Нина Дорваль
Счастливый Глюк

*Важные гости

Ранним утром старый синий «Линкольн» мчался по загородной трассе из столицы штата Коннектикут в провинциальный Бриджпойнт. За рулем уверенно расположился один из лучших детективов полиции штата – Айзек Вилленшторм. Мужчина в свои шестьдесят обладал внушительным пивным животом, живым умом и недюжинными аналитическими способностями. Лицо же его из-за наличия увесистых брылей напоминало морду английского бульдога, а усталые серые глаза лишь дополняли это сходство. На приборной панели был закреплен хаски, одетый в цвета одноименной бейсбольной команды штата, явно выдавая в хозяине машины ярого болельщика. А старый болотного цвета плащ в купе с седыми залысинами говорил о полном безразличии к моде и скорой пенсии.

Рядом с Вилленштормом сидел его молодой напарник. Тридцатилетний Тэд Дамби совсем недавно заступил на должность детектива, но пока не показал никаких выдающихся результатов. Среднего роста парень со смуглой кожей и черными как смоль волосами был хорош в применении современных технологий, что было чуждо самому Вилленшторму. По натуре одиночка, Айзек тяжело сходился с людьми, но некая отстраненность и поверхностность Тэда успокаивала его тем, что тот практически не вмешивался в ход расследований, позволяя старшему товарищу применять весь свой опыт.

Машину тряхнуло на очередном повороте и Дамби проснулся, едва не стукнувшись головой о стекло.

– Черт, вот объясни мне, Вилленшторм, – сонно прокряхтел он, потягиваясь и разминая шею, – Зачем мы едем в такую рань? Думаешь, без нас там продолжатся эти необъяснимые смерти, а как только явимся – все прекратится?

– Хотел бы я верить в такие сказки, – без тени иронии ответил детектив, – Но задание есть задание.

– И что, мы будем помогать местным копам? – недовольно спросил Тэд.

– Скорее они нам. Как ты знаешь, слухи о Бриджпойнте дошли до губернатора, поэтому замять происходящее там уже не получится.

– Но, насколько я понял, там нет криминала. Несколько самоубийств и обычные смерти обитателей дома престарелых. Не хочу показаться козлом, но, согласись, когда старики умирают – это естественно.

– Но не девятнадцать человек за неделю, – возмутился детектив.

– Да, это особенно странно, учитывая блистательную репутацию этого дома престарелых. Он вроде образцовым считается, а биография его главного врача не имеет ни одного темного пятна.

– Вот с него и начнем, – Вилленшторм дал понять, что уже набросал некий план расследования, – Иногда за маской благодетеля прячутся самые настоящие злодеи.

– Ты что, уже навел о нем справки? – удивился Дамби.

– Это полезно для любого дела, – с ноткой укора ответил детектив.

– Ладно, а что на счет тех девяти человек, которые были молоды и здоровы? – Тэд задумчиво почесал подбородок, покрытый жидкой щетиной приличной длины, – Как нам вообще понять, сколько конкретно человек принадлежит к этому необъяснимому явлению, а кто откинулся совершенно закономерно?

– Это будет не просто, но ты справишься.

– В смысле, я?

– Потому что первое, чем ты займешься в городе – изучишь медкарты, страховки и наличие жадных родственников у всех умерших за последний месяц. Нам нужно выяснить, что между ними общего.

Синий «Линкольн» остановился прямо у полицейского участка, механическая коробка передач характерно крякнула и воцарилась тишина, однако, ненадолго. Грузный хозяин автомобиля открыл свою дверцу, готовясь к выходу. Старое кожаное сидение противно заскрипело. Соблюдение протокола требовало познакомиться с местными коллегами, хотя Вилленшторм терпеть не мог эти условности. Гостей из столицы, да еще и прибывших по особому распоряжению губернатора, не любили нигде. Местные копы практически всегда вставляли палки в колеса расследования, лишь бы доказать профессиональную несостоятельность приезжего детектива. И мало кого волновало, что подобные терки вредят общему делу. Айзек взглянул на фасад участка, который, в прочем, мало чем отличался от десятков других, виденных им за долгую карьеру.

