# Ветер над рекой: Новая Надежда

Айве Лелия

Добро пожаловать в Ланвиль. Здесь ваши принципы – ваша слабость.

Клиника доктора Лансли – цитадель цинизма и формализма. Для доктора Алана Нобоа она становится личным адом. После роковой ошибки его карьера и жизнь летят под откос.

Роман о моральном выборе, научной смелости и о том, какую цену мы готовы заплатить за надежду.

## Глава 1. Возвращение домой

Алана разбудил удар головой о стекло. Он выпрямился и растерянно огляделся. Парень сидел на мягком кресле у окна в небольшом теплоходе. Судно уже несколько часов плыло по реке в город Ланвиль. Хотя это был не первый класс, место оказалось достаточно удобным. Теплоход плавно скользил по широкой реке, слегка покачиваясь. Другие пассажиры также зевали и потягивались. Кто-то ворчал на неумелого штурмана, и Алан решил разобраться, что же произошло. На соседнем ряду от него на сиденье прыгал мальчуган лет пяти и указывал куда-то наружу. Парень осторожно посмотрел в окошко, придерживая ладонью растущую на лбу шишку и стараясь больше не встречаться ею со стеклом. В поднимаемых кораблём волнах покачивалось корявое бревно, похожее на загадочное речное чудище. Видимо, именно оно стало причиной переполоха и пульсирующей головной боли Алана.


– Приветствует нас Матушка. Хочет что-то сказать своим детям, – пробормотала старушка, сидевшая на соседнем кресле.


Алан обернулся на голос, рассматривая пассажирку. Пожилая дама неопределённого возраста была аккуратно одета: строгий синий костюм, юбка и пиджак, белая блузка. Седые волосы собраны в пучок. На лацкане пиджака поблёскивала изящная брошь в виде капли воды из синей эмали и бирюзы. Женщина почти не пользовалась косметикой и выглядела бледной, утомлённой. Алан помнил, что они плыли практически бок о бок уже несколько часов, но увлечённый собственными мыслями и ожиданиями, парень не думал о знакомстве с женщиной, а после и вовсе уснул. Сейчас же он был захвачен врасплох её желанием пообщаться. Дама тем временем по-доброму улыбнулась Алану и принялась что-то искать в сумочке.


– Молодой человек, вы испачкались, – сообщила дама, тут же протягивая ему небольшое зеркальце, украшенное узорами в виде волн и морской пены. – Вот тут, – указала она пальцем чуть выше левой брови Алана. Парень посмотрел на зеркальце и усмотрел в нём настоящее сокровище. Редко такое можно увидеть в руках современных девушек. Тонкие линии, изящные завитки и идеальная полировка. Изделие определённо было старинное, ручной работы. Без сомнения, эта красота была создана в честь богини Матери Вод – владычицы Морей и Рек, почитаемой в Сакасии как прародительницы Жизни. Удивительная вещица. И дама, несомненно, дорожила этим зеркальцем. Поэтому Алану не стоило забирать его надолго.


Нобоа пробежался взглядом по своему отражению в старинном стекле. Держать эту реликвию стало боязно, но и отказываться неудобно. Перед собой он видел взъерошенные волосы пшеничного цвета, усики и бородку. Ему, девятнадцатилетнему выпускнику-медику, борода была необходима: она придавала солидности, так ценимой пациентами, которые часто сомневались в молодых врачах. На лбу паренька в отражении виднелась шишка. Кожа вокруг места ушиба стала красной и воспалённой. Выше на лице и волосах он видел разводы пыли. Из-за них одна из прядей посерела, создавая впечатление ранней седины, а грязные полосы добавляли лицу болезненности. Парень нахмурился и передёрнул плечами. Выглядеть взрослее он хотел не настолько, и мысли о старости заставили чувствовать себя неуютно, в особенности рядом с великовозрастной соседкой.


Бабушка же отнеслась к этой картине проще и услужливо предложила парню свой платочек с вышивкой. Снова волны. Ткань нежная, мягкая. Жаль пачкать такой платок, но и отказывать невежливо.


– Огромное спасибо, – улыбнулся Алан, принимая помощь. Быстро вытер пятно, возвращая своему облику лет двадцать. Всё это время дама смотрела на него с умилением, как на маленького ребёнка, быть может, видя в парне сына или внука. От такого взгляда ему стало совсем неловко. Чем-то женщина напоминала ему мать, только постарше. Сильно старше…


Нобоа успел соскучиться по близким в последнее время. Родители покинули Ланвиль три года назад и теперь жили в другом городе. Потому видеться с ними стало сложнее. Во время учёбы Алан общался с ними только по телефону и, теперь, вернувшись в родной город, планировал поехать их повидать. Может, месяца через два, когда накопит немного денег…


Чувствуя, что стукнулся лбом сильнее, чем думал в самом начале, Нобоа вернул зеркало и платок хозяйке. Будь у него больше времени, выстирал бы платочек перед тем, как отдать обратно, но, скорее всего, они никогда больше не встретятся. От этих мыслей неловкость усиливалась, и Алан попытался отвлечься на картины снаружи, спрятаться от внимательного взгляда женщины.


– Первый раз в Ланвиле? – неожиданно спросила дама, убирая свои сокровища в сумочку. – Не волнуйтесь. Люди здесь добрые, спокойные. – поделилась старушка, тоже наблюдая пейзаж за окном. – Согласитесь, очень красиво в наших краях.


День и правда был прекрасен. Сияло солнце. Бесконечные леса Сакасии, казалось, отступали от берегов реки по мере движения судна вниз по течению, открывая взору все новые просторы. Ланвиль был фермерским городком, и под поля отводились колоссальные территории, но даже это не шло в сравнение с нетронутой зеленью холмов вокруг. Природа занимала важное место в жизни Сакасии и Ланвиля, и потому оберегалась с особенной трепетностью почти везде. Сакасийцы не могли рассчитывать на помощь большого мира или божью волю, когда дело касалось выживания их не самого многочисленного народа.


– Возвращаюсь домой, – после недолгой паузы ответил Алан. – Я родился в этом городе. Вырос. Ходил в школу Эйнсвик. – поделился парень, кивая сам себе и продолжая любоваться красотами. Эйнсвик считалась самой лучшей школой в городе с самого его основания. Её оканчивали многие знаменитости Ланвиля, отчего и Алан надеялся присоединиться к их списку однажды.


