Олфель Дега
Пляжный бомж

Глава 1

У нас с подругами есть традиция – гадать на Рождество. Начали ещё в школе, кидая тапки из окна, следом летели горящие свечки и на скорую руку слепленные из веток ёлки венки. Иногда мы даже попадали… В кое-кого. Но ушибленные в женихи категорически не годились. Хотя, нас тогда интересовал сам процесс, а не результат.

Родители, чья очередь была принимать нас в гостях, были не в восторге от ощипанной праздничной ёлки и пропадающих бесследно тапок. Да и пожара побаивались. Поэтому место гадания мы меняли каждый год.

Продолжили в институте. Уже более профессионально, нанося на тапки таинственные руны. Свечки мастерили сами. У кого будем магичить в этот год – решали, бросая жребий.

– Мои нас пустят, если на этот раз никто не кинет свечку в шторы, – мрачно предупредила Роза, глядя на меня.

Поёжившись, вспомнила тот момент, когда едва не устроила пожар. И достала из пакета небольшой огнетушитель. Вообще-то, я готовилась!

– Реквизит тащите с собой, – продолжила подруга, – мать велела передать, что новые тапки не отдаст. Охраняла всю ночь, чтобы я не стащила. Это надо же так не доверять дочери!

Лилия плюхнула на стол упаковку одноразовых гостиничных тапочек.

– Ну… Летают плоховато. Но если в каждый положить по грузику, то…

То у нас есть шанс хорошенько приложить по темечку очередного несчастного. Так в прошлом году мы и встретили Рому. Которого я невзлюбила с первого взгляда, но Розу он просто очаровал своей нестандартной оценкой ситуации.

– Так, девчули, на этот раз не халтурим, – велела я, не глядя на подруг, – иначе в этом году Роза снова получит гнома-матершинника, Лилька поведётся на очередного недомужика, а мне опять никто не достанется. Даже недомужик.

Роза за своего выгаданного суженого, с которым рассталась пару месяцев назад, обиделась.

– Рома не гном. Он мудак. Хотя матершинник, это да. Мать велела мелочь невоспитанную больше домой не тащить. Но клянусь, именно его я вылила из воска! Рита, твоя очередь была в этом году найти какое-нибудь гадание поинтереснее.

Выдержав паузу, я из сумки достала то, на чём мы будем гадать сегодня.

Подруги оценили сюрприз. Но не так радостно, как я рассчитывала.

– Не думала, что мы уже в таком отчаянии, – прокомментировала Лилия, – не думала, что мы женихов из потустороннего мира вытаскивать начнём.

– И как мы в них тапками будем швыряться? – продолжила Роза, похлопывая по столу реквизитом, – лучше бы ты ящик шампанского прикупила, Ритка. Вечеринку бы устроили. А с этим нам что делать?! Ладно, едем. Папа уже ждёт, отвезёт нас.

Ни ума, ни фантазии у моих девок. Но ничего. Сейчас таких парней отхватим! Пусть даже и в потустороннем мире…

Глава 2

Гадали мы уже пять лет подряд, с десятого класса. Но впервые я притащила не традиционный воск и свечи. А кое-что поинтереснее.

– Так-то мы чёртика вызывали уже, на первом курсе, – протянула Лилия, готовя место на столе, – честно, меня не впечатлило. Может, с этими таинственными штуками, которые Рита притащила, будет поинтереснее.

– Сейчас впечатлишься, – зловеще пообещала я, – у меня уже по дороге в эту глушь мурашки побежали.

На этот раз, нас пустили на дачу, которую было не жалко. Досталась в наследство от бабушки Розы. Узнав о доме, где никто не живёт, мы втроём месяц уговаривали родителей Розы пустить нас на рождественскую ночь погадать.

– Река рядом, – мрачно сказала её отец, – не замерзает, недалеко ГРЭС. Это так, на всякий случай. Печь натопил, не замёрзнете. Только не забывайте дрова подкидывать.

– Да, папа, езжай уже, – нетерпеливо сказала Роза, подталкивая его к выходу, – разберёмся.

Мы с Лилией уже осматривали дом. Отличное место для гадания, нам понравилось. Атмосферно и таинственно. Бабка Розы очень любила зеркала – они висели почти на каждой стене, создавая бесконечные галереи.

– Тапки, похоже, правда не понадобятся, – признала Лилия, – швырять их тут просто не в кого.

А мне уже не терпелось поскорее достать то, с чем я приехала. Но ещё нужно было дождаться полуночи.

Глава 3

Пока можно было осмотреться. А посмотреть было на что. Например, на русскую печь. Сунувшись туда, обрела бесценное знание. О том, что доверять моим девкам никогда больше не буду.

– Да нет тут ничего, – возмутилась я, ползая по необъятной горячей поверхности из кирпичей. Розин отец натопил печь от души, конечно. Здесь просто дышать было нечем.

– Так и табуреточки не будет, пока не найдёшь, – меланхолично ответила Лилька, которая убрала мою ступеньку подальше.

– Чтоб у моей бабки и не было – это даже не фантастика. Это миф, – поддакнула Роза, которая готовила нарезку из колбасы на широком деревянном столе.

С такими подругами и врагов не нужно! Вот две поганки! Сказали, что на печке бабка прятала самое интересное. И назначили мне, как штрафнице, которая забыла взять алкоголь на вечеринку, найти заветные бутылки. Но на печи было пусто и пыльно. И темно. Фонарик бы…

В углу зажглись, как по заказу, два зелёных фонаря. Чуть не шарахнулась с клятой печи на пол, чудом удержалась.

– Ты не ругайся, а ищи получше, – посоветовала Роза.

Из тёмного угла печки вынырнул кот. Здоровенный холёный котяра, белоснежный и толстый. На мышах, что ли, отъелся?

– Не, мышей не надо, – прошептала я, продолжая осматриваться, – бабкину заначку бы найти.

Кот мяукнул, копнул лапой в углу, где сидел. Выразительно на меня посмотрел, копнул ещё раз. Кирпич был не закреплён, качнулся с тихим стуком. Раствор, что ли, высох? Прежде чем начать уже всерьёз ругать подруг. чтобы вернули табурет на место, решила проверить, что там. Ковырнула кирпич, вынула его и увидела нишу.

– Девки, фонарик дайте, – попросила я, свесив голову с печи, – кажется, что-то нашла. И, кстати, Роза, у твоей бабки не было максимально странного кота?!

Глава 4

– У моей бабки всё всегда было максимально странное, – высказалась Роза, подавая мне фонарь, – особенно пирожки, которые она постоянно стряпала. Не рекомендую, короче. Кот бы точно на них долго не протянул. Как мы с братом выжили, когда у неё гостили – тайна для меня. Особенно я опасалась выпечки с грибами.

Ну не знаю. Этот белый котяра выглядел очень даже живым. И активно намекал, что стоит заглянуть в нишу, начал мурчать. Может, соседский кот случайно забрёл в пустой дом и не смог выбраться с печки?

Ага. И мышами питался здесь же, на печке.

Мысль о хвостатых гадких мышах заставила меня пошевеливаться. Если увижу хоть одну из этих серых тварей – спрыгну на пол без всякой табуретки. А я не кот. Точно ноги переломаю.

С фонариком лезть в нишу было не так страшно. Ну, бутылки пыльные. Доска какая-то рассохшаяся. Пучки трав. Связки грибов. Постепенно я вытянула всю бабкину заначку.

– Девки, принимайте, – позвала я сверху, спуская первые находки.

Ниша казалось бездонной. Но вроде бы после книги уже ничего не осталось. Внушительный пыльный том отправился вниз, к остальным вещам. Следом и я спрыгнула, опираясь на наконец-то заботливо подставленную табуреточку.

– Не знала, что вы такие гадюки, – озвучила своё негодование, отряхиваясь, – ну что там нашлось? Не было времени рассматривать.

А нашлось многое. Грибочки, которые Роза, понюхав, тут же опознала как ингредиент для бабулиных пирожков. Травки, видимо, были местной приправой, очень душистые даже в сухом виде. Бутыль с маслянистой жидкостью, которую так никто и не осмелился попробовать. Честно предлагали друг другу – никто не рискнул быть первым дегустатором. Книга, испещрённая записями, сделанными чернилами. И та самая доска.

– На ней пирожки лепили? – с разочарованием протянула Лилька, убирая находку в сторону.

Я перехватила, посмотрела поближе.

– Да нет. На такой не полепишь… Девчонки, это же доска Уиджи… Ну, та, из фильмов ужасов, демонов вызывать. Твоя бабуля где-то отхватила знатный атрибут для гадания. поинтереснее будет, чем свечи, которые я взяла на эту ночь.

Глава 5

Роза как-то очень странно на меня посмотрела.

– Это не бабулина. Ей подкинули, – убеждённо сказала она, – не может такого быть у моей милой бабушки, которая лепила пирожки и гонялась за внуками с крапивой.

Кто подкинул? Кот? Тогда и пирожки с грибами тоже его работа, наверное. Вон, Роза как покраснела. Чего она так заволновалась, интересно?

Лилька призадумалась. Потом, накинув на себя пуховик, выскочила на улицу. Мы переглянулись. Чего это она? Впрочем, подруга быстро вернулась.

– Точно, – сказала она, – там на заборе краской написано: «Дом ведьмы». Увидела, когда подъезжали. Я ещё подумала, это ты по приколу написала, когда было решено сюда ехать гадать.

– Никогда такой ерундой не занималась, – быстро проговорила Роза, – соседи пакостят. Врут. Всё врут.

Если она решила таким образом создать мистическую атмосферу, то ей это удалось. Ещё и собака завыла на дальнем конце деревни, как по заказу. Мы переглянулись уже с Лилькой.

– Я почти повелась, – с облегчением сказала я, с ухмылкой кивая Розе, – точно ты ведь готовила избу, нашпиговала всякими ужастиками.

– Да я после похорон бабушки не появлялась.

