Александра Стрельцова
Измена. Наследник для мужа

ГЛАВА 1

ДИАНА

– Диана, поторопись, – кричит из коридора вошедшая только что в дом мать моей младшей сестры.

– Иду, – кричу в ответ мачехе, торопливо меняя памперс любимому и единственному племяннику, – вот так, мой красавчик, – улыбаюсь малышу.

Как же он похож на свою мамочку, просто копия.

– Надя уже ждёт тебя, когда будешь в больнице, обязательно напиши ей сообщение, что ты пришла, внизу такси ждёт, я не стала отпускать, чтобы не терять зря времени, – голос женщины становился всё ближе.

– Зачем такси? Я на своей машине поеду, – беря на руки Никиту, поворачиваюсь к женщине.

Лика уже вошла в комнату.

– На такси быстрее, ты очень медленно ездишь, и не спорь, делай, как говорю, – морщит нос и следом расплывается в ласковой улыбке, увидев внука, – здравствуй, мой птенчик, мой золотой мальчик! Баба соскучилась по тебе, – подходит ближе, тянет руки к малышу.

Никита улыбается в ответ, рад видеть бабушку, пружинит в моих руках, рвясь к женщине.

– Скоро мамку твою выпишут, и мы будем снова жить вместе, – целует в пухлые щёчки внука, – там в коридоре пакет, в нём всё, что просила Надюша, – не отрываясь от Никиты, говорит мачеха.

– Хорошо, – наклоняюсь, касаюсь губами коротких и очень мягких волосиков на затылке малыша и торопливо выхожу из комнаты.

В прихожей быстро обуваю туфли, с комода подхватываю сумку, с крючка ключницы ключи от квартиры, от машины не беру, так уж и быть, поеду на такси. Я и правда медленно вожу, всего пару месяцев за рулём. Тарас, мой любимый муж, подарил мне очень красивую машину на день рождения, пришлось идти учиться, чтобы подарок не простаивал просто так на подземной парковке.

– Не забудь пакет! – кричит из глубины нашей с мужем квартиры мачеха.

– Не забуду! – отвечаю и подхватываю пакет, который оказывается весьма лёгкий.

Любопытство берёт вверх, что же сегодня понадобилось сестре? Заглянув в пакет, удивлённо замечаю свёрнутый молочного цвета халат сестры. И зачем он ей? Ей что, халатов мало? Только на прошлую неделю отвезли два! Ладно, не моё дело, раз попросила, я отвезу!

Выйдя из квартиры, прикрыла за собой дверь и поспешила к лифту. Уже через пару минут я выхожу из парадной дома, по пути поздоровавшись с консьержем, Леонидом Даниловичем.

Такси стоит около ступеней парадной, подойдя к задней двери, открываю её, занимаю место в салоне, называю адрес больницы.

Нет, моя сестра не больна, если только чуть-чуть… на голову! Это же надо, Никите всего полгода, а она даже не кормила его грудью ни дня! Зато, как только родила, сразу заявила, что ей срочно нужна операция по подтяжке груди! Беременность её изуродовала! Отца Никиты я ни разу не видела, знаю только, что мужчина помогает деньгами сестре, но жить вместе и уж тем более замуж её взять он не может! В чём причина, сестра не говорит! Но что-то мне подсказывает, что тот мужчина уже женат, а Надя для него просто любовница!

С одной стороны, мне её жаль, а вот с другой… Она сама выбрала такой путь! Да и мать её не против, она, наоборот, счастлива, что ей ненаглядная доченька наконец-то устроила свою жизнь! До того, как Надя встретила своего принца, мне всегда казалось, что мачеха до скрежета зубов завидует моему замужеству! Тарас очень красивый и весьма состоятельный мужчина, но для меня второе не очень-то и важно, главное, что мы любим друг друга!

Улыбка сама по себе трогает губы при воспоминании о муже!

Пятнадцать минут езды, и я расплачиваюсь с таксистом, и совсем не удивляюсь тому факту, что Лика не заплатила за свою поездку! Ну что за жадная женщина! Теперь понятно, почему она отправила меня на такси!

Зайдя в здание клиники, останавливаюсь, вспомнив наказ мачехи, пишу сообщение сестре, что я уже здесь и скоро поднимусь в палату. Достав из сумочки бахилы, что теперь хранятся на всякий случай, натягиваю их на туфли, спешу к лифту. Запах дезинфицирующего и медикаментов неприятно щекочет нос, на пару секунд становится дурно. Не люблю этот запах!

Из лифта выхожу на нужный этаж, стараясь негромко цокать каблуками, иду по коридору к палате сестры. Приветливо кивая проходящих навстречу сотрудников персонала, с теми, с кем уже виделась за время, пока Надя здесь.

Ещё не дойдя до нужной палаты, замечаю приоткрытую дверь, из которой доносится голос сестры.

– Мне надоело здесь лежать, – капризно произнесла сестра.

Следом доносится тихий мужской голос, слов даже не разбираю.

Она там с доктором?

– Я соскучилась по нашему сыну! – вновь голос Нади.

«По нашему сыну»?! Так она там не с врачом? Неужели я сейчас увижу её мужчину и отца Никитки?

– Хочу к нему, почему вы ко мне его не привозите? – продолжает сестра, – тебе повезло, ты каждый день с ним, рядом с нашим сыночком, а я уже неделю его не вижу!

От последних слов останавливаюсь. Что значит «ты его каждый день видишь»? Как такое может быть?

Но дальше не успеваю ничего сообразить, так как из приоткрытой двери палаты разносится громкий и до боли знакомый голос.

– Надя, ты сама захотела эту операцию, чего теперь психуешь? Я не виноват, что провожу сейчас с сыном больше времени, чем ты!

Тело окатывает холодной волной, сердце пронзает что-то острое, боль такая сильная, что вдох сделать не получается.

– Я просто по нему соскучилась, и я не могла отказаться от этой операции, я тебя сразу предупреждала, что как только рожу, сразу проведём её, ты согласился, не стоит меня сейчас упрекать!

– Я не упрекаю, успокойся, скоро ты увидишь Никиту, с ним всё хорошо, поверь, Диана за ним хорошо приглядывает, как с родным обращается, – говорит мой любимый мужчина моей сестре в то время, как я захлёбываюсь болью их предательства.

Я не дура, я всё прекрасно поняла, всё слышала! Как они могли?! Как?! За что?!

– Я пойду, Надь, не скучай, – вновь голос мужа и шаги, которые я узнаю из тысячи.

– Тарас, ну куда ты, ну побудь со мной ещё чуть-чуть.

Вместе с голосом сестры дверь палаты полностью открывается, и из неё появляется мой муж, но тут же замирает, смотрит на меня ошарашенным взглядом.

– Ди?! – как обычно сокращает моё имя.

Ещё утром я любила то, как он меня называет, а теперь ком тошноты подкатывает к горлу.

– Ненавижу! – не узнаю собственный голос, он до жути ломаный, пропитанный болью и разочарованием.

– Ди! – делает шаг ко мне, – ты…

– Я всё слышала! Слышишь? Всё! – не могу больше сказать и слова, вставший ком в горле не даёт, чувствую, как из глаз текут слёзы.

Руки мужа взмывают вверх, он ерошит свою модельную стрижку, трёт лицо, а после протягивает их в мою сторону.

– Не прикасайся! – выдавливаю из себя и, бросив пакет с халатом сестры, разворачиваюсь и как можно быстрее бегу к лифту.

– Диана, стой! – тут же кричит муж, и по топоту понимаю, что он бежит за мной.

За что они так со мной? За что? Как же больно!

Не добегаю до лифта, сворачиваю на лестницу, и прямо на первой ступени моя нога подворачивается. Взвизгиваю от боли, но вместо того, чтобы остановиться, продолжаю бежать. Во мне взрываются столбами пламени два чувства боли одновременно, физическая и душевная, и я даже не знаю, какая из них сильнее. Но знаю точно, в ноге боль утихнет, для такой боли есть обезболивающие, а вот душу не обезболить!

– Диана! Подожди, остановись, прошу! Да стой же ты! – раздаётся за спиной, и до боли знакомые руки обхватывают поперёк талии, дёргают назад, прижимая к телу предателя.

– Отпусти! Нет! Не трогай меня! Не прикасайся! – трепыхаюсь в крепких руках.

Я слабее его, если не отпустит, самой мне не выбраться.

– Не отпущу, мы поговорим, слышишь, поговорим, и я всё объясню, уверен, ты всё поймёшь…

– Что ты мне объяснишь, что я должна понять? Что ты трахал мою сестру и заделал ей ребёнка?! – продолжаю дёргаться в надежде на свободу.

– Тише, не кричи так, – давит меня в угол лестничного пролёта, губами скользит по оголённой кожи на плечах.

Волна отвращения накатывает цунами, тошнота царапает горло, ещё чуть-чуть и завтрак выйдет наружу.

– ОТПУСТИ МЕНЯ! – кричу во всю мощь лёгких.

Руки Тараса сжимаются ещё сильнее, но длится это всего пару секунд, а после наступает свобода.

– Ди, всё, я тебя отпустил, только прошу, не беги, дай всё объяснить, – голос мужа дрожит, такого я раньше не видела, неужели переживает?

Не верю!

– Я не хочу слушать твои объяснения, здесь и так всё понятно, ты мне изменил, предал, да и ещё с моей же сестрой! – разворачиваюсь к мерзавцу лицом, – и как, она лучше меня? А? Хотя нет, не говори, я не хочу этого знать, – трясу головой, и пока муж смотрит куда-то сквозь меня, делаю шаг к лестнице, – дай мне уйти, я видеть тебя не хочу, – произношу умоляюще.

Не хочу его видеть, слышать, чувствовать рядом, это дико больно!

Тарас не послушал меня, он не прикасался больше, не просил остановиться, что-то объяснить, но он молча шёл позади, пока я, прихрамывая, спускалась по лестнице.

В груди всё горит диким пламенем, в голове звенят слова сестры и мужа, которые я нечаянно подслушала!