На берегах показались первые домики в два-три этажа. В основном маленькие – на одну семью. Большая часть старинная, помнившая город таким, как он был сотню лет, а может, и две назад. Подобными полнился родной Ланвиль в детские годы Алана, такой город и оставался сейчас. Улицы хранили память прошлого, сберегая особенную атмосферу этого места, людей. Лишь несколько высотных зданий под квартиры и офисы мог припомнить парень в одном из окраинных районов, а также споры об их дальнейшем существовании. Ланвиль они не красили.


– Я тоже в этих краях всю жизнь, – тихо призналась старушка. – Здесь родилась, здесь и умру – вернусь в глубины Вод Великой Матери, – добавила она хмурясь. Какая-то обречённость проскользнула в её тоне. Алан с трудом сдержал желание взять её за руку. Измерить пульс. Мысли о смерти могли означать скрытые проблемы со здоровьем. Вдруг он мог с этим помочь как доктор?


– Только понял, как соскучился по тишине и покою родных мест, – рассказывал Нобоа женщине, пытаясь отвлечься от нахлынувших мыслей о болезни. – Учился в другом городе и жил в тесном общежитии. Стыдно признаться, но получив диплом, я некоторое время сомневался, возвращаться ли сюда. – Парень опустил взгляд, задерживая его на волнах реки снаружи, белой пене. Было в этом что-то успокаивающее. – Стремление к знаниям, технологиям, возможностям… – улыбнулся он, не отрывая глаз от гипнотической картины, борясь с желанием дать женщине свой телефонный номер или взять её номерок себе. Выглядело бы это со стороны более чем странно и неловко, но желание лишь нарастало. – В конце концов, любовь к Ланвилю победила, и я здесь, – пожал плечами Нобоа, словно извиняясь. Когда ещё ему удастся с кем-то так пооткровенничать? Обычно пациенты делятся наболевшим с доктором, а не наоборот. И уже сегодня несколько таких историй могут его коснуться. А тут вдруг разговорился сам. Даже странно. Что на него нашло? Мысль, что он ушибся слишком сильно, снова вернулась.


– Для всего своё место и время. Верьте в Течения, и Вода направят на путь истинный, – снова заговорила дама, и Алану ничего не оставалось, как согласно ей кивнуть. Рассуждать о вере, богине, чудесах он опасался, как и полагаться на них. Наука и технологии были надёжнее и понятнее для него, чем сказки и волшебство. Дама же определённо всей душой была с ней – Матерью и Защитницей Сакасии, и нарушать её душевный покой он не желал. Внутри него поднялась знакомая волна скепсиса, но он подавил её – спорить с пожилой и набожной женщиной было бы жестоко. Личные убеждения оставались личными. Да и скорее Алан был в этом смысле изгоем и отщепенцем. Всё дело было в том, что его собственные родители не были настолько набожными, чтобы напитать маленького сына верой и уважением к Великой Матери Вод. А учитывая нравы вокруг, признаваться в подобном он бы никому не посоветовал.


За окном показался порт с вереницей причалов, выстроенных из прочного камня и дерева. За ними высились складские помещения, администрация. Путешествия по воде были основным способом передвижения в Сакасии испокон веков. Дороги строились только в засушливых регионах или в горах, где реки изобиловали порогами и водопадами, а воздушный транспорт на острове стоил невероятно дорого.


– Не проводите меня до машины? Старовата я, видимо, стала для путешествий, – попросила вдруг Алана женщина, привлекая снова к себе внимание.


Алан замер на мгновение. Её просьба, бледность, дрожь в руках, когда она доставала зеркало, и этот тон обречённости… Доктор не может отказать. А вдруг ей станет плохо по дороге? – пронеслось в голове.


– Конечно. Можете положиться на меня, – согласился, не задумываясь, паренёк. Теперь признаки болезни виделись ему в каждой её морщинке, лёгком дрожании пальцев, покраснениях в уголках глаз. Оттого всё сильнее его разбирало желание оставить этой женщине свой адрес и телефон, вылечить и подарить ещё несколько лет спокойной, здоровой жизни. Сейчас её образ как будто таял и истончался, навевая не самые весёлые мысли.


Судно пристало к берегу. Команда опустила трапы, и даме действительно понадобилась помощь, даже просто чтобы подняться с места. От долгого сидения у неё затекли ноги.


Алан терпеливо взял её под руку и повёл к выходу. Медленно. Другие пассажиры обгоняли их по пути, изредка ворча из-за доставленных парочкой неудобств.


Дорога от пристани до парковки занял в несколько раз больше времени, чем если бы Алан шёл один. Парень поспешил сам договориться с водителем такси для старушки. Добираться домой пешком она была не в силах. Помог устроиться на сиденье и убедился, чтобы она не защемила юбку, закрывая за собой дверь.


– Долгих лет жизни вам, – искренне пожелал Алан прощаясь. Заплатить за её такси Алан не мог себе позволить, но кое-что ещё сделать парень всё же решился. – Вот. Это моя визитка, – протянул через окошко и бережно вложил в ладонь женщине Нобоа свою карточку. Родители, как опытные врачи, озаботились такой важной деталью и подарили ему целую упаковку на выпуск. Пригодилось. – Если что-то понадобится, позвоните. Пожалуйста. – добавил он, и в голосе прозвучала неподдельная тревога.


Дама благодарно кивнула на прощание и даже помахала ему рукой.


Стоя у дороги и провожая взглядом удаляющееся такси, Алан ощутил странный холодок вдоль позвоночника. Тревога не отпускала, а лишь сжимала горло тисками. Но оцепенение пора было прогнать. И самого Алана ждало небольшое путешествие по родным местам, по улочкам, дворикам, до калитки родного дома.


Дом Нобоа находился на границе с центральным парком Ланвиля. Строение было окружено небольшим садом с деревьями и цветами. Двор слегка зарос сорняком за время отсутствия хозяев и выглядел диким, но не совсем заброшенным. Белые стены сильно выделялись на фоне яркой зелени сада, а в этот ясный день даже слепили глаза. Контраст между живой природой и запустением человеческого жилья был довольно резким.


Алан поспешил к входной двери и отворил её собственным ключом, проверяя тайник, где хранился запасной.


Внутри здания было всё ещё более запущено, чем снаружи. Толстый слой пыли покрывал мебель, напоминая саван. На подоконнике в гостиной стоял засохший кактус – немой укор длительному отсутствию. Уборка требовалась капитальная, но на неё у парня совсем не оставалось времени. Позже…


Нобоа спешно пересёк гостиную, поднялся на второй этаж, мельком заглянул в обе спальни: свою и теперь уже гостевую.