– Кота надрессировала и на печку засунула, доску припрятала так, чтобы её найти можно было быстро, – продолжила я, усмехаясь.

– Себя слышите, вообще? Грибочков успела грызануть, пока по печке ползала? Коты всякие мерещатся.

Мы с Лилькой расслабились. Надо же, как подруга заморочилась, чтобы нам праздник устроить. Не поленилась ведь приехать заранее, чтобы создать мистическую обстановку.

– С Розой понятно. А ты что за сумку притащила, в которую поместилось всё, кроме шампанского?

Ну, Розу мне не переплюнуть, конечно. Но я тоже постаралась. Вытянула из дорожной сумки пачки свечей и торжественно вывалила их перед подругами. Те посмотрели, но не поняли.

– Распродажа, что ли, была? Ты куда столько воска схватила?

– Зато на всю ночь хватит. И для декора, и для погадать от души, – защищалась я, – две сотни свечей – это вам не шутки.

Подруги помолчали.

– Точно не шутки, – признала Роза, – родители не зря нас домой не пустили. В прошлом году ты одной свечкой чуть дел не натворила. А сейчас две сотни притащила.

Я не слушала. Расставляла реквизит по избе, и тут же зажигала, чтобы поскорее выключить надоедливый электрический свет. Подруги пока относили скудную мебель к стенкам, чтобы было больше места, готовили ледяную воду в широком тазике и дорезали бутерброды к чаю. Такого рождественского гадания у нас ещё не было.

Доску Уиджи и старинную книгу положили на пол, в середине широкого нарисованного круга, по краям которого я расставила зажженные свечи. Тазик плюхнули рядом. Честно говоря, ходить за реквизитом по избе было лениво. Да и за чаем тоже. Лилька пристроила большой поднос с закусками и чаем поближе к себе.

– Тапки-то, тапки забыли! – спохватилась Роза, кидаясь за стопкой тряпичных тапочек. В кого их будем кидать в этом году, опять было непонятно. Не в кота же.

Кстати о коте. Животное мягко проскользило между свечами и тихонько уселось возле меня, умывая белую мордочку.

– Это кто? – хором спросили подруги, глядя на него. Роза, вроде бы, искренне удивилась.

– Ну, если верить тебе, то это мой глюк после грибочков, – отмахнулась я, поглаживая мягкую шёрстку, – если все готовы, может, начнём?

Глава 6

Все посмотрели на кота, который лёг на пол, прикрыв морду лапами с видом «Готов! Гадайте!» Странное животное, конечно, но мне нравится, пушистый и красивый. Ещё перехватят, чтобы потискать. Чтобы отвлечь от него внимание, решила похвалить подругу.

– Лилька молодец, к тапочкам догадалась мел взять. Тоже что-то новенькое, охранные круги мы ещё не чертили. Хотя когда у меня гадали, стоило бы – нечисть в виде моего братца отпугивать. Помните, как он нас перепугал пару лет назад, чёртом прикинулся, который явился за невестами? Хотя для атмосферности нам бы хватило и дома ведьмы с котом.

– Да не жила тут никакая ведьма!

Какая-то нервная сегодня наша Роза, орёт на всех. Может, переживает за дом? Всё-таки свечей правда много, как бы беды не случилось. Чтобы ей было спокойнее, сходила за своим огнетушителем, поставила возле кота, который так и застыл в одной позе.

– Мелок тут нашла, на окне, – рассеянно ответила Лилия, начиная растапливать воск в ложке над зажженной свечкой, – «Машенька», от тараканов. Но чертит очень даже неплохо.

Мне показалось, что кот сделал вид, будто закатывает глаза и падает в обморок. Но вдруг он всегда так спит?

В избе, наполненной ароматами трав и воска, была идеальная обстановка для гадания. Мистические тени дрожали по углам большой комнаты, создавая иллюзию бесконечности. Русская печь, казалось, отодвинулась куда-то далеко.

– Ладно, девы, я первая, – сказала Лилия, её воск был уже растоплен и готов.

Мы замерли, стараясь не издавать ни звука. Воск скользнул в ледяную воду, сразу застыв в причудливой форме. Лилия аккуратно подхватила его из воды, присмотрелась к тени, которую отбрасывал кусочек воска.

– Не пойму, веник какой-то, – с сомнением сказала она, прищурившись.

– Ага, и сейчас наша Лилия накаркает себе карьеру домохозяйки, – фыркнула Роза, – присмотрись, это же букет!

Я не стала говорить, что мне почудились в застывшем воске кружевные крылья дракона. Мало ли что может померещиться.

Роза стала растапливать кусочек воска, напевая тихонько нечто, похожее на славянские напевы. Надеюсь, нам не нужно подвывать в ответ, терпеть не могу петь.

И, наконец, вылила в воду воск, который тут же схватился причудливой формой.

– Эмбрион, – растерянно сказала она, вылавливая свою фигурку.

Тут уже спорить было сложно. Воск вылился в фигурку эмбриона.

Гадание пошло куда-то не туда. Но ничего, у нас гора этого воска. Ещё успеем наворожить себе что-нибудь интересное. Только петь при этом не надо. Какая-то ерунда получается. Все знают, когда гадают – должна быть полная тишина. Храп кота не считается. Слишком уж он демонстративный. Коты, вообще, способны издавать такие звуки?

– Успею вылить что-нибудь из воска, вся ночь впереди. Давайте пока спросим у доски Уиджи, бабка Розы ведьма или нет? – предложила я неожиданно сама для себя.

Кот проснулся, сел с видом: «А можно не надо?» И из девчонок меня поддержала только Лиля. Хотя и Роза, вяло посопротивлявшись, махнула рукой.

– Всей деревне доказывали, что бабуля не ведьма, когда те хотели её сжечь после смерти. Теперь вы ещё добавились? Давайте. Только с условием, что вы соседкам утром расскажете, что всю ночь здесь провели, никаких ведьм не видели. Эти тётки уже с рассветом на заборе висеть будут, ждать, пока мы выйдем, вот увидите.

Глава 7

Разрешение от внучки было получено. Кота никто не спрашивал. А зря. Он перестал притворяться, что спит, и всеми лапами вцепился в доску, белым злобным шаром шипя на нас всех.

– Ритка, забирай своего любимца, – дрогнувшим голосом сказала Лилька, которая успела поставить на доску деревянный указатель-планшет с отверстием посередине, после чего атрибут гадания оккупировал кот.

Ну конечно. Кто полезет на горячую печь? Ритка. Кто будет трогать бешеного кота? Ритка. Может, попробуют что-нибудь сделать сами?

Спор закончился, даже не начавшись, когда Роза повела рукой над котом. Того как ветром сдуло, но за пределы круга он так и не ушёл. Сжался на самой границе в комок, утробно урча.

– Положите руки на планшет, – монотонно сказала Роза, не поднимая на нас глаз.

Мы переглянулись. Но послушались, как будто в трансе, прикоснулись кончиками пальцев в дощечке.

Роза начала передвигать планшет по доске.

– Надо будет узнать у неё телефон маникюрши, – шепнула мне Лилька, заворожённо наблюдая за процессом.

– В смысле? – не поняла я, стараясь успеть за подругой.

– Она кончиком ногтя двигает тяжёлую доску. Вот это укрепление! Не то, что у меня – после первого же мытья кастрюли весь дизайн поотлетал…

А и правда, казалось, Роза не прикладывает ни малейших усилий, а планшет порхает по доске сам собой. Я точно не собиралась ничего двигать. Да и руки хотела убрать, но ладони онемели, будто в ледяной воде побывали. Однако отлепить их от планшета просто не могла. Гадская вещь, казалось, двигалась самостоятельно, намазанная при этом суперклеем. Роза, похоже, предусмотрела всё.

– Кто-нибудь читает, что там нам бабка Розы показывает? – спохватилась Лилька, отвлекаясь, наконец, от маникюра подруги. Решила поддержать спектакль. Зря что ли, Роза старается, страшные рожи корчит. Я ей потом скажу, что не быть ей актрисой, пусть учится дальше на своём юридическом факультете. И ужастики поменьше смотрит. Таких рож у призраков не бывает.

Я точно не читала суматошно мелькающие буквы. Всё это время пыталась оторваться от доски. Пока не получалось. Тени за пределами круга сужались всё плотнее. Кот добавлял свою лепту, истошно воя, лежал на брюхе, поджав под себя лапы и спрятав морду куда-то под живот.

Роза не отвечала. Она продолжала свои славянские напевы, голос был всё громче и громче, планшет метался по доске, взбесившись. Мы с Лилькой уже всерьёз пытались оторваться от доски. И когда у нас это получилось, повалились на спину, чудом не угодив в горящие свечи. Одну я-таки уронила. И, подорвавшись, схватила огнетушитель, сорвала чеку и залила начинающийся пожар пеной. К сожалению кота, он оказался в самом эпицентре огня. Но я его вовремя потушила. Мог бы и не орать так заполошно. Всего-то усов лишился.

Подруги начали шевелиться, поднимаясь с пола и во все глаза глядя на то, что было у меня за спиной.

Глава 8

Но возмущения оскорблённого кота отошли на второй план, когда я проморгалась окончательно. И поняла, что гадания завели нас куда-то совсем не туда. Ну, или мелок «Машенька» был особенно токсичным, и действовал не только на тараканов.

Вот сколько лет мы гадали – а таких изумлённых мужиков впервые встретили. Помнится, в прошлом году валенки швыряли из окна. Так прохожий только спасибо сказал. Надел вместо своих драных ботинок и быстренько ушёл, пока за ним не погнались, чтобы отобрать хорошую обувь. Папа Лильки, правда, так сильно потере не радовался – как раз на даче в этих валенках хотел снег почистить.

– Геральт, ты точно в агентстве наши требования обозначил? – с сомнением сказал блондин, обращаясь к брюнету, – нам нужны были три пожилые ведьмы, со стажем в домовой магии. Без вредных привычек, домашних демонов и подселенцев. Они же сделали всё с точностью наоборот! Это что, вообще, прибыло на Зов?!

