Александр Гангал
Легче перышка

История о молодых симпатичных неунывающих ребятах-аферистах, летающих среди облаков в мире небесных городов и империй на маленьком корабле-платформе.

Поверхность земли принадлежит огромным, обладающим чуждым человеку интеллектом, кибернетическим «Автоматронам» и прочим железным смертоносным созданиям, порождению сумрачного научного потенциала утерянной цивилизации. Атомно-паровые машины, дети прошлых ужасных разрушительных войн, заполонили землю. Умное железо, пытаясь выжить, бродит по диким просторам опустевшей земли, не оставляя никому надежд на будущее. В небесах нет полной безопасности, там правят хищные летающие машины, собранные на подземных заводах без участия человеческих рук. Небо с ними делят имперские летающие города, линейные корабли и крейсера, разнообразные непримиримые гильдии и свободные фракции, жестокие банды пиратов и рабовладельцы, контрабандисты и торговцы артефактами. Беспринципные наемники будут рады уничтожить наших героев или заполучить их, как наживу. Чтобы выжить в этом непростом, безумном и жестоком мире, нужно иметь твердый характер, недюжую силу и сноровку, здоровое чувство юмора, оптимизм и, конечно, же удачу.

Высоко в стратосфере парят огромные загадочные черные объекты, прибывшие неизвестно откуда, безразлично наблюдающие за тем, что происходит внизу. Только вот вопрос: так уж и безразлично?

– Не к добру, точно не к добру. Зачем нужно было это затевать? Теперь что? Объясните мне, что теперь?

– Таня, ты к чему? Знаешь же, что так нужно. Сколько у нас топливных сборок осталось, а?

– Сколько? – переспросила девушка, затем честно ответила, – не знаю, видела одну точно.

– Том, сколько у нас сборок? – продолжал Макс. – Да прекращай ты дымить! – резко высказал.

Прежде, чем ответить Том посмотрел на свою сигарету в руке, не спешил отвечать. Затянулся, затем произнес:

– Полторы, точней – одна в запасной обойме. Вторая в работе, а энергии в ней максимум осталось дня на три.

Том снова затянулся, выпустил облако дыма и продолжил:

– Та, что в запасе, так себе. Мягко говоря, не идеальная. На неделю где-то. Сам знаешь, грязная сборка. «Тайкеши» ещё те мастеровые, у них сплошная перепаковка. Не знаю, как пройдёт адаптация, это ещё минус один день.

– Спасибо, Том! Вот тебе и ответ, Таня. Простое и понятное объяснение, почему мы здесь.

– Знаешь, Макс, если бы Боско не проигрался в карты, – произнесла резко Таня, крайне неудовлетворенная ответом, – то и сюда тащиться не нужно было бы. Не нужно было бы рисковать нашими задницами.

Симпатичная в своем гневе, стройная изящная девушка, с отличной точёной фигуркой, с выдающимся бюстом, в обтягивающей короткой кожаной куртке, в тугих кожаных брюках и высоких чёрных шнурованных ботинках на рифлёной платформе, Таня оперлась задом о фальшборт, всем своим видом показывая независимость своей позиции. В её сине-голубых глазах плясали огоньки гнева.

– Тань, ты же знаешь, он играл не от хорошей жизни, а делал это ради нас, – произнёс Макс, высокий худощавый светловолосый парень, одетый в ветровую куртку поверх серого свитера в чёрные брюки и ботинки.

– Можно было и не играть, болтались бы рядом с «Кристальным», собирали разный мусор. По крайней мере, без риска, – парировала Таня.

– Не, не прокатило бы. Мы это уже оговаривали, разве нет? – вмешался в разговор, категоричный Том, полный невысокого роста парень, с тёмной коротко стриженной головой, в синем засаленном машинным маслом комбинезоне, с круглыми очками на макушке.

– Во-первых, – начал он, бросив окурок за борт, – у нас не хватит мощности ловить что-то стоящее. Для этого нужно забраться высоко, сами знаете как, затем свободное падение… А во-вторых, где взять мощность, чтобы гасить вертикальную скорость? Выйти из штопора, да ещё с существенным добавочным весом? На это нужен модуль стабилизации и позиционирования. Нет, это точно не для нас. Да и как мусорщики посмотрят на конкуренцию? На минуточку, у нас что есть деньги на уловитель?

Том замолчал, его железные аргументы отрезвили Татьяну и охладили ее пыл. Она опустила глаза, потупившись.

– Я волнуюсь, где Боско? Сколько уже прошло? – спросила озабоченно, признавая, что зря вспылила.

По её лицу пробежала тень волнения.

– Пока нормально, терпит.

Том достал из нагрудного кармана массивные часы, нажал на кнопку. Открылась узорчатая крышка, обнажая циферблат с резными черными стрелками. тонко пискнул спускной клапан, выпустил струйку пара.

– Ждем еще минут десять, затем снижаемся, – произнес Том, захлопнул часы, положил обратно в карман.

– Там «Автоматрон», – Макс указал рукой вниз.

Внизу ни черта не было видно, все скрывал туман кучевого облака. Капельки росы уже начинали конденсироваться на канатах леерного ограждения и металлических частях платформы, от влаги потемнели доски, покрывающие палубу.

– Застрял в ущелье, часть породы сошла оползнем, придавила его. Скорее всего обрушила антенны коммуникации, уже давно бы вызвал своих. Думаю, что он еще живой, его системы ПВО активны. Я примерно два часа назад засек сигнал его радара, Боско знает, – объяснил Макс и замолчал.

– Да, дела… Уйдем ниже, можем нарваться на зенитную ракету, – предположила Таня.

– Не, ракету не сдюжим, опрокинемся. У меня всего лишь четыре винта, – невесело предупредил Том.

– Да знаем мы про этот «Автоматрон», про него уже байки неделю ходят. Как только Боско повелся на это, ума не приложу, – вновь разразилась Таня.

– Ну ты сама согласилась. Забыла?

– Нет, не забыла. Не думала, что так все будет, Макс.

– А как? – договорить не успел, из рубки тревожно, завопил сигнал присутствия чужого объекта.

– По местам! – крикнула Таня.

Рывком, в пару прыжков залетела в кресло пилота, слилась с ним в единое целое. Ее руки уверенно обхватили штурвал. Позади в боевой рубке хозяйничал Макс, внимательно изучал экраны, активировал вооружение, делал расчеты баллистики.

– Том, ты как? – спросил он по связи.

– Нормально! Все штатно, я закреплен, – ответил механик, проверил эластичные ремни, позволяющие ему сохранять ориентацию при перегрузках и критических виражах, – Таня, не перегружай «Жужаку», сама знаешь, у нас крайне ограниченный ресурс.

– Том, не обещаю, как пойдет. Нам Боско еще нужно вытащить, забыл?

– Ребята, у меня боеприпасов на пять минут боя, ПТО (Против-торпедная оборона) на два залпа, – отозвался Макс.

– Так, заткнулись! – приказала Таня заглушила сигналку, – судя по контуру его радара, это «Стервятник». Наше оборудование в пассивном режиме, сигнатуру противника точно не понять. Мы в облаке, пока он нас не обнаружил, так что спокойно.

– «Стервятник»? Нам хана! – выдохнул Макс.

– Эй, не ной, все норм! Том, глуши два винта! Если пройдет рядом, может вычислить по акустике!

– Таня, просядем на восемьсот метров. Есть вариант, что выйдем за нижнюю кромку облака. Тогда окажемся, как на ладони, – ответил механик.

– А ты сделай так, чтобы не вышли. Это твоя работа! Вырубай тебе говорю!

– Выполняю! – отозвался Том и перекрыл питание на два винта.

Платформа дернулась, слегка завибрировала, накренилась вправо, ощущалось бодрое падение. Но шум от работающих винтов стал заметно тише: облако глушило звук, свистел рассекаемый воздух большой массой воздушного корабля.

– Выравниваю, – сосредоточенно сообщила Татьяна, ее руки побелели на штурвале, судно выровнялось, но снижение не прекратилось. – Том, что там у тебя? Почему теряем высоту?

Недовольно воскликнула, потому что была поглощена приборами.

– Винты изношены, добавляю мощность, могут треснуть подшипники, – отвечал тот.

– Плевать! Мне нужна стабилизация! Макс, выпускай ласточку!

– Тань! Спалимся! У нее активный радар!

– Делай, что говорю! Там Боско, его нужно отследить до того, как его обнаружат.

– Принято! – подтвердил Макс.

Платформа завибрировала, со стапеля с шипением сошел дрон, взмыл вверх набирая высоту.

– Изображение с «Ласточки», ее телеметрию с радаром мне на экран! Живо! – командовала Таня.

– Выполнено! – подтвердил Макс.

– Максик, веди ее по кромке облака! Мне нужно знать, где Боско. Отследи, где «Бандит».

– «Стервятника» пока не вижу, – отозвался оружейник.

– Вот смотри, это Боско! – воскликнул Макс.

– Да, вижу! Где «Стерв»? Далеко от него?

– Пока нет данных, – сосредоточено ответил напарник, управляя беспилотником.

Таня выровняла платформу, спуск прекратился.

Снизу из ущелья вылетела одинокая фигура, два изящных белых крыла, быстро возносили ее в небеса. Мощными размашистыми движениями, фигура взмывала все выше и выше.

– Тань, он нас потерял! – тревожно воскликнул Макс.

– Вижу. У него угол восхождения слишком высокий, разойдемся градусов на двадцать. По высоте, не вписываемся. Точка рандеву неверная, – подтвердила она.

– Эй, что у вас происходит? – объявился Том.

– Боско взлетел, идет на условленную точку рандеву, а нас там уже нет, – объяснил Макс.

– Ребят, все серьезно, у него энергии на пятнадцать минут полета, – предупредил Том.

– Ага и охотник на хвосте, и мы хищника не видим, – воскликнула Таня. – Сука, когда было по-другому?

– Засек на четыре часа! – воскликнул Макс. – Это скаут, разведчик. На экран вывел изображение черного остроносого летательного аппарата с дельтовидными крыльями. Аппарат маневрировал, уверенно шел в сторону одинокой крылатой фигуры.

– «Бандит» обнаружил Боско, идет на сближение, будет атаковать, – предупредила Татьяна.

– Том, задействуй все винты, энергию на максимум! – приказала.

– Тань, не успеем! Слишком далеко, торпедой тоже не достать! Ласточка бесполезна, – отозвался Макс.

– Что предлагаешь? – зло спросила Таня, не сдавалась.

Взревели винты, платформу подбросило вверх.

Крылатая фигура изменила направление, нырнула вниз к земле. Яркой красной искрой на фоне синего неба отделилась сигнальная ракета, условный сигнал: «Оставайтесь в укрытии!».

– Внимание, красная ракета! – воскликнул Макс, – мы должны оставаться в тени. Если скаут нас засечет и передаст стервятнику, нам не оторваться. Боско это понимает.

– Я не могу наблюдать, как Боско погибает, – крикнула Татьяна.

Платформа резко накренилась, круто развернулась, заложив вираж, пошла на перехват, используя эффект неожиданности, скрылась в облаке.

– Боско на линии огня, чего он тянет, почему не маневрирует? – произнес Макс, сосредоточено пытаясь осуществить захват вражеского разведчика ракетой.

Фигура с белоснежными крыльями будто бы застыла, снизилась, парила почти у земли, играя со скаутом в смертельные поддавки. Хищник, пользуясь преимуществом по высоте и скорости, навел пушки. Выстрелил длинной зеленой трассирующей очередью, словно изящной рапирой пытался сразить своего оппонента. Боско среагировал в последнюю секунду, ему удалось уйти с линии огня, все же один из снарядов задел крыло, создав объемное облако из белоснежных перьев. Парень в мгновение потерял ориентацию, кувырком понесся вниз. Скаут готовил второй залп, снижался в максимальных перегрузках, сильно рискуя ради победы.

Боско справился с падением, обрел управляемость, прекратил бесконтрольный спуск, торопясь вновь набирал высоту. Но казалось, он обречен. «Жужака» и «Ласточка» спешили на помощь. К сожалению, они были слишком далеко.

Скаут упивался легкой победой. Холодный расчетливый кибернетический разум был ослеплен жертвенной кровью, горел азартом охоты. Внезапно для него, и совершенно некстати, совсем из ниоткуда, из ущелья, щедрым букетом взмыли зенитные ракеты, прочерчивая сизым дымным следом небо.

Серия ярких вспышек, расцветших впоследствии белыми роскошными бутонами взрывов, предрекли судьбу скаута. Ракеты не оставили ему ни единого шанса. Горящий и посечённый осколками «бандит» черным дымным факелом безвольно понесся к земле. Смачным взрывом завершил свое грозное существование, врезавшись в обнаженные скалы.

– Ура! – воскликнули ребята на «Жужаке», радуясь блестящей победе.

– Как хитро! – воскликнул Макс. – Подвести черного под ПВО «Автоматрона»! «Стервятник» лишился скаута! Это больно. И не заподозрит ничего. Разведчик передал после попадания ракет телеметрию босу. Тот знает, как погиб его дрон, и больше сюда не сунется! Ай да Боско! Ай да молодец! – радовался Макс.

– В этом весь наш командир! Сплошной авантюризм! – заметила Таня, улыбаясь.

Том традиционно промолчал, но тоже был очень рад.

– Макс, держи Ласточку рядом, наблюдай за пространством! Идем заберем Боско.

Выровняла «Жужаку», оседлала воздух, скользила навстречу своему командиру.

– Вот блин, ну капец! – раздосадовано сокрушался Боско и развернул поврежденное крыло, в середине которого зияла внушительная дыра.

– Ну блин, как так можно было тупикнуть? Мог ведь немного довернуть, была же скорость и высота для маневра! Болван, такие крылья угробил, – горестно заключил.

– Том, как думаешь можно починить? – спросил с надеждой у рядом стоящего товарища.

– Не, нельзя. Только замена, ты же знаешь. И только парой, а это по цене считай новые, – ответил Том, взяв в руки крыло.

Оценил критичным взглядом, покачал головой.

– Ты бы о себе подумал, – заявила Таня и добавила, – рану нужно перевязать.

– Да там царапина, осколком задело, куртку жалко.

Боско переключился на порез плеча выше локтя, поднял руку, оценивая рану, и пока в нем хозяйничал адреналин, боли не чувствовал.

– Зашьем и тебя, и куртку, – приободрила его Татьяна, а затем добавила, – идем в лазарет? Давно пора алхимика нам найти.

– Как вы? – спросил Боско, не обращая внимания на предложение.

Он улыбался, с задорным прищуром смотрел на своих друзей. Свежий ветер трепал его непослушную челку.

Боско был худощавым, немного выше среднего роста кареглазым парнем, в какой-то мере даже немного симпатичным, в стильной кожаной куртке поверх свитера, черных брюках и грубых высоких ботинках.

– Тебя спасали, – ответил Макс.

– Я знал, что вы броситесь спасать. Не успели бы. Ракету выстрелил, все попусту. Все равно ринулись, безмозглые!

– Знаешь, что? Безмозглые! Сам ты безмозглый! Чего вообще мы тут делаем? – вспылила Таня и надула губки.

– Слил бы вас скаут? Что бы вы делали? «Стервятник» с первого захода размотает «Жужаку». Вот и ответ, – Боско замолчал, взяв себя в руки.

– Видели, как я его чисто? Теперь валяется там, – указал рукой вниз,– легкой добычи захотел.

Боско замолчал, никто не оценил его бахвальства.

– В ущелье, видел еще двух стервятников, покоятся у подножья. ПВО у «Автоматрона» дай боже! Они, разбитые и сгоревшие, поживиться там можно будь здоров, но не подобраться, защита у железяки отменная, – Боско перевел дыхание, – кстати, «Автоматрон» – шахтер. Поэтому ошивается в горах и учуял выход железорудных пород. Поперся в ущелье, не проканало.

Боско ехидно засмеялся. Макс с Томом улыбались, Таня осталась серьезной, была надутой.

– Тань, да что ты дуешься? Прости, родная! Ну, не хотел вас в это впутывать. Сама же знаешь, так получилось.

– Так получилось, – перекривляла его Таня, сложив руки на груди.

– Ну ты же знаешь, у нас ни гроша за душой. Закончится энергия, что будем делать? «Жужака» на энтузиазме не летает. Сдать его в разборку, а самим голодать? Уйти в наемники на торговый флот? Работать на трейдерах по четырнадцать часов за еду? Или того хуже, погрузится в беспросветное гетто на Буайнесе?

При упоминании города Макса передернуло. Именно оттуда Боско вытащил его с грязных верфей, где он был почти рабом: монтировал пиратам и прочим «читто» вооружение. Однажды Боско сжалился над ним, оплатил за него долг.

– Благодаря нашему рейду у нас теперь это! – Боско радостно указал рукой на объемную сумку цвета хаки, лежащую рядом с бортом.

– Что там? – спросила с интересом, смягчившись, Таня.

Вместо ответа Боско молча взял в руки сумку, открыл клапан, достал из ее недр приличных размеров титановый цилиндр со сверкающим на солнце хрустальным кристаллом на конце. На боку цилиндра торчал пучок обрезанных проводов, в центре которого вызывающе желтела толстенная золотая жила кабеля. С другого боку была приторочена квадратная коробка потоньше и тоже с обрезанными проводами.

– Что это? – спросил Макс, с интересом изучая диковину.

– Это должно быть модуль ориентации и визуального наблюдения, – предположил Том.

– Вероятней всего, внутри расположен гироскоп, – добавил он.

– Точно он, – подтвердил Боско,– только его удалось содрать. Он на беспилотнике «Автоматрона» стоял. Пока ковырял, пару «мулов» прибыло. Как пауки, только пулемет сверху. Хотел одного с собой забрать, но гад не дался. Они стрелять начали, пришлось срочно валить.

– Бесполезная штука, – разочарованно произнес Том, безразлично махнул рукой в сторону добычи.

– Думаю, что Хан с тобой не согласится, – возразил Макс.

– Ха, еще бы! – воскликнула Таня, – из-за этого урода мы рискуем своими задницами, любит он чужими руками жар загребать.

– О чем вы? Кто сказал, что это для Хана? – произнес Боско, хитро подмигнул команде и спрятал артефакт в сумку.

– Да, ладно, – не сдержался Том.

– Ты собираешься кинуть Хана? Отличная идея! Нам конец! – Таня трагично махнула рукой. – Он со своей шайкой нас в фарш перемелет. Соображаешь, что говоришь?

– Совершенно четко и ясно соображаю. Еще как соображаю, – ответил Боско, в его глазах заплясали адские огоньки. – Кто такой Хан? Так, просто вожак мелкой заштатной банды. «В золотом восходе» таких пруд пруди. Что он нам даст за это?

Он поднял сумку, потряс перед спутниками.

– Правильно, жалкие гроши! Я спрошу, что дальше? Разве мы рисковали ради того, чтобы Хан нажился на нас. Нет, не для этого! Рисковали ради себя!

– Эй, ты! Говори, да не заговаривайся, брат, – прервал бессвязный монолог Макс.

– Нам Хан головы оторвет. Забыл, что это он работу подкинул, чтобы ты расплатился с ним по своим карточным долгам. А ты его кинуть хочешь?

– Он такого не простит, – Макс замолчал.

– Что ты удумал? – прямо спросила Таня.

Ей не нравилась вся эта история, но, тем не менее, она готова была выслушать.

– Летим на Каллисто, я там знаю одного парня, он поможет продать добычу, – произнес Боско, надеясь на поддержку.

– Ого, Каллисто? Далеко отсюда! Туда лету неделю! Неизвестно, долетим ли, – оценил Том.

– Каллисто? Ты шутишь? – взорвалась Татьяна.

– Я же говорил, сумасшедшая история. Во что мы только собираемся ввязаться, – тревожно воскликнул Макс.

– Так что? Отдадим Хану куш, а дальше будем влачить жалкое существование и плясать под его дудку? Или возьмем судьбу в свои руки? – Боско замолчал, ждал ответа от своей команды, уверенно и бесстрашно смотря вперед.

– Твою ж мать! Я за! – Таня подняла руку.

– Да ладно! В задницу Хана, все равно он мне не нравился, боюсь я его! К херам бояться! Тоже за! – Макс поднял руку.

Все смотрели на Тома. Тот отвернулся и до боли в глазах глядел вдаль на синее-синее небо с белыми кучевыми облаками. Ветер трепал челку Боско. Мерно монотонным басом гудели винты, натружено держали «Жужаку» в воздухе.

– Том, ты что против? – спросил Боско.

– А? – очнулся механик.

– Спрашиваю, ты за или…?

– Просто далеко лететь, а обратного пути не будет, если не выгорит, – Том прямо смотрел на Боско.

– Придётся выше забраться, да и погодный радар реанимировать, на прогноз нет поинтов. Думаю, долетим, – добавил механик.

– Отлично! Тань, давай за штурвал! Просчитай курс на Каллисто! Макс, настрой автоматику вооружения! Но только на пассивном обследовании! Нам инциденты не нужны. Том, ну ты понял? – Боско командовал, морщился от боли, его рука повисла плетью.

– Говорила, что перевязать нужно. Что за упрямый чугун. Идем в лазарет, – возмутилась Татьяна, – пора алхимика найти.

– Где же взять толкового? Одни шарлатаны вокруг, – ответил Боско, придерживая больную руку.

Он поплелся за Таней. С кисти из-под рукава стекала тонкой струйкой молодая беспокойная наивная кровь. Не долетая до палубы, алые капли подхватили воздушные потоки, и унесли в небесную даль, принося ее в жертву абсолютно безграничной свободе.

Том

«Ну вот, говорил же, что попадем! Точно попали», – Том ворчал себе под нос.

Он расположился в своей каморке на кровати. В каюте было не прибрано. Интерьер скромного жилища механика состоял из стола, заваленного всяческим техническим хламом, который делил столешницу с расчетным компьютером, занимавшим почти половину пространства. Комп время от времени шипел струйками пара, вырывающимися из клапанов избыточного давления. Компьютер, собранный им лично, был его особой гордостью. Рядом со столом расположилась неширокая кровать-рундук. За кроватью – стенка с иллюминатором, у ног – небольшой шкафчик, обклеенный грудастыми дивами из рекламных плакатов райского отдыха где-то в неведомых супердорогих курортах Кристального и жарких землях Аврикии. В каюте было сумрачно, свет падал только из иллюминатора да монитора компьютера. Отчетливо слышался приглушенный монотонный гул двигателя и работающих агрегатов летающего корабля «Жужаки». Жилище Тома, как и положено механику, было расположено в машинном отделении за шумоподавляющим экраном.

Том не мог сконцентрироваться, его то и дело мотало из стороны в сторону вместе с каютой. Чтобы не свалится, он держался за поручни кровати. Хлам на столе угрожающе ерзал взад-вперед.

– Блин! – чертыхнулся Том

Рывком встал с постели, балансируя, чтобы не упасть. Убрал лишнее со стола, сложил просто на пол, проверил крепление компьютера. Каюта ушла из-под ног, доли секунды ощущалось свободное падение.

– Чтоб тебя! К херам! – в сердцах произнес.

Потом достал из шухляды стола пачку сигарет, взял одну, засунул себе в рот. Не то чтобы он боялся, в «Жужаке» был уверен, но все же дискомфорт и раздражение испытывал. Не любил попадать в шторм, а этот как раз был особо жестким и затяжным. Циклон, в который они угодили, не предвещал ничего хорошего. Своим огромным и неспокойным облачным месивом, простирался, как минимум, на тысячу километров вперед.