Его главной целью был кабинет. Однажды он будет принимать здесь пациентов, как-то делали его родители. Быть может, даже пригласит ту бледную даму с тревожными глазами и бирюзовой брошкой… Надеюсь, она позвонит, – подумалось неожиданно сильно, и Алан почувствовал, как по спине пробежали мурашки. Он отмахнулся от чувства и шагнул в комнату, полную теней и пыли.

## Глава 2. Линда

Некоторое время ушло на сборы. Алан хотел взять с собой полезные книжки, карандаш, блокнот. Вещи с дороги он отшвырнул в угол – разбирать их сейчас не было ни времени, ни сил. Даже просто отдохнуть Алан не мог себе позволить. Сегодня он впервые шёл на новую работу, и его ждал доктор Лансли, известный своей пунктуальностью и нетерпимостью к опозданиям.


После обучения его сразу же распределили на вакантное место в родном городе, пойдя на уступки. Многие получали назначения далеко от дома, и их жизнь была гораздо сложнее, чем у Нобоа. Снимать комнату, не начав получать деньги, было дорого. Алан не мог похвастаться богатствами, но жизнь в собственном доме решала сразу половину всех проблем. Удобно. Плюс ему не пришлось искать работу, писать объявления и ходить по собеседованиям. К специалистам его возраста относились настороженно, несмотря на все достижения во время учёбы и рекомендации. Поэтому устроиться молодым было не так просто, и распределение становилось спасением. Но были и свои минусы. Он слышал не самые приятные истории о клинике, где ему предстояло работать. В первую очередь от родителей, которые поделились с ним некоторыми профессиональными тайнами. Оба недолюбливали старика Лансли и всей душой сочувствовали участи сына. Из-за всего этого Нобоа предпочёл бы начать карьеру в другом месте. Но пути назад не было, и ему следовало сразу готовиться к трудностям. Хотя, с другой стороны, клиника доктора Лансли находилась всего в нескольких минутах ходьбы от дома – сегодня это было его единственной удачей.


Собравшись, проверив телефон, деньги и ключи, парень почти побежал на работу, понимая, что расписание судов в Ланвиле подвело его: он опаздывал более чем на час. По дороге мелькнула тревожная мысль о старушке Нэнси и вручённой визитке, но Алан тут же отогнал её – сейчас нужно было думать только о том, как пережить первую встречу с Лансли.


Клиника представляла собой одноэтажное здание в старинном стиле, с блестящим фасадом, аккуратным входом и клумбами, полными ярких цветов. В городе это место имело неплохую репутацию и даже некоторую популярность, что сильно контрастировало с историями от родителей. «И это место они так невзлюбили?» – мелькнуло у Алана, но тут же вспомнились их суровые предостережения о характере главврача. Если бы парень не знал их, можно было подумать, что его намеренно запугивали.


Алан остановился у дверей, чтобы собраться с мыслями, сделал глубокий вдох, смотря на своё отражение в белом халате и оценивая внешний вид. От того, как пройдёт день, зависело всё его будущее не только в клинике, но и в Ланвиле вообще. Доктор Лансли имел немало связей и мог серьёзно повлиять на его судьбу даже после увольнения. Хотя не стоило думать об этом, не перешагнув порога работы. Сердце бешено колотилось.


Парень нервно поправил воротничок и попытался придать своей походке как можно больше уверенности, когда толкнул тяжёлую дверь. Нобоа встретили белые стены, стерильные кафельные полы, стойкий запах антисептика, смешанный с нежными ароматом живых растений в больших кадках, расставленных по всему коридору. В клинике царила тишина, нарушаемая лишь звуком его шагов и тиканьем больших часов, показывающих одиннадцать. Опоздание было очевидным.


Почти у самого входа располагалась приёмная. Стены помещения были покрыты кремовыми обоями с тонкой золотистой полоской. Пол – блестящий тёмно-коричневый паркет. Рабочее место администратора было отделено резной деревянной ширмой и высокой стойкой с узорами на тему Матери Вод, что заставило сердце парня снова сжаться. Напротив стоял кожаный диван в окружении тяжёлых мягких кресел и те же кадки с растениями.


За стойкой сидела молодая, привлекательная девушка в белой атласной блузке. Окрашенные в светлый цвет волосы были собраны в хвост, чтобы не мешать, и не спадали на лицо. Она казалась воплощением аккуратности и спокойствия.


Девушка окинула Алана внимательным взглядом, задержавшись на его белоснежном халате. Лицо её озарилось такой приветливой улыбкой, что кровь прилила к ушам парня. Секретарь не выглядела осуждающей из-за опоздания, но Алан чувствовал себя виновато.


– Добрый день, доктор Нобоа. Я ведь не ошиблась? – заговорила девушка. – Меня зовут Линда. Рада встрече. Доктор Лансли просил передать, что ждёт вас у себя после окончания приёма. А пока я проведу вас в ваш кабинет.


Секретарь изящно выскользнула из-за стойки и направилась в коридор, вглубь здания.


– Как прошло путешествие по реке? Я слышала, вы только сегодня прибыли в Ланвиль? – продолжала она, не прекращая улыбаться. – Могу я предложить вам чашечку кофе или чая? Чтобы взбодриться? – её взгляд на мгновение скользнул к часам, но улыбка не пропала.


Алан постарался сохранять уверенность, борясь с растущим смущением. Он ожидал увидеть на месте секретаря строгую даму в очках и сединой, как главную библиотекаршу в институте, которой все однокурсники боялись как огня. Линда же была глотком свежего воздуха, но мысль о скорой встрече с Лансли снова сжала ему желудок.


– Рад познакомиться, Линда, – наконец заставил себя сказать парень. – Мы добрались почти без проишествий. – Он продолжал, надеясь, что не выглядит глупо. Первое впечатление было очень важным, в том числе и впечатление коллег. – Спасибо за предложение, кофе был бы очень кстати, – решился он, понимая, что бодрость сейчас важнее стеснения.


– Ваш кабинет, доктор Нобоа, – сказала Линда, остановившись у последней двери в коридоре и пригласив жестом войти. Понятно, что для зелёного новичка, закончившего экстерном медицинский, вряд ли выделили бы место сразу у входа. Но дело было не в расположении комнаты. Совсем не в этом.


