терпеливо ожидая, когда императрица сама скажет о содержании письма. Наконец императрица закончила читать письмо и посмотрела на Потёмкина, бросила письмо на стол.

– Говорила же Орлову, чтобы дождался Суворова. Нет, надо выслужиться, всё мечтает вернуть моё расположение, – со злостью произнесла Екатерина.

– Какие-то неприятности, Катя? – заинтересовано спросил Потёмкин.

– Граф Орлов решил проявить талант полководца, отстранил Бибикова и предпринял наступление на мятежников. В результате двух коротких сражений потерпел неудачу. Сам Орлов тяжело ранен, находится в Нижнем Новгороде. Суворов принял командование армией на себя. Бибиков болен, то ли простыл, то ли ещё какая зараза случилась. Александр Васильевич провёл две короткие атаки, разметал мятежников, пленён полковник Фёдор Чумаков. Сейчас Суворов держит его в остроге, запрашивает что делать с мятежным соратником Емельяна Пугачёва, – сообщила Екатерина.

– Казнить его подлеца, а лучше привезти в столицу и здесь казнить публично, – тут же заявил Потёмкин.

– Казнить его всегда успеем. Отправлю-ка я туда Шешковского пусть он лично допросит этого лжеполковника. Вот подлецы, раздают чины как капусту на базаре, – возмутилась Екатерина.

– В Нижнем не нашлось того, кто может допросить мятежного бандита? – удивился Григорий.

– Не в этом дело. По приказу Суворова провели допросы. Александр Васильевич пишет, что Пугачёв намеревается соединиться с казаками из Запорожской Сечи.

– Плохо, может возникнуть очаг мятежа на юге. Там правда армия Румянцева, а Пётр Александрович грамотный полководец, не позволит супостатам⁷ разгуляться, – высказал Потёмкин.

Екатерина задумалась, пауза длилась несколько минут. Григорий Потёмкин не торопил её и не лез со своими советами, пока императрица его не попросит об этом. Наконец Екатерина что-то надумала. Потёмкин прекрасно знал свою любовницу, в том числе и то, что Екатерина очень изворотлива, порой находит очень неожиданные решения.

– Гриша, думаю тебе следует выехать сначала к Румянцеву, а потом в Запорожскую Сечь. Я подготовлю указ о ликвидации Запорожской Сечи⁸, а ты всё сделаешь так, чтобы без шума. Я знаю, ты умеешь, Гриша. Войска тебе даст Румянцев, я отпишу Петру Александровичу, чтобы помог, – озвучила своё решение Екатерина Алексеевна.

Настроение у императрицы улучшилось. Она была уверена в генерале Суворове, а именно в том, что Суворов разгонит мятежников и прекратит смуту.

Весна 1775 год. Россия-Европа. Казимир Годжинский.

Посол Его Величества Иоанна Первого тайный советник Казимир Годжинский получил пакет с грифом «Совершенно секретно». Пакет доставили лично в руки сотрудники тайной службы Панамского королевства. Казимир понимал важность информации, раз не доверили почту капитанам кораблей Азиато-Африканской компании, которые обычно занимались доставкой почты. Тайный советник Годжинский распечатал конверт и вытащил оттуда несколько исписанных листов. Первый лист содержал инструкции от главы МИД⁹ графа фон Нирот. В правом верхнем углу стояла надпись «утверждаю», вензель¹⁰ и роспись государя. Остальные листы содержали рекомендательные письма. Пока Казимир Годжинский читал документы, курьер стоял у дверей. Текст документа от графа фон Нирот гласил, что тайному советнику Годжинскому следует отбыть в те Европейские страны, где работают послы Панамского королевства, там вникать в суть работы послов с местными властями. В каждой стране не более двух месяцев. По окончанию стажировки вернуться в Панаму в распоряжение действительного тайного советника графа фон Нирот. Рекомендательные письма были скорее адресованы послам, но с визой государя. Казимир Годжинский как умный человек сразу догадался, что его карьера пошла вверх, однозначно он будет первым заместителем министра иностранных дел. Годжинский поднял взгляд на курьера.