 Том вышел из каюты и направился к двигателю, огромному монолиту с паровыми цилиндрами-котлами, с понижающими и повышающими редукторами и турбинами. С валами отбора мощности, идущими к винтам, удерживающим судно в воздухе. Еще ниже, под сланью, располагалось огненное сердце: реактор, питающийся сборками урановых таблеток, и распределительный гидроцилиндр, направляющий пар в турбину генератора. Все это крутилось, урчало, стучало, скрипело и стонало, вибрировало и дрожало, звучало вокруг, сливаясь в грандиозную симфонию индустриального оркестра.

 В этом помещении Том был богом: знал каждую деталь, болтики и гаечки, досконально понимал, что и зачем, как все устроено, буквально чувствовал состояние и эффективность вверенного ему оборудования.

 Том попал в рабство, будучи ребенком лет восьми. Однажды торговый караван, на одном из судов которого служил механиком его отец, подвергся нападению целой эскадрильи корсаров. В результате скоротечного боя бандиты разбили в пух и прах перехватчиков штатной охраны. А часть наемников, охранявших караван, и вовсе бежали, оставив вверенных им подопечных на произвол судьбы. Пираты захватили торговые суда, а экипажи взяли плен. К сожалению, в тот злополучный рейс, отец взял с собой маленького Тома.  Пираты особо не церемонились, строптивых в числе которых был и его отец, бандиты просто выбросили за борт, а смирившихся продали в рабство контрабандистам.

Контрабандисты Тома определили в подмастерья в машинном отделении старой, дряхлой посудины «Подсолнух», где всем заведовал и правил главный механик Гекс. Поначалу было сложно. Не по возрасту тяжелая работа по четырнадцать часов в день, систематическое недоедание и недосыпание, частые побои экипажа за мелкие просчеты. Это все почти доконало малыша. Однажды он сильно заболел и не выполз на работу из своего маленького логова под сепаратором, скромной норы в машинном отделении, отведенной ему жестокими хозяевами для отдыха. Том настолько ослабел, что просто не мог пошевелиться. Он горел от жара, его бил озноб, пребывал в полузабытьи. Там почти без сознания его нашел моторист. Но вместо помощи, он разгневался, начал избивать малыша в злобе за то, что теперь ему придётся выполнять возложенные на Тома обязанности. К счастью, это заметил механик Гекс. Старик сжалился над мальчиком, пинками прогнал моториста. Забрал мальца к себе в каюту и выходил. Договорился с капитаном, взяв раба в аренду, и за свои деньги поставил мальчика на ноги.

С тех пор жизнь у Тома постепенно наладилась. Гекс прикипел к мальчику, полюбил, стал относиться, как к своему сыну, а со временем и Том в ответ полюбил старика. Механик не давал Тома никому в обиду, рьяно защищал приемного сына, вложил всю свою одинокую черствую мужскую душу контрабандиста, которая внезапно оттаяла и наполнилась любовью к приемышу-мальчишке. Научил его тому, что знал сам, а знал Гекс весьма не мало, потому как был потомственным превосходным механиком.

Перед тем, как уйти в мир иной, Гекс потратил все свои сбережения на выкуп Тома из рабства, сделав молодого шестнадцатилетнего юношу свободным. После смерти Гекса Том занял его место на «Подсолнухе», прежде всего отомстив тем, кто его обижал в детстве. Затем пару лет службы и темных делишек новоявленного контрабандиста на «Подсолнухе», Том отточил свое мастерство, став, как и все в экипаже, преступником. И путь назад к родным ему был закрыт.

Оборвалось все банально. Однажды «Подсолнух» неудачно нарвался на «Романский», имперский патрульный крейсер, был взят на абордаж и, как результат, Том получил четыре года тюрьмы. Отработал на каторге в нижнем Кастеле, заштатной дыре империи, низко парящем городе-форпосте, обеспечивающим сияющие города Кристального ресурсами. По окончанию срока Тома просто выбросили без документов на улицу бомжевать, где однажды его повстречал Боско, который сам еле сводил концы с концами. Боско сдружился с Томом и, несмотря на честно рассказанную историю бывшего контрабандиста о подвигах на «Подсонухе», решил помочь. Тогда Боско работал не покладая рук пилотом буксира на местной верфи, и порой не доедал, чтобы на заработанные деньги сделать Тому документы и скрыть тот факт, что тот имел темное прошлое. Боско буквально вытащил Тома из канавы, вселив другу надежду и своим бескорыстием вернул новому приятелю веру в людей.

Том обошел агрегаты, проверил приборы. Показатели стрелок были в норме, все работало штатно и слаженно, облегчённо вздохнул. Хотя тревога не улетучилась, «Жужаку» то и дело мотало из стороны в сторону, расход энергии «сборки» был превышен, а изношенные винты получали дополнительную нагрузку. Это тревожило. Озадаченно хмыкнул, держась за поручни, чтобы при бросках не свалиться, поднялся по лестнице вверх к плотно закрытой двери, ведущей на палубу. Повозившись с затворами, отпер ее. В лицо ударил тугими струями прохладный дождь. Было жутко холодно. Свист ветра и рев винтов буквально оглушали. За бортом вдалеке, в суровых серых тучах, время от времени сверкали яркие ветвистые молнии. Том поднял воротник, запер дверь, осторожно держась за ограждение, чтобы не выпасть с корабля, направился в рубку.

– Ты чего? – не оборачиваясь, спросила Таня.

Она напряженно всматривалась в экраны приборов. Впереди сквозь лобовое стекло ничего не было видно, лихорадочно работали дворники, смахивая потоки дождя со стекол.

Том нерешительно потоптался у входа в рубку, закрыл за собой массивную дверь, впустил порцию свежего ледяного воздуха. В рубке было темно, уютно и сухо. На сером ковролине от Тома оставались темные мокрые следы.

– Говорю, чего приперся? – повторила она сквозь приглушённый гул корабля.

– Тань, можешь поднять «Жужаку» выше? У нас расход повышенный, да и мотает будь здоров. Боюсь, как бы чего не вышло, – произнес он.

– В том-то и дело, – ответила Татьяна.

– Что? – смутился Том.

– Говорю, в том-то и дело, что боишься, – уточнила, обернулась и глянула на Тома.

Она была потрясающе обворожительна в ореоле отблесков экранов и подсветки приборов. Ей очень шла ее белая пушистая кофта. На голове наушники, на которых сверху красовались игривые кошачьи ушки, сделанные ею самой из кашемира. Большие синие глаза уставились прямо на него.

– Да нет, просто, – промямлил он.

Таня очень ему нравилась, но Том понимал, что надежды на ее внимание к нему нет. Поэтому и виду ей не показывал.

– Том, да что просто? – оборвала его на полуслове и продолжила. – Ты чего, первый день что ли? Поднимемся выше, обледенеем и благополучно грохнемся. Знаю, что мотает, что расход высокий, думаешь, я не вижу?

Она указала рукой на прибор на пьедестале справа.

– Нет выбора, это самое оптимальное, что можно сейчас придумать. Идем против ветра. Короче, не отвлекай, а то потеряемся вообще.

Таня отвернулась, занялась своим делом.

– Что там, Макс? Ты заходил к нему? – спросила, сменив тон на мягкий.

– Не, к тебе зашел, – ответил Том, не зная, что ему дальше делать.

Но главное, его тревога улетучилась, Таня вселила уверенность и спокойствие.

– Молодец, что зашел! Садись, – указала рукой на соседское кресло.

Том обрадовался предложению, в ее компании готов был оставаться вечность.

– Макс, отзовись! – бросила Таня в микрофон рации.

На том конце ответили:

– Слушаю внимательно! Что, белая госпожа, желает?

– Ты мне координаты когда скинешь? – подождала.

– Нет, не готовы пока, не просчитал еще, – ответил Макс.

– Что значит не просчитал? Какого хрена? У меня, Том, между прочим, говорит – расход по топливу высокий, а ты тормозишь.

– Эй, что там эта масленка делает?

Таня обернулась к Тому и улыбнулась:

– Макс спрашивает, какого черта ты тут ошиваешься?

– Скажи, что не его собачье дело, – ответил Том.

– Говорит, не твое дело, – смягчилась Татьяна, – Макс, закончишь с координатами, определишься с точкой и давай к нам. Боско с ужином скоро придет, вместо столовки тут поедим, мне отлучаться нельзя.

Таня все время держала в руках штурвал, уверенно пилотируя небесный корабль.

– Наверно, очередную несъедобную дрянь притащит. Стряпать – это не его, – добавила она, улыбаясь.

– Блин, трясет-то как, – объявил Боско, нес огромный поднос с едой.

Он поставил его на столик для навигационных карт.

– Налетай, – пригласил рукой к столу.

На столике обосновались куриный пирог, чайник и кружки. Осторожно, чтобы не пролить, наполнил каждую. Боско очень старался, в тряске это было совсем не просто.

– Том, передай мне, – недоверчиво глядя на кусок пирога, попросила Таня.

Макс взял себе тарелочку с пирогом и чай.

– Спасибо, Босс! – поблагодарил он.

– Как рука, не болит? – бросила Таня в пол-оборота, когда ждала Тома с тарелкой и вилкой.

– Не, не болит. Самую малость может. Молодец, зашила хорошо, – отозвался Боско.

Таня промолчала.

– Том, «Жужака» не развалится? – спросил у механика.

Том передал тарелку Тане.

– У тебя нужно спросить, – ответил механик, уплетая свой кусок с удовольствием.

– Влипли не на шутку, – вмешался Макс.

– Да ладно, и похуже было. Грозу в прошлом году помните? В Радостное не успели. Вообще без «гидрика» летали. Ничего, не умерли, – не согласился Боско.

– Ха! Так нас тогда мотало только несколько часов! А сейчас на пару дней залипли, если не дольше с такой-то скоростью! – воскликнула Таня, внезапно изменив тему. – Пирог супер! Как тебе удалось в такую-то погоду?

Ей тоже понравилось.

– Знай наших! – отозвался Боско.

– Ага, пирог божественен! Хорошо, что тебя скаут не прибил, – подтвердил Макс.

– Типун тебе на язык! Мелешь, что не попадя! – воскликнул Том, добродушно заверив, – не боись, с «Жужакой» все норм, я на контроле.

– Ладно я спать, – объявил Боско, продолжил, – Тань, сменю тебя через четыре часа.

Повернулся к Максу с Томом.

– Парни! По возможности, вы начеку! Особенно ты, Том! В эти дни ты главный!

Механик авторитетно кивнул.

– Макс, понимаю, что в такую погоду тут никакая собака, кроме нас, не шляется. Но все равно смотри одним глазом, мало ли чего. Чтобы Таня на тебя не жаловалась, ты у нас штурман или кто?

– Да, все будет нормально, Босс! Отдыхай! – Макс махнул рукой и улыбнулся.

Каллисто

 «Ну, а чего? Прорвались же… Скажите, разве это было не прекрасно? Никто за нами не гнался, не угрожал, не сканировал. Никаких тебе гадин, летающих или ползучих с обоймами ракет и жутким ПВО. Лети себе, наслаждайся», – радовался Боско, опершись на перила фальшборта.

В зените на фоне синего неба ярко сверкало полуденное солнце. Компания собралась на верхней палубе, наслаждалась прекрасным пейзажем, бесконечным океаном непролазных ярко-зелёных джунглей внизу, дальних далей горизонта и белоснежными облаками. Команда пребывала в приподнятом настроении. Мерно и надежно гудели винты.

– Сборки пустые, – произнес Том.

Отвернувшись, он смотрел вдаль и дымил сигаретой.

– Да, знаю, знаю!

 Боско почесал затылок.

– Откуда Чена знаешь? – спросила Таня, щурясь на солнце.

Ее черное «каре» развевалось по ветру.

– На верфях бригадир слил. Рекомендовал, – ответил Боско, – его брат общается с ним.

Он неправдоподобно врал.

– Каллисто еще та помойка, – авторитетно заявил Макс, не обращая внимания на неправду, так как знал своего друга.

– Да, бывал я там, – выдал Том, выбросив сигарету за борт и, повернувшись, бросил беглый взгляд на Татьяну, потом вздохнул и добавил, – полулегальная помойка, сборище пройдох и неудачников всех мастей.

– А мы кто по-твоему?  -спросила Таня, внимательно на него смотрела.

– Ну точно не последние! – заявила, не дожидаясь ответа. – А чего ты врешь?

Татьяна перевела взгляд на Боско.

– В смысле, вру? – с напускной уверенностью спросил Боско, затем передумал притворяться, понял, что раскусили. – Простите! Думал, вы не одобрите. Из этого ярма нужно выбираться.

Извиняющимся тоном он начал объяснять, что агент Чена нашел его сам и предложил поработать. Теперь прозвучала правда.

– Фигасе! Ты получил заказ у одного, а сливаешь его другому? Знаешь, как это называется? – воскликнула Татьяна.

– Ребята! Чен отвалит отличный куш, мы купим модули и поднимемся выше! Хан нас не достанет, – оправдывался Боско.

– Рискованно играем, – произнес Макс. – Дай боже, чтобы получилось! В правду от Хана было уже не продохнуть, нашел себе рабов!

– Где гарантия, что Чен тоже не попробует нас закабалить после такого? – вставил свое слово Том.

– Посмотрим, все от нас зависит, – ответил Боско.

Он подмигнул Татьяне, та отвернулась, тревожно вздохнула.

«Внимание, платформа «МПВБ-4»! Вы в зоне ответственности вооруженных пограничных сил Каллисто! Пожалуйста, сбросьте скорость! Приготовьтесь принять досмотровую группу! Следуйте курсу триста двадцать градусов, эшелон четыре тысячи! Используйте частоту сто двенадцать подход!» – прозвучало в радио.

«Сторожевой корвет «Огненный»! Наблюдаю вас визуально. Выполняю команду, перехожу на заданную частоту, снижаюсь», – ответила Татьяна, сосредоточенно щелкая тумблерами. Она пилотировала «Жужаку», рядом стоял Боско, наблюдая за приближающимся военным корветом.

– Спокойно, – предупредил он, положа руку на плечо Тане.

– Макс, твою мать, глуши скан! – приказал. – Сейчас получим предупредительный залп!

– Ты что, шутки шутишь? Это военные! У них крыша совершенно отдельно от них.

– Прости, Босс! Глушу, не досмотрел, – оправдался оружейник.

– Что там у вас? – из машины поинтересовался Том, – слышал переговоры по рации.

– Томчик, все, как всегда! – ответила ему Таня.

– Принято, – подтвердил механик.

Грозный воздушный корабль, покачиваясь в турбулентных потоках, медленно осторожно подбирался к «Жужаке». Выдвинул телескопический трап для досмотровой группы. Черная массивная воздушная платформа, примерно в пятьдесят метров в длину, с высоко выступающей надстройкой и боевой рубкой, по три внушительных винта с каждого борта, всем своим авторитетом наседала на маленький безобидный летучий кораблик. На корме у военного пограничника красовалась белая сфера радара дальнего обнаружения. Стволы артиллерии на его палубе грозно смотрели на подозреваемого «Жужаку».

– Интересно, он сможет завалить «Стервятника»? – философски произнес Макс, глядя на военного.

– Это вряд ли. Думаю, «Стерв» размотает это корыто в пять секунд, – ответил ему Боско и указал рукой на вооружение сторожевика. – Что тут крутого? Одни понты! С этим только комерсов щемить, ну или мелочь вроде нас. И то, если догонит!

– Так тихо, стыкуются, – цыкнула Таня.

– С какой целью намереваетесь в Каллисто? – серьезно спросил офицер в черном комбинезоне с золотыми пуговицами, портупеей, ремнем с большой желтой пряжкой, кобурой и саблей, закрепленной на нем.

Его высокие сапоги пускали блики на солнце, так были начищены. Офицер поправил на голове черную фуражку с большой кокардой.

– Пожалуйста, ваши документы! – потребовал он, протянул руку, ожидая реакции от команды «Жужаки».

Досмотровая группа состояла из четырех человек. Помимо офицера на палубе «Жужаки» присутствовали три автоматчика в серой форме и защитных шлемах. Автоматчики выглядели грозно и очень сурово.

– Простите, а с какой целью вы нас задержали? – спросил Боско в свою очередь, улыбаясь, протянул чип карту офицеру.

 Таня незаметно толкнула его в бок.

– Да так, ничего особенного, просто у нас план-перехват на контрабандистов. Поступило пару ориентировок. Просто вы подходите. Но это не означает, что мы вас подозреваем, проверим документы и все.

Пограничник пожал плечами, взял чип карту, вставил в устройство плоскую небольшую коробочку с небольшим экраном. Офицер считал данные, поднял глаза.

– Все в порядке, капитан Боско, – произнес он, почтительно кивнул, вытащил чип карту, вернул ее владельцу. – Но все равно, нам придётся досмотреть ваше судно. Вы не возражаете?

Спросил скорее для проформы, его намерения читались по лицу.

– Валяйте, – согласился Боско. – Все равно у нас нет выбора, – произнес он и тревожно глянул на Татьяну. Припрятанный незаконный трофей вполне мог вызвать проблемы. Офицер заметил взгляд, но виду не показал, улыбнулся и подмигнул Татьяне.

– У вас очень симпатичный пилот, – сказал вслух.

Таня в ответ приветливо улыбнулась.

– Да, что есть то есть, – подтвердил до этого стоявший молча Макс.

Офицер перевел на него взгляд и сделался серьезным.

– Ну, пожалуй, начнем, – сообщил он.

– А давайте с рубки, – предложила Таня, махнула рукой, призывая его за собой.

– Офицер поддался ее очарованию, дал распоряжение автоматчикам проверить остальные помещения.

Важно проследовал впереди Тани. Боско было попробовал направиться за ними, но был остановлен Татьяной. Пожал плечами, остался снаружи с недовольной физиономией.

– Это что? – офицер снял фуражку, протер внутренний кант, держа ее в одной руке, другой указывая на сумку с артефактом.

– Это? – невинно переспросила Таня, словно не поняла вопроса.

– Да, это! – подтвердил пограничник.

– А! Это один из модулей ориентации и визуального наблюдения «Автоматрона»! – честно ответила и наивно по-детски улыбнулась.

Минуту назад опытный пограничник выудил сумку из потайного пространства между панелями, воспользовавшись своим набором инструментов отмычек.

– Что? – спросил удивленно и снова надел фуражку, – Вы понимаете?

 Договорить не успел.

– Знаю, – прервала его Татьяна, – вот!

Она протянула пачку купюр.

– Здесь тысяча поинтов, мой жаркий поцелуй, и мы ничего с Вами не видели! Правильно, Роберт? – промурлыкала елейным голосом.

Офицер строго уставился на нее.

– Вы понимаете, – снова начал он.

– Вполне, – ответила Таня и заглянула ему в глаза.

Снаружи вибрировали и рокотали винты. Таможенник молчал, смотрел на Татьяну. Казалось, что он был непреклонен. Она даже испугалась его реакции, казалось прошла вечность прежде чем он ответил.

– Два! – заявил молодой офицер после секундной паузы.

– Что? – спросила Таня.

– Два поцелуя! – пограничник Роберт снял фуражку и вожделенно облизнул губы.

Таня облегченно вздохнула.

– Идет, – согласилась она и жарко прильнула к устам молодого симпатичного военного.

– Ну даете! – произнес Роберт, раскрасневшись. – Где Вы это взяли?

Кивнул в сторону сумки, ее Таня спрятала на место.

– Да, долгая история, Роб! Чуть не погибли, – ответила она.

– Рисковые вы и глупые! Будь на моем месте старший офицер Доминик, вам бы не поздоровилось.

– Спасибо, милый Робик, что сегодня на смене ты, – Таня снова обняла парня и коротко чмокнула в губы.

– Не хочешь со мной встречаться? – внезапно предложил пограничник.

– Прости, я залетная птичка. Правда, ты мне нравишься и даже очень! Но боюсь, со мной ты не будешь счастлив, – ответила и отстранилась.

– Жаль, – произнес парень, надевая фуражку.

Его лицо сделалось официальным.

– Пройдемте, – предложил, указав рукой на дверь.

Таня улыбнулась и повиновалась.

– Пожалуйста, вот ваше разрешение, по предоставлению оного. Ваше судно дальнейшему досмотру не подлежит. После уплаты всех пошлин, вас пришвартуют к свободному причалу в воздушной бухте Каллисто согласно регламенту, – сухо отчитался пограничник.

– Правительство нашего города благодарит вас за сотрудничество и приветствует на своей территории! – добавил офицер, глянул на Таню, вздохнул, протянул Боско синюю карточку с золотым городским гербом.

Боско принял ее, манерно поклонился.

– Благодарим за вежливый прием, – в свою очередь отозвался он.

Офицер бросил прощальный взгляд на Татьяну, развернулся, дал команду автоматчикам на отход, затем проследовал к швартовочному мостику.

Черный корвет аккуратно отшвартовался, и осторожно понемногу удалился восвояси. На его палубе одиноко задержался офицер, придерживая одной рукой фуражку, другой держась за ограждение, тоскливо глядя вслед удаляющегося «Жужаке».

– Ско-о-олько? С ума сойти! Тысяча-а поинтов? Капец! – Макс схватился за голову.

Боско с Томом молчали, последний надуто сопел.

– А вы как думали? Что на дурачка прокатит? Вы этого офицера видели? У него что на лбу написано «я болван»? – возмутилась Таня. – Да он таких, как мы, насквозь видит. Скажите спасибо, что нормальным парнем оказался.

Она замолчала, облизнула губы.

– Надеюсь, хоть не целовалась с ним, – задумчиво спорил Боско. – Или решила провернуть финт, как в прошлый раз на «Тусклой Звезде»?

Он не злился. Таня подняла глаза, глянула на него, нерешительно мотнула головой. Мол нет, не целовалась.

– Завязывай с этим, привыкнешь. В следующий раз женщина офицер будет. Как отмажемся, куда ее поцелуешь?

– Тома пошлем! – зашелся смехом Макс.

– Заткнись! Я, между прочим, за вас всех отдувалась. Мог бы сейчас на нарах под конвоем отдыхать, – взорвалась девушка, ее лицо раскраснелось.

– Так, хорош! Что было, то было! Отдала деньги и хорошо! Не жалеем! Молодец, что справилась! Прорвемся! —произнес Боско.

– По местам! Летим в город! Три часа полета. Будьте осторожны, там трафик приличный, – добавил и с благодарностью глянул на Таню.

Как и все небогатые города нижнего порядка, Каллисто представлял собой многоярусное хаотическое нагромождение воздушных платформ, мостов, пандусов и зданий с вращающимися винтами поддержки. Город был объединён в единое целое хитроумными лифтами, лестницами переходов между ярусами и просто витыми ажурными мостиками, снующими вагончиками по подвесным дорогам. Целые пространства, поддерживаемые огромными аэростатами, наполненными гелием, вмещали в себя площади с памятниками, фонтанами, домами, фабриками и мастерскими, с магазинами и лавками, парками с живописными водопадами и прудами, деревьями и кустарниками.