Рабочее место Алана оказалось светлым, просторным помещением с большим окном, старинным деревянным столом и диванчиком для пациентов. На стене вместо картины пестрела карта человеческого тела – жутковатая и, возможно, пугающая посетителей. Вероятно, её не удастся снять в первый месяц работы.


Рядом со столом находился вместительный шкаф для книг и бумаг. Здесь была литература предыдущего владельца и папки с делами пациентов, скорее всего, старые, ведь всё больше клиник переходят на электронное хранение данных. Компьютер в углу казался странным среди такого интерьера, словно пришелец из будущего. На столе лежала аккуратная стопка новых папок.


– Очень хорошо, – произнёс Алан немного рассеянно, подходя к столу. Его ждали карты пациентов, которых доктор Лансли решил доверить молодому врачу. С ними нужно было ознакомиться в первую очередь, поэтому Алан торопливо сел в кресло, оценивая его мягкость и удобство, и взял первую. Главный врач подбирал для Нобоа пациентов достаточно здоровых, без серьёзных или хронических заболеваний, что было вполне понятно. Сам же Алан предпочёл бы получить хотя бы одно непростое дело и быть действительно полезным, а не только измерять температуру и говорить «здоров» в течение нескольких месяцев. Мысль о Нэнси снова ткнула его в сознание – вот кого бы он хотел видеть в своём кабинете, чтобы помочь…


Когда Линда прикрыла за собой двери, Алан ненадолго вспомнил о её существовании. Но тут же его внимание привлекла первая фамилия в карте.


Минут через пять, когда парень с головой погрузился в дела и почти забыл о ней, Линда вновь появилась в дверях с подносом и поставила перед доктором чашку крепкого чёрного кофе. Нобоа почувствовал неловкость от такого внимания, но тут же оценил ароматный пар, поднимающийся над чашкой.


– Спасибо, Линда, – кивнул он девушке, отвлекаясь от работы. Вдохнув бодрящий аромат кофе, Алан сделал глоток. Горячая жидкость, стекающая внутрь, придавала ему сил. Он был благодарен девушке за понимание. Алан осознал, что ему действительно необходим был этот кофе. Он сделал ещё один глоток и потянулся к следующей папке. Игра началась. Где-то в этом здании сейчас работал и доктор Лансли, и тень старика, казалось, уже нависла над аккуратными рядами папок.


## Глава 3. Рувен


Рувен остановился перед входом в клинику, натянул на лицо улыбку и взглянул на своё отражение в стекле. Всё идеально! Он был высоким, сильным и красивым. С такой внешностью и связями никто не посмеет отказать ему в услуге. Тем более эта клиника имела хорошую репутацию и не пожелает, чтобы её имя испортил «господин Ландерт». Да и получить нужную бумажку в такой лавочке, где берут зелёных новичков, должно быть проще простого. Всё определённо пройдёт безупречно!


Мужчина тряхнул каштановыми кудрями, поправил рубашку и вошёл внутрь. Как и ожидалось, внутри было комфортно, чисто и тихо. Одна из сонных, маленьких клиник этого захолустного городка. Однажды у него будет достаточно денег и связей, чтобы уехать из Ланвиля, а пока можно поразвлекаться и решить кое-какие мелкие вопросы.


В приёмной Рувена встретила секретарша. Профессиональный вид, идеальный наряд. На бейджике значилось имя «Линда Тамано». Девушка показалась ему довольно симпатичной, и его сердце забилось чаще в предвкушении. Вечером он отметит удачу с новой девчонкой, а пока – дело. Небольшое, но важное.


Молода, привлекательна, элегантна. Рувен облизнул губы. В его фантазиях она представала с распущенными волосами, рассыпанными по подушкам, с томным взглядом, полным желания и страсти… М-м… Мужчина прикрыл глаза на мгновение, погружаясь в мечтания. Но цель визита была другой: та самая медсестричка, с которой он коротал недавно вечер, сболтнула лишнего. Поделилась слухами о новеньком враче – молодом, неопытном, закончившем экстерном. Идеальный лох, чтобы выписать особый рецептик, что нужен Рувену позарез, а возиться с подозрительными дилерами не хотелось.


Наконец, Ландерт шагнул к стойке и снова поправил ворот рубашки, ощущая, что нервничает больше, чем того требует его положение. От улыбки красотки ему становилось жарче, и фантазии о девушке – всё горячее. Но сначала – к вундеркинду. Пусть отрабатывает свой диплом.


– Здравствуйте, сэр. Чем могу вам помочь? – дружелюбно поинтересовалась секретарь.


Рувен уже представлял, как пройдёт день в её компании. Прогулка, ужин при свечах, постель… Последняя мысль становилась всё более навязчивой, и её следовало воплотить как можно скорее. После того как он получит своё. Ландерт ещё раз облизнул губы, но не оттого, что пересохло во рту. Ответил мужчина с небольшой задержкой, стараясь усилить свою эффектность и привлечь к себе внимание.


– При-ивет, – протянул он слово, вкладывая в этот звук всю свою сногсшибательную харизму. – Я пришёл на приём к доктору Нобоа. Срочно нужна консультация. – добавил он для солидности.


Этого бедолагу-студента Рувен выбрал не просто так. Медсестра описала его как тихого заучку – идеальная мишень. Подумаешь, получил диплом на несколько лет быстрее своих товарищей. Такие мысли таяли при виде девушки перед ним. Взгляд сверху вниз на Линду будоражил гораздо сильнее. Хотелось поскорее оценить её размеры и формы, скрытые строгим нарядом. Рувен не раз замечал, что скромные на вид девушки оказываются очень горячими. Изголодавшиеся по мужскому вниманию, они становились особым лакомством для таких людей, как он.


Красотка продолжала мило улыбаться, настраивая Ландерта на приятные мысли о предстоящем вечере. Как только он достанет у студентика нужную бумажку, эта штучка станет его заслуженной наградой, как дорогое вино.


– Очень хорошо, сэр, – из размышлений Рувена вырвал голос девушки. – У доктора сейчас как раз свободное время. Пройдите, пожалуйста, в кабинет, – сообщила она, указав направление.


Ха! Нобоа, похоже, спрятали куда подальше от нормальных людей! Наверняка следующая за его кабинетом дверь ведёт в уборную! Тем лучше – меньше свидетелей. Сейчас он разведёт этого мальчишку на рецепт, как по нотам.