– Да, Геральт, что за безобразие? – решила за компанию наехать на брюнета Лилька. От шока, видимо, – вломились к девушкам в избу, накачали какими-то галлюциногенами, даже чаю не предложили… Роза, твои знакомые?

Роза только оглядывалась, пребывая в каком-то гипнотическом состоянии.

– Ничего не помню, – пробормотала она, – где папа?

Да что такое, на самом деле? Вроде всегда нормальная была.

– Роза? – удивлённо протянул рыжий, хмурясь на нашу невменяемую подругу, – что за имя для ведьмы? Или вы цветочные феи?

Мужчины стояли, не переступая границы круга. Мы трое, наоборот, прижались друг к другу, не делая попыток выйти. На что уповали – непонятно. Видимо, на охранную силу «Машеньки». Сравнивать красивых парней с тараканами было сложно, но я старалась.

– Да ну, – заспорил с рыжим блондин, – цветочные феи никогда с котом обниматься не будут. У них же у всех аллергия на шерсть. Скорее всего, настоящие имена – Злыдня, Кровавая Мэри и Та Ещё Штучка.

Я не обнималась с котом! Это он обхватил мою ногу, передумав скандалить и испуганно глядя на мужчин за пределами круга.

– Роза, Лилия и Маргаритка, – рявкнула Лилька, нахмурившись. Она даже в токсикологическом отравлении не желала быть Злыдней.

– Маргарита Сергеевна я, – представилась более официально, выпрямившись и пытаясь столкнуть сопротивляющегося кота с ноги, – будущий педагог вообще-то. Можно и повежливее называть.

Парни переглянулись.

– Понятно, принесли боги чокнутый букетик из ведьм перед открытием Школы, – пробормотал блондин, – точно братец напакостил, больше некому такой подарочек послать. Мог бы драконий корень отправить, не заморачиваться с девками.

Так. Кажется, мы не с того начали. Но с гаданием лично я точно завязываю надолго, если не навсегда. Лучше бы я пожар устроила, а не это вот всё…

А. Точно. Пожар я тоже уже устроила. Подпалённый кот, воняющий горелой шерстью, тому доказательство.

Как бы теперь парням объяснить, что вечеринка закончена, и пусть возвращают нас, откуда взяли? То, есть, в избу Розиной бабули?

Глава 9

– О-о-о, девы, а вечер перестаёт быть скучным! – оживлённо сказала Лилька. Я в это время судорожно задувала оставшиеся свечи, решив, что пожара на сегодня нам достаточно.

Роза, как болванчик, кивнула головой и распотрошила пакет с тапками.

– Не оборачивайся, просто кидай за спину, – приказала она мне, вручая одну пару белых тапочек.

Я еле поймала, нахмурившись на темноту. Не знаю, что успели рассмотреть подруги, пока свечи не оказались потушенными. Но тапок послушно бросила.

В это же время зажёгся яркий свет. С непривычки зажмурилась, протирая глаза. И только через несколько секунд смогла разлепить веки, осмотреться. Не знала, что в деревенской избе такие мощные люстры!

Мы сидели в нарисованном мелком от тараканов широком кругу, за пределами которого стояли несколько мужчин. У их ног лежали брошенные нами тапочки. Моя пара досталась блондину ошарашенного вида. Не каждый день, видимо, ему тапками прилетает. Хотя пусть скажет спасибо, что не огнетушителем. А ведь был порыв отбросить пустой баллон в сторону.

– Надо же. Так вот как выглядит Аццкий Сотона, – восторженно сказала Лилька, всматриваясь в брюнета, возле которого приземлилась её пара тапочек, – я решила по приколу его вызывать, пока Роза водила планшетом по доске Уиджи. Кстати, заметили, как она швырнула тапками в того рыжего парня? Как в тИре, в грудь и в лоб одновременно контрольным.

– Где мы? – задала осознанный вопрос Роза, оказавшаяся на противоположной стороне круга, – вроде только недавно к папе в машину садились? Уже доехали?

Уже приехали. В средневековый готический зал, полный странных мужиков, которые удивлённо на нас пялятся. Вымоченный в пене кот, вместо благодарности, что его потушили, стоял напротив меня, злобно выгнув спину и отчаянно шипя. Да я уже и так поняла, что не надо было его спасать!

Глава 10

– В понедельник нам на учёбу, – вдруг вспомнила Лилька, – это было весёлое приключение, конечно. Но программа-минимум у нас выполнена в этом году. Свечки пожгли, тапками пошвырялись, и даже попали в кое-кого симпатичного…

Парни переглянулись.

– В меня попали тапком, – признался брюнет, подмигнув Лильке, – и я симпатичный.

– Но если вы думаете, что это поможет вам выиграть лучшие условия в Школе, можете сразу об этом забыть, – сурово предупредил рыжий, – всё правильно, в понедельник начинается учёба.

– Будем работать с тем, что прислали из агентства, – со вздохом сказал блондин, отпинывая мою пару тапок в сторону.

Странно – лёгкий тапочек даже не пошевелился. Зато блондин, взвыв, схватился за ногу и отпрыгал в сторону.

Неженка такой. Что у него вместо костей? Пух? Тапочек явно победил в битве с ним.

Из списка потенциальных женихов я его вычёркиваю. Хотя, если честно, списка как такового не было. Вот и не будем начинать.

– Кхартова магия, – с восхищением сказал брюнет, наклоняясь над тапком и пробуя сдвинуть его с места.

Безуспешно. Будто чугунную глыбу пробовал поднять. Тут уже Лилька разочарованно вздохнула. У парней мускулы рубашку едва не рвут. Но впечатление обманчивое. С тряпкой не справились оба. Мы заинтересованно повернулись к рыжему. Даже кот решил отлепиться от меня, и начал умываться, откашливая пену с шерсти.

– Я пас, – поднял руки рыжий, – тапки впитали явно что-то посильнее, чем моя магия, когда волшебный круг вас сюда перебрасывал.

– Кхартова магия, – брюнет, похоже, никак не мог переключиться на что-нибудь другое, – Ринс, ты же директор Школы, реши что-нибудь. Чёртовы неподъёмные тапки раскиданы по всему холлу.

Блондин перестал несолидно для директора подпрыгивать.

– Ведьмы раскидали, пусть ведьмы и собирают, – прошипел он, почему-то злобно глядя на нас, – если не соберут… На выходные в течение года могут не рассчитывать. И штраф на всех троих. И кота!

Кот прекратил умываться, отхаркивая шерсть и вздыбил остатки пушка на загривке с видом: «А кота-то за что?!»

– Ты! – прошипел директор нашего коллективного глюка, и прошил воздух пальцем в моём направлении.

Я тоже недоумённо показала на себя, оглядываясь.

– Как секретарь-домоправитель, отчитаешься о проведённой работе по приведению в порядок холла Школы к вечеру.

– Ты!

Мы проследили за длинным пальцем, который показал на Розу.

– Как ведьма-повар, готовишь ужин. Пока на троих. Кухня – там! Стейки с картошкой, самое простое! Заклинания третьего уровня не использовать! Ингредиенты брать только не магические! Вообще на магический склад нос не совать!

– Секундочку, я записываю, – отозвалась Роза, – стейки магические, картошка третьего уровня… Нос на склад не совать, загребать ингредиенты строго ногами…

– Ты!

Блондин показал на Лильку, которая осталась без задания. И, кажется, очень старался придумать ей должность.

– Нам ещё нужна была домовая ведьма, пылюки за лето развелось видимо-невидимо, – подсказал Геральт, щурясь на остолбеневшую Лилию.

А я вспомнила, что та вылила из воска. То ли веник, то ли букет. Всё-таки, веник…

– Как домовая ведьма приготовишь Школу к приёмке. Начнёшь с моей спальни!

В смысле?

Геральт тоже заволновался.

– Сначала с моей комнаты пусть начнёт! Там столько сюрпризов после каникул. Один пугач под кроватью чего стоит. Я там спать без домовой ведьмы отказываюсь.

Глава 11

– Девчули, на совещание, – прошипела Лилька, сгребая нас в ещё более плотную кучку.

Кот попытался присоединиться к совещанию, но его безжалостно вытолкнули довылизываться. Советоваться с котом никто не собирался, не настолько мы сошли с ума.

– Что за бред тут творится? – прошипела подруга, оглядываясь на брюнета, – когда мы успели устроиться на работу? Тем более такую странную. Вытаскивать пугачей из-под кровати нервных неженок – явно не карьера моей мечты. Пусть брюнет спит с пугачом, я-то тут причём?

– Да они тут все психи, – убеждённо сказала Роза, – а с психами главное что? Не спорить. Вот и не спорим. А прикидываем, как нам отсюда уехать поскорее. Что за наглость, заставлять меня готовить! Я это ненавижу всей душой.

– А, собственно, никто не обратил внимание, что за окном лето? – уточнила я, на всякий случай посмеиваясь, чтобы, если что, сказать, что это шутка, – а по календарю, так-то, январь…

Когда мы такой же сплочённой толпой поскакали к ближайшему окну, чтобы проверить, не почудилось ли мне лето, то, пересекая нарисованный «Машенькой» круг, почувствовали еле заметное сопротивление, будто прорывались сквозь невидимую плотную границу.

Перешагивая меловую отметку, почувствовала когтистое прикосновение к своей ноге. Скосила глаза. Кот. Снова забрался на меня, как по шесту и залез на руки. Машинально подхватила, придерживая.

– Даже не напряглись, – с восхищением сказал брюнет, пока блондин с рыжим отошли на два шага назад, – и не разорвало ведь, гляди-ка. Между двумя мирами прошли, и не вздрогнули. Это хорошо. Сильная ведьма уберёт в три раза больше пылюки и пугача размажет по стенке в два счёта.