– Представьтесь, старший лейтенант, – велел Годжинский, разглядев нашивки на рукаве у офицера.

– Старший лейтенант Диего Эррера, сотрудник тайной службы. Прислан к вам для организации силовой поддержки, пока будет идти ваша стажировка, моя задача вербовка агентов. Вместе со мной прибыло шесть человек, все к вашим услугам, – отрапортовал Эррера.

– А где посол? – задал напрашивающийся вопрос Казимир.

– В порту, оформляет все положенные документы, должен подъехать с минуты на минуту. Я его опередил, совсем немного, – ответил старший лейтенант тайной службы.

Действительно, пока разговаривали Годжинский и Эррера прибыл новый посол в Российскую империю. Он вошёл в кабинет Годжинского и сразу представился.

– Коллежский советник Виктор Валлет, прибыл к вам на замену, сеньор тайный советник. Родом из Колумбии, начинал на военной службе, потом работал дипломатом. В Панамском королевстве с 1773-го года, после стажировки направлен к вам, – дал короткую справку о себе новый посол в России.

– Прекрасно, в ближайшее время я запрошу аудиенцию у императрицы Екатерины Второй, где ты будешь представлен. В кратчайшие сроки мне нужно передать тебе все дела и познакомить с обстановкой, так что надо продуктивно потрудиться, – сообщил Годжинский.

Почти в течении месяца Казимир в авральном режиме знакомил нового посла с делами. Посетили Российскую императрицу, Екатерина Вторая приняла нового посла благосклонно. Диего Эррера отрабатывал агентов, которых завербовал сам Годжинский. В течении месяца посетили десять раз званые вечера. Виктор Валлет заводил новые для себя знакомства, он прекрасно понимал, что как посол будет работать с агентурной сетью, хотя с ним прибыла команда из тайной службы КГБ в количестве пяти человек. По прошествии месяца Казимир Годжинский убыл в Британию, он имел право выбора с какой страны начнёт стажироваться. Уже находясь в дороге Казимир подумал, что как только вернётся в Панаму, сразу стоит задуматься о женитьбе, пора завести семью.

Весна 1775 год. Юго-Восточная Африка. Генерал Грегг.

Генерал-майор Глен Грегг в принципе был доволен, как сложилась его личная жизнь. Он откровенно считал, что его встреча с государем была божьим провидением, а потому был верен Иоанну Первому до мозга и костей. Ещё будучи простым наёмником, Глен и мечтать не мог, что сделает военную карьеру на такие высоты. А то, что станет наместником в жаркой Африке, ему и в страшном сне не могло присниться. Но за все последние годы он привык к этой стране. За семь лет удалось достичь неплохих результатов. На десяти шахтах добывают золото, на двух шахтах добывают алмазы, а ещё на пяти шахтах добывают редкие руды по приказу короля Иоанна Первого. Всю свою жизнь Глен считал себя одиночкой. Зачем жениться наёмнику, если тебя в любой момент могут убить? Но в последние годы Грегг задумался о том, что пора завести семью. Возраст перевалил за четвёртый десяток. Сам Глен Грегг по роду племени был из шотландцев. Несколько лет назад, за выпивкой бутылочки рома, он разоткровенничался перед одним из капитанов, что возили ценный груз из Африки. Глен заявил, что если решит жениться, то обязательно на шотландке. Каким образом это высказывание дошло до Билли Джекинса неизвестно. Но именно он посодействовал, чтобы в Африку прибыл горный инженер, Грегор Хендри, для организации шахт по золотодобыче, и этот инженер оказался самым настоящим шотландцем. Грегор Хендри привёз с собой семью жену и двух дочерей, Норма и Сондра. Как гостеприимный хозяин генерал Грегг пригласил инженера на ужин, там он и познакомился с семьёй Хендри. Девочки тогда были совсем юными, и генерал совсем не обратил на них внимания, привык пользоваться услугами женщин из борделей. Однако шли годы дочери Хендри подрастали. Увидев в очередной раз Норму Хендри, а девушка подросла и расцвела, Глен Грегг потерял покой. Чтобы жениться Глену требовалось испросить разрешение у короля. Имелся такой указ государя, который он подписал, ещё будучи герцогом, Иоанн Антонович утвердил указ, в котором говорилось, что военные и государственные чиновники должны получать разрешение на женитьбу. Офицеры начиная с чина майор, чиновники с чина коллежский советник получают разрешение у самого короля. Все, кто чином младше могут испросить разрешение у вышестоящего начальства. Как и положено Глен Грегг отправил письмо лично государю, Иоанн Первый дал своё разрешение. Летом 1774-го года Глен Грегг посватал Норму Хендри, а родители дали своё согласие. В конце осени сыграли свадьбу. Генерал Грегг обзавёлся восемнадцатилетней женой, которая была его моложе на двадцать шесть лет. Но такой факт ничуть не смущал генерала. Да и внешне Глен Грегг выглядел молодцом, спортивная фигура, загоревшее на солнце кожа. Опять же по указу короля Панамы, все военные обязаны поддерживать спортивную форму и раз в два года сдавать норматив. Попробуй не сдай, враз лишишься должности и попадёшь служить в заштатный гарнизон. К весне стало понятно, что молодая жена генерала ждёт ребёнка, что невообразимо обрадовало Глена Грегга.