– Ненавижу это, – пробубнил он себе под нос.

– Да ладно тебе, – усмехнулся Дамби, потирая ладони то ли от холода, то ли от нетерпения, – Пойдем, покажем им, кто тут на самом деле крут!

– Твое зазнайство когда-нибудь сыграет с тобой злую шутку, – ответил Вилленшторм.

– О, опять твое занудство подъехало, – саркастично подметил Тэд.

– Я бы назвал это жизненным опытом.

– Брось. У тебя нет ни одного не раскрытого дела. Нас прислали сюда по требованию властей штата. Если бы все было так просто, местные наверняка справились сами, но нет. Превосходство на нашей стороне.

Айзек бросил на напарника беглый, уставший взгляд и зашагал к ступеням.

Участок располагался в старом деревянном здании, окруженном тихими улицами. За длинным столом в главном помещении собралась небольшая группа полицейских. Видимо, производственное совещание при неизменном аромате кофе, витающем вокруг. Создавалось впечатление, что этот терпкий запах въелся даже в стены.

Глава участка – Майкл Форд, высокий мужчина с узким лицом и острым взглядом, смотрел на карту города, расстеленную на столе. Офицеры разговаривали шепотом, искренне не понимая, что же могло так вероломно нарушить покой городка и поставить на уши все службы правопорядка.

Гости показали на входе свои значки, от чего дежурный офицер скорчил недовольную гримасу. Во истину, приезжих мало где любят, да еще и тех, кто явился, словно обличая беспомощных местных обитателей.

Глава участка был оповещен о визите из столицы штата, поэтому нисколько не удивился столь раннему появлению на пороге своих владений. Он оторвался от карты, недовольно бросив на нее карандаш, и отправился встречать гостей.

– Детективы Вилленшторм и Дамби, добро пожаловать, – он дежурно поприветствовал, не выдавая ни малейшей радости, хотя навел справки об Айзеке и был восхищен его послужным списком, – Скажу честно, здесь нет ни одного, кто бы испытывал восторг от решения губернатора и вашего появления, но, раз так решило руководство… – он пожал плечами и жестом предложил пройти дальше.

– Что вам известно по делу? – деловито поинтересовался Дамби.

– Откровенно говоря, совсем ничего. – седой капитан Форд снова дернул плечом. – Основная доля погибших – старики, но есть и вполне молодые, и здоровые.

– Вы проводили опросы? Выясняли, что общего между жертвами? – однозначно предполагая ответ, спросил Вилленшторм.

– Ровным счетом ничего. Разве что миссис Эванс, упокой господь ее душу, лет тридцать назад была учительницей математики у мистера Уотреса, он тоже… Не думаю, что это можно считать подходящей нам связью.

– Абсолютно глухое дело, – словно задумавшись, произнес Дамби, сразу поймав на себе недовольный взгляд напарника.

– Поэтому мы здесь. – Угрюмо буркнул Айзек.

– У вас уже есть план действий? Или хотите присоединиться к нашей команде? – капитан Форд остановился возле главного стола.

– Пожалуй, отдохнем с дороги, – к удивлению Тэда, оповестил Вилленшторм, – А затем почитаем дела. Подготовьте все, что есть на каждую жертву.

– Хорошо. – Капитан с облегчением выдохнул, – Вы уже нашли, где остановиться?

– А, что вы советуете? – живо отозвался молодой детектив.

– Мотель Пирса. Почти в центре и имеет удобный выезд на главную дорогу. – предложил один из офицеров за столом.

– Хмм, нам подходит. – Кивнул Вилленшторм и приподняв шляпу на голове в знак прощания, развернулся в сторону выхода.

