Евгений Домбровский
Кодекс одного чиновника

От автора

Светлой памяти Бежаева Олега Георгиевича посвящается

Здравствуй, мой дорогой Читатель!

В эпоху современных технологий печатные издания (книги, газеты, журналы) уже не представляют из себя основной источник получения информация. Сначала телевидение, а затем интернет всё дальше отодвигают бумажные книги в общей иерархии источников распространения информации. Клиповое мышление требует от нас тексты размером, не выходящим за рамки экрана смартфона, а ещё лучше картинку или короткое видео. Информации становится больше, время сжимается и порой мы способны воспринимать только заголовки, не вдаваясь в суть самого текста.

Тем не менее, я убеждён, что ничто не может сравниться с силой слова, особенно с силой слова в печатной книге. Уверен, что ты, мой дорогой Читатель, тоже разделяешь со мной эту точку зрения, раз сейчас читаешь эти строки.

Следующие страницы книги погрузят тебя в мир государственной службы, немного приоткроют завесу и покажут, что из себя представляет современный чиновник. Эту загадочную для многих сферу я покажу через призму собственного опыта. Буду говорить, как есть, как думаю и как ощущаю себя по отношению к тем или иным жизненным и рабочим ситуациям. Субъективно ли это мнение? Безусловно. Как субъективно всё, что исходит от человека и не обличено в математические формулы или физические законы.

Я и не претендую на истину в последней инстанции. Историями в этой книге я лишь хочу рассказать о том, какой опыт я вынес из своей работы на государственной службе.

Эта книга не содержит государственных секретов и тем более компромата. Если кто-то пришел за ними, то он не найдет то, что искал. Книга призвана раскрыть для непосвящённых людей внутренний мир государственной службы, сформировать для молодого поколения правильный образ чиновника, найти ответы на трудные вопросы для тех, чья карьера развивается не так, как ему хотелось бы.

Как у каждой хозяйки свой порядок на кухне, так и в каждом государственном органе свои правила организации труда и внутреннего режима работы. В этой книге я опирался на свой опыт работы в Минфине России, стараясь показать не какие-то тонкости взаимодействия в министерстве, а системные и универсальные принципы работы, выведенные мной на разных этапах карьеры и ставшие неотъемлемой частью жизни.

Спасибо моим родителям за то, что первыми в своё время озвучили идею написать подобную книгу, посадив тем самым семя, из которого пророс росток, давший основу этому произведению.

Спасибо моей жене за то, что вдохновляла меня на новые творческие свершения, на выход за границы зоны комфорта и неустанное движение вперёд.

Спасибо моим учителям и окружению за тот бесценный опыт и мудрые советы, которые позволили мне сформировать свой кодекс чиновника.

С любовью к коллегам и родному министерству.

Статья 1. Госслужба для всех

Часто мы так долго смотрим на закрытую дверь, что не видим той, которая была открыта для нас.

Хелен Келлер

Еще когда мне было лет 10-12, я говорил, что хочу работать на государственной службе и заниматься экономикой. Пожалуй, после детского желания стать милиционером (у меня были более приземленные желания, и в космос я не стремился) это было первое осознанное видение своей будущей профессии.

Поступив в Финансовую академию при Правительстве Российской Федерации и успешно дойдя в ней до 5 курса, я уже почти наполовину приблизил свою детскую мечту. Главное было не свернуть с пути.

После 4 курса (во времена специалитета и пятилетнего обучения) многие студенты уже устраивались на свою первую работу. Я тоже не хотел быть исключением и думал попробовать трудоустроиться в компанию Ernst&Young (я был стипендиатом этой компании) или фирму, занимавшуюся обслуживанием газового оборудования (отец моей одногруппницы был ее руководителем и как раз под расширяющиеся задачи набирал команду молодых специалистов).

Но точку над «i» на тот момент я поставил после разговора с моим отцом.

– Не гонись за работой сейчас. У тебя все равно будет учеба еще, хоть и вечером. Там будут домашние задания, курсовые и другие работы, а еще для диплома уже нужно подбирать материал. Со второго семестра начнется практика и надо идти на практику в ту организацию, где ты сможешь заниматься тем, о чём мечтал с детства.

Как показал жизненный опыт, решение, принятое мной по итогам того разговора, было на 100% правильным, а учеба даже в вечернюю смену требовала большого количества времени и сил. Благо из общежития на 5 курсе еще не выселяли, и с крышей над головой не было проблем.

