Дмитрий Гришанин
S-T-I-K-S. Рихтовщик. Пепел дорог

© Каменистый Артём (Мир S-T-I-K-S, его устройство и терминология)

© Гришанин Дмитрий

© ИДДК

Содержание цикла "Миры Артёма Каменистого. S-T-I-K-S":

Alex Andr "Грибы с зубами"

Алекс лав "БОМЖ"

Алефиренко Александр "Пират. Встреча с прошлым"

Алефиренко Александр "Пират. Потерна в прошлое"

Алефиренко Александр "Пират. Красавчик без глянца"

Алефиренко Александр "Пират. Тревожное настоящее"

Андреев Игорь "Трансформация"

Архипов Андрей "Второй Хранитель. Книга 1"

Архипов Андрей "Второй Хранитель. Книга 2. Антагонист"

Блэк Петр "Леший"

Блэк Петр "Леший. Книга 2. Добро пожаловать в ад!"

Блэк Петр "Леший. Книга 3. Глазами Хищника"

Богданов Арт "Сердца трех"

Видина Нелли "Чёрный рейдер"

Вэй Катэр "Мечты сбываются. Книга 1"

Вэй Катэр "Охота на скреббера. Книга 2"

Вэй Катэр "Филант. Книга 3"

Гришанин Дмитрий "Рихтовщик. Пешка в чужой игре"

Гришанин Дмитрий "Рихтовщик. Книга 2. По ту сторону жалости"

Гришанин Дмитрий "Рихтовщик. Книга 3. Угрюмые твари"

Гришанин Дмитрий "Рихтовщик. Книга 4. Прятки среди огней"

Гришанин Дмитрий "Рихтовщик. Книга 5. Соленые брызги ярости"

Гришанин Дмитрий "Рихтовщик. Книга 6. Призраки мертвого города"

Гришанин Дмитрий "Рихтовщик. Книга 7. Дорога без начала"

Гришанин Дмитрий "Рихтовщик. Книга 8. Пепел дорог"

Горшенев Герман "Всех кого ты возьмёшь в плен"

Горшенев Герман "Изолированный стаб"

Горшенев Герман "Товарищ Резак"

Горшенев Герман "Товарищ Резак 2"

Деев Денис "Ночь Грядущая"

Дёмин Игорь "Тарч"

Дорохов Михаил "Быстрее судьбы"

Дорохов Михаил "Дорога в рай"

Евстратов Василий "Гаситель"

Евстратов Василий "Нафаня"

Евстратов Василий "Шатун"

Евстратов Василий "Шатун. Книга 2"

Евстратов Василий "Шатун. Книга 3"

Крам Дмитрий "Вмерзшие"

Крам Дмитрий "Вмерзшие. Книга 2. Клейменые холодом"

Крам Дмитрий "Вмерзшие. Книга 3. Рожденные холодом"

Крам Дмитрий "Подкидыши Улья"

Кручинин Сергей "Беглец"

Куликов Даниил "Пчелиный Рой. Книга 1. Уплаченный долг"

Куликов Даниил "Пчелиный Рой. Книга 2. Вторая партия"

Куликов Даниил "Пчелиный Рой. Книга 3. Секреты внешников"

Лебэл Дан "Долгая дорога в стаб"

Лебэл Дан "Долгая дорога в стаб. Книга 2. Фагоцит"

Лебэл Дан "Долгая дорога в стаб. Книга 3. Вера в будущее"

Лебэл Дан "Долгая дорога в стаб. Книга 4. За пределами"

Мясоедов Владимир "Огородник"

Панченко Сергей "Брат во Христе"

Панченко Сергей "Брат во Христе. Второе пришествие"

Поляков Сергей "Нолд"

Сидоревич Алексей "Детство: дорога к именам"

Сиянов Дмитрий "Скил"

Сиянов Дмитрий "Скил. Книга 2. Тропы зверей"

Собинин Николай "Дикарь. Книга 1. Игры на выживание"

Собинин Николай "Дикарь. Книга 2. Тест-драйв бессмертия"

Собинин Николай "Дикарь. Книга 3. Трехмерное безумие"

Старский Валерий "Змей"

Текшин Антон "Окаянный"

Фролов Сергей "Стекловата"

Шатров Дмитрий "Везунчик из Пекла или в поисках золотой жемчужины"

Шатров Дмитрий "Везунчик из Пекла или в поисках золотой жемчужины. Книга 2"

Шатров Дмитрий "Везунчик из Пекла или в поисках золотой жемчужины. Книга 3"

Шмаев Валерий "Лучник (свежак)"

Шмаев Валерий "Лучник 2 (кваз)"

Южный Владислав "Новичкам везёт"

Пролог

Абсолютно чёрный джип появился словно из ниоткуда. Будто его породила короткая, концентрированно-тёмная послеполуденная тень, накрывающая часть поворота, из-за которого и выскочила машина. Ну а как ещё объяснить произошедшее, если ни один из десятков расставленных вокруг базы новейших сканеров даже не пискнул, сигнализируя о приближении к логову ботов незваных гостей?

Чёрный джип с чёрными стёклами даже на фарах быстро проскочил между двумя махинами бронетранспортёров и спокойно остановился перед длинным многоступенчатым крыльцом под прицелом десятка пулемётных стволов, пусть и с опозданием, но всё же появившихся из скрытых гнёзд броневиков.

– Не стрелять! – опережая команду капитана, одновременно громыхнул во всех гарнитурах стрелков-операторов голос самого куратора.

Передние двери чёрной машины одновременно распахнулись, и под яркие солнечные лучи синхронно вынырнули из полумрака салона двое высоких мужчин, одетых в одинаково длинные до пят стильные чёрные пальто и не менее стильные чёрные шляпы. На худых, бледных, как мел, лицах визитёров сверкнули под солнцем непроницаемо-чёрные стёкла стильных очков.

Спокойно оглядевшись по сторонам, таинственные типы ни на секунду не задержали внимания на пулемётных стволах, одновременно захлопнули дверцы машины и неторопливо стали подниматься по широким ступеням к высокой двери единственного входа в бывший институт.

– Повторяю! Никому не стрелять! – продублировал команду куратор. И теперь, наряду со стрелками-операторами в броневиках, его в своих гарнитурах услышали и караульные автоматчики в холле базы.

Тенеловы беспрепятственно вошли в здание, пересекли под напряжёнными взглядами взвода охраны просторный холл и так же неспешно, как только что на крыльце, стали подниматься по пролётам центральной лестницы.

Дальше на всём протяжении подъёма до двенадцатого этажа на пути у зловещих фигур в чёрном не попадалось ни одной живой души. Смекнув по голосу куратора, что заявившиеся визитёры – это чрезвычайно важные персоны, капитан, не дожидаясь приказа, самостоятельно распорядился прекратить все ремонтно-восстановительные работы в недавно перезагрузившемся здании и перевёл от греха подальше всех ботов в крылья здания, оставив центральную часть для беспрепятственного восхождения гостей.

Без единой остановки, в изначальном темпе добравшись до двенадцатого этажа, тенеловы пересекли пустую приёмную с креслами вдоль стен и широким подковообразным столом, осиротевшим после бегства секретаря, и без стука зашли в тронный зал куратора.

Поднявшись из массивного кресла-трона, куратор лично двинулся навстречу гостям, подтверждая их высочайший статус. Увязавшуюся было следом троицу высокоуровневых телохранителей он жестом заставил остаться за спинкой кресла. Вышколенные ближники безропотно повиновались, а получившие аналогичный мысленный приказ дроны басовито загудели, разлетаясь по углам зала, как гигантские обиженные шмели.

Растянув губы в заискивающей улыбке, куратор широко раскинул руки и, шагая навстречу, первым обратился к гостям:

– Я безумно рад принимать у себя столь уважаемых…

– У нас мало времени, – перебил цветастое приветствие предводителя ботов безэмоциональный голос одного из тенеловов.

– Возникла потенциальная угроза нашему влиянию в регионе, – подхватил второй, тоже без намёка на эмоции.

– Прямое наше вмешательство в ситуацию невозможно из-за непреодолимых системных ограничений, – продолжил первый.

– Но эти системные ограничения не распространяются на ботов, – снова добавил второй.

– Вы намекаете на задание? – Улыбка куратора стала ещё шире.

– Именно, – синхронно кивнули оба визитёра.

– И каков уровень сложности? – уточнил продолжавший любезно улыбаться куратор, следуя устоявшимся канонам общения с тенеловами.

– Эпический, – снова одновременно ответили скупые на эмоции типы в чёрных пальто.

– Что?! – Никак не ожидавший такого поворота куратор всё же не смог совладать с эмоциями.

– Ты не ослышался, – кивнул первый тенелов.

– Выполни задание, и получишь шанс прославиться в вечности, – подхватил второй.

Перед глазами куратора загорелись красные строчки. С замирающим от предвкушения сердцем он быстро пробежался по ним глазами и, не удержавшись, невольно фыркнул в конце:

– И всего-то!..

– Ты принимаешь задание? – уточнил первый тенелов.

– Разумеется. Это ж эпик, шанс получить который выпадает раз в сто лет. А здесь всего-то и надо!..

– Через двадцать девять дней ждём результат, – перебил второй.

Оба тенелова синхронно развернулись и, не прощаясь, двинулись к выходу.

Глава 1, в которой я отдыхаю и проникаюсь прозорливостью спутницы

Внимание! Вами лично в отрядном бою ликвидировано: 2 топтуна, 17 лотерейщиков и 34 бегуна.

Награда за ликвидацию:

Опыт: +29 581. Характеристики: +2 к Знаниям, +13 к Картографии, +2 к Наблюдательности, +12 к Удаче, +14 к Физической силе (Атака +1), +2 к Рукопашному бою, +15 к Фехтованию, +16 к Меткости (Атака +1), +3 к Физической броне, +2 к Выносливости, +2 к Регенерации, +3 к Скрытности, +12 к Скорости, +6 к Реакции, +6 к Гибкости, +2 к Интуиции, +9 к Силе Стикса, +6 к Броне Стикса, +2 к Медитации, +2 к Познанию скрытого. Навыки: +68 к Алкоголизму (Защита +1), +42 к Владению Шпорой, +38 к Кулачному бою (Атака +1), +56 к Лёгкой атлетике, +29 к Тяжёлой атлетике, +27 к Штопальщику, +42 к Ножевому бою, +33 к Палачу, +27 к Следопыту, +44 к Стайеру, +27 к Выносу мозга.

В процессе ликвидации вами активирован дар: Марафонец.

Характеристики: +2 к Выносливости, +10 к Скорости, +8 к Силе Стикса. Навыки: +20 к Лёгкой атлетике, +20 к Следопыту, +40 к Стайеру (Защита +1).

В процессе ликвидации активирована скрытая ступень дара: Марафонец.

Характеристики: +2 к Выносливости, +4 к Реакции, +10 к Скорости, +4 к Броне Стикса (Дух Стикса +1). Навыки: +30 к Лёгкой атлетике, +30 к Стайеру.

Внимание! Остальными членами отряда в отрядном бою ликвидировано: 1 топтун, 8 лотерейщиков и 27 бегунов.

Награда за участие в ликвидации:

Опыт: +7714. Характеристики: +11 к Картографии (Интеллект +1), +11 к Меткости, +3 к Скрытности, +11 к Скорости, +9 к Силе Стикса. Навыки: +20 к Хамелеону (Защита +1).

Одерживайте славные победы дальше! Удачной игры!

Прочитанные строки системного уведомления медленно гасли перед глазами, и, сидя на чистом от крови краю обочины, я маленькими глоточками цедил живец, чувствуя, как щедро расплёсканные в отчаянной бойне силы медленно возвращаются в измученное и местами снова до крови покоцанное тело.

Дорога передо мной, по обе стороны от нашей машины, была густо завалена трупами тварей, споровиками которых уже занялись только что выбравшиеся с заднего сиденья авто Жаба и Скунс.

Драка, начинавшаяся как лёгкая разминка с небольшой стайкой бегунов и лотерейщиков, обернулась в итоге грандиозным побоищем с ещё двумя накатившими второй волной стаями, превосходящими первую не только числом, но и качеством зубасто-когтистого контингента. Чтобы отбиться от новых стай, практически одновременно атаковавших машину с разных сторон, мне пришлось сперва активировать «Марафонца», и носиться взад-вперёд, как Фигаро, пытаясь одновременно дать отпор в двух местах. А когда выяснилось, что даже в таком угарном темпе порой не успеваю, задействовать до кучи ещё и скрытую ступень того же дара, позволившую ускориться в критический момент до гигантского двадцатипятиметрового прыжка, и вернуться к машине аккурат перед нападением на неё невесть откуда выскочившего матёрого топтуна.

Да уж, случившийся под занавес мясорубки замес с матёрым ублюдком, которому до кусача оставалось буквально чуток единиц опыта, едва не закончился для меня обидным фаталити. На фоне накопившейся за долгий изнурительный бой усталости я впервые промахнулся, и вместо уязвимой горловой щели под подбородком твари, с разгона чиркнул Шпорой сбоку по шее, надёжно прикрытой высоким роговым воротником. В ответку невероятно шустрый топтун полоснул меня когтями по боку. Заметив движение его лапы, я попытался увернуться, но не хватило скорости.

Спецовка на боку предательски треснула, правый бок обдало ослепительной вспышкой боли, но самой паршивое, что, потеряв темп атаки, я из охотника мгновенно сам превратился в жертву. Уворачиваясь от боковой атаки, я невольно подставился под удар второй лапы, которая с быстротой молнии рванула к моей отрытой груди, и отвести резаком нацеленные под сердце коги-ножи я, при всём желании, уже не успевал.

В этот роковой момент очень вовремя пришла помощь от Слезы. Словно почувствовав мою промашку, девушка поддержала мой неудачный выпад выстрелом из своей винтовки. Из-за невозможности нормально прицелиться с близкого расстояния, он не получился убойным – тяжёлая пуля, вскользь ударив по толстой роговой пластине грудного панциря, отлетела, оставив на защите лишь паутину трещин, – но внезапный мощный толчок в грудь пошатнул топтуна, и летящая в меня когтистая пятерня бестолково ушла в сторону.