Меловой круг, замерцав, пропал. Доска Уиджи не сдвинулась с места, как островок стабильности в этом ненормальном мире.

Но это я заметила краем глаза. Так как из окна открылся шикарный вид на море. Летнее. И пальмы на расстоянии вытянутой руки. На экзотических деревьях росли спелые бананы. Высунулась по пояс, придерживаемая подругами, через какое-то время вернулась обратно.

– Не декорация, – прокомментировала я, задумчиво очищая добытый банан. Продегустировала. Очень вкусно, даже с подругами не хотела делиться, но меня заставили.

Однако, слишком много усилий для простого прикола. Чтобы ради розыгрыша выращивать плодоносящие пальмы в средней полосе России – это надо быть фанатом пранков.

На которых парни совсем не тянули.

– Секретарь-домоправитель слезла с пальмы и идёт со мной принимать дела, – мрачно сказал блондин, – остальные ведьмы приступают к своим прямым обязанностям прямо сейчас. Талисманы, с которыми прибыли, разобрать и приручить.

Талисманы? Удивлённо уставились на директора. Блондин, выждав секунду, понял, что мы окончательно запутались, и раздражённо вздохнул.

– Фамильяр-кот, призрак какой-то вздорной бабки и полтергейст Аццкая Сотона, – перечислил он, – если я, конечно, правильно понял то, что мне пытался объяснить фамильяр секретаря.

– Аццкая Сотона – это то, о чём я думаю? – слабым голосом переспросила Лилька, оглядываясь.

На такой потусторонний подарочек она была не согласна. Хотя я на говорящего кота тоже не соглашалась. Одна Роза бережно подняла доску Уиджи, прижав её к себе.

– Пылюка ждёт, – подогнал Лильку брюнет, – и имей в виду, если не справишься с пугачом – я сплю на левой половине кровати. И терпеть не могу, когда у меня отбирают одеяло.

Глава 12

Лилия жевала банан, мрачно глядя на разговорившегося новоиспечённого начальника. Зная её, была уверена – она прикидывает, как бы договориться с неведомым пока пугачом так, чтобы брюнет Геральт совсем перестал спать. Но протестовать не стала. Вздохнув, пошла следом за ним.

– Разбираем ведьм, коллеги, – недовольным голосом сказал директор Ринс, – Томми, на тебе ведьма-повар. Сделай одолжение, пусть ужин будет таким, чтобы мы не отравились в первый же ваш день в Школе.

Рыжий прихватил себе Розу, которая недовольно на него зыркнула. Несмотря на своё остолбенение, вызванное шоком, не могла не отметить, насколько эти двое друг на друга похожи.

Если следовать логике этого мира глюков, куда нас втроём занесло, тапками мы выбрали если не суженых, но подходящих по темпераменту самоназванных начальников. Впрочем… Перевела критический взгляд на блондина, оценивая. И решила, что это неверная теория. Я вовсе не похожа на высокомерного белобрысого хмыря. Хоть тоже являюсь блондинкой.

Парни явно были поклонниками корейских дорам. Там тоже девушек вечно хватают за руку и бесцеремонно куда-то волокут. Вот и я сейчас безвольным флажком потащилась за директором в его кабинет. Кот с тревожным мявом бежал за нами следом.

Отдышаться нам дали только на третьем этаже. Давно я так не бегала по лестницам! Кот тоже был против такой физразминки, но его, так же, как и меня, ни о чём не спрашивали. С облегчением выдохнула, когда увидела надверную табличку «Директор Ринс». Но отдыхать, как выяснилось, было рано.

Высокие двойные двери вели в комнату, которая казалась бесконечной. И только где-то там, вдалеке, виднелся письменный стол директора. Совершенно пустые стены, без окон и украшений, только добавляли впечатление карцера. Для особо провинившихся.

– Пройдёмте для подписания трудовых договоров, – гостеприимно предложил директор, показывая направление рукой.

– Я тут подожду.

Ноги сами подогнулись, когда по стеночке я сползала на ковёр. Кот с облегчением грохнулся рядом.

Кажется, я понемногу начала понимать, отчего для поисков новых сотрудников здесь вовсю используется гипноз. Более логичного объяснения всему, что происходило, пока не могла найти.

– Если не поторопитесь, то разорву все ваши бумаги о приёме на работу!

Меня что, пытаются запугать? Тем, что у меня не будет странной профессии в странном месте? И что можно пойти, наконец, домой? Кстати, как они нас собираются возвращать, откуда забрали? У меня, конечно, были разные мнения по поводу того, кем работать после института. Учителем биологии, например, чего очень хотела моя мама. Специалистом в МФЦ, где для меня уже даже было место, придерживаемое подружкой мамы, директором. Могла пойти журналистом на местном телеканале, куда брали на испытательный срок – я уже узнавала. Но секретаря-домоправителя-ведьмы в списке карьерных желаний точно не было.

– А так можно? – обрадовалась я, сгребая дрожащие ноги в кучу.

Директор немедленно ответил, откуда-то из глубины своего кабинета. Пустые стены отразили эхом его слова.

– Конечно. Вы быстренько помрёте всей кучкой бестолковых ведьм. А нам Агентство Магического Найма пришлёт других сотрудниц. Которые хотят работать!

Глядя на то, как кот тоже сгребает лапы в кучу и с мявом ползёт в сторону директора-садиста, пожалела животное. И подхватила его тушку на руки.

Отнесу, так и быть, к столу. И вовсе не потому, что поверила в то, что если не подпишу трудовой контракт, то немедленно помру в компании подруг. Хотя… вдруг эти трое парней – маньяки?

– Да хочу я работать, мечтаю просто, – пробурчала я, делая шаги по бесконечному ковру, который, как дорога мерзостно-зелёного цвета, вёл в директорское логово, – зачем угрожать-то…

Глава 13

– А кто угрожает? – удивился директор Ринс, – довожу до сведения. Раз уж вы так бесцеремонно оттолкнули от границы между мирами своих конкуренток, значит жаждете приступить к своим обязанностям.

Выронила тяжеленого кота на стол. Этого пушистого срочно на диету! И помыть. Весь в пене и гари, белая шерсть стала серой после всех приключений.

– Покормить не забудь перед этими пытками, – мрачно донеслось откуда-то снизу, со стола.

Я боялась посмотреть, откуда именно. Это же не может быть… кот?

Ладно, мне здесь уже и не такое показалось.

Откашлялась, глядя на самоназванного начальника, который нетерпеливо похлопывал стопкой бумаг о ладонь.

– Стесняюсь спросить, кого мы там оттолкнули? Может, их не поздно ещё вернуть, и мирно разойдёмся? Компенсацию за наши неудобства можно заплатить бананами.

– Без пыток, диет и с бананами – одобряю!

Проигнорировала. Если сделать вид, что ничего не слышала, то потом просто перестану об этом думать.

– Вы нам хотите отступные заплатить бананами? – удивился директор.

– В смысле? Предлагаю вам заплатить нам! Монеты, кстати, тоже принимаем, даже максимально странные. Но мы не капризные, можем и бананами обойтись.

Села в кресло напротив директорского стола. Пришлось поднапрячься, пододвинуть креслице от дальней стены. В процессе, чуть не задохнулась от пыли, которая, казалась, пропитала кабинет насквозь.

Уборка? Да тут проще всё сжечь.

– Начальник, за секретарём-домоправителем присматривать буду я, – деловито заявил… Да, кот. Уже не буду отрицать очевидное, – у этой ведьмы какое-то нездоровое влечение к огню. Пока не подписали договор, хочу себе полставки тьютора для этой ненормальной. Обязуюсь таскаться за ней, как приклеенный.

– Ты её фамильяр, – директор на полном серьёзе начал разговаривать с котом, – ты и без оформления на работу будешь таскаться за ней, как приклеенный.

Я только удобнее расположилась в кресле, чихнув от пыли, в разговор двух психов не вмешивалась.

– Таскаться – да, – не возражал кот, – но вот присматривать бесплатно не обязуюсь.

На моих глазах произошло короткое сражение взглядов – блондин с белым котом какое-то время всматривались друг в друга, одинаково прищурившись.

– Уговорил, – вдруг легко заявил директор, доставая из ящика стола ещё одну стопку бумаг, – но на выходные даже не рассчитывай.

Кот приложил к предложенному документу нос, оставив отпечаток, который вспыхнул синим пламенем и рассыпался искрами.

После чего директор Ринс повернулся ко мне, держа другие договоры в руках. Я на кресле отъехала в сторону. Если он меня собирается натыкать в кучу бумаг носом, то пусть подумает ещё раз!

Но всё оказалось сложнее. Мне любезно подсунули огромное белоснежное перо, на кончике которого дрожала капелька чернил.

– Подписывайте, – с лёгкой угрозой в голосе сказал директор, – только имя нужно писать каллиграфическим почерком. Если буквы будут не чёткими, договор перепишется с другими условиями. Которые будут не продуманы мной, а надиктованы дУхами Школы. Вряд ли вы успели им понравиться настолько сильно, чтобы облегчить вам и другим ведьмам труд в Школе.

Уверена, что я тут никому не успела понравиться. Даже кот и тот ехидно смотрит. А с дУхами так вообще не знакома. Может, пока не поздно, ткнуться в документы носом? Не уверена, что отпечаток будет каллиграфическим, но у кота ведь прокатило?!

Сделав глубокий вдох-выдох, велела себе успокоиться. И начала читать то, что предложили подписать, не спеша ставить свою подпись.

– Эм… Жильё в подвале Школы? – недоверчиво уточнила я, прочитав первое условие трудового договора.

Я сразу пролистнула до пункта «Оплата труда», и теперь, не веря глазам, вчитывалась в кабальные условия, на которых нам предлагали здесь остаться.

В сухом остатке – мы с подругами были обязаны чуть ли не доплатить за честь быть служащими Магической Школы!