Что касаемо службы, то и здесь генерал Грегг достиг немалых успехов. Португальцев постепенно выжили с этих мест, создав им невыносимые условия. Сейчас на этом месте вовсю развивается город, которому дали название Мапуту, по названию местной реки, которая впадает в залив. Да и сам залив помечают на картах, как залив Мапуту. С прошлого 1774-го года эти территории числятся, как колония Азиато-Африканской компании, а сам Глен Грегг считается наместником своего короля в Юго-Восточной Африке. Выстроен достаточно большой посёлок Йоханнесбург. От Мапуту до Йоханнесбурга построена дорога. Уже насколько лет, как стартовала золотая лихорадка в местах Витватерсранд. Эта горная цепь переводится, как «Хребет белой воды». Для охраны таких больших территорий требуются войска. Начинал Глен Грегг с одной роты, потом полк, далее три полка и четыреста пятьдесят выпускников из кадетов, которых сформировали в 1-й Африканский Экспедиционный корпус. А с 1773-го года сформировали 2-й Африканский Экспедиционный корпус, личный состав в количестве четыре тысячи пятьсот человек, в том числе офицеры, медики и обеспечение тыла¹¹. В команды обеспечения тыла входили не только военные, но и вольнонаёмные. В том числе использовали рабов. На границах ставили форты, которые скорее походили на каменные крепости. Заместителем у Глена Грегга служит Роман Пятков, который дослужился уже до полковника. Командир 1-го корпуса полковник Дойль Каннет, командир 2-го корпуса испанец, полковник Франко Дорадо.

Утром генерал Грегг прибыл на службу, но не успел дойти до своего кабинета, как его перехватил заместитель полковник Роман Пятков. Генерал кивнул на свой кабинет давая понять, что поговорят внутри, Пятков возражать не стал, войдя вслед за своим начальником.

– Ну что у тебя, Роман, а то мне ещё отчёты проверять, приготовленные для государя, – Глен поторопил своего заместителя, усаживаясь в кресло за рабочим столом.

– Да у меня скорее личное, если это уместно, – начал говорить полковник Пятков.

Обращались друг к другу давние сослуживцы по именам, если поблизости не было подчинённых. Грегг отметил, что в испанском языке всё меньше слышится акцент, который ещё три года назад резал уши.

– Я хотел посоветоваться. Три дня назад в гостях у инженера Хендри… В общем нравится мне его младшая дочь Сондра…, – Пятков явно смущался.

Грегг засмеялся, чем ещё больше смутил своего сослуживца и друга.

– Выкладывай, старина Роман, чем ты таким маешься, что блеешь как онемевший барашек.

– Хочу посвататься к Сондре, больно она мне по душе.

– Деваха красивая, ничуть не хуже моей жены. Вот только молода она, ей сейчас шестнадцать только исполнится. К тому же тебе следует испросить разрешение у государя, не забывай.