Появившимся вторым шансом я воспользовался сполна – мелькнувший вдогонку за отпрянувшим топтуном резак пробил горловую щель и вскрыл шею твари до самого хребта. Практически обезглавленный топтун, мгновенно утратив ко мне гастрономический интерес, рухнул на асфальт и задёргался в агонии. Я же, спрятав ненужное больше оружие обратно в инвентарь, призвал фляжку с живцом и, зажимая рукой раненый бок, заковылял к подмеченному кусочку чистой от крови обочины.

– Ну ты как? – Подошедшая секунд через десять Слеза, взъерошила мои слипшиеся от пота и чужой крови волосы.

– Охренительно. Как долго жёваная жвачка, без цвета и запаха.

– Так-то уж не нагнетай. Чё с боком? Серьёзно топтун тебя зацепил?

– Пустяки. Несколько царапин. Выглядит кроваво, но на самом деле регенерации на пять минут работы.

– Может, всё-таки Скунса позвать? Пусть знахарь глянет.

– Сказал же – норм!

– Ладно, как скажешь. Чё завёлся-то?

– Ну а ты чё?.. Не отвлекай парней, у них и без меня до хрена работы.

– Давно таким заботливым стал? – хмыкнула Слеза, присаживаясь рядом на траву и аккуратно пихая меня плечом в здоровый бок.

– Да ну тебя… Они ж крестники мои. И я, типа, несу за них ответственность.

– Ну-ну.

– Скажи-ка мне лучше, подруга, чё это вот сейчас было-то?

– В смысле? – захлопала ресничками девушка, талантливо отыгрывая дурочку. – Просто пихнула тебя плечом, чисто по-дружески.

– Да я не об этом… Откуда тварей столько вдруг на дорогу набежало?

– А я-то почём знаю? Одна стая случайно на нас нарвалась. А остальные, наверное, услышали урчание первых, и рванули за своим куском пирога. Ты прям будто первый день на Континенте, такие вопросы задаёшь, ей-богу.

– Хочешь сказать, ты тут ни при чём?

– Да как тебе такое в голову могло…

– А знаешь, что я заметил во время боя? – перебил я.

– Один фиг ведь расскажешь, – хмыкнула девушка.

– Что твари в бою мною практически не интересовались. Я их валил пачками, и мало кто даже огрызался в ответ. И лишь под конец бойни, примерно по прошествии минуты, твари начали вдруг кидаться и на меня. Собственно, из-за этого неожиданного прозрения топтуна я чуть было и не угодил ему на обед.

– Да брось придумывать-то, – отмахнулась Слеза. – Тебе просто не повезло. Иногда такое случается и с опытными игроками.

– Минуту твари меня в упор не видели, – оставался я на своём. – При этом, раззявив пасти, они неслись строго в направлении машины.

– Естественно. Там же сидели двое этих никчёмных придурков, мяса в которых вдвое больше, чем в тебе, и это мясо можно схарчить практически безнаказанно.

– А ещё там была ты.

– Ну извини, я вообще-то стрелок, а не боец-ближник, как твоя ненаглядная Белка…

– Чё сразу моя-то? – возмутился я.

Но сделав вид, что не услышала моей ответной реплика, Слеза гневно продолжила нагнетать:

– Вот и отстреливала набегающих образин из люка. И неплохо, знаешь ли, справлялась со своей задачей. Конечно, до лавров великого Рихтовщика мне как до Луны, но одного топтуна и восемь лотерейщиков я наглухо завалила. И ещё до чёрта мелочёвки перебила, которую даже не считала. Так что не надо мне тут тыкать, что я, как эти два обалдуя, лишь без толку потела и пердела в тачке.

– Я такого о тебе не говорил!

– И между прочим, мой последний выстрел помог тебе ликвидировать последнего топтуна!

– Так! Всё, хватит!.. Я, вообще-то, о другом разговор затеял. Признайся уже наконец, что активировала свой «Лакомый кусочек»! Ведь очевидно же, что набросившиеся на нас твари находились под действием твоего дара.

– Каким же всё-таки занудой ты стал, Рихтовщик.

– Я жду.

– Хрен с тобой. Да, я активировала свой дар. Доволен?

– На хрена ты это сделала?

– Во-первых, перед грядущим рейдом в черноту неплохо было бы подтянуть уровни наших придурков. А поскольку теперь мы все четверо объединены в отряд, самым простым способом их экспресс-кача была организация отрядного боя с местной, не шибко грозной, фауной.

– С чего вдруг такая уверенность, что в округе не окажется руберов и элитников? А если бы…

– Так мы ж ещё совсем недалеко от Вешалки отъехали, – перебила Слеза. – Местные леса постоянно прочёсываются охотничьими командами из стаба. И наделённые разумом высокоуровневые твари предпочитают устраивать лежбища подальше от оживлённых дорог, где им сытнее и спокойнее. Как видишь, я оказалась права. Мой дар не то что элитника с рубером, даже ни одного кусача не зацепил.

– Ну, последний топтун был уже практически кусачом, – поморщился я от воспоминания о досадном промахе.

– Ты ж с ним всё равно справился?

– Типа того.

– Значит, и нечего об этом говорить.

– Думаешь, крестникам достаточно для очередного уровня за отрядный бой прилетело?

– Так чего гадать-то, давай спросим, – хмыкнула Слеза и, обернувшись к оказавшемуся ближе Жабе, потребовала от него ответа: – Эй, убогий! Вам с пердуном за бой по уровню прилетело?

– Мне даже два, – расплылся в широкой лыбе оторвавшийся от споровика лотерейщика Жаба. – А Скунсу только один. Но ему тоже до одиннадцатого совсем чуть-чуть не хватило.

– Ну вот, что и требовалось доказать, – обернувшись ко мне, победно улыбнулась Слеза.

– Что доказать? – тут же напомнил о себе заинтригованный Жаба.

– Не твоего ума дело! – резко осадила моего крестника грозная командирша. – Давайте быстрее заканчивайте тут. Не отвлекайтесь. Нам уже пора ехать дальше.

Обиженно заворчав себе под нос что-то неразборчивое о бабьем беспределе, Жаба вернулся к прерванному занятию.

– А вторая причина? – направил я соседку обратно в русло нашего разговора.

– Так вот же она, перед тобой, – Слеза махнула рукой в сторону потрошащих споровики Скунса и Жабы. – Как я уже говорила раньше, рейд в черноту – не дешёвое удовольствие. И лишняя тысчонка-другая споранов, которую насобирают сейчас твои крестники, нам вскоре очень даже пригодится.

– Да уж, – уважительно хмыкнул я, невольно отдавая должное прозорливости сидящей рядом хрупкой на вид девушки.

– Но это ещё не всё, – хитро подмигнула Слеза. – Есть ещё в-третьих и даже в-четвёртых.

– Ну-ка, ну-ка, удиви меня.

– Этот бой был нужен нам, чтобы посмотреть, сможем ли мы так же слаженно, как раньше, сработать в дуэте.

– Посмотрела?

– Разумеется.

– И что скажешь?

– Всё было почти идеально.

– Почти?

– Что, забыл уже, как топтун тебя чуть было на когтищи свои не насадил?

– Чуть было не считается.

– Ладно, не дуйся. Я просто прикалывалась. На самом деле сработали мы отлично.

– А в-четвёртых?

– Хотела испытать боем наших придурков. Как они себя поведут в окружении врагов.

– И?

– Честно говоря, я ожидала худшего. Думала, оба запаникуют и пердун сдуру снова утащит товарища в убежище из кисляка… Они же, не проронив ни слова, вполне бодро пялились в окна, а Жаба даже активно палил по бегунам из твоего пистолета, пока патроны не закончились.

– Да, парни молодцы, – кивнул я, неожиданно поймав себя на мысли, что горжусь смелостью крестников.

– Чё, как бок-то?

– Нормально, уже практически не болит.

– Тогда пошли, что ли, поможем этим твоим молодцам. А то они так до вечера ковыряться здесь будут.

– Пошли, – кивнул я, возвращая изрядно опустевшую фляжку в инвентарь и первым поднимаясь на ноги.

– Но ты сперва ступай-ка поройся в багажнике, – выдвинула ультиматум вскочившая следом Слеза. – Там должно быть какое-то твоё старое тряпьё. И переоденься, наконец. А то выглядишь как мясник с бойни, работавший без фартука.

– У тебя там, случайно, канистра с водой не завалялась? Мне б хоть чуток ополоснуться перед переодеванием. А то кровью одежда насквозь пропиталась, аж кожа зудит.

– Случайно завалялась… Ладно, горе, пошли, полью тебе по старой памяти.

– Слеза, ты человек!

– Знаю.

– Ой, смотри, у тебя тут травинка прилипла…

– Ещё раз тронешь меня за задницу – сломаю руку.

– Да я случайно.

– И я случайно.

– Понял.

Глава 2, в которой мы продолжаем путь

Закончив переодеваться в пыльный комплект камуфляжа (не иначе как провалявшийся в багажнике этой тачки все тринадцать лет после нашего дурного расставания), я ещё на минуту задержался у машины, чтобы употребить очередную жемчужину, благо двадцать четыре часа с момента употребления последней уже несколько часов как истекли.

Хотя в ячейках инвентаря у меня оставалось ещё немного красных, употребить я решил чёрную жемчужину (инвентарный запас которых, к слову, составлял аж шесть штук), потому как очень кстати вспомнил о давнишнем намерении привязать к себе ценный резак.

Закинул призванный из ячейки чёрный кругляш в рот, запил глотком живца и, сосредоточившись на материализовавшемся в левой ладони клинке, мысленно запустил мантру самовнушения: хочу привязать предмет… хочу привязать предмет… хочу привязать предмет…

Через несколько секунд перед глазами ожидаемо загорелись красные строки системного запроса.

Внимание! Вы активировали процесс привязки предмета (вместо описания ниже загорелась миниатюрная трёхмерная проекция резака):

Характеристики: +2 к Знаниям, +7 к Силе Стикса. Навыки: +48 к Гипнозу (Интеллект +1).

Укажите наименование привязанного предмета: _________ (Я решил не заморачиваться и мысленно окрестил резак Резаком. Данное мною имя тут же появилось на месте пропуска в строке).

Процесс привязки запущен.

3… 2… 1…

Привязка успешно завершена. Доступно 38 возрождений предмета Резак. Удачной игры!

Красные строки перед глазами погасли. Я глянул на нож в руке пристальным взглядом и довольно улыбнулся. Сработало. Правее резака загорелись зелёные строки информационного описания:

Резак – боевой нож атланов. Редкий предмет. Привязанный предмет (доступно 38 возрождений). Владелец: Рихтовщик.

Качество стали – высочайшее.

Заточка – алмазная.

Прочность – высокая.

Показатели:

Атака – 8

Защита – 1

Бонусы – в бою нож способен раскаляться до 1000 градусов Цельсия, что втрое увеличивает его поражающий эффект.

Улучшения – нет.

– Эй, чё там завис-то? – отвлёк от чтения недовольный голос Слезы. – Хорош сачковать. Переоделся – иди помогай. А то эти гаврики ещё и половины споровиков не выпотрошили. Такими темпами…

– Да всё, помогаю уже, не нагнетай, – раздражённо фыркнул я, склоняясь над ближайшим лотерейщиком.

Но ещё до того, как свежепривязанный предмет вклинился в щель меж затылочных роговых наростов твари, перед глазами вспыхнули строки короткого системного лога:

Внимание! Вы употребили чёрную жемчужину.

Опыт: +1000. Очков свободного распределения характеристик: +1000.

И всё. Никаких в этот раз плюшек с открытием нового дара.

Не то чтобы я сильно по этому поводу расстроился. Всё-таки вероятность открытия дара чёрной жемчужиной только у новичков читерски велика, а у бывалых игроков она составляет жалкие двадцать процентов. Но, мля, раньше ведь несколько раз в аналогичной ситуации мне фартило. А сейчас грёбаная борода… Эх. Не зря в народе говорят: к хорошему быстро привыкаешь…

Вчетвером мы справились с потрошением споровиков всех перебитых тварей примерно за четверть часа. Всего с трёх топтунов, двадцати пяти лотерейщиков и шестидесяти одного бегуна в общей сложности нам удалось собрать пять белых и тринадцать чёрных звёзд, две золотые, двадцать четыре белые и пятьдесят восемь жёлтых горошин, и четыреста тридцать восемь споранов.

Часть добычи (четыре белые звезды, две золотые и две белые горошины) тут же было решено употребить для усиления членов отряда. По белой звезде досталось каждому, а золотые горошины, как фактическим творцам победы, достались только нам со Слезой, крестникам же пришлось довольствоваться белым горохом. Впрочем, непритязательные слабаки и этой подачкой с барского стола были вполне довольны.

Слеза собственноручно приготовила четыре слабоалкогольных коктейля со звёздами и растворила в уксусе отобранные горошины. Употребив свою долю, я с удовольствием прочёл загоревшиеся через несколько секунд перед глазами строки двух уведомлений:

Внимание! Вы употребили белую звезду.

Опыт: +391.

Шкала Удовольствия: +2. Показатель Интеллект: +2. Характеристики: +82 к Знаниям, +84 к Наблюдательности.

Шкала Жажды и сытости: +1. Показатель Защита: +1. Характеристики: +85 к Регенерации.

Шкала Духа Стикса: +2. Показатель Дух Стикса: +2. Характеристики: +51 к Медитации, +52 к Познанию скрытого.

Внимание! Вы употребили золотую горошину!

Опыт: +63. Характеристики: +33 к Силе Стикса (Дух Стикса +1), +31 к Броне Стикса, +29 к Медитации, +30 к Познанию скрытого.

Оставшиеся трофеи ссыпали в пакет к собранным ранее, почти сутки назад. Наш казначей тут же проинформировал об увеличении отрядного капитала ещё на две тысячи триста двадцать восемь споранов, что в сумме с имеющимися ранее восемью с половиной тысячами теперь составило почти одиннадцать тысяч.