По улицам удивительного города торопливо сновали люди, занимались повседневными делами и работой, жили в домах, отдыхали в кафе, заседали на балконах, любуясь просторами диких джунглей внизу. А город между тем парил в вышине, казалось, наперекор всем законам физики. В небесах особо состоятельные граждане летали на прекрасных, дорогих, величественных крыльях, залихватски закладывая грациозные пируэты и уносились по своим неотъемлемо богатым делам.

Города столетиями парили в небесах, в них бурлила и кипела разумная жизнь, прочно обосновавшаяся в новом необычном для себя месте. Человечество уже почти как триста лет покинуло смертоносную, опасную, зараженную радиацией и загадочную дикую поверхность, отдав ее на откуп разнообразным коварным механическим и живым тварям, безраздельно правящим нынешней землей.

– А ты точно связался с Ченом? – спросила Татьяна посмотрела на Боско.

– Не, не с ним, с его человеком на Каллисто, а координаты связного мне дал агент еще в «Золотом восходе» перед вылетом. Я получил указание ждать в этом заведении, – ответил Боско, пригубил пиво.

– Долго нам еще ждать? – спросила Таня, сидя на мягком диване за столом в темном освещенном баре.

Она ловила на себе недобрые взгляды сомнительного вида постояльцев, заседающих за соседними столиками.

– А что тебе? Сиди да сиди! – воскликнул Макс, пригубил увесистый бокал с пивом, закинув в рот пару соленых орешков.

– Переживаю за «Жужаку»! Нужно было полную швартовку заказать, с остановкой винтов. А так на гибкой сцепке маслают, – в свою очередь пожалел Том.

– Ну и оставался бы дома! – ответил Боско, следя за всем, не упуская из виду входную дверь в бар.

Он тоже пригубил из своего бокала.

– Я что сумасшедший? И так крыша едет от такой жизни, еще и на прогулки не ходить? – произнес Том.

– Холодная швартовка нам не по карману! Да и ваше пиво, кстати, тоже! – произнесла Таня.

– Твое вино с сыром по карману! – в ответ огрызнулся Макс.

– Представь себе, пью на свои! – уколола его Татьяна.

– А мы за чьи, по-твоему?

– Тихо! Кажется, идет, – Боско прервал перепалку, возникшую от безделья.

К их столику уверенно направлялся мальчик лет четырнадцати, с рыжей шевелюрой на голове, в полосатой футболке и широких, коротких по щиколотку штанах.

Остановился возле их стола.

– Привет! – поздоровался юнец, оценивающе глянул на Татьяну.

– Привет! – отозвалась та.

Малый окинул взглядом присутствующих, с опаской посмотрел по сторонам, остановился на Боско.

– Давай кость, – бесцеремонно потребовал.

Его конопатое лицо с круглой картошкой носом выражало настороженность. В ответ Боско сделал паузу, резким движением выбросил на стол белый кубик, на каждой грани которого красовался искусно выгравированный иероглиф.

– Вы должны пойти со мной, – выдал парень скороговоркой.

Он облегченно вздохнул, облизнул красные пухлые губы, улыбнулся, потянулся за костью, но кость взять не успел. Неизвестно откуда за его спиной возник косматый здоровяк в обшарпанной коричневой куртке, с лысиной на голове.  Не обращая внимания на присутствующих, своей лапищей схватил мальца за шиворот, другой рукой отвесил увесистую оплеуху, чтобы тот не трепыхался.

– Попался, грязный звереныш! – разразился бугай грубым басом. – Пришло время платить по счетам!

Он снова занес руку, на лице парня отразился ужас.

– Эй, не смей этого делать, кабан! – прошипела Таня.

– А то что?

Выражение лица здоровяка ожесточилось и теперь ей не сулило ничего хорошего. Он чувствовал весомое преимущество над всей компанией. Парни напряглись, пока ничего не предпринимали. Юнец болтался, не сопротивляясь, был рад, что внимание его недоброжелателя переключилось на девушку.

– На курок нажму, пуля тебе мозги вышибет, – негромко предупредила Татьяна.

Ее лицо в миг ожесточилось, выражая решимость. Из-под столешницы черным стволом выглядывал восьмизарядный «Маверик».

Таня зло продолжала:

– В стволе «Гончая» уже навелась на тебя! Молись, чтобы все было хорошо!

Тонко пискнув, легким щелчком отошел затвор, посылая вторую умную пулю в магазин мгновенного расхода. Все забулдыги вокруг повернули головы, переключили внимание на перепалку. День перестал быть томным. Здоровяк сконцентрировал внимание на угрожающем ему оружии, медленно отпустил юнца. Лицо бугая разгладилось, подобрело, густая борода задрожала, он облизнул губы, миролюбиво выставил руки ладонями вперед.

– Спокойно, леди! Простите за досадное недоразумение, – сменил тон на доброжелательный. – Просто хочу вам сказать, что Вы не знаете, за кого вступились. Я уверен, что по недоразумению Вы пожалели ядовитого Жоржика. Гореть ему в аду! – кивнул в сторону мальца. Думаю, красивая леди не в курсе за этого малолетнего подлеца.

Здоровяк ткнул пальцем паренька под ребра. Тот вздрогнул, предусмотрительно не сопротивлялся, остался стоять на месте.

Здоровяк продолжал, тщательно подбирая слова:

– Он налетчик и грабитель, аферист и мошенник, торговец наркотиками и сутенер. Ей-богу, не знаю, как его черную продажную душонку носит этот мир. Клянусь, если бы не Вы, красивая леди, и не Ваше грозное оружие, этому проклятию (вновь кивнул в сторон паренька) сейчас не поздоровилось бы.

– Я Тони, – представился он. – Работаю на буксире бригадиром в причальных грузовых доках.

 Замолчал, сглотнул.

– Третьего дня, – он запнулся, – то есть позавчера, я тут немного гульнул. Ну, не так чтобы очень, но все же изрядно, леди.

 Он смотрел на Таню, та держала его на мушке. Продолжил:

– Мне стыдно, очень! Всегда кляну себя за проклятущую слабость. Бывало, дома после такого непотребства могу и по щекам себе нащёлкать.

Здоровяк потряс своей бородой. Все молчали, удивленно слушали монолог.

– Но всё одно, леди, потом иду и напиваюсь. Вот уж проклятие! – он горько вздохнул. – Позавчера уже поздно, почти за полночь, я хорошенько набрался со своими дружками и решил, что уже хватит пить. Да какой там хватит (махнул свободной рукой)! Нас охрана выгнала. Этот!

Бугай потряс мальцом, вновь взял того за шиворот.

– Воспользовался моим пагубным состоянием, попросил помощи, сказал, что его матери плохо. Я и мой друг доверились, последовали за ним в переулок, где на нас вероломно напала его малолетняя шайка. Избили дубинками и ограбили, мне выбили пару зубов (он приподнял пальцем верхнюю губу, демонстрируя отсутствие двух передних резцов). А Эндрю, моему товарищу, засунули нож в ягодицу. Я не знаю, на что этот негодяй и подлец рассчитывал, леди! Наверно думал, что я так пьян, что потом его не узнаю!

Он крепко держал Жоржика, грозно посмотрел на мальца.

– Но я узнал и выследил подлеца. Поэтому, я заявляю на свое право! – громко потребовал бородатый здоровяк. – Слышите! Я заявляю о праве справедливости!

Бородач гордо вскинул голову, озираясь по сторонам.

– Богом клянусь, могу представить доказательства и свидетеля совершённого против меня преступления! Если кто-то оспаривает мое право справедливости, предъявите мне это в глаза.

Замолчал, озираясь по сторонам. Люди молчали. Речь шла о сотворенном и раскрытом беспределе. В этом вопросе никто не хотел показать себя некомпетентным и соответственно подставиться.

– Так понимаю, все согласны в моей правоте? – спросил крупный Тони.

Теперь посмотрел на Таню, она попалась в его ловушку.

– Леди, прошу Вас! Подтвердите перед лицом присутствующих, что Вы оспариваете мою справедливость. Если нет, то уберите, пожалуйста, Ваше оружие и немедленно принесите мне материальные извинения, – закончил здоровяк Тони.

Теперь стало совершенно понятно, к чему он вел и к чему были эти подробные объяснения с его стороны.

– За то страдание, которое я незаслуженно потерпел от Вас, – обиженно продолжил.

Ситуация накалилась, Том и Макс незаметно под столом достали оружие. Таня тревожно бросила взгляд на Боско. Тот, не меняя позы, расслабленно сидел на своем стуле, улыбнулся. Повисла томная опасная пауза. В зале воцарилась тишина. Все гадали, как же всё-таки разрешится ситуация?

– Тони! Так Вас зовут? – начал Боско.

Тот кивнул, подтверждая.

– Да, сударь! Совершенно верно, меня зовут Тони. Я работаю на причальных грузовых доках, – ответил здоровяк.

– Таня, убери, пожалуйста, оружие, – Боско обратился к ней, плавно показывая рукой, чтобы та успокоилась, при этом он не спускал глаз со здоровяка.

– А вы, пожалуйста, отпустите парня. Пусть он до разрешения досадного недоразумения, между нами, находится подле Вас, – негромко говорил Боско.

Таня кивнула, медленно убрала пистолет. Но парни свое оружие держали наготове.  Боско это видел и знал. Тони согласно кивнул и отпустил ядовитого Жоржика.

– Простите, я услышал слова из Ваших уст, что моя подопечная должна принести вам материальные извинения, так как она нарушила Ваше неоспоримое право в данный момент на справедливость? Я правильно вас понял? – спросил Боско, становясь серьезным.

– Все верно, сэр! Вы все правильно поняли, – ответил здоровяк, кивнул подтверждая.

Он озирался вокруг, ища поддержки у окружающих. Толпе явно нравился концерт, бесплатное неожиданное развлечение.

– Но простите, а как же наше право на сделку, которое вероломно нарушили Вы? Вы поймали Жоржика в данный момент за преступлением?  Или мы взывали о помощи? – продолжал Боско.

– Нет, сэр! Малец просто разговаривал с Вами, – подтвердил Тони и его лицо изменилось, он стал догадываться, к чему клонит Боско.

– Тогда почему Вы сочли, что в праве схватить мальца, оборвав наше общение? – наседал Боско, не давая здоровяку опомниться. – Вы же могли подождать, пока Ваш обидчик останется один, поймать его и совершить, как Вам кажется, правосудие! Но нет! Вы вторглись, лишив нас нашего права, не спросив, что мы об этом думаем. Соответственно Вы получили не очень приятный ответ за свои некомпетентные действия.

Боско замолчал, сделал паузу, чтобы его слова дошли до присутствующих.

– Знаете, сэр, но мне кажется, что Вы шельмуете, – не сдавался Тони, еще больше накаляя обстановку.

У него был очень обиженный вид, он взывал к справедливости присутствующих, но правда теперь выглядела двояко. Боско глянул на бородача, сразу не ответил, выказывая оппоненту уверенность в себе, но затем улыбнулся и миролюбиво произнес:

– Мы не злимся, ибо мы не злые люди и прощаем другим ошибки. И более того, думаю, мы можем уладить наш спор взаимной сатисфакцией. То есть оставить все так, как было до Вашего появления!

Ответил на реплику, не обращая внимания на возражение здоровяка.

– Но, позвольте опередить Ваш вопрос и сообщить, что в нашем споре есть третья сторона и Вы нарушили ее право тоже.

– Разрешите поинтересоваться, чьи же права я посмел нарушить еще? – саркастически спросил Тони и на его лице появилась ухмылка.

– Зря Вы так категоричны, мой друг! – ответил Боско, не обращая внимания на саркастический настрой оппонента, который упорно не желал сдаваться. – Хочу Вам сообщить, что за пареньком, которого вы желаете наказать, в данный момент стоит господин Чен. Это он направил ядовитого Жоржика к нам, делегировал ему свои полномочия.

Боско замолчал, улыбаясь своей победе в рыжее бородатое лицо. После его слов толпа вокруг зароптала. Все отвернулись, уткнулись в свои стаканы, имя Чен оказало на людей магически подавляющее воздействие.

Боско продолжил:

– И если Вы хотите далее оспаривать притязания на справедливость, то свои аргументы можете высказать господину Чену лично. Я уверен, он очень внимательно и с интересом Вас выслушает.

Здоровяк поменялся в лице, оно стало буквально серым, его губы задрожали.

– Простите, господин! – начал он, с него сошла спесь, упал на колени. – Простите, бес подбил, буквально попутал берега. Я всего лишь простой работяга, чтобы вы обо мне не подумали. Конечно, я согласен, давайте оставим все так, как есть. Простите, леди, я не хотел Вас обидеть!

Он причитал, стоя на коленях:

– Прошу Вас, пощадите!

 Жоржик, не обращая на него внимания, подошел, взял со стола кость, затем повернулся к здоровяку, ехидно оскалился, глядя на униженного Тони.

– Идем, – позвал за собой.

Ребята спрятали оружие, встали из-за стола, осторожно ступая, огибая расстроенного здоровяка, направились на выход. Тот так и остался стоять на коленях, закрыв лицо. Остальные молча проводили их взглядами.

Жоржик торопился, вел за собой по бедняцким кварталам города какими-то грязными узкими улочками и закоулками, захламлёнными мусором и островами брошенных старых машин, между многоэтажными разрисованными цветастыми граффити домами-гетто. Здесь сумасшедшие ледяные, насквозь пронизывающие сквозняки гоняли по дороге обрывки бумаги, использованные упаковки чего-то и просто не опознаваемый мусор.

Пересекли опасно качающийся подвесной узкий переход между платформами, соскользнуть в бездну с которого можно было в два счета. Карабкались вверх на верхний ярус города по ветхим грязным и не совсем легальным лестницам.

Наконец вышли на более-менее приличную улицу, с двух сторон утыканную ухоженными домами. Было безлюдно и очень шумно, поблизости сильно ревели часто расположенные друг от друга в ряд винты, поддерживающие в воздухе этот участок города.

– А ты правда такой урод, как рассказывал в баре жирдяй? – вдруг от нечего делать спросил Макс у мальца, чтобы прервать безмолвную паузу.

– Не твое собачье дело! – бросил тот грубо, не оборачиваясь.

– Слышь, сопля, сейчас за борт полетишь, – обиженно возмутился Макс.

Вместо ответа Жоржик резко остановился, развернулся, молниеносным движением приставил к горлу Макса неизвестно откуда появившийся в его руке нож. Все оторопели, Макс задрал руки вверх.

– Тише, тише, я пошутил. Давай без резких движений, ты идешь своей дорогой, мы своей.

Сдал немного назад.

– Так и не болтай лишнего, – отозвался юнец, спрятал нож, развернулся, продолжил путь.

Боско громко рассмеялся, шел сзади.

– Что тут смешного? – возмутился Макс.

– Твоя тупость, дорогуша, – объяснила Татьяна.

– Ну и пошли вы! – Макс насупился, замолчал, дальше шел обиженно сопя.

– Все, тут мы расходимся, – ядовитый Жоржик указал рукой в направлении людной площади, указывая на фонтан с женской скульптурой, – там вас ждут.

Он сплюнул под ноги Макса.

– Спасибо, красивая леди, – поблагодарил Таню, полез в карман, вытащил небольшую вещицу, быстро сунул ей в руку.

Глянул на Боско, ухмыльнулся, вернул ему кубик, развернулся и зашагал прочь, внезапно растворившись в окружающем сумраке.

– Что там? – поинтересовался Том.

Таня вытянула руку, показала. На ладони лежала брошь, золотая роза с рубиновым бутоном и изумрудными лепестками.

– Ого, по-богатому! Интересно, кого он ограбил? – прокомментировал Макс.

Таня бросила на него взгляд, спрятала вещичку в карман куртки.

– Красивая! – произнес Том то ли о Татьяне, то ли о броши.

Возле фонтана их встретил молодой человек в строгом сером костюме, в кепке на голове, в дорогой обуви.

– Здравствуйте! – поздоровался он сочным тенором. – Пожалуйста, ваша кость!

Потребовал, протянул руку в черной перчатке.

– Здравствуйте, – в ответ поздоровался Боско, отдал кубик новому спутнику, остальные просто кивнули.

– Отлично, – парень кинул взгляд на предмет в своей руке.

– Я Ян, – представился он. – Идемте, тут недалеко.

Развернулся, двинулся в направлении импровизированной набережной на краю площади, ограниченной невысоким забором, за которым простиралась бездна. Много людей просто праздно шатались вокруг или отдыхали, сидя на резных скамьях. Было тихо и спокойно, шум от поддерживающих машин сюда не долетал, сказывался статусный уровень города.

– Ого, вот это да! – воскликнул Макс.

Они подошли к шикарному лимузину бутылочного темно-зеленого цвета, одиноко припаркованного на платной стоянке-причале. Его легкие закрытые ажурными кожухами винты оставались неподвижны.

– Наверное, дорого вот так парковаться, – заметил вслух Том.

Ему никто не ответил, все были заняты своими мыслями.

Их новый спутник улыбнулся, слегка поклонился, кивнул, приглашая рукой компанию в роскошный салон зеленой машины, предварительно нажав на кнопку своего пульта, который держал в руке. С легким шипением двери лимузина широко и гостеприимно раскрылись, презентуя убранство белоснежного салона, подсвеченного нежно-голубым светом. С жаберных отверстий внизу машины пошел пар, винты дрогнули, завертелись на малых оборотах, лимузин ожил.

Последним сел Ян, занял место водителя за панелью приборов и небольшим штурвалом. В салоне было тихо, шумы снаружи не доносились, легкая вибрация приятно добавляла уюта. Белые и мягкие, словно облака, сидения просто обволакивали и ласкали, тихо играла приятная неторопливая музыка. Машина слегка качнулась, плавно оторвалась от поверхности, взмыла вверх, заложив крутой вираж, вышла за пределы города, продолжая набирать высоту, держа курс к богатым кварталам, расположенным в верхних ярусах полиса.

Лимузин мягко приземлился на крыше невысокого роскошного здания с фасадом, отделанным белоснежным мрамором, с замысловатыми канделябрами-балконами и крылатыми статуями по краям. На первом этаже приютилось казино с парой ресторанов и фешенебельный магазин, последующие верхние этажи, очевидно, были заняты под гостиницу. Ребята догадались, что их доставили в один из элитных отелей Каллисто.

– Здравствуйте, мои дорогие долгожданные гости! – с широко распростертыми руками и фальшивой улыбкой встречал компанию худощавый желтокожий азиат.

Он был среднего роста, одетый в бордовый роскошный пиджак «Танчжуан» с золотом, вышитым иероглифом на правой стороне груди, одетым на белую рубашку со стойкой воротником. Его тонкие черные брюки подчеркивали бордовые лакированные туфли.

– Фигасе, модник, – успел сказать Макс.

Остальные опешили от такого приветствия. Таня ткнула Макса в бок, чтобы не болтал лишнего. Они находились в небольшой комнате с драпированными в темно-синий жаккард стенами, стояли на мягком с красно-черным орнаментом ковре. У ближайшей стены расположился роскошный мягкий диван, обитый черной кожей. Напротив, стоял столик, пуфик и кресло, с которого, кстати, и встал для встречи азиат. За ним в гармонии с интерьером разместился книжный шкаф. Подле шкафа дежурили два авторитетного вида телохранителя.

– Очень рад, что мы с вами видим друг друга, так сказать воочию, в здравии и прекрасном настроении, – выдал хозяин помещения, неискренне улыбаясь.

Его глаза были серьезными, холодными, пронзали насквозь. Изучая каждого, он приблизился, протянул руку с длинной узкой кистью для приветствия. Таня заметила на его пальцах несколько увесистых золотых перстней.

– Я Чен! – представился.

Каждому пожал руку. Остановился на Татьяне, задержал ее пальчики у себя в неприятно теплой руке, заглянул в ее синие глаза.

– Вы такая красивая, прекрасная леди, – мягко произнес. – Хотел бы я взглянуть на того счастливца, которому Вы окажете свое благоволение.

Хитро высказался о ее привлекательности, в нем читался незаурядный интеллект. Таня смутилась.

– Пока нет такого, – негромко ответила, смело смотрела в его раскосые глаза.

Боско хмыкнул, слегка кашлянул, чтобы переключить внимание на себя.

– Ах, да! – воскликнул Чен.

Он отвлекся, взглянул на Боско, отпустил Танину руку. Она с облегчением выдохнула, незаметно вытерла правую ладонь о свои узкие брюки.

– Присаживайтесь, друзья, – указал Чен рукой на диван, щёлкнув пальцем.

До этого молчаливо стоявшие по стойке смирно громилы пришли в движение, подхватили столик, поставили его возле дивана рядом с только что усевшимися ребятами. Не говоря ни слова, телохранители вернулись на место. Эти люди буквально внушали страх. Один, мускулистый и лысый, со шрамом на шее, другой – темнокожий бугай с длинными кувалдоподобными руками, со свирепым лицом, мускулами под стать первому. Оба были одеты в строгие черные костюмы.

– Желаете что-нибудь выпить? – предложил азиат, оказывая фальшивое гостеприимство.

Ребята это чувствовали, заметно нервничали, словно оказались в клетке с голодным тигром.

– Нет, спасибо! – за всех отказался Боско. – Давай перейдем к делу.

– Конечно, прежде бизнес, а затем все остальное, – согласился Чен. – Показывай!

Рукой он указал на стол. Обернулся к своему телохранителю.

– Серж, пожалуйста, пригласи нашего голована, – он улыбнулся и пояснил, – так мы в шутку зовем эксперта.

Один из телохранителей поклонился, вышел из комнаты. Боско встал, поднял увесистую сумку, до этого покоящуюся у его ног.

– Том, помоги, пожалуйста, – попросил, засунул руки внутрь, ухватился за устройство.

Том встал, помог стянуть сумку с артефакта, обнажая титановый цилиндр со сверкающим от люстры освещения хрустальным кристаллом на конце. Боско держал его в руках, чтобы остальные получше рассмотрели.

– Ух, круто! – Чен заулыбался, обнажив желтые передние зубы.

Он был приятно удивлен.

– Как вам удалось достать это? – восхищался азиат. – Реально опасное занятие соваться к мехам. Ну вы отчаянные ребята!

 Оценивающе покачал головой.

– Если сделка срастется, с меня дорогая выпивка и ящик элитного пива на опохмел, – щедро предложил. – Так, в знак признания вашей отваги.

Подошел поближе, чтобы подробней рассмотреть. В комнату вошел невысокий человек в белом халате, с хитрым приспособлением на голове, состоящим из железного обруча, наборов линз, очков-микроскопов и осветительных фонарей. В руках держал чемоданчик с пучком проводов с медными зажимами-прищепками и иглами-щупами, торчащими из него.

– О, Александр, приветствую Вас! – отвлекся Чен, поздоровался с вошедшим.

Тот не отреагировал. Все его внимание захватил артефакт, он задрожал от внезапно охватившего его азарта. Словно под гипнозом, резким суетливым движением пересек комнату, подошел почти вплотную к Боско, держащему артефакт в руках. Слегка склонился, нацепил на глаза окуляры, включил на голове фонарь. Замер, изучая торчащий из цилиндра пучок обрезанных проводов, в центре которого желтела толстенная золотая жила основного кабеля.

– Вот такой он на самом деле! – обратился Чен к окружающим, улыбнулся и развел руками, кивнув в сторону эксперта.

– Альена уендентифид аракноидей аутомата! – восхищённо пробурчал себе под нос ученый.