## Глава 4. Первый пациент

Алан выдохнул. Растерянно взъерошил волосы, чувствуя, как по спине бегут мурашки, и судорожно бьющееся сердце. Ноги слегка подкашивались. В Ланвиле он никак не ожидал столкнуться с таким, помня родной город как мирное и идеальное место, едва ли не колыбель Великой Матери. Именно поэтому он вернулся работать сюда, оставляя позади шум больших городов.Неожиданно дверь отворилась, и перед Аланом появился мужчина спортивной комплекции с каштановыми волосами и карими глазами, одетый с иголочки. Пациент держался уверенно и не выглядел больным, из-за чего парень немного напрягся. – Чем могу вам помочь? Присаживайтесь, – сказал доктор, указывая жестом на диван. – Привет, – бросил гость, не спеша назвать своё имя, что сразу озадачило Алана. Мужчина присел, поправил рукава рубашки и огляделся вокруг, словно тянул время или создавал напряжённую атмосферу. Последнее показалось Алану более вероятным, когда гость заговорил снова. – У меня возникли некоторые проблемы с головной болью, – произнёс пациент неприятным тоном. – Иногда настолько сильные, что невозможно даже прикоснуться к голове, – он картинно поднял руку к виску и сделал болезненную мину. – Я перепробовал разные способы лечения, но ничего не помогает, – продолжал он, избегая взгляда Нобоа и лениво изучая кабинет. – Боль почти постоянная. День за днём. Особенно при ярком свете или громких звуках. Иногда всё начинает кружиться, темнеть в глазах, даже от запаха еды. Понимаете, это ужасно мешает мне жить. – Лишь на этих словах их взгляды пересеклись, как будто мужчина хотел увидеть реакцию доктора, и уверенность Нобоа в том, что пациент не болен, укрепилась. В этом взгляде проскочило что-то насмешливое и высокомерное. Алан попытался скрыть нарастающее раздражение и сосредоточиться на работе. Пациент выглядел идеально: ни бледности, ни мешков под глазами. Симптомы он описывал слишком точно, как будто выучил важные моменты из книги перед приёмом. Конечно, Нобоа мог ошибаться – перед ним был его первый пациент! Но это сомнение было слабее всех остальных предположений. – Расскажите подробнее, как давно у вас начались боли, – осторожно попытался разобраться Алан, отмечая повышение собственного пульса и стараясь выровнять дыхание. Эта ситуация нервировала его всё больше, и лишь образ идеального врача, созданный его семьёй, напоминал, к чему он должен стремиться и как вести себя при любых условиях. – Все эти признаки похожи на симптомы мигрени, – продолжил объяснять Нобоа, – но для точного диагноза требуется полная диагностика. Проблема может оказаться серьёзнее, чем кажется на первый взгляд. На какой день вам будет удобно записаться? Предупреждаю, обследование займёт некоторое время, поэтому лучше начать его с самого утра, а не на ночь глядя. Алан очень хотел проверить пациента как можно тщательнее и желательно вывести его на чистую воду. Уверенность в том, что его обманывают, росла с каждым мигом. На слова Нобоа посетитель нахмурился. – Диагностика? Опять? – в его голосе прозвучало фальшивое разочарование. – Доктор, вы же видите, как я страдаю сейчас! Разве можно откладывать помощь? – Он прижал ладони к вискам, изображая муку. – Я слышал, вы талантливый, понимающий… Я надеялся… Потом его тон сменился на более жёсткий: – Или вы такой же, как все? Неужели я зря потратил время? Алан не успел ответить, как лицо пациента перекосила гримаса гнева. Глаза сузились, и Нобоа послышался скрежет зубов. – Голова болит уже давно – несколько месяцев. Я обращался к другим докторам в Ланвиле много раз. Даже делал МРТ, но они снова и снова говорили про обычный спазм сосудов. Какой ещё спазм? Эти вечные обещания, что всё пройдёт… Эти бесполезные лекарства… Они не могут мне помочь! – с раздражением отмахнулся мужчина от предложения Нобоа. – Не нужно ещё одного бестолкового обследования. Просто выпишите мне что-нибудь сильнее! Алан не мог не заметить перемен в поведении пациента. Это была не просто обычная нервозность на приёме. Здесь было что-то другое, что настораживало его ещё больше. – Я понимаю ваше недовольство и разочарование – доктора должны помогать и как можно скорее, но поймите, нам необходим точный диагноз, – настаивал Нобоа. – А также я хотел бы ознакомиться с результатами предыдущих обследований, о которых вы упомянули. Возможно, там окажется что-то полезное, что не заметил другой специалист. Брюнет сжал кулаки, напрягаясь и хмурясь. Алан видел вздувшиеся вены на шее мужчины. Холодок страха пробежал по спине парня. Больной явно сдерживал ярость и злость, и доктор задумался, виноват ли он в этом. Может, причина в плохом обслуживании в других клиниках? Нобоа знал, что докторов в Ланвиле не так много, но и жители не слишком часто болели. Как обстояли дела сегодня, он пока ещё не знал наверняка. – Я уже проходил обследование десятки раз, – зашипел пациент, прерывая размышления Алана. – Выпишите рецепт, и я уйду! Нобоа медленно поднялся и сделал пару шагов к диванчику, словно к клетке с тигром. Он понимал, что собственное волнение нужно было скрыть и успокоить пациента. Для этого парень положил руку на плечо больного и заглянул ему в глаза. От того, как на него посмотрел в ответ Рувен, предупреждающе заискрила в мыслях картинка, как ему откусывает руку тигр. Пальцы Алана инстинктивно дрогнули. Тем не менее Нобоа должен был продолжать сохранять спокойствие и помогать. Человек перед ним был явно старше, и доктор надеялся скрывать этот факт как можно дольше, чтобы избежать дополнительного давления и сложностей. Текущее положение и без того было непростым. – Мистер, я понимаю ваше отчаяние, но мне нужно быть абсолютно уверенным, что мы ничего не упускаем. Давайте поговорим спокойно. Расскажите всё подробно или предоставьте мне имеющиеся медицинские бумаги, – стоял на своём Нобоа. – Я! Уже! Всё! Знаю! – выделял каждое слово мужчина, грубо смахивая руку Алана со своего плеча. – Я не хочу снова и снова проходить бесполезные обследования! Я требую лекарство! Хотя руку не откусили, неприятный осадок накапливался. Нобоа шагнул назад, непроизвольно прижав кулак к груди. Вздохнул и снова сосредоточился на пациенте. Первое впечатление было куда приятнее, но теперь поведение гостя начинало пугать. Надо было встретить такого пациента в первый же день?! Кто-то, возможно, уже поспешил бы завершить приём, выдав лекарство и умывая руки. Но сильные препараты имели немало побочных эффектов, от зависимости до нарушения работы внутренних органов. Такое ни в коем случае нельзя было выдавать просто так! Если что-то случится с этим человеком, виноватым окажется сам Алан. – Прошу вас, постарайтесь успокоиться, – продолжил настаивать Нобоа. – Вы должны понимать, что чем сильнее лекарство, тем больше побочных эффектов. Важно до последнего использовать более щадящие препараты. У меня есть несколько подходящих, возможно, вы ещё не пробовали их. – попытался предложить компромисс доктор. Пациент резко встал на ноги, лишь подтвердив свою отличную физическую форму. Будь он действительно болен, головокружение или приступ непременно бы его поразили. Сердце Алана колотилось так, что отдавалось в висках. С некоторым запозданием доктор отшатнулся, вспоминая об образе тигра. Всё! Моё терпение иссякло! Вы за это поплатитесь! Все в городе узнают о случившемся, и вы закончите жизнь нищим! – повысил голос мужчина, протягивая к доктору руки, словно желая схватить того за горло. Алан инстинктивно вжался в стену, ощущая, как холодеют ладони. Но в последний момент Рувен передумал, резко развернулся и захлопнул за собой дверь.