***

Ветер тихонько шептал свои секреты, растрепывая старые буквы на вывеске “Мотель Пирса”. Здесь, у самой дороги, стояло невзрачное одноэтажное строение, словно затерянный в монотонности бетонных прерий. Пыльное стекло в окошке администратора отражало мерцающие лучи утреннего солнца, создавая иллюзию тепла и уюта. Дверь скрипнула, позволяя войти внутрь, где стены были обшарпаны временем, а ковровое покрытие изношено многолетними шагами уставших путешественников. Деревянный полированный прилавок приветствовал посетителей, отражая их словно в зеркале.

Старик Джо, вечно одетый в кофту с заштопанным воротником, притаился за стойкой, угрюмо сверкая глазами под густыми широкими бровями. Его пристальный взгляд, словно невидимый маятник, наблюдал за каждым, кто смел войти в это пространство, гадая, стоит ли доверять этому незнакомцу.

Номера мотеля украшала скромная мебель прошлых десятилетий, длинные занавески как призраки пыльных воспоминаний, и воздух, пропитанный запахом жженого кофе и сигаретного дыма. Каждая комната хранила свою тайну, собственную историю, и только скрипучая дверь словно старалась растрепать всем местные секреты, протяжным писком при каждом ее открытии.

– Зачем ты сказал им, что собираешься отдыхать? Еще только утро? – Спросил Тэд Дамби, внося в номер свой рюкзак с вещами.

– Потому что, чем меньше мы шевелимся, тем меньше они будут нам мешать.

Вилленшторм оглядел номер, лишь на минуту расставшись со своей шляпой. Он прошел в ванную комнату, повернул ручку холодной воды, кран тут же закряхтел и выплюнул воздух с каплями ржавой воды, а затем, немного погудев, выдал желанную, чистую жидкость. Детектив ополоснул лицо, промокнул его затертым махровым полотенцем, когда-то белого цвета, и вернулся к напарнику.

– Так, что, навестим старичков?

– Собирай информацию, – Айзек указал на ноутбук парня, – Не забудь запросить все медкарты.

– Как всегда, тебе все самое интересное, – огорчился Дамби. – Вдруг бы там я встретил свою судьбу…

– Никогда не думал, что тебя возбуждают дамы за семьдесят, – усмехнулся Вилленшторм, подхватывая свою шляпу с тумбы и шагая на выход.

– Я имел ввиду молоденьких медсестричек, – рассмеялся Тэд, удивившись наличию чувства юмора своего старшего коллеги.

*Добро пожаловать

Бриджпойт мало чем отличался от других американских городков. Одноэтажная Америка в своем лучшем проявлении. Просторные улицы, пересекающиеся под прямыми углами, насчитывали сотни разнообразных зданий. Самым высоким из которых был семиэтажный отель «Пеликан». Правда, приезжих в город ежегодно насчитывалось не слишком много, поэтому занимавший некогда все семь этажей, отель потеснился, предоставив три нижних уровня разнообразным частным кабинетам, мясной лавке и «Макдоналдсу».

Жители этого местечка были таким многообразным миксом культур, что порой, казалось, будто каждая улочка пронизана тысячами историй и тайн. Восточные рыжие ковры, трепещущие на старых порогах, говорили о простоте и дружелюбии представителей этнической группы, чей дом был всегда наполнен ароматами пряностей и уютом.

На перекрестке Мейпл и Элм стоял уютный мексиканский ресторанчик, который славился своими горячими тако и непревзойденным буррито. Здесь каждый вечер звучала латиноамериканская музыка, а запах жареных чили переполнял воздух теплой летней ночи.

Сквозь тонкую завесу пара, поднимающегося от горячего асфальта, виднелись силуэты группы афроамериканцев, собравшихся на баскетбольной площадке в парке. Смех и возгласы сопровождали каждый бросок мяча, а ритмичные удары длинных ног о бетонную плиту создавали своеобразный музыкальный фон, едва уловимый в буре эмоций и азарта.