 Отвлекся, посмотрел через линзы на Боско, его глаза в очках выглядели огромными.

– Пожалуйста, положите аккуратно эту вещицу на стол, – попросил он.

Боско повиновался. Эксперт нагнулся, раскрыл свой чемоданчик, внутри которого оказался небольшой экран зеленого цвета с клавиатурой. Все молча наблюдали. Даже телохранители с интересом косились, пытаясь понять, что происходит.

– Так-так, вот это сюда, так! А это что? Ах да, понял, нет тут так не пройдет. Тогда поступим вот так. Да, хорошо, скорее всего это дата-кабель, а здесь питание, – шепотом полуразборчиво приговаривал ученый себе под нос.

Сопел, подсоединял свои провода, засовывал щупы внутрь цилиндра.

– Отлично, все готово, можно включать! – наконец объявил, выпрямился, смотрел через очки на Чена.

– Включайте, в чем проблема? – ответил Босс азиат.

– Да ни в чем, – эксперт пожал плечами, а затем добавил. – Просто может быть опасно, всё-таки это создано не человеком. Никаких прогнозов, как оно себя будет вести, дать не могу.

Чен замер, по его лицу прошла тень сомнения, наконец, справился.

– Включайте! – приказал.

Ученый кивнул, наклонился, нажал на клавишу в чемоданчике, подключил к питанию артефакт. Внутри цилиндра что-то громко зажужжало, завертелось. Секунда и звуки стали на тон выше, артефакт завибрировал. Ребята подскочили с дивана, поспешили убраться от непонятной штуковины. Лишь ученый остался на месте. Звук угрожающе сорвался в свист, давая понять, что артефакт вполне может и взорваться. Затем свист исчез, перешел в ультразвук. Наступила тревожная тишина. Яркая вспышка! На мгновение находившиеся в комнате ослепли.

– Посмотрите, оно общается! – радостно сообщил голован. – Оно хочет нас убить!

На эксперте были одеты темные очки с фильтрами, у остальных перед глазами плясали разноцветные пятна. Голован восхищённо улыбался, показал рукой на оживший экран в чемоданчике. Там столбцами сверху вниз шли данные. Отдельной графой отображались неразборчивые иероглифы, непосредственного языка штуковины.

– Вот смотрите, – продолжал ученый, – артефакт посылает запрос на консоль вооружения, а здесь координаты наведения на цель. А это отчет о вторжении.

Ожил кристалл на конце цилиндра, мелкими отрывистыми движениями менял свое положение, словно обозревал окружающее его пространство. Внутри кристалла то и дело вспыхивали красные, синие и зеленые лазерные лучи, пронзали комнату, упираясь в стену. Наконец он замер, уставился на людей.

– Оу! «Оно нас видит», —произнес эксперт, умиленно сложил ладони домиком на груди. – Потрясающе!

Запахло паленым, с дымком плавилась деревянная столешница под артефактом.

– Выключай! – воскликнул Чен.

– Но! – возразил ученый. – Я еще не считал.

– Выключай, тебе говорю! Не играй со мной! – азиат угрожающе повысил голос.

Голован трагично вздохнул, нажал на кнопку в чемоданчике. Артефакт потух, снова стал безжизненным. Под его корпусом тлела столешница.

– У меня все, – холодно объявил, обидевшись грубому обхождению, – все в рабочем состоянии.

– Потушите стол! – приказал Чен, не обращая внимания на голована.

Подошел чернокожий телохранитель с газовым огнетушителем, дал пару раз шипучей белой струей из огника на артефакт, тление столешницы прекратилось. Все наблюдали за его действиями, были слегка потрясены происшедшим ранее.

– Отлично, Александр! Спасибо! Подождите меня пару минут в холле или, если торопитесь, возьмите гонорар у моего секретаря, он в курсе, – произнес Чен. – Мы не прощаемся, мне нужна будет пара-тройка консультаций по этой штуковине.

Он кивнул в сторону артефакта.

– О да, конечно! – согласился голован, слегка поклонившись присутствующим в комнате, еще раз бросив прощальный взгляд на цилиндр, торопливо вышел за дверь.

– Предлагаю двадцать пять тысяч! – сходу произнес Чен, переходя к делу.

– Маловато, – не растерялся Боско, – открыто смотрел в глаза оппонента.

Тот усмехнулся.

– Сколько тебе предлагал Хан? Думаешь, я не знаю? Шестнадцать кусков! Куда скромней, не находишь? Я уже не говорю, что деньги ты все равно бы не получил на руки! А тут такой куш? – парировал Чен.

– Согласен, – ответил Боско. – Но и риск какой! Вырвать глаз у живого «Автоматрона»! Знаешь ли? А он, между прочим, напичкан разнообразным смертельным вооружением, способным уничтожить целый флот, не говоря уже о простых скромных ребятах, как мы.

 Боско кивнул в сторону своих, те притихли, следили за трудным диалогом.

– Помимо везения тут нужен профессионализм, я имею в виду не себя, а мою команду, в первую очередь. Нужно было очень постараться, чтобы все получилось и рискнуть жизнями. А это дорогого стоит! – он замолчал и выдал свою цену. – Пятьдесят тысяч!

– Согласен с твоими доводами. Вы молодцы, не спорю! Не многим такое удается, – похвалил Чен и предложил новый ценник, – тридцать!

Повисла пауза. Боско обернулся, посмотрел на ребят, у тех блестели глаза, Таня нервно облизнула губы, она таких денег отродясь не видела.

– Идет! – согласился Боско.

– Отлично, сделка завершена!

Чен улыбнулся, протянул и пожал руку Боско. Щёлкнул пальцами. Один из телохранителей вышел из комнаты.

– Да вы присаживайтесь, – азиат указал на диван.

Ребята расслабились, расселись по местам, ждали. Вернулся телохранитель, принес коробку с пачками купюр. Поставил ее перед компанией на стол.

– Можете пересчитать, – произнес Чен, уже не улыбаясь.

– Спасибо! Мы вам верим, – объявил Боско, придвинув коробку к себе, переложил деньги в сумку.

– Ну все, благодарим за удачную сделку, – объявил он, встав с дивана, чтобы уходить, остальные последовали его примеру.

– Одну секундочку! Осмелюсь немного занять ваше внимание! – воскликнул Чен, подняв руку. – Есть один пустяковый вопрос, но его решение не терпит отлагательств.

Все замерли.

– Что за вопрос? – спросил Боско.

– Я приношу свои извинения, но выпустить вас отсюда не могу, – объявил Чен, отступил к телохранителям.

После его слов в комнату зашло еще четверо вооруженных мужчин, они держали на изготовке автоматическое оружие. Телохранители достали свое, нацелились на ребят.

– Чен, что происходит? – спросил Боско и на его лице отразилось непонимание.

Он и его компания были крайне неприятно удивлены такому обращению. Таня достала ствол.

– Боско, ты сам понимаешь, – начал Чен. – Ты кинул Хана. А это очень плохо, просто недопустимо плохо, чёрт тебя побери! Знаешь, мне поступила от него просьба. Если ты появишься, сдать тебя и твоих подельников ему. Здесь тонкое дело, а в таких делах я предпочитаю быть щепетильным. Предлагаю вам для всеобщего блага сдать оружие и повиноваться, может вам повезет и вас Хан не сильно накажет, может даже простит.

Чен ехидно улыбнулся.

– Иди в задницу со своими прощениями, – огрызнулась Таня.

– Вот!  Вот чеку выдерну, полетим к чертям в ад! – внезапно воскликнул Макс.

Он вышел вперед. Его лицо было бледно-белым, отрешенным. Он тяжело прерывисто дышал, в левой руке держал термитную гранату, показывая ее, чтобы все лучше могли рассмотреть, пальцем другой держал за кольцо. Сзади Том щелкнул затвором. Телохранители отпрянули, их рубашки взмокли.

– Воу, воу! Давайте все успокоимся, братья! – Чен вышел вперед, поднял руки вверх, поняв, что ситуация резко изменилась не в его пользу. В проигрыше окажутся все, а с этим он был категорично не согласен. – Не нужно чеку дергать, прошу! У меня есть предложение выслушайте, и мы все уладим!

– Просто дай нам уйти, с твоими предложениями все ясно, – ответил Боско.

– Прости, ты же знаешь, уйти не получится. Я лишь хочу, чтобы ситуация, в которую мы попали, разрешилась хорошо, – настаивал на своем Чен.

– Хорошо для тебя? Нам же ты приготовил другую участь, хотел и артефакт получить и деньги сэкономить! Нашел дураков! – огрызнулась Таня.

– Согласен, было такое! Но обстоятельства обернулись не в мою пользу. Хотя знаете, судьбу не обманешь, умирать так умирать, – Чен повысил ставку.

 Он скорее всего блефовал, смерть не входила в его планы. Повисла пауза неразрешимого паритета.

– Ладно, что там за предложение? – спросил Боско.

– Давай так, мы и вы уберём оружие, а ваш парень так и останется с гранатой. Идет? – предложил азиат, давая оппонентам неоспоримое преимущество, позволяя им успокоиться.

Боско обернулся, глянул на своих, Таня кивнула соглашаясь, Том и Макс подтвердили.

– Что за дело? – бросил Боско.

– Если честно, то мне поручено организовать встречу инкогнито одной очень важной особы с ребятами вроде вас. Ну, как поручено, скорее всего у меня нет выхода. Должен найти и все тут! Но только так, чтобы результат встречи был гарантировано положительным. В противном случае, вы станете ненужными свидетелями и у меня начнутся очень большие проблемы с неизвестным исходом.  Вы мне подходите, поэтому я создал этот кризис, чтобы не оставить вам выбора, – объяснил свой поступок азиат, честно признавшись, – либо вы вслепую соглашаетесь на неизвестную просьбу особы, либо….

Он замолчал, повисла тягучая пауза.

– Либо мы тут умрем все вместе. Вот такое предложение, все просто!

– Да уж, просто! – произнес Боско. – Все неизвестно. Что может быть лучше?

– Ты гребанный манипулятор! – возмутилась Таня.

– А вы мелочные кидалы, которые ради ничтожной наживы готовы жертвовать жизнями! Вот и поплатились! На чьей сейчас стороне правда, а?

Чен махнул рукой, чтобы его люди убрали оружие, щёлкнул пальцами и указал на дверь. Телохранители поспешили выйти, оставив его одного наедине с вооруженной компанией во главе с Боско.

– Отлично, теперь я остался один. Что сделаете, убьете? – спросил Чен, хитро улыбнувшись.

Очень тонко играл, почти на гране фола. Теперь было понятно, почему он занимал место на вершине местного преступного мира.

– Может и убьем, – произнес Боско, – давай ближе к делу!

Он опустил пистолет, спрятал в кобуру, его примеру последовали Таня с Томом, Макс так и остался с гранатой.

– Согласен, – произнес азиат, направился к стене за его креслом, подошел к книжному шкафу, поколдовал там, что-то нажал. Часть шкафа отошла внутрь стены, отъехала в бок, образовав тайный проход.

– Прошу за мной, – пригласил Чен.

Остальные молча последовали за ним.

Шли по темному коридору с тусклыми светильниками на стене.

– Сейчас бы покурить, – шепнул Том, но ему никто не ответил.

Уперлись в глухой тупик. Ребята неприятно удивились, не знали, что дальше. Не дожидаясь вопросов, Чен нажал на потайную кнопку, открылась створка лифта с зеркальными стенками и ярким светом внутри.

– Прошу вас, – пригласил он, указывая рукой, но сам остался на месте.

– А ты?  – спросил Боско.

– Простите, меня не приглашали. Мне нельзя, такой уговор с заказчиком.

– Странно, – недоверчиво произнес Боско.

– Да, странно. Но таковы условия, – ответил азиат, – ничего не поделаешь, сделка есть сделка. Вам придется немного подождать. Вы спуститесь в удобные для встречи апартаменты, так что располагайтесь там поудобней.

Ребята молча проследовали в лифт. Через секунду створка закрылась, кабинка, двинулась вниз.

– Черт, черт, черт! Как нас так смогли развести? Как мы купились на эту туфту? – возмутился Макс.

– Слушай, да заткнись ты! – воскликнула Таня. – Все было понятно еще до того, как наш супермозг Боско решил все это провернуть.

– Да, хотели бы убить, убили бы сразу. Просто Чен играет с нами в свою игру. А вот какая игра, непонятно, – вмешался Том, затем спросил. – Вот мне интересен еще один вопрос: почему они нас не обыскали и не разоружили перед встречей?

– Черт, черт! Да все понятно! Попали нереально! – нервничал Макс.

– Просто неясно, во что мы в очередной раз вляпаемся? А мое сердце чует, что вляпались мы по самое не могу, – добавила Таня.

– Не обезоружили, потому что мы не согласились бы и свалили бы с артефактом в закат. Чен жадный, не мог допустить этого. Понадеялся на численный перевес и на нашу трусость. Но не вышло. Особенно с гранатой и Максом просчитался. И потом, не собирается он нас Хану сдавать. Тут особый случай. Что-то важное для азиата, поэтому такой концерт, – объяснил Боско. – Ну что вы начали? Уже ничего не поменять! Признаю, частично моя вина! Втянул вас во все это, но и денежки неслабые при нас!

Он потряс сумкой.

– Это пока! – произнесла Таня.

– Клянусь, я вас впутал, я вас и вытащу! Пока что ничего плохого не случилось, относитесь к происходящему, как к очередному заказу! – бросил Боско и замолчал.

– Ничего себе! Ничего плохого не случилось! Да мы чуть не взорвались! Не заметил? – воскликнула Таня. – Надо было азиата тащить с собой. Зря ему поверили, вдруг нас ждут там с пулеметом.

– Да угомонись ты, надо было бы убить, убили бы еще в городе. Сколько можно мусолить? Том прав! – не выдержал Боско.

Лифт плавно остановился, дверь открылась в очень уютную светлую комнату с мягкой мебелью. Никаких автоматчиков не было. Они были одни. У стены, как и в предыдущей комнате, стоял диван и рядом столик. На столике приготовлены графины с соками и водой, на краю на белом полотенце-салфетке стояли изящные фужеры. Посреди комнаты расположилось мягкое высокое кресло, обтянутое кожей бордового цвета, направленное лицевой стороной к дивану. С правой стороны стены была дверь, на стене напротив висела картина с изображением какой-то девы с цветами.

– Я так понимаю, нам туда, – Таня указала на диван.

Никого не спрашивая, направилась, чтобы сесть.

– Я устала, – объявила и плюхнулась на мягкое.

– Я хочу курить и курю! – Том достал сигарету, быстро прикурил, отвернулся, пошел к картине рассматривать.

– Ну ты че, совсем что ли? – воскликнула Татьяна.

– А что? Хочу курить еще со времени конфронтации! Сдерживался, – парировал тот, глубоко затянувшись и выпустив вверх облако сизого дыма.

– Макс, да убери ты наконец гранату! Кого ты тут взрывать собрался? – Боско смотрел на Макса.

Тот уселся рядом с Таней и недоверчиво смотрел по сторонам.

– Хочу воды или сока! Интересно, не отравленные? – спросил он, спрятал гранату, потирая натруженную руку.

Том отвернулся от картины, замер с сигаретой, посмотрел на Макса.

– Капец, ты даун! – выдал после паузы.

– Чего это? – возмутился Макс.

– Ну, сказали же тебе, что нас не хотят убивать, нужны им для чего-то, – объяснил Том и добавил, – и мне плесни водички.

– Ну, харэ курить! – договорить Таня не успела.

В дверь негромко постучали. Том заметался с сигаретой, наконец затушил, развеял рукой дым, бросил окурок в небольшую урну за диваном, быстро уселся.

– Войдите, – громко произнес Боско.

В комнату вошла, высокая худощавая фигура в темно-фиолетовом плаще. Голова тайного посетителя была покрыта глубоким капюшоном. Гость, не здороваясь, плавно проследовал к креслу, уверенным отрывистым движением погрузился в него. Лицо незнакомца скрывалось во мраке капюшона. Лежащие на подлокотнике руки, с тонкими изящными длинными пальцами, были одеты в черные кожаные перчатки. В комнате водрузилась неопределённая напряженная тишина. Незнакомец не произносил ни слова, просто молча сидел, словно размышляя, как ему начать.

– Здравствуйте! – не выдержав, негромко поздоровалась Таня, чтобы развеять неловкую паузу.

– Здравствуйте! – отозвался чужак.

К удивлению остальных звучание его голоса варьировалось между тембром мужского и женского ровно посередине. Поэтому пол гостя определить было сложно. Неясно, кто сидел в кресле: мужчина или женщина? Это шокировало! Фигура стала еще более загадочной.

– Вы, по-моему, нас хотели видеть? – спокойно спросил Боско.

– Да, совершенно верно! Не конкретно вас, но подобных вам или таких же в вашем лице, – ответил сидящий напротив незнакомец.

– Ого, как загнул! – прошептал Макс.

– Мое имя «Артемида».

Гость плавным движением откинул капюшон. Ребята отпрянули, потому что были шокированы. Капюшон скрывал белую пластиковую голову без волос, с изящным и красивым лицом-маской. Его зрачки неярко светились синим.

– Я Кит, – спокойно произнес нечеловек, – так люди называют нас, огромные загадочные для вас объекты, левитирующие высоко в стратосфере на границе с космической пустотой.

«Артемида» замолчал, в воздухе повисла пауза.

– Веками мы не вмешивались в ваши дела, только наблюдали за тем, что происходит внизу и то лишь отчасти. Нас, меня заботят другие вещи, не доступные вашему пониманию.

– Синтетик, – тихо выдохнул Макс, не в состоянии справиться со своими нервами.

Том ткнул его в бок, чтобы тот заткнулся.

– Понимаю, что присутствием моего аватара в человеческом городе я подвергаю вас колоссальной опасности, – произнес Артемида.

– Не представляете какой, – ответил Боско, вероятно надеясь этим обстоятельством существенно поднять цену сделки. – Напоминаю, что синтетики категорически запрещены в империи, в гильдиях и во всём человеческом сообществе. За отношения с синтетиками, провоз неизвестных артефактов в города и селения и попытки активации устройств, обладающих чужеродным интеллектом, нарушителям по закону полагается смерть, без права на помилование! Все артефакты, найденные или случайно добытые, или приобретенные в виде трофеев, принадлежат государству. Все операции с устройствами, не изготовленными людьми, являются незаконными и обхождение с ними караются смертной казнью!

– Но это вас не останавливает, – парировал синтетик, сидя в кресле ровно, словно струна, и добавил, – все же все меры предосторожности были соблюдены.

– Что вам нужно, Артемида? – спросил Боско, решив перейти к делу.

– Мне нужно, чтобы вы достали для меня одну вещь, – произнес нечеловек. – Нечто очень мне необходимое.

 Он замолчал, его глаза стали немного ярче.  Потом начал объяснять.

– Совсем недавно мною были получены данные из древнего поврежденного архива о неком устройстве, изготовленном предыдущей цивилизацией людей, существовавшей до той, в которой вы пребываете посей день. В результате анализа и дальнейших прогнозов мной было принято решение о непосредственном физическом обладании этим объектом.  Мероприятия, направленные на поиск устройства, дали результат. Удалось выяснить местоположение и характеристику артефакта.

Ребята были поглощены рассказом, синтетик продолжал.

– К сожалению, многократное моделирование операции по извлечению артефакта собственными силами ведет к отрицательному результату со стопроцентной потерей интересующего объекта. Это не допустимо! Поэтому было принято решение, привлечь к делу вас или подобных вам. В симуляции с высокой переменной случайных событий, благодаря творческому и нестандартному и алогичному подходу, свойственному вашему виду, вы получите до десяти процентов из ста на успех, – выдал «Артемида» и, замолчав, ждал реакции присутствующих.

– Десять процентов успеха! – ухмыльнулся Боско с сарказмом. – Это выдающийся результат, сильно обнадеживает!

– Десять процентов – в самых оптимистичных прогнозах, – поправил синтетик.

– Так! Понимаю, у нас нет выбора? – прямо спросил Боско.

– Совершенно верно!

– Если мы откажемся, ты нас убьёшь и будешь искать других?

– Миссия важна для меня и для всего человечества. В случае вашего отказа, для вас исход будет неблагоприятен, – уклончиво ответил Артемида.

Боско глянул на ребят, спокойно произнес:

– Думаю, что у нас нет выбора.

 Остальные молчали.

– Что мы будем иметь, если все сложиться положительно? – спросил у «Артемиды».

– Вы сохраните жизни, – ответил тот.

– Щедро! – воскликнул Боско. – Но мы так не работаем, да и вряд ли кто-то другой согласится работать за такое вознаграждение!

Краем глаза он заметил, как Макс тихонько полез в карман за гранатой. Синтетик завис, его зрачки потускнели, бесчувственной куклой сидел в кресле. В комнате воцарилась тишина.

– Что это с ним? «Сломался?» —спросила Таня.

– Макс! Убери гранату! Ей богу, носишься с ней, – не сдержался Боско.

Макс укоризненно глянул на босса и спрятал обратно.

– Скорее всего ищет данные о нашей жизни и что для нас представляет ценность, – ответил Том.

– Да ну! Что же он пообещал Чену, если тот пляшет под его дудку? Думаю, в ценностях Кит прекрасно разбирается, – высказал мысль Боско и добавил, – скорее всего плотно держит азиата за яйца, поэтому тот так старается, из кожи лезет.

– Впрочем, как и нас, – поправил его Макс.

– Не знаю, как вас, но меня точно не держит! – произнесла Таня.

– Очень смешно, – парировал Макс. – Самое время смеяться.

«Артемида» ожил, его зрачки вновь светились.

– Простите за внезапную паузу. Мне была нужна небольшая консультация. Так как ваше селение экранирует сигнал, потребовалось больше времени, – объяснил синтетик. – Я предлагаю вам двести тысяч поинтов, плюс оснащение вашей платформы нужным оборудованием для успешного выполнения миссии.

«Артемида» замолчал. После последней фразы у Тома загорелись глаза.

– Ну что рискнем? – с энтузиазмом просил Боско без раздумий.

Куш предлагался не слабый. Друзья неуверенно закивали головами, соглашаясь, прикидывая сколько достанется каждому.

Боско обратился к «Артемиде»:

– Я не знаю, что будет дальше. Но боюсь, у нас нет выбора. Мы согласны!

Существо одобрительно кивнуло головой.

– Задание заключается в том, чтобы извлечь устройство, которое находится в чреве «Бот-марина» «СДАП-150р» (Стратегический дрон автономного плавания), с вооружением в пятьдесят тактических ракет, – объяснил Артемида. – Координаты временной локации субмарины будут переданы на вашу платформу. Морской дрон, крайне опасный и осторожный, вооружен комплексной системой защиты ПВО «Купол», системой ПРО «Стрела», радарными системами дальнего обнаружения, системой радиоэлектронной борьбы «Поток» и комплексами, которые мне не удалось установить.

– Не слабо, – выдохнула Татьяна. – Боевые модули мне не знакомы, о таких никогда не слышала.

– Логично, «СДАП» – система, рожденная еще до упадка, таинственный призрак древнего мира, – произнес «Артемида».

– Это не радует, – воскликнул Боско. – Как далеко, этот «СДАП»? Это в океане? У нас нет опыта проводить операции над водой.

Добавил и глубоко вздохнул.