## Глава 5. Жалобная книга

Пытаясь выровнять дыхание, Рувен вышел в коридор.

– Прямо сейчас! – закричал Рувен, – Дай мне уже эту книгу, тварь! – Гулкий, тяжёлый удар его кулака обрушился на стойку перед самым лицом секретарши.А доктор оказался серьёзным противником, чего Ландерт никак не ожидал от зелёного новичка. Но если не удастся развести его на лекарство, в клинике найдутся и другие кандидаты. Но это потом. Сейчас… Сейчас он накажет этого доктора Нобоа. Сегодня Ландерт был настроен решительно и намеревался, во что бы то ни стало получить нужные препараты. Вдох. Выдох. Ярость постепенно утихала, и перед красавицей Линдой можно было предстать в более приятном виде. Сегодня Рувен собирался продолжить общение с ней в конце рабочего дня. Мужчина нетерпеливо облизнул губы. Планы оставались прежними, и теперь следовало двигаться дальше. Но сначала – наказать этого доктора Нобоа. – Дайте мне жалобную книгу, Линда, – с трудом улыбнулся Ландерт девушке, губы его подрагивали, а в глазах горел огонь. Он облокотился на стойку и картинно провёл ладонью по волосам, чувствуя, как мышцы спины напряжены. Девушка оглянулась на голос, поднимая брови. – Жалобную книгу? – переспросила она удивлённо. Кровь Рувена вновь забурлила от нетерпения. Мужчина стиснул зубы, челюсть свело от усилия, борясь с эмоциями. Ему хотелось заполучить всё и сразу, а девушка продолжала медлить. Он подумал, как было бы приятно схватить её за волосы и разложить прямо на стойке, чтобы показать, кто здесь главный. Но это могло бы помешать его планам и едва ли прошло бы незамеченным. Лекарство! В первую очередь – лекарство, а затем можно было бы приятно провести время с девушкой. В своей неотразимости он был уверен на все сто. Пришлось приложить титанические усилия, чтобы мышцы лица хоть как-то расслабились в подобии улыбки. Он продолжил разговор с видом человека, который держит всё под контролем – хозяина положения. – Да, мне нужна жалобная книга, – повторил он медленно. – Доктор Нобоа отказал мне в предоставлении медицинских услуг, и я не оставлю это без внимания. – Хорошо, сэр, – улыбнулась Линда, даже не потянувшись к книге. – Но прежде ответьте мне на несколько вопросов. Секретарша вызывала у Ландерта двоякие ощущения. То она казалась глупой как пробка, то спокойной и уверенной. Но между тем она продолжала медлить. Заслуживает ли красота секретарши того, чтобы он тратил на неё своё время? Девушка опустила глаза, поправляя причёску, и это только усилило противоречивые чувства. Каждое её движение начинало казаться ему злонамеренным, направленным против него самого, стирая то мимолётное очарование первой встречи. – Расскажите, пожалуйста, подробнее, что между вами произошло? – спросила она, и на миг он снова поплыл. В таком ракурсе красота распаляла одни желания, позволяя забыть о других. Но ненадолго. Рувен нахмурился. Сдерживать гнев становилось всё сложнее. – Ваш новый доктор Нобоа отказался выписать мне рецепт на лекарство от мигрени! По его вине я продолжаю страдать! Каждую минуту промедления мне становится всё хуже! – отбивая слова, пояснил он девушке, надеясь, наконец, получить желаемую реакцию. – Мистер, доктор Нобоа отказался давать вам рецепт по медицинским причинам? – уточнила она, хлопая ресничками. Она издевается? Точно уже издевается! Неужели так сложно, просто подать жалобную книгу? Или… Или они с Нобоа в сговоре? И тот и другой, похоже, оттягивают момент, отказываются выполнять приказы! Да как они смеют отказывать ему – Рувену Ландерту! – Якобы из-за «медицинских причин». – ответил Рувен. Пальцы впились в стойку, а мужчина наклонился к девушке. – Я нуждаюсь в лекарстве! Нуждаюсь прямо сейчас! – повышая голос, продолжил Ландерт. – Думаю, он опасается побочных эффектов или противопоказаний, – оправдывала Нобоа девушка и дальше. Костяшки пальцев мужчины побелели, а на виске запульсировала жилка. Не хватало ещё, чтобы у него действительно началась мигрень от этой стервы! Всё внутри закипало.

## Глава 6. Главный Врач

Не прошло и нескольких минут, как со стороны приёмной послышались крики.


Алан оторвал взгляд от бумаг, к которым попытался вернуться после ухода больного, нахмурился, а затем резко встал, чувствуя, как тревога снова охватывает его.

Похоже, трудный пациент досаждал теперь Линде, чего молодой врач не мог допустить, и решительно зашагал на шум.


Уже через минуту Нобоа был на месте, готовый вмешаться. Общаться с грубым гостем ему совершенно не хотелось, но и сбрасывать клиента на плечи хрупкой секретарши было неправильно.