С моего факультета налогов и налогообложения на преддипломную практику в Минфин России как правило не направляли, но заручившись поддержкой декана и письмом проректора меня как отличника и потенциального краснодипломника включили в списки на прохождение практики. И вот после того, как закончились январские праздники и начались рабочие будни, я впервые пересек порог Минфина России.

Так началось мое знакомство с государственной гражданской службой… И хотя я был всего лишь на практике, но многие вещи о государственной службе стали раскрываться новыми красками. Для людей, которые имеют слабое представление о государственной гражданской службе, можно ответить одной фразой на все их заданные и незаданные вопросы: «Все совсем не так, как вы себе представляете».

По мере знакомства с нюансами работы государственных органов и получения бесценного опыта, я стал формулировать для себя определенные правила государственной службы и ее особенности, которые впоследствии сформировались в мой персональный кодекс чиновника.

Первая статья будущего кодекса была написана еще в первые дни практики. Вокруг меня было много молодых, умных, талантливых и перспективных ребят и девушек, которые сознательно предпочли службу на стороне государства коммерческим компаниям, хотя я просто уверен, что их бы с руками и ногами оторвали и там. Кстати, важный момент, про который многие забывают, даже находясь на госслужбе – это не работа, а служба со всеми из этого вытекающими последствиями.

Подавляющая часть молодых сотрудников устроилась на работу после практики, показав себя за 2-3 месяца с лучшей стороны. То есть никакие не дети, племянники, крестники и другие родственники действующих сотрудников. Не дети богатых и влиятельных родителей, которые устраивали свои чада в теплое местечко. А просто обычные студенты, которые хорошо учились и попадали в списки на практику от учебного заведения.

Однако мало хорошо зарекомендовать себя на практике, надо еще пройти конкурсные процедуры, так как все назначения на должности государственной службы идут только через конкурсную основу, даже если нужно просто продвинуть на одну маленькую ступень хорошо работающего сотрудника. Минус в этой ситуации безусловно в том, что процесс назначения или повышения может занимать до полугода, но есть и плюсы. Порой вот так вот с улицы приходят очень талантливые и толковые специалисты, которые благодаря таким открытым конкурсам становятся важной частью коллектива в будущем.

Конкурс – это второй большой источник для пополнения кадров любого государственного органа.

Это открытие стало первой статьей в кодексе чиновника – попасть на государственную службу можно не по блату, не по знакомству, не по звонку и тем более не за деньги, а просто если ты соответствуешь установленным критериям.

Как я пользуюсь этой статьей? Во-первых, она дала мне правильное понимание того, как устроена государственная служба. Во-вторых, это позволило мне дальше по ходу работы привлекать на работу большое количество талантливых сотрудников. Многие из которых до сих пор работают в Минфине России уже на более высоких должностях, а кто-то продолжил работу в других местах, потому что каждого из них буквально отрывали с руками и ногами их текущие работодатели.

В моей практике, когда я уже выступал в роли хедхантера и искал людей себе в подразделение, случались практически все вариации поиска сотрудников. Много людей мы подтягивали к себе среди тех, кто проходил преддипломную практику. Некоторых мы нашли через открытый конкурс, когда его целью было лишь желание найти толковых и перспективных коллег, у которых была только вакансия на нашем сайте и собранный пакет документов. Некоторые присоединялись к нашей команде в рамках горизонтальной и внутриведомственной ротации, а кто-то по личному совету после прохождения многоступенчатого отбора (на базе разработанного нами тестирования на профессиональное соответствие) после конкурсных процедур также вливался в коллектив.

Статья «Госслужба для всех» до сих пор позволяет мне самостоятельно отбирать самые ценные кадры, формировать вокруг сильную и жизнеспособную команду, а не ждать, что кто-то сделает это за меня или еще хуже – заставит занять вакантное место слабо мотивированным и неподготовленным специалистом.

Статья 2. Теперь ты для всех лицо госоргана

Мнение о человеке, как и почти о каждом существе, зависит от того, с какого расстояния на него смотреть.

Бенджамин Джонсон

Когда ты работаешь в ООО «Ромашка» или ИП «Иванов», то друзья могут запросто не помнить ни места твоей работы, не знать того, чем именно ты занимаешься. Но все меняется, если ты работаешь в большой известной компании, а еще лучше – государственном органе. В этом случае все не только никогда не забудут места твоей деятельности, но и будут тебе о нём каждый раз напоминать при любом значительном инфоповоде.