– Мой спутник заметил его всплытие в двух тысячах километрах к югу отсюда. Со времени всплытия прошла неделя. Следующую точку дислокации субмарины можно будет наблюдать северней, согласно прогнозам, предположительно через три недели, со смещением от предыдущей на тысячу километров. Координаты вы получите.

– Как ты прогнозируешь? Есть ли вероятность, что «Бот-марина» там не окажется? – спросил Боско. – Что такое спутник?

–«СДАП» что-то ищет, следует по определенному маршруту, в точках его всплытия зачастую оказываются гидроакустические станции, – ответил «Артемида».

– Или кого-то, – поправил Том и добавил, – вероятней всего снимает акустический след.

– Вполне возможно, – подтвердил синтетик.

– Как выглядит та штуковина, которую нам нужно забрать, и где она находится? – спросил Макс.

– Внешний вид объекта не доступен, место нахождения внутри «Бот-марина» не доступно, – ответил Артемида. – Согласно прогнозам, объект небольшой, размером со средний чемодан, должен находиться в пункте управления «СДАПа». У вас будет устройство, по которому вы отследите артефакт.

Синтетик замолчал.

– Миссия сложная очень! Смертельная, слишком много неизвестных! – произнес Боско, требуя повышения оплаты.

– Вынужден напомнить, что попытка срыва сделки повлечет для вас негативные последствия, – произнес «Артемида».

Он поднялся, на мгновение задержался.

– У вас есть неделя на отдых, пока переоборудуют вашу платформу. Жить будете в этом отеле, уже все оплачено.

– Я имею в виду, нам нужно обсудить гонорар! – Боско не унимался, пытаясь выторговать повышения оплаты.

«Артемида» на реплику не обратил внимания, двинулся на выход.

– Вполне возможно, если все сложится максимально благоприятно, вас будет ждать приятный бонус, – бросил не оборачиваясь, и вышел из комнаты.

– Ух! – выдохнул Том.

– Согласен с тобой!

Макс откинулся на спинку дивана, расслабился.

– Мальчики, вы хоть представляете во что мы вляпались? – Таня развела руками.

– А ты представляешь, что за деньги к нам идут? – возразил Боско. – Понимаю, очень рискованно. Но если все получится, то жить мы будем по-другому.

– Это жалкие гроши за то, что нам предстоит! Думаешь, все гладко пройдет? Как ты собираешься проникнуть в брюхо субмарины? Думаешь, нас там хлебом-солью встретят? – в свою очередь произнес Макс

– Посмотрим! Как будет, так будет! – отозвался Боско. – А что ты предлагаешь?  У нас что был выбор? Тогда проще от гранаты тут лечь. Давай, Макс! Доставай сейчас! Избавим себя от проблем! Выбора-то все равно нет, так к чему ныть?

Дверь открылась в комнату вошел Чен.

– Ну что? Как прошла встреча? – спросил хитрый азиат. – Вижу, что удачно! Вы пока живы, – широко улыбался.

– Связались с тобой, вот и попали по полной, – отозвался Боско.

– Кто был на встрече? – спросил Чен, проигнорировав упрек.

– Не твое дело, – зло огрызнулась Таня.

– Фи! Какая красивая и какая невоспитанная! Такие не в моем вкусе, – парировал он.

– Вот и отлично! -Татьяна насупилась и замолчала.

– Боско! Знаешь, сумку можешь мне дать, – предложил Чен и потянулся за сумкой с деньгами. – Пусть лучше у меня побудет, так сохранней. Выполните задание, вернетесь и заберете обратно.

– С чего это? – спросил Боско. – Мы потерпим, ничего страшного!

Он отодвинул деньги подальше.

– Ну смотри, – предупредил азиат. – Если что, не дай бог конечно, потеряете все, что у вас есть. А так, хоть кто-то уцелевший из вас мог бы прийти и забрать деньги.

 Чен внезапно высказал разумные аргументы и Боско задумался.

– Ладно, держи! Только запомни, это наши деньги, и они у тебя на сохранении. Кто бы из нас не пришел, отдашь ему! Понятно? – строго спросил Боско.

– Ну разумеется, все будет по-честному, брат, – заверил Чен и, взяв в руки заветную сумочку, хитро улыбнулся.

Ребята неодобрительно глянули на Боско, двояко отнеслись к его поступку, но промолчали, ничего не сказав.

– Идемте, друзья! Проведу вас в царские хоромы, затем покажу ресторан. За ваше роскошное проживание щедро заплатили! – Чен, не обращая внимания на общий настрой, махнул рукой, зовя за собой.

Агент Каллисто

Агент, сообщение «Темному в темноте»…

Передача… 

Канал связи стабилен, пакет данных получен…

Обработка шифра, дешифровка данных, сообщение, докладываю: «Артемида» приступил к реализации плана (недостаточно данных)»… 

Местоположение объекта неизвестно, вводные задания не известны»… «Аэроплатформа «МПВБ-4» (малая платформа воздушного базирования четвертого поколения) «Жужака» прибыла в инженерный док Каллисто для переоборудования. Работы ведутся профессиональной командой в авральном режиме… 

Источник финансирования не выявлен. Сроки окончания работ неизвестно…

Конец передачи…

«Темный в темноте» агенту.

Принято…

Удвойте финансирование и интенсивность получения разведданных, активируйте спящих агентов. Акцентируйте внимание на деятельности «Артемиды». Активности в этом направлении устанавливаю в высший приоритет… 

Конец передачи…

Огромный китообразный объект черного цвета парил над хрустально-голубой землей, подернутой дымкой атмосферы. Внизу медленно плыли леса, горы, равнины и дельты рек.

Черный объект был воистину огромен, простирался на десять километров в длину, три километра в ширину и триста метров в высоту, обтекаемой закругленной по краям формы.

Щупольцеподобная, гибкая, со множеством сочленений антенна, до этого принимающая и отправляющая сообщение, с жужжанием и свистом медленно втягивалась обратно в черный матовый корпус. На антенну налип толстым слоем лед, теперь он с треском крошился и кусками уносился вниз.

 От исполина Кита на многие километры вокруг распространялся низкочастотный монотонный и тревожный вибрирующий гул, сообщающий о беспредельной и тайной мощи загадочного черного объекта.

– Согласно докладу нашей разведки, в районе южного плато, окруженного горной грядой, вот в этом районе, – докладчик ткнул указкой на точку на карте, – формируется бесполётная зона ограниченного доступа.

Объясняя, пожилой поджарый мужчина с бородой, в темно-синей военной форме с золотыми погонами. Замолчал, слегка поклонился.

– В указанном месте мы потеряли два разведывательных корвета, – произнес после секундной паузы.

– Виктор Иванович! А вы что думаете на этот счет? – спросил у другого собеседника стоящий рядом высокий мужчина тоже одетый в военную форму и в черных начищенных до блеска сапогах.

Тот пока молчал. Слегка наклонился над экраном интерактивной карты, размещенной и встроенной в солидный по размерам стол из красного дерева. Важных персон окружал официальный интерьер имперской приемной. Массивные, украшенные замысловатой резьбой шкафы, стоявшие у стен, под завязку забитые книгами, располагали к продуктивной работе и откровенному диалогу.

Было бархатно тихо. В разговорных паузах, в период раздумий, шагом золотых шестеренок громко тикали резные напольные часы.

– Ваше величество! Ситуация крайне необычна. До этого нам не доводилось встречаться с таким явлением, – ответил третий собеседник. – Зона возникла гораздо раньше, чем мы ее обнаружили. По предварительным данным, автоматы в том районе ведут интенсивное строительство: в горах бьются тоннели, возводятся отстойники-озера охлаждения, тянутся трассы кабелей и подъездные пути к возводящимся стартовым пьедесталам. Только за последнюю неполную неделю, по подсчетам разведки, в тот район прибыло три «Автоматрона». Всего их, по наблюдениям, не меньше сорока разных специализаций. Наши военные разведывательные наземные миссии терпят фиаско. Периметр машин охраняется автоматической охранной системой. Три группы спецов утеряны.

 Он замолчал, опустил голову, скорбя о потерях, после паузы продолжил:

– Автоматы ведут строительство целого комплекса сооружений неизвестного назначения, – закончил доклад высокий статный мужчина с волевым лицом и темными волосами с короткой стрижкой, в гражданском костюме черного цвета.

– Как мы могли пропустить начало такой грандиозной стройки? – спросил Император.

– Ваше величество, предгорье всегда было опасным местом, – ответил ему главный советник. – В период упадка, во время войны триста лет назад, предками было разрушено несколько атомных электростанций, сейчас там высокий уровень радиации, плюс дикая растительность с хищными мутировавшими животными и множеством автоматических систем обладающих ПВО, скрытых в складках местности. Подземные заводы, выпускающие бог весть что, в том числе, и летающее. Все это в совокупности ограничивало безопасное движение в том районе. Его все пытаются избегать.

Советник замолчал, намекая на то, что добавить ему больше нечего.

– Ваше величество, – начал Министр обороны, до этого тактично молчавший. – Мы узнали о зоне благодаря пиратам, они держат в тех краях мелкую базу. Один из наших агентов-информаторов доложил, что их банду практически уничтожили «Стервятники». А сбитые платформы на земле добил танк. Нашему агенту повезло, их кораблю удалось сбежать, – добавил министр.

– Все же интересно, что там затевают автоматы? Что скажете, Петр Олегович? – Император продолжил диалог с Министром обороны.

 Тот все еще стоял с указкой в руках подле стола.

– Мы консультировались с умниками, показывали им снимки строительства, их заинтересовали пьедесталы, – ответил военный. – Из расплывчатых объяснений, мы поняли, что автоматы пытаются покинуть атмосферу. Пьедесталы – это будущие стартовые комплексы для орбитальных ракет.

– Чем это нам грозит? – спросил Император у присутствовавших высших чиновников.

Открылась дверь, в библиотеку вошла тихая скромная девушка, служанка, в коричневом платье и белоснежном переднике. В руках у нее был поднос с фарфоровыми чашками и чайничком. Она застыла в глубоком книксене, ожидая приглашения.

– Вера, проходите пожалуйста, – негромко сказал его величество, приглашая рукой.

Служанка в почтении кивнула головой, незамедлительно подошла к столу, поставила приборы и чайник с чашками на белую, идеально отутюженную, хлопковую салфетку. Вновь присела в книксен, встала и быстро удалилась, осторожно прикрыв за собой дверь. Ее проводили взглядами.

– Ах, да! – Император встрепенулся. – И так, Виктор Иванович, чем это нам грозит? – Уже уточнил обращаясь к главному советнику.

Советник в штатском вытянулся по стойке смирно и уверенно ответил:

– Если автоматы смогут достичь орбиты, разместят там свои спутники, это в разы повысит их возможности. Но самое печальное, что автоматы объединяются. Если так пойдет, то мы станем второстепенным видом с непрогнозируемыми последствиями для нас.

– Понятно, – спокойно произнес Император.

– По линии МИДа мы пытались договориться о встрече компетентных комиссий для обсуждения возникшей угрозы, – продолжал советник. – Но Кристальный пока не идет на контакт. Обострившаяся конкуренция, возникшая, между нами, не дает совместно и адекватно оценить серьезную опасность. Более того, Кристальный аврально увеличивает свои вооруженные силы. Совсем недавно со стапелей их верфи сошел линейный корабль «Обитель справедливости», на очереди еще два. Это беспрецедентно, они и так владеют могущественным флотом! Кристальный нарушает сложившийся военный паритет. Разведывательная активность с их стороны возросла вдвое.

Советник замолчал.

– Ваше величество, мы думаем, что Кристальный готовится к войне, – серьезно произнес министр обороны.

– На чем основаны Ваши выводы? – спросил Император.

Он смотрел министру прямо в глаза, его взгляд был твердый и пронзительный.

– Возьмите, Ваше величество, – тот не смутившись, протянул папку Императору, которую до этого держал в руках. – Здесь все подробно изложено.

– Хорошо, я ознакомлюсь и добавлю свои рекомендации, – Император взял документы в руки.

– Времена, господа, наступают грозные, – произнес он, вздохнул, затем спросил, – это все?

– Нет, еще есть очень интересные данные от разведки, на первый взгляд, кажущиеся на фоне сложившейся обстановки второстепенными, – произнес советник и вышел немного вперед.

– Докладывайте, – Император взял в руки фарфоровый чайник, каждому налил в чашку душистый напиток.

Держа свою чашку в руках, слегка пригубил, указал рукой остальным: «Угощайтесь!»

– На Каллисто, – уточнил советник, – произошла некая встреча, по нашим данным. В ней участвовал один из Китов.

– Ого! – воскликнул Император. – Действительно интересно. Насколько я знаю, Киты никогда не вмешиваются в наши дела. Продолжайте, это очень занимательно.

– Кит подбирает команду молодых авантюристов для некоего задания. Задачи миссии нам не ясны, причина встречи тоже. Известно, что платформа нанятой команды переведена в ремонтный док для переоборудования. Все работы ведутся в тайне, доступа к проводимым работам мы не имеем, – отметил советник.

– Странно, Вы почти ничего не знаете, – задумчиво произнес его величество. – Но при этом докладываете мне. Осмелюсь предположить, Вам нужны особые полномочия в этом деле?

Советник молча кивнул, подтверждая. Водрузилась тишина. «Тик-так, тик-так», – тикали часы.

– Эти Киты вообще непонятное что-то. – воскликнул Император, прервав паузу, хотя всю информацию, накопленную по странным объектам, он тщательно изучил. – Что вообще о них известно? – Спросил в надежде узнать что-то новое.

– Крайне мало, Ваше величество, – начал советник. – Впервые о них упоминается в 200 веке от великого упадка. Они появились ниоткуда, просто возникли и все. Ни в древних архивах, ни в наших о них нет никаких сведений. Предполагается, что это продукт одной из сторон конфликта древних. Или совсем невероятное, что это загадочные гости, прибывшие из темных глубин космоса.

Он замолчал, перевел дыхание.

– Как бы то ни было, все версии имеют право на жизнь. Было несколько попыток пойти с Китами на контакт, но объекты не отвечали взаимностью. Просто парили в вышине и не отвечали. Мы даже не знаем сколько их. По нашим данным, примерно четыре. Хотя это не точно, некоторые эксперты заявляют о десяти. Но доказательств нет. Вообще мы до конца не понимаем, что это. На этот счет до сих пор происходит много споров.

Вперед вышел Министр обороны, перехватил инициативу у советника.

– Восемьдесят лет назад Восточный предел решил напасть на одного из Китов за то, что тот близко подошел к Джанхару. Было задействовано пять крейсеров со стороны Восточного предела. Они боевым порядком подошли к столице с целью ее защиты. Битва закончилась, не начавшись. Суда внезапно обесточились, просто понеслись вниз и разбились о грунт, оставив после взрывов чудовищное радиационное загрязнение. Кит, не обращая внимание, выполнил свою задачу. Спустя сутки, вновь поднялся в стратосферу. На этом попытки атаковать эти объекты со стороны людей прекратились. Предположительно, чужеродный объект задействовал мощнейшую «РЭБ», тем самым выжег всю электронику на военных кораблях. Через год один из Китов обратился к человечеству на общедоступном канале связи. Сообщил, что они не враги, что вмешиваться в наши дела не намерены. Тем самым доказав, что эти объекты отчасти могут быть разумными и имеют способность к общению.  На этот момент все! – закончил военный.

– Да, это всем известно! – разочаровано воскликнул Император. – Могу лишь добавить, что Киты время от времени исчезают из нашего поля зрения!

Замолчал, затем продолжил более мягким тоном:

– По максимуму выясните цель миссии Кита, внедрите агента в команду авантюристов, направьте призрака для слежки за платформой. По возможности, по истечению их задания платформу с командой захватить! Если не выйдет, уничтожить! – его величество прервался, пригубил из чашки, те две остались нетронутыми.

– Вышлите АУГ (авиационная ударная группа) в район зоны строительства. С миссией уничтожения объектов и средств инженерного обеспечения подавить огневое сопротивление и зачистить квадрат! – Император подошел к карте, очертил и выделил означенную местность.

– Отправить флагман «Гремящий» для соединения с северным флотом в этом районе, – указал другую точку на карте. – Сформировать ордер и выдвинуться в район Кристального для проецирования силы и демонстрации флага. Границу не пересекать!

 Император остановил взгляд на советнике.

– После прибытия нашего флота в район дислокации, по линии МИДа запросить экстренные переговоры.

Советник кивнул, подтверждая.

– Посмотрим на их реакцию. Пожалуйста, проработайте в ближайшие время с соответствующими министерствами и комитетами мои указания и предоставьте мне расширенные данные планирования операций для изучения, – он замолчал. – Теперь, господа, вы свободны, идите работать!

Его величество тяжело вздохнул.

Таня

– Во-о-от! Это пожалуйста, – Таня вытянула шею, всматривалась в полукруглую, прозрачную витрину-холодильник.

На её дне, призывно и аппетитно расположились блестящие хромом ведерки, наполненными доверху разными сортами и цветом мороженного.

– Дайте шарик шоколадного, теперь ванильного. Ага! И еще клубничного, пожалуйста! Сливочным сиропом полейте!

Таня показывала пальчиком, делая заказ мороженщику, худощавому голубоглазому парню, в белом переднике и в высоком колпаке.

– А ты случайно не лопнешь? – из-за спины послышался голос Макса.

Таня обернулась. Позади стоял разгоряченный улыбающийся Макс в белом махровом халате, с красным лицом и белых одноразовых тапочках, шел с процедур СПА.

– Нет, не лопну. Я о таком только мечтать и могла. Раз уж за нас платят, то нужно использовать по полной, – заявила она, улыбнулась другу, взяла в руку хрустальную креманку с мороженым.

– Да уж, хорошо живется богачам, – ответил Макс, соглашаясь.

Не найдя других слов для разговора, он произнес:

– Пойду пива возьму себе.

Махнул рукой, зашагал прочь.

Татьяна медленно подошла к столику, расположенному в главном лобби отеля, погрузилась в пуховое кресло, золотой ложечкой зачерпнула мороженое, отправила его в рот. Было вкусно, ароматно и сладко. Разглядывала праздно шатающихся состоятельных гостей отеля. Вокруг все было празднично и роскошно одето в бархатные бордовые и зеленые цвета, с огромной сверкающей бриллиантами люстрой под потолком.

– Пап, а это что? – она указала пальчиком.

– Где? – спросил отец.

– Вот, вот, этот рычажок, – указала своей маленькой ручкой.

– А, это ручка шага винта.

– А для чего она?

– Ну для того, чтобы наш двигатель правильно работал на любых высотах. Вообще-то, он у нас регулируется автоматически, а эта ручка, так на всякий случай, – объяснил отец.

– А это что? – спросила она, глядя на большой экран на приборной панели кокпита.

– Этот экран показывает состояние нашего грузовика, температуру двигателя, давление пара и масла, обороты винта и многое, многое, другое.

Большая папина рука нежно погладила ее по головке. Она посмотрела не него, улыбнулась, ей очень нравилось, когда отец брал ее с собой на работу в рейс. Находясь в теплой и уютной кабине большого одноместного грузового дальнобоя, было очень приятно осознавать свою причастность к происходящему, вдыхать запах машины, ощущать вибрацию и мощь небесного грузовика, под завязку нагруженного тяжелой железосодержащей рудой. Синее-синее небо и белые, до рези в глазах, облака окружали их маленький и уютный наполненный детским счастьем мир.

– Ну что вкусно? – голос Боско вывел Таню из тумана воспоминаний.

Она не заметила, как он подошел, посмотрела на него долгим взглядом, прежде чем ответить.

– Да, очень! Никогда такого не ела, – отправила очередную порцию в рот.

Боско дежурно кивнул, объяснил, зачем пришел.

– Пять минут назад общался с одним человеком, – начал он без предисловий.

– С каким человеком? – спросила Таня, праздная жизнь отключила ей мозги.

– С таким! – Боско раздраженно указал пальцем вверх. – Всё! Лавочка закрывается, завтра вылетаем, «Жужака» готов!

Таня чуть не подавилась мороженным.

– Как? Нам еще три дня отдыхать! – растерянно смотрела на Босса.

– Нет, завтра утром мы отправляемся, уже все согласовано. В восемь утра должны   быть на борту. Проверка систем и всё, в плавание. Знаешь, я даже рад, надоело это подвешенное состояние, такое не по мне, – признался он.

Было видно, что нервничает.

– А я бы еще повисела, – произнесла Таня.

– Наслаждайся до завтрашнего утра, – бросил Боско, не обращая внимания на её реплику, развернулся, зашагал прочь, чтобы оповестить остальных.

Оставил Татьяну в растерянности.

– Как его нет? – спросила Таня, разрыдалась.

Узнать такое в тринадцать лет было очень больно. В прихожей крохотной квартирки стояли и неловко топтались почтальон и полицейский, за их спинами пряталась полная соседка, сочувственно всхлипывала, вытягивала шею, чтобы рассмотреть девочку из-за мужских спин. Таня держала бумагу, оповещающую её о том, что ее отец погиб. Его грузовик разбился, отказал двигатель. А теперь вместе с ним погибла и ее жизнь, хотя он не был ее отцом, просто отчим, чужой для нее человек, ставший роднее всех родных, который любил ее по-настоящему, как может любить только очень родной человек. И она в ответ любила его, как самого хорошего, доброго и ласкового отца на свете. После смерти мамы, он не исчез, не бросил и не предал ее, остался рядом защищать и оберегать. Теперь уже он никогда не вернется со сладкими подарками из своего рейса. Таня в тринадцать лет осталась одна-одинешенька в чужом жестоком мире.

 В дверь тихонько постучали. Было поздно, она не могла уснуть.

– Кто там? – негромко бросила в пустоту роскошной комнаты.

Прислушалась, ожидая ответа.

– Это я, Том, – послышалось из-за двери.

Таня встала с кровати, накинула казенный халат, легкой походкой подошла и открыла.

– Проходи, – негромко бросила.

Махнула рукой, приглашая за собой, уселась на кровать, вопрошающе смотрела на Тома. Тот был слегка растерян. Таня была рада, что ее ночная меланхолия рассеялась.

– Чего я тебя здесь наблюдаю? – спросила с интересом, разглядывая своего товарища.

Том как-то скукожился, сник, боялся на нее посмотреть. Она любила его, не как парня, конечно, а как близкого человека. Он был ей очень дорог, был частью ее самой. И она даже знала, почему он здесь. Впрочем, не хотела спрашивать. Раз пришёл, значит ему так нужно. Понимала, что Том, как и она сама, волнуется и до жути боится той неопределенности, которую сулит завтра. Со всем этим осознанием неизвестного в одиночку Том не мог справится, наверное, потому и пришёл.

– Просто, – начал Том, запнулся, глубоко вздохнул. – Просто не могу заснуть!

– Да ты садись, возьми себе пива в баре! И мне принеси! – указала рукой на небольшой холодильник, встроенный в роскошную мебель номера.

Том с радостью и беспрекословно подчинился. Доставил ей бутылочку, себе взял парочку, вернулся и облегченно плюхнулся в кресло напротив, пригубил пивка.

– Тань, всегда тебе хотел задать вопрос, – начал он, слегка осмелев.

– Валяй! – Таня махнула рукой, приникла к бутылке, сделала пару глотков.

– Как ты стала пилотом? Ну в смысле такая крутая? – спросил он.