– Ну значит обручиться надо, а то её быстро у меня из-под носа уведут, – решительно заявил Роман Пятков.

– Похоже тебя конкретно приспичило, брат. Уверен, что готов к семейной жизни?

– Чувствую, что легла на сердце девушка. Как думаешь, её родители не будут возражать?

От вопроса своего друга Глен вновь рассмеялся, но для себя решил, что при удобном случае осторожно разведает обстановку у тестя. Уверив своего заместителя, что начинать следует с прошения государю и выпроводив того за дверь, Глен Грегг вернулся к отчётам. Следовало проверить, что подготовил адъютант, прежде чем отправлять пакетом королю Иоанну Первому.

Из отчётов становилось ясно, что добыча золота в месяц держится на уровне четыреста пятьдесят килограмм в среднем. Порой планка повышалась, когда попадалась богатая жила. При плавлении в слитки вес терялся, так как драгоценный металл имел способность частично сгорать. Тем не менее королевство постепенно увеличивало свой золотой запас. Вместе с этим богатела Испания. Чистого золота в Испанию отправляли чуть меньше, так как испанцы пожелали получать товары из Азии. В начале весны до генерала дошла весть о том, что Панама выкупила часть испанских долей в Азиато-Африканской компании. Причину такого поворота Грегг не знал, да и не заморачивал себе голову такими вопросами. Есть король, есть Правительство, вот пусть у них и болит голова что, куда и сколько отдавать или выплачивать. У генерала Грегга и своих забот хватает. Дружба с самыми сильными племенами аборигенов только крепла. Глен Грегг приказал организовать дополнительную кузницу, где готовили металлические изделия для чернокожих племён. Но основным товаром стал хлеб, точнее зерно, а ещё рис, который везли из Азии. В Африке вообще непросто заниматься земледелием в связи с жарким климатом. В горных районах такое практически невозможно. Ну и сами воинственные племена считали для себя унизительным пахать землю и что-то там сеять. Их предназначение быть воинами. Чем без зазрения совести пользовался Глен Грегг. Когда генерал-майор Грегг объявил вождям Пунга Гумеде, Ндаба Зулу и Джама Нтобела, что рабов требуется меньше, чернокожие короли выразили недовольство. Но Глен Грегг сделал им предложение, от которого они не отказались.

– Не пора ли вам, друзья начать ходить в дальние походы? На Восточном побережье есть золотоносные районы, а ещё есть места с богатыми залежами алмазов. Но не это главное. Вам стоит задуматься о том, чтобы поработить местное население и португальских колонистов, если вы конечно считаете себя настоящими воинами, – таким образом Грегг подогревал алчность вождей.

– Может случиться большая война, много воинов погибнет, – заявил Пунга Гумеде, остальные закивали головами, соглашаясь.

– Вы завоеватели или бабы возле котла, в котором варится каша? С каких пор воины стали бояться пастухов, может вам самим пора начать пасти рогатый скот? – подкидывал новые провокационные вопросы Грегг.

В общем впечатлил вождей, как выяснилось позже они организовались в одну большую армию и пошли завоёвывать племена Центральной Африки, но с условием, что «белый генерал» будет по-прежнему покупать рабов. «Белым генералом» аборигены называли Грегга. Глен согласился, но за полцены. Когда чернокожие вожди удалились, Глен сел писать письмо государю. Так мол и так, появилась возможность отобрать колонию у португальцев, ну а самим туда влезть. Но для этого нужны солдаты и колонисты. С ближайшим кораблём, который шёл с товаром в Панаму, Глен Грегг отправил отчёт о своей службе и письмо с предложением о захвате побережья в Центральной Африке.

Интерлюдия. Испания, Мадрид. Граф Аранда.

Педро Пабло Абарка де Болеа, а по-простому граф Аранда, находился в прекрасном расположении духа. Планы, которые задумал граф сбывались. Аранда наладил прекрасные отношения с графом Флоридабланка, который поддерживал в реформах по земледелию, оказывая своё влияние на короля Карла Третьего. Граф Аранда по сути своей был патриотом, но ни разу не являлся бессребреником¹². Полгода назад графу Аранда сделал предложение панамский посол Ирвин Грегор, от которого граф не отказался.