Как они посмели так со мной поступить? Мало того, что родили общего ребёнка, так без стеснения просили посидеть с ним! Конечно, просила Надя, но сути это не меняет! Тарас был всегда согласен принять в наш дом малыша. Теперь понятно, почему он так тепло к нему относится, играет с ним по вечерам и даже по ночам встаёт! Смотря на такое поведение мужа к чужому ребёнку, пришла к выводу, что он готов стать отцом, а как оказалось, он уже счастливый и заботливый папаша!

Как я могла не заметить их связи? Слепая дура! А они? Они двуличные сволочи! Только не могу понять одного, почему продолжил жить со мной, ложиться в постель, говорить слова любви, когда изменял мне с Надей, зачал ей ребёнка! Почему не ушёл?

– Диан, – вновь зовёт меня предатель.

Не оборачиваюсь, слышать его голос больно, а видеть ещё больнее! Спускаюсь на последнюю ступень, сворачиваю в большой холл, щиколотка болит, опускаю взгляд на повреждённую ногу, опухла. Боже, только бы не перелом!

Иду как можно быстрее, сильно прихрамывая, на нас поглядывают сотрудники клиники и посетители. Знаю, вид у меня потрясающий! Тушь потекла, слёзы продолжают течь, конечно, они могут подумать, что слёзы мои из-за того, что я хромаю, но почему-то мне кажется, что мой крики слышала вся клиника.

– Диан, давай я отвезу тебя домой, куда ты с такой ногой за руль? – догоняет, опережает, встаёт впереди, не даёт выйти из здания клиники.

Смотрит взглядом побитой собаки! Не верю я больше этим глазам! И никогда больше не поверю!

– Уйди! – позорно хлюпаю потёкшим носом, – просто уйди, – делаю шаг в сторону, чтобы обойти его.

– Дин, я не могу уйти и отпустить тебя в таком состоянии, я понимаю, разговор у нас сейчас не получится, но позволь отвезти тебя домой, – тоже делает шаг в сторону, не пропускает.

– Домой? Куда домой, туда, где находится ваш с Надей сын? Хочешь, чтобы я дальше продолжила с ним сидеть, а ты будешь развлекаться с моей сестрой? Как хорошо вы оба устроились! Дуру жену и сестру в одном лице в няньки своему внебрачному сыну! – голос звонкий, надрывный, на грани истерики.

– Тише, – косит взгляд на стойку ресепшн, за которой столпились сотрудницы клиники.

– Уйди! – чувствую, что силы мои на исходе, ещё чуть-чуть и я прямо тут упаду и завою, как раненая волчица.

– Диан…

– УЙДИ!

На мой крик оборачиваются все, а Тарас прикрывает глаза, желваки дергаются, и наконец-то отходит в сторону.

Не теряя времени, хватаюсь за ручку двери, тяну на себя, неуклюже переступаю небольшой порожек и оказываюсь на улице. Свежий поток воздуха ударяет в лицо, зажмуриваюсь всего на секунду, и стоит открыть глаза, как в десяти метрах от входа останавливается машина такси.

Это мой шанс!

Возникает в голове, и, схватившись за поручень лестницы порожек, спешу к подъехавшей машине.

– Подождите, не отпускайте, пожалуйста, машину! – кричу девушке, что вышла из задней двери такси.

Девушка слышит меня, наклоняется к открытому окну передней двери, говорит что-то водителю, но я понимаю, она передаёт мою просьбу.

– Не спешите, водитель вас ждёт, – явно замечает мою хромоту, говорит, по сути, моя спасительница.

Если бы она сейчас не приехала сюда, то мне бы пришлось вызывать машину и отбиваться от Тараса.

– Спасибо, – благодарю, равняясь с идущей мне навстречу девушкой.

– Да не за что.

Превозмогая боль в ноге, дохожу до машины такси, задняя дверь открыта, бывшая клиентка не стала её закрывать.

– Диана! – громкий окрик Тараса подстёгивает меня, и я буквально заваливаюсь на задние сидение, рывком хватаюсь за ручку двери и нещадно захлопываю её.

– Поехали, пожалуйста, быстрее! – смотря, как бежит к машине муж, кидаю водителю.

Машина трогается в тот момент, когда Тарас подбегает к задней двери, я вижу, как он выбрасывает руку вперёд, явно хочет открыть дверь с моей стороны, но что-то у него не получается.

– Стой! – грубо кричит муж, его голос врывается в салон через переднее открытое окно, – останавливайся! – удар по багажнику.

– Нет, нет, не останавливайтесь! – кричу умоляюще.

– Не кричите, не остановлюсь, – выкручивая руль и прибавляя скорости, радует меня водитель.

– Спасибо, – выдыхаю и откидываюсь на спинку сидения.

– Не за что, куда едем? – бросает на меня взгляд через зеркало заднего вида.

А и правда, куда? Куда теперь ехать? В дом предателя, к его ребёнку, с которым сейчас сидит моя мачеха? Боже! Лика знала, она знала, от кого родила её дочь! Знали все! А папа? Он тоже знал?

Руки затряслись, по телу пронеслась волна холодной дрожи.

– Девушка, так куда едем? – вновь спрашивает водитель.

К отцу? Нет! Там живёт Надя и Лика, а видеть я их не смогу!

– На Первомайскую, дом шестьдесят четыре, – называю адрес и только сказав его, понимаю, что назвала адрес свекрови.

За время пути к дому свекрови мне удалось унять поток солёной воды из глаз, перед водителем стало стыдно, он постоянно кидал на меня взгляд через зеркало, хмурился. Вот только душа горела огнём, боль была адской, а ещё пульсировала стопа, хотелось снять туфлю, но побоялась после не обуть её обратно на распухшую ногу.

Когда машина остановилась у высокого кованого забора, водитель повернулся ко мне в пол-оборота, и не успела я ещё спросить, сколько должна, как он заговорил первым.

– Девушка, дайте, пожалуйста, свой номер телефона, я заказ через базу проведу, – держа одну руку на руле и тарабаня по ней пальцами, во второй был телефон.

– Зачем? – доставая кошелёк из сумочки, готовясь расплатиться.

– Говорю же, чтобы провести нашу поездку через базу.

Странно, с таким я сталкиваюсь впервые, раньше просто отдавала деньги за поездку, и никто не спрашивал номера телефона. Но разбираться, что за новое видение у таксистов, попросту не стала, не до этого мне сейчас.

Продиктовала номер телефона, в конце зачем-то назвала своё имя, хотя, наверное, водителю оно и не нужно было.

– Сколько я должна вам за поездку? – раскрыв кошелёк, пальцами взяла одну купюру в тысячу рублей, примерно подсчитав, сколько вышло.

– Я не беру плату за проезд с красивых девушек, – с лёгкой улыбкой и прищуром глаз, которые оказались очень красивого цвета ночного неба.

– Давайте без шуток, сколько я вам должна?

Его комплимент был бы приятен в любой другой день, сейчас же он вызвал новый поток слёз.

«Красивая»! Да такая, что муж к сестре переметнулся, да ребёночка ей заделал!

«– Ди, мы же не торопимся стать родителями, давай несколько годиков поживём для себя?».

Неожиданно всплывают в памяти слова мужа, которые он произнёс в нашу первую брачную ночь. Тогда я согласилась с ним, хотелось и правда пожить для себя, после того я стала принимать противозачаточные. И пока я глотала эти чёртовы таблетки, он заделал Нади Никиту! Видимо, с ней он готов был стать отцом сразу, а со мной просто жить!

– А я и не шучу, не расстраивайтесь, Диана, всё у вас наладится, – улыбка, как и прищур, исчезли с лица мужчины, он стал серьёзным и как будто старше, чем выглядел до этого, а в глазах застыла сталь, – ступайте, Диана, а мне пора ехать, – слегка кивнув головой в сторону ворот дома свекрови.

Спорить не стала, но, когда выбралась на улицу, а водитель повернул голову в другую сторону, незаметно бросила купюру на передние сидение и закрыла дверь, хромая, направилась к калитке ворот.

Машина позади тронулась с места, а я застыла с поднятой рукой над звонком.

А правильно ли я поступила, приехав сюда? Она же его мама, и как бы хорошо и тепло она ко мне ни относилась, скорее всего, станет на сторону сына. Нет, нужно уходить.

– Дианочка, – раздалось позади.

От неожиданности вздрогнула всем телом и резко повернулась к тому, кто стоял сзади меня, и громко ойкнула от боли в лодыжке, пошатнулась, еле удержалась на ногах.

– Диана, что с тобой? – испуганно вскрикнула свекровь, на чей голос я и обернулась.

Увидев беспокойство и теплоту в глазах женщины, не смогла ответить, позорно разрыдалась, словно маленькая девочка, которая заблудилась в лесу и осталась одна.

– Да что случилось? Девочка наша, да чего ты так плачешь? – горячие руки свекрови обхватили моё лицо, – да объясни же ты! Да что же это такое? Где Тарас, ты почему одна? – не справляясь с моей истерикой, которая всё-таки нашла выход и набирала обороты, свекровь пыталась добиться от меня хоть какого-то ответа.

Но когда ушей коснулось имя мужа, на радость Клавдии Павловны, я выпалила ответ на первый вопрос.

– Тарас изменил мне… с Надей, Никита его сын, – произношу, глотая горькие слёзы.

– Что? Что он сделал? – руки мамы Клавы плетьми повисают вдоль тела, взгляд растерянный, – Диана, да быть такого не может, ты, наверное, что-то не так поняла, да не мог Тарас так поступить, он же любит тебя!

– Я собственными ушами слышала, как Тарас назвал Никиту своим сыном, и даже не отрицает этого, – некрасиво перебиваю женщину.

Тарас и на самом деле не отрицал, он не стал оправдываться, говорить, что Ник не его!

– Ох! – зажимает рот ладошкой, – да что же он наделал? – осуждающе покачала головой, – а ну пойдём в дом, и ты мне всё подробно расскажешь, не стоит нам соседей посвящать в жизнь нашей семьи, – достав связку ключей из кармана сумочки, подошла к воротам, – давай, Диана, заходи, – распахнув дверь, кивнула головой во двор дома.

Хромая, проходя мимо женщины, зашла во двор, позади закрылась железная дверь в воротах.