Это вполне объяснимо. Во-первых, не так много людей идут на госслужбу, а чиновники в окружении всегда выделяются сильнее, как представители запоминающейся профессии. К такого рода профессиям я отношу также врачей, учителей, спортсменов, актеров, журналистов и других ярких представителей профессионального сообщества.

Во-вторых, если ты не окончил какой-нибудь специфический ВУЗ, например Университет МВД, театральное училище или техникум при крупном заводе, то среди твоего окружения будут преобладать менеджеры по продажам, аналитики или другие специалисты, а не представители Минфина России. Это несмотря на то, что в любом государственном органе ты можешь заниматься любой деятельностью, начиная от административной, бухгалтерской или ассистентской до решения стратегических или сущностных задач, которые определяют лицо учреждения.

После устройства в Минфин при встрече мои друзья, знакомые или просто люди, которые узнавали мое место работы, сразу в 90% случаях задавали мне следующие вопросы:

– Что у нас с долларом? Покупать или продавать?

– Почему так цены растут, когда это прекратится?

– Когда нам (врачам/учителям/судьям и остальным бюджетникам) поднимут зарплату?

– Пенсию будут индексировать?

Есть еще много других вопросов, ответы на которые так или иначе были важны для каждого человека. Были, конечно, вопросы и глобальные. Они скорее исходили от тех, кто много читал, ориентировался более-менее в макроэкономике и бюджете.

– Бюджет в этом году с каким дефицитом сведем?

– Зачем мы деньги накапливаем в резервах и при этом занимаем?

– При текущих ценах на нефть сбалансируем бюджет?

– Почему Россия простила долги кому-то?

После всех этих вопросов, а многие из них слышишь изо дня в день, так и хотелось ответить: «Я не в курсе, у меня вообще другой участок работы, и я этим не занимаюсь. В Минфине около 1,5 тысяч человек и на каждый участок свой специалист.»

Но ответив пару раз в таком ключе, я понял, что такие ответы выглядят как отговорки. Ведь никого не волнует, что перед тобой не пресс-секретарь учреждения, а рядовой сотрудник, который может вообще с этими вопросами не пересекаться. Я просто понял, что раз ты представляешь Минфин, то должен примерно понимать, что в нем происходит и знать, что ответить на вопросы окружающих.

Главное придерживаться правильного принципа: при ответе на вопросы не разглашать внутреннюю информацию, а доносить до широких масс официальную позицию ведомства. Ведь порой журналисты (при всем моем уважении к этой профессии) или разного рода блогеры преподносят новости очень обрывочно, освещая их только с одной стороны, стараясь поймать поверхностный хайп, а не разобраться по сути. Хотя бывают, конечно, и обратные примеры, что вызывает большое уважение. Всегда ценишь особо людей, которые не находясь внутри, разбираются в твоих вопросах на очень высоком уровне.

Я могу точно сказать, что каждое решение, принимаемое Минфином или вырабатываемое им для принятия на более высоком уровне не то, что 7 раз, а 107 раз отмерено, прежде чем один раз быть отрезанным и представленным публике. Всегда просчитываются альтернативные варианты и, если решение не идеальное, это значит только одно – остальные варианты были еще хуже.

Когда-то будучи заместителем министра, в интервью «Коммерсант-Деньги» Максим Орешкин в ответ на вопрос, что хочет Минфин, ответил:

– Минфин хочет, чтобы люди были счастливы. Мы не политики. Наша задача – показать: вот решение, у него есть плюсы и минусы, вот другое решение – у него другие. Решений только с плюсами не существует. Хотите рост – пожалуйста, высокое потребление здесь и сейчас – пожалуйста. Но все вместе и сразу не получится. Чудес не бывает.

Поэтому каждый из полутора тысяч сотрудников должен выступать проводником политики министерства и страны в целом, объясняя ее для широких слоев населения. И так как меня спрашивали по всем моим и не моим вопросам, то я стал читать стенограммы выступлений руководства Минфина, интересоваться тем, что делают коллеги, какие у них достижения и публичные заявления. Надо сказать, что это помогло мне не только расширить кругозор, но и осознать свой участок работы не как какой-то автономный блок, а как часть большого целого, как маленький винтик, а иногда и очень большой и заметный винт в сложном и огромном механизме.