– Ваша Светлость, у меня есть предложение поставлять товары из Азии по более низким ценам, товары пользуются спросом – это специи, шёлк и прочие ткани из Индии и Империи Цин, – начал разговор о деле посол Панамы.

– Раз вы заговорили об этом со мной, то явно что-то требуется от меня, – граф Аранда вопросительно смотрел на посла.

– Попробуйте убедить своего короля, что есть необходимость выкупить у Испании часть акций Азиато-Африканской компании.

– Такое невозможно, я даже говорить с королём не буду на такие темы. Карл Третий увлечён воплощением в жизнь реформ, – сразу пошёл в отказ Аранда.

Ирвин Грегор взял лист бумаги, перо и написал на листе цифру «200».

– Поясните, что это? – не понял граф.

– Килограммы золота в слитках вам. А ещё совет, который мне подсказал Билли Джекинс, вы прекрасно с ним знакомы. А он большой мастер создавать богатства. Вы получаете товары по ценам ниже, чем средняя цена по Европе. У себя в Испании создаёте союз из торговцев, они будут закупать товар по такой цене и продавать по нормальным ценам. Но вы в союз вводите государство, Испания забирает пятьдесят процентов от прибыли в казну. В результате, казна Испании в плюсе, а торговцы под вашим контролем, – играл свою роль соблазнителя посол.

– Сколько же вы хотите акций? – немного подумав, спросил граф Аранда.

– Сейчас у Испании тридцать процентов акций, мы хотели бы выкупить половину. И ещё. Дополнение к договору предусматривает продажу новых кораблей с ваших верфей. Скажем, пусть будет каждый третий корабль для Панамского королевства, – дополнил свои желания посол.

– Не знаю, я не готов дать ответ сейчас, – неуверенно произнёс граф.

– Сейчас и не надо. Я приготовил расчёты, из которых сразу видно, что уже через полгода поступления в вашу казну увеличится, – добавил посол, пододвинул папку с расчётами по столу в сторону графа.

Граф Аранда не просто изучил расчёты, он решил взять себе в союзники графа Флоридабланка, который занимался внешней политикой, но мечтал о реформах в земледелии. Вдвоём им удалось убедить Карла Третьего. Уже через полгода стало ясно, что доходы в казну увеличились почти в два раза. Король даже смог отменить некоторые обременительные налоги, установлена свобода хлебной торговли. В крупных городах чистили улицы от мусора и грязи, строили парки и скверы в Мадриде. Такой подход приводил состояние короля почти в эйфорию. А рейтинг графа Аранды и графа Флоридабланка вырос сразу на несколько пунктов. Кроме этого, началась реформа земледелия. Ну а то, что граф Аранда получил от неизвестных лиц двести килограмм золотыми слитками, то кого волнует такая малость. Потому имелась у Аранды причина чувствовать себя патриотом, но при этом не забывать себя любимого. Что важно при таком подходе – не требуется воровать из казны.

Лето 1775 год. Панамское королевство. Иоанн Антонович.