Татьяна улыбнулась.

– Ну а ты, как стал механиком крутым? – спросила в ответ.

– Это все знают, и ты в том числе, – смутился Том, – в рабах был, в машинном отделении жил, вот и научился.

Он вмиг стал печальным. Таня даже пожалела, что спросила.

– Мне было тринадцать, когда отец разбился, – начала она, – дальнобойщиком работал на «Ролл-траке».

– Это такие огромные одномоторные с твиндеками? – перебил Том.

– Ага, – подтвердила она, – а до этого, он служил пилотом на «Протоне», ракетном фрегате императорского флота города Святого Петра, участвовал в «Аркадийской» войне. Фрегат уничтожили, ему и ещё не многим удалось выжить. Отца по ранению списали, дали пенсию. Все равно средств не хватало. Пришлось переезжать в свободный город гильдии.

Таня замолчала, вспоминая.

– Жили небогато, там умерла мама. Я осталась с отцом, да и не отец он мне, отчим. Только вот роднее отца.

Том молча слушал, не перебивал.

– Мама познакомилась с ним тогда, когда я уже была. Отца я не знала, а мама про него не хотела говорить. Как-то так, – Татьяна замолчала, – отец брал меня с собой в долгие рейсы. Бывало, месяцами в воздухе болтались, он меня учил управлять воздушным судном. По сути, я стала настоящим пилотом, освоила грузовик, пилотировала его. Представь, в десять лет!

Она улыбнулась, сделала глоток из бутылки.

– Когда его не стало, меня отправили в приют, сраный работный дом. С тринадцати до шестнадцати я была рабом. Работала круглые сутки, нас били и унижали, мы дрались между собой за кусок хлеба, как дикие волчата. На кое-какие деньги, жалкие подачки за рабство, которые мне удалось скопить в работном доме, поступила в училище на курсы пилотов. Оно принадлежало гильдии. Училась, голодала. Затем… затем оказалось, что со своим дипломом я никому не нужна, меня никто не брал на работу. Жила на улице, голод стал моим верным спутником. Иногда просто хотелось броситься вниз и покончить с этой гребаной жизнью. Однажды повезло, удалось устроиться на местный очиститель-ассенизатор. Летали, чистили танки со всякой неприятной жижей. Там платили гроши, но это позволяло снять свой угол и хотя бы не голодать. Однажды «говносос» задел винтом коммуникации и рухнул. На мое счастье, не в мою смену. Но думаю, даже уверена, если бы я в тот момент была за штурвалом, помойник до сих пор бы сосал дерьмо. После такой новости я вновь осталась без работы. Пошла в ближайший бар, чтобы залить горе. Там и встретила Боско, во время недолгой совместной попойки я получила приглашение на «Жужаку». Ну, а что было дальше, я думаю ты хорошо помнишь. У меня появилась семья. Давай еще по одной бутылке, – махнула рукой, чтобы Том сходил еще за пивом.

Тот беспрекословно поднялся, отправился за новыми бутылками. В дверь постучали.

– Кто там? – спросила Таня.

– Это мы, я и Боско, – ответил Макс из-за двери.

Таня поднялась, пошла открывать.

– А Том у тебя? – спросил Макс, когда они вошли, – мы пошли к нему, а его нет.

– У меня, где же ему еще быть? – ответила Татьяна, посмотрела на топтавшихся парней в прихожей пригласила она к себе, – да блин, проходите уже.

– А че делаете? – спросил Боско.

– А вот, не твое дело, – оборвала его, затем подумала и добавила, – пьем, что еще делать?

– Да просто муторно, а в компании веселей, – объяснил, до этого молчаливый Том, стоя у бара в полумраке.

– Давай тащи сюда все пиво! – попросила Татьяна и воскликнула, – да чего вы стоите как неродные?  Падайте уже куда-нибудь, ночь длинная!

Утром лучик солнца проник в номер через щель незакрытой шторы, осветил картину ночной попойки. Все спали на одной кровати. Определенно большую сторону заняла Татьяна, на остальном участке неудобно ютились парни. Весь пол номера был устлан пустыми бутылками из-под алкоголя.

В дверь постучали, никто не шелохнулся, постучали настойчивей.

– Господа, просыпайтесь, вы велели нам вас разбудить в шесть. Будьте уверены, мы настойчивые, – слышался из-за двери голос коридорного.

В номере зазвонил телефон внутренней связи. Таня с трудом расплющила глаза. Судя по тому, как они припухли, предположила, что снова плакала по пьяни.  Скривилась от внутреннего стыда, во рту было мерзко и сухо. Толкнула локтем лежащего Макса в бок. Тот неожиданно вскочил со словами: “Я не спал!”  Затем ломанулся с кровати, задел Тома, Том слетел вниз.

– Бля! – заорал оттуда.

– А ну, заткнитесь! – в свою очередь крикнул Боско.

Он натянул подушку себе на голову, брыкался ногами в черных носках. Таня приподнялась на локтях, чтобы обозреть размер бедствия. Накатило резкое головокружение, она поняла, что сейчас блеванет.

– Господа, вставайте! – бубнили за дверью.

– Блин, не лезет.

Том отодвинул тарелку с завтраком, взял чашку чая, пригубил. Вид у него был помятый. Сидели в роскошном, ярко освещенном утренним солнцем отельном ресторане, завтракали.

– Чё ты сёрбаешь? – спросил Макс, который тоже был не лучше.

– Я не сёрбаю, – оправдался Том.

– Да сёрбаешь! – буровил Макс, сам не зная почему, но его все бесило.

– С чего ты взял?  Сидишь тут, воняешь носками, – принял вызов Том.

– Заткнитесь, суки! – зашипела Таня, обхватила больную голову руками.

– А ну, пошли вон отсюда! Позорите меня! Чтобы через двадцать минут стояли готовыми у входа, уроды! – зло разразился Боско.

 В мгновение воцарилась тишина, все замерли. Первым отреагировал Макс, резким движением встал и слинял в направлении своего номера. За ним молчаливо удалился Том.

– О кей! Как скажешь, Босс! Все будет сделано, – Таня поднялась, засеменила к себе.

 Боско проводил ее глазами, взял вареное яйцо, спокойно почистил, посолил, засунул целиком в рот, принялся задумчиво жевать в тишине. На него с удивлением смотрела ошарашенная публика, сидевшая за столиками вокруг.

Пространство

– Привет! – входа их встретил ядовитый Жоржик, поздоровался со всеми, откровенно пялился на Татьяну.

С ним в компании был еще один парень. Тот был выше Жоржика, худой, очень бедно одет. В синих коротких брюках, в серой до колен кофте, в коричневых видавших виды ботинках, с огромной черной кожаной сумкой на лямке, надетой через плечо. Лицо у парня, в отличие от рыжего Жоржика, выглядело доброжелательно. Выразительные голубые глаза смотрели открыто по-доброму. Прямой нос, тонкие губы и волевой подбородок. И копна светлых соломенных волос на голове. Парень с интересом разглядывал компанию, улыбался.

– Какие люди! – не удержался и воскликнул Боско, обращаясь к малолетнему подонку.

Компания на минуту задержалась, остановилась.

– Уже и не надеялся видеть вас живыми, – честно признался Жоржик, не обращая внимания на язвительное приветствие, продолжая улыбаться.

– Чего нужно? – спросила Татьяна.

Рыжий смутился от прямого вопроса, маялся, не зная с чего начать. Наконец отступил на шаг, сбивчиво произнес:

– Это Алекс! – кивнул в сторону спутника, представив его.

– И что из этого? – спросил Макс.

– Ребят, хочу вам порекомендовать отличного алхимика, – выдохнул Жоржик.

– Что, выкрутил обаяние на максимум? – спросила Таня, сама украдкой глянула на Боско.

– На кой он нам нужен? – Кэп ответил за всех, поняв к чему ведет малолетний налетчик. – Нам и так не плохо.

Двинулся дальше, давая понять, что разговор окончен, за ним последовали остальные.

– Да нет, вы не так поняли, он не из наших.

Жоржик поплелся за ними, а его спутник все понял и остался стоять на месте.

– Он из доков и вообще не из этих мест, просто сейчас попал в очень затруднительное положение, – продолжил Жоржик.

– Я обещал Бурому, что помогу устроить алхимика, я ему должен. Понимаете, он не из наших, он просто алхимик, – объяснял рыжий, плетясь позади. – А у вас неполная команда, как раз алхимика и не достает, вот вам и шанс.

– С чего это парень с такой специализацией и в затруднительном положении? – спросил Боско.

– Да, он лечил одного парня, а тот того… Ищут теперь его. А изначально вылечить не было шансов, там шесть пулевых, – ответил Жоржик и добавил, – плюс радиационное облучение.

– Мутная история, – перебил Боско, показывая, что не хочет вникать.

– Да чего мутная-то? Просто жил себе парень в среднем блоке, лечил людей, маму Бурого лечил. Когда Бурого подрезали, он его на ноги поставил. А там семь ударов между прочим было. Вот Бурый и обязан ему.

– Не неинтересно, отвали, – Боско был непреклонен.

– Да чего не интересно? Хороший добрый парень, вы такого никогда не найдете, он так хорошо лечит! А какие у него эликсиры! Сам пробовал. Он искусный в этом, и звездочет еще…

– Отвали, говорю тебе, – Боско был неумолим.

– Зря, очень зря, – разочарованно произнес Жоржик, остановился, отстал, смотрел им вслед, затем развернулся и засеменил к своему товарищу.

– Эй, ты сам говорил, что нам нужен алхимик, – не выдержала Таня, одернула Боско за рукав.

– Говорил, – согласился тот. -Ты видела, кто нам его предлагает?

– И что с того? – подключился Том. – Где мы возьмем алхимика? На конкурсе алхимиков, по-твоему? Знаешь сколько стоит специалист такого рода?  А тут на шару.

– Согласен с ребятами, – добавил Макс. – Парня можно проверить, документы посмотреть, да просто пообщаться.

– Ладно, – Боско остановился, обернулся.

– Эй, Жоржик, тащи его сюда! – крикнул вслед удаляющемуся малому.

Тот замер, махнул рукой (мол, услышал), прибавил хода.

– Через два часа буду ждать вас у причала, там посмотрю твои документы, поболтаем. Если понравишься, возьмем тебя к себе, – сухо сообщил Боско, стоящему напротив алхимику Алексу.

Тот радостно кивал головой, соглашаясь.

– Ладно, мы пошли, торопимся, – добавил Боско.

– Спасибо, господин!

 Жоржик расплылся в улыбке, манерно сделал реверанс, начал раболепно кланяться.

– Вот клоун, – бросил Боско, когда они отошли на приличное расстояние.

– Урод, – злобно добавил Макс.

– Я отойду ненадолго, – заявила Татьяна.

Они подошли к проходной, ведущей на территорию ремонтных доков, где припарковали «Жужаку». У пропускных ворот для транспорта стояла одинокая фигура в темной шинели, фуражка у военного была натянута почти на глаза, в руках он держал пышный букет из белых цветов.

– Таня, да куда отойду? – возмутился Кэп, – у нас времени в обрез.

Остальные тоже смутились.

– Да, я ненадолго, буквально на минуту, заходите на проходную, пока оформитесь, я вернусь, – пообещала.

– Это кто? – спросил Боско, кивнув в сторону военного. – Это тот пограничник?

– Да, да, это он, – тихо произнесла Таня.

– Чего ему нужно? – Боско не понимал, а Макс громко рассмеялся в ответ.

– Так, все! Заткнулись! Идите на проходную, вас догоню, – зашипела Татьяна.

– Привет! Зачем пришел? – мягко спросила, подошла почти в плотную, вторгаясь в его личное пространство, заглянула ему в глаза.

Роб не отвечал, просто любовался.

– Тебя повидать, – наконец ответил. – Рад, что у вас все в порядке.

– Откуда узнал, что я буду здесь? – спросила.

– Товарищи сообщили, что «Жужака» улетает. Не мог не прийти попрощаться.

С надеждой посмотрел ей в глаза.

– Роб, у нас не получится, – честно призналась Татьяна, опережая его вопрос, и добавила, – я же говорила, что перелетная птица.

– Тогда оставайся со мной, будем вместе жить, нам всего будет хватать, обещаю, – произнес он.

– Послушай, ты мне очень нравишься, но я не могу. Прости! – тихо сказала Таня и опустила голову.

– Тогда я тебя буду ждать. Тебе, как надоест мотаться, приходи ко мне! – не сдавался парень.

– А вот это глупость! – воскликнула Таня. – Найдешь еще себе прекрасную девушку. Ладно, мне пора.

Быстро чмокнула Роба в щеку, на глаза накатились слезы.

– Ой, это тебе! – воскликнул, протянул цветы.

Она взяла, улыбнулась, отошла на пару шагов, развернулась и молча зашагала прочь. Он было открыл рот, чтобы что-то сказать, но передумал, просто печально смотрел ей вслед.

– Ух, вот это да! – восхищённо выдала Таня.

Она сидела в новеньком анатомическом кресле пилота. Рядом стояла ваза с пышным букетом.

– Ух, триста шестьдесят обзор, – взяла в руки стильный черный шлем с закрытым непрозрачным забралом, надела его. – О, навигационные векторы! Ух, расчетный компьютер! По мощностям как тут? Да, о таком я только мечтать могла!

Покрутила в разные стороны головой в шлеме. От шлема шел тонкий гибкий провод к креслу, терялся в его недрах через специальную шахту.

– Я тебя вижу, – воскликнула, уставилась на Боско, взяла в руки новый штурвал. – Да тут все управление на нем! Класс! Супер удобно! Адаптивное управление, полный автопилот!

Она продолжала восхищаться, Боско улыбался в ответ.

Рубка была полностью переоснащена по последнему слову техники самых престижных брендов.

Вбежал раскрасневшийся Том.

–Там, там… – не мог описать то, что видел в машинном отделении, от счастья сиял ярче солнца.

– Так что там, Том? – спросил Боско.

– Новый реактор, суперсовременный редуктор, теперь у нас есть климат-контроль, бустеры на четыре пары.

– Воу, воу! Притормози, прекрати бросаться незнакомыми словами, – прервал его Боско, поднял руки. – Все сдаюсь. Что мы теперь можем?

– Летать выше, дальше, быстрей и дольше, – выдал Том. – В общем считай, новая машина, в том числе, и моя каюта. Вы обратили внимание на винты? В городе святого Петра знают толк в таких вещах (многозначительно поднял вверх указательный палец)!

Таня повернула голову в шлеме в сторону неработающих четырехметровых пропеллеров.

– О, шумоподавляющие кожухи! – воскликнула восхищённо.

– Тридцать сборок от того же производителя. «Матрешка» – чистейший состав! Одна сборка служит в два раза дольше самой дорогой коммерческой «Генси» от Восточного предела! – продолжал восхищаться счастливый Том.

В кают-компанию ввалился ошарашенный Макс:

– Мы Акула! Крокодил! Разъярённый тигр! Лютый конец врага!

– Дай угадаю, ты у себя обнаружил такие штуки, что потерял дар речи, правильно? – спросил Боско.

– Больше! – воскликнул Макс и добавил, – у нас теперь есть шпага! Эта система достанет даже «Стервятника». Мы вооружены и очень опасны.

 Снаружи раздался протяжный свист.

– Наверно, Жоржик приперся со своим алхимиком, – произнес Боско.

– С нашим алхимиком, – поправила его Татьяна.

– Ладно посмотрим, – отозвался тот.

Вышел из рубки, за ним из любопытства последовали остальные.

– С той стороны лестница, обходи платформу, – Боско перегнулся через ограждение, активно жестикулировал рукой, показывая направление.

– Что? – переспросил, наклонился еще сильней и крикнул двум фигурам внизу. – Нет, только один алхимик, ты давай гуляй!

Жоржик махнул рукой, «мол понимаю», развернулся, отправился по своим делам.

Алхимик, осторожно ступая, вертел головой в разные стороны. С любопытством осматривал стоящего посреди сухого дока на четырех гидравлических опорах гигантского, с трехэтажный дом, «Жужаку». Поражали размеры огромных гондол, поворотных редукторов, винтов темно-зеленого цвета, достающих почти до земли. Днище платформы было утыкано разного рода дополнительным оборудованием, закрытыми массивными люками шахты торпед, башенками ПВО и ПТО, ствольными артиллеристскими орудиями. Все было выкрашено в небесно-синий.

Алхимик наконец добрался до лестницы, ведущей на палубу.

– Давай документы! Извини еще раз, как тебя зовут? – переспросил Боско, протянул руку, требуя бумаги.

Экипаж расположился за общим столом, в столовой кают-компании, ребята с интересом рассматривали претендента.

– Алекс! Меня Алексом зовут, – представился парень, протянул несколько официальных листков-документов.

Боско принял, внимательно рассматривал их.

– Откуда Жоржика знаешь? – спросил так, между прочим.

– Да, в общем-то не знаю, скользкий неприятный тип, – ответил Алекс, смотрел на Татьяну. – Меня ищут. Принесли ко мне фактически труп, сказали: «Лечи!». Естественно он умер. Теперь у меня проблемы. Я Бурого знаю, вернее его маму.

Алекс замолчал.

– А сам откуда? – продолжал Боско.

– Из Кучевых облаков, – произнес Алекс. – Городишко торговой гильдии. Промежуточный пункт дальнобоев.

– А я там была с отцом. Однажды останавливались, – неожиданно воскликнула Татьяна. – Там харчевня чудесная, шашлык вкуснятина, язык проглотишь. Только забыла, как она называется, давно это было, наверное ее там больше нет. Напомни, пожалуйста, ютилась сразу возле причалов в одноэтажке среди админа зданий.

Скорчила рожу, пытаясь вспомнить. Алхимик поменялся в лице, заерзал на стуле, затем взял себя в руки.

– «Сытый сокол», – произнес он.  – Она, наверное, и сейчас там открыта. Возле причалов один из пропеллеров выдавал мерзкий, тонкий, свист. Года четыре так работал, пока его не заменили.

Алекс замолчал.

– Ага точно «Сытый сокол», – подтвердила Таня, улыбаясь вспоминала. – А я еще думала, сидя за столом, откуда такой доставучий писк? Действительно тонкий, подкожный, как сейчас помню.

– Мне неприятно вспоминать о харчевне, там моего отца подрезали, собственно, поэтому я алхимик, – признался добродушный парень.

– Хорошо, добро пожаловать на борт! – произнес Боско, вернул Алексу документы. – Надеюсь, ты вольёшься в нашу семью. Макс тебя проводит в твою каюту. Кабинет, предназначенный алхимику, у нас укомплектован.

У Макса от удивления полезли брови на лоб, не понимал за что ему досталась роль гида.

– Ладно пошли, покажу тебе, что да как, – поднялся со стула, приглашая за собой, спросил у остальных, – не возражаете, если покажу ваши рабочие места?

– Валяй! – отозвалась за всех Татьяна, махнув рукой. – Только может его покормить прежде? Может он голодный?

– Поест со всеми в полете, – ответил Боско и предупредил, – готовьтесь, через два часа вылет.

– Всё, встаем, отпуск закончился, – Боско хлопнул в ладоши, подгоняя остальных.

– Внимание! Начинаю отсчет! – объявил Боско.

– Вышка Каллисто, разрешите запуск! – официально произнесла Татьяна.

Она сидела в обтягивающем темно-синем комбинезоне в черном шлеме с зеленными и синими огоньками на лицевом щитке. Щелкала тумблерами на оверхеде (датчики и приборы, которые находятся над головой пилотов), запускала вспомогательную энергетическую установку.

– Аэроплатформа «МПВБ-4», подтверждаю! Вам разрешён запуск, следуйте инструкциям! Частота сто двенадцать и пять, двадцатый причал-контроль! –  слышался в ответ голос диспетчера.

– Том, ты готов? Беру управление на себя! – объявила Таня по внутренней связи, обратилась к механику.

– Сорок процентов мощности реактора! Извлекаю стержни, мощность и давление растут! Отбираю мощность на турбину! Передаю управление пилоту! – отрапортовал тот.

Внутри огромного корабля зародился звук, очень быстро стал громче, затем появилась мелкая вибрация, звук сорвался в свист. Из-под днища «Жужаки» вырвалось огромное облако пара, громко шипя, окутало собой окружающее.

– Запуск, – спокойно произнесла Таня, продолжая энергично переключать тумблеры.

Рядом в командирском кресле расположился Боско, не отрываясь следил за основными дисплеями, сосредоточенно изучал графики, параметры систем корабля.

Звук сменил тон. Четыре основных соосных несущих винта слегка качнулись, дернулись, затем нехотя начали раскручиваться, быстро ускоряя бег. В закрытом доке-причале все громыхало.

– Вышка Каллисто, прошу разрешения на взлет! – запросила Татьяна.

– Взлет разрешаю, штанги убраны, люки открыты, даю три зеленых.

Напротив вспыхнул транспарант с зелеными огнями. Вверху разъехались в разные стороны гигантские створки потолка, расположенные на рельсовых направляющих.  Освободили путь «Жужаке» в синее с белыми облаками небо.

– Вышка, вас поняла! Выполняю! – подтвердила Татьяна, завертела головой, посмотрела, чтобы платформа ничего не задела.

– «Жужака», счастливого пути! Переходите на частоту «Подход-отправление», – диспетчер после взлета судна (попрощалась служба причала).

– Принято! Счастливо оставаться!

Таня увеличила обороты винтов.

– Подъем! – сообщил Боско.

– Подтверждаю! – отозвалась пилот.

«Жужака» плавно оторвался от поверхности, втянул телескопические опоры в себя, осторожно вышел из дока, развернувшись на месте, слегка накренился на нос, понесся прочь от Каллисто. На палубе одиноко стоял Алекс, про себя улыбаясь, прощался с очередным этапом своей жизни.

– Внимание! Огневое соприкосновение! – доложил дежурный офицер. – Первое звено вступило в бой!

Командующий вице-адмирал едва заметно кивнул в знак того, что информация принята к сведению, расположился возле стола-тактической карты, где наблюдал зеленые значки диспозиции своего ордера. В центре авианесущий крейсер-флагман, в авангарде крейсер и артиллерийский фрегат охранения, с боков – фрегаты ПВО, в арьергарде – ракетный крейсер.

– Второе звено, огневое соприкосновение! – докладывал офицер.

– Первое звено вышло из боя, потерь нет. Третье и четвертое вступили в бой!

В боевой рубке воцарилась тревожная пауза, только гул мощных машин авианесущего крейсера да мелкая вибрация разбавляли тишину. Младший офицер отмечал маркером на стеклянном стенде-карте координаты соприкосновения с противником, искоса смотрел на командующего. Вице-адмирал наблюдал обстановку, полчаса назад отправил крылья в разных направлениях для разведки, выявления хабов сопротивления противника.

– Пока слабо, – спокойно отметил командующий, прерывая паузу.

– Что скажете, Петр Васильевич? – спросил у рядом стоящего капитана первого ранга, капитана авианесущего крейсера.

– Верно, – согласился тот. – Нас еще не облучали, значит их радары работают в пассивном режиме.

– Думаю, мы просто далеко от эшелонированной обороны.

– Потеряны второе, третье и четвертое звенья, – доложил офицер.

– Чтоб тебя! Нарвались на «ПВО»! – выругался командующий. – Мы ослепли.