Перед тем как сесть в машину, я забрал у Жабы разряженный «Стечкин» и выдал крестнику взамен (тоже во временное пользование) свою винтовку, которая отыскалась в куче трофейных автоматов, ещё когда полез в багажник за сменным камуфляжем. Благодаря муровским «калашам», запас патронов к модернизированной трёхлинейке у нас теперь имелся изрядный, и зарекомендовавший себя умелым стрелком Жаба, в случае повторной стычки с тварями, с моей лёгкой руки снова получал возможность отличиться и заработать немного дополнительного опыта себе в копилку уже с винтовкой.

Наконец все расселись по местам. Слеза завела мотор и стала аккуратно объезжать по обочине многометровый дорожный завал из трупов. Когда все мёртвые твари остались позади, она вернулась на асфальт и поддала газку.

Глава 3, в которой ядерная радость оборачивается огненной веселухой

Со слов Слезы, как знатока местных дорог, до намеченной Крынки нам предстояло сегодня одолеть почти три сотни дорожных вёрст. Имелся путь и почти вдвое короче, но он проходил через контролируемый ботами город. Нужно было быть полными отморозками, чтобы надеяться проскочить под камерами вездесущих дронов. Разумеется, мы выбрали длинный, но более безопасный объездной маршрут, которым, учитывая не всегда отменное качество местных дорог, по самым оптимистическим прикидкам доберёмся до Крынки часам к пяти вечера.

Первые минуты поездки я был напряжён и с тревогой вглядывался в мрачное однообразие проносящегося мимо беспросветного ельника, в любой момент ожидая нового нападения очередной стаи тварей. Но время шло, а вокруг всё было тихо. Мы спокойно катили по дороге, и незаагренным на читерский дар Слезы тварям не было до нас дела. Что, в принципе, было легко объяснимо – ведь, обитая на полянах внутри чащобы, даже если стая реагировала на звук мотора проезжающей мимо машины, тварюшки тупо не успевали моментально выскочить на дорогу и, пока пробирались сквозь густой ельник, взбудоражившее их звучание благополучно затихало, удалившись на значительное расстояние.

От размышлений насчёт относительно безопасной езды по дорогам нашего региона я плавно переключился на планирование дальнейших действий в Крынке. Поскольку доберёмся мы туда, вероятнее всего, уже поздно вечером, перво-наперво нужно будет снять большой номер в гостинице, чтобы ночевать всем в одной комнате, а то мало ли… Потом, по утряночке, следует так же дружно, всем отрядом, навестить склад тамошнего менялы и подобрать каждому качественное снаряжение – это, считай, растянется аккурат до обеда. Потом поедим и…

– Чё, обломался в этот раз? – Неожиданный вопрос Слезы оторвал меня от навевающих дремоту неспешных дум.

– В смысле?

– Ну я ж видела, как ты, когда у багажника задержался, чёрную жемчужину живцом запил.

Я невольно покосился назад.

– Да не ссы, – хмыкнула соседка, – спят орлы твои. Умаялись бедняги за почти бессонную ночь, вот обоих и сморило.

Действительно, Жаба со Скунсом, трогательно пристроив головы на плечо и шевелюру товарища, сладко дрыхли на заднем сиденье авто. Слеза вела машину ровно, умело объезжая ямы и колдобины, плавно притормаживая в опасных местах и так же аккуратно разгоняясь на ровных участках дороги. От такой незаметной езды меня самого уже начинало клонить в дрёму, и если б не затеянный подругой разговор, уверен, через минуту-другую я тоже присоединился бы к сопящей сзади парочке.

– Ишь ты, увидела она, – заворчал я. – Глазастая, блин.

– Да ладно, не психуй, – пихнула меня в бок острым локотком соседка. – Это нормально для твоего уровня. Очки свободного распределения прилетели – и то хлеб.

– В смысле, нормально?

– Ну ты, Рихтовщик, как всегда, в своём репертуаре, – закатила глаза Слеза. – До сорок второго уровня дорос, и до сих пор не в курсе о лимите открытия системных даров.

– Хорош прикалываться. Нормально объясни.

– Вот сколько у тебя на данный момент открыто даров?

– Восемь.

– Ну всё, закатай губу обратно и больше их не жди. У большинства игроков на Континенте, да будет тебе известно, открывается только пять даров. И это считается нормой. Наличие дополнительного шестого дара – это уже невероятное везение. У тебя же их восемь – просто читерский перебор. Вероятность получения девятого ничтожна, даже если будешь каждый день закидываться зелёным жемчугом.

Мои последние эксперименты с зелёными жемчужинами подтверждали слова подруги – жемчужины открывали лишь дополнительные скрытые ступени уже имеющихся даров. А новый дар мне и впрямь не удавалось открыть уже очень давно.

– А если белую употреблю?

– У тебя есть белый жемчуг? – тут же сделала стойку Слеза.

«Представь себе!» – мысленно хмыкнул я, но вслух, разумеется, козыри свои вот так просто вскрывать не стал:

– Я сказал: если.

– Ну если примешь белую, то… Да чёрт его знает, Рихтовщик. Уникальные жемчужины способны творить чудеса.

– Я жемчужину употребил не просто так, – решил признаться подруге в благодарность за науку. – Резак свой ею привязал, а то мало ли… Я хоть и в ячейке его храню, но индивидуальной привязки, как со Шпорой, у него нет. А в нашем опасном походе всякое может приключиться. Вот и решил подстраховаться.

– И правильно сделал, – без тени насмешки кивнула Слеза. Плавным поворотом руля она в следующую секунду направила машину с открытого асфальта на неприметную лесную грунтовку. – Видела я, как легко ты им глотку топтуну вскрыл. Вещь ценная. Такие по любому надо привязывать.

Из-за вплотную подступившего на узкой грунтовке ельника, в салоне сразу стало заметно темнее.

– А зачем нам сюда? – спросил я, неприязненно косясь на тянущиеся в открытые окна еловые лапы.

– Так короче будет. Полчасика среди ёлок попетляем и, считай, на тридцать километров путь сократим. Да не ссы, Рихтовщик, я тут не раз уже ездила. Дорогу эту как свои пять пальцев знаю. Всё будет чики-пуки.

– Ладно, как скажешь.

– А бонусные очки, если не секрет, куда пристроил? – тут же продолжила прерванный поворотом разговор Слеза.

– Бонусные очки?

– Ну да, очки свободного распределения. За чёрную жемчужину тысчонку-то тебе всяко должны были отвалить.

– Никуда я их не пристраивал. Они просто добавились к остальным накопленным.

– Накопленным? – удивилась Слеза. – И много у тебя сейчас этих накоплений?

– Да я чё-то, знаешь, особо их не отслеживаю.

– Рихтовщик, блин, не беси меня! Залезь в меню и посмотри. Сложно, что ли?

Не желая спорить, я тут же выполнил пустяшную просьбу. Залез. Глянул… И неслабо так прихренел.

– Сейчас у меня тридцать тысяч шестьсот шестьдесят пять очков.

– Хрена себе, ты накопил! – охнула подруга.

– Не поверишь, сам в шоке.

– Скажи, пожалуйста, а с какой целью ты их копишь?

– Ну как это с какой?.. Чтобы штраф после смерти без проблем оплатить. Ну и, если дар новый, чтобы с ходу развить до максимальной ступени.

– Понятно… Ну, по поводу дара мы уже говорили, повторять не буду, и здесь свободные очки тебе уже вряд ли пригодятся. Что же до посмертного штрафа – предостережение, конечно, разумное. Но на твоём нынешнем уровне этот штраф составит около пяти тысяч очков свободного распределения. Если уж ты такой упёртый перестраховщик, оставь на всякий пожарный шесть тысяч очков. Остальные же накопления залей в развитие показателей.

– Ща сделаю, – осклабился я, вдохновлённый открывшимися вдруг на ровном месте перспективами.

– Чего-то мне подсказывает, что самостоятельно ты сейчас там косяков напорешь. И бездарно профукаешь грандиозную возможность.

– Не нагнетай. Чё тут профукивать-то? Нужно перекосы в показателях исправлять. А то у меня Атака почти вдвое меньше Защиты. Так ведь не должно быть. Вот мы сейчас Физическую силу, Фехтование и Меткость…

– Стоять! – От грозного окрика Слезы проснулись даже крестники на заднем сиденье.

– А?..

– Что?..

– А вы там вообще заткнитесь! – Слеза грозно зыркнула на парней в салонное зеркало.

Жаба испуганно отшатнулся, а храбрый Скунс обозначил свой протест громкой серией вонючих хлопков. К счастью, форточки в машине уже были предусмотрительно открыты, и душистое амбре с заднего ряда до нас практически не добралось.

– Эй, ты чего так на них накинулась-то? Ребята ж ни в чём не виноваты. – Чтобы успокоить, я попытался погладить девушку по плечу. Но тут же наткнулся на такой свирепый взгляд, что пулей отдёрнул руку.

– Значит, так! Рихтовщик и вы там двое, вам тоже со временем пригодится… Короче, все резко распахнули уши, слушаем и мотаем на ус, повторять не буду. Из пяти имеющихся у каждого из нас показателей в двух мы априори существенно уступаем тварям сходного с нами уровня развития. Это, как несложно догадаться, Атака и Защита. На начальных уровнях развития интенсивная прокачка Атаки с Защитой важна для элементарного выживания игрока. Но на высоких уровнях, для успешного противостояния элите тварей, Атака и Защита игрока уже имеют второстепенное значение. Сходного уровня элитник располагает в разы более мощной Атакой и Защитой. И избежать его смертельного удара игроку поможет лишь отменно прокачанная Ловкость, в развитии которой у тварей нашего региона нет над нами существенного преимущества. Одолеть же высокоуровневую тварь игроку поможет точный расчёт, достижимый с помощью высокоразвитого Интеллекта и, разумеется, вовремя задействованный комплекс даров, для активации которых важно иметь отменно прокачанный Дух Стикса. Вывод: на твоём уровне, Рихтовщик, сложившийся перекос Атака-Защита имеет второстепенное значение. И тратить на него драгоценные очки свободного распределения характеристик – верх расточительства. Гораздо разумнее будет вложить их в прокачку остальных трёх, куда более важных сейчас для тебя показателей: Интеллект, Ловкость и Дух Стикса.

– Ладно, вложу, как скажешь, – проворчал я, умом полностью соглашаясь с логичными доводами Слезы, но кипя от злости, потому что пришлось, как школьнику, выслушивать нотации на глазах у крестников.

Слеза ещё что-то говорила, но, чтобы не взорваться в ответ, я больше её не слушал, а сосредоточился на улучшении нужных характеристик.

В качестве НЗ очков свободного распределения характеристик решил оставить шесть тысяч шестьсот шестьдесят пять, а остальные двадцать четыре тысячи использовать для прокачки. Двадцать четыре отлично делится на три, и, проделав это нехитрое математическое действие, я вложил по восемь тысяч в характеристики Интеллекта, Ловкости и Духа Стикса.

«Значит, так. Во-первых, желаю использовать по четыре тысячи очков свободного распределения характеристик для улучшения, соответственно, на четыре тысячи очков развития Картографии и Удачи, – начал я мысленно формулировать длинный перечень неожиданного апгрейда. – Во-вторых, желаю использовать четыре тысячи очков свободного распределения характеристик для улучшения на четыре тысячи очков развития Скорости и по две тысячи очков свободного распределения характеристик для улучшения, соответственно, на две тысячи очков развития Реакции и Гибкости. Ну и, в-третьих, желаю использовать по четыре тысячи очков свободного распределения характеристик для улучшения, соответственно, на четыре тысячи очков развития Силы Стикса и Брони Стикса».

Как только закончил формулировать последнее пожелание, тело скрутило болючей судорогой из-за обрушившегося лавиной потока улучшений. Клацнув челюстями, я до крови прикусил язык. Зашипел, как капля воды на раскалённой сковороде. И… Так же резко, как всё началось, меня вдруг отпустило. Кошмар длился считаные секунды, вытерпев которые я получил награду – боль вместе со спазмом исчезла без следа.

Когда кровавая пелена перед глазами развеялась, я увидел неожиданно длинный перечень системных уведомлений.

Внимание! Вами использовано 4000 очков свободного распределения характеристик.

Характеристика Картография: +4000 (Интеллект +40).

Внимание! Вами использовано 4000 очков свободного распределения характеристик.

Характеристика Удача: +4000 (Интеллект +40).

Внимание! Вами использовано 4000 очков свободного распределения характеристик.

Характеристика Скорость: +4000 (Ловкость +40).

Внимание! Вами использовано 2000 очков свободного распределения характеристик.

Характеристика Реакция: +2000 (Ловкость +20).

Внимание! Вами использовано 2000 очков свободного распределения характеристик.

Характеристика Гибкость: +2000 (Ловкость +20).

Внимание! Вами использовано 4000 очков свободного распределения характеристик.

Характеристика Сила Стикса: +4000 (Дух Стикса +40).

Внимание! Вами использовано 4000 очков свободного распределения характеристик.

Характеристика Броня Стикса: +4000 (Дух Стикса +40).

Внимание! Ваш показатель Интеллект достиг 3-го предела неоспоримости – уровня в 500 очков.

Награда за достижение:

Опыт: +50 000. Открытие в вашем инвентаре 5 дополнительных ячеек для хранения любого предмета весом до 1 килограмма, и постоянный бонус к Интеллекту +10 % к текущему показателю игрока.

Внимание! Ваш показатель Ловкость достиг 3-го предела неуловимости – уровня в 500 очков.

Награда за достижение:

Опыт: +50 000. Открытие в вашем инвентаре 5 дополнительных ячеек для хранения любого предмета весом до 1 килограмма, и постоянный бонус к Ловкости +10 % к текущему показателю игрока.

Внимание! Ваш показатель Дух Стикса достиг 3-го предела неугасимости – уровня в 500 очков.

Награда за достижение:

Опыт: +50 000. Открытие в вашем инвентаре 5 дополнительных ячеек, для хранения любого предмета весом до 1 килограмма, и постоянный бонус к Духу Стикса +10 % к текущему показателю игрока.