– Мы только в прошлом месяце выгнали всех крыс из подвала, – успокоил меня директор, – договорились с королём крысюков, они за скромную оплату переселились к конкурентам.

– Оплата едой и одеждой?..

Интересно, это я капризная, или работодатели наглые?

– Вы же знаете этих школьников, они постоянно вредничают за едой. Остаётся много всего вкусного. А форма для служащих у нас из отличной серой шерсти!

В моей руке оказалось то самое перо. Начальник откровенно не давал времени подумать, не проще ли помереть, чем жить в таких условиях.

Но излишняя торопливость привела только к тому, что с кончика пера капелька чернил качнулась и упала на лист договора. Вздрогнули с директором мы оба, когда увидели, что буквы на бумаге перемешались, составляя новые слова.

– Я же предупреждал…

Глава 14

Что значит, предупреждал? Сам отдал мне перо, щедро намазанное чернилами, и ждал, что почерк будет аккуратным?

Вид у директора Ринса был такой, будто он готов всосать с бумаги кляксу, которую я случайно поставила. Выхватив у меня договор, достал огромный белый ластик, начал оттирать бумагу. По-моему мнению, не директорское это дело, но меня как раз никто не спрашивал.

– Вот-вот, – ехидно прокомментировала его усилия полупрозрачная бабуленция, примостившаяся на краешке директорского стола, – директор Ринс, что же вы так неаккуратно. Наш всеми любимый Коник зачаровал чернила, а вы и не заметили.

– Кхартова магия, – прошипел директор, поднимая на бабульку прищуренные глаза.

– Она самая, – подтвердил призрак.

Кот притворился тварью бессловесной, спрыгнул со стола в угол и, подняв лапу, начал бесстыже вылизываться. Как раз на изумлённых глазах кучки призраков, которые, одни за другим, появлялись в кабинете директора.

– Да, Ринс, при твоём папе в этом кабинете контактного зоопарка не было, – осуждающе произнёс бледно-синий мужик не совсем живого вида, – фамильяры не совали сюда ни нос, ни коготь. Эх, молодёжь…

– Профессор Мунк, спасибо за ценное замечание. Но попрошу не вмешиваться в найм персонала!

Мужик ехидно хмыкнул, и покачал головой.

Кот замурлыкал, так громко, что все вздрогнули. Бабулька, елозя призрачным задом по наверняка важным бумагам, что-то начала говорить, но её заглушило злобное мурчание.

– Погладь фамильяра, ведьма, успокой его! – перекрыл мурлыканье голос профессора Мунка, который именно сейчас решил дать ценный совет, – или мы его упокоим!

Я только плечами пожала, глядя на когти, веером прошедшие по деревянному полу. Он что, снимает с паркета стружку?! Пусть сами гладят бешеную тварь. Мне ещё пальцы не надоели.

Директор Ринс сидел за своим столом, мрачно глядя сквозь призрачный зад на свои документы. Делал вид, что работал. Странный он начальник, конечно. Кто в Школе хозяин, он или тараканы в виде призраков?

Судя по тому, что он не был даже хозяином кабинета, процессом управления Школой рулят, всё-таки, тараканы!

– Да здесь мы, здесь, хватит орать, девчулям помогали с обедом да пугачом под кроватью…

Перед нами появились ещё два призрака. Один, похожий на перекошенный портрет безумного художника, который щедро налепил столько ушей и глаз, сколько ему было не жалко. А это много. И ещё одна полупрозрачная бабка. С вязанием. Тихонькая старушка, которая, скромно улыбнувшись, присела рядом с первой бабуленцией.

Теперь директор смотрел на документы сквозь два призрачных зада. Кот мурлыкать и портить пол перестал. Тишина была такая напряжённая, что её можно было резать ножом.

Директору через десять минут стало сложно игнорировать призраков, которые, пыхтя, сосредоточенно пытались столкнуть друг друга на пол. Странно, но желеобразная масса, из которой состояли их тела, не смешивалась. И не сминала документы, какая бы ожесточённая схватка не была.

Кот начал нализывать фаберже и толстое пузо, заинтересованно глядя на борьбу за директорский стол через изящно вытянутую лапу. Невольно позавидовала кошачьей растяжке. Мне так ни за что не изогнуться.

Поймала себя на мысли, что изо всех сил пытаюсь отвлечься от всей ненормальности, которая творилась вокруг меня. Придать ей хоть толику разумности. Вот, например, подумалось, что из кота вышел бы шикарный инструктор по йоге. К чему это, спрашивается?!

– Дамы, может, перейдёте в потустороннее измерение, наконец? – не вытерпел директор Ринс, подхватывая со стола ключи и документы, – мало вам, что призраки заняли все самые приличные спальни, куда ученики боятся ходить, а персонал ютится в подвале. Но из своего кабинета выжить меня не позволю!

Мы с котом обменялись взглядами. После чего он с ещё большим усердием принялся себя вылизывать. А я искренне не понимала. Зачем призракам спальня, когда есть прекрасный подвал?

– Как справедливо заметил умнейший директор Ринс, нам мало, – немедленно ответил призрак неприятного мужика, которого здесь почему-то звали «Профессор Мунк», – в лесах полно места, стройте хижины, землянки, палатки – жильё можно сделать на любой вкус. И живите там. Кстати, этот прекрасный пункт мы и внесём в новый договор. А по коллективному соглашению, администрация живёт рядом с персоналом. А это наши новые ведьмы. С ведьмой рай и в шалаше – слышали, наверное поговорку. Ваши товарищи, уверен, с этим полностью согласятся

Бабуленция, которая появилась раньше, радостно оскалилась, согласно кивая. Вторая мрачно сдвинула брови, яростнее заработав призрачными спицами. Я присмотрелась. Что за бесконечный шарф она вяжет?

Спрашивается, чего я кривила лицо на пункт о подвале? Судя по тому, что королю крысюков пришлось приплатить, чтобы он оттуда ушёл, отличное место! Куда лучше того, что нам уготовили призраки.

Я, конечно, жила в палатке, когда ездила на студенческий турслёт. И страшно злилась на себя, что повелась на уговоры подружек. «Романтика, глинтвейн и полная луна» превратились в «Холодина, комары, злой куратор». И с огромной радостью вернулась в уютную квартиру с удобствами.

– В рабочее время, естественно, приходите на место службы, – снисходительно сказал профессор Мунк, – с восьми утра до восьми вечера. Клара, записала?!

Ещё как. Бабуленция перекраивала пером наш трудовой договор, внося всё новые поправки.

Я окончательно перестала понимать, что здесь происходит. Директор Ринс пытался взять ситуацию в свои руки. Но, несмотря на брутальность блондина, перевес был на стороне призраков. Которые вовсю пользовались данной им на время властью, не реагируя на молнии, которые он метал с двух рук.

Допустим, они давно померли. Но мы-то с котом были вполне даже живые!

Шальные молнии неслабо так прижгли мне руку, а коту и без того облезлый хвост. Мы совершенно одинаково зашипели, прячась под стол, куда молнии, кажется, не долетали. Наблюдали за тем, что творится в кабинете, изредка выглядывая из-под столешницы.

– И каникулы продли на три месяца, – лениво диктовал профессор Мунк, игнорируя молнии, которые ежесекундно долбили ему в макушку, – поскорее, пока чернила не засохли и портал не закрылся!

– Вы не можете этого сделать! – возмутился директор, почти выдохшейся молнией пытаясь уничтожить документ.

– На полгода школьников по домам, – щедро отсыпал свободных дней мёртвый, но бодрый профессор, – успевай писать, Клара! Ещё не все льготы себе выгрызли.

Старушонка торопилась, строча, как безумная. Бабулька с вязанием, искоса поглядывала на то, как она пишет. И резко подставила спицу под перо. Охнув, Клара уронила документ на пол.

– Девчуль и так на улицу выселили. Голодом морить не дам, – отрезала вязальщица скрипучим голосом, – не хватало ещё всяким полудохлым у них еду забирать. Аццкая Сотона со мной, кстати, согласен.

Перекошенный, который появился вместе с ней, кивнул. И вцепился зубастой пастью в призрачное тело, маячившее рядом с ним.

– Мунка жрут, – меланхолично заметила Клара, ползая на коленках рядом с документом. Поднять его у неё сил уже не было. Да и перо впустую царапало по бумаге, пока не проскользнуло у неё между пальцев.

– Аццкая Сотона, плюнь эту гадость и вставай на защиту девчуль, – нетерпеливо скомандовала старушка с вязанием, обматывая своей поделкой шею призрака вредной бабки, – выселение я им ещё простила, вроде как в своём призрачном праве по всем Кодексам. Но она же им мужиков в пару отгрузила, дрянь бессовестная! Пророчества переписать решила! Моя внучка жить с кем попало не будет. Я её для этого из мира живых вытаскивала?

Каскад сиреневых молний прошил кабинет, раскидывая все бумаги в стороны. Не успели мы с котом оглянуться, как под стол залез директор Ринс.

– Когда призраки дерутся, легко можно стать одним из них, – сказал он мрачно.

– А нам всё равно. Здесь тесно. Или худей, или уходи, – категорично ответил кот, который переживал за свой длинный хвост и вовсе не был готов вникать в чужие трудности.

– А можно просто узнать, когда мы сможем уйти с подругами домой? – с надеждой спросила я, глядя на взъерошенного директора, – так понимаю, договор не заключили? Помирать при этом не обязательно?

Вздохнув, директор на секунду высунулся из-за стола, поманил к себе уже никому не нужный договор. Тот послушно полетел в его сторону, шевеля потрёпанными молниями уголками.

– Эти призрачные мошенники использовали свой шанс по полной, – мрачно сказал он, – зря им разрешили пользоваться школьной библиотекой после смерти и продолжать изучать заклинания. Устроили прореху нашим миром и потусторонним. И использовали то, что трудовой договор назван "Коллективным"…

Глава 15

Хорошо, когда у тебя есть адвокат, сражающийся за твои интересы всеми доступными способами, и выбивающий выгодные условия трудового контракта.