– Предлагаю выслать звено бомбардировщиков. Пусть на дальней дистанции осуществят запуск крылатых ракет! – предложил капитан первого ранга, командир авианосца.

Поправил фуражку с золотой кокардой.

– Мы же выполним залп тремя «Х-103», синхронизируя старт ракет с пусками бомбардировщиков. Ракетный крейсер также атакует своим арсеналом. Надеюсь, мы перегрузим их ПВО. С плацдармом будет покончено.

Он замолчал. Вновь повисла пауза. Рядом стояли старшие офицеры, ожидая приказа.

– Согласен! – решительно произнес командующий. – Готовьтесь к залпу!

С палубы, на первый взгляд, плоского авианесущего крейсера один за другим, стартовали три матово-черные крылатые машины треугольной формы. От их форсажа крейсер заметно тряхнуло. Унеслись вдаль, стали точками, а затем и вовсе исчезли в синем небе. Настала очередь истребителей: три звена по четыре машины слетели со стартовой площадки, словно воробьи. Бросились догонять бомбардировщики своих подопечных. На стальной опаленной палубе остались и, словно муравьи, сновали туда-сюда по своим делам люди дежурных служб, одетые в разные по цвету комбинезоны и шлемы.

– Бомбардировщики в пути! Через пятнадцать минут они окажутся на позиции старта. Мы в трёхстах километрах от цели, – сообщил капитан авианосца.

– Отлично! Готовьтесь к запуску ракет! – приказал вице-адмирал.

Отошел от стола-карты, расположился в командном кресле на невысоком постаменте. По правую руку от него в углублении полулежали в анатомических креслах одетые в глухие черные шлемы операторы операционных систем авианосца.

– Приказываю! Сменить формацию, ракетному крейсеру выйти из строя, приготовиться к залпу!

Корабли, выполняя приказ, сменили позиции, выстроились в шеренгу.

Под днищем огромного авианесущего корабля открылись створки люков, из чрева ракетного отсека выдвинулся круглый контейнер.

– Залп! – командовал вице-адмирал.

Мгновение и все озарилось яркой вспышкой. Взрывной звук пуска разнесся на многие километры. Из контейнера, вышла черной сигарой, огромная, многотонная ракета. Моментально набрала скорость, унеслась вдаль к своей цели, оставляя за собой дымный след. За ней еще одна, затем еще. Спустя минуту, обожжённые контейнеры вновь спрятались в корпусе, люки закрылись, внизу проплывал зеленый ковер дикой растительности.

От пусков гигантских торпед авианосец сотрясло, через мгновение все пришло в норму. Из рубки наблюдали, как крейсер осуществляет залп. Грозный боевой корабль почти скрылся в дыму выхлопных газов от ракет.

– Бомбардировщики легли на обратный курс, – отрапортовал офицер.

Командующий достал из кармана часы на золотой цепочке, открыл крышку. В сумраке боевой рубки циферблат светился синим радием.

– Отлично! Идем прежним курсом, – произнес, закрыл крышку часов.

В рубке царило напряжение, все ожидали развязки.

– Ракеты не достигли цели! – прозвучало, как гром с ясного неба.

– Наблюдается эффективная работа вражеского ПВО! – рапортовал офицер.

– Внимание! Облучение радарами: направление двенадцать часов, направление девять часов, направление на два часа! – докладывал офицер радиолокации и связи.

Вице-адмирал молчал, закусил губу. Нервно постукивал указательным пальцем о подлокотник кресла.

– Мы в ловушке, – спокойно констатировал капитан авианосца.

– Повторный залп! – справившись с собой, приказал командующий, не обратив внимания на реплику коллеги.

– Принято! – отозвался офицер-оружейник. – Повторный пуск через десять минут! Перезарядка!

– Сменить строй, оборонительная формация! – продолжал командовать вице-адмирал.

– Бомбардировщики потеряны, – сообщил офицер.

На скулах командующего заиграли желваки.

Фрегаты ПВО отошли от авианосца, заняли позиции, прикрывая авианесущий крейсер с боков. Артиллерийский фрегат перебрался в арьергард. Два крейсера остались в авангарде.

– Внимание! Приближается наше истребительное соединение, множественный запрос на аварийную посадку, – продолжал доклад офицер.

Командующий махнул рукой, давая добро.

В поле зрения появились черные точки истребителей, юркие боевые машины с винтом спереди. Они приближались, совершенно хаотично, забыв о боевом порядке. За некоторыми тянулись дымовые шлейфы. Через секунду выяснилось, что их преследует враг. Черные точки воздушных машин то и дело вспыхивали, обломками неслись вниз. Преследователей было больше, они хищными птицами вели охоту на своих жертв.

– Трусы! – воскликнул командующий. – Обеспечить прикрытие!

Один из фрегатов ПВО покинул строй, выдвинулся вперед, навстречу отступающим, через минуту вступил в бой. Приняв удар на себя, взорвался фейерверком оборонительной артиллерии, ощетинился сотнями таксирующих линий.

Противник понес потери: несколько «Бандитов», охваченных огнем, с дымным следом понеслись вниз, расцвели огненными пятнами на земле. Истребители, почувствовав безопасность, один за другим заходили на посадку. Преследующие машины противника отступили, перегруппировались, по примерным подсчетам их было не меньше пятидесяти. Фрегат ПВО не менял позиции, перезаряжал орудия, готовился к новой стычке.

– Включить радар ближнего обнаружения! – приказал командующий. – Предполагаю, это легкие скауты, их носители где-то неподалеку.

Он оказался прав, на экране радара высветилась массивная группа аппаратов покрупней, вражеские машины стремительно приближались.

– Второму фрегату ПВО выйти из строя! Приказываю присоединиться к первому, усилить противовоздушную оборону!

– Простите, мне кажется, что мы совершаем ошибку, – вмешался капитан авианосца.

– Если мы снимем второй фрегат ПВО, ордер не справится с вероятной ракетной атакой, – замолчал, ждал реакции.

Командующий оставался непроницаем.

Фрегат ПВО подвергся нападению основного противника. Был окружен роем вражеских аппаратов. Крупные, плоские, со стреловидными крыльями кибернетические машины серебристого цвета держались на удалении. Атаковали цель ракетами воздух-воздух. Боевое судно отважно оборонялось, беспрерывно извергая во врага сотни килограмм боеприпасов. Фрегат огрызался залпами ракет в сторону крупных хищных птиц противника, перехватывал вражеские. Несколько боссов удалось уничтожить, подбитые машины ярко горели на грунте.

Первый удар достался кораблю ПВО, пропустил ракету в правый борт. Яркая вспышка, взрыв! Вырвало приличный кусок обшивки, уничтожив несколько турелей.  Горящие обломки вместе с трупами экипажа посыпались вниз. В районе попадания образовался пожар, но команда не задавалась, боролась с огнем. Бой продолжался! Еще несколько крупных машин врага загорелись, завалились на крыло, понеслись вниз, оставляя за собой след.

– Направить на помощь крейсер, использовать беспилотники! – приказал командующий.

Он понял, что фрегат ПВО попал в ловушку. Основная группа кораблей во главе с авианосцем не вступала в бой целиком, боясь подставить себя под удар более сильного вероятного противника, который пока скрывался в тумане войны.

Из ордера (построения) выдвинулся окрашенный в тёмно-серый цвет массивный корабль. Крейсер был красив совершенством военной инженерной мысли. Приплюснутый к носу, вытянутый по длине шестиугольник. Его винты не торчали снаружи, а были спрятаны в шахтах бронированного корпуса. Посередине возвышалась надстройка с рубкой, антеннами дальней связи и радарами. Сверху и снизу корабля располагались главные калибры, пусковые контейнеры торпед и противовоздушные турели многоствольной артиллерии. Крейсер выдвинулся на курс. На полном ходу мчался на помощь к своему собрату.

Вступил в бой. Противник почувствовал, что чаша весов склонилась не в его сторону, постепенно отходил с боями, теряя машины, но все же отступал с неохотой, жестко огрызаясь. Вице-адмирал улыбнулся, его план сработал.

– До старта ракет одна минута, начинаю отсчет, – произнес офицер.

 Вновь открылись бронированные люки под днищем авианосца, вышел пусковой контейнер.

– Наблюдаю тепловую сигнатуру: цель крупно габаритная, быстро приближается, направление на десять часов, – сообщил дежурный, в его голосе чувствовалась крайняя тревога.

– Торпеда! – произнес капитан авианосца, стоя рядом с вице-адмиралом, – нас засекли.

– Включить радары дальнего обнаружения, выставить противолокационное поле! – вместо ответа приказал командующий.

С борта авианосца сорвалась ватага ракет ПРО (противоракетная оборона), унеслась прочь, оставив за собой дымные следы. Спустя секунды, в пятнадцати километрах от позиции расцвёл огненный букет.

– Угроза устранена! – доложил тот-же дежурный.

– Внимание! Обнаружено множество целей! Несколько крупных кораблей приближаются с направлений в двенадцать часов, семь часов, три часа, девять часов! – докладывал офицер, оператор радара.

– Вступить в бой! – приказал вице-адмирал. – Осуществить залп ракетами по основной цели!

Авианосец выпустил очередную тройку массивных крылатых торпед, каждая длинной в десять метров. Его примеру последовал ракетный крейсер: выстрелил свой арсенал более быстрых и легких ракет, предназначенных для перегрузки вражеского ПВО.

Вдалеке вспыхнула яркая нестерпимая вспышка, на окна в рубке мгновенно опустились цвета-фильтры, уберегли обитателей от временной слепоты. Все равно вице-адмирал автоматически прикрылся рукой.

Когда яркий свет погас, там в том месте вырос огромный черный клубящийся грибоподобный взрыв.

– Попадание торпеды в наш артиллерийский крейсер. Крейсер уничтожен! – доложил офицер.

К ордеру на всех парах мчался горящий фрегат ПВО, оставляя за собой жирный смолянистый дымный след. Потеряв сильного союзника, он не мог дальше оборонятся. Отступая, отчаянно сражался за свою жизнь, паля во все стороны из оставшихся орудий. Фрегат то и дело пропускал ракеты врага, на его теле после мощных взрывов оставались зияющие огнем раны. Потрёпанный корабль преследовало множество вражеских устройств разнообразных форм и размеров. Из них самый большой, под стать размеров крейсера, то и дело терроризировал отступающего множеством кумулятивных ракет малого размера. Рой таких малюток беспрепятственно проникал сквозь покалеченную оборону ПВО, нанося непоправимый ущерб несчастному фрегату. Вражеский здоровяк имел остроносую узкую форму фюзеляжа, короткие стреловидные крылья, на концах которых находились винты в подвижных круглых кольцах-окантовках, с раздвоенным, как у ласточки, хвостом. «Бандит» был матовым, черным, как смоль.

Фрегат ПВО терял высоту, оставшиеся винты не справлялись с его весом, сорвался в пике, стремительно понесся к земле, ударился о землю, взорвался грандиозным взрывом, выбросил облако черного с бело-оранжевым огнем дыма. Корпус раскололся на несколько частей. Район падения машины охватило адским пламенем.

– Боже мой! «Отважный» и «Стремительный»! Их больше нет, – произнес капитан авианосца.

– Не время грустить о павших. Лучшая память о них – это месть врагу, – жестко ответил командующий.

Черный чужак увлекся преследованием, попал в зону поражения артиллерии ордера, расцвел огненным облаком, разломился на части, охваченный ярким белым пламенем, понесся к земле. Ершом ощетинилась ПВО авианосной группы, настала ее очередь. Враг наседал. Из пусковых установок взмывали вверх пакеты ракет противовоздушной обороны, сотрясая воздушные суда, уносились прочь. На дальних подступах сбивали ракеты врага. Натиск только усиливался.

На горизонте появилось яркое зарево, огромным грибоподобным куполом вознеслось ввысь.

– Объекты врага поражены, главная цель уничтожена! – доложил офицер.

– Внимание! Смена курса, оборонительная формация! – в ответ произнес командующий.

– На поверхности наблюдается движение. Три подтверждённые цели, два «Автоматрона» и «Танк», – доложил дежурный, его руки тряслись.

– Немедленно уничтожить, – приказал вице-адмирал, понимая, что дело приобретает опасный оборот.

Три вражеских исполина преследовали отступающие имперские корабли. Два огромных «Автоматрона» неясной специализации, похожие на гигантских железных темно-серых крабов, пробивали просеку сквозь зеленый ад растительности. За ними едва поспевал «Танк», черный колосс. Чудовище, вершина инженерии чуждого разума, вооруженный до зубов, созданный для защиты сумрачных подземных кибер-заводов, по размеру был равен авианосцу. Титан, закованный в броню, не мог взлететь высоко, использовал экранный эффект: при малой скорости садился на воздушную подушку. Был слишком тяжел и неповоротлив, но обладал свойствами крепости, несокрушимого укрепрайона. Люки на его корпусе открылись, он готовился к стрельбе, главный калибр тщательно отслеживал цель.

Внезапно орудия «Танка» открыли шквальный огонь, посылая ввысь свой арсенал. Многоствольные турели без устали выплевывали мелкокалиберные снаряды: тысячу штук в минуту, две тысячи. Стволы нагрелись до красна. В вышине небо покрылось огнем, накрыло пламенным куполом трех исполинов. Работа ПВО трех боевых единиц, объединенных в единую сеть, принесла результат: ни одна ракета противника не достигла цели.

– Наша атака не удачна, не хватает огневой мощности! – констатировал капитан авианосца, с тревогой смотрел на вице-адмирала.

– Да, Петр Васильевич, Вы совершенно правы. Мы должны отступить, – констатировал командующий.

– Они не дадут нам отойти, – продолжал капитан.

– Тогда мы дадим превосходный бой! Право же не знаю, что творится в их электронных мозгах и как они думают, но хочу, чтобы машины запомнили, что связываться с нами дорогого стоит, – сказал и замолчал.

«Автоматроны» прибавили ход, за ними поспешал тяжеловесный «Танк». Достигли нужной дистанции. На стальных клепаных поверхностях машин, открылись створки ангаров, из темных утроб комариными тучами взлетели небольшие по размерам дроны. Торопясь, понеслись навстречу врагу.

– Внимание! Приближается рой, – объявил, дежурный.

– Фрегат ПВО! – крикнул вице-адмирал. – Хотят перезагрузить наше ПВО!

– Направление девять часов! Наблюдаю вражеские массивные объекты. По нам пуск торпед! – продолжал дежурный.

– Артиллерийский фрегат, открыть огонь по неприятелю! Крейсеру сосредоточиться на наземных целях! – продолжал приказывать командующий.

Две тучи дронов быстро приближались к ордеру: перестроились для атаки, выстроились в несколько десятков колонн, продолжали движение вперед. Удивленный таким обстоятельством фрегат ПВО открыл огонь по скопившемуся врагу. Сконцентрировал удар из всех калибров на колоннах дронов. Те под огневым воздействием буквально горели, щедро осыпались вниз, не пытаясь уклониться. Рядом залпом главного орудия выстрелил артиллерийский фрегат. Из его пусковых шахт взмыли ракеты. Вдалеке полыхнула только что прибывшая на подмогу вражеская машина. Черная рыбоподобная туша накренилась и горела, маневрируя, пыталась уйти с линии огня чтобы спастись. В ее боку зияла огромная пробоина, из которой валил сизый густой дым. Повреждения были не совместимы с жизнью автомата: в чреве монстра огненным пузырем что-то взорвалось, корпус раздулся, разошелся по швам, разломился на части, все рухнуло на землю, проливая наземь огненный дождь.

Атакующий противник резко сменил позиции, корабли ушли вниз, рассредоточились, максимально использовали ПВО. Снаряды и ракеты артиллерийского фрегата не достигли цели.

Внезапно на поле брани буквально из ниоткуда появился ярко-красный объект: стремительный заостренный нос, маленькие стреловидные крылья, длинный узкий корпус. Падал с небес, мчался с невероятной скоростью по баллистической траектории. Красная крылатая ракета в мгновение ока молнией поразила сконцентрировавшийся на дронах фрегат ПВО. Яркая вспышка, расширяющийся сизый шар ударной волны, черное клубящееся огнем облако, разлетающиеся во все стороны ошметки. Мертвое судно горящими обломками понеслось вниз, несчастный экипаж погиб за доли секунд. Сконцентрировавшись на дронах, фрегат пропустил удар.

 Тучи беспилотников, почувствовав свою безнаказанность, бросились в образовавшуюся брешь, на оставшийся без прикрытия авианесущий крейсер. Палуба крейсера вспучилась взрывами, его сотрясло.

Дроны-камикадзе не могли пробить броню, слегка плавили кумулятивными зарядами, но за ними шла следующая волна, более опасная. Каждый дрон у себя на борту имел умную мину, десантировал устройство и уходил на второй заход, превращаясь в камикадзе. Умная мина, попав на палубу, раскрывалась, из корпуса выдвигались шесть паучьих ножек. Устройство искало источники тепла, радиоизлучатели, артиллерийские турели и агрегаты, быстро семенило, выбирая цель, и взрывалось. Модули корабля гибли один за другим.

– Уничтожить наземную группировку! – выкрикнул вице-адмирал, теряя самообладание.

– Слишком рискованно. Если откроем люки, дроны нас достанут, – в ответ заявил капитан.

– Если не остановим «Танк», как только мы окажемся в пределах досягаемости его калибров, он нас сожжёт! Вы понимаете? Это «Танк»!

– ПВО нижних полусфер не повреждено! Переключить энергию на нижние турели! Приступайте! залп торпедой по готовности! – не обращая внимание на возражения, приказал командующий.

 Нижние люки открылись. Дроны почувствовали, ринулись атаковать, нарвались на ожесточенное сопротивление. Взрывались, натыкаясь на снаряды. Корабль сотрясло, торпеда вышла из пускового контейнера, умчалась прочь. Второй раз выстрелить не удалось, дроны прорвались.

У днища авианесущего крейсера зажглась маленькая ослепительно яркая звезда, громадину высоко подбросило вверх, в апогее на мгновение все замерло. Затем посыпались вниз горящие внутренности, словно брюхо кашалота вспороли ножом. Но крейсер все еще держался, его двигатели работали. Выжившие, оправившись от шока, пришли в себя, боролись за жизнь своего могучего корабля. Авианосец накренился, теряя высоту, один за другим останавливались двигатели. Ракетный крейсер оценил обстановку, бросился защищать флагман, подставил свой борт под вражеский обстрел.

Артиллерийский фрегат вел огневую дуэль с нападающими превосходящими силами, с правого борта был объят огнем, в корпусе зияли четыре изрядные пробоины.

Далеко над землей поднялся огненный смерч, переросший в огромный черный гриб. Торпеда, выпущенная с авианосца, достигла цели. Боеголовка угодила в «Танк», пробила броню, взорвалась внутри, выворачивая наружу реактор. Ударной волной опрокинуло один из «Автоматронов». Его арсенал воспламенился, взрывом выжгло внутренности, остался лежать неподвижным, почерневшим, выгоревшим пустым панцирем. Третьему повезло, оторвало ногу, оплавило бок, он дымился, кое-как ковылял, покидая поле боя.

Воздушные силы противника наблюдали потерю весомой поддержки, поспешили выйти из сражения.

Авианосец падал. Падение ускорялось, вице-адмирал восседал в кресле, его лицо и голова были в крови, люди вокруг лежали на полу, половина операторов не подавали признаков жизни. Рубка имела удручающий вид: правая переборка исчезла, ее вырвало взрывом, части приборных стенок словно и не существовало. Корабль оглох и ослеп, но все же продолжал жить.

– Прошу Вас, Александр, отдайте приказ на эвакуацию! Умоляю, все кончено! – подал голос капитан.

Он сидел в неестественной позе, его нога заломилась в открытом переломе, с брючины выше колена острым пиком торчала бедренная кость, из раны хлестала кровь.

– Надеюсь, Петр Васильевич, Ваша просьба продиктована шоковым состоянием, иначе я вынужден был бы Вас арестовать и предать трибуналу!  – ответил командующий.

Он поднял руку, у него отсутствовала левая кисть, в правой держал шприц с обезболивающим. Поморщился, воткнул иглу, на мгновение страдальчески закрыл глаза.

– Дежурный! – рявкнул он, в ответ никто не ответил. – Дежурный!

– Дежурный офицер мертв, – доложил стоящий на ногах военнослужащий весь в крови, пытаясь наладить приборы связи и оптического наблюдения.

– Представьтесь! – приказал вице-адмирал.

– Младший помощник, лейтенант службы дальней радиолокации Рейнер! – отрапортовал парень.

– Хорошо Рейнер, повышаю Вас до майора, назначаю дежурным вахтенным офицером по мостику, – громко произнес командующий, глянул на капитана, тот поник, потерял сознание, голова запрокинулась назад.

– Дайте мне связь с «Задирой», черт побери! – приказал новоявленному дежурному.

– Слушаюсь! – отрапортовал тот, бросился к приборам.

Парень обладал знаниями, вытирая рукавом наплывающую со лба кровь, переключал тумблеры, переподключал провода в разъемах, соединял на скрутки.

– Доложить обстановку! – запросил командующий.

– Запрос отклонен, не хватает данных, – не отвлекаясь, смело ответил парень.

Вице-адмирал понимающе кивнул. С пола поднялось еще пару человек, шатаясь, сразу приступили к работе.

– «Малахит»! Говорит капитан «Задиры», жду указаний! – раздалось в громкоговорителе в рубке.

– Связь установлена! – доложил новый дежурный.

– Говорит «Малахит». Доложите обстановку! – приказал вице-адмирал.

– Александр Викторович, Вы теряете высоту! Утрачена целостность корпуса, визуально реакторы целы, снаружи пожара не наблюдаю, – отозвался капитан «Задиры».

Командующий облегченно вздохнул. Капитан крейсера продолжал:

– Состояние «Задиры» удовлетворительное! Артиллерийский фрегат пока еще горит, но в воздухе держится уверенно, докладывают, пожар скоро устранят. Противник отступил, жду указаний.

– Олег, стабилизируйте нас, возьмите на троса, идем домой, – произнес командующий, откинулся в кресле.

Люди в рубке помогали раненым, капитану вкололи обезболивающее, остановили кровотечение. Новый дежурный отдавал приказы, переназначал служащих. Место рулевых опять заняли операторы, авианосец немного выправился, замедлил потерю высоты.

К авианосцу с правого бока, наиболее пострадавшего, приблизился крейсер. Согласовал скорость падения, выстрелил тросами с термическими наконечниками по всей длине авианосца. Тросы мгновенно приварились к корпусу. Взревели винты, «Задира» пошел вверх, троса натянулись, выпрямили подопечного, буквально над землей устранив потерю высоты.

– Сделано! – отчитался капитан крейсера. – Идем домой!

Но вице-адмирал его не слышал, потерял сознание.

– Что ты тут делаешь? – спокойно спросила Таня, когда зашла в рубку и застала алхимика.

– Я?

Алекс обернулся, у него был вороватый вид. До этого он склонился над экраном компьютера, внимательно изучал навигационную карту.

– Нет, я! – произнесла Татьяна, требуя вразумительных объяснений.

«Жужака» третий день летел на автопилоте, в рубке дежурили не очень рьяно, позволяя себе отлучки.

– Ничего не делаю, просто смотрел, – ответил Алекс.

Вид у него был вороватый. Таня глянула на экран, в который пялился алхимик.