Повышение уровня: +1

Все показатели: +1. Характеристики: +28 к Удаче, +45 к Фехтованию, +71 к Скрытности, +38 к Гибкости, +93 к Силе Стикса.

Одерживайте славные победы дальше! Удачной игры!

Охренеть! Этот воистину ядерный кач пробил разом очередные пределы всех трёх улучшенных показателей. А прилетевшего за этот тройной подвиг бонусного опыта хватило на достижение мною следующего сорок третьего уровня. Ну и вишенкой на торте стал сумасшедший прирост ячеек в инвентаре (+15 ячеек), разом увеличивший мой инвентарь аж на треть.

Не удержавшись от соблазна, я специально снова полез в меню, чтобы посмотреть случившиеся глобальные изменения основных показателей. И тихо присвистнул от увиденного.

Интеллект – 546 (+13; +30 %). Достигнут 3-й предел неоспоримости.

Атака – 322,05 (+28; +13 %). Достигнут 2-й предел неудержимости.

Защита – 595,32 (+27; +23 %). Достигнут 3-й предел несокрушимости.

Ловкость – 593,65 (+24, +55 %). Достигнут 3-й предел неуловимости.

Дух Стикса – 616,44 (+36; +32 %). Достигнут 3-й предел неугасимости.

Кроме теперь уже основательно подотставшей Атаки, все остальные показатели подравнялись и выглядели весьма внушительно. Ещё я почувствовал на подсознательном уровне, что стал гораздо стремительнее, чем был несколько минут назад. А расширившееся, благодаря скачку в Интеллекте, сознание позволяло теперь замечать вокруг гораздо больше второстепенных мелочей.

От любования преобразившимися показателями меня отвлёк возмущённый окрик Слезы:

– Пердун! Да ты уже вкрай оборзел! Втихушку серить начал, скотина!

После её слов я тоже почуял заполнившее салон невыносимое зловоние.

– Скунс, правда, это уже перебор, – поддержал я девушку.

– Это не я! – возмутился сзади крестник.

– А кто? Мы, что ли, с Рихтовщиком? – фыркнула Слеза. – Чёрт! Ну и вонь! Аж глаза режет! Чё ты такое жрёшь, вонючка?

– Да не я это! – чуть не плача, снова возразил Скунс, но себе на беду тут же характерным звуком опроверг сделанное заявление.

– Да ты что, издеваешься над нами, вражина? – фосфорной спичкой полыхнула Слеза.

– Смотрите, – встрял в спор Жаба. Привстав со своего места, он протянул руку между нашими сиденьями, указывая на яркое зарево между деревьями впереди, угадывающееся за следующем поворотом грунтовки.

– Твою ж мать! – практически одновременно взвыли мы с соседкой.

– Врубай задний ход! – насел я на подругу.

– Да делаю уже! Отвали! – огрызнулась Слеза.

Увы, опасность мы заметили слишком поздно и удрать от неё не успели.

Через считаные секунды выяснилось, что к окружающему нас зловонию Скунс и правда не имел ни малейшего отношения. Это вонял болотный газ, выброс которого случился где-то поблизости. И движущийся на нас лесной пожар, зарево которого первым засёк глазастый Жаба, достигнув зоны загазованности, рванул вперёд с удесятерённой силой.

Подскочившие параметры позволили мне, словно в замедленной съёмке, с кучей зловещих подробностей рассмотреть море пожирающего всё и вся в округе голодного огня, хлынувшего вдогонку за нашей откатывающейся в обратку машиной. Я видел, как мощные, столетние ели вспыхивали, словно порох, и за какие-то доли секунды целиком, от корней до макушки, превращались в ослепительные факелы.

По свободной от деревьев лесной дороге ничем не сдерживаемый, щедро подпитанный природным газом огонь рванул к нам быстрее урагана. Всего секунда, и наша машина очутилась в эпицентре огненного шторма.

Но прежде, чем лавина воспламенившегося газа накрыла нас, я успел почувствовать, как в плечо клещом впилась чья-то рука.

Интерлюдия 1

– Ух! Вот это я понимаю – охота! – проскрипел обливающийся потом Клещ, опуская дымящийся пулемёт.

Ловко подхватив брошенную товарищем полторашку воды, он сорвал зубами пробку и, жадно припав к горлышку, несколькими могучими глотками всосал в себя больше половины содержимого. Остатки вылил на голову и голые плечи.

Из-за страшного жара, исходящего от медленно затухающего в двадцати метрах впереди огненного шторма, Клещ ещё полчаса назад полностью оголил торс и расстреливал вырывающихся из огненного капкана тварюшек, как грёбаный Рэмбо в кино, сверкая лоснящейся от пота внушительной мускулатурой.

Отбросив выдоенный досуха пластиковый сосуд, мур вытащил из кармана штанов мятую пачку сигарет, зубами вытянул одну из надорванного края и, крутанув колёсиком зажигалки, с наслаждением затянулся.

– Ну ты, мля, даёшь, – прохрипел присевший за спиной на корточки, для смены рожка в автомате, напарник Псих. – И так от гари дышать нечем, а ты ещё и куришь.

– Дык сигаретный дым всяко лучше гари.

– Ты, в натуре, живучий, как клещ, – хмыкнул Псих. – Я тут лёгкие уже практически выплёвываю, а он курит.

– Каждому своё.

– Философ, мля…

Отложив перезаряженный автомат, Псих тоже вскрыл бутылку с водой и после скупых глотков целиком вылил практически не убавившееся содержимое на голову.

В отличие от здоровяка-напарника, узкоплечий субтильный Псих остался в куртке с бронежилетом, и от адского жара догорающего через дорогу ельника его одежда периодически начинала дымиться. Чтобы не полыхнуть самому, нужно было постоянно обливаться водой. К счастью, предусмотрительный Гвоздь велел каждой паре загонщиков прихватить с собой на точку две упаковки по двенадцать полторашек в каждой, и с водой у напарников проблем не было.

Невероятно, но факт – многие твари как-то исхитрялись выживать в устроенной отрядом муров огненной ловушке, и за полчаса дежурства на своей точке напарники успели уже накосить десятка три таких живчиков, поодиночке или небольшими стаями то и дело вырывающихся из-за рассыпающих багровым пеплом пограничных еловых лап. В основном это были лотерейщики и матёрые бегуны, не шибко прочную броню которых запросто прошивали даже пули «калаша», а уж убойные подарочки от «Дегтярёва» на короткой дистанции и вовсе разрывали чёрные от копоти тела тварей на части. Лишь раз из горящего леса на муров выскочил матёрый топтун, но ослеплённая огнём тварь проморгала поджидающую её на краю спасения смертельную опасность в виде пары охотников-муров. Клещ же, наоборот, будто почуяв приближение монстра, аккурат перед его выходом из леса вскинул пулемёт и, вовремя надавив на спуск, умело вскрыл толстый грудной панцирь твари прицельной очередью.

– Почаще бы такие сафари устраивали, – хмыкнул Клещ. Попыхивая зажатой в губах сигаретой, он снова напряг руки и навёл на угольно-красные остовы пылающих деревьев чуть охладившийся ствол. – Чую, за эту охоту нам верняк по уровню прилетит.

– Да ну, в жопу такой экстрим, – возразил сзади напарник. – Я себя чувствую шашлыком над мангалом с горящими углями. Того и гляди сам, как спичка, полыхну.

Ловко перевалившись с кортов на одно колено, Псих тоже вскинул подобранный с асфальта «калаш» и, уперев приклад в плечо, изготовился к стрельбе.

– Не бзди, Псих, не полыхнешь. Шеф сказал, что огонь не перекинется за границу кластера.

– А он-то откуда знает?

– От верховного ботов, наверное. Они ж по рации о чём-то долго тёрли, и после этого Гвоздь идею устроить огненный капкан нам предложил.

– Всё-то ты, Клещ, подмечаешь, – зло хмыкнул Псих.

– Просто не щёлкаю хлеборезкой, как некоторые.

– Чё сказал?..

Назревающее выяснение отношений прервало эффектное появление из огненного пекла очередного исчадия ада – пятиметровая багровая ёлка рассыпалась ворохом искр, из мешанины которых на асфальт вывалился утопающий в клубах дыма матёрый лотерейщик.

Оборвав перепалку, напарники дружно открыли по твари прицельный огонь и за несколько секунд буквально изрешетили шкафоподобного громилу. Обиженно захрипев, здоровяк повалился мордой в асфальт практически в том же месте, где и вышел.

Но, увлёкшись расстрелом первой твари, муры недостаточно проворно отреагировали на менее эффектное появление второй. А когда заметили правее расстрелянного лотерейщика его гораздо более опасного спутника, оказалось, что из охотников они сами уже превратились в добычу.

Огромному руберу, в два Психа высотой, с лихвой хватило секундного замешательства охотников-муров, чтобы стремительным скачком в сторону уйти с линии огня.

Не прекращая отчаянной пальбы, муры тут же развернули стволы следом за оказавшейся вдруг слева тварью и снова не успели. Все их пули бестолково ушли в пустоту, а словно из-под земли выросший рядом монстр ударом длиннющего хвоста навылет пробил грудь Психа. Его хвалёный бронежилет, который перестраховщик Псих, несмотря на сумасшедшую жару, оставил поверх куртки, спасовал под страшным ударом рогового наконечника.

В клочья разорванные сердце и лёгкие принесли Психу мгновенную и практически безболезненную смерть.

Напарнику же его повезло гораздо меньше.

С ловко обезоруженным Клещом монстр-великан вдруг заговорил по-твариному урчащим, но вполне разборчивым человеческим голосом:

– Чё ж вы, суки, всё не угомонитесь-то? – проурчал рубер, склонившись над пленником так, чтобы его страшные акульи челюсти находились на уровне человеческих глаз.

Не замечая больше жар близкого пламени, спина остолбеневшего от ужаса Клеща покрылась ледяной испариной.

– Ты кто? – прохрипел мур пересохшим горлом.

– Это неважно, – отмахнулся рубер совершенно человеческим жестом, заодно невольно продемонстрировав вблизи свои кинжалоподобные когти и без того трясущемуся от ужаса человеку. – Сейчас я стану задавать тебе вопросы. А ты мне будешь честно на них отвечать. Договорились? А если почую, что ты мне врёшь, я это умею, уж поверь, то сделаю так.

Метровый хвостовой шип, выскочив из развороченной груди напарника, пробил плечо Клеща. Случилось это так быстро, что мур заметил лишь смазанное движение в воздухе и тут же заорал дурным голосом от боли в развороченном суставе.

– Ну-ка заткнись, – грозно проурчал хвостатый палач.

Жертва послушно зажала рот пока ещё здоровой левой рукой.

– Начнём, пожалуй. Вопрос первый…

Глава 4, в которой я мщу, и мне улыбаются

Мелькнула мысль, что это кто-то из крестников, перепугавшись до мокрых штанов, цапнул меня за плечо. Но схватившая меня рука не потянула назад (что было бы логично для перепуганного человека сзади), а, напротив, толкнула к двери, да так сильно, что своим телом я, как тараном, буквально снёс её, вывалившись вместе с дверью наружу. Так я вдруг оказался вне салона, внутри бушующего огненного шторма.

Я инстинктивно зажмурился, затаил дыхание и, как смог, закрыл руками лицо. Кожу на открытых руках и голове мгновенно стянуло от страшного жара, а через секунду я затрясся в болезненных судорогах от сотен ожогов. Услышал, как затрещали горящие волосы на голове, и по всему телу ощутил жар от занявшегося камуфляжа.

Я уже фактически горел заживо, и только невероятно развитые Выносливость с Регенерацией не позволили мне мгновенно окочуриться от болевого шока. Свозь застилающую сознание боль, нарастающую с каждым мгновением в геометрической прогрессии, я каким-то чудом успел вспомнить фразу-активатор единственного способного выручить в таком отчаянном положении дара.

– Левак, – выдохнул я в ладонь, несмотря на свою читерскую выносливость, находясь уже на грани отключки.

И, видимо, на несколько секунд после этого действительно провалился в небытие, потому что напрочь пропустил болючую стадию перестройки трансформирующегося тела. Вернулся в сознание от хлёсткого удара по спине своего хвоста, уже с головы до пят покрытый толстой чешуйчатой бронёй рубера.

Огонь по-прежнему бушевал вокруг, но через толстую роговую броню высокоуровневой твари уже был не в силах пробиться. В окружившем меня мареве из едкого дыма и пламени невозможно было ничего разглядеть. Я закрыл бесполезный глаз и стал двигаться на ощупь, воспользовавшись тут же откликнувшимися навыками слепуна. Проблема затянувшейся задержки дыхания тоже благополучно разрешилась, стоило вытянуться на высоту своего четырёхметрового роста. Конечно, сполохи жаркого пламени порой вздымались и на большую высоту – всё ж таки густой ельник вокруг изобиловал многометровыми долгожителями, но на четырёхметровой высоте в стене бушующего над землёй огня появлялось уже достаточное количество просветов, заскочив в любой из которых можно было сделать обжигающе-горячий, но вполне безопасный вдох, ведь способный отравить любое живое существо дым с угарным газом концентрировался в основном у земли.

Отдышавшись и окончательно оправившись от недавнего болевого шока, я вспомнил об оставшихся в машине друзьях и, нырнув обратно в пламя, попытался спасти хоть кого-нибудь ещё…

Увы. Захваченная огнём машина уже основательно выгорела изнутри. И когда я сунулся внутрь через дыру выбитой двери, то нащупал там лишь остовы оплавившихся кресел, но ни на водительском месте, ни на заднем сиденье ни одного тела не обнаружил. Вероятно, погубивший их огонь ускорил обращение тел отправившихся на перерождение игроков в конечный пепел.

Яростно заурчав, я выместил лютую злобу на оплавленных остовах передних кресел, в считаные мгновенья просто размолотив их в труху огромными когтями.

– Большой! Помоги! Выведи! – раздался вдруг рядом чей-то жалобный скулёж.