Плохо, когда этот адвокат – призрак, и в пылу драки с другим призраком забыл про то, что сам клиент жив и очень чувствителен к молниям.

А их две дерущиеся прозрачные бабки щедро рассыпали по кабинету директора. Ринс, судя по угрюмому виду, и сам был не рад, что затеял всю эту суету с наймом персонала. И прикидывал, что куда дешевле было бы самому подмести по-быстрому классы. А учащиеся прекрасно обошлись бы бананами.

Молнии перестали лупить по столешнице. Но вылезать мы не торопились. Рано расслабляться. Однако полная тишина тоже настораживала. Рискнули выглянуть. Призраки удлинили стол прозрачными досками, поставили такие же стулья, преобразовав кабинет в конференц-зал на скорую руку. И ждали нас, натянув вежливые улыбки на лица.

– Чуть не убила энту стервь, потом вспомнила, что она уже давно на кладбище лежит, – миролюбиво сказала вязальщица, тыкая в призрака Клары спицей.

И продолжила вязать длинное изделие, которым совсем недавно пыталась её задушить.

– Увлеклись чуточку, – признался профессор Мунк, – но эта ваша Аццкая Сотона очень уж неделикатно впечатала нашего всеми любимого Коника мордой в потусторонний портал, который закрыт. Посмотрите, во что превратился наш полтергейст!

Нам продемонстрировали на вытянутой руке рожу с лапами, истекающую слизью.

Аццкая Сотона и то посимпатичнее будет, чем это…

Брезгливо передёрнувшись, встала, отряхиваясь, с пола. Директор Ринс изо всех сил пытался придать себе прежний властный вид. Но у потрёпанного молниями блондина это получалось крайне плохо.

Упав на своё кресло, директор судорожно вчитался в подправленный призраками договор. Теперь уже общий трудовой, как я уже поняла.

– Срок действия – три месяца, – с облегчением прочитал директор, сразу пролистнув на последнюю страницу, – после чего договор считается погашенным, все участники получают личную и потустороннюю свободу, когда первые ученики ступят в Библиотеку Школы для получения учебников. Каникулы продлены на это же время. И как я это объясню попечительскому совету?! Родители из влиятельных родов будут задавать очень неудобные вопросы. Например, почему я до сих пор не провёл ритуал изгнания пакостящих призраков!

– Хорошо, что я уже мёртв, – беззаботно заметил профессор Мунк, – помнится, когда дышал, о таких же глупых вещах переживал. Мальчик, давай я тебя с окна сброшу, присоединишься к нам. К молодым учителкам в окна заглядывать можно, сколько хочешь! Главное, чтобы они тебя заклинанием изгнания не шарахнули. Но со временем наловчишься, никто даже знать не будет, что ты рядом.

Вот извращенец… Это единственное, что его радует в загробной жизни?

– Жить на территории Школы запрещено, однако можно пользоваться подвалом и кухней, – мрачно продолжал директор лично для нас с котом. Перспектива стать призраком его не слишком порадовала.

Остальные пункты читал молча и мрачно, не посвящая в подробности.

– Не благодари, пацан, – бодро сказала вязальщица, подплыв поближе и хлопнув его по плечу.

Поморщившись, потрясла ладонью, будто обожглась.

– Эти живые колдуны такие горячие, – пробормотала она, подмигивая мне.

Да что там в этом дурацком договоре?! Мне же даже прочитать не дали, сказав, что не моё ведьмачье дело. И подпись не нужна – за нас шестерых Аццкая Сотона уже расписался, подделав почерки и плюнув печатью. Однако документ, судя по вспыхнувшему в руках директора договору, уже приняли в какой-то мистической конторе и признали годным.

Сама потрёпанная и прожженная бумажка торжественно выдралась из рук директора и подплыла к стене, где обросла стеклянной рамкой, застыв в виде свитка.

– Директор Ринс, вам пора освободить замок для призраков, – деловито сказал профессор Мунк, – у нас всего лишь три месяца на то, чтобы навести здесь порядок. Возможно, откроем курсы для потусторонних слушателей. Давно хотел это сделать, так вы же не давали! Кстати, вещички не забудьте. Из замка можете вынести только то, что поместится в руках, и только один раз.

– Кроме продуктов, – подхватилась заботливая бабка с вязанием, – их можете брать сколько угодно, в любое время!

Блондин мрачно складывал стопкой канцелярию, книги и документы. Готовился к вынужденному выселению.

Мне брать было нечего. Кроме кота, который внаглую залез на руки и заснул. Зато был повод выразительно показать глазами на спящую белую морду, когда мне хотели вручить пачку чистой бумаги.

Директор Ринс двинулся к выходу из кабинета, я поспешила не отставать. Оставаться наедине с призраками, в которых меня заставили поверить, совсем не хотелось.

– Я ещё вернусь, – мрачно пообещал Ринс, останавливаясь, но не оборачиваясь, – и проведу обряды изгнания для каждого из вас. Несмотря на то, что вы, профессор Мунк, были моим учителем. А вы, Клара, моей няней. Остальные уйдут с ведьмами, когда закончится срок договора. Замок я себе ещё верну.

Вообще, после этой фразы можно было сделать эффектный жест. Кулак, например, показать, или средний палец. Но вместо этого директору пришлось перехватить то, что он забрал с собой, чтобы не потерять ещё и это.

Я бы с удовольствием потеряла кота, но он был против, вцепившись в меня когтями. Пришлось оставить эту идею, и выйти с ним.

– Надеюсь, от города ваша Школа не слишком далеко находится? – с надеждой спросила я у директора, спеша за ним по бесконечным лестничным переходам, – мне, признаться, не слишком нравится жить в палатке. Которой у нас нет.

– Какой город, ведьма? – мрачно ответил директор, останавливаясь в холле, где всё ещё были разбросанные гадальные тапочки, – мы на острове.

Прекрасные новости. Я, конечно, могу сейчас сказать, что мне не нравится жить на острове. Однако, чувствую, толку от моих слов будет немного.

Глава 16

Тем более сейчас было не до моих хотелок. Нас реально выперли из величественного особняка мощным призрачным пинком. И если мы трое хотя бы знали, за что и кто это сделал, для моих подруг и двух ошарашенных парней всё это оказалась полнейшим сюрпризом.

– Кхартова магия? – удивлённо прошипел рыжий, приземляясь крайне неграциозно на белый песок.

Да, я, когда летела в пыльном вихре, вполне даже рассмотрела курорт, где мы оказались волей бабули-призрака с помощью Аццкой Сотоны. И, подозреваю, кот тоже к процессу лапку приложил, хотя и притворяется, что сам изумлён тем, что здесь творится, не меньше, чем другие.

Мы с подругами сбились в кучку на берегу бирюзового залива, который мягко омывал песок пляжа. Каждая из нас что-то держала в руках. Я кота опять машинально подхватила под пузо, как игрушку-антистресс. Вроде, когда тискаю – и пальцы дрожат меньше. Но девчонки прихватили из Школы совсем уж странные вещи. Лилия прижимала к груди какой-то тёмный мохнатый шар. Который совсем не был похож на кота. Зато здорово смахивал на какую-то потустороннюю хтонь. Хотя я хтонь никогда не видела. Но эта жуть была точно на неё похожа. А Роза вооружилась огромной сковородкой. На которой шкворчало что-то вкусное.

Беру свои мысли по поводу странных вещей обратно. Ну хоть один что-то полезное с собой взял!

Стянула со сковородки один блинчик. Нервно зажевала. Кот тоже не отказался от кусочка, требовательно протянув лапу. И затолкал в пасть всё, что успел у меня забрать. То есть, совсем всё.

Надо было тоже искать себе какую-нибудь хтонь в Школе, которая даже не пошевелилась в сторону сковородки. Мою лохматую скотину нам точно не прокормить, тем более бананами.

– Что здесь происходит?

Лилия нервно гладила сумрачный ужас, совершенно не опасаясь колючек, которые иногда искрили.

Парни, тем временем, что-то обсуждали неподалёку от нас, сбившись плотной кучкой. Точнее, невидящим взглядом смотрели в копию договора в руках у директора. Я поняла, что это копия, так как обсуждали явно пункты нашей принудительной ссылки.

– Ринс, как ты мог допустить такое? – наконец, отмер рыжий Томми, – призраки поставили блоки на всё, докуда дотянулись жадными ручонками.

– Мы все видели, что портал между мирами нестабилен, – огрызнулся директор, – и знали, что идём на риск, когда его открывали. Но нам же срочно нужен был персонал для Школы, на совещании все проголосовали рискнуть и вызвать из Агентства ведьм. Зато теперь понятно, почему мой отец запретил порталы на территории острова. Мог бы, кстати, и сразу сказать, почему такой запрет наложил, а не просто рявкнуть, что нельзя. Кхартова магия, оказывается, не детская страшилка.

Надо сказать, парни налажали по всем направлениям. Я, конечно, не ведьма и не спец в магии. Но это было очень даже очевидно.

– Портал, магия… Мы будто в компьютерной игре оказались, – пробормотала Роза, пристраивая пустую сковородку на песок, – я не поняла, готовка на двести человек откладывается?! Я решила сначала нам завтрак сделать, потом уже думать, какими неприличными словами послать наших работодателей. Сковородочку вот прихватила, чтобы доходчивее было.

– А меня зачем-то заставили Тьму гонять по комнате, – пожаловалась Лилия, нежно поглаживая жуткую хтонь, – а она ко мне прятаться побежала от тех жутиков, которые влетели в комнату. Какая-то прозрачная бабка с вязанием и кошмарная рожа.

Я уже была опытная, пояснила:

– Это бабуля Розы и Аццкая Сотона. Вообще, они думали, что нам помогают.

И в итоге оставили под палящим тропическим солнцем на острове, где не было даже малейшего намёка на цивилизацию.