По мере расширения кругозора я понял важную для себя вещь – если ты не понимаешь, почему принимается то или иное решение, а тем более не согласен с ним, то скорее всего ты просто не знаешь до конца всю причинно-следственную связь. У каждого решения есть своя история, своя причина – почему сделано так, а не иначе. И уж можно быть уверенным на 100%, что Минфин всегда просчитает большое количество альтернативных вариантов любого решения в целях выбора самого оптимального.

Отношение к государству и государственным органам порой такое же, как к руководителям. Ты рассматриваешь каждый их шаг под микроскопом, не даешь права на ошибку, запоминаешь все поступки и слова, а также не стесняешься критиковать. Поэтому не стоит удивляться, что твои друзья и знакомые при случае припомнят тебе все, чем они недовольны в действиях твоего ведомства. И здесь надо не с пеной у рта доказывать свою правоту, а на фактах показывать обоснованность того или иного решения, действия или бездействия. Возможно, один человек после такого разговора изменит свое мнение по важному для него вопросу, а позиция министерства будет донесена, услышана и принята как единственно верная. В этом случае эффект от твоих действий может быть гораздо больше и важнее, чем сделанная презентация или подготовленный ответ на поступившее обращение или поручение.

Переступив порог министерства или службы, любого федерального, регионального или муниципального органа власти, ты навсегда для своих знакомых становишься лицом этого учреждения (ведомства, органа). С самых первых дней работы я сформулировал для себя статью кодекса чиновника, которая напоминает мне каждый день о том, что от тебя лично во многом зависит как воспринимают государственный орган и государственную службу в целом в твоем окружении. В силах каждого из нас сделать так, чтобы в нашем лице все видели только положительный пример. И тогда синергетический эффект общественного восприятия не заставит себя долго ждать.

Статья 3. Если не уверен, что можно, то нельзя

Птицам, живущим в клетке, крылья мешают жить.

Сергей Трофимов

При устройстве на работу кроме огромного количества документов, которые нужно заполнить по строго определенной форме, сразу подписываешь согласие на запреты, которые связаны с прохождением госслужбы. Эти запреты установлены в законе о госслужбе и помимо стандартных ограничений по неразглашению сведений, отнесенных к сведениям конфиденциального характера, включают в себя в том числе запреты:

o замещения должности в случае избрания на выборную должность;

o участия в управлении коммерческой или некоммерческой организацией, за исключением отдельных случаев;

o управления коммерческой или некоммерческой организацией;

o приобретать в случаях, установленных федеральным законом, ценные бумаги, по которым может быть получен доход;

o получать подарки в связи с исполнением должностных обязанностей;

o допускать публичные высказывания, суждения и оценки, в том числе в СМИ, в отношении деятельности государственных органов, их руководителей;

o использовать должностные полномочия в интересах политических партий, других общественных объединений, религиозных объединений и иных организаций, а также публично выражать отношение к указанным объединениям и организациям в качестве гражданского служащего.

Стоит также добавить, что это только ограничения одной статьи одного основного закона. Гражданин не может быть принят на госслужбу в случае:

o признания недееспособным;

o осуждения его к наказанию, исключающему возможность исполнения должностных обязанностей;

o наличия заболевания, препятствующего поступлению на гражданскую службу;

o близкого родства или свойства (родители, супруги, дети, братья, сестры, а также братья, сестры, родители и дети супругов) с гражданским служащим, если замещение должности гражданской службы связано с непосредственной подчиненностью или подконтрольностью одного из них другому;

o наличия гражданства другого государства (других государств);

o непредставления сведений или представления заведомо ложных сведений о доходах, об имуществе и обязательствах имущественного характера.

Можно долго перечислять еще разные ограничения, типа запрета иметь счета в иностранных банках, но суть не в том, чтобы ознакомить со всеми ограничениями. Особо любопытные могут найти в интернете все ограничения для госслужащих, представленные в удобном виде еще и с комментариями. Кстати, их порой полезно смотреть и действующим чиновникам – просто потому, что их так много, что одно подзабытое ограничение может в какой-то момент стать актуальным особенно в мире социальных сетей и всеобщей прозрачности.