Выскочив из авто, я метнулся к источнику и едва не проткнул когтями приблудившуюся тварюшку.

– Не убивай, большой! Глот полезный! Глот пригодится! – заскулил насаженный боком на один из моих когтей лотерейщик, даже не пытаясь освободится.

Вдруг его ноги подогнулись, и тварь стала заваливаться в горящую траву.

– Твою мать! Вот на кой ты мне сдался? – уркнул я, легко, как пушинку, подхватывая двухсоткилограммовую тушу на руки и, как штангу, поднимая над головой.

Моя догадка, что низкорослый для выживания в лесном пожаре лотерейщик попросту задохнулся, получила подтверждение, когда секунд через десять тело в моих руках задёргалось в приступе мучительного кашля.

Я тем временем, двигаясь по прогалине лесной дороги, уже на приличной скорости нёсся к выходу на трассу, надеясь, что широкая полоса асфальта станет неодолимым препятствием для дальнейшего распространения огня.

– Большой добрый! Большой спас Глота! – закудахтал на верхотуре очухавшийся лотерейщик.

– Заткнись, сука! А то ща обратно в огонь швырну! – рявкнул я на пассажира. И тот тут же послушно замолчал.

Способность слепуна ориентироваться исключительно на слух чрезвычайно мне пригодилась. С закрытым правым глазом (левый под действием дара ослеп сам собой) я ощущал вокруг себя деревья по треску их горящих веток и иголок, и перед мысленным взором картина пылающего ельника на десятиметровой дистанции открывалась во все стороны так чётко, будто я то и дело, как сова, вращал башкой на триста шестьдесят градусов и лупил при этом в оба глаза.

Из-за отличной ориентации в бушующем море огня, на относительно ровной наезженной грунтовке я смог прилично разогнаться и добежал до выхода всего-то минуты за три. Как позже выяснилось, в огне я перепутал направление и побежал не обратно по пройденному Слезой маршруту, а вперёд по оставшемуся относительно короткому куску лесной дороги. Но тогда, ещё не осознавая свою ошибку, я неслабо так прихренел от своего выдающегося результата. Ведь на машине то же расстояние, как я думал, мы проделали минут за двадцать. Конечно, на узкой колее Слеза не особо разгонялась, но и с черепашьей скоростью, разумеется, не плелась – вот и прикиньте, каким охренительным гепардом я возомнил себя в тот момент в личине рубера.

У самого выхода на дорожный асфальт обострённая интуиция вдруг забила тревогу. Я резко тормознул и решил первым выпустить на асфальт пассажира – Глот же грозился пригодиться, вот пусть и отвечает за базар.

Ударам хвоста я разворотил горящую ёлку на выходе и швырнул лотерейщика в облако взметнувшихся искр. Сам же аккуратненько выскочил на асфальт без спецэффектов, несколькими метрами левее.

Ощутив в момент перехода, что огонь остался за спиной, я открыл глаз. Впереди тут же загрохотали выстрелы, и через мгновение я заметил двух старых знакомых муров, практически в упор расстреливающих беднягу Глота.

Суки! Суки! Суки!!! Безумная ярость волной окатила рассудок. У меня было предчувствие, что этот лесной пожар на нашем пути случился не просто так, и вот я получил наглядное подтверждение своей догадке.

Ублюдки меня заметили и тоже попытались достать из своих пукалок. Но куда им было угнаться за рубером-слепуном, недавно достигнувшим третьего предела неуловимости…

* * *

Выпытав у Клеща местоположение остальных загонщиков разбитого на пары отряда муров, я приговорил ублюдка к мучительной смерти, плюнув кислотной нитью в раззявленную пасть мура. И глядя, как он извивается на асфальте, заходясь в беззвучном крике (голосовые связки урода концентрированная кислота разъела в первую очередь) и отплёвываясь сгустками кровавой слизи, я испытал извращённое удовольствие, потому что сейчас ублюдок страдал так же, как мой сгоревший заживо отряд.

Из-за экономии времени, а вовсе не из-за сострадания, я добил бьющегося в конвульсиях здоровяка ударом хвостового шипа и рванул по асфальту в сторону следующей пары загонщиков. До окончания действия «Чужой лапы» оставалось всего десять секунд. Но я обязан успеть навестить всех муров и заставить сдохнуть их так же болезненно, как это случилось с моими несчастными крестниками и Слезой.

А в самом конце я нацелился выбить из Гвоздя подробности его разговора с грёбаным куратором. Узнаю, каким боком к лесному пожару причастны муры, и рвану мстить дальше.

Но это будет потом. А сейчас…

– Здорово, девочки! – уркнул я человеческим голосом в спины пялящихся на горящие деревья камуфляжников с неуклюжими пулемётами в руках.

Оказалось, что в личине великана-рубера я могу двигаться не только невероятно быстро, но и совершенно бесшумно. Пока, совершенно не таясь, я набегал на них со спины, ни один мур даже ухом в мою сторону не повёл.

Разумеется, пулемётчики дружно развернулись на чужой голос, проделав это молниеносно быстро (как им казалось). И оба молодчика сильно удивились, когда длинные стволы их дур изрыгнули очереди в пустоту, а я, живой и невредимый, снова оказался у них за спиной.

Второго шанса потягаться с рубером в скорости я им не дал. Два размытых до невидимости движения хвостом, и изуродованные роговым шипом пулемёты рухнули на асфальт из вывихнутых пальцев горе-стрелков.

– Какого хрена? – полюбопытствовал перед смертью самый разговорчивый и первым получил кислотной нитью по вытаращенным зенкам. Истошный вопль бедняги тут же захлебнулся очередным метким плевком аккурат в раззявленную пасть.

Товарищ его рядом тоже испуганно заголосил, что облегчило мне задачу, и очередная кислотная нить сразу попала крикуну точно в рот.

Эти двое мучились даже меньше Клеща. Грёбаный цейтнот вынудил меня ускориться. И, пригвоздив страдальцев к асфальту милосердным ударом шипа, я рванул дальше…

* * *

– Ну чё, сучёныш, поговорим? – склонился я над сидящим на асфальте Гвоздём.

Рядом в луже кровавой слизи корчился подыхающий от кислотного угощения напарник вожака Цыган. За спиной на асфальте дорог, с разных сторон окружающих догорающий лесной кластер, осталась куча изуродованных трупов муров. Однако и время, запланированное на вдумчивый допрос самого главного злыдня, у меня практически вышло.

Оставшиеся жалкие полминуты действия дара вынудили действовать быстро и предельно жестоко. Мгновенно переломанные в коленях ноги не позволяли шефу муров даже дёрнуться в сторону.

– О чём вы договаривались с куратором? – спросил я.

Оторвавшись от разглядывания неестественно вывернутых ног, Гвоздь перевёл на меня затуманенный болью взгляд.

– Да пошёл ты!

– Неправильный ответ.

Полоснув когтями ему по животу, я харкнул кислотной нитью на вывалившиеся кишки.

Потроха мура мерзко зашипели, на глазах растекаясь кровавой слизью. Допрашиваемый отчаянно заорал.

– Отвечай, мразь! – Очередной удар когтей, оставивший широкие, до кости, разрезы на правой руке, вернул начавшего было терять сознание мура обратно в чувство.

– Да пошёл ты, – харкая кровью, пропыхтел Гвоздь и, обозначив дрожащей рукой подобие фака, неожиданно добавил: – Хрен тебе, а не Замок, Рихтовщик.

– Сука! – Не помня себя от ярости, я пригвоздил догадливого ублюдка, как бабочку, шипом жала к дорожному полотну.

Но, прежде чем мур испустил дух, его залитые кровью губы разошлись в глумливой лыбе.

Глава 5, в которой я компенсирую потери и меня застают врасплох

Гвоздь сдох.

И практически сразу же истекло время действия моего дара. Тело начало корёжить в судорогах боли обратной трансформы, и, рухнув на асфальт, я забился на нём в неистовом припадке.

Если бы сейчас на мои стоны откликнулась какая-нибудь тварь, да хоть жалкий прыгун, она могла бы играючи вскрыть мне горло, потому как в эти ужасные первые минуты отката я был беспомощным, как младенец.

Но мне повезло. Расходящаяся по соседним лесам гарь из превратившегося в огромное пепелище кластера, похоже, отогнала все местные стаи тварей на приличное расстояние от пограничного асфальта. Моим жалким состоянием не воспользовался ни один зубасто-когтистый абориген.

Сюрпризом для меня стало то, что по окончании обратной трансформы не восстановилась сгоревшая борода и волосы, но самое паршивое – на голове и руках по новой открылись кровавые волдыри многочисленных ожогов.

Они, конечно, были чертовски неприятны, но сейчас, вне огня, боль от них показалась вполне терпимой. К тому же мне было с чем сравнивать – на фоне боли обратной трансформы дискомфорт кровавых ожогов показался сущим пустяком.

Поэтому, прежде чем приступить к лечению неопасных ран, я решил ещё несколько минут спокойно побалдеть на спине без движения и заодно разобраться в случившейся оказии.

Выходило, что моей прилично прокачанной Регенерации едва хватало на восстановление организма после сложнейшей двойной трансформы, а на параллельное излечение полученных ранее даже не очень серьёзных ран внутренних резервов, увы, уже не хватало… Проверяя догадку, вывел перед собой из меню шкалы:

Здоровья – 3659/4310

Удовольствия – 328/546

Спорового баланса – 18/323

Жажды и сытости – 113/595

Бодрости – 37/595

Духа Стикса – 532/619

Ну точно! Шкалы Спорового баланса и Бодрости были катастрофически близки к обнулению. На моих глазах в течение четверти минуты каждая скатилась ещё на пару-тройку единиц. Жажды и Сытости тоже просела на три четверти, Удовольствия – почти наполовину. Всё это указывает на критическое истощение организма. И хотя шкала Здоровья сократилась пока незначительно, если немедленно не принять экстренных мер к восстановлению, организм начнёт пожирать себя изнутри, и Здоровье понесётся вниз следом за остальными.

Единственным доступным средством восстановления был хранящийся в ячейке живец. Разумеется, я тут же призвал фляжку и, влив в себя разом добрую треть её содержимого, остатки щедро выплеснул на кровавые ожоги.

Болезненный зуд в руках и голове тут же значительно уменьшился. А скакнувшие разом на два десятка единиц вверх шкалы Спорового баланса и Бодрости продолжили уже не такое быстрое, но уверенное восстановление.

Висящие перед глазами шкалы вдруг сменились строками победного уведомления:

Внимание! Вами активирован дар Чужая лапа.

Характеристики: +2 к Регенерации, +2 к Выносливости, +4 к Скорости, +3 к Броне Стикса. Навыки: +20 к Ораторскому искусству, +20 к Штопальщику, +20 к Телепатии, +20 к Ножевому бою, +30 к Палачу.

Внимание! Вами ликвидировано 12 игроков: 23, 24, 26, 27, 28, 30 и 36-го уровней.

Без штрафа за ликвидацию. Все ликвидированные игроки имеют отрицательный статус.

Награда за ликвидацию:

Опыт: +142 456. Характеристики: +5 к Знаниям, +9 к Картографии, +5 к Наблюдательности, +9 к Удаче, +32 к Физической силе, +5 к Рукопашному бою, +33 к Фехтованию, +34 к Меткости, +6 к Физической броне, +5 к Выносливости, +4 к Регенерации, +6 к Скрытности, +9 к Скорости, +10 к Реакции, +10 к Гибкости, +5 к Интуиции, +7 к Силе Стикса, +6 к Броне Стикса, +4 к Медитации, +5 к Познанию скрытого. Навыки: +57 к Алкоголизму, +39 к Ораторскому искусству, +59 к Кулачному бою, +65 к Лёгкой атлетике (Ловкость +1), +38 к Штопальщику, +49 к Телепатии (Дух Стикса +1), +44 к Гипнозу, +64 к Ножевому бою, +34 к Хамелеону, +61 к Палачу (Атака +1), +33 к Следопыту (Дух Стикса +1), +41 к Стайеру.

Одерживайте славные победы дальше! Удачной игры!

Пока читал, взбодрённый живцом организм худо-бедно продолжал восстанавливаться. Только что кровоточащие волдыри на голове и руках подсохли и начали покрываться коричневой коркой болячек. Чудовищная слабость сменилась незначительным приливом сил.

Я вдруг осознал, что лежу на асфальте абсолютно голый. И хотя из-за близости пожара мне было совершенно не холодно, но привести себя в более-менее пристойный вид всё же следовало, благо одежда рядом имелась – аж два экземпляра камуфляжа мёртвых врагов. И даже раздевать их не нужно. Почерневшие трупы муров вот-вот должны были самостоятельно рассыпаться конечным пеплом, и куртки со штанами останутся свободно лежать на асфальте – правда, перепачканные пеплом и кровью, да и размером поменьше моего, но, как говорится, на безрыбье…

С кряхтением поднявшись с асфальта, я осмотрелся и тут же широко улыбнулся, заметив рядом на обочине груду полторашек с водой, выпотрошенных из валяющейся тут же, чуть в стороне, полиэтиленовой тары.

От пуза напившись, я вылил на себя содержимое трёх полторашек и худо-бедно стёр с тела грязь и засохшие кровавые разводы. Потом, разложив на асфальте камуфляж Гвоздя, оказавшийся чуть большего размера, чем одежда Цыгана, залил грязное шмотьё водой из оставшихся полторашек, как смог простирнул кровавые пятна на ткани и, отжав мокрые штаны с курткой, с грехом пополам натянул на себя. В подмышках и на спине куртка слегка треснула, но портки, к счастью, на заднице не порвались.

С обувью, увы, вышла полная лажа. И у Гвоздя, и у его коротышки-напарника ступни были раза в полтора меньше моих, и, соответственно, их берцы не налезали мне на ноги от слова совсем. Пришлось из окровавленных лохмотьев Цыгана мастерить подобие многослойных портянок, а чтобы эти безобразные свёртки на ногах не развалились при ходьбе, фиксировать их на ступнях и щиколотках ремнями муров. Получилось, конечно, хрен пойми что, но всё лучше, чем шариться по асфальту босиком.