Между тем, в уголке парка, на скамейке сидели несколько пожилых женщин. Они смеялись и беседовали, несмотря на явные различия в своей внешности. Их дружба была примером того, что ни цвет кожи, ни культурные различия не могли стать преградой на пути истинного понимания и взаимоуважения.

Таков был этот город – маленький кусочек разноцветного пазла, где каждая деталь, будь то смуглое лицо местного водителя такси или сияющая улыбка продавца в индийском магазине специй, вписывалась в общий облик этого удивительного места. Бриджпойнт – точка на карте, где культурное разнообразие не было источником конфликтов, а, наоборот, являлось вдохновением и гордостью для каждого из его обитателей.

Однако, все это культурное разнообразие прекрасно уживалось друг с другом. Ведь ни для кого не секрет, что город едва ли не с даты основания населяли мигранты со всего света.

Наличие порта обеспечивало большинство жителей стабильной работой и способствовало процветанию маленькой провинциальной гавани. А относительная близость к «Большому яблоку», небоскребы которого можно было разглядеть в хорошую погоду, позволяла не чувствовать себя отдаленными от основной жизни страны.

– Эй, Рид, выпьем сегодня пивка? – после смены на разгрузочных работах в порту, огромный Джо хлопнул своего напарника по плечу.

– Не могу, у нас с Энни сегодня годовщина и она хочет поужинать в любимом месте, – объяснил темноволосый, хорошо сложенный Рид.

– И в каком же это? – усмехнулся громила Джо, – Как всегда в «Счастливом Глюке»? До чего же дурацкое название, никогда его не понимал.

– Да. Кухня там простая, но весьма вкусная…

– Особенно тыквенный пирог с карамелью и домашние котлетки, – лицо громилы Джо на мгновение приобрело мечтательный вид.

– Да, – бесцеремонно перебитый Рид, улыбнулся и кивнул, решив не продолжать разглагольствования о еде, ведь в этой теме большому Джо совершенно не было равных.

«Счастливый Глюк» открылся в городе около полугода назад, но почти сразу снискал славу и обрел статус самого любимого кафе во всем Ист-сайде. Однажды главная сплетница Бриджпойнта – миссис Абрамс, отправилась туда из чистого любопытства, но уйдя в полном восторге, быстро разнесла весть о новом заведении среди подруг. И уже совсем скоро во всех трех парикмахерских района Ист-сайд женщины наперебой советовали друг другу новую отличную закусочную. Домашние блюда по рецепту бабушки хозяина – пришлись по вкусу местным жителям настолько, что порой на входе выстраивались очереди из желающих их отведать.

Здесь встречались с друзьями и назначали свидания, спортивные болельщики заполняли собой все заведение, чтобы за вкусной едой и качественным немецким пивом посмотреть матч любимой команды. Люди постарше ценили особенный уют и хозяина «Глюка», который был невероятно приятен в общении. Таким образом, именно данное место стало центром общественной жизни горожан. Каждый находил здесь то, что ему по нраву. А благодаря обаянию и дисциплинированности хозяина, любой гость чувствовал себя как дома.

Внутреннее убранство кафе не отличалось изысканностью, наоборот, походило на миллионы подобных заведений, которые видел каждый хотя бы в кино. Красные уютные диваны со столами между ними, стены, украшенные винтажными черно-белыми фотографиями, желтые светильники, включающиеся дерганьем изящной цепочки. Все это выглядело чрезмерно старомодным, но погружало в какую-то особенную атмосферу прошлого.

– Тимми, пошевеливайся! – звучный, командный голос донесся из кухни. Принадлежал он хозяину и главному повару «Счастливого Глюка» – Эрвину Томпсону.

