# Ведьма Волчьего озера

Татьяна Боровская, Ольга Вешнева

Пророчество гласит, что мир спасут три короля. Однако над первым тяготеет злой рок, и он превратится в настоящее чудовище, если не сможет противостоять древнему проклятию и убьет принцессу Ниллин. Второму лишь предстоит найти путь в разрушенное королевство. А третий и не подозревает о великом предназначении.

Тучи сгущаются над островом, где ведьма Варя постигает сокровенные магические тайны.

Ночь Кровавых Лун требует жертв, и вампир Алайни – главная из них.

## Глава 1. Беги, принцесса!

Ниллин

– Проснись, Ниллин.

– Вставай.

– Спасайся, пока не поздно.

Нилин приснился странный сон. Без ярких картинок, наполненный лишь звуками тоненьких женских голосов, которые раздавались совсем близко, но при этом девушка едва могла различить слова. В холодном тумане они сливались воедино, переплетаясь буквами, и звенели подобно комариному хору.

– Просыпайся! У нас мало времени! – кто-то оттянул край одеяла с головы Ниллин и дернул ее за кончик уха.

Эльфийка открыла глаза и резко приподнялась на локте. Инстинктивно махнула свободной рукой, чтобы отогнать кого-то маленького и назойливого.

– Кто вы? – она испуганно вздрогнула, посмотрев через плечо на плоское одеяло. Никто, кроме нее, не укрывался под ним от осеннего холода.

“Где Ягуар?”

– Мы феи Туманного леса, – перед лицом запорхали крошечные женщины в теплых одеждах из перьев и шерсти.

– Это вы насылаете холодный туман, поднимаете ветра и путаете нам дорогу? – Ниллин выплеснула на них накопившееся в ней возмущение тяготами выживания в лесу.

Девушка гневно смотрела на фей, сжимая кулачки.

– Мы не вредим путникам, которые приходят с миром в лес наших предков и не творят зло, – вперед вылетела светловолосая фея в пушистой серой шубке из нащипанного с волка меха.

– Я и мои младшие сестры наблюдали за вами, не показываясь на глаза и не давая нас услышать или почуять, – призналась другая, черноволосая и одетая в платье из бурых перьев совы или ястреба. – Мы не тревожили вас без причины.

– Тогда почему вы сегодня к нам прицепились? – Ниллин выскользнула из теплой норки одеяла, вскочила на ноги, подняла и накинула на плечи дорожный эльфийский плащ.

Необычайно плотный белый туман стоял вокруг места их привала крепостной стеной. Звуки отражались от него, превращаясь в бесконечное эхо. Теронт спал, убаюканный чарами фей.

– Что вы сделали с Яллоном?! – в ужасе вскричала Ниллин, и влажный воздух вокруг нее взорвался мощными раскатами эха.

– Мы убили бы твоего любовника-вампира, будь нам это под силу, – с хладнокровием тюремного палача произнесла самая тоненькая и хрупкая фея – юная русоволосая девчушка в короткой курточке и узких штанах из мышиной шерсти.

– К нашей с сестрами великой скорби, доставшиеся от предков чары не могут разрушить его магическую защиту, – сказала старшая фея. – Нам его не убить.

– Все, что в наших силах, – это помочь тебе спастись от неминуемой гибели, – средняя из сестер покружила над головой Ниллин и зависла в воздухе перед ее бледнеющим от страха лицом.

– Не врите мне! – воскликнула эльфийка. – Рядом с Яллоном я в безопасности. Скоро мы покинем ваш лес, и, клянусь, духу моего тут больше никогда не будет! Сидите в тумане и ешьте припасенный мед. Отстаньте от Ялли! Хищник имеет право на охоту по закону вселенского равновесия.

– Мы понимаем и признаем как должное, что не все живые существа питаются цветочным нектаром и фруктовым соком. Некоторым нужно убивать, чтобы выжить, – спокойно ей ответила старшая из сестер.

– Твой любовник Яллон привык питаться разумными, убивать невинных, – поведала младшая фея. – Охоту на зверей и птиц мы ему прощали. На людей и эльфов не простим никогда.

– Тот, кто пожирает разумных тварей, достоин лишь смерти, – старшая фея придирчиво заглядывала в округлившиеся от страха глаза принцессы. – Разве не об этом предупреждает закон вселенского равновесия, дарованный милостивыми и справедливыми богами?

– Лесные леди, вы пьяны от забродивших ягод! – Ниллин заметалась в кольце тумана. Чары фей удерживали ее на месте, не подпускали к белой стене. – Где вы нашли людей? Тут зверей и птиц с трудом сыскать! Из эльфов я единственная в заколдованном лесу, и Яллон заботится обо мне.

– Я, Алтея, главная хранительница Туманного леса, уверяю вас, принцесса Ниллин, как одна особа монарших кровей – другую, – старшая сестра оказалась королевой местных фей, – вся его забота и показная любовь – до третьей ночи.

– Мы путешествуем вместе много дней и ночей, – растерянная Ниллин отчаянно пыталась придумать, как убедить чокнутых хранительниц Туманного леса оставить их с Ягуаром в покое.

Где он? Ему тоже устроили допрос феи? С ним говорят король и принцы?

– Считай от прошедшей ночи, – пояснила королева фей. – Вспомни связующие чары и ваше соитие. Магия уже сплетает сети, укутывает тебя и усыпляет, словно паук – пойманную бабочку. На третью ночь твой редчайший в мире дар перейдет к Яллону и вампир сожрет свою добычу. Ты перестанешь быть ему нужна живой.

– Я вам не верю, – замотала головой Ниллин. – Яллон – мой суженый, предназначенный богами. Он любит меня и никогда не обманет.

Цепляясь стынущими в холодном тумане пальцами за плащ и тунику, она неосознанно пыталась разорвать на себе паучий кокон. Сердце стучало все быстрей, в ушах звенело пугающее эхо собственного голоса.

– Он пользуется твоей доверчивостью, – холодно и настойчиво произнесла Алтея.

– Мы оба страдали в заколдованном лесу от холода и голода, – напомнила Ниллин.

– Все верно, но только по разным причинам, – сочувственно улыбнулась королева. – Яллон поймал тебя в ловушку, Ниллин, и долго приручал. Ждал, пока ты согласишься принять его как любимого мужчину.

– Ты действительно веришь, что где-то поблизости растет сишеловая роща вдоль берегов теплого озера и в ней гуляют стада кабанов? – издевательски рассмеялась острая на язычок младшая принцесса. – Твой любовник сожрал последнего молодого кабанчика в лесу. Бедняга был ранен и слаб, не смог уйти вместе с родным стадом в дальние края.

– В твоей душе поселились сомнения? Ты начала вспоминать вчерашние мысли? Что подумала, когда Яллон вернулся с охоты? – допытывалась средняя сестра. – Увидела его и…

– Я удивилась, что ему повезло где-то найти так много добычи, – Ниллин вспомнила момент их ночной встречи, и страх пробрал ее ознобом до костей.

Страх не перед феями, а перед тем, в чью власть она согласилась вверить душу и тело.

– Местечко называется Эллошерд. В поселении живут разные существа, но людей там больше, – королева указала взглядом на младшую сестру. – Мальва – самая храбрая и отчаянная из нашей семьи. Яллон прошел туда через портал, и она полетела за ним. Видели бы мы с Медуницей – не пустили бы ее в чужие земли.

– Вампир не заметил слежки. Волшебный туман защитил меня от его темной магии, а пыльца с крыльев сделала невидимкой, – гордо заулыбалась Мальва. – В межпространстве я уловила рассыпанные частички мыслей. Яллон думал про твой дар и третью ночь. Он ждал, что твое согласие поможет зародиться связующим чарам, которые позволят им завладеть. В Эллошерде он убил пять человек и эльфийскую девушку – она была похожа на тебя, Ниллин.

– Ты просто летала и смотрела? – Ниллин подивилась жестокости прелестных созданий. – Почему не предупредила об опасности и не защитила их, не укрыла чарами?

– В чужих землях наши чары слабее, чем в родном лесу, – отвечала на упреки Мальва. – Я ничем не могла помочь тем несчастным. Предупредила бы поселок – и вампир убил бы всех жителей.

– Мы не в силах остановить и уничтожить Яллона, – повторила королева, – но мы не позволим ему погубить тебя, принцесса. Беспощадный убийца хочет завладеть уникальным даром и стать тираном, повелевающим народами. Не бывать тому!

– Я чувствую, он успел втереться к тебе в доверие, – Медуница коснулась щеки Ниллин крошечной ладошкой. – Ты можешь убедиться в том, что мы говорим чистую правду. На твоей одежде кровь Яллона. Используй знания предков. Призови ее силу и попроси явить мысленному взору тех, чьи жизни оборвались в минувшую ночь. Ты увидишь, чья кровь питала его тело и магию.

– Боюсь, у меня ничего не выйдет, – Ниллин еле двигающимися пальцами потрогала пятна застывшей крови на тунике. – Я отказалась от способностей эльфийского народа. Похоронила их в себе. Лесные хранительницы, я навсегда утратила связь с природой. Много лун назад перестала ощущать пронизывающее все живое в ней царство тонких энергий.

– Не погребла, а отправила в глубокий сон, и можешь пробудить, если очень сильно захочешь, – уверенно сказала королева Алтея. – Яви матушке-природе искреннее желание наладить с ней утраченную связь и покажи ей силу воли. Поклянись, что впредь никогда не отречешься от нее.

– Клянусь, что никогда не отрекусь, – опустившись на колени, эльфийка смяла пальцами запятнанную кровью ткань. – Матушка Анлара, я хочу снова чувствовать теплое дыхание жизни в твоем прекрасном гармоничном мире, и если допустишь, то и холод смерти.

Кольцо тумана плотнее сжалось вокруг нее, напоминая детскую плавающую игрушку, которая не дает малышу пойти на дно.

Ниллин закрыла глаза. В тот же миг ее сознание наполнилось всевозможными оттенками боли и страха. Голова одной из человеческих девушек погрузилась под воду, и несчастная захлебывалась, раскрывая рот от боли, пока Ягуар впивался в ее артерии и вены. Эльфийку он отпустил еще живой. Смотрел ей в глаза, пока бедняжка истекала кровью, содрогаясь в конвульсиях.

Ниллин взвизгнула в истерике. Пыльца с крыльев феи на миг перекрыла ей дыхание, не дала закричать от отчаяния и высушила не успевшие пролиться слезы.

– Он снова пошел за разумной добычей? – зажатая в тисках страха Ниллин дрожала мелкой дрожью.

Ей не пришло на ум другое объяснение столь долгого отсутствия рыжего вампира.

– За ним следят наши подданные, – ответила королева Алтея. – Яллон проводит ритуал. Ходит вокруг засохшей сишелы и говорит на неизвестном языке с каменным кинжалом. В заговоренном клинке живет древняя могущественная магия.

– Кинжал верховного жреца – проводник силы между нами, – объяснила Ниллин.

Она распрямила заломы на жесткой от застывшей крови ткани и перестала прикасаться к грязной одежде.

– С его помощью вампир пытается забрать у тебя врожденный дар, – продолжила ее мысль лесная королева.

– Вы сказали, я могу спастись, – Ниллин с горящей в испуганном взгляде надеждой смотрела на трех сестер фей. – Но как? Яллон меня не отпустит. Он почует, если я попытаюсь сбежать, выследит и убьет. Его конь Теронт не повезет меня одну без команды хозяина. И куда мне идти? На много верст вокруг нас ни одного разумного существа, кроме фей, но я не помещусь в ваш улей.

– Есть один шанс на побег, – таинственно произнесла королева.

– Я не смогу открыть портал чужим заговоренным оружием, – Ниллин постыдилась признаться в том, что ни разу в жизни она не открывала перемещающих порталов. – Да и вряд ли мне удастся завладеть кинжалом жреца.

– Покажи брачную метку, – попросила королева, и вместе с сестрами подлетела к вытянутой руке девушки.

Феи покружили над затянутым темной корочкой порезом, осыпали ладонь Ниллин золотистой пыльцой с крыльев. Корочка размягчилась, рана обнажилась и защипала. Ниллин зажмурилась и простонала от сильной боли.

– Вернется убийца невинных – дашь ему полизать крови из брачной метки, – королева Алтея прошептала заклинание, и россыпь волшебной пыльцы стала невидимой. – Лес усилит наши чары. Вампир крепко уснет и не почувствует, как ты сбежишь от него.

– Я смогу взять разбойничий нож и вонзить ему в сердце, – Ниллин было страшно представлять, как она все это сделает.

Ей прежде не доводилось убивать, но девушка чувствовала, что готова применить на практике уроки старого наемника Лиммиила. Нужно прервать череду невинных жертв.

– Защитная магия отразит удар и разбудит Яллона, разрушит лесные чары, – предостерегла королева Алтея. – Кинжал верховного жреца – единственное оружие в мире, способное убить кровожадного изверга. Но тебе не взять его в руки без разрешения. Ты даже не сможешь дотронуться до рукояти, пока будешь держать в уме намерения, опасные для его владельца. Нить твоей жизни привязана к магическому кинжалу, и она оборвется в момент касания.

– Выходит, нет спасения? – Ниллин посмотрела на пораненную ладонь.

– Ниллин, ты сумеешь спастись, – Мальва коснулась пальцев девушки тонкими полупрозрачными крыльями. – Ничего не бойся, принцесса, следуй за туманом к выгоревшей поляне.

– Доверься силе Туманного леса, – напутствовала Медуница, – она подсказывает нам, что помощь придет откуда ты ее не ждешь.

– Яллон возвращается, – королева приняла мысленный сигнал или услышала предупреждающий звук. – Ложись и укройся теплым одеялом. Усыпи страх и пробуди боль.

Туман полностью не рассеялся, но принял обычную форму затягивающей предрассветный лес бледной серой дымки, без стен, колец и причудливых клубов, похожих на завитки лианы.

Ниллин послушалась хранительниц заколдованного леса и спряталась в теплую норку. Скребя ногтями по ране, она подумала, что феи правы – боль запутает вампира, поможет обмануть его.

Ягуар подошел бесшумно, склонился над ней и взялся за край одеяла. Ниллин открыла глаза, привстала и посмотрела на него – очень надеялась, что с удивлением, а не ужасом.

– Где ты был, Ялли? Проснулась – а тебя нет рядом. Я начала переживать. Одной мне страшно и холодно в жутком лесу.

– Я ходил к дальним кустам по очень важным делам, – рыжий вампир улыбнулся, снял сапоги и залез под одеяло. – Ты не хочешь туда же сбегать? Если да, то иди к сухой сишеле. Запомни, слева от нее чисто, а направо не ступай.

– Пока не хочу, – Ниллин повернулась на правый бок.

Принцесса и рыжий зверь столкнулись взглядами и улыбнулись друг другу – чуть нервно и напряженно.

– Дай посмотреть на твою правую руку, – Ниллин изобразила искреннюю заботу. – Мне все кажется, что я ее ужасно сильно покромсала.

– А ты умеешь выбирать слова, – Ягуар улыбнулся шире, сверкнул верхним клыком. – На, смотри.

– Все зажило, и шрамов не осталось, – Ниллин провела пальцами по чистой и гладкой коже. – Я рада за тебя. А моя рана от каменного кинжала все никак не заживает, – она показала ему воспалившийся и кровоточащий порез на ладони. – Мешает спать. Болит и мучает меня.

– Покажи, – янтарные глаза стали ярче.

Ниллин поднесла покрытую невидимой пыльцой ладошку к губам вампира:

– Можешь ее зализать, Ялли? Ты говорил про лечебную слюну.

– Попробую, – хищно мурлыкнул Ягуар, будто ему предложили не залечить ранку, а испить крови.

Его горячий влажный язык заскользил по раздраженному пыльцой порезу – сначала слегка, без нажима, затем чуть сильнее. Вдавливая кончик языка в ранку, вампир ловил вытекающие капли крови, пробовал каждую из них на вкус.