– Что с ногой, Диана?

– Подвернула, когда убегала от Тараса.

На меня неожиданно обрушивается чувство стыда. Жалуюсь женщине на её же сына.

– Что значит «убегала»? Почему тебе пришлось бежать? – хватает меня за локоть, останавливает, заходит чуть вперёд, оглядывает мне в глаза, – он что, руку на тебя поднял? – смотрит с ужасом в глазах.

– Нет, мама Клава, он не поднимал на меня руку, он хотел объяснить, как так вышло, что у него ребёнок от моей сестры. Вот только я не согласилась слушать, мне…

Не договариваю, новый виток слёз встаёт комом в горле. Из сумочки раздаётся сигнал телефона, по мелодии понимаю, что это Тарас, поэтому даже не спешу доставать мобильный.

– Это он? – кивает сумочку, из которой продолжает раздаваться мелодия.

В ответ киваю головой. Он звонил мне всю дорогу, пока я ехала в такси, а вот сейчас вновь названивает.

– Не отвечай, позже я сама с ним поговорю и выясню, как он мог променять жену на ту вертихвостку? Ты уж извини меня, Диана, но по-другому я её назвать не могу, – сердито говорит женщина.

– Мне не за что вас извинять.

– Диана, иди умойся и можешь занять любую комнату на первом этаже, тебе нужно отдохнуть, ты ужасно бледная, я пока доктора вызову, ногу нужно осмотреть, ещё чай тебе приготовлю, – слегка подталкивая меня в глубь дома.

Не выгнана, не встала на сторону сына, но это пока, всё может поменяться в любую секунду. И если окажется, что отец знал, от кого родила его младшая дочь, то я совсем останусь одна.

ГЛАВА 2

ТАРАС

Какого хрена! Вот какого хрена я попёрся к этой дуре?! Нужно было, как раньше, просто перевести деньги, послать курьера, но нет! Сегодня, именно сегодня ей понадобилось поговорить о дальнейшей судьбе Никиты! Даже прихватил собой подготовленный юристами отказ от ребёнка, только роспись осталось поставить! По нашему договору, Надежда через полгода после рождения сына должна исчезнуть, отказавшись от ребёнка.

Динка ни за что не бросила племянника, взяла бы над ним опеку, а я бы подтолкнул к усыновлению, и вот тогда бы у нас была самая настоящая семья… А теперь…

– ЧЁРТ! – удар ладонью по рулю.

Где её искать? Куда она подалась в таком состоянии?

– Где же ты, девочка моя, куда ты побежала, кому изливаешь свою боль?

Из головы не уходят её глаза, полные боли и презрения! Идиот! Как смог допустить, чтобы она узнала всю грязную правду?

Уже больше двух часов не могу дозвониться, сначала не принимала вызовы, а после и вовсе отключила телефон! На грани безумия начал обзванивать самых близких друзей, после знакомых. Но никто не видел сегодня Динку, никто не знает, где моя жена! И номер грёбанного такси не запомнил! Проследить за ними не успел, пока бежал к своей машине, шустрый таксист затерялся в густом потоке автомобилей.

Лежащий на приборной панели телефон разыгрался громкой мелодией, рывком поддаюсь вперёд, хватаю мобильник и, не глядя, кто звонит, сразу принимаю вызов в надежде услышать голос Дианки.

– Да!

– Тарас! – женский голос, но совсем не тот, который я хочу слышать.

– Чего тебе? – с трудом сдерживаю себя, чтобы не повысить голос на Надежду.

– Где твоя жена? Мама не может дозвониться, ей пора ехать домой, готовить ужин отцу, а с Никитой некому сидеть! Она же знает, что мама не может взять собой Ник…

– Ты совсем дура?! – взрываюсь от услышанного, перебиваю тупую курицу, – ты совсем не понимаешь, что Диана про всё узнала? Только не прикидывайся, что не слышала наш с ней разговор в коридоре, не поверю! Ты думаешь, что Дина будет сидеть с Никитой, после того, что она узнала? – в порыве гнева выскакиваю из машины на улицу, чуть не попадаю под колёса проносящегося мимо мотоциклиста.

Знаю, сам виноват, остановился посреди проезжей части.

– Ну узнала, и что из этого? Что теперь, бросить ребёнка одного? Я считаю…

– Рот закрой и слушай меня внимательно! Сейчас ты звонишь своей матери и говоришь, чтобы она забрала Ника к себе! Диана больше не будет сидеть с ним, теперь это забота твоей матери! Завтра к тебе приедут юристы, ты подпишешь все документы, отсрочки не будет, есть договор, тебе пора исчезнуть, Надя, все твои условия я выполнил, теперь твоя очередь!

– Исчезнуть сейчас? Ты предлагаешь мне сейчас бросить сына на маму? У нас был другой уговор! Я согласилась доверить Никиту Диане, но никак не своей матери! Я не доверяю ей, она не умеет хорошо заботиться о детях! Её хватает всего на пару часов, а ты предлагаешь оставить с ней нашего сына на долгое время? Знаешь, что, Тарас? Я не подпишу ни единого документа, пока твоя жена не согласится быть с Никитой, как родная мать! – кричит мать моего сына и, сказав последние слова, прекращает разговор.

– Сука! Да я тебя в порошок сотру! – ору в телефон, вот только эта дрянь меня, к сожалению, уже не слышит, – посмотрим, как ты теперь запоёшь?!

Быстро ищу номер хозяина клиники.

– Владимир Дмитриевич, добрый день, вас Корнев беспокоит…

Быстро сообщаю владельцу клиники, где сейчас лежит Надежда, что вторую часть денег за операцию оплачивает сама пациентка, а также прошу его сообщить такую радостную новость самой Надежде.

Лавров на моё заявление только хмыкнул, после пообещал передать Надежде «приятную» новость. На этом наш разговор закончился.

– Куда ты подалась, маленькая моя?

Забираюсь обратно за руль, захлопываю дверь, пару минут сижу неподвижно, раздумываю, куда поехать, где может прятаться моя жена.

– Как теперь всё исправить? Только бы поняла и простила, а дальше я придумаю, как вернуть её домой.

Мысли вслух прерывает мелодия телефона. На этот раз я смотрю, кто звонит. Злая усмешка кривит губы. Быстро же работает Лавров, мужик умный, понял, что Надька провинилась, и быстро сообщил своей пациентке «радостную» новость, чем подтолкнул к исправлению косяка.

– Я тебя слушаю, – говорю как можно безразличнее.

– Ты не можешь так со мной поступить! Ты обещал оплатить все процедуры, но никак не половину! – визжит сестра моей девочки.

– Я выполняю условия договора с точностью, как и ты сама! Я оплачу операцию полностью только после того, как ты подпишешь отказ от Никиты! Это моё условие, если не согласна, ищи другого спонсора, вот только где ты его найдёшь, находясь в четырёх стенах? – заканчиваю с ехидством в голосе.

– Сволочь! – шипение в ответ, и вновь связь обрывается.

Вот какого чёрта я выбрал именно её в роли матери для нашего с Дианой ребёнка? Идиот, пошёл на поводу тёщи!

«Надя своя, кровь родная, зачем чужие? Да и Диане ребёночек будет не чужим, как своего примет!»

Так и не найдя по знакомым Диану, решил поехать домой с надеждой, что любимая дома, хотя надежда на это была совсем мизерная! Подъехав к дому, поднял взгляд на окна нашей квартиры и чуть не выпрыгнул на ходу, когда увидел свет на кухне и в нашей спальне. Не заезжая на подземную парковку, бросаю машину на улице, спешу к парадной.

Пролетев мимо консьержа, рванул к лифту. На удачу он оказался на первом этаже, зайдя в кабинку, нажал на свой этаж, мысленно подгонял подъёмный механизм, казалось, он едет очень медленно. Когда же створки лифта открылись и взгляд упёрся в дверь собственной квартиры, внутри поднялось жуткое волнение!

Как начать разговор? Станет ли она меня слушать?

Скривился собственным мыслям!

Может, сейчас всё получится? Всё-таки я пошёл на такой шаг ради нашей же семьи! Сейчас я понимаю, какую ошибку совершил, нужно было всё обсудить, поговорить прежде с ней, а уж после принимать решение! Вдвоём!

«– Для Дианы это очень больная тема, ей будет очень больно знать, что ты так желаешь ребёночка, а она, бедняжка, не может тебе его подарить! Лучше сделать всё так, как я предлагаю!»

Настаивала тёща!

Только теперь моей малышке ещё больнее!

ИДИОТ!

Достаю ключи от квартиры, руки трясутся, кое-как попадаю в замочную скважину ключом, поворачиваю несколько раз, тяну дверь за ручку на себя, переступаю порог квартиры.

Первым делом взгляд бросаю на полку с обувью. Обуви много, и я даже не знаю, в чём сегодня была обута Диана, когда пришла в больницу!

Тихо закрываю за собой дверь, разуваюсь, крепко сжимая ключи в кулаке. Первым делом заглядываю на кухню, там пусто, прислушиваюсь, из глубины квартиры доносятся звуки, обозначающие наличие кого-то в доме.

Тихой поступью направляюсь в нашу спальню, так как с улицы заметил свет в окне. Дверь прикрыта, останавливаюсь, вновь прислушиваюсь, из-за двери доносятся шаги, словно там кругами ходят.

Вещи собирает?!

Ударяет в голову не очень хорошая мысль, по спине пробегают колючие мурашки.

Сделав глубокий вдох, сердце заходится в бешеном ритме. Выдыхаю через нос, открываю дверь нашей спальни, и сразу натыкаюсь взглядом на ту, кого быть уже в доме не должно!

Надежда на застать дома жену рушится, как карточный домик! Вместо неё душу заполняет недовольство и злость.

– Вы что здесь делаете, Анжелика Витальевна? – не скрывая своего раздражения, задаю вопрос женщине, что стоит посередине комнаты с Никитой на руках.

– Как что? Тебя жду, Тарасик! Мне Наденька звонила, рассказала, что случилось! Что же вы так неаккуратно? Что же не предупредили, что ты к Надюше поедешь? Я бы не посылала Диану в больницу, сама бы поехала! Ой, что же теперь делать? А Дианочка где? – запричитала женщина, покачивая моего сына на руках.