В апреле случилась важная новость, у меня родился второй сын, назвали Павлом. При чём имя выбирала Мария, у нас с ней такая договорённость имелась, я не возражал, пусть будет Павел. Три дня гуляли по всей столице, столько же праздновали по всему королевству. Я доволен, два сына всегда лучше, чем один. Время здесь и сейчас такое, что малые дети бывают умирают, так и без наследника остаться можно. Но, слава богу, мои растут без проблем со здоровьем. Мария здоровье восстанавливает, я по-прежнему не посещаю её покои. Иногда выезжаю на островную резиденцию, там есть кому «спустить пары», точнее есть с кем. Хотя от привезённого гарема турецкого паши остались только два десятка молодых женщин, остальных берут замуж мои подданные, да ещё и считают гордостью для себя. Но не всё так хорошо в моём королевстве, некоторые планы сбываются только частично. У медиков в лаборатории антибиотик не получился, что этому мешает мне пока не понятно я не учёный и что-то умное подсказать не могу. Сейчас вновь и вновь проводят медицинские исследования. Хотя отрицать не буду, мне хочется верить, что у индуса получится добиться успеха. Ещё бы иглы для шприцов сделали более тонкими. Над этим работают златокузнецы, только они могут выполнять тонкую работу, связанную с такой задачей, как игла для шприца. Сам шприц сделали на стекольном производстве. Но без нормальных игл он бесполезен. В конце весны я собрался объехать своё королевство, посмотреть, как живут мои подданные, соответствует ли реальность с теми докладами, что преподносят мне чиновники. В конце апреля собрал всех чиновников Правительства и наместников, а по-новому губернаторов. Объявил указ о создании Государственной думы. Принцип работы прост. Объявляется Созыв Государственной думы. Думские дворяне что-то решают или принимают проект какого-либо закона, подают на утверждение королю. Король в свою очередь утверждает или отклоняет решение думы, ну или возвращает думским чиновникам на доработку. Что-то вроде боярской думы получилось, только там бояре заседали постоянно, а меня в период Созыва. В остальное время трудятся на своих местах. Например, губернаторы в губерниях или члены правительства в своих министерствах.

Перед самым отъездом решил посетить строительство канала, с собой взял Милославского.

– Фёдор Сергеевич, ты готовишь себе приемника? – спросил я наместника во время пути.

Ехали мы в коляске, так как мой родственник староват уже для езды в седле.

– А чего мне его готовить? У меня заместитель полковник Фридрих Либус прекрасно справится, он уже сейчас большую часть обязанностей тянет. Я ещё в прошлом году не зря хлопотал перед тобой о присвоении ему чина тайный советник, ты же сам мне его в заместители поставил, – ответил мой наместник и глава Правительства.

Фридриха Вильгельм Либуса, колониста из Пруссии, я действительно знал хорошо. Начинал пруссак моим заместителем отряда наёмников в Огайо. Было это ещё десяток лет назад, а кажется, что целая жизнь прошла. Фридрих Либус служит мне верой и правдой, есть у меня уверенность в нём. Вполне достойная кандидатура, чтобы заменить моего родственника. Пока ехали обсудили железную дорогу.

– Надо начинать строить вторую ветку из столицы в Портобело. Грузопоток растёт, а много составов опасаюсь запускать, – пожаловался Милославский.

– Ну и чего не начинаешь? Или во всём нужен королевский пинок, чтобы дело сдвинулось?

– Нехватка кадров. Я уже обратился к графу фон Нирот, чтобы они через пункты вербовки колонистов занялись вербовкой инженеров. Не снимать же мне людей со строительства ветки из столицы в Боготу, ты мне враз голову с плеч снимешь, – после этих слов Милославский покосился на меня.

– Ты, Фёдор Сергеевич, из меня монстра не делай. Но здесь ты прав, будешь задерживать сроки строительства железных дорог, я расстроюсь и огорчусь, – ответил я, улыбнувшись, но отвернулся, чтобы Милославский моей улыбки не видел.

Железная дорога Панама-Портобело действительно построена в одну ветку. Длина всего пути на этом участке сто шесть километров, можно было и короче, но прямых дорог не бывает, тому причиной как правило рельеф местности. Через каждые десять километров станция, где встречные паровозы спокойно разъедутся. Здесь машинист может пополнить запас воды в котёл и уголь добавить, если есть потребность. Кроме этого, на станциях вышки поставлены для световых сигналов, мы их назвали семафорами. Сидит на такой вышке сигнальщик и подаёт световые сигналы о идущем составе паровоза. Встречный состав пережидает на станции. Пока такой порядок. Я когда-то для кораблей ввёл систему световых сигналов, за основу взял азбуку Морзе из моей прошлой жизни. Здесь меня никто не спросит откуда и что я беру, так что пользуюсь, не испытывая мук совести. Кстати, о световых сигналах на кораблях. Недавно узнал, что не особо распространяется эта система в другие страны. Секретов я из своей системы не делал, но мне стало любопытно в чём причина. Дал поручение Крыжову, чтобы разузнал. Оказалось, что сами капитаны кораблей с другими капитанами не делятся, хранят подлецы в секрете. Нет, безусловно постепенно всё равно просочится в массовое применение, н пока вот так обстоят дела. В обслуживание станции входит станционный смотритель, он же обходчик путей, охрана, что-то вроде караула, и сигнальщики. Правда сразу стали появляться постоялые дворы, скорее пункты питания. Не на всех станциях, но на некоторых уже есть. Пассажирский состав ходит два раза в сутки. Хотя составом называть слишком громко сказано. Два вагона пассажирских и восемь грузовых. У грузового состава десять вагонов грузовых. В дальнейшем могут быть изменения, ведь дело-то новое.