Эти ограничения очень логичные, имеют свою природу и причины, по которым в свое время были введены в законодательство. Чиновник несет государственную службу и должен защищать интересы людей и того публично-правового образования, в структуре органов власти которого он работает. Ограничения направлены на то, чтобы трудились в этой системе только самые достойные, у которых основной доход и жизненные интересы связаны с государственным органом. Ведь не зря сказано: «Ибо где сокровище ваше, там будет и сердце ваше» (Матф.6:21).

Важно отметить, что локальные запреты могут быть на любой работе. Где-то могут взвешивать людей до и после работы и просвечивать вещи, чтобы не удалось ничего вынести с завода или фабрики, где-то перед работой делают проверку на алкотестере, где-то нельзя выходить замуж, пока ты связана обязательствами по контракту или сильно толстеть. В любом случае специфика профессии обязывает.

Но у этой медали, как и любой, есть и обратная сторона. Запреты создают рамки, обеспечивают стройность системы, которая должна быстро реагировать на любые вызовы, оперативно воплощать в жизнь решения руководства, обслуживать интересы граждан и бизнеса. С другой стороны, такая система может отфильтровывать творческих людей, которые не могут действовать в строгих рамках и не приемлют какие-либо запреты. При этом нельзя сказать, что у них теряется возможность взаимодействовать с государственными органами на благо страны и людей. Частенько такие люди оседают в аналитических и экспертных кругах при органах власти, а также различных подведомственных организациях.

Со своей стороны хочу добавить, что за время работы на госслужбе встречал очень многих творческих и неординарных людей, для перечисления талантов которых у меня уйдет много времени и много страниц книги. При этом их таланты включают в себя не только умение петь, танцевать, писать стихи, рисовать, но и таланты в созидании чего-то нового, таланты решения проблем и вызовов, таланты в написании писем, законов и стратегических документов, таланты в отстаивании государственной позиции даже в тех случаях, когда это делать крайне сложно.

Поэтому еще только окунувшись в пучину дел государевых, я понял, что, ограничивая меня в каких-то правах как государственного служащего, мне представляют все просторы творчества в рамках моей профессиональной деятельности. Инициатива не только приветствуется, но и поощряется. При этом рамки этой инициативы никак искусственно не ограничиваются. В рамках своей деятельности ты можешь выступить с любой инициативой, добиться ее поддержки и воплощения в жизнь.

Даже мелочь может упростить процесс получения справки, процесс межведомственного согласования или устранить пробел в нормативно-правовом регулировании. А из 1000 мелочей складывается большое дело. И порой эти 1000 мелочей могут быть важнее, чем одна большая реформа или какое-то новшество, потому как у этой новации будут как довольные, так и критики, а от маленького блага лучше может быть всем без проигравших.

В связи с этим я не могу сказать, что чиновники со всевозможными запретами как птицы в клетке, которые не могут петь. Поэтому сформулировав еще одну статью кодекса «Если не уверен, что можно, то нельзя», я сконцентрировался на своих рабочих задачах, отбросив мысли о всём прочем. Для продолжения нормальной и продуктивной работы проще принять, что тебе что-то нельзя, и не пытаться усидеть на двух стульях. Люди, отторгающее это, будут отторгнуты и службой, что в конечном счете пойдет только на оздоровление системы. Способность творить и создавать что-то новое в конечном счете не зависит от того, можешь ли ты открыть счет в иностранном банке или нужно ли тебе отчитаться о доходах и имуществе, особенно для людей в эпоху социальных сетей и полной трансляции личной жизни там.

Статья 4. У каждого своя зона ответственности

Сказать мне, что я могу делать что угодно, – это все равно что выдернуть затычку из заполненной водой ванны и сказать воде, что она может литься куда угодно. Попробуйте, сами увидите, что из этого получится.

Ник Хорнби

Когда ты учишься в школе или высшем учебном заведении, то весь образовательный процесс построен на расширении кругозора, выходе за границы искусственных ограничений, нестандартном мышлении вне рамок. Это приводит к тому, что студенческая среда считается всегда очень свободной, креативной и творческой, в которой берут свое начало многие стартапы, а отдельные компании зарождались буквально за студенческими партами или в комнатах общежитий. Впоследствии люди, прошедшие сито высшей школы, приходят на свою первую работу и как правило получают рамки и границы, в которых они уже прокачивают свои знания на практике.

Что-то похожее было и со мной. В школе нас учили всему понемногу, даже в выпускных классах со специализацией на экономико-математический уклон. Учителя не знают на 100%, будет ли будущее ученика связано с их предметом, особенно в средней школе, поэтому стараются дать максимально обширные знания по дисциплине.