Ниллин удерживала страх в темной клетке, где заперла силой мысли. Эльфийка почувствовала, что боль затихает и отступает. Она не знала, был ли это сигнал, что чары фей проникли в разум Ягуара и начали усыпляющее действие.

Ниллин отдернула руку.

Побоялась, что рыжий зверь войдет во вкус и прикончит беззащитную добычу, не дожидаясь третьей ночи.

– Видишь, теперь рана выглядит лучше, – с довольной улыбкой она продемонстрировала Ягуару затянувшийся порез.

– Спим дальше, пока до нас не доберутся солнечные лучи, – вампир положил руку ей на ребра.

“Придерживает, чтобы не сбежала”, – Ниллин испугалась случайных мыслей, назвала их обманчивыми порождениями страха и прогнала прочь.

– Думаешь, утром они изволят заглянуть в обитель мрака и тумана? – она отвлекала словами себя и Ягуара.

Вредно много думать, находясь на волосок от гибели, и трудно не дрожать в когтях кровожадного рыжего зверя.

– Не увидим солнца – поспим, пока не почувствуем сильный голод, – Ягуар широко зевнул, щелкнув зубами. – По себе знаю – он будит не хуже городского глашатая на площади.

## Глава 2. Колдовской туман

Ягуар

Ниллин устало закрыла глаза, опустив голову на его подставленную руку, и Ягуар залюбовался ее густыми ресницами. Они слабо мерцали в лунном свете – длинные и невероятно красивые, похожие на драгоценную перламутровую бахрому.

Отведя прядку великолепных пышных и шелковистых волос, Ягуар коснулся губами остренького кончика ее уха, провел костяшками пальцев по бархатистой щеке. Нежные ароматы волос и кожи принцессы завораживали. Вместо неукротимого хищного голода они пробуждали мирное желание целовать и обнимать, прижимать к себе разогретое его ласками, но еще немного скованное робостью и неопытностью хрупкое изящное тело.

Ягуар знал, что никогда не пожалеет о решении оставить дочь пройдохи Эйлана в живых. Ему нравилось чувствовать крепнущую между ними связь, порождающую ее доверие и привязанность. Он замечал изменения и в самом себе. Удивлялся тому, с каким спокойствием и почти что равнодушием слизывал вытекающую из ранки кровь с ее мягкой ладошки. Ему не хотелось порвать клыками запястье и взять больше, чем эти ничтожные капельки.

Ягуар заново привыкал к давно забытому порядку, когда новая любовница не умирала в ночь их первого свидания. Рядом с Ниллин он чувствовал и вел себя иначе, нежели с обычной добычей женского пола. Изменял застарелым привычкам. Готовился пересмотреть некоторые взгляды на уклад собственной жизни. Молодая эльфийка была для него больше чем едой. Нет… Она не была едой вовсе.

Проголодавшись, он пойдет охотиться в захолустное селение. Портал перенесет его далеко за пределы Туманного леса. Туда, где Ниллин не увидит его настоящего, или для нее уже прошлого?

Рыжий вампир поймал себя на мысли, что портал разграничит его жизнь – как будто перенесет в другое время, а не только в неизвестное принцессе место. Там, вдали от нее, он прокусит женскую шею и напьется горячей крови, чувствуя как сердечный ритм замедляется и останавливается, а потом отпустит высушенное тело. Мертвая обнаженная красотка упадет к его ногам с характерным шлепком об пол. Ягуар вспомнил этот звук, из раза в раз повторяющийся почти неизменно, разве что ковер смягчал, а камень добавлял жестких тонов.

Ниллин об этом не узнает. Ее не постигнет участь той, условно безымянной жертвы.

Он вернется к ней и покроет ее длинную гибкую шею нежными поцелуями, не прокусывая тонкой кожи. Засыпая, он обнимет жену и уткнется носом в пульсирующую жилку над ключицей, даже не помышляя вскрыть клыком.

Он не причинит ей зла. До конца ее дней будет заботиться о ней и оберегать от всевозможных угроз.

Ниллин возведет его на престол и откроет перед ним путь к мировому господству, а он отплатит ей искренней любовью за доверие и королевский дар.

Разве не равноценная плата от того, кто прежде не любил ни одно живое существо в огромном мире, кроме самого себя?

После третьей ночи он отвезет жену в свое поместье в Немейростэне, которое приобрел за много лет до знакомства с Умалнином. Принцесса останется в безопасности под присмотром слуг и будет ждать его возвращения. А он тем временем принесет ритуальную жертву в Золотой Империи, подкрепит магическую силу, восстановит красоту молодости и продлит жизнь.

Ягуару не нравилось то, что у него на лице начали появляться морщинки. Это был плохой признак, указывающий, что время на исходе. Юный воин, о котором понапрасну грезила принцесса, скоро умрет на жертвенном алтаре, и к ней возвратится ее истинный суженый.

“Ялли”, – эхо Туманного леса принесло далекие отзвуки.

Увлекшийся мечтами рыжий вампир не понял, уснул он или продолжает бодрствовать.

Откинув с груди край одеяла, привстал и обнаружил, что принцессы нет рядом.

“Ялли, ты меня слышишь?” – в голове загудело, и Ягуар понял, что воспринимает мыслеречь, а не улавливает навостренными ушами звуки настоящего голоса.

– Рей? – Ягуар не поверил своим ушам, мозгам. Он сам уже не знал, чему может верить, но произнес имя вслух.

“Я вижу, ты не рад мне, брат”.

Туман сгустился, полностью скрыл деревья и кусты, а потом разошелся театральным занавесом, выпуская из рассветного сумрака высокого, мускулистого, довольно упитанного вампира с длинными светло-серыми волосами и лиловыми глазами.

Рейлен был в черных штанах с кожаным поясом и наемничьих высоких ботинках. Шел он медленно и прихрамывал на левую ногу.

Ягуар, не вставая с походной постели, смотрел на него и не понимал, это сон или явь.

Неужели Серый Туман действительно выжил?

Глаза Рейлена восстановились, обритая грива отросла, на ушах виднелись серые меховые кисточки. Лицо и тело пересекали шрамы. Отрубленные пальцы не выросли заново, как и отрезанный язык, иначе бы он хотя бы ради хвастовства говорил словесно, а не только мысленно.

Ягуар подумал, что между ног у Рейлена тоже ничего не болтается, как и во рту. Серый вампир сильно прибавил в весе. Может, он разжирел после кастрации – нарушились обменные процессы и гормональные балансы? А может, он жрал почти без остановки, чтобы залечить раны от магического клинка?

“А я хотел повидаться с тобой”, – продолжил Рейлен, не получив ответа.

Клубы тумана плясали вокруг него, извивались, словно змеи под дудку факира.

– Тебя не существует! Сгинь! – Ягуар махнул правой рукой перед глазами, но Рейлен не исчез.

“Разве?” – и снова мыслеречь – тяжелая, напористая, отдающаяся гудящим звоном в голове, похожим на стон колокола кладбищенской часовни.

– Ты – сонный мыслеобраз. Пустая выдержка из моих воспоминаний. Я проснусь, открою глаза и…

“Увидишь серый туман”, – Рейлен медленно развел руки, и клубы затанцевали над его ладонями без пальцев, напоминающими округлые кошачьи лапы.

– Это не твой туман! И не твой лес! Убирайся! – Ягуар попытался встать рывком, но запутался ногами в походном одеяле и упал на четвереньки.

Рейлен рассмеялся.

Твердо встав на ноги, Ягуар посмотрел на него и увидел, что выбитые зубы выросли заново и сверкают в улыбке ослепительной белизной.

– Ты не мог выжить, Рей. Где ты скрывался все это время?

“Пока вы с Илом, как два нищих бродяги, скитались по лесам и наемничьим пристанищам, я наслаждался любовью молодой красавицы по имени Мария. Она меня кормила досыта, баловала заботой и лаской”.

– Ты врешь, Рей!

“Нет, я говорю правду, Ялли”.

– Кастрированный кот не нужен молодой кошке. И старая кошка побрезгует об него тереться.

“Ялли, ты не держал домашних питомцев, ты их только пожирал на десерт к хозяевам, а потому ничего не знаешь про повадки. Умная кошка ластится к покалеченному коту, не замечая его увечий. Тебе не понять, что такое любовь. Ты привык, что вокруг тебя увиваются куртизанки, а им, как известно, мил и вонючий гоблин с тугим кошельком золотых монет”.

– Я взял в жены принцессу эльфов. Мне доверилась наследница редчайшего в мире дара.

Рыжий вампир не понимал, зачем он продолжает бессмысленную болтовню с плодом собственного воображения, но стыдился уступить в споре и тем самым признать победу мертвого врага.

“Хочешь сказать, дочь пройдохи Эйлана сбежала от искреннего доверия и большой любви? – Рейлен развесил мохнатые уши, почесывая подбородок. – Хмм. Интересная трактовка”.

– Сбежала? – покрутившись на месте, Ягуар осмотрел место привала и нашел только спящего коня.

Ниллин не появилась из плотной пелены тумана.

– Я найду и верну ее, – заявил Ягуар.

Подозревая, что все происходящее может оказаться не сном, он решил плюнуть на искалеченного хромого кастрата и пуститься в погоню за эльфийкой. Решил, что Рейлен побоится атаковать. И напрасно.

От отсутствия пальцев на руках серого вампира не уменьшилась мощь его удара, она, кажется, даже возросла после усиленного откорма.

Ягуар упал на походное одеяло. Не торопясь взять реванш, он сел, вытер брызнувшую из рассеченной губы кровь и ощупал едва не выбитую нижнюю челюсть.

Рейлен с детства был сильнее каждого из них, потому и охотиться на серого вампира пришлось вдвоем. Поодиночке бы ни он, ни Иладан не справился.

“Я не пущу тебя, – Рейлен угрожающе оскалился. – Принцесса на полпути к свободе”.

Нащупав под одеялом каменный кинжал в ножнах, Ягуар незаметно подтянул его к себе, извлек, спрятал под ногой и приготовился к атаке.

Рейлен подошел ближе, и Ягуар вскочил. План сработал. Серый вампир не ожидал, что против него снова направят единственное оружие, способное его убить. В первый раз Ягуар и Лорд не довели дело до конца, чтобы избежать отцовского проклятия. Но теперь, рискуя упустить принцессу, Ягуар убил в себе застарелый страх, чтобы навсегда покончить с братом-предателем.

Каменный клинок вошел точно в сердце, но вместо рвущейся плоти и брызжущей крови Ягуар ощутил и увидел пустоту. Рейлен исчез, рассыпался клубами тумана и возник за его спиной. От хорошего пинка под зад Ягуар чуть не поранил кинжалом колено. Рыжий вампир не устоял на ногах и врезался лбом в дерево.

– Ты мертв? – зашипел он, цепляясь когтями за шершавую кору шолевиннии.

Встал, развернулся и почесал побаливающий лоб. По-прежнему не понимал, это сон или явь.

Во сне так больно не бывает. А наяву мстительные призраки не являются врагам спустя несколько лунных месяцев после смерти.

“По вашей вине, – Рейлен надменно сложил руки на груди, – Поздравляю, Ялли, вы с Илом оба прокляты”.

– Этого не может быть! – воскликнул Ягуар. – В горном лесу тебя растерзал пещерный лев!

“Вы притащили меня к его логову, но пещерный лев не успел прийти по кровавому следу и схватить легкую добычу. Ослепленные безумной злобой, вы не почувствовали места силы. Под ковром из густого высокого мха скрывался дольмен. Тысячелетие назад он был святилищем дриад. В местах силы портал можно сотворить из мысли, не имея под рукой заговоренного оружия”.

– Дриады… Дольмен… – Ягуар запустил пальцы в волосы и чуть не выдернул прядь. – Я не верю в эту чушь!

“Ялли, я ускользнул из-под львиного носа. В чужом лесу меня нашли люди. Они обо мне заботились, кормили и лечили. Мария полюбила меня и пыталась спасти. Я умер у нее на руках. Погиб от потери силы из-за отравленных магией ран и того, что не принес ритуальную жертву”.

– Глупый сон, – простонал Ягуар в отчаянии. – Когда же он закончится и я проснусь?

“Не раньше, чем принцесса будет за пределами досягаемости, – ответил Рейлен. – Я не позволю тебе преследовать ее”.

– Сгинь! Пропади! Отстань! – Ягуар поднял с земли камень и бросил в серого вампира. – Я больше не желаю выслушивать бредни мертвеца. Вон из моей головы!

Рейлен растворился в тумане.

“Нет уж, послушай, рыжий братец, – он возник ближе к Ягуару и толкнул его беспальцевой лапой в грудь. – Вы с Илом, а не пещерный лев, нанесли мне последние раны. Помнишь, мы поклялись отцу перед его кончиной, что ни один из нас не убьет другого брата. Вы нарушили клятву и стали моими убийцами”.

– Еще неизвестно, сработает ли проклятие или оно потеряло силу с годами. Прошел не один век, – угрожающе прорычал Ягуар.

Прижавшись голой спиной к дереву, он чувствовал кожей над лопатками корявую жесткую кору.

“Справедливые кары вечны”.

– Мы живы, а ты влачишь посмертное бытие в виде жалкого обиженного призрака. Рей, ты не способен отомстить нам. Все, что можешь – являться во снах и стращать нелепыми угрозами.

“Ошибаешься, Ялли. Скоро ты узнаешь, что призраки тоже могут убивать. Мой посланник идет по твоему следу”.

– И снова пустые угрозы. Мне пора просыпаться. Надоело слушать бред скучающего привидения.

“Грядет нечто страшное. Я чувствую, как волнуется планета. Ил уже заглянул в бездну чужого мира”.

– Опять вранье. Ил не пойдет в мир людей. Нам нечего там делать.

“Миров мириады, Ялли. Далеко не в каждом из них живут люди или другие похожие на нас разумные существа, – Рейлен задумчиво посмотрел в небо, усыпанное звездами. Он словно вспоминал посмертное путешествие души сквозь пространство и время. – Во вселенной есть темные миры, куда ни в коем случае нельзя открывать межпространственные ходы. Я вас предупреждал. Вы не послушались. Предали меня и встали на чужую сторону. Вот и случилось то, что мы могли бы вместе предотвратить… Дверь приоткрыта, пока на узкую щелку. Не стоит уповать на спасительное чудо. Но еще не поздно ее навсегда захлопнуть”.

– Рей, ты бредишь, – Ягуар хлопнул себя по ушам, но кошмар не отпустил его разум. – Душевнобольной – вот как правильно тебя называть. У тебя не только мозги съехали набекрень, но и душа спятила!

“Мое здравомыслие в порядке, Ялли. Живой или мертвый – я всегда умнее тебя. Не тешь гордыню думами, что я пришел с тобой поболтать и почитать мораль. Я бы не явился без серьезной причины. Анларе грозит опасность. Тьма из бездны чужого мира готовится поглотить нашу планету. Моя дочь ждет ребенка. Я хочу, чтобы внук родился в живом и процветающем мире, а не в гибнущем и увядающем”.

– Ты помешался на своем дрянном выводке! – Ягуар оскалился, крепко сжимая рукоять каменного кинжала.

– Если не остановить Умалнина, он приведет в наш мир тьму, что способна уничтожить все живое, – предостерег Рейлен. – Послушай меня, Ялли… Я даю тебе возможность искупить вину. Откажись от разумных жертв, отпусти горного воина с принцессой и убей короля. Тогда я отзову посланника.

– Я никогда не отпускаю добычу. Никогда! Ты это помнишь?!

“Я помню все… И нашу дружбу, и твое предательство”.

– Рей, я не стану терять силу и рисковать жизнью ради твоих мохноухих выродков и мифических угроз! Собственная жизнь мне слишком дорога… Дороже, чем воспоминания о нашей дружбе.

“То, чем излишне дорожишь, легче всего потерять”.