Пожалуй, даже хорошо, что все призраки и полтергейсты остались в особняке. Жуткие рожи потом как-нибудь посмотрю, если настроение будет.

– Секретарь-домоправитель! – рявкнул Ринс, обращаясь ко мне.

Вздрогнув, повернулась к блондину. Чего так орать, рядом же стоит! Кот тоже зашипел что-то неприличное.

Но директор, закусив губу, сам сбавил тон.

– Три месяца придётся работать в полевых условиях. К которым женщины не привыкли. Мы с коллегами приносим извинения за это.

Вежливый блондин? Похоже, мы действительно попали в крупные неприятности. До этого он был воплощением самоуверенности. Смертью угрожал. А теперь вон, стоит мнётся. И остальные парни как-то хмуро на нас смотрят.

– После окончания контракта портал откроется, и сможете вернуться домой, – пообещал директор.

Это понравилось всем, включая жуткую хтонь. Хорошо бы ещё приземлиться не в психушечке после возвращения. Так как если мы кому сболтнём про наши приключения, нас отправят туда лечиться – с лучшими намерениями, конечно.

– Если, естественно, останетесь в живых, – продолжил мрачный Томми, и наше воодушевление пропало само собой, – давайте проведём ревизию наших вещей, которые удалось забрать из замка. Подозреваю, что твой отец, Ринс, не просто так ставил запрет на ночные прогулки по пляжу. Геральт, что ты думаешь об этом? Геральт?..

А я, между прочим, давно заметила, что брюнет стоит, как статуя. И, кажется, даже дышит через раз, не отводя застывший взгляд от Лильки.

Роза тоже обратила на это внимание.

– Вот извращуга, на грудь пялится! – с возмущением прошипела она.

– Скорее, на ёжика, которого Лилия схватила под кроватью, – поправила я её, проследив за направлением взгляда немигающего парня, – у него что, милая мордочка? Отсюда не видно.

– Нет, на грудь, – заспорила Роза, – нахалы, они уже втроём на неё смотрят!

Парни сделали синхронный шаг назад. Вряд ли настолько испугались пышной Лилькиной груди, поэтому я тоже машинально отошла, с подозрением глядя на тёмный колючий шар, который подруга прижимала к себе.

Лилька широко раскрытыми глазами смотрела на нас, не понимая, с чего вдруг такой переполох.

– Наши ведьмы прихватили с собой фамильяра с лапками, нечисть, которой и так полно на пляже и кухонную утварь. Прекрасный выбор для изгнанников в опасные пески!

Не знаю, что опасного было в пляжном песке. Я бы с удовольствием в него нырнула. Сразу перед тем, как шагнуть в море, чтобы от души искупаться. И критику Геральта восприняла крайне негативно. Сами-то что забрали из Школы? Пачку бумаги?

– Тем не менее, наша ответственность – защищать женщин, пусть они и ведьмы со сковородкой, – мрачно ответил ему Ринс.

В этой Школе не администрация, а сплошное хамло! При этом сам себя защитить не смог перед призраками.

– Можно уже пойти отдыхать? – неожиданно спросила Лилька, – с вами, конечно, интересно, но Тьма давно трёт глазки и хочет спать.

– Спихни его в море, – посоветовал брюнет, – для пугачей солёная вода губительна.

Подруга ещё крепче прижала к себе сгусток тьмы.

– Тёмочка, он шутит.

Я подошла к ней со спины, и шепнула на ухо:

– Если этот ёжик тебе угрожает и держит в заложниках, моргни левым глазом.

Лилька только фыркнула и моргать отказалась.

Пришлось от неё пока отойти к Розе, которая натирала сковородку песком. Занимала руки, так мы уже подустали просто стоять на одном месте. Парни тем временем удалились в пальмовый лес, из которого доносились ругательства и шелест листьев.

– Секретарь-домоправитель! – рявкнул директор Ринс, и ноги как-то сами пошли в его направлении.

Очень уж хотелось узнать, с чего такие вопли. И чем они так активно шуршали всё это время.

Глава 17

Тем более, что закат был всё ближе. Конечно, это было очень красиво, когда малиновое солнце медленно спускалось в ленивые морские волны. Но нервозность парней передалась и нам. Хотелось поскорее укрыться под крышей хотя бы хижины.

Ко мне присоединились подруги, каждая со своим трофеем из Школы.

– Как у секретаря-домоправителя, у вас должны быть ключи от всех помещений, – просветил меня гордый Ринс.

И вручил мне чисто символический ключ, наскоро выломанный из жёсткого пальмового листа. Который должен был открывать…

Кошачий туалет? Ну, коту, наверное, было приятно, что столь высокопоставленные лица Школы потратили битый час на то, чтобы соорудить для него удобства. Но нам был обещан просторный шалаш, где можно будет безопасно переночевать. А не вот это вот, слепленное из палок, пальмовых листьев и ругательств. Зайти туда было невозможно. Только заползти и молиться всю ночь, чтобы это всё на тебя не рухнуло. Но парни, вроде, старались. Вон, все аристократические белые руки поцарапали, но делали хоть что-то. Не хотелось их вот так сразу обижать, прямо указывая на то, что строители из них просто никакие.

Нервно хмыкнув, спустила кота с рук.

– По древней традиции, в новое жильё всегда должен зайти кот, – пояснила я, по большей части, хмурому коту.

Который вовсе не был приверженцем каких-либо древних традиций.

– А если кот отказывается заходить? – прошипел он, пытаясь пятиться назад.

– Тогда будет пнут под пушистый зад, но зайдёт всё равно, – проинформировала я об ещё одной древней традиции, и кот, поверив, одним прыжком оказался в шалашике.

Со стороны парней раздался общий вздох облегчения.

– Дамы, прошу в укрытие, – пригласил нас Геральт с широкой улыбкой, – солнце уже почти село.

Сравнивая шалашик с величественным зданием Школы, конечно, подмечали некоторые недостатки в архитектуре. Но критика не принималась. Нас, как капризных кошек, по одной отловили и затолкнули в наше новое жильё. Парни хлопнулись последними на пол, выложенный пальмовыми листьями. Ринс задвинул шторку, которая представляла из себя один огромный лист.

– Главное, что дикие пугачи нас не найдут, – мрачно сказал рыжий, – есть шанс пережить эту ночь.

Лилька нервно поправила у груди своего ёжика, с которым не расставалась. Парни на него нервно косились, но не протестовали. Видимо, школьные пугачи не были опасными. В отличие от песчаных сородичей.

Да и пока не до него. Все пробовали разместиться в тесном шалаше поудобнее. Что было сложно сделать. Парни отрастили очень длинные ноги. И построили очень маленький шалаш. Удалось кое-как разместиться, рассевшись по кругу по-турецки. Полумрак подсвечивался только светящимися глазами кота. Ну, и жуткий Тёмочка Лилии излучал потустороннее сияние. В центре круга разместилась сковородка Розы. К сожалению, пустая. Даже масла от блинчиков не осталось.

– Интересно, эта штука радиоактивная? – шепнула Роза мне на ухо, с тревогой косясь на ёжика, – светится, будто из реактора вылез.

– То есть, говорящий кот никого не смутил, да, а к Тёмочке какие-то претензии? – оскорбилась за колючую хтонь хозяйка, нежно приглаживая колючки. Надо же, услышала нас.

– Дамы, не ссорьтесь из-за фамильяра и пугача, – рассудительно сказал Ринс, – на этом острове магические мутации – самое обычное дело.

Наши работодатели как-то резко потеряли всю спесь, с которой нас встретили в Школе, когда меловой круг нас вынес к ним в холл. И тапки уже не требуют собирать. И подписывать ничего не нужно. Мрачно сидят и гипнотизируют сковородку.

– Ещё никогда Школа не открывалась на три месяца позже, – мрачно сказал блондин, который явно думал не о блинчиках.

– Зато, Ринс, ты будешь первый директор в истории Школы, который в начале года сдал её под управление призраков, – проговорил брюнет, скалясь, – тебя же будут обожать все ученики – каникулы на три месяца им ещё никогда не продляли.

– Хорошо, что ты захватил кучу бумаги, – заметил рыжий Томми, – будет на чём писать извинения родителям радостных учеников.

Блондин скривился, представив процесс извинений. И тут же посмотрел на меня оценивающе. А. Я же секретарь этой Школы. Знаю, на кого он скинет завтра скучную обязанность по написанию горы писем.

Темнело ещё больше, за хлипкими стенами шалаша шуршало, стонало и временами пыталось выломать хлипкое подобие двери. Геральт достал из-за спины короткий меч, положил рядом со сковородкой. Теперь понятно, что не совсем голыми руками парни шалаш строили, а я ещё удивлялась. Не зубами же грызли пальмы, действительно. Брюнет прихватил очень даже нужную вещицу из особняка.

– Чипсиков бы сюда, погрызть и успокоиться, – со вздохом сказала Роза, барабаня пальцами по сковородке.

И едва успела отдёрнуть руку, как на чёрной поверхности выросла горка очищенного, тонко порезанного картофеля, облитого маслом. Сковородка ощутимо нагрелась, начиная поджаривать заказанную еду. Роза хоть и отшатнулась, как и все мы, но догадалась отломать пальмовый лист от стены, чтобы свернуть его трубочкой и начать переворачивать ломтики, чтобы не сгорели.

Глава 18

– А попить ничего не взяла? – уточнила я, неравно гладя кота у себя на коленях, – я бы от баночки чего-нибудь к картошечке не отказалась бы.

За наспех собранными стенами нашего шалаша кто-то шуршал и жевал, отчётливо чавкая. При понимании того, что буквально в полуметре от нас кто-то ел, и явно не жареную картошку, аппетит пропал напрочь. Зато в горле пересохло.

Рыжий Томии молча сунул мне в руки железный кубок. Увидев который, Ринс неодобрительно сказал:

– Теперь понятно, почему так долго не хотел показывать, что именно вынес из Школы. Невыпиваемая чаша? Серьёзно? Геральт хотя бы меч догадался с собой взять.