Приодевшись, я озаботился поиском транспортного средства. Ведь не пешком же сюда муры прибыли. Наверняка дружно прикатили в чём-то наподобие фургона и с огромной вероятностью спрятали колымагу где-то неподалёку от места дислокации шефа. Значит, тачка должна быть где-то рядом в лесочке, через дорогу от пожарища.

– Тайник, – буркнул я себе под нос фразу-активатор поискового дара и побрёл вдоль ставших полупрозрачными придорожных ёлок, вглядываясь в призрачное нутро чащобы.

Далеко идти не пришлось. Я снова оказался прав. Сероватые контуры фургона почти сливались с тёмно-зелёной массой призрачных елей, но перевалившая за десять тысяч Наблюдательность не позволила пройти мимо даже такого неочевидного тайника.

По беспечной традиции муров водительская дверь фургона оказалась не заперта, а в замке зажигания торчал ключ. Забравшись в тачку и порыскав в салоне, я нашёл рюкзак с сухарями и тушёнкой и, недолго думая, тут же устроил себе праздник живота. Рядом обнаружился ящик с водкой, несколько ячеек в котором вместо беленькой занимали бутылки с уже изготовленным на основе водки живцом. Наевшись, я продегустировал творение муров – живительный коктейльчик в их исполнении пришёлся мне по душе, и недопитые остатки живца я слил себе во фляжку.

Внимание! Активирована скрытая ступень дара Всевидящее око.

Характеристики: +2 к Наблюдательности, +4 к Удаче, +2 к Познанию скрытого. Навыки: +40 к Рентгену.

Вырулив из зарослей, я вернулся на место казни Гвоздя, подобрал и закинул в просторный салон оставшийся от муров автомат с пулемётом. И, задержавшись ещё минут на десять, выпотрошил споровики перебитых мурами тварей.

Затем прокатился до следующей точки загонщиков, повторив там нехитрую операцию сбора трофеев. Ну а чё? Тачка наша со всеми накоплениями, считай, по вине этих ублюдков сгорела, значит, их трофеи и оружие – законная добыча нашего отряда.

Вот так, двигаясь от точки к точке, через час вернулся на место встречи с Клещом. От здоровяка и его напарника к тому времени даже пепла не осталось – всё выветрилось из валяющихся на дороге лохмотьев.

Здесь, кроме оружия и трофеев из вскрытых споровиков тварей, меня заинтересовали здоровенные боты Клеща. Этот мур фигурой был под стать мне, и ноги наши, как я надеялся, имели примерно одинаковый размер.

Повезло. Берцы Клеща оказались даже на размер больше моих. Хорошенько пролив их водой из добытых в очередной придорожной куче полторашек, я как следует протёр нормальную обувку снятой со ступней ветошью и с удовольствием стал натягивать на ноги.

– А ну, замер! Руки в гору! – донёсся из-за спины искажённый злой голос, и мне в затылок упёрлось широкое дуло крупнокалиберного ствола.

Я, не раздумывая, подчинился, прекрасно понимая, что несмотря на всё своё читерское проворство, с наполовину всунутой в ботинок ногой вряд ли успею увернуться от пули.

«Твою ж мать! Как по-глупому попался. Привык, что рядом с огромным пепелищем нет ни души. Утратил бдительность. Ожидал напасти только из живого ельника напротив, потому и переобувался лицом к нему. А беда подкралась со стороны пожарища… Да как так-то?!» – Поток отчаянных мыслей пронёсся в сознании буквально за секунду… А потом сзади раздался до боли знакомый звук, от которого губы сами собой раздвинулись в широкой улыбке.

– Скунс, дружище, как же я рад тебя слышать.

– Пердун, скотина, опять ты всё к хренам испортил, – озлилась Слеза уже нормальным своим голосом, и я почувствовал, как дуло винтовки исчезло с моего затылка.

– А ты, котяра, на хрена башку обрил? – Это она уже мне. – И в обноски какие-то нарядился. Со спины даже не признала тебя в этой рванине. Чё, сюрприз решил нам устроить?

– Чего? – пробормотал я ошарашенно.

– Чё, спрашиваю, расселся тут на солнышке? Мы ж тебя похоронили уже. Жаба вон даже стишок печальный про героя-начальника на памятник сочинил. А он сидит, понимаешь, жопу на асфальте греет…

– Вы меня похоронили?! – возмутился я, отчаянным усилием впихивая ногу в мокрый ботинок и вскакивая.

– Ну разумеется. Ты ж один исчез из машины. Надо же, шустрик какой – уже и фургон где-то успел надыбать.

– Погоди. Что значит исчез из машины? Она же сгорела к хренам.

– Ну, остов-то остался.

– Твою мать! Я вообще уже ничего не понимаю. Давай по порядку…

Глава 6, в которой объясняются непонятки, Жабу душит жаба и я получаю неожиданный подгон

Оказалось, огнеупорная троица смогла выжить в центре лесного пожара благодаря очередной активации Скунсом своего читерского «Туманного убежища». На моё же резонное возмущение, мол, на хрена тогда вы, черти полосатые, меня из салона авто перед активацией «Убежища» выкинули, Слеза лишь хлопала глазами и разводила руками, всем своим ошарашенным видом талантливо изображая, что она здесь совершенно ни при чём. Предъява же, разумеется, адресована была в первую очередь именно ей, потому как у низкоуровневых крестников попросту не хватило бы силёнок для придания моей упитанной тушке необходимого для сноса двери ускорения.

– Это, наверное, из-за дара случилось, – неожиданно пришёл девушке на выручку Скунс.

– Чё-чё? – практически синхронно с двух сторон тут же насели на него мы со Слезой.

– Дело в том, что в «Убежище» я смог бы взять с собой только двух спутников. А поскольку в салоне нас было четверо, одного пришлось выставить из защитного круга. Но это не я тебя, начальник…

– Да уж куда тебе, – фыркнула Слеза. – Однако же темнила ты, пердун, оказывается, ещё тот… Раньше-то про ограничение почему не предупредил?

– Сам недавно только узнал, когда над скрытым даром провёл ритуал «Раскрытия сути». Как знахарь, я раз в сутки могу познать суть любого непонятного…

– Знаю, – перебила Слеза. – Телись дальше!

– А потом вокруг всё так быстро завертелось, что я забыл предупредить.

– Понятно, – хмыкнула девушка.

– А мне вот ни фига не понятно! – возмутился я. – Так кто меня из машины-то в огонь швырнул?

– Ограничитель дара тебя из защитного круга «Убежища» так удалил, – пояснила Слеза. – Видимо, счёл самым живучим из нас четверых. И, по ходу, не прогадал… Ты не только в огне выжил, но и лихо тут без нас развернулся. Кого-то конкретно прищучил и даже фургоном на смену нашей сгоревшей тачке обзавестись успел.

– Да, подвернулись тут уроды под руку.

– Автоматы только жалко и пистолет твой, – печально вздохнул Жаба. – Они в багажнике вчистую выгорели, мы заглядывали, проверяли. Да и машина тю-тю – она, хоть и не новая, но была на ходу, плюс защитой обшита, значит, сотни четыре споранов, по любому, стоила… Хорошо ещё, я рюкзак с трофеями настоял с собой в салон взять, а то бы сейчас вообще остались мы, горемыки-погорельцы, без единого спорана за душой.

– Жаба, хорош тоску наводить, – хлопнул я крестника по плечу, отчего меняла едва не хлопнулся задницей на асфальт. – Пошли-ка лучше в фургон заглянем, там я тебе сюрприз подготовил. Уверен, он влёгкую компенсирует все перечисленные потери и мигом поднимет твоё настроение.

Слеза со Скунсом направились к разбросанным у обочины бутылкам напиться и набрать халявных полторашек с собой в дорогу. Я же, прихватив за рукав Жабу, потащил крестника в нашу новую машину.

Как я и обещал, стоило нам оказаться внутри просторного салона, меняла, обнаруживший гору оружия между рядами кресел, буквально взвыл от восторга:

– Это чё, пулемёты?! Откуда, начальник?

– От верблюда, мля, – хмыкнул я, довольный произведённым эффектом.

– Ты вообще представляешь, сколько каждый такой стоит?

– Без понятия, – пожал я плечами. – Полагаю, по любому дороже сгоревших «калашей».

– В пять раз дороже! В смысле каждый «дегтярь» дороже «калаша». А их тут… Раз, два…

– Восемь пулемётов и шесть автоматов, – подсказал я для ускорения процедуры оценки. – И на сколько всё это богатство потянет?

– Автомат – примерно триста споранов. Пулемёт, соответственно, полторы тысячи. Это, разумеется, усредненно. На самом деле торг ведётся по каждому огнестрелу отдельно, в зависимости от изношенности спускового механизма и…

– Жаба, хорош гонять по ушам. Ты мне общую сумму обозначь, хотя бы приблизительно.

– Шесть на триста плюс восемь на полторы, итого выходит тринадцать тысяч восемьсот споранов… Признаю, достойная альтернатива сгоревшим «калашам». Но вот твой славный пистолет…

– О нём не парься, – отмахнулся я. – Как привязанный предмет, он через денёк-другой самовосстановится и вернётся ко мне ещё лучше, чем был… Иди-ка лучше вон в том пакетике ещё пошарь, – указал я меняле на свёрток в соседнем с водительским кресле.

– Охренеть! – ожидаемо оценил Жаба результаты моего потрошения споровиков подстреленных мурами тварей. – А это богатство откуда?

– Повезло, – хмыкнул я, про себя мысленно продолжив: «Это ты, дружочек, ещё самых драгоценных трофеев не видел. Которые по привычке я сразу по ячейкам притырил. Боюсь представить, как бы ты, сердешный, задохнулся от жадности, если б узнал, что в одном матёром топтуне мне фартануло добыть аж красную жемчужину и узелковую нить янтаря. Ну и ещё, кроме неё, с остальных одну золотую и шесть белых звёзд, и две золотые горошины… Так-то, меняла ты наш доморощенный».

– Эй, Рихтовщик, можно тебя на секунду? – позвала меня в распахнутую дверь фургона Слеза.

– Ну, ты считай тут пока, – напутствовал я крестника, жадно перебирающего кругляши в пакете. – Потом доложишь… А я пойду выясню, чё там им от меня понадобилось.

Выскочив из фургона, я тут же реально прихренел от слаженного рывка с двух сторон за края куртки. И без того держащаяся на соплях маломерка Гвоздя с треском разлетелась на две неровные половинки и повисла на лохмотьях рукавов.

– Вы, мля, чё на хрен, черти, творите?! – возмущённо заорал я на нагло лыбящихся Слезу со Скунсом.

– Избавляем тебя от стрёмного рванья, – как ни в чём не бывало ответила Слеза.

– Эстеты, млять!.. Согласен, маловата была куртяшка. Но она хотя бы худо-бедно большую часть пуза мне прикрывала. А теперь что прикажете: голяком до Крынки сайгачить? Как шелупони беспонтовой?

– Угомонись, истеричка, – фыркнула Слеза и, повернувшись ко Скунсу, кивнула: – Доставай!

Крестник протянул мне руку, которую до этого старательно прятал за спиной. В ней оказалась аккуратно свёрнутая камуфляжная куртка, аккурат моего размера.

– На обочине под бутылками нашли, – объяснил Скунс. – Неизвестно, чья это куртка. Но тебе, начальник, она определённо подойдёт гораздо лучше предыдущей.

Вспомнив голый торс Клеща, я догадался, что это была его вещь.

– Чего встал-то? – хмыкнула Слеза. – Надевай, не стесняйся. Ты уж извини нас, Рихтовщик, не сдержались, решили чуток тебя разыграть.

– Шутники, мля, – заворчал я, стряхивая с рук лохмотья старой и натягивая взамен неё практически новую куртку Клеща. – Вас бы так ошарашили, я б посмотрел…

– Со всеми звёздами и горохом тут примерно ещё около трёх тысяч трёхсот споранов, – перебил меня высунувшийся из окна фургона Жаба и тут же, без паузы, продолжил докладывать дальше: – Итого общий вклад Рихтовщика составил семнадцать тысяч сто споранов. Это без учёта стоимости фургона. Плюс семь тысяч девятьсот споранов – стоимость сохранившихся в рюкзаке трофеев. Общая сумма наших отрядных накоплений теперь составляет ровно двадцать пять тысяч споранов.

– О как! – удивлённо вскинула брови Слеза. – Это где ж ты такую прорву богатств всего за несколько часов надыбал? А, Рихтовщик?

– Давайте уже все сядем в фургон и поедем дальше. А я по дороге всё расскажу, – предложил я.

Отряд с воодушевлением принял моё предложение.

Интерлюдия 2

– Млять! Ну и где тварь? – раздался в наушнике Жгута злой шёпот напарника.

– А я знаю? – так же шёпотом откликнулся Жгут. – Рубер в твою сторону подорвался. Должен был на мины выскочить ещё секунд двадцать назад.

– Ну и где же он потерялся? В прямом, сука, тоннеле второй выход не нашёл? Или говнюка внезапно пробило на сон? Да так, что он устроил лежбище прямо на сквозняке?

– Да хрен его знает, чё его там так задержало.

– Так сходи, млять, и узнай!

– Ага, нашёл дурака так подставляться. А если он меня учует?

– Жгут, мля, кончай выделываться. Мы честно кинули жребий – никто не виноват, что мне выпало заниматься минированием площадки на этой стороне, а тебе быть загонщиком с другого края.

– Хрена се ты, Груз, вывернул… Вообще-то, я свою часть работы честно выполнил. И, между прочим, до волос весь в кровище изгваздался, готовя ублюдку приманку протяжённостью почти в два километра.

– Толку-то в твоей приманке, если в конце тварь вместо того, чтобы выскочить на мины, решила обосноваться в грёбаном тоннеле.

– Чёрт, и впрямь интересно стало, чё с ним там стряслось. Ведь так хорошо по кровавому следу шёл.

– Шёл, шёл, да не дошёл… Иди, говорю, глянь, чё он там в тоннеле делает. В плаще он тебя не учует, всё ж таки рубер не игрок, Наблюдательность у него не самая сильная характеристика.