– Исчезни! – Ягуар замахнулся каменным клинком, рассекая занавес тумана.

“Что ж… Выбор сделан. Маховик запущен… Прощай, мой жадный вероломный брат”.

Рейлен исчез в тумане и не появился вновь.

Ягуар открыл глаза. Да, он видел отвратительный кошмар. Прокусил губу во сне, и на язык попала его кровь.

Облизнувшись, он привстал и понял, что принцессы рядом нет. Повел носом, усиленно принюхиваясь, но ее свежий запах не витал в прохладном влажном воздухе Туманного леса.

Ягуар вскочил и взял магическое оружие. Кинжал верховного жреца крепко спал, пребывая в полнейшем бесчувствии после утомительного ночного ритуала. Не ответил на мысленный зов.

Рыжий вампир припал носом к земле, подобно дикому зверю вынюхивая следы сбежавшей эльфийки. Отыскал едва заметную неровную цепочку, сбивающуюся возле гнилых коряг и травяных кочек, и пошел по ней. На ходу перехватил волосы взятыми из кармана резинками, не стал тратить время на заплетание косы.

Следы красноречиво рассказывали Ягуару о том, что произошло до его пробуждения. Сперва принцесса шла медленно, ступала как можно тише, чтобы не разбудить крепко уснувшего вампира. В страхе она забыла предупреждение о правой стороне засохшей сишелы, вляпалась и поскользнулась. После досадного падения ускорила шаг. Там, где тропинка позволяла бежать, она пользовалась этой возможностью. Там, где на пути встречались овражки и буреломы, шла осторожнее.

Времени прошло много. Больше часа. Эльфийка успела далеко уйти от места привала.

Ягуар бежал сквозь пасмурный утренний лес. Мчался так быстро, словно преследовал стремительную косулю. Злился на то, что не чувствует встречного потока свежего запаха сбежавшей от него жены, не слышит ее испуганной неуверенной поступи, а лишь видит прямо перед собой кажущуюся бесконечной тонкую цепочку следов из примятой травы – темной от сбитого с нее серебра инея.

На выжженной пожаром прогалине цепь оборвалась. Ягуар остановился и осмотрелся по сторонам. Вокруг него простиралась поляна заиндевевшей невысокой травы, местами из ее серебристого ковра торчали похожие на чугунные пики обугленные остовы молодых деревьев.

Принцесса не могла испариться вместе с холодным туманом, уступающим лес умеренному теплу осеннего позднего утра. Время близилось к полудню. Солнце поблескивало в пелене туч.

Два неаккуратных из-за спешки отпечатка маленьких женских ножек. Левая впереди правой, мыски заглублены и врезались в землю. К травинкам пристыли мерзлые комочки почвы.

Ниллин ушла в портал или ее забрали с воздуха. Других правдивых и логичных версий не придумала богатая писательская фантазия, а совсем уж сказочные не принимались в расчет.

До границы с Немейростэном оставалось больше полутора верст. Одна, без его магической помощи, принцесса не смогла бы перейти ее, не попавшись в невидимые ловчие сети.

Кто помог Ниллин сбежать?

Явился Рейлен, дал подсказки и открыл для нее портал? Но разве призраки умеют создавать межпространственные лазейки в мире живых? Они приходят из мира мертвых, лишенные права власти над живыми существами. Могут стращать, изматывая нервы, но не перемещать из города в город или из страну в страну.

В древних колдовских книгах ни о чем подобном не написано. Иладан читал больше, возможно, он даст исчерпывающий ответ, но…

Но что, если принцессу похитил всадник на крылатом звере или гигантской птице? Отец сумел мысленно связаться с дочерью и прислал верного воина ей на помощь?

Ягуар не знал, где скрывается Эйлинан. Это был один из существенных факторов, которые и до побега принцессы не позволяли ему считать все проблемы решенными и мешали достичь душевного равновесия.

Рыжий вампир исследовал полянку рядом со следами эльфийки, чтобы найти клочок меха, чешуйку, перо или энергетический отпечаток портальной магии.

Ничего.

Все чисто.

Даже чересчур.

Как будто принцесса вправду испарилась.

Но так быть не могло.

Понятен один момент. Даже целых два.

Первый. Ниллин предупредили о том, что Ягуар не до конца честен с ней. Для острастки могли наплести о нем ужасных баек.

Второй. Ей помогли уйти от него. Уйти в неизвестность для него. Сумели его нейтрализовать на нужное им время.

Но как?

Почему не сработали защитные чары? Кто погрузил его в противоестественно крепкий сон? Принцесса или ее сообщник?

А если все-таки им был призрак Рейлена? Мог ли Серый Туман подчинить себе дикую древнюю силу зачарованного леса и действовать с нею сообща? Во сне он грозился освободить принцессу… Что он сделал с Ниллин и куда ее переместил? Оставил в живых или отправил прямиком в пристанище душ умерших? Серый Туман готов был пойти на все, лишь бы только ее королевский дар не достался его рыжему брату?

– Ре-е-ей! – Ягуар взревел от разъедающего его душу гнева и отчаяния, задрав голову к мелькающему за тучами солнцу, словно волк к полной луне.

Тучи разошлись, и ослепительно яркий солнечный свет ударил по глазам, обжигая отпаренную в бане чистейшую кожу. Прогнал рыжего вампира с поляны, заставил отступить в лесную тень. Впервые за много лет неуязвимости Ягуару пришлось вспомнить о том, что родился он сумеречным и ночным существом, обреченным охотиться во мраке.

Магическая защита слабела и истощалась. Ягуару показалось, будто он чувствует, как в невидимой вражеским глазам броне появляются крошечные трещинки и дырочки. Еще немного – и служивший не один век надежный доспех рассыплется, словно насквозь проржавевшая железяка.

Он ослабил себя, поделившись магией с принцессой.

Но еще не поздно укрепить защиту и вернуть неуязвимость. Нужно поспешить в Золотую Империю.

Ритуальная жертва. Для него пока что – последняя и единственная. И пусть весь мир осядет пеплом у его ног, но рыжий зверь не упустит добычу.

## Глава 3. Тайна трех королей

Варя

Ливень колотил по стеклам старого замка, словно испуганный путник, за которым гнались вооруженные до зубов разбойники, и он, прибежав на свет незнакомого жилища, отчаянно стучался в надежде, что ему откроют дверь.

Варя подошла к окну и посмотрела вниз, туда где плескались волны, длинными языками вылизывая скалы до блеска.

Страшный сон о нападении врагов на остров барона не давал о себе забыть. Брошенный за стекло взгляд оживил кошмар и смешал его с явью. Ведьма-волчица слышала и видела все то, что должно было скоро случиться здесь. Снаружи и в коридорах замка раздавались предсмертные крики его защитников, лязганье мечей и стук боевых топоров. Алели пятна крови на каменных ступенях круто изогнутой лестницы.

Девушка затаила дыхание, и ее плечи дрогнули, будто бы она стояла перед подкрадывающимся чудовищем. Шагнула назад, не отводя глаз от окна, в которое продолжали отчаянно биться крупные дождевые капли.

Рассказать Эрику или повременить? Может, сперва поискать подсказки в старинных волшебных книгах?

На завтрак Тильда приготовила яичницу с хрустящими поджаренными хлебцами. Встали хозяева и гости замка поздно, ближе к полудню, и не было времени на долгую готовку.

Редкого и очень дорогого в этих краях кофе баронесса заварила чайную ложечку, для вкуса и бодрости.

– К обеду сделаю сочные бараньи котлеты, – пообещала хозяйка гостям. – Не останетесь голодными после тяжелой умственной работенки. Я любительница математических головоломок, и то сдалась на первой же попытке рассчитать календарь пророческого круга Шалемона. Эрик чудом его собрал по крохотным кусочкам.

– Маленькая внучка маминой подруги добралась до книги пророка и свитков, разрезала их ножницами, – Эрик поболтал кофе, оставшийся на донышке чашки, и допил торопливым глотком. – Идем, я все тебе покажу.

– Хочу скорее увидеть, – Варя слышала об этом календаре от старенького профессора магической академии. – Пророческий круг Шалемона считался безвозвратно утерянным. Календарь требует расстановки хаотично указанных символов. Нужно правильно рассчитать их последовательность.

– Этим мы и займемся, – Эрик вышел из-за стола и поманил Варю за собой.

Они улыбнулись друг другу, столкнувшись взглядами. Эрик заразил ее восторженным рвением. Девушка невольно залюбовалась его небесно-голубыми глазами, в которых сияли задорные искорки.

Тревога не ушла далеко, она только сделала шаг назад, как утром Варя в коридоре замка отступила от омываемого дождем окна. Но стало легче. Пусть всего на чуток, и то хорошо. Волнения и страхи – худшие помощники в разгадке древних пророчеств. Для восприятия сакральных знаний нужны ясная голова и спокойное сердце. Так говорили премудрые магистры в академии.

Домашняя библиотека барона Гильцвайгена поражала своим величием. Разумеется, она едва ли могла сравниться по размаху с меньшим из академических хранилищ книг и манускриптов, но в ней запросто можно было заблудиться, прохаживаясь между рядами высоченных шкафов с блеклыми витражами на дверцах. Книги и свитки здесь были повсюду: стоящие на полках тома с разноцветными корешками так плотно покрывали стены, что издали казались причудливым рисунком на обоях.

В центре библиотечного зала на красном с черными узорами ковре были разложены открытые пророческие книги и собранные из покромсанных ребенком кусочков пожелтевшие страницы.

Эрик подвел Варю к восстановленному широкому свитку. На нем был начертан календарь из сотни кругов, разбитых на множество делений с пророческими символами. Присев на ковер, они внимательно всмотрелись в него.

– Скажи, что думаешь, – Эрик нетерпеливо стукнул по колену. – Я ничего не потерял? Все фрагменты на месте или чего-то не хватает? Эйлинан сказал, что круг не складывается, а он лучше разбирается в древних эльфийских рунах, чем люди.

– Эйлинан? Господин был в замке? – Варе захотелось побольше узнать о визите короля наемников к барону.

– Вместе с Ровеной, – голос Эрика почему-то упал, и парень присмирел. – Они долго изучали записи в книге Шалемона, вертели внутренние сферы календаря, чтобы сложить пророчество с датами. Полдня просидели, а далеко не продвинулись. Эйлан сказал, часть упущена или искажена.

– Хоть что-нибудь они растолковали? – Варя придвинулась ближе, и разутые ноги запутались в непривычно пышном и длинном для нее дорогом платье.

– Центральную сферу – она самая маленькая и сохранилась цельным куском, – Эрик обвел пальцем по контуру. – В ней зашифровано пророчество о трех королях. Не помню дословно. Эйлан их называл “старые новые короли” и говорил, что они должны помочь спасти мир от вечной тьмы.

– Я не понимаю, как может король быть старым и новым в одно время, – призадумалась Варя. – Старик? Но я не вижу внутри круга ничего похожего на символ, указующий на солидный возраст.

– Эйлан с Ровеной тоже ничего не поняли, кроме того, что миру грозит опасность.

– Когда она придет – не ясно?

– Говорили, что скоро. Точную дату надо рассчитать.

– Смотри, этот кусочек лежит вверх ногами, – Варя обнаружила ошибку в сложении календаря.

– У клочка бумаги нет ног, – улыбнулся Эрик.

– Народная поговорка, – объяснила Варя, пристраивая магический знак на правильное место.

– Эйлан и Ровена отправились на Восток, в далекие владения оборотней-драконов, – парень посмотрел в узкое оконце, дававшее мало света.

Дождь перестал, но солнце не вышло из-за туч.

– Пророк Шалемон был золотым драконом, – Варя вспомнила красивую легенду. – Я читала книгу о его кругосветном странствии.

– На его родине, в королевской сокровищнице, хранятся свитки, которые могут помочь в толковании пророчества. Нужны подсказки, чтобы понять, что нас ждет. У Эйлана и Ровены плохое предчувствие. Они думают, времени мало. Не годы, а в лучшем случае месяцы. Потому надо спешить с календарем.

– Тут сотни тысяч символов, из них нужно выделить слова и цифры, – затаив дыхание, Варя прикинула масштаб работы. – Я знакома не со всеми рунами. Представляю главное правило расчета, но только в общих чертах. Что ж, будем вместе стараться. Объясню тебе, что надо делать и будешь мне помогать.

Девушка не испугалась и не впала в уныние. Чем труднее задача, чем приятнее радоваться ее решению.

– Пока мы не окунулись в море календарных цифр и частиц древнего предсказания, ты не могла бы ответить на один вопрос? – Эрик посмотрел ей в глаза и скованно улыбнулся, заранее извиняясь за бестактность. – Что произошло с вами в пути? Ты знаешь, где сейчас принцесса, но решила это скрыть от барона с женой? Не доверяешь им? За ужином я почувствовал, что ты не хочешь рассказывать им про Ниллин.

– Эрик, прости, я не уберегла принцессу, – щеки Вари стыдливо порозовели. Девушка склонила голову, и прядка рыжих вьющихся волос упала на лоб. – У меня не хватило духа сказать барону с женой правду.

– Ниллин погибла? – Эрик взволнованно смотрел на нее, и пришлось снова поднять взгляд.

– Я искренне надеюсь, что подруга жива, – Варя пожалела о том, что говорила упадническим тоном, выбрала не те слова и рубанула с плеча. – Дай мне все рассказать. Подумаю о ней – и на сердце становится тяжко.

– Слушаю и не тороплю, – Эрик протянул руку над пророческим календарем и утешительно коснулся кончиков ее пальцев.

– Мы угодили в ловушку. На нас напали. Это были не обычные лесные разбойники, – Варя вспомнила страшное утро.

– Наемники?

– Думаю, да. Но точно не наши.

– Как вы попались?

– Очень глупо, Эрик. Очень… Я предупреждала Ниллин, чтобы не соблазнялась синесиликой. Не нравилась мне та поляна. Спелых красивых ягод к осени уже бы не осталось. Голодные птицы и звери, парша и гниль. Такое чувство, что нас поджидали.

– Кто-то из врагов узнал маршрут полета?

– Среди нападавших был сильный колдун. Думаю, на самом деле поляна была пустая, без ягод. Колдун сотворил иллюзию-приманку, и Ниллин купилась. Я предупреждала, но принцесса не послушалась. На нас напали здоровенные мужики. Мы сражались, я обернулась волчицей и убила одного из них, но… совершила знакомую тебе ошибку. Пропустила удар ножом. Чудо, что не серебряным.

– Мы продолжим наши тренировки. Поработаем над ошибками. Рассказывай дальше. Наемники схватили принцессу?

– Они ее поймали и увезли в кибитке. Я, как только смогла встать на лапы, сразу же пустилась за ними в погоню. Долго бежала по следу, а когда нашла их привал, увидела разорванные палатки и мертвые тела. Ниллин кто-то вызволил. Я не знаю, всех ли наемников убили, может, кому-то удалось бежать, но их главарь-колдун был мертв. Ему отрубили голову. Дождь размыл следы, я чуть не заблудилась в лесу. Мне помогли дикие волки и старенький чародей-медведь.

– Эйлан не говорил, что для подстраховки выслал отряд, – Эрик задумчиво поводил пальцем по щеке. – Он мог привлечь кого-то из своих знакомых. Тех, кто не был в лесном лагере. Тайно, ничего нам не рассказывая. Но все равно это странно. Чужие бойцы. Загадочное спасение или новое похищение?

– Плохо, что мы не можем увидеть, где сейчас принцесса, – пригорюнилась Варя. – Десятки раз я пыталась настроиться, как учили в академии, чтобы вызвать видения и почувствовать, что с ней.

– Связи нет. Ни с кем. Ни с чем. Никак, – парень сделал глубокий вдох и перешел на мыслеречь. – “Мы с тобой сидим рядом, друг напротив друга так близко, что можем коснуться рукой. А чувствуешь, как тяжело дается телепатическая передача? Мысленные слова будто увязают в болоте, на них налипает что-то тяжелое и тянет обратно в глубины разума”.