– Я не знаю, где Диана, у знакомых её нет, – подхожу к женщине, поднимаю руку вверх, дотрагиваюсь до головки сына, провожу по его мягкому коротенькому волосу.

– Что же теперь делать, Тарас? Как быть с Никитой? Диана теперь вряд ли примет его, да и с тобой не станет жить, гордая она у нас, – качает головой тёща.

От её слов внутри все органы морским узлом скручивает. Гордая! Да, моя малышка такая!

– Я пока не знаю, как всё будет, но знаю точно, я вымолю прощение, всё что угодно сделаю, но верну жену, – отступаю в сторону, подхожу к нашей постели, присаживаюсь на край, рывком дёргаю за узел галстука.

Воздуха не хватает.

– А если не сможешь? Будешь один воспитывать сына? Ты, Тарас, должен думать о ребёнке в первую очередь, ему мама нужна, запомни это! Я вот что подумала, ты пока не бери с Надюшей отказ от малыша…

– Это ещё почему? – вскидываю взгляд на бабушку моего сына.

Не нравится мне её разговор!

– Ну как почему? Неужели не понимаешь? Если Дианка не вернётся, то с кем ты будешь воспитывать сына? Если так получится, то вам с Надей придётся как-то уживаться вместе, всё-таки вы настоящие родители Никиты, и ребёнок не должен жить в неполноценной семье!

– Диана вернётся! Ясно вам? – говорю жестко, на что тёща поджимает губы, смотрит волком.

– Плохо ты знаешь свою жену, – бурчит женщина, – измены она точно не простит! А измена была, с Наденькой ты спал целый месяц! – напоминает о том, о чём мне хочется забыть, вычеркнуть из памяти.

Сука! В памяти вихрем врываются наши встречи. Надежда в постели ураган, вытворяет такое, что каждому мужику стопроцентно понравится проводить с ней время! Но мне каждый раз приходилось проходить все круги ада, меня накрывало отвращение к самому себе, но каждый раз шёл и мысленно давал себе установку, что всё это ради нашей с Дианой семьи!

Я никогда не забуду тот день, когда тёща сообщила мне горькую новость, что моя Диана никогда не сможет стать мамой! Для меня в тот день померк белый свет, мне так было больно за мою любимую! Почему она? За что её так наказала судьба?

Я так хотел поговорить с ней, поддержать, но тёща отговорила, а я, идиот, послушал! Если бы я тогда сделал по-своему, то сейчас бы не сидел здесь и не мучился мыслью, где моя любимая и как вымолить у неё прощение!

– Тарас, мне нужно ехать домой, мне завтра на работу, надеюсь, ты сам справишься с Никитой? – вырывает меня из мыслей.

– Вам придётся забрать Никиту собой, – ставлю тёщу перед фактом, – берите отпуск за свой счёт.

– Но…

– Я сказал, забирайте внука и езжайте домой! – повышаю голос.

Никита, не привыкший к громким словам, начинает хныкать.

– Тише-тише, золотко моё, баба рядом, – кидается успокаивать внука тёща.

Чёрт! Мне совсем не хочется оставлять сына с этой женщиной, в голове всплывают слова Надежды, что мать у неё никудышная нянька. Но оставить Никиту в этой квартире сейчас нельзя, вдруг Диана вернётся, им лучше сейчас не сталкиваться. Я даже представить не могу, какую боль причинил своей девочке! Но знаю, ей очень больно!

– Хорошо, я заберу Никиту, – покорно произносит женщина, и что-то в её голосе меня настораживает, вот только что?

В голове такая каша, что мозг отказывается нормально работать! Ладно, с этим разберёмся позже, если, конечно, будет с чем разбираться! А пока нужно найти Диану! Куда же она могла податься?

ГЛАВА 3

ДИАНА

Чай Клавдии Павловны оказался с сюрпризом, это я поняла, когда открыла глаза и увидела за окном темноту. Потянувшись рукой к прикроватной тумбе, включила ночную лампу, комнату озарило мягким светом. Скинув с себя мягкий плед, которым оказалась накрыта, присела в кровати.

Голова побаливала, сильно хотелось пить. После сна у меня не было «провала в памяти», я прекрасно помнила, что случилось и где я нахожусь. Боль предательства не исчезла за время моего сна и вряд ли пройдёт так быстро, слишком глубокую рану нанесли мне самые любимые и родные!

Почему они так поступили? Они любят друг друга? Тогда зачем держали меня в обмане, могли всё честно сказать и воспитывать своего ребёнка в полноценной семье? Как долго они вместе? Никите шесть месяцев, плюс срок беременности, это уже больше года, да и вряд ли Надя сразу забеременела!

К горлу подкатил ком желчи оттого, как разыгралось мое воображение и стало подкидывать картинки «любви» между Тарасом с Надеждой!

Не сумев справиться с тошнотой, что стала накатывать на меня волнами, сорвалась с постели и пулей побежала в туалет. Проносясь по тёмному коридору, крепко зажимая рот ладонями. Ворвалась в туалет, практически выбивая дверь своим телом, рухнула около унитаза на колени, и только успела поднять крышку белого коня, как меня с отвратительным звуком стало выворачивать наизнанку.

Через минуту, тяжело дыша, захлопнула крышку унитаза, нажала на спуск воды и обессиленно припала плечом к стене рядом.

– Диана? – в дверном проёме появилась взволнованная хозяйка дома, – сама встать сможешь? – делает пару шагов в мою сторону.

Киваю в ответ и поднимаюсь на ноги, подхожу к раковине, включаю холодную воду, прополаскиваю рот, после умываюсь, и всё это под бдительным взглядом свекрови.

– Знаешь причину своей тошноты? – чуть склонив голову набок, дотрагивается до моего плеча своей рукой, задаёт вопрос женщина.

– Думаю, это нервы, – беря с полки чистое полотенце, вытирая влагу с лица, чуть крепче прижимаю к губам, тошнота вновь накатывает.

– Думаешь, но не знаешь точно…

Не дослушиваю свекровь, вновь рвусь к унитазу, и вновь меня выворачивает.

– Ох, Дианочка, а не беременна ли ты? – спрашивает мама Клава над головой, заботливо собирает мои распущенные волосы, держа их на затылке.

До меня не сразу доходят её слова, мне настолько плохо, что мозг просто отказывается думать.

Но как только меня перестаёт выворачивать наизнанку, опускаю крышку унитаза, в этот раз присаживаюсь сверху, всё тем же полотенцем вытираю рот и непроизвольно повторяю слова свекрови в голове.

Вместо ответа с губ срывается смех, с каждой секундой он становится громче и истеричнее!

Задержка! У меня задержка в семь дней! Два месяца назад я бросила принимать противозачаточные, смотря, как муж относится к сыну Нади, посчитала, что Тарас готов стать папой! Руки сами ложатся на совсем ещё плоский живот. Неужели я действительно беременна?

Четыре года мы не поднимали тему детей, занимались карьерой, путешествовали, наслаждались друг другом, а Тарас, как оказалось, ещё Надеждой!

– В аптеку уже поздно идти, проверим всё завтра утром, – правильно поняв меня, решает мать Тараса.

– Он знает, что я здесь? – не поднимая головы, спрашиваю женщину.

– Нет, он не звонил, сама я не стала, мне нужно успокоиться, для такого разговора необходима холодная голова.

Когда Клавдия Павловна поила меня чаем, я рассказала ей то немногое, но такое ёмкое, о чём вели беседу Тарас и Надя.

Она не сдала меня сыну, что очень радует и придаёт надежды на то, что женщина останется на моей стороне и окажет хоть малую, но поддержку.

– Диана, ты уже решила, что будешь делать? – смотря словно в пустоту, тихо спрашивает свекровь.

– Да, я буду подавать на развод, я не прощу измену, он не просто оступился, они с моей сестрой родили ребёнка, обманывали меня, возможно, даже смеялись надо мной, я же дура сидела с их ребёнком даже, возможно, в то время, когда они проводили время вместе! – меня передёргивает от последних слов.

– Это твоё право, деточка, но как ты будешь, если и действительно беременна? Будешь одна воспитывать ребёнка? Это очень тяжело, очень, поверь мне, Диана, – вздыхает женщина.

– Уж лучше одной, чем рядом с таким, как Тарас, – губ касается горькая усмешка, – чему он может научить ребёнка? Как предавать любимого человека, обманывать его, делать больно? Согласитесь, совсем не то, что нужно, – качаю головой, – развод будет, к тому же у него есть другая семья, пусть наконец-то воссоединяются, мешать я им точно не стану.

Ночь провожу словно в бреду, сон урывками, пару раз тошнота возвращалась и толкала меня к унитазу, свекровь тоже не спала, пыталась мне помочь, поила мятным чаем, на время от него становилось легче. В голове было столько мыслей о предательстве любимого мужчины, слёзы не сдерживала, вместе с ними избавлялась от душевной боли, радовало одно, отёк с ноги сошёл, и снова благодаря хозяйке дома, она ещё днём приложила компресс, заверяя, что перелома нет. Как-никак она бывший травматолог, работала в молодости после медицинского института. Когда её муж и отец Тараса сорвался с лесов и погиб на месте, занялась бизнесом погибшего супруга, хозяйкой которого и по сей день является, только управляет сын.

Ближе к утру мне всё же удалось уснуть, но проспала недолго, проснулась от боли в желудке, организм требовал еды. Посетив ванную и приняв душ, оделась во вчерашние вещи, так как в доме мамы Клавы одежды моей не было. Зайдя на кухню, застал женщину около плиты, свекровь, судя по запаху, готовила овсяную кашу.

– Доброе утро, – поприветствовала хозяйку дома.

– Доброе, Дианочка, – обернулась на меня, взгляд взволнованный, – тебе полегчало, тошнота прошла?

– Пока не тошнит, но очень болит желудок, – на автомате приложила ладонь в то место, где нещадно резало.

– Это мы сейчас исправим, давай-ка, присаживайся, будем тебя кормить, какая же ты бледная, – запричитала свекровь, стала накрывать на стол.