В университете преподаватели точно знают, что с чем-то близким к их дисциплине студенты свяжут профессиональную деятельность. Поэтому не просто стараются дать предмет с практической точки зрения, но и заинтересовать темой обучения, которую впоследствии кто-то из студентов может выбрать себе в качестве дела всей жизни. Из-за такого подхода они и относятся к своему предмету, как самому важному в жизни, который нельзя пропускать, по которому самые большие задания и, без знания которого жизни просто нет.

Пройдя такое сито среднего и высшего образования, я пришел на работу и в принципе был готов к выполнению любой работы. Что знаю, сделаю, что не знаю, выучу с нуля и потом сделаю. То есть со своей стороны я никак не ограничивал потенциальный круг задач, которые передо мной могли бы быть поставлены моим руководством. Ведь все равно по большому счету, в какую сторону копать, если для тебя все поле не пахано еще.

И вот одним из первых заданий для меня был расчет социально-экономических эффектов от потенциальных новаций налогового законодательства (речь тогда шла о трансформации налогообложения транспортным налогом). К слову, перед нашим подразделением очень часто вставали самые нетривиальные задачи, и руководство доверяло нам, молодым специалистам, активную роль в их решении.

Это было одно из первых моих заданий, поэтому ударить в грязь лицом я не мог никак. Да и к тому же я понимал, что мои расчеты лягут на стол тех, кто будет принимать важные государственные решения. Поэтому права на ошибку тоже не было. Благо времени дали достаточно для того, чтобы подойти к заданию со всей основательностью и творчески представить результаты.

Серьезно покопавшись в вопросе и произведя необходимые расчеты, я выдал результаты в виде сравнительных таблиц. После небольшой доработки и шлифовки они были приняты в работу. Меня лишь попросили сделать короткую справку по проведенным расчетам. И вот тут я решил проявить креатив.

Описав расчеты, я добавил к справке некоторые комментарии «от себя». Дословно это выглядело примерно так: «Большинство населения поддержат возможные инициативы, если они будут приняты». Начальник улыбнулся и зачеркнул эту фразу со словами: «У тебя что есть свой Домбровский-центр по изучению общественного мнения? В любых справках и докладах каждая фраза записана не просто так и не можем давать непроверенную информацию. Даже если ты опросил всех своих знакомых, хотя ты не должен был этого делать, так как информация пока носит чисто рабочий характер, и они все ответили положительно на инициативы, это не дает репрезентативную выборку.»

После этой истории было еще несколько случаев, когда я наглядно понимал, что залезать на чужую поляну не стоит хотя бы по одной причине – человек, работающий на этом участке, знает его гораздо лучше тебя. Твои советы и идеи могут быть как минимум бесполезными, а как максимум – вредными для общего дела.

Также я четко зарубил себе, что если вопрос так или иначе охватывает смежные области и выходит хотя бы немного за границы твоей компетенции, то требуется согласование / участие коллег в решении вопроса. Так я стал себя вести, когда знал наизусть статью «У каждого своя зона ответственности». Важно понимать, что у этого принципа есть и побочный эффект – твой участок никто не сделает лучше, чем ты. Поэтому свое дело ты должен делать на 100%, на 200%. И эти 100%, 200% должны исходить именно от тебя.

Статья 5. Чтобы идея пробилась снизу, нужно приложить титанические усилия

Результаты, которые ты получаешь, находятся в прямой зависимости от усилий, которые ты прикладываешь.

Деннис Уотли

Не зря говорят, что залог любого успеха – это 99% усилий и всего 1% вдохновения. Никто не может почивать на лаврах успеха, не пройдя через трудный и извилистый путь по направлению к цели.

Хисон Нам

Когда ты учишься в университете или занимаешься исключительно научными изысканиями, то очень легко делать предложения о том, что нужно сделать и как поменять / настроить процессы, чтобы жить как в сказке. У такого формата есть явный плюс – ты ничем не ограничен, и твой полет фантазий находится только в моральных и интеллектуальных рамках. Для людей этой сферы это критически важно, так как нужно сохранять свежий и нетривиальный взгляд на привычные вещи.

Но есть и важный минус. Предложения – это только полдела, а где-то и меньше 10%. Гораздо сложнее провести любую идею в жизнь, чтобы что-то изменилось и заработало иначе.