“Да, тяжело, – Варя повторила опыт и убедилась в его правоте. – Сразу на голову давит. Легче говорить устами”.

– Сказать, как я попал к Эйлану и почему он меня назначил главным среди оборотней? – Эрик решил хоть немного развеять тоску. – Спорим, ни за что не поверишь?

– А давай без споров? – предложила Варя.

Девушка вспомнила о том, что споры бывают разные: и на поцелуй, и на раздевание. В академии за такие вольности строго карали, назначая сложные не по курсу задания. А здесь они наедине.

– В детстве я мечтал стать моряком, – признался Эрик, скромно улыбаясь. – Думал, из меня выйдет настоящий морской волк. Со старших классов школы подрабатывал в порту. На отца – выпивоху и картежника в семье было мало надежды. Хотел пойти в матросы, прочитал уйму книг о судоходстве и морских хитростях, готовился поступить в училище. Все ждал, когда меня заметят и пригласят на борт. Капитаны или владельцы кораблей иногда набирали в порту подсобных работников, и однажды на меня обратил внимание старый купец. Видела бы ты, как я радовался, когда думал, что стал частью команды торгового судна.

– Почему “думал”, а не стал?

– Варя, я провел на борту всего пару дней. Со мной это случилось впервые – я почувствовал настроение другого оборотня, увидел, о чем он думает и раскрыл его замысел. Не волка, а птицы. Ворона. Его нанял другой купец, чтобы потопить корабль конкурента. Все на борту погибли бы, а он бы улетел. Я предупредил капитана и команду. Подлеца схватили и под пытками он во всем признался. Корабль вернулся в порт, чтобы сдать наемника в тюрьму, а меня… завербовали. Думаю, и о нашей семейной библиотеке они были осведомлены. Люди Эйлана встретили меня в городе и предложили работать на того, кто хоть и не в ладах с законом, но никогда не опустится до столь подлых деяний. Нам с мамой тогда были очень нужны деньги, я не терял надежды поступить в училище, и потому согласился. Эйлан отметил, что я лучше других оборотней чувствую сородичей. Он ценил, что я могу внушать им послушание и поддерживать телепатическую связь на больших расстояниях. А что теперь? Мы рядом, а я едва ощущаю тебя.

– Как будто нечто старается завернуть нас в невидимые коконы, отделить друг от друга и от окружающего мира, нагнать тоску и лишить светлых чувств, – Варя подержала его за руку. – Тьма надвигается, Эрик. Смотритель маяка не потерял рассудок. Он видит больше нашего, живет вне кокона.

– Мы должны истолковать пророчество, – ее прикосновение вдохновило парня. – Не ждать возвращения Эйлана и Ровены. Собрать бы всех наших в замке, но многие не выжили, а уцелевших не найти без магической связи.

– В лагере что-то случилось после того, как мы с Ниллин улетели на пегасе? На вас напали? Кто это сделал?

По взгляду парня и тому, как он медлил с ответом, Варя поняла, что сражение на поляне – цветочки против того, что пережили наемники “Старой Гвардии” и ее возлюбленный князь-орел, оставшийся вместе с ними.

– Умалнин натравил на нас драконьих всадников из королевской гвардии, – Эрик мельком глянул в окно.

Парень словно хотел убедиться, что под густыми облаками не маячат крошечные тени приближающихся драконов.

– Вот почему нас торопили с полетом, – Варя тоже посмотрела в окно с какой-то детской робостью, ну точно как после прочтения страшной сказки.

– Мы ждали гостей, но не таких и не в том количестве, – Эрик говорил через силу. – В лагере была жесточайшая бойня. Сталь, пули и огонь. Повсюду. И трупы друзей под ногами. Никогда не забыть.

– Король-предатель за все поплатится.

– Те, кто выжил… Их осталось очень мало, и они разбрелись по разным городам и селам, чтобы уцелеть. Варя, нас ищут. Идет охота на всех сторонников Эйлана. Порталы на Землю не открыть. Боевые маги убивают перебежчиков без разбора. В городе меня предупредили, чтобы не держал при себе или дома связующих устройств на спайке анларской магии и земных технологий. За них сразу голова долой, как и за огнестрельное оружие, взрывчатку.

– Скажи мне, кто выжил из тех, кого я хорошо знала.

– Сергей, метка которого у тебя на шее, его любимая Раиса, тигр Ли Чонг и львица Симона, танцовщицы Клара и Мила, маг Паскаль, орк Кейл, люди: Марья Степановна и Виктор, Борис и Марина, рысь Руслана, гномы Гайви и Бемма, вампир Лаймири, гоблин Темлол, оба тролля-близнеца, ручная лисичка принцессы и полосатая кошка.

– А Шота из Тимаса? О нем ты почему молчишь? Сказал про мою вражину рысь, а про него – тишина! – Варя встала, буравя парня возмущенным взглядом.

– Варя, знаю, я должен был сказать тебе об этом еще вчера, – Эрик тоже поднялся с пола. Глаза его растерянно забегали. – Не мог решиться. Не хотел тебя расстраивать. Тебе и так досталось от воронов Марока.

– Не томи. Говори, что знаешь.

– Шота погиб в той битве. Он совершил подвиг, помог нам убраться с поля боя живыми, но…

– Я не верю! – в голове у Вари не складывались в единое целое предсказание деда Потапа и слова Эрика.

– Послушай меня, – парень обошел разложенные на ковре свитки и книги, взял ее за плечи. – Да, я знаю, тебе больно это слышать, но я сам видел, как Шота вызвал драконов на себя и пламя его поглотило. Вместе с верным черным единорогом он исчез в огне.

– Нет, это неправда, – Варя замотала головой и оттолкнула Эрика подальше от себя. – Я чувствую, Шота жив. Он перебежчик. Мог уйти в портал и вернуться в родной мир.

– Возможность открыть портал на Землю уже тогда была заблокирована. Я говорю правду.

– Нет!

– Хочешь сказать, я нарочно придумал? Смотришь на меня как на подлого обманщика! Этого я больше всего боялся, а потому не спешил тебе рассказывать об орле. Я ожидал, что ты посмотришь на меня именно так, разгневанной волчицей, готовой порвать глотку обидчику, но гнал сомнения прочь, считал их пустыми и глупыми. Нет, Варя, я бы не стал тебе врать про его смерть, чтобы завоевать твою любовь. Да, я люблю тебя, и это рвет меня на части. Рядом с тобой мне хорошо и плохо. Я то мучительно страдаю, то нахожу спасительное утешение. Ты посмотришь – и я вижу свет. Отвернешься – и я снова падаю во тьму. Но я бы не стал добиваться тебя ложью! И это было бы просто глупо! А если бы орел прилетел сюда? Он знал путь на остров.

– Я… Мне, – по щеке Вари скатилась слеза.

– На чем тебе поклясться? – Эрик заметался взглядом по забитым книгами полкам шкафов. – Какую священную книгу выбрать, чтобы на нее положить руку? Что за слова произнести?

– Не нужно клятв. Я ни в чем тебя не обвиняю.

Варя присела и положила на колени большую тяжелую книгу с перечнем древних пророчеств и подсказками по их разгадке. Открыла и начала листать, надеясь спрятаться среди страниц, как в темном лесу. Не от Эрика. От плохих мыслей и сомнений. От растущего непонимания, кто же из двух оборотней прав: молодой волк или старый медведь.

Дед Потап обещал ей встречу с князем. Не на том же свете. Явно на этом.

– Но ты не веришь мне, – Эрик сел напротив, ничего не взял в руки. Оперся ладонями на пол, как зверь – лапами и склонился к Варе. – Не стоило мне напрасно надеяться. Мечтать о том, что время залечит раны и сыграет в мою пользу. Да, такой вот я дурак.

Парень обреченно вздохнул, обдав ее лоб горячим дыханием. Она отвлеклась от книги, увидела его бледное, чуть искаженное печальной гримасой лицо с поджатыми тонкими губами.

– Я думал, что со временем ты сможешь полюбить меня, – Эрик открыл ей сокровенную тайну страждущей души. – Представлял, как в гостях у барона мы днем будем разгадывать пророчества, тренироваться в спарринге, а вечерами гулять по острову и говорить по душам, как обычные люди, или бегать волками. Морской ветер приятно ворошит шерсть. Но это все несбыточные мечты. Ты никогда меня не полюбишь. Твое сердце всегда будет с ним, хоть с живым, хоть с памятью об умершем. Что бы я ни делал для тебя, так и останусь чужим, посторонним, лишним в твоей жизни.

– Эрик, ты для меня не чужой. Лучшего друга, чем ты, я не могу вспомнить. И я очень дорожу нашей дружбой, не считаю тебя обманщиком и подлецом. Ты должен это знать.

Варя отложила книгу в сторону и опустила руки на ковер, чтобы их с Эриком пальцы соприкоснулись. Лица были так близко, что в глазах плыло. Инстинкт подначивал обернуться волчицей и помчаться вместе с серым волком на четырех лапах вниз по лестнице.

– Некоторых знаний бывает недостаточно для счастья и благополучия. Не помню, кто из мудрецов так говорил. А может, я сам придумал. Перечитал заумных книженций, – Эрик усмехнулся, игриво толкнув ее пальцы своими.

– Сердцу не прикажешь – я много раз повторяла самой себе, видя, как ты маешься, а теперь скажу тебе об этом вслух, – Варя ласково улыбнулась, думая о том, как бы не сделать парню еще больнее неловкими словами. – Ты мне очень дорог как друг, но любовь… Знаешь, она подобна священному таинству, над которым смертные не властны. Мы не в силах выбирать, кого любить.

– Вечная классика. Для одного любовь – счастье, а для другого – трагедия, – Эрик выпрямил спину и сложил руки.

– Довольно с нас трагедий, – Варя потянулась к собранному из мелких кусочков календарю. – Будем верить – каждый в свою мечту. Я чувствую, что мой любимый жив, а ты просто еще пока не встретил ту единственную, с кем будешь счастлив. Не надо возражать. Поверь в то, что не принесет страдания.

– Легко сказать, но… Вернемся к нашим королям, – Эрик напомнил, что разговоры идут, а работа не движется с места. – Старые. Новые. Кем бы они ни были, надо их вытащить из круга головоломки, чтобы спасти мир.

– Возьми чистую бумагу и перо с чернильницей, – попросила Варя. – Будешь записывать мои расчеты, а потом вместе сверимся, все ли идет правильно.

Эрик встал и пошел выполнять ее просьбу.

## Глава 4. Волчье озеро

Варя

Разгадка древних головоломок – дело не быстрое. К обеду Варя и Эрик узнали всего лишь еще один секрет пророчества. То, как в нем именовались таинственные старые новые короли. Первый из них олицетворял Солнце, имел особую власть днем. Второй был посвящен Большой Луне, он властвовал утром и вечером. Третий представлял силу Меньшей Луны, и время его – ночь.

Мудрый пророк не обозначил, к какому народу принадлежал каждый из указанных в календаре правителей, не указал их имена.

Варя поймала себя на мысли, что она даже не может запутаться в догадках. В трех соснах легче заплутать, они хотя бы есть перед глазами. А у них с Эриком на две головы не нашлось ни одного похожего на истину предположения – кто же эти короли. Знать бы, где их искать: среди действующих властителей по всему миру, или каждому из них еще только предстоит взойти на престол?

Тильда приготовила бараньи котлеты с картофельным пюре и творожную запеканку. Обед был очень вкусным и таким сытным, что после него хотелось прилечь отдохнуть и не спешить возвращаться к пророческому календарю, который вместо раскрытия тайн подбрасывал все новые загадки.

Варя понимала, им нельзя терять время понапрасну. Дорога каждая минутка, если речь идет об угрозе всему миру.

Пользуясь краткой передышкой для ума перед новым штурмом головоломки, девушка пригласила Эрика в свою комнату, чтобы показать жуткую находку.

– Смотри, – Варя раскрыла перед ним сумку. Лежащий сверху черный амулет показался на виду, но девушка не спешила прикасаться к нему. – Главарь разбойников, темный колдун, носил на шее эту заговоренную штуковину. Я забрала ее с собой. Знала с первого дня, что в ней таится злая сила. Но вчера взяла в руки – и почувствовала ее сильнее, чем прежде.

– Не стоило приносить его в замок, – сердито нахмурился Эрик, глядя на загадочный амулет.

– Думаешь, он приведет сюда врагов? – девушка испугалась, что совершила непростительную глупость.

– Магическую связь глушат по всему королевству. Вряд ли для кого-то можно сделать исключение, предоставить выделенную линию. Насколько я помню со слов Эйлана, магическая связь либо есть у всех и сразу, либо ее нет ни у кого, – Эрик отвел взгляд от амулета и улыбнулся ей. – Варя, не переживай. Если враги прибудут на остров, точно не по твоей вине.

– Уф-ф. Спасибо за утешение, – Варя взяла бумажную салфетку, примерилась подцепить через нее пальцами заговоренный предмет. – Я думала, что эта штука может быть опасна. Но мне очень сильно хотелось узнать, что же она из себя представляет и к кому ведет. Нигде и никогда мне раньше не попадалась на глаза похожая руна. Может, ты встречал?

– Это новодел, – уверенно сказал Эрик. – В старинных книгах ты похожего не встретишь. Значение символа я не могу объяснить. Но точно знаю, кому он принадлежит.

– И кому?

– Главарь чужих наемников носил знак секты “Новая Эра”. Ее адепты практикуют запрещенную черную магию и способны на такие фокусы, о которых ты нигде не прочтешь. Мы не знаем, кому они подчиняются: Ягуару или напрямую королю Умалнину.

– Король тогда сидел в столице, а Ягуар был рядом с нами в лагере.

– Связь еще работала. Но мне нравится ход твоих мыслей. Ягуар мог приложить свою пятнистую лапу к похищению Ниллин. Самое интересное, кто ее перехватил: свои или чужие, друзья или враги. С кем она сейчас – вопрос без ответа.

– Надеюсь, что друзья. Зачем бы одним нашим врагам убивать других? Между собой они союзники. Только если… – Варя выпустила сумку из рук, так и не достав амулет. – Не хочу об этом думать… Если у каждого из них были свои виды на принцессу.

– Мы все равно сейчас не сможем ее найти, – Эрик перехватил сумку за ремешок, не дав ей коснуться пола. – Накрутим себе нервы, и чего добьемся? Того, что бросим заниматься разгадкой пророчества!

– Ты прав. Надо успокоиться и вернуться к работе.

– Холодная голова и трезвый расчет.

– Эрик, пожалуйста, расскажи, что еще ты знаешь об этой ужасной секте. Обещаю не раскисать и не падать духом.

– С адептами “Новой Эры” нельзя вступать в телепатический контакт, – тихо и назидательно сказал парень. – Эйлан встретился в лесу с такими же мнимыми разбойниками. Наш Господин попытался прочесть мысли главаря. В его разум проникла какая-то магическая дрянь и чуть не убила. Ее вытащил… твой любимый орел.

– Спасибо, что сказал о нем, – Варя почувствовала, как трудно было ему говорить правду.

– Да, мне хотелось умолчать. Избежать напоминаний. Не бередить твои сердечные раны и не устраивать пытку самому себе, – надрывно признался Эрик. – Я думал сказать “волшебный камень” и не объяснять, в чьих руках он был. Но детали бывают важны. Нам надо понять, против кого сражаемся. Эйлану повезло, что Шота поехал с ним. Может, он как перебежчик знает об этой магии больше, чем мы – рожденные на Анларе. Просто нам не сказал.

– Он бы не стал скрывать то, что поможет спасать жизни.

– А что почувствовала ты, когда брала в руки знак “Новой Эры”?

– Меня как обожгло. Мысленно, не по коже. Я увидела горящий во тьме огонь и почуяла запах дыма.

Варя подтащила к себе кожаную сумку в руках Эрика и голой рукой бесстрашно выхватила из нее амулет.

