Александр Кузнецов
От огня огонь

Никогда не верил в приметы, чудеса и прочею хиромантию. Нет, бывало, вдруг возьмёшь, да и постучишь по дереву. К примеру, перед экзаменом. В лотерею пару раз играл. А, что? Билеты-то даровые: подарок от родных и кэшбэк в магазине. Да вы и сами, хотя бы раз в жизни, что-то подобное совершали. Всё это невинно. Не имеющего, так сказать, медицинского аспекта.

Но однажды, судьба, кстати, в неё я тоже не верю, проложила мне путь. По которому я не то что шёл, скользил словно по льду. Теперь же, по окончанию этой истории могу подытожить. Тут не обошлось без чертовщины. Тфу-тфу-тфу. Однако к сути.

Всё началось с моей командировки в провинциальный город Санкт-Петербург в конце мая. Кстати, напрасно на май наговаривают. Обыкновенный месяц. Тем более для Петербурга. Где и кем я работаю, пожалуй, опущу. Для вас это будет не столь занимательно. К тому же, не имеющим к делу никакого отношения. Разве, чтобы вы хоть какое-то имели обо мне представление, обмолвлюсь – инженер. Вымирающая профессия. Теперь все, по большей части, специалисты.

Первый день моей командировки выдался на редкость погожим. Солнце светило так, что на следующее утро в зеркале я с болью лицезрел поспевшую физиономию. В тот день начав свой путь от гостиницы Васильевского острова, я, перемахнув Благовещенский мост, очутился на Английской набережной. Залюбовавшись лайнером у терминала, совсем позабыл о времени. Поэтому, окружающий мир, по пути следования до стадиона Лесгафта, остался для меня незамеченным.

Работа прошла на свежем воздухе и на нервах. Вначале внутренне костерил работавших до меня специалистов, после, ломал голову, как приспособить китайское оборудование к действительности. Лишь поздно вечером, уставший и радостный, с разряженным телефоном я возвращался в гостиницу. Радость испытывал от того, что ранее в Москве настоял о дне про запас. Теперь можно было выспаться и в полдень вернуться в столицу.

Уличное освещение и белые ночи понадеявшись друг на друга сделали этот вечер для себя выходным. Всматриваясь в темноту и шагая в бездну, я не терял надежды отыскать утренний мост через Неву. Дойдя до Голландии свернул вправо.

У музея русской водки какая-то мчащаяся одинокая машина, поморгав мне фонарями, не останавливаясь съехала с дороги и, посшибав пару деревьев на аллее, встала. Пламя охватившее мотор автомобиля озарило округу. Теперь я прекрасно видел. За рулем была девушка. Но она даже не пыталась покинуть машину. Её лицо было безмятежным, сонным. Я был заворожён этой картиной. Всё казалось каким-то киношным. Первоклассно срежиссированным и исполненным. Пламя стало обволакивать машину. В этот момент девушка открыла глаза и удивлённо посмотрела вокруг. Заметив меня, она впилась в меня чёрными глазами и будто прокричала: «Сделай же, что-нибудь!»

Открыв водительскую дверь и ослабив ремень безопасности, я стянул несчастную с её места на газон. Всё это время она смотрела на меня дикими, спрашивающими глазами. В самой машине стало что-то лопаться. Взяв обмякшую девушку за руку, я потащил её от полыхающей машины. В какой-то момент мне показалось, что пошёл кислотный дождь. Капли затекая мне в глаза пощипывали их. Девушка шевелила губами и пыталась что-то нащупать у себя на шее свободной рукой.

Оказавшись в безопасности, я отпустил её руку и сделал два шага назад. А оглядевшись, поразился. Так много было людей вокруг. Кто-то пытался тушить остов машины из огнетушителя. Кто-то снимал на телефон. Кто-то грубо отодвинул меня, что я даже присел на асфальт. Этим наглецом оказался плотный мужик в спецовке. Вскоре к нему, а точнее к девушке подбежала женщина в такой же спецодежде и саквояжем. Повернув голову на вой, я увидел машину скорой помощи. И никакого дождя. Всё это время пот заливал мне лицо.