Когда тарелка с вкусно пахнущей кашей оказалась передо мной, в животе громко заурчало. С завтраком я разделалась очень быстро, на желудке сразу стало легче, боль унялась.

– Диана, я тут с утра сходила в аптеку, – начала свекровь, и передо мной легли сразу несколько упаковок теста на беременность.

Внутри всё замерло. Сейчас я совсем не хотела оказаться беременной, но, если внутри меня уже зародилась жизнь, прерывания делать точно не буду, всегда считала это большим грехом. Да и ребёнок не виноват, что его отец оказался гулящим кобелём!

Молча взяв все три упаковки, поднялась из-за стола, спиной чувствовала напряжённый взгляд Клавдии Павловны. Женщине тоже нелегко! Да, её не предали, как меня, но то, как поступил ей сын, очень огорчило её.

Зайдя в туалет, принялась изучать инструкцию. Эти тесты первые в моей жизни, раньше мне не приходилось ими пользоваться. Приём противозачаточных я не нарушала, задержек не случалось до этого времени. За заботой о Никите я совсем потерялась во времени, не обратила внимание, что критические дни не пришли.

Поняв весь принцип работы тестов, принялась за дело. Когда пришло время проверять результат, ноги задрожали, сердце забилось сильнее. Сделав глубокий вдох, повернулась к унитазу, на бочке которого и лежали все три теста.

Ноги подкосились, если бы не успела ухватиться за край раковины, то точно бы рухнула на пол. Все три, как один, показывали по две ярко выраженные красным полоски.

Первое, что почувствовала, это испуг, следом растерянность, но следом пришло щемящее сердце чувство радости.

– Я справлюсь, со всем справлюсь, – шепчу себе, беря один из тестов в руки, и зажимаю его в кулаке, остальные выбрасываю в урну в углу.

Выйдя из туалета, споткнулась на ровном месте, услышав грозный голос… Тараса.

– Ты должна была сразу позвонить мне и сказать, что Диана у тебя! Я с ума сходил, ища её! Ты хоть понимаешь, что я пережил за эту ночь, мама?

– Я знаю, что пережила Диана! – холодно отрезает свекровь, – скажи мне, сын, ты действительно изменил жене с Надькой? Никита твой сын?

Замерла, затаила дыхание в ожидании ответа. Дура! Чего я жду, если и так вчера всё слышала!

– Там не всё так просто, мам, но да, Никита мой, – отвечает через минуту тишины Тарас.

Вот и всё! Впереди только развод, нет больше нашей семьи, нет больше у меня мужа, теперь он полностью Надин!

– Да что же ты натворил! Как ты мог так с Дианой?! Ты чем думал, дурак?! Чем тебя жена не устраивала? Умница, красавица, всё для тебя, а ты! Ох, неужели это я тебя воспитала? Где я недоглядела, когда не увидела в тебе такого подлеца?! – кричит мать на сына на весь дом.

– Мам, ты тут ни при чём, я люблю Диану, да, я виноват, сделал огромную ошибку, но я всё исправлю…

– Что ты исправишь? Заставишь ребёнка исчезнуть, а Диану забыть о том, что ты спал с её же сестрой?! Ты что такое говоришь, сынок?! Когда любят, не предают, не ложатся в чужую постель, не делают ребёнка на стороне! Если бы только был жив твой отец, да он бы тебе за такое морду твою красивую набил! – продолжает женщина.

– Мам, успокойся, где Диана, я хочу поговорить с ней, а после я тебе всё объясню, уверен, ты меня поймёшь.

– Не хочу я тебя понимать! Чтобы там ни было, не хочу, ничто не оправдает твоего поступка, как ни крути, Тарас!

– Всё же я думаю, ты поменяешь своё мнение, когда я расскажу, почему так поступил.

По окончанию слов Тараса, по дому раздались быстрые, тяжёлые шаги мужа. Не успела я и шагу сделать, как он заметил меня, остановился. Наверное, по привычке окидываю его взглядом, сразу отмечаю потрёпанный вид мужа, где-то глубоко внутри появилось чувство тревоги за этого мужчину, но оно тут же улетучивается. Передо мной стоит предатель, изменщик, подлец и, к сожалению, отец моего ребёнка, который уже живёт у меня под сердцем.

– Привет, – произносит хриплым голосом, пристально смотря на меня.

Не отвечаю, говорить с ним тяжело и совсем не хочется. Да и как с ним можно говорить, а главное, о чём?

– Диан, – произносит моё имя, не дождавшись от меня ответного приветствия, – я знаю, что причинил тебе ужасную боль, – морщится, словно сам её испытывает, – понимаю, ты не хочешь меня видеть и говорить, но прошу, выслушай меня, выслушай, и тогда ты поймёшь, почему я так сделал, только выслушай меня, прошу, – делает маленький шаг в мою сторону, но тут же останавливается, так как я делаю шаг назад, упираясь в дверь ванной спиной.

Позади Тараса появляется Клавдия Павловна, на которую перевожу свой взгляд от мужа. Женщина смотрит на меня умоляюще, глазами просит поговорить с предателем. Она мать, и я понимаю её, она переживает за сына, каким бы он ни был, он её ребёнок.

Выслушать! Как бы мне не хотелось этого, но так, наверное, будет правильно, надо расставить все точки над i. И сообщить о разводе.

– Хорошо, – только и говорю, после разворачиваюсь и иду в ту комнату, где провела ночь, по звуку шагов понимаю, Тарас идёт следом.

Захожу в комнату, подхожу к кровати, беру плед и закутываюсь в него, меня морозит, то ли от появившегося токсикоза, то ли от присутствия Тараса и нервов, а возможно, от всего и сразу.

Забираюсь на середину кровати, она словно островок спасения. Как только Тарас подходит к постели и собирается присесть на край, качаю головой и взглядом показала на стул у туалетного столика. Поджав губы и нахмурив брови, муж отступает на пару шагов, выдвигает стул ближе к кровати, присаживается на него верхом, скрещивает руки на резной спинке, смотрит на меня с глубокой тоской и тревогой. Тарас молчит, молчу и я. От его пристального взгляда и молчания становится невыносимо! Раньше, читая книги, смотря фильмы, где мужья предают жён, мне казалось, что все чувства девушек должны тут же исчезать, их же предали, унизили, убили любовь!

Но как оказалось, не так всё легко и просто! Чувства не умирают мгновенно! Появилась ненависть, чувства брезгливости, нежелания видеть и слышать предателя! Вот только стоит его увидеть, почувствовать запах его парфюма, в груди становится так больно, от чего понимаешь, любовь ещё не умерла! Но она умрёт обязательно, не сейчас, чуть позже, но она исчезнет, превратится в пепел, нужно подождать, переболеть!

– Диан, – наконец-то начинает Тарас, – я знаю, что выгляжу в твоих глазах последним подонком, вижу, какую причинил тебе боль, и прошу за это прощение, – голос глухой, словно ему трудно говорить.

Вот так просто? Сделать больно и просто попросить за это прощение?!

– Когда я увидел тебя впервые, то сразу понял, ты моя судьба… Ты помнишь, как мы познакомились? – непонятно зачем задаёт такой вопрос.

Не отвечаю, просто продолжаю на него смотреть. Тарас кривит губы в грустной усмешке.

– Хорошо, можешь не отвечать, – еле заметно кивает головой, – в первую нашу встречу я облил тебя кофе в том кафе, я думал, ты будешь кричать, требовать возместить стоимость испорченной блузы, но ты поступила совсем по-другому, – вновь грустная усмешка на его губах, – ты рассмеялась, весело разглядывая кляксу из кофе, и я тогда подумал, что именно такая женщина должна быть рядом. Я влюбился в тебя в тот же день, уже вечером я распланировал нашу жизнь, разложил буквально всё по полочкам.

Слушая мужчину, совсем не понимаю, зачем он всё это говорит? Но перебивать не решаюсь, только крепче сжимаю тест в руке.

– У нас всё складывалось куда лучше, что я мечтал, с каждым днём моя любовь к тебе крепла, я задыхался без тебя, рвался домой, что сумасшедший, я так боялся тебя потерять…

– Так боялся, что оказался в постели моей сестры?! – не выдерживаю, меня разрывает на тысячу частей от его слов!

Зачем он это делает? Зачем говорит о любви?

– Именно, Диана, именно от страха потерять тебя я пошёл на этот шаг! – вскакивает на ноги, стул падает от резкого подъёма.

– На какой шаг?! На измену?! – выкрикиваю, поддаюсь чуть вперёд.

Мною начинает руководить та боль, что выворачивает нутро, режет острым ножом, оставляя глубокие кровоточащие раны.

– Сохранить нашу семью! Вот на какой шаг! – повышает голос.

– Ты что несёшь, ты сам слышишь, что говоришь?! Что значит твоё «сохранить нашу семью»? Разве наша семья стояла на пороге распада? – всё тело начинает бить мелкой дрожью, я совсем не понимаю, к чему он клонит!

– Стояла, и ты это прекрасно знаешь! Когда я просил повременить с ребёнком, я не думал, что у нас его совсем не будет! Ты скрыла от меня такую важную деталь своей жизни… Но даже узнав о ней, я не перестал тебя любить! Но я так хотел ребёнка! Наследника! Я всю жизнь о нём мечтал! Я много обдумывал, смогу ли я всю жизнь прожить без детей, и понял, что нет! Но ещё я понял, что и без тебя я не смогу жить! Но мне нужен наследник, а так как ты бесплодна и не можешь родить, мне помогла твоя сестра, согласилась на роль матери моего ребёнка. Пошла на такой шаг, чтобы спасти семью любимой сестры! Но ты запомни, Диана, чтобы ни было между нами с Надей, люблю я только тебя!

Рывком поднимает стул, садится на него, широко расставив ноги, упирается локтями в колени, пальцами пронзает свои волосы, сжимает их в кулаки у корней, низко опустив голову.

– Что? – шепчу вопрос, глупо хлопая глазами, – что ты сказал? С чего ты всё это взял?

Он обвинил меня в невозможности родить ребёнка! Что за глупая отговорка?! Тарас вскидывает на меня взгляд, смотрит вопросительно.