– Всё в порядке? – поинтересовался Алан у девушки, понимая, что ей тоже досталось от этого человека, и он опоздал. Но кто мог подумать, что тип заявится в приёмную, вместо того, чтобы просто покинуть клинику? Нет, конечно, Алану стоило предусмотреть такой поворот и проследить за человеком до самых дверей…


Линда пыталась держаться профессионально и невозмутимо и даже улыбнулась Нобоа, несмотря на неприятную компанию.


– Да, всё в порядке, доктор. Мистер Ландерт просто недоволен вашим отказом. – произнесла она, голос чуть дрожал.


Алан задержал взгляд на наглой физиономии парня. Значит, того зовут Ландерт? Рувен Ландерт.


Дебошир чуть усмехнулся, переводя взгляд с Линды на своего «обидчика».


– Ты опоздал. – повторил недавнюю мысль Алана пациент и оскалился в подобии улыбки. – Я успел написать жалобу на тебя. – презрительно прищурился мужчина, расправил гордо плечи в тщетной попытке выглядеть выше, сильнее. – Надеюсь, теперь ты понесёшь суровое наказание! Может быть, даже будешь с позором уволен!


Алан посмотрел на шатена с каменным лицом. Он прекрасно понимал всю серьёзность ситуации, но пытался скрыть нарастающую панику до последнего. Нобоа наивно надеялся, что пациент не пойдёт на такой шаг, как жалоба, и тем более угроза увольнением. Парень не совершил ничего противозаконного или безнравственного. Напротив, это его пытались запугать, надавить и заставить пойти против правил, подвергнув опасности не только самого Ландерта, но и окружающих.


Доктор медленно повернулся к гостю и всё так же сдержанно ответил:


– Господин Ландерт, я понимаю ваше разочарование, но не могу выполнить эту просьбу без полноценного обследования. Я уже говорил это и повторю столько раз, сколько потребуется.


Линда молча, с явным беспокойством следила за мужчинами. Гость услышал тот же ответ от доктора, замер, стиснул кулаки, как будто ожидая чего-то ещё, реакции. Какой? Мольбы? Просьбы о прощении? Рецепта? Но Алан не собирался уступать этим откровенно манипулятивным и опасным требованиям. Ландерт должен был просто выполнить условие, и только тогда, возможно, получил бы лечение.


Но все эти мысли о поведении больного рассеялись, едва Алан заметил четвёртого человека в комнате, тихо наблюдавшего за происходящим.


Нобоа сглотнул ком в горле, облизнул пересохшие губы.


Белый халат, бейджик с надписью «Главный врач» зацепили внимание парня. Алан затаил дыхание и медленно поднял глаза.


Ансельм Лансли – мужчина в возрасте перед ним, действительно выглядел суровым, жёстким, а истории про него, слышанные на учёбе, от родителей, грозили серьёзными последствиями.


Алан медленно развернулся к вошедшему. Держать себя в руках не оставалось уже сил. Но выглядеть спокойным, взрослым, опытным было для него просто необходимо.


– Добрый день, доктор Лансли. – тихо поприветствовал начальника молодой врач. Голос едва не сорвался. – Простите, что отвлекли вас от работы, но у нас здесь… конфликт. Пациент подал на меня жалобу из-за отказа в рецепте без должного обследования. Вы ведь понимаете, что иначе я никак не мог поступить.


От напряжения у Нобоа закружилась голова, отчего он инстинктивно опёрся о стойку, поглядывая на девушку с беспокойством. Что Линда скажет? В чью пользу? Недоверие заставило его не встречаться с нею взглядом, пусть ситуация с Ландертом приобретала всё более опасный поворот, учитывая характер владельца клиники и шаткое положение самого Алана.


Ландерт, словно чувствуя слабость противника, усмехнулся, обращаясь к старику:


– Надеюсь, вы разумный человек, доктор Лансли, и объясните вашему подчинённому, в чём тот неправ, а после Нобоа понесёт соответствующее наказание.


То, как холодно взглянул на Алана Ансельм, лишь сильнее заставило вцепиться в стол парня. Первый рабочий день… Час?.. Мог превратиться сейчас тут же в последний. А подобное увольнение – перечеркнуть всю карьеру раз и навсегда.


Взгляд главного врача вернулся к пациенту, глаза словно полыхнули огнём, но голос прозвучал вежливо и спокойно:


– Господин Ландерт, если хотите поговорить о сложившейся ситуации, прямо сейчас, прошу в мой кабинет. – Следующий взгляд на Нобоа, казалось, должен был сжечь молодого доктора дотла, заставляя того рассыпаться в пыль.


## Глава 7. Сделка

Рувен спокойно прошёл вслед за владельцем клиники, машинально скользя взглядом по интерьеру кабинета. От массивного стола чёрного цвета до большого окна в сад – каждая деталь могла рассказать о хозяине. Но сейчас Рувен был слишком напряжён для подобных исследований. Остановившись посреди комнаты, он намеренно выдержал паузу, собираясь с мыслями. Главное сейчас – добиться своего и выйти отсюда победителем. Наедине с главой клиники шансы возрастали.


Доктор Лансли устало опустился в кресло, откинулся на спинку и устремил на Ландерта оценивающий взгляд, давая понять, что слушает.


– Как вы уже слышали, доктор Нобоа отказывает мне в медицинской помощи, – начал Рувен, едва сдерживая дрожь в голосе. – Учитывая мой статус и возможности, полагаю, вы осознаёте значительность ситуации. – Пациент упёрся руками в бока, стараясь смотреть на Лансли свысока. – Требую немедленного предоставления необходимого лекарства. Более того, настаиваю на привлечении к ответственности и увольнении сотрудника, осмелившегося нарушить мои права. То, что он на испытательном сроке и недавно вернулся с обучения, меня не интересует и оправданием быть не может.


Лансли выслушал внимательно, сохраняя ледяное спокойствие, лишь слегка сдвинув брови.


– Я понимаю, что инцидент с доктором Нобоа доставил вам неудобства, мистер Ландерт, – произнёс он размеренно. – Однако отмечу: ошибки на испытательном сроке – часть процесса. Это не означает, что доктор не справится в будущем. Напротив, подобные случаи – ценный урок. Поэтому предлагаю компромисс. Нобоа понесёт наказание, соответствующее проступку, а требуемый препарат вы получите от меня лично. О каком лекарстве речь?