Дорога к месту строительства канала имелась, успели проложить, но не капитальную, а чисто грунтовая. Когда я начал строительство канала чуть раньше срока, я хотел задействовать нашего королевского архитектора Джованни Антонио де Росси, к тому же он сам рвался попробовать свои силы. Росси таланливый архитектор, но его талант распространяется в основном на здания и сооружения, которые получаются действительно бесподобными. Один только мой дворцовый ансамбль чего стоит. С проектом канала у него немного не заладилось. К этому времени инженер-изобретатель Джеймс Бриндли заканчивал свои работы на Суэцком канале. Узнав о том, что я планирую строить новый канал в своём герцогстве, Бриндли сам стал просить разрешение на участие в этом проекте, даже цену готов снизить за свои услуги. Мне понятны причины такого рвения, после строительства Суэцкого канала репутация Бриндли выросла почти до небес. Но два подобных проекта делают его поистине знаменитым на весь мир. А изобретатели такой народ, которым не чужда тяга к мировой славе. Я дал своё согласие, замечу, что не зря. Джеймс Бриндли ознакомился с начальным проектом Росси, сразу нашёл десяток ошибок. В общем во главе строительства я поставил Бриндли. Чтобы Росси не обижался, предложил ему построить два дворца.

– Сеньор де Росси, в районе устья реки Чепо хочу построить дворцовый ансамбль, назову его Александровским, будет подарок наследнику. Кроме этого, в подарок моей жене на острове Табога следует построить зону для отдыха, с дворцами, оранжереями и прочими пожеланиями моей супруги, об этом она расскажет сама. Удивите меня своим талантом, да так, чтобы во всём мире не было ничего подобного, – сделал я тогда предложение нашему архитектору.

Впечатлил Джованни Росси, ну и пусть себе работает, парень-то он очень даже неплохой и точно талантливый. Ну а каналом пусть занимается более приземлённый Бриндли. Уже на подъезде к строительству стало заметно, что здесь работа кипит. Порой я не вникаю в некоторые мелочи, для этого есть ответственные люди. В данный момент за строительство канала отвечает Милославский.

– Фёдор Сергеевич, можете мне назвать предварительные сроки окончания строительства?

– Сложно сказать, государь. Уже сейчас на строительстве работает более ста пятидесяти тысяч человек. Сейчас рабочие более опытные, но три-пять лет будем возиться не меньше, даже добавив ещё людей. Такого масштаба стройки не строились нигде в мире. Ваша воля сделать на канале шлюзы, хотя Бриндли говорит, что по-другому бы не получилось. Не знаю, не берусь обозначать сроки более точные, – осторожно попытался отговориться Милославский.

Я не стал далее развивать тему со сроками окончания строительства. Прекрасно понимаю, что стройка сама по себе для этого времени грандиозная. Особенно заметно, когда приближаешься к самому каналу. Рабочие копают, а землю вытаскивают наверх в корзинах. Жуть. Я в очередной раз подумал о том, как хорошо, что я попал в тело Иоанна. Вот был бы номер, попади я в тело крестьянина или чернокожего раба. Меня аж передёрнуло от такой мысли. Я некоторое время понаблюдал за людским «муравейником», в данный момент почему-то приходило именно такое сравнение, собрался уходить, но мое внимание привлёк Джеймс Бриндли, который стоял в сторонке.

– Ваше Величество, по проекту будет проводиться устройство мостов. Мне хотелось бы заранее определиться, мосты делаем из металла?