– Я не бесплодна, – еле шевеля губами, говорю пока ещё мужу, – и никогда такой не была, – в подтверждении разжимаю ладонь с тестом на беременность, на котором выделяются две полоски.

Я не хотела говорить ему о беременности, срок явно маленький, и я надеялась развестись до того, как появится животик.

Лицо мужа вытягивается, глаза чернеют, пальцы сжимаются в кулаки, он смотрит на тест неотрывно.

– Но это уже ничего не изменит, я хочу развод, я никогда не прощу твою измену, я отпускаю тебя, ты можешь спокойно сходиться с Надей и воспитывать вашего ребёнка в полноценной семье! Я не знаю, с чего ты взял, что я якобы бесплодна, может потом мне и будет интересно, но не сейчас, всего, что я желаю в данный момент, чтобы ты ушёл и дал мне развод, – говорю как можно быстрее, пока Тарас сидит замершей статуей и продолжает неотрывно смотреть на положительный тест в моей руке.

В голове куча вопросов! На самом деле мне очень хочется узнать, с чего любимый мужчина решил, что я не могу родить ребёнка? Но получается, так думал не только Тарас, так думает и Надя, раз «помогала спасти нашу семью»!

– Никогда не была такой? – практически на грани слышимости шепчет Тарас, – и ты беременна? – отрывает взгляд от теста, смотрит мне в глаза.

– Да, – говорю коротко.

– Не-е-ет! – тянет, тряся головой, – Нет! Я не дам тебе развода! Не дам никогда! Я во всём разберусь, – короткий смешок, от которого по спине скользит холодок, – эти две суки ответят за своё враньё, меня обманули! Слышишь, меня обманули! Твоя сестра и мать, эти две твари меня обманули! – до жути холодным и угрожающим голосом говорит мужчина.

ГЛАВА 4

ТАРАС

– Корнев, на выход, – вставляя ключ в замок решётки обезьянника, командует появившийся капитан.

Голова раскалывается, словно по ней стучали кувалдой, во рту всё пересохло, в крови ещё гуляет алкоголь, но уже не в той дозе, с которой меня привезли сюда поздним вечером.

Поднимаюсь на нетвёрдые ноги, слегка пошатываясь иду к раскрытой двери камеры, в которой провёл всю ночь. Рядом с капитаном стоит Андрей Николаевич, адвокат и хороший знакомый матери, по чьей просьбе он сюда и приехал. Выйдя за порог клетки, пожимаю протянутую руку адвоката, а после мне вручают маленькую бутылку холодной минералки. Открутив крышку, в несколько больших глотков выпиваю спасительную жидкость.

– Спасибо, – благодарю знакомого матери, – меня отпускают? – смотрю на капитана.

– Все вопросы урегулированы, штраф оплачен, ущерб клинике возмещён. Идёмте, Тарас Александрович, не будем здесь задерживаться, – вместо капитана отвечает адвокат.

Капитан на слова адвоката хмыкает и первым направляется на выход, следом я, потом Андрей Николаевич. Вот же угораздило! Первый раз оказался за решёткой и, надеюсь, последний! Плечо нещадно ноет, да, потрепали меня вчера сотрудники полиции!

Сука! Как последнего осла развели! А как пели складно! Чёрт! Теперь даже не исправить того, что я наворотил под искусно сплетённой ложью двух сук! Диане изменил, ребёнка на стороне настрогал, семью разрушил!

Вчера я впервые увидел настоящее лицо тёщи! Да какая она мне тёща после всего, что она сделала? Придурок! Как мог так повестись?!

После разговора с Дианой и открывшейся для меня правды, долго пытался вымолить прощения, рассказал всё.

Чуть больше полутора года назад, на дне рождения Дианы, присутствовала её двоюродная сестра по матери. Екатерина была с семьей, мужем и двумя дочками-близняшками трёх лет. Эти две маленькие куколки поразили сердца всех присутствующих и моё в том числе. Мы с Динкой не торопились с детьми, хотели пожить для себя, несмотря на желание иметь своих карапузов. Вот на том празднике неожиданно понял, что всё, хватит жить для себя, готов к памперсам, к недосыпам по ночам, к детскому крику в доме!

С девочками в тот день играли все, без исключения. Одна из девочек, поедая шоколадный торт, вымазалась, что маленький поросёнок, и что подтолкнуло меня вызваться умыть ребёнка, сам не понял. Но когда мы оказались в ванной комнате, следом за нами зашла Анжелика Витальевна, стояла и смотрела, как я умываю девочку, вот только взгляд у женщины был довольно печальный. Не спросить, что с женщиной, попросту не смог, о чём теперь очень сожалею! Ведь тот день и стал отправной точкой!

– Ты любишь детей, Тарас? Хотя можешь не отвечать, и так вижу, что любишь, – вздыхает женщина, – из тебя бы вышел замечательный отец, очень жаль, что с Дианой вам не суждено родить своего ребёночка. Вы бы были замечательными родителями, – голосом, полным печали, произносит женщина.

– Это почему не суждено? Вы о чём, Анжелика Витальевна? – замер с девчушкой на руках, упёрся хмурым взглядом в женщину.

– Как это о чём? – вздёргивает брови вверх, – ох! – прикрывает рот ладонью, – неужели Диана не рассказала тебе? – взгляд испуганный и растерянный.

– О чём не рассказала? – стою в недоумении.

Женщина мнётся, оглядывается назад, качает головой, прикрывает дверь ванной комнаты.

– Ты прости меня, Тарас, о таком должна была сообщить сама Диана, но раз я уже ляпнула, а она не решается тебе сказать… Тарасик, дело в том, что Дианочка не может иметь деток, бесплодие у нашей красавицы, – произносит женщина со слезами на глазах.

От такой новости чуть не роняю племянницу жены, свет перед глазами померк на миг, да что свет, на меня словно бетонная плита рухнула, расплющив, что букашку! Я не хотел верить в слова женщины, готов был выскочить из ванной и помчаться к жене, увести её с праздника в укромный уголок, расспросить обо всём, спросить, почему скрывала от меня такую серьёзную вещь? Но тёща, видимо, заметила моё желание, схватила за руку, преградила путь.

– Не смей портить девочке праздник! Не говори Диане, что знаешь о её болезни! Давай завтра встретимся и поговорим, у меня есть ещё одна вещь, о которой ты должен знать! А сейчас веди себя как обычно! Диана не должна ни о чём заподозрить, ты понял меня?

Скорее на автомате кивнул головой, и женщина тут же покинула ванную, оставляя меня в полном раздрае и маленькой девочкой.

Сколько сил мне тогда пришлось приложить, чтобы не завести с женой разговор о её болезни, вести себя как обычно! Утром вместо офиса поехал на встречу с тёщей, всю ночь не спал, обдумывал, о чём может ещё сообщить мне мачеха моей жены?

Но я даже не предполагал того, что скажет женщина, как только мы окажемся за столиком кафе.

– Диана хочет развестись с тобой, она боится того дня, когда ты заговоришь о детях! Она любит тебя, очень любит, потому и вышла за тебя, но сейчас понимает, что не может лишать тебя счастья стать отцом, создать полноценную семью. Нужно что-то делать, Тарас, ты же тоже её любишь, но и детишек хочешь, своих! Диана не может родить, медицина в её случае, к сожалению, бессильна, – вытирая текущие по щекам слёзы, тараторит тёща, убивая меня своими словами, – но я могу предложить тебе один вариант, я думала всю ночь, как помочь вашей семье… Тебе нужно родить ребёночка от другой женщины.

– Вас подвезти? – голос адвоката возвращает меня в настоящее из воспоминаний того дня, когда жизнь покатилась кувырком!

– Если не затруднит, – одёргиваю полы пиджака.

Чёрт! Моя машина наверняка на штрафстоянке, бросил её вчера прямо у порога клиники. Как я вообще смог управлять авто в том состоянии? Когда последний раз я так нажрался? Нет, до такой степени впервые!

Андрей Николаевич снял машину с сигнализации, одновременно заняли места в салоне, машина тронулась.

– Андрей Николаевич, мне требуются ваши услуги, – замолкаю на несколько секунд, обдумывая, что именно я хочу получить с этих двух сук за разрушение своей семьи.

– В разводе? Если так, то я уже занят, представляю сторону Дианы Евгеньевны, – что кувалдой по темечку.

– Что? Диана подала на развод?

– Ещё не подала, но мы готовим иск, – отвечает друг матери.

Вот так сразу, не давая даже ни малейшего шанса сохранить нашу семью!

«С тобой не станет жить, гордая она у нас».

Всплывают в голове недавние сказанные слова мачехи Дианы.

Старая тварь! Конечно, она знала, что Ди меня не простит, на это и был их расчёт! Как же поздно я обо всём узнал, понял, какой осёл, как мальца вокруг пальца обвели! Сука! Зачем человеку дан язык? Да чтобы говорить! Какого лешего я послушал эту гадину, почему не послушал внутренний голос, который вопил тогда поговорить с женой, выяснить всё! Нет! Попёрся на эту встречу! Как лихо она подложила свою дочурку под меня!

– Так что в этом деле я вам уже не могу помочь, уж простите, – разрывает образовавшуюся тишину мужчина.

– Нет, мне ваши услуги в другом деле необходимы, я так понимаю, вы в курсе сложившейся ситуации в моей семье? – поворачиваюсь к адвокату.

Кивок головой в ответ.

– Так вот, мне нужно, чтобы вы помогли забрать моего ребёнка у биологической матери. У нас с ней заключён договор, по которому Надежда обязана отдать мне сына, как только ему исполнится полгода. Но в договоре есть один пункт, – сжимаю кулаки.

Теперь понятно, почему старая ведьма настояла на внесении в договор такого пункта!

– Что за пункт? – интересуется адвокат.

– Сын будет со мной, если Диана будет его воспитывать, но так как моя жена собирается подавать на развод, то сами понимаете, ребёнка Надежда не отдаст, она уже огласила своё решение, – цежу сквозь зубы.

Вот они, предостережения составляющих договор юристов о данном пункте, но я был бараном, шёл на поводу двух хитрых тварей!