– Ай! – на этот раз ее обожгло по-настоящему.

Черное пламя опалило пальцы и ладонь. Обрывок шнурка сгорел. Амулет взлетел в воздух и завис посередине между потолком и полом, вращаясь и источая зловонный дым.

– Шеиментум оммолене. Фаркландим! – Варя не растерялась и применила древнее эльфийское заклинание.

Вокруг висящего в воздухе амулета образовалась сияющая золотистая сфера. Знак темной секты перестал вращаться, но клубы черного пламени лизали стенки волшебного барьера, ослабляя их и силясь разрушить.

– Беги за чаем! – Варя отправила Эрика на кухню. – Холодным, горячим – не важно. Посмотри, чтобы в нем плавали чаинки. Трава укрепит заклинание.

Парень мигом исполнил поручение. Наверное, минутки не прошло, а он уже стоял рядом с Варей, держа в правой руке полную кружку заварки с чаинками на донышке.

– Трава-травушка, отзовись,

Ветерком закружись,

Злые чары окутай

И желанья их спутай.

Наговор травницы Аксиньи из целительского сборника укрепил защитные чары. По взмаху руки Вари светло-коричневая заварка поднялась из чашки, закружилась вокруг золотистой сферы, внутри которой металось черное пламя. Прилипая к ней, она смыкала круг, а потом затвердела и так густо потемнела, что уже было не различить чаинок. На ковер упал черный шар, покатился и застыл.

– Оттуда ничего не вылезет? – Эрик принял воинственную позу, готовясь к сражению.

– Злые чары запечатаны, – Варя шагнула к лежащему на полу шару, наклонилась и чуть не потеряла равновесие. – Ох…

Накатила слабость и сильно заболела обожженная рука.

– Что с тобой? Дай посмотреть, – Эрик поддержал ее за талию и взял правую руку. Ожоги на ладони и кончиках пальцев почернели, от них под кожей расползались темные линии, похожие на тонких червей.

– Это плохо, – Варя увидела свою руку и тяжко вздохнула. – Я сваляла дурака. Не надо было брать…

– Похоже на магическое отравление или заражение, – Эрик растрепал челку в беспокойстве. – Не могу правильно назвать. Я не маг. Но ты… Ты ведь знаешь, что это такое и как его вылечить?

– Нужен долгий и сложный обряд. У меня не хватит ни знаний, ни силы. Эрик, я только учусь быть волшебницей. Попробую найти подходящее заклинание и рецепт целительного снадобья в книгах.

– Можно просидеть в библиотеке целые сутки. У нас их нет. Счет идет на часы, если не на минуты. Как назло нет связи. Вот проклятие! – Эрик стукнул по комоду, и тот недовольно скрипнул.

– В академии нам не рассказывали о таких чарах, – Варя ухватилась за его руку, чтобы не упасть.

Ее тетушка в деревне и подавно не слышала о столь сильной и быстрой отравляющей магии.

– Я не знаю, что это за дрянь, но чувствую, как она тянет из тебя силы, – обеспокоенно подметил Эрик.

– Да. Я не могу обратиться волчицей, – Варя попыталась сосредоточиться на превращении, но все без толку. – Магия в моей крови… она будто тает.

– Я услышала шум. Что вы тут разбили, молодые проказники? – в комнату вошла Тильда и вскрикнула от испуга, увидев, как чернеет прямо у нее на глазах рука рыжей ведьмы.

Варя словно издалека слышала, как Эрик вкратце объяснил баронессе и подошедшему следом барону, что случилось в комнате. Голова кружилась и слабость нарастала.

– Отвези ее к Волчьему озеру, – сказала Тильда. – Направо от замка, через холм. Здесь недалеко. Вода в нем чистейшая и целебная. Фридрих, ты же помнишь, как я победила на фестивале домашней выпечки! Главная соперница наслала на меня проклятие криворукости. Я бы так до сих пор и мучилась, не могла ни печь, ни вышивать. За что ни возьмись – все из рук валилось. Жена пахаря подсказала, что Волчье озеро не простое, а волшебное. Я окунулась в него – и злые чары как рукой сняло. А наша Варя – волчица. Не может Волчье озеро ее оставить в беде! Обязательно поможет!

Все вместе они спустились по лестнице. Эрик поддерживал Варю с одной стороны, Фридрих – с другой, хотя она пока могла идти самостоятельно.

Тильда принесла теплую одежду: кожаную куртку для Эрика и плащ с меховым воротником для Вари. Ботинки и туфли не стали менять на сапоги, дорожа каждой секундой.

Варе было страшно спускаться по высокой уличной лестнице. Эрик не повел ее туда. Он проводил девушку через небольшой задний двор к длинной конюшне возле потайных ворот у подножия холма. Рука почернела до локтя и, как выразился Эрик, зверски фонила темными чарами. Пегасы и лошади шарахались от Вари, боялись ее везти.

Пришлось идти пешком, опираясь на руку Эрика и как можно расторопнее переставляя ноги. Живописный пейзаж перед глазами Вари будто плавал в мутных водах, превращаясь в нечто безобразное и тошнотворное, похожее на лужу с копошащимися в ней изжелта-бурыми пиявками.

Держаться на ногах становилось все труднее. Они почти добрались до вершины холма, когда девушке стало совсем плохо. Варя спотыкалась о мелкие камешки на пути, ее колени подкашивались.

Эрик, не раздумывая и не спрашивая разрешения, подхватил ее на руки и понес быстрее, чем они шли вместе. С холма он просто бежал, стремительно и легко, словно девушка ничего не весила.

Добравшись до берега озера, Эрик помог ей снять плащ и платье. Не уступил мужскому соблазну полюбоваться ее обнаженным телом, оставил нижнюю сорочку и белье.

– Вчера ты вынес меня на руках из воды, а сегодня опустишь в воду, – Варя слабо улыбнулась, прикоснувшись к его щеке.

– В волшебное озеро ты должна войти одна, с надеждой на исцеление, – Эрик передал то, что ему сказала баронесса.

– Не встану на ноги – доберусь на четвереньках, – Варя испытала свои силы, которых, казалось бы, почти не осталось, и, о чудо, ей удалось подняться и ступить на обнажившуюся отмель.

Рука почернела до плеча, темные черви стремились проникнуть в грудь и доползти до сердца, чтобы навсегда остановить его. Но светлая магия в крови не иссякла и воспрянула, почувствовав близкий созвучный отклик. Жизненная сила вновь заструилась в измученном неравной борьбой теле. Взгляд прояснился.

Воззвав к духам природы – хранителям озера, Варя вошла в холодную воду маленькими неторопливыми шажками. Обе луны виднелись в безоблачном, но пасмурно-сероватом, а не ярко-голубом небе. Размеренно покачивался растущий плотным рядком вдоль берега камыш. С каждым движением вперед вода казалась теплее, проходила дрожь и чувствовалась приятная свежесть. Пораженная темными чарами рука перестала монотонно болеть. Вместо этого ее начало дергать, как будто внутри заметались длинные тонкие черви, загнанные в ловушку. Девушка присела, погрузилась в воду с головой, и почувствовала, как бьются под кожей нити вредоносной магии.

“Тьма из чужой бездны, ей здесь не место. Не допусти, прогони, защити!” – Варя услышала голоса: тихие и громкие, мужские и женские, мелодичные и грубые. Они повторяли одни и те же фразы, словно кто-то плавал вокруг нее и шептал или кричал в ухо.

Открыв глаза, юная ведьма увидела кружащиеся голубые огоньки, не больше лесных светлячков. Сбившись в стайку, подобно шустрым малькам, они окружили ее вытянутую им навстречу руку, прильнули к ней, вытягивая черных червей из-под кожи. Злые чары выходили наружу, тянулись извивающимися нитями, и огоньки подхватывали их, заключали внутрь сияющих голубых оболочек и уносили вглубь озера.

Рука очистилась, и Варя почувствовала себя здоровой. Озеро само толкнуло ее сделать необходимый вдох. Девушка выпрямилась и увидела на берегу взволнованно смотрящего Эрика. Парень счастливо рассмеялся, увидев, что волшебное озеро спасло юную волчицу.

– Хвала и благодарность духам-хранителям озера! – воскликнула Варя, сияя радостной улыбкой. – Эрик, мне нужно снять мокрое белье и надеть платье. Не подсматривай.

– Я отвернусь, но буду рядом. Позовешь меня, – парень отошел в сторонку и повернулся к ней спиной.

Варя вышла из озера, переоделась в чистое и сухое. Отжала мокрое белье и решила, что понесет его в руках. Сумок они не взяли.

Обратно в замок пошли не через холм, а огибая его по зеленой с гранитной проседью равнине.

– Духи-хранители говорили о тьме из чужой бездны, – в голосе Вари снова засквозило беспокойство после обмена милыми и добрыми шутками.

– Ты понимаешь, что это значит? – Эрик не преминул напомнить, что в магических вопросах он полный дилетант.

– Могу лишь догадываться, что речь шла не о нашем мире. Подумай, ведь тогда все сходится, – Варя обвела взглядом небосклон и нашла обе луны. – Ты сказал, адепты “Новой Эры” владеют неизвестной магией. То, что сидело в амулете и долгое время незаметно тянуло из меня силы – ему нет названия в учебниках волшебства. Не знаю, смог бы ректор академии сказать, что это за гадость, или его наш вопрос тоже поставил бы в тупик.

– На Земле магия слабее, чем на Анларе, – Эрик процитировал известную аксиому.

– Наш мир и мир людей – не единственные во вселенной.

– Два мира связаны. В другие нет путей.

– Либо их не проложили, как дорогу через лес. А может, кто-то проторил тайную тропинку и пока не все о ней знают?

– Не пугай меня еще сильнее. И так сегодня шерсть дыбом, – Эрик пригладил взъерошенные волосы.

– А вдруг пророчество Шалемона предупреждает нас как раз об этом – о нашествии темных сил из другого мира?

– Тьма, которая покроет весь мир, если ее не остановить?

– Видишь, сходится.

– Не вижу! И не хочу сегодня видеть ничего, кроме твоей улыбки, – уставшему от переживаний Эрику захотелось сменить тему. – Расскажи о себе. Мне будет приятно больше о тебе узнать. Я не думаю, что у тебя есть темные тайны прошлого, которые надо хранить в секрете. Где ты жила, училась? Кем хотела стать – спрашивать не надо. И так понятно – травницей.

– Я родилась в портовом городе Заводейске, он похож на твой, только больше и многолюднее, а еще туда порой заходят огромные эльфийские корабли. Папа был волком-оборотнем, у мамы был ведьминский дар, но слабый. Я училась в школе для юных волшебников, на каникулы приезжала в гости к тетке – деревенской знахарке. Папа умер. Мама снова вышла замуж. Я поступила в магическую академию, отучилась курс. Недавно у меня родился младший брат.

– Почему ты говоришь о семье так сухо и печально? Родители тебя не любили? А может, мать предпочла забыть о тебе? У нее новая семья, ей не до взрослой дочери. Наверное, это даже лучше. Никто по тебе не льет слезы. Пропала – и меньше забот.

– Эрик! Не говори плохого про мою маму! – возмутилась Варя. – Мне видней! Сейчас она вся изводится от горя и винит себя за то, что отпустила меня к тетке, злой колдунье. А я даже весточку не могу ей прислать. Тетку с домочадцами убили. Я думала, на них напал Алайни. Погналась за ним и пришла в лагерь наемников.

– С чего ты решила, что горный вампир невиновен? Мерзкий крысеныш способен на любую подлость. Из-за его стукачества Ягуару сгорел мой родной город. Погибли сотни людей.

– Алайни не убивал мою тетю и ее семью. И я жалею о том, что не поговорила с ним перед тем, как он уехал с Лордом. Город могли сжечь не по его вине. Огонь и прах. Символы “Темной Эры”. То, что питает их магию.

– Он примкнул к людоедам.

– А если Алайни не знал о них всей правды и сам попал в беду? Хочешь сказать, они жрали людей, а он стоял и смотрел или присоединялся к их пиршеству? Я в это не верю! Он мог не знать, что Ягуар и Лорд едят разумных… И теперь я виню себя за то, что не сказала ему об этом. Я запуталась в чужих подозрениях. Разум затмила чужая ненависть.

– Поздно жалеть. Забудь о нем.

– Алайни был моим другом. Я могла бы его спасти.

– Он мертв или стал таким же, как они. Некого спасать.

– Я не хочу об этом думать, и мысли не прогнать из головы. Вспомню о маме, брате. Вспомню о Шоте, об Алайни, о Ниллин… Сердце страдает и болит… Эрик, – девушка прослезилась.

– Варя, прости, я не хотел тебя расстраивать, – Эрик склонился к ней и обнял за плечи. – Зачем я поднял тему, которой нельзя было даже вскользь касаться? Что на меня нашло? Лучше бы шел молча и любовался красотами острова!

– Иногда нам нужно выговориться, но не всегда становится легче от высказанных вслух помыслов, – Варя без обиды посмотрела на него. – Так говорил древний волшебник, который больше всего на свете ценил тишину и покой. Давай и мы просто помолчим. Смотри, вон та необычная скала похожа на цаплю или аиста.

Из-за напоминающей птицу высокой скалы вышел бородатый старик в распахнутой дубленой куртке, протертой на рукавах и возле карманов. Штаны у него были мокрыми до колен, словно бродил по мелководью, а шнурки ботинок развязаны.

– Вы все погибнете! – хрипло прокричал он, указывая на Эрика и Варю рассаженным до крови об камни пальцем. – Волков прирежут как ягнят. Весь мир сгинет во тьме, и никому не видать спасения, если небеса не озарит свет ангельского крыла!

Смотритель маяка разразился чудовищным хохотом, запрокинув голову и сотрясаясь худощавым телом, а потом внезапно притих и скрылся за скалой.

## Глава 5. Мир или жертва

Ягуар

Рыжему вампиру долго не удавалось сотворить перемещающий портал в Королевский лес. Не хватало магического заряда. Он едва смог призвать очищающие чары для избавления от пятен крови и запаха эльфийской принцессы. Собственная сила была на исходе, и каменный кинжал тяжело пробуждался от послеритуальной спячки. Активность заговоренного клинка длилась пару мгновений – слишком мало для создания безопасного туннеля, не грозящего расщепить путника на микрочастицы.

Ягуару пришлось порезать острием кинжала измученного голодом и усталостью Теронта, пролить на землю полуединорожью кровь для укрепления портала. Это сработало. Рыжий вампир проехал на испуганном, мотающем головой коне через межпространственный туннель. Натянув поводья, он удерживал Теронта прямо, не позволял коню ступить за пределы темно-синей мерцающей дорожки. Кровь продолжала капать из ранки на плече животного и подкрепляла стабильность перехода.

Осень красиво позолотила Королевский лес. Над поредевшими, но пока не оголившимися кронами сияло солнце, вынуждая вампира прятать лицо в тени капюшона дорожного плаща и прищуривать глаза.

Ягуар не спешился после свертывания портала. Он сорвал с молодого деревца джоллеи узкий и длинный лист – еще достаточно сочный и не потерявший целебных свойств, растер его в ладонях до появления сока и залепил им ранку на плече Теронта. Не стал ее зализывать, чтобы не пробудить голод. Понимал, что нужно вести себя сдержанно.

Он должен выглядеть достаточно благонадежным для того, чтобы его впустили в город. Притвориться эльфом не выйдет. На маскировочные чары не хватит сил. Пропуск за личной подписью Умалнина обычно помогал избежать проблем и обысков, но времена меняются. Иладан предупредил, что королю нельзя доверять.

Эльфийская стража на въезде в Птичью Обитель не стала к нему придираться и пропустила почти спокойно, не считая брезгливо скорченных за спиной рож и сквернословий в тайной мыслеречи.

Ягуар ощущал это… совсем не то, что ему хотелось бы чувствовать. Он привык, чтобы стражники ему кланялись с подобострастными приветствиями, а не делали одолжение из боязни нарваться на королевский гнев.