– Пожалуй да. Разве мы это не обговаривали, сеньор Бриндли? – спросил я, так как не помнил, говорили мы на эту тему или нет.

– Тогда мне нужно определиться с дорогами, в том числе с чугунной дорогой. Нужен план развития, скажем лет на пятьдесят вперёд ну и сами конструкции мостов, – сообщил мне изобретатель.

– Этот вопрос обсудите с Фёдором Сергеевичем, думаю мы за пару месяцев определимся с дорогами, в том числе с железной дорогой, – ответил я, переведя «стрелки» на своего родственника.

На обратном пути я размышлял над тем, что Бриндли совершенно прав, надо планировать на десятки лет вперёд, а я всё ещё не могу настроиться. Кому бы поручить такое важное дело, а самому изъявить только свою волю? Хотя чего я голову ломаю? Рядом со мной едет фактически второе лицо в королевстве. Будет сам делать или поручит заместителю, моё дело спрашивать о результатах. Эх, хорошо всё же порой быть королём. Хотя мне Крыжов докладывает, что меня в Европе считают малохольным, то есть немного не в себе. Мне на мнение европейских монархов плюнуть и растереть надо бы по-хорошему. Но я сделаю по-другому. Кто у нас там сейчас правит в Пруссии? Если память не подводит Фридрих Второй, а он очень любит завоёвывать территории, а главное воевать умеет. Вот и подумаем, как его подтолкнуть, чтобы он начал кошмарить¹³ всю Европу. Если денег надо, то дадим в кредит, а остальное он сам доделает. Королю Пруссии точно нужны жизненные пространства, а именно территории. Уже на подъезде к столице, я огорошил своего родственника вопросом.

– Фёдор Сергеевич, что ты думаешь о том, чтобы присоединить к моему королевству Новую Испанию?

– Да бог с тобой, государь. Мы же сразу поссоримся с Карлом Третьим. Не думаю, что Испания согласится отдать нам своё вице-королевство, – было такое впечатление, что я здорово удивил Милославского.

– Они эти территории так и так потеряют, не завтра, конечно, но неизбежно. Контролировать колонии через океан очень неудобно. А нам будет очень даже кстати.

– Ну не знаю, непросто такое провернуть. Если покупать, то очень большие деньги запросят.

– Купить это самый простой способ. Ты, Фёдор Сергеевич, как старый интриган придумай как такое провернуть. У тебя же получилось с Новой Гранадой. В общем даю тебе на подумать год, смотри не затягивай, – выразил я свою волю, а мысленно улыбнулся, имелась у меня уверенность, что он со своими приятелями выдаст нестандартное решение.

Когда прибыл во дворец, встретил в парке своё семейство. Мария гуляла с сыновьями, ну не одна, естественно, куча нянек и охрана. Сама Мария сидела в обществе фрейлин, и они мило о чём-то беседовали. Я подошёл, подержал на руках малого, потом взял на руки наследника, покружил и отпустил играть. Подошёл к Марии, поцеловал ей ручку, потом чмокнул в щёку. Извинился, что не могу присоединиться к их милым сплетням и направился в фехтовальный зал. Я старался не пропускать тренировки, поддерживая тело в тонусе, а мастерство на уровне профессионализма фехтовальщика. Сегодня провёл бой с двумя противниками, потом с тремя. Уже собрался было пойти в борцовский зал, как меня перехватил мой глава КГБ.

– Что-то случилось, Михаил Иванович, раз вы решили побеспокоить меня во время занятий по физкультуре? – спросил я, остановившись у дверей зала для рукопашных занятий.

– Имеется один пикантный момент, Ваше Величество. Хотелось бы поговорить без свидетелей, очень важно, – загадочно произнёс Крыжов.

Я кивнул своей охране, чтобы они отошли подальше и вопросительно посмотрел на Крыжова.

– Ваша горничная на островной резиденции, персиянка Аниса беременна, срок три месяца. Так мне доложил медик Бихара Каннур, он служит личным доктором всех дворцовых женщин. Его рекомендовал на эту должность Асур Джанвандас, пока об этом знают только я и медик, я приказал держать рот на замке.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.