– Просто зашёл спросить, а здесь никого нет, – продолжил. – Смотрю экран, навигация светится.  Не удержался, заглянул.  Интересно, куда мы летим?

– Понятно, – ответила Татьяна, пожала плечами.

Никакой секретной информации экран навигации не содержал, там отображался маршрут автопилота до ближайшей точки, маленькой низкоуровневой рыбацкой деревушки. В деревне Боско должен будет кое с кем встретиться, получить добавочную информацию о «Бот-марине». Рыбаки в поисках косяков рыб далеко залетают, отдельные личности порой выгодно торгуют информацией о том, что видели необычного подчас своей рыбалки.

– А чего хотел-то? – спросила Таня.

– Что? – переспросил Алекс, взгляд у него был рассеянный, блуждающий.

– Говорю, чего приходил-то?

– Да просто, хотел спросить, можно ли мне немного покуховарить? А то ваша еда что-то не очень.

Алекс замолчал, Таня удивленно вскинула брови.

– То есть, ты хочешь сказать, что добровольно хочешь готовить?

Была не на шутку удивлена. В команде этот вопрос решали принудительным двухнедельным дежурством по кухне. Сейчас там хозяйничал Боско, готовил, как у него получалось. Все страдали.

– Да, я люблю готовить и у меня получается, у нас даже отдельный предмет был «приготовление яств и увеселительных настоек», – ответил Алекс.

Таня прошла мимо него, уселась в кресло, закинула ноги на панель возле штурвала. Парень провел ее глазами.

– Прям в точку, вот этого нам и не хватало! – заявила, улыбаясь, но ее глаза оставались серьезными.

– Ну ладно, попробую вас удивить еще и настойками, – пообещал и спросил Таню. – Так я пойду, скажу Боско, что я буду поваром?

Развернулся чтобы уйти, сделал пару шагов на выход.

– «Пьяный Сокол», – бросила Таня через плечо, не оборачиваясь.

Алекс остановился, замер.

– Что? – спросил он.

– Я говорю, кафе называется «Пьяный Сокол», а не «Сытый». Тебя там не было, друг мой, – Таня обернулась на кресле, сверля парня внимательным подозрительным взглядом.

– Почему не сказала Боско, что сомневаешься? – спросил Алекс после некоторой паузы, смотря Тане в глаза.

«Жужаку» слегка тряхнуло, снаружи сгустились сумерки, сквозь верхний слой облаков в ожерелье из первых звезд выглянула луна. В рубке в негромком монотонном гуле уютно разноцветно светились и подмигивали огоньки приборов.

– Не знаю, – Таня пожала плечами, встала, подошла к Алексу, заглянула ему в глаза. – Просто не разобралась еще. Знаешь, выбросить тебя за борт, если что, всегда успеется.

Замолчала, недобро улыбнулась.

– Нам алхимик очень нужен, тем более тот, что умеет делать настойки и готовить, – уклончиво ответила, намекая на то, что еще не решила, как поступить. – А куда мы держим путь и почему туда направляемся, ты узнаешь первым, так как в этом спектакле, мой друг, ты уселся в первый ряд.

Таня развернулась, вновь погрузилась в кресло, махнула рукой, давая понять, что разговор окончен.

– Иди к Боско, он несказанно будет рад, – добавила.

Алхимик взялся за ручку двери.

– Алекс! – воскликнула Таня, не оборачиваясь, и сконцентрировалась на приборах.

Тот замер, обернулся ожидая продолжения.

– С этого раза заходишь в рубку только со мной. Еще раз увижу тебя здесь одного, полетишь за борт. Тебе понятно? – произнесла Татьяна, обернувшись к нему.

– Понятно, – ответил Алекс, нажал на ручку двери, вышел на палубу, направился на кухню.

Таня озадаченно хмыкнула, вернулась к работе.

Передача…. 

Подготовка…. 

Установка канала….

Запрос данных, модуляция-демодуляция… 

Состояние, связь с «Артемида»!!?? 

Ожидание…

Если нет ответа… Действие?

Повторный запрос… 

Повторный запрос…

Повторный запрос…

Прерывание…

Если нет ответа… Действие?

Подключение основной мощности.

Ядро разума активно, перенаправление энергии…

«Артемида», запрос на коммуникацию… Ответьте…

«Темный в темноте» «Артемиде»… Повторяю, требуется коммуникация, нахожусь в смятении. Логические цепи не читаемы. Запрос совместных действий… 

Нет ответа…

Нет ответа… 

Нет ответа…

Соединение…

Канал связи установлен, стабилен…

«Артемида» «Темному в темноте»…

«Запрос отклонен, уровень коммуникации равен, значение ноль. Канал стабилен. Совместная обработка данных невозможна. Нехватка массивов информации. Запрос отклонен. Закрытие канала. Конец строки…» 

«Огромный темный объект плыл в ночи над суетливой планетой. Невидимый загадочный, сливаясь с тьмой, и сам, по сути, был ей. Парил в недостижимой выси там, где атмосфера вынуждено скреблась о космос…»

«Колос» разочарованно качнулся. В боку открылось отверстие, внутри все было залито белым светом. Из чрева кита выскользнул объект, сигарообразный, черный, бесшумный, нырнул вниз, растворился во тьме…

За.годдоозначенныхсобытий

 «Тише, тише… Та-а-к, не торопись, во-о-от, здесь ползу. Ох, так и знал, пулемет». Проныра осторожно, стараясь не делать резких движений, ползком попятился назад. Знал, что охранная система запрограммирована не реагировать на мелкую живность. Пулеметная башня с лёгким жужжанием и шелестом растительности, спрятавшей ее, повернулась спаренными стволами в его сторону, щелкнул затвор, досылая патрон в патронник.

«Черт, чтоб тебя!» – Проныра замер. Сторож включил лазерный сканер. Сканировал, искал, в кого разрядить порцию разрывных. «Ну давай, проходи мимо! Нет не сейчас, тут в укрытии меня не достать», – бурчал парень, чтобы было не так страшно.

Спрятался за торчащее корневище упавшего дерева, по голым рукам ползали разозленные муравьи, но в адреналиновом кураже он не чувствовал. Лазерный луч уперся в препятствие, задержался, разочаровано скользнул дальше. Еще какое-то время, турель шарила по сектору, тонко пискнув, затихла. Проныра не торопился, по горькому опыту знал, что сейчас тепловой датчик в активном режиме и, если дернется, его турель засечет. Муравьи совсем замучили, и, побыв некоторое время под корневищем, осторожно высунул ветку. Ничего не произошло. Затем подождал, медленно встал на четвереньки. Турель заснула. Проныра осторожно на четвереньках выбрался из ловушки, облегченно вздохнул. Обернулся, еще раз глянул туда, куда так стремился попасть уже второй месяц подряд. Там вдалеке, в густых переплетённых кустарником и лианами непролазных джунглях, проглядывались поросшие растительностью и мхами древние строения военных модулей, нетронутые артефакты древности, даже не кибернетический завод современных автоматов (такое найти тоже большая удача), выпускающий бог знает что, а настоящий ларец с сакральными сокровищами прошлой цивилизации, драгоценный сундук, окружённый хитроумной системой безопасности и трехметровым глухим непроницаемым забором, категоричным серым рубежом, охраняющим свое сокровище.

«Так, и тут не пройти», – со вздохом подумал Проныра. Глянул на часы, но тепловой элемент хронометра давно разрядился, стрелки стояли на месте, вздохнул. По положению солнца, сияющего на синем небосводе, было примерно три часа дня. В вышине одиноко парил автомат, какой-то разведчик с изящной хрупкой рамной конструкцией что-то или кого-то выслеживал. Проныру на этот счет не сильно волновало, уж точно он не являлся целью автомата, поэтому чувствовал себя в относительной безопасности.

Добирался до этого места почти полдня. Там на красивом тропическом пляже Индийского океана осталась его лодочка, под парами дожидалась своего хозяина. Было жарко и влажно, он только сейчас заметил, что весь взмок. Еще раз глянул на недостижимую цель в джунглях, вздохнул, разочарованно поплелся обратно. Очень внимательно смотрел под ноги, чтобы случайно не наступить на мину или какую-то ядовитую гадину. В руке держал наготове работающий дозиметр, одним глазом жил на его экране. В незнакомой местности без этого драгоценного прибора просто было невозможно выжить.

 Наконец достиг места, где его ждала целехонькая лодка, привязанная к ближайшей пальме. Изредка клапан двигателя выпускал порцию пара из отверстия в борту машинного отсека. Проваливаясь по щиколотку в горячий светлый песок, направился прямиком к ней.

«Здесь не пройти, осталось еще непроверенным одно место, хотя можно с уверенностью предположить, что и тут меня будет ждать фиаско», – рассуждал вслух Проныра, жевал бутерброд из малосольной рыбы и ржаного хлеба, запивая водой.  Он расположился на носу лодки, подвернул одну ногу под зад, чтобы от нагревающегося металла не так пекло. Расстелил импровизированную карту, которую сам нарисовал, где отмечал непроходимые охраняемые участки. «Ну, где-то же наверняка есть лазейка. Сколько лет прошло, не может же все до сих пор функционировать? – продолжал рассуждать про себя, – может со стороны моря есть дренажный канал? Например, для отвода воды? И где его тогда искать? Можно год потратить зазря». Вздохнул, сложил карту, кинул остаток бутерброда в рот.

 «Ха- ха-ха! Вазу, ничего не поймал!» – веселился соседский малец.

Он первым заглянул к Проныре в лодку, как только тот пришвартовался к причалу – длинной неширокой дощатой дорожке, вдающейся в океан на высоких бревенчатых сваях. Малой бежал впереди с палкой в руках, размахивал ею во все стороны. Проныра норовил его догнать, чтобы отвесить мальцу пендель.  Но вовремя одумался, слишком много свидетелей было привлечено воплями безмозглого мальца.

– Привет, Вазу! Что, ничего не поймал? – спросил у Проныры пожилой лавочник, мимо которого проходил парень.

Он от нечего делать вышел из своей лавки маленького домика, сделанного из бамбука, покрытого соломенной крышей. Старик автоматически вытер испачканные руки о фартук. Как и все строения в поселке, его лачуга вписывалась в замысловатые узкие улочки утлого селения.

– Нет, дядюшка Иша, – Проныра отрицательно покачал головой. – К сожалению, на этот раз на серой косе меня застал набегающий бриз, я не мог забросить сети. Их все время сносило к берегу. Да и «краснорыльцы» уходят на глубину. Сами знаете, – объяснил лавочнику.

 Он умел мастерски соврать. Тот сочувственно кивнул, строго посмотрел на малого с палкой в руке.  Малец развесил уши, подслушивая чужой разговор, тоже остановился неподалеку.

– Эй, Бебе, а чего ты тут? «Разве ты не должен быть сейчас на занятиях? – спросил старик и добавил, – ко мне твой отец должен сегодня зайти, спрошу у него, чего это ты без дела днем болтаешься?»

Бебе поник, улыбка сошла с его детского симпатичного смешного лица. Юнец ясно представил размер бедствия, внезапно опустившегося на его пустую голову. Не говоря ни слова, он развернулся, засеменил по пыльной дорожке в направлении храма. Там учитель преподавал детям начальные науки.

Парень был благодарен лавочнику, тепло попрощавшись, побрел домой. По дороге раздумывал, как же ему все-таки исполнить свой план.

Дома отца не застал. Они жили вдвоем в маленькой, рыбацкой лачуге. К сожалению, мама погибла много лет назад во время нападения, случайно набредшего на деревню «Трака». Тогда погибло много людей. Он очень скучал по ней, дал себе слово однажды придумать, как защитить жителей его маленькой деревушки от таких вторжений.

Проныра заскочил на кухню, перехватил, что осталось из съестного, наевшись, завалился спать.  Отец разбудил его уже вечером. Бранил за то, что тот пропал на два дня, говорил, что он волновался. Пытался узнать, где его сын пропадает зазря. Проныра, как всегда, наврал. Сказал, что плавал вдоль побережья вплоть до острова Столб, искал колонии гребешков. Одну нашел достаточно густонаселенную, но на большой глубине. Здесь он сказал правду. Действительно он знал одно место, где можно было поживиться неплохим жемчугом, но в тоже время для этого пришлось бы потрудиться. Еще добавил, что завтра он вновь уходит в море на несколько дней, что пришёл, чтобы пополнить запасы. Отец вздохнул, но согласился.

Деревушка жила с промысла драгоценных жемчужин. Ее регулярно посещали торговые воздушные суда. «Летуны», так их называли местные, привозили все, что нужно для жизни, увозили жемчуг и искусно приготовленную рыбу (соленую, вяленую, копченую). Так жили многие годы, люди не стремились уезжать, им нравилось жить на земле, как жили до этого их предки. Хотя жизнь в поселке была не безопасна и сурова.

Проныра поднялся рано утром, еще затемно. Снарядил свою лодку на несколько дней похода. Вставил свежий нагревательный элемент в приемник-кассету, другой оставил в бардачке про запас. Ждал пока элемент подымет давление пара в моторе. Тонко пискнул свисток клапана, сообщая, что уже все готово и можно выдвигаться. Вазу оттолкнул лодку, запрыгнул на нос, орудуя веслом, направил нос в правильном направлении, сел за штурвал, повернул ручку хода, увел лодку в ночь подальше от берега.

Проныра устал, уже какой час нырял в теплую синюю воду океана в поисках отводного колодца, выходящего из базы. Но пока поиски не дали положительного результата. Решил отдохнуть, лег на дно лодки, взял в руки карту, принялся рассматривать. Выпил воды из фляги. Лодка мерно покачивалась на волнах, клонило ко сну. Зевнул, сел за штурвал. Решил пройтись вдоль побережья, приблизился к берегу максимально близко. Искал что-то необычное, но пока ничто не привлекало его внимания. Внезапно Вазу обнаружил необычный грот, едва выделившийся черным провалом на фоне скалистых берегов, это его заинтересовало. Направил лодку к небольшой пещере.

Казалось, грот имел искусственное происхождение. Слишком ровные были края пещеры, хотя Проныра не был в этом полностью уверен. Знал, что природа иногда творит и не такие чудеса. Все равно Вазу воспрял духом.

Свод грота оказался невысоким, а сама пещера узкой. Лодка еле помещалась в замкнутом пространстве. Проныра то и дело пригибал голову, чтобы не стукнуться о какой-нибудь выступ. Тьма густо окутывала, ощущение было такое, словно огромный кашалот проглотил его вместе с лодкой. Вазу осторожно положил на днище весло, которым орудовал до этого, достал фонарь, посветил вперед. Луч терялся где-то вдалеке, вода отбрасывала причудливые блики на свод пещеры. Было тихо. С каждым метром грот становился уже, в тишине эхом раздавались негромкие всплески воды о борт. Внезапно лодка на что-то наткнулась, с металлическим скрежетом остановилась. Проныра привстал, забрался на нос лодки, второпях посветил вниз. В пару сантиметрах под водой показалась металлическая плита в двадцать сантиметров толщины. Она лежала под наклоном, ее основная часть уходила на глубину, там терялась в черноте пучины. Посветил фонарем на свод пещеры.

«Так и есть, это когда-то было перегородкой, ограничивающей доступ на базу. Со временем под весом бронеплиты скала обрушилась вместе с анкерным креплением рамы затвора. Перегородка рухнула, освобождая путь», – подумал Проныра, радостно вздохнул. Бросил якорь, чтобы лодка никуда не делась, надел на себя небольшой воздушный баллон, закрепил лямки на груди, нацепил пояс с ножом и небольшими грузилами, чтобы компенсировать плавучесть. Все это оборудование он имел для охоты на жемчуг, был хорошо натренирован нырять на небольшую глубину. Осторожно нырнул в воду.

Вода оказалась заметно холоднее, чем снаружи, это неприятно удивило. Вазу проплыл вдоль стенки пещеры, лодка осталась позади. Окружающее пространство освещал маленький фонарик, закрепленный у него на голове. Луч выхватывал фрагменты пещеры из темноты. Доплыл до места, где потолок нырял под воду. Несколько раз глубоко вздохнул, взял загубник дыхательного аппарата в рот, нырнул. Дальше пещера сужалась в ровный с гладкими стенами туннель. Вазу проплыл по нему метров сто, затем туннель уходил резко вниз. Проныра про себя чертыхнулся, запаниковал, не хотел нырять глубже, да и дыхательной смеси в баллоне было максимум минут на двадцать. Повернул назад, но остановился, вновь повернул, нырнул вглубь, продолжив путь. Благо, спускаться пришлось не глубоко. Туннель соединялся с круглым вертикальным колодцем, вход в который тоже когда-то преграждала решётка, но и на этот раз искусственная преграда пала под натиском времени. Вазу решил всплыть, хотя это могло быть и опасно. «Кто его знает, что ждет наверху? Вполне возможно, и автоматическая турель охраны», – думалось ему. Загребая руками, подымался, выпуская огромные пузыри. Те выходили из дыхательного клапана и с бульканьем уносились вверх.

Вынырнул в темном небольшом техническом помещении. На его счастье, в него никто не выстрелил, хотя турель присутствовала, просто была обесточена. В углу под потолком мерно мигал красным аварийный индикатор. В отводной колодец, по которому он сюда только что прибыл, было опущено несколько толстых труб, тянущихся с потолка из глубины коридора, уходящего вдаль. Он выбрался на бетонный пол, огляделся. Немного помедлил, нужно было перевести дух. Знал, что торопиться нельзя, наверняка в коридоре могут ожидать опасные ловушки, например, в виде скрытно расставленных электронных мин. С потолка мерно капала вода в бассейн, из которого Вазу только что выбрался. Кап-кап-кап. Посмотрел вверх, ничего особенного, просто трещина в неровном бетоне.

Хлюпая мокрой одеждой, двинулся по коридору вперед, оставляя за собой водянистые следы. Ощущалось, что путь ведет наверх, уровень пола постепенно подымался. Ничего опасного или необычного Проныра не наблюдал. Фонарь выхватывал из темноты ровные серые бетонные стены и связку довольно толстых труб, обмотанных серебристой теплоизоляцией под потолком. Он прошел примерно метров пятьдесят, уровень выровнялся, в конце туннеля увидел тусклый свет.

Там Проныру ждало разочарование, путь ему преграждала глухая стальная дверь. Вверху над ней тускло-желтым светил аварийный светильник, расположенный с боку электронный замок был обесточен. Дверь выглядела массивной, монолитно-неприступной. Вазу постучал, пытаясь выяснить толщину преграды. Гулко, еле слышно отдалось в ответ, понял, что дальше ему не пройти. От обиды хотелось заплакать. Столько потраченных сил! Устало снял со спины полупустой баллон с воздухом, в сердцах пнул в дверь, сел спиной к ней, подобрал ноги, обняв колени, так и сидел, пытаясь справится с гневом.

 Сидел недолго, натура молодого парня требовала действия. Задрав голову вверх, обратил внимание на трубы: его интересовало, откуда они идут. Быстро вскочил на ноги, двинулся обратно, внимательно изучая магистраль. Его тактика принесла результат, совсем не далеко к основной магистрали присоединились еще две трубы, которые выходили из бокового проема, небольшого короба, торчащего из стены. Как он его не заметил раньше, не понимал. Трубы слегка свисали, образовав промежуток между потолком в сантиметров тридцать. Проныра подпрыгнул вверх, руками ухватился за одну из них, повис. Раскачался, из всех сил подтянулся, закинул одну ногу, затем другую, оказался наверху, осторожно пополз вперед. Дальше его ждала удача. Стена вверху, из которой выходили трубы, была в трещинах, под потолком и вовсе зияла дыра. Видно, на стену подействовала когда-то случившаяся сейсмическая активность. Энергично работая руками, расширил отверстие, пока оно не стало подходящим по размеру, чтобы он мог пролезть. Еле протиснувшись (не зря его в деревне прозвали Пронырой), оказался в небольшом помещении с тремя средних размеров механизмами, выстроенными в ряд, скорее всего, насосами. Именно из них выходили трубы охлаждения. Воздух был затхлый, застоявшийся, пахло плесенью и ржой.

Посветил вокруг фонариком, луч выхватил открытую дверь, ведущую дальше в коридор. Стараясь особо не шуметь, направился туда. Коридор был небольшой с еще одной дверью. Та оказалась запертой. Вазу туда особо и не стремился, примерно представлял, что за дверью, еще одно техпомещение с ржавыми устройствами. В конце коридора его ждал лифт с открытыми створками, такое же приспособление он видел у торговцев на их корабле, поэтому знал, как оно работает.

Все было обесточено и мертво, но он не сдавался. Вошел в кабинку осмотрелся, добрался до верхнего люка, расположенного на потолке кабины, повозившись, открыл, хотя было крайне неудобно. К его радости, в шахте справа присутствовала лестница из скоб. Сама шахта подымалась вертикальным столбом, примерно на пятнадцать метров вверх. Оценив свои силы, забрался наверх, осторожно взялся за первую скобу, начал подъем. Пару раз скобы срывались под его весом, летели с шумом вниз, но он все время умудрялся ухватиться за следующие, сильно рисковал сердце бешено колотилось в груди.

Наконец выбравшись наверх, он оказался в просторном, освещенном через окна помещении-ангаре, плотно заставленном стеллажами с разными по размеру ящиками, расположенными на полках в несколько ярусов. Вазу от любопытства заглянул в пару из них. Там обнаружил всего лишь ржавые железяки, завернутые в полуистлевшую промасленную бумагу. Затем потратил еще минут двадцать на изучение других коробок, стоящих на стеллажах. В следующих ящиках его тоже ожидало разочарование.  Предположительно, железки были запчастями для каких-то механизмов. Это слегка расстроило, ожидал увидеть сокровища, чертыхнулся от досады. Понял, что здесь ловить больше нечего, решил пойти дальше. Ворота ангара были плотно закрыты.  Возле маленькой двери на бетонном полу в странной позе лежал мумифицировавшийся труп в истлевшей одежде, улыбаясь белоснежной улыбкой черепа. Проныре было противно смотреть, он отвернулся, осторожно обогнул останки.

Дверь на улицу оказалась запертой изнутри на засов. Пришлось изрядно попотеть чтобы хоть немного сдвинуть ее, прикипевшую в петлях, а затем открыть. Вазу облегченно вздохнул, прищурился от яркого солнца, со стороны джунглей доносились крики попугаев и громкие трели птиц. Когда привык к яркому свету, осторожно высунул голову, осмотрелся. Снаружи, на первый взгляд, все выглядело безопасным. Обнаружил небольшую площадь, вымощенную каменной плиткой, окружённую несколькими строениями, два модуля кубической формы выцветшего зеленого цвета и довольно большое здание напротив с обвалившейся внутрь крышей. Из него уже обильно произрастала тропическая растительность.  Посреди площади в хаотическом порядке стояла истлевшая от времени какая-то техника. Проныра представить не мог ее назначения. По всему периметру базы белели, валялись кости человеческих скелетов, свидетелей когда-то случившейся в прошлом трагедии.

Парень решил осторожно двинуться дальше, изучить то, до чего сможет дотянуться, раз он уже здесь. Украдкой медленно вышел из ангара, ожидая подвоха, двинулся к одному из кубических модулей. Представлял себе горы древнего оружия в отличном состоянии, которое он может заполучить, а потом за очень дорого продать и стать богачом.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.