Теронт воспрял духом, когда его подкованные копыта бойко зацокали по мостовой. Предвкушая отдых в теплом деннике наедине с кормушкой, полной сытного овса или душистого рассыпчатого сена, он быстро домчал хозяина по главной улице к знакомым воротам и сам подергал за веревочку большого верхнего колокольчика – для всадников или их смышленых лошадей.

Из дома вышла Милли, племянница хозяина. Ягуар впервые увидел ее одетой не в застиранные блеклые обноски. На ней переливалось в солнечных лучах роскошное кремовое платье из тяжелого лирендийского атласа, украшенного тончайшим кружевом. Светлые волосы были собраны в изысканную прическу с тонкими косичками и крупными завитками, с вплетенными кружевными лентами. При маленьких, благородно неторопливых шажках из-под пышных воланов подола выглядывали расшитые бисером остренькие мысочки шелковых туфель.

– Рада приветствовать, господин Ягуар. Добро пожаловать в самый гостеприимный дом Птичьей Обители, – в ее изменившемся, утратившем дрожащие нотки мелодичном голосе послышалась не то издевка, не то легкая и почти что не обидная насмешка.

Ягуар подумал, что Милли говорит как хозяйка борделя, вряд ли сама это понимая.

– Простите, я не могу прямо сей момент отвести вашего любимца в конюшню, – извинилась она, расправляя бантики на подоле. – Лирендийское кружево быстро пачкается и не любит частых стирок. Мне нужно переодеться, если изволите немного подождать.

– Я сам позабочусь о Теронте, – рыжий вампир недовольно сверкнул желтыми глазами из тени капюшона.

Он резко развернул белого жеребца и направил его в сторону конюшни.

Не нравилось ему сегодня все, что он видел, слышал и чувствовал. Все в одночасье вдруг стало каким-то неправильным, будто мир взял и настроился против него.

Хотя бы в конюшне было чисто и запасы кормов не вызывали беспокойства.

А вот что творилось в доме… Этого Ягуар понять не смог, а потому так и спросил, войдя в гостиный зал:

– Что тут у вас творится?

– Рад твоему возвращению, – Лорд в темно-синем халате приподнялся от стола, на котором едва ли не лежал кверху задом, перебирая сложенные стопками акции. – По просьбе леди Миллинэль я провожу финансовую консультацию по обращению с ценными бумагами, – он указал жестом на Милли, застывшую напротив него в чуть более приличной позе. – Твой ученик присутствует в качестве слушателя.

Лорд посмотрел на стоящую поодаль ритуальную жертву Ягуара.

– Приветствую тебя, учитель, – молодой горный вампир улыбнулся и приветственно кивнул, сложив уши.

Он доверчиво смотрел на того, кого считал старшим другом и наставником, и пока не собирался убегать.

Ягуар вспомнил, что нельзя развеять мглу обмана, чтобы не потерять единственную доступную жертву.

– Я скучал по вам, – он подошел к столу, отодвинул с края пачки акций, чтобы не смахнуть на пол, и сгреб Лорда и Алайни в объятия.

Столкнувшись лбами и потеревшись носами, они отступили друг от друга.

– Представляю тебе нашего нового стратегического партнера, – Лорд тронул Милли за плечо и широко улыбнулся.

– А где старый партнер? – спросил Ягуар.

– В могиле, – ответил с нарочитым спокойствием Лорд. – Помнишь мои слова про авантюру с наследством?

– Вспоминаю, – Ягуар сдержал недовольный рык.

– Алатан, он же Горец, он же просто Алайни, помог старику отправиться на городское кладбище, – усмехнулся Лорд.

– Что?!!.. Как?! – Ягуару было не до смеха.

Ритуальная жертва испорчена? Глупый дикарь сожрал старого эльфа?

– Я точно не знаю, каким способом он его прикончил, – Лорд повел бровями. – Задушил? Свернул шею? Мне не посчастливилось стать свидетелем убийства. Меня тогда не было в этом доме. Но я знаю, что древние законы не нарушены. Горец не питался кровью старика. Он поступил в стиле твоего литературного героя. Совершил подвиг чести. Спас леди Миллинэль от продажи в бордель.

Ягуар был готов облегченно вздохнуть. С души у него сразу же отлегло.

– У Горца талант, – добавил с восхищением Лорд. – Он чисто сработал. Маг-дознаватель не пронюхал умышленного убийства.

– Лорд Иладан говорит правду, – выпалила переволновавшаяся Милли. – Ваш ученик спас мне жизнь.

– Иладан? – рано Ягуар подумал о душевном спокойствии. – Ты назвал этой девице настоящее имя?

– Не я, а король. И не ей, а ему, – Лорд указал пальцем на Алайни.

– Идем в библиотеку, Ил, – Ягуар угрожающе прищурился. – Надо поговорить.

– Милли, приготовь теплую ванну и выбери чистую одежду для моего друга, – Лорд понадеялся смягчить его гнев подачками.

– Будет сделано, господин Лорд, – хозяйка дома преградила путь рыжему вампиру – встала перед лестницей и растопырила руки. – А вы, господин Ягуар, будьте любезны снять плащ, куртку и сапоги. Видели длинную вешалку и этажерку возле дверей? Туда вам нужно их отнести. К чистоте штанов у меня тоже найдется претензия, но хотя бы с них не сыплется пыль.

– Ты предъявляешь мне претензии? – Ягуар навострил уши.

Он редко ими шевелил, и то в моменты крайнего раздражения.

– Поймите, господин, – улыбнулась Милли, хлопая большими наивными глазами. – Я почистила трехсотлетний ковер в библиотеке дорогим шампунем с добавлением волшебных кристалликов. Лорд советовал его купить. На этикетке написано, что шампунь для ковров удлиняет ворс и наращивает пушистость.

– Думаю, тебе стоит прислушаться к просьбе леди Миллинэль, – Иладан ступил на покрывающую лестницу ковровую дорожку босыми ногами и огладил бархатный воротничок чистейшего халата.

Стискивая челюсти, Ягуар вернулся к дверям, чтобы снять верхнюю одежду и обувь. В почти не грязной рубашке и слегка запылившихся штанах он поднялся следом за Лордом в библиотеку.

Захлопнул дверь, опустил крючок задвижки и перешел на мыслеречь.

“Ил! Объясни мне, что здесь происходит! Ты что вытворяешь?! ”

“Ялли, не ори мне в мозг, – Лорд облокотился на подоконник и махнул на него, как на пискучего комара, – а то он через уши вытечет!”

“Да расклюй твою задницу мертвый ворон! – Ягуар оскалился, медленно приближаясь к нему, словно к загнанной на утес косуле. – Пока я прозябал в голоде и холоде, заботясь о нашем общем будущем, ты подрабатывал придворным шутом у глупой девчонки?!”

“Ну… Не знаю, где, когда и кем, но ты компенсировал недостачу, – дерзко подметил улыбающийся Лорд. – Отъелся очень даже прилично. На лесного разбойника больше не похож, если не брать во внимание пыль на штанах”.

Похлопав опешившего от наглости Ягуара по правому боку и животу, он ускользнул от ожидаемой атаки и встал у двери.

Рыжий вампир повернулся к черноволосому собрату и уставился тому в глаза, не произнося ни слова устно или мысленно.

“Ялли, ты не знаешь, что пережил я, пока тебя не было в городе, – Лорд отвел взгляд и моргнул, признавая его главенство. – Да, я обучаю Милли быть настоящей леди и хозяйкой фамильного имения. Пытаюсь шутить и улыбаться, чтобы не погрязнуть в беспросветной тоске и не сойти с ума”.

“О чем тебе тосковать, Ил? – Ягуар наклонил голову к левому плечу, продолжая смотреть на Лорда. – Измеряешь меня глазами, но и сам не похож на заморенного голодом”.

“Сытость – не панацея от всех бед, – Лорд взялся за пояс халата. – Иначе бы правители не погибали в разгар праздничного пиршества”.

В нем что-то изменилось. Надломилось или пока еще только слегка надтреснуло.

“Я расскажу о том, что видел и пережил, – Лорд потупил взгляд и, словно вдохнув новую порцию дерзости, посмотрел Ягуару в глаза смелее и увереннее, – но сперва ты мне поведай, Ялли, хорошо ли поразвлекался с дочкой пройдохи Эйлана. Где она сейчас? Или ты передумал оставлять ее в живых и слопал? Ялли, ты рано вернулся. Не стал ждать третью ночь?”

“Она ушла после первой ночи, – Ягуару было неприятно вспоминать об упущенной добыче. – Куда – не знаю”.

“А хвастался, что ни одна женщина не может бросить тебя и будет ублажать, пока ее не съешь, – усмехнулся Лорд. – Стареешь, брат. Должно быть, ты уже не столь хорош для милых дам, как в молодые годы”.

“Вижу, тебе понравилось строить из себя шута горохового!” – разозлился Ягуар.

“Спрашиваю серьезно, – Лорд закусил губу, пряча улыбку. – Ялли, зачем ты отпустил принцессу?”

“Я не отпускал Ниллин. Она сбежала от меня”, – Ягуар признался, наступив на горло собственной гордости.

“Не может быть. Дочь Эйлана оказалась такой же пройдохой, как ее отец?” – Лорд приподнял уши от удивления.

“Сама бы она не смогла улизнуть, – нахмурился Ягуар. – Ей кто-то помог. Думаю, это был Рей”.

“Наш Рей? Он выжил? – Лорд почесал за ухом. – Ялли, ты хочешь сказать, что не пещерный лев съел Рея, а Рей с выбитыми зубами и без пальцев сцапал пещерного льва?”

“Лев до него не добрался. Рей скрылся в портале, но все равно сдох. Он стал призраком, одержимым жаждой мести. Винит нас в предательстве и говорит, что мы оба прокляты”.

“Он явился тебе?”

“Во сне. Я никогда не спал настолько крепко, чтобы не услышать, как добыча от меня сбегает. Рей повлиял на мой разум”.

“Интересно”.

“Ил, прочти мне лекцию о полномочиях призраков в мире живых. Я хочу понять, мог ли Рей сотворить портал для Ниллин”, – Ягуар понадеялся, что его начитанный друг знает и о таких, поистине уникальных случаях в истории Анлары.

Его надежды разбились, как волны прибоя о береговую скалу.

“Я не читал и даже никогда не слышал ни о чем подобном”, – пожал плечами Лорд.

“Принцесса исчезла без следа. Точнее, следы были и оборвались на лесной поляне. Я не чувствую, где она. Кинжал жреца тоже не может нащупать ее энергетический отблеск в пространстве”.

“Ялли, вспоминай, что еще рассказал Рей, – синие глаза Лорда засияли от любопытства. – Каждое слово может иметь огромное значение. Тайное или явное”.

“Ил, спятивший призрак нес чепуху”, – Ягуар мотнул головой, и с длинного рыжего “хвоста” упала нижняя резинка.

Он поднял ее, сунул в карман штанов и распустил нечесаные волосы.

“Рей говорил, как ему удалось обойти магический барьер или договориться с магией, чтобы зачать ребенка?”

“Нет”.

“Почему ты не спросил его?”

“Потому что меня это не волнует! А ты с чего вдруг задумался о потомстве? Впервые за сотни лет!”

“Диалла снится мне. Из-за нее я стал жалеть об упущенных возможностях. Ди показала, какими красивыми и умными могли бы вырасти наши дети”.

“Проведи спиритический сеанс и устрой ему допрос”, – нервно фыркнул Ягуар.

“Он не придет. Ко мне приходит Ди. Одна, – Лорд прикрыл глаза, медленно выдыхая. – О чем Рей говорил с тобой?”

“Рей порадовал известием, что его дочь скоро разродится мохноухим отпрыском. Говорю тебе, он нес полный бред. Все время повторял, что планета в опасности. Про тебя сказал, что ты заглянул в бездну чужого мира”.

“Наш брат сказал тебе правду, Ялли, – Лорд подошел ближе, и его глаза вспыхнули еще ярче. – Как раз об этом я собирался тебя предупредить. Умалнин открыл портал в неизвестный темный мир. Я не представляю, как глупому королю удалось все провернуть втайне от придворных! Где он отыскал ту мерзкую сущность? Она явилась ему во сне и предложила сделку?”

“Какая сущность? – Ягуар замешкался. – О ком или о чем ты говоришь?”

“Посмотри сам, – Лорд вцепился в его плечи и прижался лбом ко лбу, делясь воспоминаниями. – Я столкнулся с ней в дворцовом подземелье, и она меня чуть не прикончила. Ялли, тварь намного сильнее нас. Она сумела частично проникнуть в мой разум, вызывала кошмарные сны и видения наяву. Заставляла ненавидеть и презирать самого себя. Имперские чары помогли мне избавиться от ее скверны. Но, Ялли, второй такой встречи я могу не пережить”.

“Когда трусливый идиот призвал ее?” – Ягуар пошатнулся и оперся левой рукой о край письменного стола.

Правой рукой он медленно потер лоб, чувствуя под пальцами тонкие морщинки.

“Вспомни, Рей предчувствовал опасность. Думаю, Умалнин связался с тварью раньше, чем мы предали брата по его наущению, – уверенно предположил шагнувший назад Лорд. – Откуда бы самовлюбленному придурку знать о том, что Рей планировал его свержение? А про мохноухую дочку? Тварь способна читать наши мысли. Она использует Умалнина в качестве проводника энергии и источника информации”.

“Мы убьем Умалнина сразу же после обряда, – решил Ягуар. – Вернемся сюда и расправимся с ним. Я получу силу и новую жизнь”.

“Король и чужеродная сущность все знают о нас, – предупредил его Лорд. – Истинные имена, способы продления жизни и укрепления магической защиты. Наши мысли открыты для них. Нам не подобраться достаточно близко”.

“К чему ты клонишь, Ил?”

“Считай, у нас есть оружие. Алайни. Мы должны использовать его против короля и темной твари”.

“Алайни – моя ритуальная жертва”.

“Больше нет, Ялли. Планы изменились”, – Лорд задумчиво прошелся от письменного стола к двери, потом нырнул в узкий проход справа между книжными шкафами, порылся на полке и выскочил с тяжелой старинной книгой в руках.

Ягуар оставался неподвижным и без явного интереса наблюдал за тем, как Лорд положил фолиант в потертом кожаном переплете на стол и принялся увлеченно перелистывать страницы в поиске чего-то, пока из них двоих известного лишь ему одному.

“Смотри, – Лорд ткнул пальцем в потускневший от времени цветной портрет на странице Книги Древних Родов. – Алмин – последний король вампиров. Узнаешь лицо? Похож, не правда ли? Темно-серые волосы. Ясные голубые глаза. Наш юный Горец – его прямой потомок и законный наследник. Возможно, последний в мире. Умалнин определил, что в нем течет королевская кровь. Он не смог прочитать мысли Алайни, и, как мне показалось, испугался парня. Сущность тоже не могла к нему подступиться. Ялли, ты понимаешь, что это значит?”

“Добыча оказалась ценнее, чем я мог предположить”, – Ягуар предвкушающе облизнулся, будто собирался загрызть юного горца на ужин.

“Наследный принц не может быть жертвой, – возразил Лорд, захлопнув старинную книгу. – Алатан – наш повелитель. Он тот, кому мы должны поклоняться по праву крови”.

“Заткнись, Ил! Прищеми дурные мысли”, – Ягуар подумал о том, что мыслеречь звучит недостаточно внушительно, и пожалел, что не может заорать во весь голос – так, чтобы особо чувствительные к эмоциональным звуковым вибрациям колдовские книги попадали с полок. – Я не стану ползать на коленях перед глупым заносчивым мальчишкой. И не мечтай”.

“Мы умеем работать с правителями, – не отставал от него Лорд. – Нам не впервой помогать новичкам на пути к власти. Мы должны помочь Алайни отыскать заброшенный подземный дворец, чтобы он занял трон славного предка. Вместе научим парня быть достойным уважения королем”.