– Давайте сделаем так, вы сегодня приходите в себя после вчерашнего, и завтра со свежей головой ко мне на приём, захватите собой имеющийся у вас договор, я его изучу, а после посмотрим, что можно сделать, просто так обещаний давать не стану, – произносит мужчина, и меня его ответ пока что устраивает, не отказал, и то хорошо.

Он знаток своего дела, вот только с одной стороны это для меня не есть хорошо, с ним Диана получит развод.

– Я вас понял, завтра в первой половине дня я буду у вас.

– Приезжайте к одиннадцати, у меня как раз должно быть окно в это время.

Дальше мы едим в тишине, а в голове начинают проноситься кадры вчерашних моих разборок с двумя подлыми женщинами.

Вчера после того, как Диана с криками прогнала меня от себя, бросая, какой я идиот и подлец, что все мои слова – это жалкие оправдания! Что поверил словам той, что всю жизнь недолюбливала её! Оказалось, что моя малышка не беременела по одной простой причине: она принимала противозачаточные! Я не замечал их, не видел, как Динка их принимает! Зато это видела и знала Анжелика Витальевна! А также о том, что мы решили повременить с рождением ребёнка! Эта тварь выведала всю нужную ей информацию у моей любимой и состряпала хитроумный план, как меня, осла, увести на поводке за «морковкой»!

Дом мамы я покидал, что разъярённый бык, у которого помахали перед мордой красной тряпкой! Первым делом поехал в дом тестя… Чёрт! Оказалось, он был в курсе того, от кого родила его младшая дочь, узнал всю правду перед рождением Никиты, вот только старшей дочери не рассказал, у него тогда от волнения случился сердечный приступ, даже в больницу попал. А там его жёнушка обработала, прямым текстом сказала, что, рассказав правду, которую он узнал, разобьёт сердце своей любимой дочурке. Ну и, конечно, навешала той же лапши на уши, что и мне, про спасения нашей с Дианой семьи! Об этом он мне вчера признался, хоть стало понятно, почему мужчина бросил со мной общаться тепло, как раньше!

Когда я заявился в их дом, тёща выглядела довольной, она чувствовала себя королевой, её план удался, она разрушила семью падчерицы, поимела неплохих денег с осла Тарасика! Было желание придушить гадину, и если бы не тесть, то она бы, наверное, была уже на том свете. К сыну меня тварь не пустила, тут даже Евгений не помог, тоже пытался вразумить свою жену, но у него не вышло. Эта гадина начала визжать на весь дом, напугала Никиту, после чего закрылась с ним в комнате Надежды с ревущим внуком.

Разозлился ещё больше, захотелось напиться, и противится желанию не стал, отправился в бар, а дальше, как провал в памяти, в себя пришёл в палате Надежды, гадины, матери моего сына! Я крушил всё вокруг, пытался добраться до твари, сестры моей Дианы! Я почти поймал её, как на меня сзади навалились двое охранников, а после передали прибывшему наряду полиции.

ГЛАВА 5

ДИАНА

Предатели! Как их много оказалось вокруг! Вся семья, самые родные и близкие! Как же долго они мне врали, смотря в глаза и лживо улыбаясь! Как я такое не замечала? Полтора года слепой жизни! А папа? После того, что он мне сказал полчаса назад по телефону… После этого у меня нет отца!

На мой прямой вопрос: «Знал ли он, от кого родила Надя?», «Прости, дочка, но так вышло…». Дальше я не стала его слушать, сбросила вызов, и так стало понятно! Вот после меня накрыло, вся боль вырвалась наружу.

– Дианочка… Девочка, ну успокойся, ну нельзя так плакать, подумай о ребёночке, хватит, хватит, Диана! – сходила с ума свекровь, пытаясь прервать мои рыдания.

Никогда так плохо не было! Даже когда мама умерла, но тогда я была ещё ребёнком, пять лет, ничего практически не понимала, а может, просто уже забыла! Если бы только она была жива! То не было бы этой змеи Лики и её дочери!

– Не-е-могу-у-у, мне та-а-ак бо-о-ольно, за что о-они все т-так со мной? Что я им сдела-а-а?

– Я понимаю, понимаю, Диана, знаю, больно, но ты должна взять себя в руки, слышишь? Ты под сердцем ребёночка носишь, ты должна быть сильной ради него! Не вреди своему малышу, прошу тебя, дочка! – прижимая меня к себе сильно-сильно за плечи.

Знаю, прекрасно знаю, что не только я страдаю, но и моя крошка, но как успокоиться, как выбросить всё из головы и сердца?

– Да если бы я знала, какого сына воспитала, то никогда бы не дала выйти тебе за него замуж! Ой, дурак! Да что же он наделал! – плакала вместе со мной женщина.

– Как он мог им поверить, не поговорив со мной? Как?! – задыхаясь, спрашиваю женщину, что осталась на моей стороне и переживает мою боль.

– Я не знаю, детка, не знаю, не думала я, что он такой ведомый! Но за такое даже я его не прощу! Нет больше у меня сына! Я помогу тебе, Диана, во всём помогу, и не брошу, пока сердце моё бьётся!

– Как мне с ним развестись? Он же сказал, что не даст развод, про ребёнка узнал, сказал, будет вымаливать у меня прощение, но я не прощу, никогда! – прижалась лицом в грудь женщины, что дарит мне тепло и поддержку.

– Не переживай, милая, есть у меня хороший приятель, он адвокат, мы ему прямо сейчас позвоним, не будем тянуть. Если бы со мной так поступил Саша, то я бы незамедлительно от него ушла!

Свекровь высвободила меня из своих крепких объятий, встала с дивана, подошла к столу, чтобы взять свой телефон. Быстро нашла нужный ей номер и приложила телефон к уху.

– Ало, Андрюша?

Через час в доме свекрови появился мужчина лет пятидесяти, в деловом костюме, с кожаным портфелем.

От звонка до прибытия адвоката, мама Клава помогла принять мне более-менее приличный вид, напоила ромашковым чаем. Её забота и рвение помочь мне дало силы взять себя в руки. Всю суть проблемы озвучила свекровь. Не успели мы составить исковое заявление на развод, как маме Клаве позвонили, и то, как изменилось её лицо, стало понятно, что что-то случилось с… Тарасом!

Случилось! Мужа задержали в клинике, в которой лежит Надежда, подробностей женщине не сообщили, попросили приехать. Вместо мамы Клавы в отделение полиции, куда увезли Тараса, поехал Андрей Николаевич, пообещав во всём разобраться и уладить.

Когда мужчина покинул дом, мама Клава проводила меня в комнату, уложила в постель, что маленькую девочку, а после ушла к себе. Ей тоже плохо, Тарас её сын, и как бы она не поддерживала меня и какие ругательства не бросала в его сторону, он её ребёнок, она его любит и переживает.

Вымотанная истерикой, обессиленная, я очень быстро провалилась в сон без сновидений. Утром проснулась с тяжёлой головой и сильно припухшими глазами. Больше часа лежала и думала, что нельзя мне тут оставаться, я для мамы Клавы чужой человек, и не стоит ей ругаться с сыном из-за меня. Рано или поздно они всё равно помирятся, и может случиться так, что женщина захочет помирить меня с Тарасом! Помощь с адвокатом я приму, и на этом всё! Дальше нужно самой, как бы трудно ни было. Деньги у меня есть, я работала и свою зарплату практически не тратила, Тарас запрещал мне тратить их на семейные нужды, вот они и копились на карте.

Выйдя на кухню, встретилась с мамой Клавой, женщина выглядела не лучше. Было видно, она проплакала всю ночь.

– Клавдия Павловна, – подошла к женщине, – простите меня, я сегодня поеду на квартиру, а вы помиритесь с Тарасом, он ваш сын, вы его любите, не стоит вам ругаться.

– Диана, – закачала головой женщина, – я не отпущу тебя никуда, даже не думай, а Тарас, да, он мой сын, я люблю его, но то, что он сделал, – глаза мамы Клавы наполнились слезами, – он воткнул нож не только в твою спину, но и в мою! Он же и меня обманывал! Внуку полгода, а я даже не знала о его существовании! Вот головой понимаю, что кровиночка там есть родная, а вот тут горит всё огнём, – прикладывает руку на левую сторону груди, – не хочет принимать сердце моё этого мальчика! А вот вашего, что под сердцем у тебя, уже люблю! Как так, Диана, как же так? – расплакалась женщина, в то время как я стояла столбом в растерянности от её слов.

– Диана, – зовёт меня свекровь.

Окидываю взглядом три больших чемодана со своими вещами, которые привезла свекровь из нашей с Тарасом квартиры. Женщина сама вызвалась поехать и собрать мои вещи, самой духу не хватило переступать порог дома, где я была счастлива и одновременно жила во лжи.

– Иду, мама Клава, – отзываюсь женщине, закрываю уже пустой чемодан, который успела разобрать, оглядываю полки шкафа.

Места для всех вещей не хватит. Значит, разделим на нужное в первую очередь и то, что сейчас не понадобится. К примеру, вечерние платья можно и вовсе не доставать, теперь даже и не знаю, когда они мне понадобятся? На работе я взяла отпуск без содержания на пару недель, работать сейчас я точно не смогу, так что и деловые костюмы можно пока не доставать.

– Диана, – не дождалась меня женщина, сама появилась на пороге выделенной мне комнаты, – ты когда на учёт собираешься становиться, у тебя есть свой гинеколог?

От вопроса свекрови слегка теряюсь. После ужасной раскрытой лжи прошло три дня, два из которых я знаю о своей беременности. Уверена, узнай я, что жду малыша и не зная о предательстве Тараса, в первый же день побежала к врачу. Но со всеми этими событиями и моим эмоциональным состоянием, приём к врачу просто выпал из моих мыслей.

– Гинеколог есть, очень хороший, она, кстати, и беременных берёт, а по поводу учёта, если честно, я об этом ещё не думала, – чувствую, как кожа лица начинает полыхать жаром.

Стало стыдно, вместо того, чтобы бежать к врачу и проверить, всё ли хорошо с малышом, спряталась в доме свекрови, мучаюсь душевной болью предательства.