– Да говорю тебе, от меня кровищей за километр разит. Он чисто по запаху меня вычислит.

– Чё, так и будем, как придурки, ждать у моря погоды и впустую переругиваться?

– Да сейчас он выскочит. Надо просто чуток обождать.

– Млять, Жгут, уже полторы минуты прошло… Эй, ты кто, сука?! Откуда?.. – Забив на маскировку, последние слова Груз заорал в полный голос.

– Братан, чё там у тебя творится? – запаниковал Жгут.

Но вместо объяснений из наушника ответом ему стал приглушённый горной грядой гром дружного подрыва четырёх заложенных на той стороне мин.

– Твою мать! Чё там? Чё?! – в бессильной ярости завопил Жгут. Но так и не дождался ответа от резко отключившегося напарника.

Выбравшись из укрытия под ёлкой, Жгут, с винтовкой наперевес, крадучись направился к входу в тоннель, где всего двумя минутами ранее скрылся рубер, заманенный в тоннель запахом свежепролитой крови.

Переход сквозь тоннель был самым быстрым способом попасть на другую сторону неширокой, но высоченной и весьма протяжённой горной гряды, являющейся эдакой природной границей между двумя кластерами. Подъём на шесть десятков метров по практически отвесным скалам даже у такого серьёзно прокачанного игрока, как Жгут, занял бы не меньше часа, и примерно столько же потом ему пришлось бы потратить на спуск с другой стороны. А обход многокилометрового препятствия по чащобе ельника затянулся бы на ещё более долгий срок. Вот и пришлось Жгуту рисковать и отправляться по следу смертельно опасной высокоуровневой твари.

Жгут заранее нацепил на глаза артефактные очки – за бешеные спораны приобретённые у менялы лет пять назад, несмотря на хрупкий вид, являющиеся компактным ботовским прибором ночного видения – и, оказавшись во тьме тоннеля, прикосновением пальца в нужном месте активировал сенсорную кнопку включения высокотехнологичного прибора. Мрак вокруг тут же озарился зеленоватой подсветкой, и Жгут увидел уходящий строго вперёд стометровый высокий проход, вырубленный неизвестными доброхотами в граните горы.

Потерявшийся в тоннеле рубер обнаружился примерно в двадцати мерах от выхода на ту сторону. Огромная тварь без движения лежала на полу, но не дрыхла, как в сердцах предположил Груз, а плавала в настоящем озере из собственной крови.

От зрелища мёртвого гиганта-рубера, в считаные секунды кем-то или чем-то выпотрошенного здесь, как хряк на бойне, у Жгута волосы на загривке встали дыбом и по спине забегали взад-вперёд табуны мурашек с кулак величиной. Ему резко расхотелось узнавать, как там дела у вдруг отключившегося напарника. Но сбежать из тоннеля струхнувшему охотнику, который сам вдруг превратился в добычу, не позволил невидимка, точным ударом в подбородок отправивший Жгута в глубокий нокаут.

Глава 7, в которой Слеза признаёт свой косяк и нам грозит расстрел среди гадюк

– Значит, вернулись, говоришь, ожоги по окончании действия дара?

Вопрос соседки выдернул меня из полудрёмы, навеянной однообразием спокойной езды по ровному асфальту.

Рассказ о недавней расправе над отрядом муров-поджигателей я закончил ещё полчаса назад. Жадно слушавшие его вместе со Слезой крестники уже не только свалили с первого ряда в дальний конец фургона, но и, с комфортом устроившись там на сдвоенных креслах-диванах, вовсю задавали безмятежного храпака. Слеза же, похоже, специально выжидала, давая лишним ушам возможность уснуть, и теперь завела со мной отложенный серьёзный разговор.

– Я тоже прихренел, – кивнул я, протирая слипающиеся глаза и широко зевая. – Прикинь, у меня Регенерации больше одиннадцати тысяч, и такой прорвы очков развития на жалкие ожоги не хватило. Хотя раньше, после использования «Чужой лапы», пережив ломку обратной трансформы, я возвращался в идеально здоровое тело.

– Точно всегда?

– Однажды после схватки с элитником я почти по локоть лишился левой руки. Тварь отчекрыжила её своими зубищами, как дисковой пилой. И после обратной трансформы культя у меня тогда мгновенно не восстановилась.

– Это понятно, – отмахнулась Слеза. – Оторванные конечности потом несколько дней восстанавливаются, даже под приглядом знахаря… Да чё я тебе говорю, сам же через такое в клинике Скальпеля проходил.

– Да, давненько это было. Клиника-то сейчас уже не Скальпеля, а Белки. Он уже лет десять как на жену её оформил.

– Не суть… Главное, ты понял, что с рукой пример был неудачный. Ампутированная конечность – это не царапина, её одной Регенерацией не восстановить.

– Ну да. Мне потом часа три пришлось ждать, пока рука по новой отрастёт.

– Три часа?! – Оторвавшись от дороги, Слеза уставилась на меня выпученными глазами.

– Ну, может, четыре, – пожал я плечами. – Мля, слишком много времени с той поры уже прошло, точно не припомню.

– Охренеть! – выдохнула соседка, возвращаясь обратно к созерцанию полосы серого асфальта в окружении мрачных ёлок, подпирающих обочину. – М-да, Регенерация у тебя, Рихтовщик, и впрямь огонь.

– На самом деле тогда я здорово ускорил рост руки коктейлем с узелковой нитью янтаря.

– Всё равно, уж поверь моему опыту, за считаные часы восстановить откушенную руку – это очень круто. А других случаев с ранами, не закрывшимися после обратной трансформы, значит, не было?

– Да вроде не было… Хотя постой… Когда вчера утром я в одиночку сдерживал тварей в подъезде, во время нашествия орды несколько высокоуровневых образин основательно меня потрепали. На этот раз обошлось без потери конечностей, но из побоища я вышел с тяжкими увечьями. И после обратной трансформы полученные в личине рубера переломы сразу не исчезли. Пришлось дополнительно восстанавливаться с помощью нити янтаря, живца и обильной жрачки.

– То есть, когда твоя личина в «Чужой лапе» доросла до рубера, появились проблемы с обратной трансформой?

– Да ну, скажешь тоже – проблемы. Просто боль адская, на грани потери сознания, возникает, и раны не заживают.

– А для тебя это типа не проблемы? – фыркнула Слеза.

– Да ерунда, – отмахнулся я.

– Грёбаный мазохист, – покачала головой девушка.

– Ну извини, что не ною по пустякам, – буркнул я и отвернулся к боковому окну.

– Извини, Рихтовщик, случайно вырвалось, не хотела тебя обидеть.

– Ладно, проехали.

– У тебя там с очками свободного развития характеристик как дела обстоят? – ошарашила неожиданным переходом Слеза.

– Дык, как обговорили: почти все накопленные очки на развитие Интеллекта, Ловкости и Духа Стикса слил. Благодаря чему все три показателя пробили третий предел.

– Поздравляю, – кивнула Слеза, но, вопреки сказанному, тут же досадливо нахмурилась.

– Млять! Ну чё сейчас-то не так?! – разозлился я.

– Извини, Рихтовщик, мой косяк. Поторопилась я, по ходу, с советом разместить накопленные свободные очки.

– Это ещё почему?

– Мля, ну чё ты у меня такой тугой-то?!

– Да пошла ты!

– И рада бы. Но куда ж я из фургона на полпути к Крынке свалю?

– Хорош стебаться. Нормально объясни, в чём твой косяк?

– Короче, у тебя начнутся серьёзные проблемы с восстановлением на пятидесятом уровне, когда ты активируешь «Чужую лапу». Боюсь, твоей текущей Регенерации окажется не под силу обуздать обратную трансформу элитника, и по окончании действия дара тебя просто скрутит в кровавый ком. Чтобы этого не произошло, нужно развить Регенерацию ещё как минимум вдвое. С имеющимся ранее запасом свободных очков развития ты легко мог это сделать, но после недавнего распределения по ключевым показателям…

– Тоже мне, нашла о чём сожалеть, – фыркнул я, перебивая девушку. – Да у меня пока всего-то сорок третий уровень. И до пятидесятого мне ещё как до луны.

– Ну да, ну да, – хмыкнула Слеза. – А с каким, говоришь, уровнем ты вчера утром появился в городе?

– С сороковым, – нахмурился я, смекнув, куда клонит подруга.

– Три уровня. Целых три уровня всего за одни грёбаные сутки! – не разочаровала Слеза. – А до пятидесятого тебе осталось ещё всего семь уровней. Твоими читерскими темпами – это три грёбаных дня. Да ты полон сюрпризов, Рихтовщик! Оказывается, у тебя ракета в жопе, раз ты в открытую заявляешь, что так запросто за три дня способен долететь аж до самой луны.

– Вообще-то, сорок третий я получил только что. И уже несколько часов, как пошли вторые сутки.

– Ну конечно, это же в корне меняет дело. До достижения пятидесятого тебе потребуется не три, а четыре дня.

– Да не-е-е… Это просто поначалу так сложилось. Навалилось на меня всякое разное. Типа обстоятельства – ну ты понимаешь… А дальше…

– Сомневаюсь, что дальше драк с ублюдками всех мастей станет меньше, – покачала головой Слеза. – Сам же рассказывал, что у Клеща выпытал о ботах, стоящих за спиной их главаря. Да и Гвоздь перед смертью совсем не в бреду ляпнул о Замке. Значит, спокойно свалить из региона нам не позволят. Чую, очередная драка уже не за горами. И со своим сумасшедшим везением до пятидесятого уровня ты дорастёшь гораздо раньше, чем думаешь.

– Вот когда дорасту, тогда и буду о прокачке Регенерации думать.

– Тогда поздно будет. Начинать развивать характеристику нужно уже прямо сейчас. А то на автомате активируешь «Чужую лапу» на пятидесятом и улетишь к хренам на перерождение после весьма болезненной кончины.

– Да понял я уже. Не нагнетай.

– Так сколько, говоришь, очков свободного развития характеристик у тебя осталось?

– Мало.

– А конкретнее?

– Хорош, а!.. Я понял, куда нужно вкладываться. И поверь, прекрасно с этим справлюсь без твоего контроля… Кстати, а у самой-то какой уровень?

– Сорок второй.

– Ну вот, я даже уровнем выше!

– Велика Федора, да дура.

– Млять! Да сколько можно?! – Не сдержавшись, я в сердцах саданул кулаком по бардачку, отчего пластиковая крышка осколками разлетелась по кабине. А из бардачка мне на колени вывалился прозрачный пакет с двумя десятками шприцов внутри, заряженных какой-то коричневой дрянью.

– Это чё ещё за хрень?! – возмутился я.

– А ты догадайся, – хмыкнула неугомонная Слеза.

– Грёбаные наркоманы, повсюду дурь свою рассовывают!

Брезгливо подхватив пакет двумя пальцами левой руки, правой я энергично закрутил ручку стеклоподъёмника, намереваясь сделать оконную щель достаточно просторной, чтобы выбросить эту дрянь. Но через секунду был остановлен протестующем воплем с галёрки:

– Нет! Стой, начальник! Это же спек! Он тучу споранов стоит!

Это был, разумеется, Жаба, разбуженный, вероятно, моим ударом по бардачку.

– Млять! – раздражённо буркнул я, начиная закручивать окно обратно.

– Дуракам везёт, – философски подытожила Слеза.

– Да ты задрала уже, в натуре! – вспылил я и, обернувшись, зарядил пакетом в счастливую рожу менялы.

– Ладно, не дуйся, – ткнула меня локтем в плечо Слеза. – Согласна, перегнула малёхо палку.

– Ох ты ж! – подал голос с заднего сиденья проснувшийся следом за товарищем Скунс. – А это там, часом, не перезагрузка кластера начинается?

Глянув в указанном крестником направлении, я увидел примерно в двухстах метрах впереди шапку белого тумана, с двух сторон подбирающуюся к нашей дороге. Поглощённые туманом ели вдоль обочины значительно поредели, и из тёмно-зелёных, полных жизни, деревьев в одночасье превратились в какие-то чёрные облезлые скелеты.

– Да ты куда прёшь-то?! Не видишь, чё там? Разворачивай! – завопил я, хватаясь за руль.

Резко тормознув у границы тумана, Слеза возмущённо зыркнула на меня:

– Ещё раз так сделаешь, клянусь, руку тебе сломаю!

– Да ты слепая, что ли?! Кисляк не видишь?

– Рихтовщик, вот ты вроде опытный игрок, а, как новичок, ведёшься на идиотские подначки своих же крестников.

– Так туман же. Вон он…

– Да, туман. Обычный, сука, грёбаный туман. Мы подъехали к Большому Гадючьему болоту, здесь всегда над землёй стелется грёбаный туман.

– Чё? Это в натуре, что ли, обычный туман?

– Уж поверь, если б это был кисляк, ты бы за полкилометра почувствовал его специфический запах.

– Да, кисляком вроде не воняет.

– Ну, может, уберёшь тогда клешню свою с руля и позволишь мне ехать дальше?

– Да, да, конечно. – Я поспешно отдёрнул руку.

Девушка снова завела мотор, мы въехали на окружённый туманом асфальт и продолжили дальнейшее движение по дороге.

– А почему болото называется Большим Гадючьим? – как ни в чём не бывало полюбопытствовал сзади провокатор Скунс.

– Потому что оно охренительно здоровенное и в нём водится хренова туча гадюк, – обстоятельно пояснила Слеза и после короткой паузы неожиданно продолжила: – Как любые хищные твари Континента, местные гадюки изменены Стиксом. Они, как и все местные твари, пожирая биомассу, развиваются и набирают уровни, но накопленные очки развития уходят у них не в рост и массу, как у остальных тварей, а в концентрацию вырабатываемого железами яда, который у высокоуровневых гадов способен с одного укуса завалить даже элитника. Из-за постоянного тумана над болотом змей внизу разглядеть практически невозможно, поэтому охотиться на ползучих гадов решаются лишь обладатели специфических даров с иммунитетом к змеиному яду. Но там опять же имеется масса нюансов, в зависимости от уровня гадюки и ступени дара охотника. Нам с вами углубляться в эти дебри, полагаю, нет смысла, потому как через болото мы спокойно проедем в фургоне. Гадюки по какой-то причине игнорят асфальт, и по дороге двигаться здесь можно вполне безопасно.