“Пустые мечты, в которые я не хочу верить”.

“Послушай, Ялли. В лагере наемников я сразу выступил против твоего выбора. Я интуитивно почувствовал – что-то с парнем не так. И теперь понимаю, что именно. Алайни – тот, кто способен возродить павшее королевство и вернуть нашему народу былое величие. Принца нельзя приносить в жертву. Его кровь намного сильнее твоей. Последствия могут быть непредсказуемые”.

“Нет, это ты меня послушай, Ил! Мои планы не изменятся. Алайни умрет в имперском храме! Я получу его жизнь, силу и молодость”.

“А если ты ничего с него не получишь, кроме древних родовых проклятий? Недопустимая жертва способна тебя погубить, – Лорд взял старинную книгу со стола, поднял ее к лицу Ягуара и положил обратно. – Живой Алайни приобретет законное право бросить вызов Умалнину как один король другому королю. Он сможет убить трусливого придурка и не допустить темную сущность в наш мир. Умалнин боится Алайни и будет рад его гибели. Король сам дал нам знак, что нужно все сделать наоборот. Мы сохраним принцу жизнь и проводим его в подземный дворец”.

“Я никому не отдам свою добычу! Даже тебе!” – Ягуар тихо зарычал.

“Пойми, брат, Алайни может быть ключом к спасению мира”.

“Да мне плевать, что станет с миром, в котором не будет меня. Ил, я не пожертвую собой для его спасения. Запомни, я не намерен подыхать ради мохноухих потомков Рея и твоих мечтаний об отдыхе в поместье”.

“Антендорф выбрал бы спасение мира. Твой герой часто рисковал жизнью. В седьмом томе он сражался с Кемронскими гарпиями и остановил их нашествие”.

“Не напоминай о моих лживых сказках”.

“Еще не поздно выбрать другую жертву: парня или девушку. Связь между вами будет слабее, но главное для ритуала – ее доверие”.

“Алайни – моя добыча. Получу силу принца – и расправлюсь с королем. Не побоюсь его ручной темной сущности”.

“У юного горца чистая душа. Может, поэтому тьма не могла коснуться его? Твоя душа запятнана кровью разумных жертв. Ее не отмыть вовек”.

“Ил!” – из горла Ягуара вырвалось злобное шипение.

“Ялли…” – поток мыслеречи Лорда прервался на незавершенном выдохе.

Ягуар приставил к горлу друга лезвие каменного кинжала. Не ожидавший такого поворота событий Лорд едва дышал, чуть не продавливая спиной стеклянную дверцу книжного шкафа.

“Рей сказал, мы оба прокляты за убийство брата, – в глазах Ягуара бушевал беспощадный всепожирающий огонь. – А значит, я ничего не потеряю, если отправлю тебя к нему. Будешь на том свете с ним болтать о чистоте души, правах, законах и потомстве с наследством”.

Иладан молчал и не двигался, повесив кончики ушей в знак подчинения.

Что случилось с его рыжим братом? Они вместе прошли тяжелый и долгий путь, пережили несчетное число приключений. Никогда прежде Яллон не поднимал на него клинок. Разве что понарошку, на тренировках.

Лорд не понимал, за что Ягуар готов его убить. Черноволосый вампир не находил объяснения тому, что их многовековая дружба рассыпается в прах. До Яллона не дотянулась тварь из бездны чужого мира. Омерзительная сущность не касалась его тела призрачными щупальцами, не опутывала ими душу.

Тогда почему же лезвие каменного кинжала медленно скользит по шее, и за холодом смертельного касания не понять, цела ли еще кожа или вот-вот на пол потечет кровь?

“Ко-вер… Не ис-пач-кай ко-вер, – даже мыслеречь его стала заикаться от прежде неведомого чувства.

Глубже, чем обычный страх, иногда подогревающий жажду борьбы за жизнь и питающий ярость. Тяжелее, чем телесная усталость. Холоднее, чем самый лютый мороз. Оно повергало в ступор. Лишало возможности быстродействия мышцы и мысли.

“Ты помешался на коврах и прочих безделушках, – мирный прием сработал. Брезгливо поморщившись, Ягуар отвел клинок от шеи Лорда и сделал шаг назад. – Девчонку я все равно убью. Не тревожься о ее наследстве”.

“Ялли, ты помнишь, я никогда не оспаривал твое лидерство и не покушался на чужую добычу, – Лорд осторожно напомнил, потирая шею. Ранок не было. Кровь не пролилась. – Меня устраивала роль второго и третьего плана. Я не стремился стать главным среди нас и командовать остальными. Ты знаешь меня, пожалуй, даже лучше, чем я сам. И в это напряженное мгновение я всего лишь пытаюсь тебя предупредить об опасности. Времена меняются не в лучшую сторону. Все происходит настолько стремительно, что мы не успеваем подготовиться к очередным переменам. Пойми, что мы не можем, ради нас самих и нашего будущего, убивать каждого встречного. Нам нужны союзники и помощники. Нельзя просто взять и вырезать весь список контактов”.

“Список контактов?” – Ягуар повторил с издевательской ухмылкой.

“Хранящийся в моей голове”, – Лорд избегал смотреть ему в глаза.

“Тем самым ты набиваешь себе цену? Думаешь, это меня остановит и я не отрежу тебе голову из-за контактов деловых партнеров? До чего мерзко звучит современная людская речь! Выкинуть бы тебя в мир людей, с головой, а лучше без нее, но межмировые порталы…”

“Заблокированы”, – Лорд продолжил его прерванную мысль-фразу.

“Закрыты”, – Ягуар и сам ее завершил.

Эти слова оба вампира произнесли одновременно, выражаясь каждый в привычном ему стиле. Потоки мыслеречи столкнулись и пересеклись. Взгляды тоже встретились. На лицах промелькнуло мимолетное недоумение. Атмосфера немного разрядилась. Дышать и общаться стало чуть легче.

“Да, теперь от нас на Землю не попасть, – подтвердил с подчеркнутым спокойствием Лорд, – и оттуда новым перебежчикам не проникнуть на Анлару. Перемещения запрещены даже внутри одного континента нашей планеты. Позволь мне вопрос. Понимаешь ли ты, Ялли, с чем связаны все эти запреты?”

“С попыткой Умалнина магически привязать к Анларе неизвестный темный мир?” – Ягуару не понравился вывод, к которому его подвели.

“Король основал секту “Новая Эра” с единственной целью – запустить сюда темную сущность. Нанял сильных колдунов и ведьм, чтобы те помогли открыть гигантский портал. Ты понимаешь, что я прав, Ялли. Мы считали Умалнина полнейшим дураком, а он мастерски нас переиграл. И вот результат! Энергия древних кристаллов не распыляется на мелкие порталы. Ее собирают, концентрируют и перенаправляют в нужное королю и сущности русло. Смотри сюда, и увидишь, что задумал трусливый идиот с манией величия”.

Лорд развернул на столе карту материка, взял стальное перо из чернильницы и начал отмечать города соседствующих королевств пустыми кружочками или языками пламени.

“Видишь, Ялли, здесь пролегает граница Маитимэнна и Немейростена, – он посмотрел на заглядывающего через плечо Ягуара и продолжил отмечать сожженные или пока нетронутые города. – Левая половина огненного круга приходится на владения Умалнина, а правая половина идет по землям Ташлиима. Каждый из городов построен на месте силы. Там, где разломы в планетарной коре и выбросы энергии дают возможность открывать порталы в другие миры. Умалнин использовал нас вслепую. Мы пошли за ним, как несмышленые котята. А он сжигал города не для того, чтобы начать войну с Немейростэном. Каждый пожар – ритуал пробуждения тьмы.”.

“Огонь порождает страх,

Смерть рассыпает прах,

В бездну падает он

Тьмою самой опален”.

Ягуар вспомнил и мысленно повторил главное заклинание адептов “Новой Эры”, которое он сам не раз произносил перед нападением темных колдунов и наемников на город.

“Мы помогали ему открыть врата для сущности, – Лорд посчитал нетронутые колдовским огнем города. – Круг-портал почти завершен. С каждым пожаром чужеродная тварь становится все сильнее в нашем мире. Уцелевших городов осталось восемь”.

“Семь, – Ягуар взял стальное перо и пририсовал к ровному кружочку маленькую корону из языков пламени. – Адепты “Новой Эры” спалили Рекменект. Я узнал об этом на охоте от разговорчивой добычи. Король не изволил поставить нас в известность”.

“Я говорил, времени почти не осталось, – Лорд свернул карту и убрал в шкаф – надежно спрятал от любопытных глаз под хитрый магический замочек. – Умалнин решил, что мы ему больше не нужны. Сущность пообещала наивному придурку власть над миром. Король хочет избавиться от нас. Пока что ждет, когда мы принесем в жертву принца”.

“Ил, я заберу жизнь Алайни вместе с его силой и убью короля”.

Лорд понял, что ему не убедить Ягуара отпустить жертву. Больше он и не пытался рисковать. Предпочел сберечь собственную шкуру, которая для него была дороже самых редких и ценных ковров.

“Мы можем не успеть вернуться из Империи, – деликатно предупредил Лорд, поглаживая переплет Книги Древних Родов. – Через портал такого размера и силы пройдет не одна тварь, а целые легионы. Представь, что тогда начнется. В одиночку не справиться с иномирной угрозой. Надо, как в юности, держаться друг за друга и дорожить союзниками. Умалнин пытается отрезать нам пути отступления. Я понимаю, зачем он убил Шайю. Чокнутый король решил окончательно нас рассорить с султаном Ахметом. Он приказал убить наложницу, чтобы мы не могли уплыть в Миран. Вот что он сделал, Ялли, – он лишил нас безопасного пристанища под защитой сильнейших придворных магов-звездочетов”.

“Представляю, в какой ярости пребывает султан”, – Ягуар отрешенно посмотрел в окно, вспоминая о далеком жарком Миране.

“В отличие от тебя, я привык иметь дела не только с криминальными типами, – Лорд не упустил шанс подчеркнуть свою значимость, – и реже, чем ты, убивал партнеров после сделки. Я умею общаться с людьми, эльфами и другими существами, которые не подозревают о том, что мы едим разумных. С такими, как Милли, Берендей… Их больше половины в моем списке важных контактов. Благодаря им в каждом крупном поселении у нас есть где остановиться на ночлег и не приходится голодать, когда нельзя охотиться на местных жителей, чтобы не вызвать подозрений. Знали бы они, кто мы такие на самом деле… Но они не знают. И не нужно их пугать, а тем более убивать. Неизвестно, чья помощь и в какой момент пригодится. Чем труднее и опаснее времена, тем важнее для нас те, кто нам доверяет и считает друзьями. Леди Миллинэль ничего не знает обо мне, кроме имени. Твое истинное имя король не называл. Можешь быть спокоен”.

“Ил, ты издеваешься? – Ягуар повернулся и смерил его презрительным взглядом. – О спокойствии я помечтаю, когда король сдохнет и тварь сгинет в ее родной бездне. Девчонку не трону, она пока для нас не помеха. Жертву никому не отдам. Но после твоих речей мне хочется понять, что я получу вместе с жизнью горца. Нужно, чтобы Алайни осознал себя принцем, иначе мне может достаться… скажи это по-человечески некрасиво”.

“Неполный комплект?” – Лорд наугад подобрал слова.

“Мне нужна магия королевского рода и все причитающиеся способности, – Ягуар хлопнул по столу правой ладонью и пробежался пальцами между чернильницей с пером и старинным фолиантом. – Возьми Книгу Древних Родов и пойдем готовить принца к ритуалу пробуждения силы предков. Не забудь поставить на парня и на этот дом вместе с хозяйкой защиту от явления призраков и отдельно сделай блок на предупреждения об опасности”.

“Думаешь, Рей сюда заявится?” – Лорд бережно взял книгу, выпрямив пальцы, чтобы не ободрать когтями кожаный переплет.

“Неизвестно, как далеко готов зайти наш мохноухий брат, чтобы помешать принести в жертву наследного принца, – Ягуар посмотрел на него самым дружелюбным за весь их мысленный разговор в библиотеке взглядом. – Он еще грозил отправить по моему следу некоего посланника. Скорее всего, человеческого наемника, а может, и кого похуже. Ты сам любишь говорить, что перестраховка лишней не бывает”.

## Глава 6. Наследный принц

Алайни

Молодой вампир сгорал от любопытства. Не находил себе места в гостином зале, переходил из угла в угол, садился на диван и вскоре вставал, замирал у окна или прятался в уютную тень.

Алайни очень хотел узнать, о чем секретничают его наставники, запершись в библиотеке. Ягуар вернулся в паршивом настроении, грязный и всклокоченный, как растрепанный драный кот после уличной потасовки, проигравший более сильному собрату. Ни словом не обмолвился о том, где пропадал столько дней.

За время странствий Ягуар постарел и пополнел. Вряд ли Алайни это показалось. Горный охотник подмечал и хорошо запоминал малейшие детали. Расположение пятен и длина меха на шкуре синехвостого оленя могли ему о многом рассказать: какую пищу предпочитал зверь, сколько ему было лет и где он обитал: в горах, лесах или на равнине.

В каких дальних краях носило Ягуара и что рыжий вампир там искал? Юноша надеялся получить хотя бы смутный намек.

Первым в зал спустился Лорд. Обхватив руками, он прижимал к груди большую и тяжелую старинную книгу. Ягуар шел медленнее, задумчиво скользил пальцами по перилам. Лорд уже положил книгу на стол, раскрыл ее посередине, а Ягуар еще не сошел с лестницы.

– Горец, смотри внимательно, – Лорд мог бы не подзывать Алайни, тот сам подошел и нацелился заглянуть через его руку. – Ты узнаешь эти волосы цвета редкого приморского гранита? – черноволосый вампир дернул прядку, выпавшую из-за уха младшего собрата. – А большие светло-голубые глаза, что мерцают нежными оттенками аквамарина? Вспоминаешь благородные черты лица: нос, подбородок, лоб, точеные скулы и на редкость ровные брови? Отмечаешь рыцарскую стать и королевский властный взор, повелевающий вассалу преклонить голову и колено?

Алайни удивленно смотрел на древний портрет. Страницы книги потускнели от времени, но краски, которыми он был написан, почти не поблекли. Восседающий на каменном троне вампир с темно-серыми длинными волосами и голубыми глазами был облачен в доспех с причудливой узорной гравировкой на груди и шипастыми наплечниками.

Невероятно! Алайни как будто вновь увидел отца после стольких лет разлуки. Себя в нарисованном образе он почему-то не узнавал. Словно что-то препятствовало в его мыслях, заставляя бояться и упрекая в том, что он недостоин отождествлять себя с кем-то настолько великим и практически священным для народа.

Юноша не смог ответить. Не знал, как увильнуть, и не решился произнести столь кощунственное: “Да”.

Ягуар подошел к нему с левого плеча, и теперь они втроем смотрели на портрет. Все молчали. Он понимал, что наставники ждут его ответа, но так и стоял с приоткрытым от удивления ртом и широко распахнутыми глазами.

– Господин Ягуар, я приготовила для вас теплую ванну и нашла чистую одежду, – в гостиной появилась Милли.

Девушка принесла на блюдце тонкую фарфоровую чашку с ароматным чаем и спелый персик. Алайни подумал, что для себя, а не для одного из них.

– Ванну примет Горец, – оглянулся через плечо Ягуар.

– Я мылся прошлым вечером, – об этом сказать было проще, чем о сходстве с портретом последнего короля вампиров.

– Ритуал пробуждения королевской крови требует участия воды в качестве проводника магии, – объяснил Лорд.

– Королевской крови? – изумленно повторила Милли. – Но при чем здесь Алайни?

– Зови его не Алайни, а принц Алатан, – Лорд провозгласил с важностью герольда на рыцарском турнире или балу. – Перед тобой, дорогой стратегический партнер, не горный дикарь, а законный наследник престола. Единственный прямой потомок Алмина, короля вампиров.