Высокий мужчина, сорока шести лет обладал подтянутой фигурой, осанкой, похожей на военную выправку, и обаятельной внешностью. Его доброе лицо и небесные голубые глаза вызывали полное доверие, возможно, еще и поэтому некоторые работяги засиживались у него допоздна, поболтать о том о сем с таким располагающим к себе человеком. А одинокие женщины, куда бы не отправлялись, частенько прокладывали свой путь именно через это кафе, чтобы лишний раз попасться на глаза столь благородному мужчине, который по праву считался завидным женихом, ведь в свои годы все еще был холост и совершенно свободен.

Изящные музыкальные пальцы повара добавили в блюдо последнюю приправу. Эрвин Томпсон, довольно улыбнувшись, снова поднял голову и кликнул в окошко своего помощника.

– Мясная похлебка на седьмой столик, – напомнил хозяин, спешно явившемуся перед ним парнишке.

– Сегодня народа опять полно, – запыхавшись оправдался Тим.

– Так иди и помоги своей сестре. На ней уже девять столиков, – Эрвин указал на поднос с готовыми блюдами.

– Я вообще не понимаю, как она все успевает? – пожал плечами Тимми и почесал затылок.

Высокий, худой юноша лет семнадцати практически сразу стал помощником Эрвина Томпсона. Его сестра Руби, устроилась официанткой в «Счастливый Глюк», считая, что вытащила свой поистине счастливый билет, совершенно случайно ее объявление о поиске любой неквалифицированной работы увидел мистер Томпсон и тут же позвонил по ее личному номеру. Собеседование было коротким, светло-русая, хрупкая девушка с большими глазами, немного вздернутым носиком и тонкими губами буквально очаровала своего потенциального работодателя простотой в общении, но при этом сохранив чрезвычайную вежливость и кротость. Как только Руби исполнился двадцать один год, она взяла под опеку своего младшего брата и двум выпускникам сиротского приюта понадобилась любая работа, оплатой за которую они смогут позволить себе съёмную квартирку и прочие необходимости. Руби Гор считала мистера Томпсона своего рода меценатом и была бесконечно ему благодарна. К тому же он назначил ей высокое жалование, которое только росло пропорционально популярности «Счастливого Глюка». Тим же, как мог старался поспевать за сестрой, а хозяин кафе хоть временами и прикрикивал на парнишку, руки которого иногда совершенно не хотели его слушаться, да и вообще, юноша больше походил на высоченного Шалтая-Болтая, но все же не собирался расставаться с таким работником. Все трое часто засиживались на работе до глубокого вечера и никогда не допускали опозданий, а Эрвин Томпсон невероятно ценил такую преданность общему делу.

*Уотерс первый?

– Господи, Джейсон, где тебя носит? – взволнованная Энни Рид, посмотрела на часы и всплеснула руками, заметив, как ее муж перебегает дорогу, направляясь прямиком к ней.

Стройная брюнетка с аккуратным каре и фиалковыми глазами отражала образ хорошей девочки, как раз таких обожают учителя в школах.

– Прости, солнышко, – мужчина с улыбкой протянул жене букет и оставил на ее щеке легкий поцелуй, – Захотел тебя порадовать.

– Ладно, – Энни усмехнулась и расслабленно опустила плечи, вдохнув аромат любимых ирисов, – Ты прощен.

– Отлично, тогда можем идти? – Джейсон подставил своей жене плечо и жестом пригласил внутрь заведения, – Надеюсь, наш столик не занят.

– Ну уж если Эрвин пообещал бронь, то я уверена, она нас дождется.

– То есть он для тебя уже Эрвин? – Рид с трудом пытался скрыть улыбку.

– О, не придумывай глупостей, – Энни слегка толкнула мужа плечом и мило хихикнула, – И потом, миссис Абрамс мне его не уступит.

Супруги расхохотались. Джейсон даже не успел спросить жену о том, каких успехов в покорении сердца мистера Томпсона успела достичь неугомонная Абрамс, как им навстречу вышел Тимми, придерживая входную дверь.

– Мистер и миссис Рид, рад вас приветствовать, – юноша указал жестом на самый дальний столик у окна, – Располагайтесь.