– Так пора подумать, Диана, давай, звони, записывайся на приём, если на сегодня есть место к твоему врачу, то записывайся, не раздумывая, – командует женщина.

– Хорошо, я сейчас же позвоню и запишусь на самое ближайшее время, – отвечаю торопливо.

– Вот и хорошо, а вещи оставь, я их сама позже разберу, а ты лучше отдохни, – посматривает на ещё неразобранные чемоданы, женщина развернулась и вышла из комнаты, прикрыв за собой дверь.

Что-то изменилось в Клавдии Павловне со вчерашнего дня, словно внутри неё надломилось что-то очень важное, что-то, что отвечало за её счастливую жизнь. Вчера приходил Андрей Николаевич, мы составили иск на развод, а после Клавдия Павловна заперлась с мужчиной у себя в комнате. Когда ушёл мужчина, я не видела, о чём они вели речь, тоже не знаю, но думаю, разговаривали о Тарасе и его залёте в полицию. И сегодня утром на кухне меня встретила совершенно другая мама Клава. С такой стороной женщины мне ещё не приходилось сталкиваться! Как вернуть этой женщине привычный мир и покой?

Тяжело вздохнув, дотянулась до телефона, стала искать номер регистратуры гинекологии, в которой я наблюдаюсь со своего совершеннолетия.

Приветливый голос Анастасии я узнала сразу. Рассказав о сути своего звонка, девушка попросила подождать минуту и сообщила, что есть свободное время на сегодня, на вторую половину дня. Сделала, как и сказала свекровь, записалась на приём, но вот с вещами женщину слушать не стала. До приёма к врачу ещё три с половиной часа, так что час я могу потратить на разбор чемоданов, разложу сколько успею.

Время пролетело очень быстро, а вот вещи ещё не все разложены. Доставая некоторые вещи, в памяти всплывали картины прошлого, где я имела семью, любимого мужчину, была счастлива! Слёзы подступали к глазам, в носу щипало, в горле появился ком. Тяжело, очень тяжело выбросить из жизни человека, когда с ним связано столько воспоминаний и моментов! Это как привязать правую руку к телу и пытаться всё делать левой, при том, что ты правша!

Отогнав грустные мысли, выбрала вещи для похода в клинику, отложила их на постель, взяв комплект нижнего белья, отправилась в ванную, пора готовится. До клиники от дома свекрови добираться больше сорока минут, и это если ехать без пробок. Лучше выехать чуть раньше, но не опоздать на приём.

Высушивая волосы после душа, неожиданно вспомнила, что моя машина стоит на парковке нашей с Тарасом квартиры! Пулей вылетела из ванной, нашла телефон, в телефоне не оказалось ни единого приложения по вызову такси, так как сама управляю автомобилем! Пришлось быстро скачивать приложение, делать всё, чтобы оно функционировало. Взглянув на время, заказала себе машину за ранние, продолжила сборы.

Клавдия Павловна за всё время моих сборов ни разу не заглянула ко мне, что заставило меня волноваться. Пройдя по первому этажу дома и не найдя женщину, поднялась на второй этаж, прошла до комнаты свекрови, постучала в дверь.

– Мама Клава? – позвала женщину, так как в ответ на мой стук она не ответила.

На зов свекровь тоже не отозвалась, нажав на ручку двери, потянула на себя. Клавдия Павловна стояла у окна, не шевелясь, и никак не отреагировала на открытия двери.

– Мама Клава? – ещё раз позвала женщину.

Свекровь вздрогнула и резко повернула голову в мою сторону, встретившись с её взглядом, чуть сама не вздрогнула. Взгляд женщины был пустым, словно из них жизнь выкачали! Но такая пустота продлилась всего пару секунд, моргнув, свекровь словно пришла в себя.

– Ты куда-то собралась? – оглядев мой наряд и сделав пару шагов в мою сторону, спрашивает хозяйка дома.

– Да, на приём к врачу, – киваю, внимательно наблюдая за ней, – с вами всё хорошо? – спрашиваю, заметив, как женщина потирает левую сторону груди ладонью.

– Всё хорошо, всё со мной хорошо, – словно самой себе говорит мама Клава, – ты поезжай, детка, только будь аккуратно на дороге, не спеши…

– Я на такси, моя машина осталась там, – язык не поворачивается сказать вслух «дома».

Тот дом больше не мой, там, скорее всего, скоро появится новая хозяйка. Ночью я долго обдумывала рассказ Тараса о том, что его обманули Лика с Надей, и он, как телок, шёл у них на поводу. Тарас не сказал, сколько длилась их сексуальная связь с моей сестрой, но почему-то уверена, что долго! И эта связь явно нравилась моему мужу! Я заметила блеск в его глазах, всего на секунду, но он появился в тот момент, когда Тарас говорил, что ему ПРИШЛОСЬ ложиться в постель с Надей! Я знаю этот блеск! Ему понравился секс с ней! И теперь, когда я всё знаю, их руки развязаны, они свободно могут жить вместе!

– Нужно её забрать, я займусь этим вопросом, – смотря куда-то мимо меня, говорит свекровь.

Телефон в руке пиликнул, пришло оповещение о том, что такси подъехало.

– Я побежала, машина приехала, – сообщая свекрови.

– Удачи, девочка, – подойдя ко мне, обняла, поцеловала в щёку, – береги себя и малыша, всё остальное не важно, всё перемелется, мука будет, – шепчет с улыбкой на губах, вот только в глазах нет этой самой улыбки.

Кивнув в ответ, поторопилась на выход из дома, а вот на сердце стало тревожно, вот только из-за чего появилась эта тревога, понять не смогла!

Выходя из дома, в прихожей цепляюсь взглядом за две одинаковых связки ключей на ключнице, вспомнив, как стояла у закрытых ворот три дня назад, решаюсь взять один комплект. Закрыв за собой дверь, выхожу на улицу, до ворот метров десять по дорожке с благоухающими цветами по обе стороны. Стоит только спуститься с порожек, как в нос ударяет приторно сладкий аромат цветов, от которого неожиданно к горлу подступает тошнота. Стараясь не делать глубоких вдохов, как можно быстрее поспешила на выход с территории. Дёрнув за ручку калитки ворот, обрадовалась, что взяла ключи, так как дверь была заперта на замок. Отперев дверь, вышла за ворота, аромат цветов тут же улетучился, вот только чувство тошноты не собиралось отступать.

Прежде чем сесть в такси, сделала несколько глубоких вдохов через нос, в попытке избавиться от неприятного ощущения. Когда поняла, что тошнота отступает, открыла заднюю дверь машины, заняла место в салоне. Назвав адрес клиники водителю, откинулась на спинку, прикрыла глаза.

Всю дорогу в моей голове кружили мысли, как быть дальше? Жить у Клавдии Павловны постоянно я точно не смогу, рано или поздно она простит Тараса, примет Никиту, а вот я их видеть точно не смогу, да и бред это, жить с бывшей свекровью!

До рождения малыша ещё много времени, вот только и сделать мне придётся очень многое! Снимать квартиру, как ещё думала вчера, не вариант, нужно приобретать своё жильё и обустраивать гнёздышко к рождению ребёнка. Тех денег, что есть на моём счёте, хватит только на однокомнатную квартиру где-нибудь на окраине города. Работа у меня официальная, зарплата приличная, можно попробовать взять ипотеку и приобрести жильё больших размеров, а позже полностью погасить её полученными средствами от раздела имущества с Тарасом. Квартира покупалась в браке, пусть будет всё по закону, не в моём сейчас положении гордо поднимать голову и отказываться от того, на что я имею право!

Разблокировав телефон, зашла в интернет, ввела в поисковой строке «адвокат – Андрей Николаевич Скворцов», мне тут же выдали всю нужную информацию, а главное, номер телефона его адвокатской конторы. Личного номера мужчины у меня нет, с ним созванивалась Клавдия Павловна, а мне было не до того, чтобы лично обменяться номерами.

Сохранив номер в телефонной книге, прячу телефон в сумочку, звонить и разговаривать с адвокатом в такси и обсуждать возникшие у меня вопросы не решаюсь. До приёма у меня ещё будет время, вот там и позвоню.

До клиники мы добираемся быстрее, чем я думала, дорога свободна, пробок нет, светофоры не в счёт.

Расплатившись с водителем, выхожу из машины, оглядываюсь вокруг. До приёма ещё полчаса, рядом с клиникой находится небольшой парк со скамейками, есть свободные. Заняв самую дальнюю, достаю телефон, нахожу сохранённый номер конторы, жму на вызов.

Несколько длинных гудков, и мне отвечает женский голос, как понимаю, это секретарь адвоката. Прошу связать меня с Андреем Николаевичем, сообщив, кто ему звонит. На моё счастье, нас соединяют, вовремя я позвонила, мужчина оказался свободен.

– Диана Евгеньевна? – раздаётся голос адвоката.

– Здравствуйте, Андрей Николаевич, – облизываю вмиг пересохшие губы, мне не верится, что сейчас я буду обсуждать раздел имущества и выяснять все подробности, чтобы обезопасить себя, сделав неправильный шаг.

– Добрый день, у вас что-то случилось, Диана Евгеньевна? – деловым, но очень спокойным голосом спрашивает мужчина.

– Нет…, точнее…, мне нужна ваша консультация, – запинаюсь, разволновалась.

Нужно успокоиться, иначе не смогу всё правильно рассказать.

– Я вас слушаю, Диана Евгеньевна.

– Андрей Николаевич, скажите, пожалуйста, если я приобрету жилплощадь до развода, но уже с имеющимся иском на развод, оно будет считаться совместно нажитым? Будет ли Тарас иметь на него права? – прикусываю нижнюю губу в ожидании ответа.

– Диана Евгеньевна, а подскажите, на какие средства вы собираетесь приобретать жильё? – вопросом на вопрос отвечает мужчина.

– На те, что находятся на моём счете, это моя накопленная зарплата за несколько лет, я полностью жила на обеспечении Тараса. Он сам настоял на том, чтобы моя зарплата шла только на меня, но так получалось, что она просто копилась. Ещё есть вариант взять ипотеку, для первоначального взноса, как вы понимаете, деньги есть…

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.