– А меня, кстати, однажды укусила гадюка, – припомнил я очередной неприятный эпизод тринадцатилетней давности. – Не здесь, а просто в лесу. И это было чертовски больно.

– Помню, рассказывал, – кивнула Слеза. – Тебя тогда один из подручных Ртути спас. Вовремя сыворотку вколол.

– Точняк.

– Повезло тебе тогда очень, Рихтовщик… Когда тварей в Большом Гадючьем становится слишком много, часть гадюк в поисках добычи расползается по окрестностям. И, как правило, это уже достаточно матёрые высокоуровневые особи.

– Да уж… А я вместо благодарности Блоху потом, помнишь?..

– Что это? Слышите? – вдруг перебил меня Жаба.

Все тут же замолчали, и в воцарившейся тишине, сквозь тихое урчание мотора, мы дружно услышали нарастающее сзади стрекотание.

Уже догадываясь, что это может быть, я высунул голову в лихорадочно опущенное окно и увидел, как со стороны оставшегося далеко позади леса над дорогой, вдогонку за нами, несётся стая дронов под предводительством вертолёта с ботами.

Ограниченные с обеих сторон болотом, мы не имели возможности свернуть и спрятаться среди деревьев, и для настигающей тучи дронов невольно превращались в прекрасную мишень.

Дистанция между нами и погоней стремительно сокращалась. Оставались считаные секунды до того, как дроны выйдут на убойную позицию и откроют ураганный огонь.

Глава 8, в которой, отводя одну беду, я по уши проваливаюсь в другую

Я решительно распахнул дверь, не без усилия преодолев сопротивление встречного воздуха и, ухватившись второй рукой за крышу, полез наружу.

– Рихтовщик, мля! Чё ты, бедовая твоя голова, снова втихушку задумал? – раздался вслед раздражённый окрик Слезы.

– Гони! Попробую их остановить! – бросил я подруге, не оборачиваясь.

– Да там вертолёт, псих ты отмороженный! Чё ты в одиночку…

Не дослушав гневную фразу девушки, я отчаянным рывком лихо забросил тело на крышу. Оказавшись наверху, тут же шепнул фраза-активатор защитного дара:

– Пламя!

И через секунду над телом, как вторая одежда, мягким белёсым огнём полыхнула защитная аура, на следующие пятнадцать минут превратившая меня в неуязвимого для пуль невидимку.

Убедившись в активации первого дара, я без заминки тут же озвучил фразу-активатор второго:

– Пухом!

В теле мгновенно появилась потрясающая лёгкость, и сразу отпала нужда мёртвой хваткой с двух сторон сжимать края крыши, чтобы встречным воздушным потоком не снесло с удирающего от погони фургона. Разумеется, ураганный ветер никуда не пропал, но, чтобы удержать на крыше ставшее невесомым тело, теперь с лихвой хватало одной левой. А в освободившейся правой тут же хищно застрекотала призванная из ячейки Шпора.

Дар «Легче пуха» тоже успешно активировался, и теперь у меня было ровно двадцать пять секунд на воздушный бой с превосходящими силами противника.

Пока я готовился, ботовский вертолёт первым подобрался на убойную дистанцию, и турели его бортовых пулемётов пришли в движение, наводясь на удирающую наземную цель.

Пора было прыгать врагу наперехват. Но мощный встречный воздушный поток зародил в душе сомнение, что в ногах хватит сил для толчка, способного, вопреки парусности невесомого тела, перебороть ураганный напор и закинуть меня на нужную высоту. Решив перестраховаться, я активировал третий подряд дар.

– Круши!

Мышцы тут же раздуло от десятикратного прилива сил. Активация «Сокрушителя преград» на следующие пятнадцать секунд превратила меня в супермена, способного рвать врагов голыми руками.

Оттолкнувшись от крыши, я ракетой взвился вверх, одновременно призывая в освободившуюся руку верный Резак.

Забавно было со стороны наблюдать, как вдруг вытянулась физиономия бота за штурвалом вертолёта, когда толстое лобовое стекло кабины перед ним пошло трещинами от пробивного встречного удара моего раскалённого резака. Начавшееся разрушение довершил сокрушительный удар Шпоры.

Едва застрочившие пулемёты вертолёта тут же озадаченно смолкли. Стрелки-боты вслед за пилотом ошарашенно уставились на брызнувшее осколками лобовое стекло. Через образовавшуюся пробоину в кабину ввалилось человекообразное чудовище в камуфляже, что-то неразборчиво буркнуло себе под нос, и весь экипаж вертолёта дружно отправился на перерождение.

Мгновенно нейтрализовав читерским «Смертельным ударом» пилота и трёх стрелков, я тут же заблокировал дверь в салонный отсек, где краем глаза заметил ещё с десяток ботов-десантников в полной боевой амуниции, с автоматами, сидящих на скамейках вдоль бортов и растерянно озирающихся из-за непонятного шума в кабине.

Потерявший управление вертолёт меж тем начало потряхивать и бросать в воздушные ямы. Дальше оставаться в обречённой машине не было смысла. Я попытался открыть дверь рядом с пилотским креслом, но она оказалась заблокирована, и пришлось тратить драгоценные секунды на спиливание замка Шпорой.

Пока возился с дверью, кто-то из придурков в салоне смекнул-таки, что с вертолётом творится что-то неладное. По кабинной двери яростно забарабанили кулаки десантника.

– Крава! Что происходит? Почему закрыли дверь? – донёсся отчаянный вопль из салона, приглушённый стальной пластиной заблокированной двери.

Досматривать, чем кончится штурм кабины, я не стал. Моя дверь наконец поддалась, и я выпорхнул на волю.

Изрядно подскочившая недавно Ловкость помогла увернуться от выросшего вдруг перед глазами заднего винта. Оттолкнувшись ногами от борта вертолёта, я тут же был подхвачен воздушной волной основного винта и, как невесомый осенний лист, метнулся в сторону от неуправляемой махины.

За те пять секунд, что я провёл в кабине, потерявший управление вертолёт успел снизиться метра на три и ещё на десяток метров отклонился от дороги в сторону болота. Обречённая махина медленно, но верно заваливалась вправо. Так, по плавной дуге, она могла ещё добрую минуту вентилировать болотный туман, но из-за решительных действий оказавшейся в ловушке десантуры падение вертолёта произошло значительно быстрее.

Внутри отдалившегося от меня вертолёта отчаянно загрохотала автоматная очередь. Видимо, не достучавшись до пилота, кто-то из ботов-десантников решил перейти к более решительному штурму кабины.

– Это вы напрасно, – хмыкнул я, наблюдая, как сразу после начала стрельбы вертолёт резко завалился на бок, вращение обоих винтов стало замедляться, и, повисев так всего секунду, он камнем рухнул в болото.

Вероятно, одна из тяжёлых автоматных пуль, пробив стальную дверь, до кучи вывела из строя какой-то важный прибор в кабине (а может, не одна пуля и не один прибор), и вместо минутной агонии всё закончилось мгновенно, прямо у меня глазах.

При ударе о землю полыхнули баки с горючкой, грянул мощный взрыв с роскошной огненной вспышкой. Чадящее пламя сбитой махины за считаные секунды окрасило львиную долю тумана вокруг места крушения в зловещий чёрный цвет.

Действие даров ещё не закончились. Я, как невесомый воздушный змей, продолжал парить в воздухе, чувствуя распирающее мышцы воздействие «Сокрушителя преград». Но, не имея рядом ни единой точки опоры, я мало что мог противопоставить стае дронов, нагнавших меня одновременно с падением вертолёта. Однако мало не означает совсем ничего.

– Крыло! – буркнул я под нос фразу-активатор скрытой ступени «Легче пуха», и через секунду почувствовал, как за спиной распахнулись гигантские воздушные крылья.

Заметившие мой неожиданный рывок дроны, не доведя до конца манёвр окружения, дружно открыли огонь из всех стволов.

Защитная аура полыхнула ослепительно-белым светом, принимая на себя со всех сторон десятки тяжёлых пуль, и за несколько секунд истончилась вдвое.

А дальше набравшие читерское ускорение крылья вынесли мою по-прежнему невредимую тушку из зоны поражения дронов и понесли над дорогой в противоход фургону, уже благополучно сгинувшему внизу в туманной дымке. Заагрившиеся на меня дроны, как я и рассчитывал, тут же всей стаей увязались следом.

Десять секунд сумасшедшего полёта над Большим Гадючьим пролетели, как один миг. Дроны ожидаемо здорово подотстали, но совсем из виду меня не потеряли. Меж тем до выхода с территории болота дотянуть мне так и не удалось.

Во время полёта по очереди прекратили действие «Сокрушитель преград» и «Легче пуха». Одновременно с начавшимся откатом даров ожидаемо навалилась чудовищная усталость в надорванных мышцах и бессилие стремительно отяжелевшего тела. С крыльями за спиной дебафы не сильно меня напрягали, но я прекрасно понимал, что приземление с набором таких негативных факторов за спиной тут же на добрую минуту превратит меня в беспомощного инвалида. Поэтому точкой посадки я выбрал не ровную гладь дороги, где дроны не дали бы мне ни единого шанса на выживание, а затянутую туманом неизвестность полусотней метров левее.

Прорвавшись сквозь дымку тумана, я с чавкающим звуком по колено погрузился в ил. Задрожавшие от слабости ноги тут же предательски подкосились, и я ухнул на задницу, оказавшись практически по шею в вонючем дерьме болотной жижи.

Дальний стрёкот стаи отставших дронов тут же как отрезало.

На несколько секунд в округе повисла зловещая тишина. Казалось, сомкнувшийся вокруг меня непроницаемый белёсый туман поглотил все звуки.

А потом разом с трёх сторон раздалось зловещее змеиное шипение. И мне чертовски захотелось тут же вскочить и бежать отсюда со всех ног. Но чёртовы ноги (как, впрочем, и всё остальное одеревеневшее тело), увы, не пожелали внять паническому гласа разума.

Я остался сидеть и ждать неминуемого знакомства с хозяевами Большого Гадючьего. Через несколько секунд шипение повторилось, и раздалось оно уже гораздо ближе…

Глава 9, в которой я рублю, тону и отдуваюсь

Из-за грёбаной слабости первых минут отката приходилось прилагать титанические усилия для простейшего шевеления из стороны в сторону Шпоры с Резаком. О попытках же снова принять вертикальное положение пока что не могло быть и речи. Хорошо ещё, что болото в месте падения оказалось неглубоким, и под примерно полуметровым слоем ила нащупывалась твёрдая глина.

В ожидании атак ядовитых гадов я затравленно озирался по сторонам и до рези в глазах вглядывался в примерно метровую полосу затхлой чёрной воды вокруг груди, относительно видимую в пелене плотного тумана.

Разумеется, я прекрасно понимал, что из-за временной неуклюжести по любому не успею среагировать на бросок юркой змеи, и дёрганые движения приподнятого из воды оружия, совершаемые вокруг тела дрожащими от перенапряжения руками, были лишь пародией на защиту. Но сидеть сложа руки и покорно ждать надвигающейся шипящей смерти – это не про меня. Если есть хотя бы одни шанс из миллиона, хоть полшанса, хоть призрак шанса, я буду отчаянно цепляться за него до самого конца.

Раздающееся со всех сторон шипение придвинулось практически вплотную, и по колебанию болотной воды я заметил гибкий контур первой плывущей змеи, появившейся из тумана. Ближайшая к гадюке Шпора в этот момент находилась примерно на полуметровом отдалении от неё. Я неуклюже дёрнул вращающийся диск наперехват ядовитой гадине. Увы, чуда не произошло, и движение оружием получилось у меня удручающе медленным. Но неожиданно змея сама бросилась на Шпору и атаковала вращающийся диск.

Короткий фонтан чёрной в тумане крови, и стальные ножи диска в мгновение ока раздербанили гадючье тело на десяток безобидных шматков. Несколько капель крови попали мне на лоб и щёку. Я даже не успел прошептать хвалу Стиксу за столь лёгкую и нелепую победу над явно неадекватной змейкой, как сжимающая рукоять Шпоры правая ладонь ощутила очередной удар по оружию.

Снова фонтан чёрной крови, и меня отоварило по щеке ошмётком перемолотого в фарш змеиного хвоста…

Когда в течение следующих секунд под диск Шпоры друг за дружкой угодило ещё четыре гадюки (при этом одна, подплыв со спины, проскочила в считаных сантиметрах от опущенной в воду правой руки и, не обратив на неё внимания, не заметив буквально в упор, рванула в самоубийственную атаку именно на вращающийся диск), до меня, кажется, начало доходить, в чём тут было дело.

Продолжающее действовать «Лунное пламя» отводило от меня глаза болотных гадов. И змеи, изначально среагировавшие на шум падения в болото крупного объекта, подплывая, теряли меня из виду под действием дара и переключались на Шпору, шум вращения диска которой, увы, не маскировался «Лунным пламенем». Вот и выходило, что практически без усилий с моей стороны гадюки сами наскакивали на бритвенно-острый диск и друг за дружкой неизбежно перемалывались в кровавый фарш.

Не уверен, что эта самоубийственная вакханалия затянулась бы надолго. Уж очень быстро вокруг перемалывающего змей диска расплывалось кровавое пятно с ошмётками изрубленных гадючьих тел. Я, конечно, старался переместить его на новое, не загаженное ещё место, но гадюки беспрерывно атаковали, и из-за смещения Шпоры в сторону кровавое пятно вокруг неё лишь вытягивалось в длину и становилось вдвое больше. Подплывающие к этой мешанине из перемолотых змеиных тел новые гадюки начинали заметно нервничать и уже не так охотно, как вначале, бросались на вращающиеся ножи диска.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.