– Он – наш повелитель, – добавил Ягуар, – и мы поклялись ему верно служить.

Ягуар и Лорд опустились на колени перед Алайни и невысоким столом, на котором лежала открытая Книга Древних Родов.

– Ты принц? – у Милли дрогнули руки.

Чашка и блюдце разбились вдребезги об каменный пол. Чай разлился маленькой темной лужицей. Персик с помятым боком укатился к ногам Ягуара.

– Они так говорят, – Алайни растерянно пожал плечами, наблюдая перед собой странную, но при том весьма живописную картину. – У меня даже нет документов, удостоверений личности. Нет записанной на бумаге родословной или нарисованного генетического дерева.

– Генеалогического древа, – поправил щепетильный до юридических тонкостей Лорд.

– Все у тебя будет, – Ягуар поднялся с колен, прихватив персик. Он пальцами обтер помятый фрукт, съел его, выплюнул косточку в ладонь и кинул к осколкам чайной пары. – Документы, родословная, банковский счет.

– Счет? – Алайни не мог поверить тому, что слышит.

– В лучшем столичном банке, – Ягуар зашел с другой стороны стола и повернул к себе книгу. – Всему свое время.

– С чего вы взяли, что я, а не кто-то другой, – его наследник? – взволнованный юноша коснулся страницы с портретом.

– Помнишь серебряный ореол вокруг капли твоей крови в волшебной чаше? – Лорд тоже встал с пола, но остался рядом с Алайни. – Знамение в виде короны отмечает истинного короля.

– В недолгом одиноком странствии я кое-что выяснил, кое с чем сопоставил и пришел к однозначному выводу, – Ягуар лукаво улыбнулся. – Ты – наш принц. Слушаю и повинуюсь, мой повелитель.

– Когда я был маленьким, отец любил рассказывать мне легенду об утраченном королевстве, – Алайни неотрывно смотрел на книгу, будто чувствуя от нее мистическое притяжение. – Он говорил, что я могу быть наследником горного престола.

– Интересный момент, – Лорд провел когтем над губой.

– Я не верил отцу, – печально произнес Алайни. – Думал, он просто шутит. Взрослые чаще рассказывают детям сказки, чем говорят правду.

– Значит, твой отец прекрасно помнил свою родословную и не запутался в ветвях генеалогического древа, – Лорд захлопнул книгу, чуть не прищемив Ягуару палец. – Идем готовиться к ритуалу. Милли, поможешь нам с ингредиентами.

– Дядюшка бы мне за разбитые чашку с блюдцем всыпал двадцать ударов розгами, – приговаривала девушка, сметая осколки веником в совок. – Сервиз ему подарила жена королевского придворного.

– Наш принц великодушен и милосерден, – усмехнулся Лорд.

– Мои поздравления, Алатан, – покончив с уборкой, Милли подбежала обниматься.

– Зови меня Алайни, как прежде. Не хватало еще, чтобы все вокруг обращались ко мне “ваше высочество”, – молодой вампир мягко отстранил прильнувшую к нему эльфийку и не дал поцеловать в щеку.

Он – повелитель? Ему кто-то готов служить, а тем более столь мудрые и опытные воины, как Ягуар и Лорд? Далеко не во всех сказках такое бывает!

Юноше показалась явно излишней, и даже в некотором роде издевательской, вся эта подчеркнутая театральность в обращении с ним наставников.

Что хотят от него Ягуар и Лорд? Зачем они сказали ему правду о благородном происхождении? Уж точно не по доброте душевной, к ним это вряд ли относится, и не по спонтанному велению сердца.

Они намерены использовать его в борьбе против короля Умалнина? Сделать наследного принца своим орудием возмездия?

– Шайя привезла набор ароматических палочек на волшебных травах, – Лорд направился в ванную комнату. – Выбери из них те, в которых есть перволистник волосатый и темноножка морщинистая, – поручил он Милли. – Их воскуривания пробуждают силу магии рода и укрепляют духовную связь с предками.

Девушка ушла выбирать палочки.

– Ритуалу придала бы силы кровь волшебного зверя или птицы, – отстраненно произнес Ягуар. – У нас ее нет, и добыть негде.

– Все у нас есть… Возможно, – загадочно улыбнулся Лорд. – И зверь, и птица в одном существе. Если только это не падаль и магия не выветрилась.

– О чем ты? – Ягуар не понял витиеватых намеков.

– Помнишь эльфийского писаря Лайшеллиэма? – Лорд упомянул одного из стратегических партнеров. – Много лет назад он в летнем путешествии нашел осиротевшего птенца грифона. Эльф привез его в семейную усадьбу и приручил. Пока мы с ним не виделись, грифон успел состариться. Лайшеллиэм узнал, что мы гостим в Птичьей Обители. Он приезжал сегодня рано утром. Привез кровь и печень грифона. Рассказал, что питомец страдал от старческого недуга и он решил прекратить его мучения. Мол, пользуясь случаем, зарезал, чтобы добро не пропало. Не знаю, правду ли сказал эльф или грифон издох, а он соврал, чтобы нам впарить падаль. У меня сбилась чуйка от королевских милостей.

– Ты пробовал?

– Оставили с Горцем… с принцем на ужин.

– Тащи.

Отправив Лорда за грифоньей кровью, Ягуар вошел в ванную комнату и по-хозяйски в ней осмотрелся. Зачем-то заглянул под шторку и под каждое полотенце на крючке. Что он там искал – подслушивающие магические штучки или тараканов?

Алайни подошел к наполненной почти до краев позолоченной ванне – до того красивой, что к ней не хотелось прикасаться и оставлять отпечатки пальцев, а тем более сущим преступлением было полоскаться в ней. Покойный дядя Милли тоже так считал и запрещал мыться в роскошной ванне. О временах его господства в этом доме напоминал затолканный в дальний угол старый деревянный чан, изнутри которого, словно пыточные приспособления, торчали неприкосновенные зацепки, так и метившие вонзиться в мягкое место.

Милли принесла волшебные ароматические палочки, расписную подставку для них и коробок спичек. Лорд пришел с кувшином грифоньей крови и мелко нарезанными кусочками печени в неглубокой миске.

С довольной улыбкой Ягуар втянул наполнившийся приятными ароматами воздух. Подойдя к Лорду, он макнул палец в кувшин и облизал, наслаждаясь вкусом.

– Не падаль. Магия чувствуется, – он причмокнул и обвел пальцем край горлышка кувшина, очерчивая ровный круг.

– Нам повезло, – Лорд поставил кувшин и миску на мраморный столик, подошел к ванне и заглянул в чистую воду, будто бы оживляющую золотые узоры на дне. – Эльф не обманул.

– Вряд ли Лайшеллиэм стал бы так рисковать, – Ягуар с неприкрытой угрозой посмотрел в глаза Милли.

Предупредил, что для недобросовестных партнеров шутки с ними плохи.

Эльфийка зажгла три палочки и разместила их на подставке.

– Принц, господа, вам нужна моя дальнейшая помощь? – она правильно поняла намек на то, что пора удалиться с вампирских глаз.

– Дальше мы сами справимся. Благодарю, Милли, – Лорд опередил Ягуара, чтобы ответить девушке вежливее, чем это сделал бы его брат.

Милли ушла, и Лорд закрыл дверь. Поводив правой рукой над стальной дверной ручкой, он произнес неизвестное Алайни заклинание.

– Раздевайся и садись, – Ягуар сунул палец в теплую воду, но, в отличие от крови, слизывать ее не стал.

Алайни повиновался. Лорд взял ароматические палочки и несколько раз обошел вокруг ванны, шепча заклинания. Ягуар тоже что-то произнес на языке людей Золотой империи.

Дышать стало тяжело. Пахучий дым забивался в ноздри. Алайни пришлось бороться с тягой чихнуть.

Ягуар наклонил кувшин над ванной, и тонкая струйка грифоньей крови полилась в воду. Потекла прямо перед носом Алайни, пробуждая голод, а вместе с ним желание дотянуться и лизнуть. Молодому вампиру захотелось податься вперед и высунуть язык, чтобы поймать хоть несколько капель.

– Стой! Хватит, – вмешался Лорд. Он перехватил кувшин в руках Ягуара, чуть приподнял, и струя прервалась. – Ты поэкономнее расходуй ценный продукт. Я лет двадцать не кусал грифонов. На ужин оставь.

– Надеюсь, для ритуала будет достаточно, – Ягуар выпрямил кувшин, и Лорд отступил.

Растворяющаяся в воде кровь прикрывала обнаженное тело юноши подобно багряному шелку.

– Сделай один глоток, не больше, и закуси этим, – Ягуар подал кувшин ученику и взял из миски тонкий кусочек печени.

Алайни выполнил просьбу, не чувствуя запаха и вкуса пищи. Дым тлеющих волшебных трав был повсюду: в носу, на языке. С каждым мгновением все сильнее хотелось выскочить из позолоченной ванны и выбежать на свежий воздух.

– Пусть сила великих предков пробудится в твоей крови, Алатан, откроет их память и укажет путь к затерянному в горах престолу, – Ягуар взял его за голову, откинул ее назад, так что затылок соприкоснулся с краем ванны, и закрыл пальцами глаза ученику, как покойнику.

– Идем, – Лорд шепнул точно не ему, а своему другу.

Алайни не открыл глаза, чтобы не разрушить сплетающиеся вокруг него чары. Его наставники ушли. Тихо прикрылась дверь. В ванной комнате поселилась необычная тишина – казалось, в ней о чем-то перешептываются змеи, издавая приглушенное шипение. Это продолжали тлеть ароматические палочки, испуская дым, затмевающий сначала все чувства, а потом и проникающий в мысли.

Размылись грани сна и яви. Алайни почудилось, что он все-таки открыл глаза, нарушил одно из правил ритуала, но вместо полутемной ванной комнаты он оказался в кромешной темноте. И когда Лорд с Ягуаром успели погасить свечи?

Вдруг справа от него ярко вспыхнул факел, освещая узкое длинное лицо молодого эльфа. Зеленоглазый мужчина с каштановыми волосами шел во главе небольшой процессии. За ним следовала эльфийская женщина в белом платье и светло-голубом плаще. Ее защищали четверо воинов, лица которых были почти не видны из-за опущенных забрал шлемов.

Алайни почувствовал, что его не замечают, и медленно приблизился. Он был неуловимым призраком, невидимым наблюдателем. Подошел совсем близко, но никто не посмотрел в его сторону.

Эльфы прошли сквозь темный грот, ступая по узкой каменной тропе между потоками бурлящей воды, и оказались в затянутой густым туманом долине.

Под пасмурными темно-серыми облаками, среди высоких остроконечных скал, напоминающих замковые башенки, паслись стада удивительных зверей. Алайни не встречал их даже на картинках в книгах. Короткомордые гиганты с темно-бурой и светло-серой лысой шкурой, под которой вздувались ветви широких вен, щипали голубую траву. У самок под толстым брюхом колыхалось тяжелое вымя сизовато-красного цвета, вместо молока из него сочилась кровь.

Навстречу эльфам вышли двое вампиров-стражников с длинными черными волосами, отведенными за уши и собранными на затылке. Доспехи у них были похожи на королевские, но без шипов на плечах и узоров на груди.

Женщина в белом платье выступила вперед, сделав знак защитникам не следовать за ней. Она скинула капюшон плаща, и словно яркий лучик света проник в сумрачную обитель. Ее прекрасные золотые локоны засияли, прогоняя мрак и туман, затмевая блеск изысканной короны. Бирюзовые глаза смотрели на встречающих вампиров без страха и трепета. Алайни подумал, что представшая перед ним эльфийка похожа на его возлюбленную принцессу – не как сестра, скорее как мать. Королева была старше Ниллин. В ее взгляде чувствовалась непреклонная уверенность в том, что она совершает правильный шаг, тайно явившись к повелителю чужого народа.

Четверо сопровождающих воинов остались ждать в долине. Зеленоглазый мужчина получил разрешение и дальше сопровождать госпожу. Вампиры провели их через громадные ворота, открывавшиеся прямо из горы. Путь в подземную крепость был темным и узким, редкие лучики света просачивались откуда-то сверху, очень высоко и далеко. На стенах не горели факелы или светильники. Алайни увидел их только в огромном тронном зале, куда невидимо проследовал за эльфийской королевой мимо сопровождавшего ее воина.

Король вампиров стоял у трона. Его голубые глаза полыхнули огнем азартного нетерпения, когда гостья переступила порог.

– Любимый, – не стесняясь оставшихся за дверью эльфийского воина и королевских стражников, которые могли ее услышать, королева подбежала к Алмину и обняла его за шею.

Их поцелуй был полон страсти. Любовники дорожили каждым мгновением наедине после долгой разлуки. И все же что-то омрачало их взаимное счастье. Нечто невидимое и неосязаемое витало над ними, подобно призрачной тени.

– Я не оставлю тебя, – королева смотрела на предка Алайни, как на божество, и ее мелодичный голос звучал надрывно и протяжно, словно в отчаянной мольбе. – Клянусь, я вам помогу в грядущей битве. Призову войска на помощь и сама в трудный час буду рядом с тобой.

– Налиэмма, ты не понимаешь, настолько это все может быть опасно для тебя, – предупредил ее Алмин, обнимая за плечи и преданно глядя в глаза. – Твой народ едва оправился от войны с орками и гоблинами. За тобой не пойдут на чужую битву. Хуже того, тебя могут свергнуть и казнить за измену.

– Мы правы перед всеми богами двулунного мира, – королева нежно прикоснулась к его щеке. – Алмин, мы оба свободны. Мой муж погиб в сражении с орками. Твоя жена умерла при третьих родах. Никто под одним солнцем и двумя лунами не может осудить нас.

– Эльфы никогда не примут наш союз. Ты это прекрасно знаешь, а потому напрасно пытаешься убедить себя в обратном. Твои подданные ненавидят таких, как я, сильнее, чем гоблинов, и боятся похлеще, чем орков.

– Я могу использовать свой дар и подчинить их. Тебе и всем твоим воинам не выстоять против злых волшебников с их армией тьмы. Я не оставлю тебя в беде. Никогда! Сделаю все, что в моих силах, но не позволю тебе погибнуть в Сумрачных горах.

– Влияние магии твоего дара не вечно и обратимо вспять. Подумай… Ты заставишь эльфийских воинов помогать нам, а потом те, кому посчастливится выжить, очнутся от действия гипнотических чар… Налиэмма, после такого преступления против свободной воли народ тебя растерзает в бешеной ярости.

– Значит, мне придется отречься от престола, чтобы навсегда остаться рядом с тобой. Живой или павшей в битве с темными колдунами и ведьмами. Но я буду здесь! Посмотрим, на что способна моя магия, и проверим, действует ли королевский дар на волшебников!

– Прошу тебя, одумайся. Ты нужна эльфам и должна быть с ними в Солнечной Обители.

– Нет, я останусь с тобой и завтра подготовлю новый указ. – Налиэмма приняла серьезное решение. – Я не могу по закону чередования династий передать власть сыну или дочери. Иннерман Кивеллир достоин стать новым предводителем эльфийского народа. Он верный друг и отважный боец. Лучшего будущего короля мне не сыскать среди придворных. Верю, Иннерман поможет мне убедить воинов, что грядущая война – не только ваша. Вместе мы должны помешать чужеродной тьме пустить корни в двулунном мире. Найдутся добровольцы. Пусть не целая армия, но тебе пригодится любая помощь.

– Любимая, я не могу подвергнуть твою жизнь опасности. Она мне слишком дорога, – Алмин поцеловал ее в лоб, взял за руку и повел к выходу из тронного зала. – Молю тебя, прислушайся к моим словам и возвращайся в город. Мы подготовились к битве, и я надеюсь, что магия предков, обитающая в Сумрачных горах, поможет нам выстоять против могущественного противника.