Я вертела в руках тяжёленькую вещицу, пытаясь сообразить, как ей пользоваться.

– А есть какая-нибудь инструкция?

Томми смущённо покашлял.

– Самая главная инструкция – не нажелать что-нибудь с градусами. Мы, вообще-то, в Школе!

Снова обвела взглядом наш шалаш. Мало похоже на Школу, конечно. Но сухой закон нарушать не будем.

Приложив чашу к губам, отпила глоток…

– Молоко, – обречённо сказала я замершим в ожидании подругам. Роза уже разложила приготовленный картофель на самодельные тарелочки из банановых листьев.

– Это я заказал, – сказал радостный кот, пододвигая ко мне лапой кусок листа пальмы, – ты же сама всякую ерунду начала думать. Если не будешь, выпью я. Лей!

За такими мелкими бытовыми хлопотами получилось отвлечься от суеты за пределами нашего шалаша. Пахло вкусной картошкой, из напитков – только гадкое молоко, которое я терпеть не могла. Нас с подругами от парней отделяла только сковородка, на которой лежали остатки еды.

– А бабка, всё-таки, ведьма была, – негромко заметила Лилька, поглаживая своего жуткого ёжика.

Роза раздражённо вздохнула, но кивнула.

– Я надеялась, что утром мы проснёмся и вместе посмеёмся над тем, что мою бабулечку в деревне считают какой-то страшной женщиной, которая порчу наводит.

– В смысле? – проскрипел где-то наверху голос, который мне был уже хорошо знаком, – кто распускает эти мерзкие слухи? Роза, лично на каждого пальцем покажешь, когда вернёмся.

Мне даже голову не нужно было поднимать. Вязальщица со своим гадким глазастым полтергейстом решила, что нам недостаточно тесно и страшно. И примостилась совсем рядом, на импровизированном потолке.

Остальные девушки синхронно посмотрели наверх. Опустили головы, пытаясь справиться с воплем при виде размазанного в плоском измерении полтергейста и призрака со светящимися глазами. Я-то уже успела вдоволь проораться в кабинете директора, до сих пор горло саднит. Да и эти страшные рожи уже примелькались.

Парни оказались более крепкими. И истерично заедать стресс картошкой не стали, в отличие от моих подружек. Геральт меланхолично взмахнул мечом перед нежданными гостями, прорубив перед ними прореху в пространстве, сияющую галактическими всполохами. Туда их и затянуло. Последним пропал недовязанный шарфик, который с усилием втянулся в исчезающую чёрную дыру.

Мне всегда плохо давались светские разговоры. Но Роза явно не была готова увидеть свою бабулю в призрачном облике. Поэтому я просто обязана была попробовать всех успокоить.

– Боевая у тебя бабка, Роза, даром, что мёртвая ведьма, – проговорила я, хлопнув подружку по плечу, – а я ещё думала, кто тебя вязать научил. Кстати, полезная вещь эти шарфики. Не видела, как она ими душить умеет, нет? Класс. Незабываемые впечатления, до сих пор нервно вздрагиваю, как вспомню.

Подруга схватила невыпиваемую чашу, мрачно вытрясла остатки молока прямо в кота, и уставилась в тёмные глубины. Дождалась, когда внутри забулькает, и залпом выпила.

На опустевшей сковородке появилась гора блинчиков. Томми, Геральт и Ринс, переглянувшись, потянулись за едой. Спать в шалаше всё равно было проблематично. Хорошо хоть, еды было хоть отбавляй. И напитков.

Выдернув у Розы чашу, принюхалась, покосилась на директора Школы и пожала плечами. Они как хотят, могут давиться молоком вместе с котом. А я на трезвую голову весь этот ужас воспринимать отказываюсь.

– Тёмочка говорит, что границы обезопасил, чтобы это значило? – озадаченно спросила Лилька, скармливая блинчик зубастой пасти.

Лица парней просветлели одновременно.

– Она его всё-таки приручила, – с облегчением сказал Геральт, оглядывая чёрную хтонь, мирно пожирающую блинчик, – из рук того, у кого пугач хочет сожрать печень, он есть не будет. Меч пока можно убрать.

То есть, были сомнения? Я, пожалуй, не очень хочу знать, что было бы, если Лилька не понравилась пугачу. Но напряжение в шалаше значительно ослабло.

Глава 19

Чем можно заняться наедине с привлекательными парнями в тесном пространстве? За эту ночь мы попробовали всё из доступного!

В частности, научили этих дикарей из параллельного мира играть в «Мафию». Делать всё равно было нечего, кроме как угрюмо пялиться в пустую сковородку – больше еду она не готовила, несмотря на все уговоры Розы. Мы так и не поняли, картошка и блинчики была разовая акция, или кухонной утвари нужно было время, чтобы восстановиться.

Ринс сопротивлялся, но у него безжалостно отжали бумагу и карандаш. В смысле, может не хватить на важные письма?

– Кот, ты играешь, – поставила я питомца перед фактом, – нам людей не хватает для нормальной игры, поэтому даже не мявкай, животное.

Кот притворился тварью безмозглой, начав вылизываться у меня на коленях. Но сам внимательно следил за тем, как я пишу на карточках роли и вникал в правила, которые озвучивала Лилия. Чёрная хтонь, сожравшая кучу блинов, мирно заснула, сразу выбрав себе роль мирного жителя.

Не в обиду парням, но в суть игры котяра вник быстрее, чем они.

– Город просыпается, – вкрадчиво говорила я, начиная, как ведущая, – и обнаруживает, что среди приличных вроде людей есть маньяк, мафиози и даже женщина лёгкого поведения.

– А нет карточки «Красавчик»? – занервничал Томми, – меня же родители не поймут.

– Тебя убью первой, – хищно ухмыльнулся Геральт, выдавая в себе сразу маньяка.

– А мирный житель может защищаться? – уточнил Ринс, рассматривая свою карточку.

Кот, который был мафиози, обречённо переглянулся со мной. Ладно, объясним правила ещё раз.

Партии были короткими, но насыщенными азартом и руганью. Кот оказался той ещё мстительной скотиной, и вытребовал себе кусок бумаги – записывать, кто из играющих его решил убить. После пятого покушения записывать бросил, но старательно запоминал.

На рассвете первым устал Геральт, которого как раз мафия выбрала жертвой. И, приметив первые лучи солнца, отодвинул дверь из пальмового листа в сторону, буквально выпав из шалаша, со стоном разминая затёкшие ноги. За ним, позабыв про игру, посыпались и мы все.

Шалаш окружали ровным кругом поваленные пальмы, сложенные колечком. Какая же силища это сотворила?!

Из плюсов – бананы добывать стало проще. Они лежали прямо на земле. Да и парням из стволов пальм проще будет строить нам более просторное жильё. Из минусов – очень хотелось знать, кто так порезвился совсем рядом с нами этой ночью. Чтобы держаться от него подальше.

– Неудивительно, что пугач так быстро вырубился, – сказал Ринс, задумчиво пиная пальму.

– Перед этим сожрав все блины, – продолжил Томми, – столько энергии на защитную границу потратил. Дикие до нас не добрались, хоть и очень хотели. А ещё школьных пугачей вытравить хотел. Конкретно этот Тёмочка очень даже удачно выбрал для себя ведьму. Хотя это и настораживает, кстати.

Я щурилась на восходящее солнце. Кот с нами не вылез. Пользуясь случаем, сделал вид, что это он нас выгнал, и улёгся спать кверху пузом, раскинув лапы и хвост. Лилька уложила полезного Тёмочку рядом с ним, и встала рядом со мной и Розой.

– Директор Ринс, – окликнула я начальника, который стоял неподалёку, – к концу дня вы мне дадите ключи от отдельных апартаментов для нас с девушками? Шалаш прекрасен, не критикую. Но имейте в виду, этой ночью я буду спать.

Ринс смущённо откашлялся.

– Ваша безумная бабка добавила один пункт в договор. Так что, её благодарите за то, что не будет у вас отдельных апартаментов.

Глава 20

Мы переглянулись, не понимая, что за странный пункт договора. Ночевать в одном помещении три месяца? Что за дурацкий пункт включил призрак деревенской ведьмы?

– Трогательная забота, – буркнула я, – конечно, бабуля у Розы старой закалки. И не хотела оставлять нас наедине с парнями. Но, со всем уважением, директор Ринс, я не боюсь, что вы внезапно покуситесь на мою честь. Поэтому готова лично построить себе отдельный шалаш. Где там в договоре можно прописать, что принимаю все риски и тому подобное? Втроём с девчонками тоже жить не вариант – Лилька меня уже бесит, когда сюсюкает с кошмарным ёжиком. А…

– В договоре не прописано, что вы должны жить с ведьмами, – успокоил меня Ринс, доставая смятый лист бумаги и вчитываясь в него.

Я в это время отмахивалась листом пальмы от Лилии, которая оскорбилась на «кошмарного ёжика», и плохо слушала.

– В договоре прописано, что новоприбывшие ведьмы должны жить с кураторами.

– С котом? – переспросила я, очищая глаза от песка, горсть которого швырнула в меня Лилия, – это у капризной скотины спросите. Да не про тебя сейчас, Лилька!

Роза вообще не прислушивалась. Ворковала над сковородкой, уговаривая её на завтрак.

– С кураторами, – повысил голос директор, – бабка написала, что вы взбалмошные, вредные и настоящие ведьмы. Потому нуждаетесь в руководстве и ни в коем случае не должны жить в одном помещении, иначе друг друга поубиваете.

– Кстати, похоже на план, – заметил ухмыляющийся брюнет, – только зря ты им это прочитал. Там бы уже через три дня у нас было бы минус две ведьмы. Вообще, как они увлечённо друг друга в «Мафию» убивали, будто репетировали, очень даже похоже на правду.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.