Происшествие подходило к своему финалу. Наговорив что-то полицейскому патрулю, я попросил довести до гостиницы. Садясь в их машину, я заметил на асфальте что-то блестящее. Этим предметом оказался нательный крестик. Найденное я не осмыслено положил в нагрудный карман рубашки. Придя в три часа ночи в номер основательно вырубился.

Прошло два дня. За это время в родной Москве я побывал в паре передряг. С детства не пользовал кулаки. Подобная возня для мужичья и шпаны. Вот, скажите, отчего эти недоноски всегда толпой ходят? Вид подъезжающей полицейской машины спугнул прижавших меня к стене. Впрочем, главное событие этих двух дней, как водится, оставил на десерт.

Ещё когда возвращался сапсаном из Петербурга в столицу мне довелось быть соседом одной неугомонной старушенции. Она была словоохотлива и доверчива на мой счёт. Не иначе как сынок ко мне обращалась. Признаюсь, я сам этому способствовал. Зачем-то рассказал ей, в самом начале знакомства, о спасении девицы и тем самым подвигнул старушку на дальнейший диалог. В какой-то момент мне даже стало жалко бабусю. Несмотря на частую путаницу в череде событий, а местами полную околёсицу, её рассказ о себе был искренним, без прикрас. Вызвав в моей голове: «Исповедуется».

Прибытие сапсана в Москву было неприятным для пассажиров и хлопотным для служащих РЖД. Несмотря на переполох в вагоне я думал не о преставившейся старушке, а о её рассказе. Теперь, когда сама смерть была свидетелем, повествование старухи не казалось мне бредом. Скорее оно было сумбурным. Её рассказанная жизнь походила на разбросанные пазлы: «Могильная плита. Формула счастья. Записи. Тифлис. Реквием этернум доминус». А последними слова были: «Я – свет, я – истина, я – путь». Мне же, будто эхом отозвалось: «Богатство, слава, власть».

На следующий, после потасовки с недоносками, день мне позвонили на телефон и уточнив моё имя и адрес пообещали подъехать. Я ничего не понял. Разговаривала женщина. Голос казался знакомым.

Как женщина и предупреждала ровно через два часа в дверь квартиры позвонили. Размышляя над тем, как вошли без ключа во двор, а после в подъезд я открыл дверь квартиры. Стоявшая у порога женщина была мне не знакома. Она представилась довольно известным именем. Так как мной было обещано не оглашать её имя, то скажу лишь, что она популярная медийная личность с юга. К слову, мои вчерашние визави были южанами. Эти два факта меня насторожили. Взгляд у женщины был изучающий. Несмотря на некую схожесть голоса с известной личностью, лицо было чужим. Диссонанс между звуковым и зрительным привёл меня в замешательство. Чем женщина не замедлила воспользоваться, взяв инициативу в руки:

– Я могу пройти?

– Прошу. Я один.

Следуя за мной на кухню, она не вошла в саму комнату, а осталась стоять в коридоре между кухней и прихожей. И судя по звуку входную дверь в квартиру она не закрыла полностью, а лишь прикрыла. Либо следовала этикету, либо сделала это намеренно в ожидании кого-то. Я попросил женщину показать свои руки.

– Руки? Зачем? – Женщина стала разглядывать свои кисти рук.

– Сейчас столько шутников развелось. Подделывают голос, внешность…

– По-моему нарисовать наколку на руке проще простого. Постойте, вы, мне не верите?

– Отчего? Узнал. Я смотрел не на ваш рисунок на руке, а на реакцию моей просьбы.

– Ну надо же. Инженер-психолог. Приятно удивлена.

– Я удивлён не меньше вашего. Зачем я вам?

Женщина, видимо совсем освоившись, без спроса, решительно уселась на стул, запрокинув ногу на ногу. Я также присел на стул напротив неё через стол.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.