Обменявшись любезностями, молодые люди заняли свое любимое место и сделали заказ. Держась за руки и потягивая чилийское вино, они вели непринужденную беседу, будто находясь на первом свидании, а не пройдя вместе путь длинною в пять лет. Но вдруг взгляд Энни совершенно случайно упал на телевизор над барной стойкой. Хоть звук и был выключен, но все же новостной репортаж дублировался бегущей строкой.

– О, Господи! – тихонько воскликнула женщина, – Это же Уотерс!

– Глава местного тв-канала? – уточнил Джейсон и повернулся так, чтобы тоже увидеть телевизор. – Вроде, мы с ним виделись здесь какое-то время назад?

– Да, – шокированная Энни затараторила, – Надо же, он совсем недавно потерял свою жену, я тебе говорила, она проходила лечение у нас в больнице. Сначала даже пошла на поправку, но потом ее состояние стало резко ухудшаться. Даже мистер Саммерс с его многолетним опытом и должностью главврача не смог понять причин такой крутой дегрессии. Она буквально сгорела как спичка, когда болезнь стала с неимоверной скоростью поражать всю нервную систему. А теперь и сам Уотерс.

– Видимо, не вынес разлуки с женой, – немного помолчав, Рид сделал свой вывод, а затем взял руку Энни и поцеловал ее пальчики, – Я бы тоже без тебя долго не протянул.

Энни Рид уже шестой год работала медсестрой в доме престарелых под руководством мистера Саммерса. Наделенная необыкновенным даром – видеть не только физическую боль стариков, но и их душевные скорби. Она не просто ухаживала за ними – она слушала их истории, разделяла радость и горе, будучи для них не только медицинским работником, но и другом. Ее руки были нежными, как ласковый бриз, приносящий облегчение всем, кого касались. Когда она обнимала одиноких стариков, словно витая в их объятиях, они чувствовали, что не остались забытыми в этом мире, что кто-то искренне заботится о них.

Однажды, когда в дом престарелых привезли новую пациентку, многие медработники были смущены ее недоброжелательным и закрытым поведением. Но не Энни. Она подошла к женщине с улыбкой на лице и нежно взяла ее руку.

“Привет, я Энни,” – сказала она, ее голос звучал как добрый колокольчик. “Добро пожаловать в наш дом. Мы здесь, чтобы заботиться о вас.”

Женщина посмотрела на нее с изумлением, словно не ожидала такого доброго отношения. Но постепенно, под влиянием заботы и внимания, начала открываться, словно цветок под первыми лучами весеннего солнца.

Энни Рид выделялась не только своим профессионализмом, но и гуманными качествами. Ее доброта и сострадание делали ее настоящим ангелом для стариков, которые чувствовали, что они не просто пациенты, а часть большой и заботливой семьи.

– О, Джей, это так печально, – вздохнув, она добавила, – Смотри, полиция говорит, что следов насильственной смерти нет. Во вторник будут обнародованы результаты вскрытия. Очень интересно…

– Дорогая, пожалуйста, хотя бы этим вечером перестань быть врачом, – мягко попросил Рид, – Потому что сегодня я планирую повторить нашу первую брачную ночь.

– Джейсон, – шикнула Энни тут же залившись краской и обернувшись, чтобы убедиться в том, что никто больше не слышал столь интимного признания, чем только позабавила своего мужа.

*Последний приют

Дом престарелых представлял из себя серое современное здание, строгость и унылость которого компенсировал благоухающий цветами сад. Здесь же имелся и небольшой пруд, который облюбовали дикие утки, с лихвой отъевшиеся благодаря сердобольным постояльцам данного заведения. На некоторых скамейках, расположенных вдоль гравийной дорожки и вокруг самого озера, сидели старички: кто-то один, а кто-то в компании соседей по комнате. Щебетание птиц дополняло эту мирную картину.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.