Рувен немного успокоился, услышав предложение, и принимая решение.


– Рецепт на морфин, – отчеканил Ландерт. – Что касается наказания, увольнение предпочтительнее, но согласен на весомый штраф. Нобоа должен ощутить последствия. Не символический вычет, а нечто существенное.


– Ваши чувства мне понятны, – парировал Лансли с прежним хладнокровием. – Разумеется, отказ в помощи – серьезное нарушение, и меры будут приняты.


Ансельм тяжело вздохнул, поднялся из-за стола и направился к полке с бумагами.


– Я выпишу рецепт на морфин, – пояснил доктор, доставая бланк. – Однако обязан предупредить: препарат вызывает сильнейшее привыкание и имеет тяжёлые негативные последствия. Всю ответственность за приём берёте на себя. А учитывая значительность ваших требований и ситуации, настаиваю на заключении договора: морфин вы получите только в обмен на письменный отказ от любых претензий к клинике, – объявил Лансли, пристально вглядываясь в пациента.


Рувен не ожидал такого поворота и поджал губы. С одной стороны, он получал желаемое. С другой, повторное обращение сюда становилось невозможным. Старикан был хитёр и опытен, сразу выстраивая чёткие границы между ними. Это не входило в планы Ландерта. Невозмутимый, жёсткий дед. Да чтоб его…


Рувен не отводил глаз от Лансли, мысленно лихорадочно соображая. Было ясно: доктор не отступит. Отказ от сделки грозил проблемами уже ему. Удача в очередной раз отвернулась. Только что он грезил о триумфе и мести, а теперь… Теперь приходилось довольствоваться этой кабальной сделкой. Мысль о других клиниках мелькнула и погасла – сейчас нужно лекарство. Рувен стиснул зубы, спрятав за спину дрожащие кисти. Ещё минуту назад он был победителем, а теперь вышла в лучшем случае ничья. Но заполучить морфин хотелось сию же секунду.

## Глава 8. Наказание

Линда бросила быстрый взгляд на часы и глубоко вздохнула, продолжив щёлкать пальцами по клавиатуре.


Алан смотрел на неё несколько долгих мгновений, чувствуя неловкость из-за затянувшейся тишины. Затем он снова перевёл взгляд на дверь в коридор, куда ушли Рувен и Лансли.


– Я бы хотел задать вам один вопрос, если позволите, – наконец решился заговорить Нобоа. – Что вы знаете про этого Рувена Ландерта?


Линда оторвала взгляд от компьютера, с тревогой смотря на молодого врача. Несколько секунд она молчала, обдумывая ответ и вновь переводя глаза на экран.


– Рувен Ландерт – довольно своеобразный человек, – наконец произнесла Линда, но тут же заметила появившегося в дверях владельца клиники и покачала головой. Очевидно, лучше спрашивать именно Лансли.


Алан нахмурился, переводя взгляд на фигуру старика. Важность вопроса мгновенно отступила на задний план.


Ансельм внимательно посмотрел на молодого доктора, поправляя очки. Алану было чего бояться – знакомое чувство слабости вернулось, а складка между бровями состарила его на несколько лет.


– Ты совершил значительную ошибку с Рувеном Ландертом, – начал Лансли, отчего у Алана пересохло во рту, а кровь застучала в висках. – Но я готов дать тебе второй шанс, – продолжил главный врач. Алан скрестил руки на груди, поджав губы. Он был уверен в правильности своих действий и внутренне сопротивлялся словам начальника, что лишь усиливало напряжение.


– Линда, принесите жалобную книгу, – холодно бросил Лансли администратору, затем снова повернулся к Нобоа. – Алан, ты должен признать свою ошибку и понять, насколько серьёзны последствия не только для тебя, но и для всей клиники. Рувен Ландерт – сложная и опасная личность. У него достаточно влияния в городе, чтобы нанести серьёзный ущерб репутации как отдельного врача, так и заведения в целом. Поэтому, если он снова появится здесь, я займусь им лично. У меня есть опыт работы с подобными людьми.


Линда торопливо передала Ансельму книгу жалоб, избегая встретиться взглядом с Аланом. Нобоа молча смотрел на главного врача, борясь с противоречивыми чувствами. Он знал, что выписывать опасные препараты людям «со связями» – неправильно и недопустимо. Но любое неверное слово могло лишить его работы в Ланвиле. Приходилось смиряться с несправедливостью, переступая через гордость.


– Я понимаю серьёзность своего поступка и готов признать вину, – наконец произнёс Алан, хотя внутри всё кипело. Всё, что говорили про этого доктора его родители, – правда? И они были правы…


Лансли взял ситуацию под контроль. Если Ландерт больше не появится в его кабинете, возможно, удастся продолжить работу спокойно. Алан понимал, что не может допустить повторения. Он решил быть внимательнее и осторожнее с пациентами, изучить жителей Ланвиля и быть готовым к влиятельным людям. Кроме того, ему нужно было научиться управлять эмоциями.


– Инцидент исчерпан, – выдавил Алан, чувствуя, как комок горечи подкатывает к горлу.


Главный врач взял книгу из рук девушки и пробежался взглядом по странице с жалобой Ландерта, после чего беспощадно вырвал её. Звук рвущейся бумаги прозвучал неприлично громко в тишине приёмной.


Алан сдержал резкий вдох. Ещё одно нарушение правил. Ещё один поступок, подрывающий его представления о порядочности. Жалобная книга была официальным документом, и такой шаг казался ему незаконным, если не преступным.


Линда едва заметно вздрогнула и опустила глаза ещё ниже, пытаясь спрятаться за работой.


– Сделаем вид, что этого всего не было. – произнёс доктор Лансли, снова встречаясь взглядом с Нобоа. – За исключением одного момента. – Сердце Алана ёкнуло, когда он услышал следующие слова Ансельма. – Штраф в размере половины оклада. Теперь оба возвращайтесь к работе.


Линда попыталась сосредоточиться на компьютере, её пальцы замерли над клавишами на мгновение.

Алан медленно выдохнул.


Отделался… Легко? Осознание принесло не облегчение, а волну горечи. Его наказали за правильный поступок! Но эта работа… она сейчас была его единственным шансом. Пережить сегодня. Пережить завтра. Накопить опыт. Закрепиться как врач в Ланвиле. И уйти. Уйти отсюда с гордо поднятой головой. Мириться с этим Алан больше не намерен.