Большинство идей разбиваются как прямым отказом, так и критическими замечаниями на этапе обсуждения с непосредственным руководством. Варианты ответа могут быть самые разнообразные, приведу лишь некоторые из них:

– Не наша сфера ответственности, выходит за рамки наших полномочий и возможностей;

– Такое предложение уже рассматривали ранее и его не поддержали / оно было признано нецелесообразным;

– Нужен миллион нереально сложных расчетов (тебе как правило говорят, что конкретно нужно сделать, но слышишь ты примерно вот эти слова);

– У нас нет поручений на этот счет, поэтому и оснований что-то делать. Лучше подготовь срочный проект доклада.

Список можно продолжить, но самое важное не в том, что нарваться на ответ «Нет» проще, чем на ответ «Да», а то, что ответ «Да» неподготовленную личность может демотивировать даже сильнее. Основная причина – тебе «дадут флаг в руки» и скажут: «Действуй». И самая простая часть закончится, потому что далее начнется трудная подготовительная работа.

Ниже приведу примерный перечень только первоочередных действий:

– сделать большое количество расчетов, которые подтвердят правильность предлагаемых мер;

– проанализировать законодательство и нормативные правовые акты на предмет правовой возможности реализации нормы;

– изучить международный опыт в соответствующей сфере;

– согласовать предложение со всеми заинтересованными сторонами;

– провести апробацию предлагаемых изменений;

– описать возможные риски в случае реализации предложения;

– и т.д. и т.п.

Неправильно будет сказать, что эти требования являются искусственно придуманными или попыткой вставить палку в колеса. Опытные сотрудники знают, что подходить к руководству с идеей нельзя без предварительной проработки. А эта подготовительная проработка включает в себя как минимум все пункты из перечня, описанного выше. С опытом ты начинаешь понимать, что любую хорошую идею надо тоже уметь продать. Не как профессиональные коучи предлагают продать им ручку, но в какой-то мере заразить своей идеей руководство, чтобы они были готовы дальше ее двигать. Ведь для того, чтобы что-то двигать дальше, надо в это реально поверить и в какой-то степени проникнуться идеей.

Для неподготовленного чиновника тернии, которые сопровождают процесс прохождения идеи от самой идеи до практической реализации, могут стать слишком непреодолимыми. Но именно тем, как человек пройдет эту стадию, будет определяться дальнейшая траектория его работы и карьеры в целом: чиновник, который действует по принципу «Есть поручение сверху, делаю. На нет и суда нет.» или чиновник, который меняет мир вокруг себя и вносит положительные преобразования в администрируемые процессы.

Для того, чтобы идти по второму пути, требуется иметь определенную ментальность и готовность отстаивать грудью свои идеалы, свои идеи. Обучение в аспирантуре и защита диссертации помогли мне пропустить через себя еще одну статью кодекса чиновника «Чтобы идея пробилась снизу, нужно приложить титанические усилия». Уже по мере приложения этих усилий в качестве отдельного абзаца этой статьи можно сделать следующую приписку «И эти усилия того стоят».

В завершении хочу привести пример того, как трудно и долго пробивалась снизу одна маленькая идея.

В зависимости от дотационности регионов (доли дотаций из федерального бюджета в доходах региональных бюджетов) устанавливаются определенные ограничения, что должно стимулировать к повышению самостоятельности с одной стороны и ограничивать возможности по распоряжению поступающими трансфертами с другой. Например, регионы с высокой бюджетной автономией самостоятельны в осуществлении полномочий и не получают никаких дополнительных ограничений. В ином случае регионам нельзя выходить за рамки дефицита, государственного долга, а самым дотационным согласовывать бюджет с Минфином России.

Одним из таких ограничений является установление предельного размера норматива расходов на содержание органов государственной власти региона. Норматив считает Минфин по методике, утвержденной Правительством России. В бытность моей работы по этому направлению встал вопрос, что действовавшая на тот момент методика начинала постепенно утрачивать актуальность и требовалась ее доработка, а лучше – полное переформатирование. Примерно в таком виде задача была передо мной поставлена.

К этой нетривиальной задаче, а благо сжатых сроков мне не обрисовали, я решил подойти со всей научной основой. Стал собирать информацию о факторах, влияющих на размер штатной численности, на уровень оплаты труда, на прочие расходы. Полученные эмпирические показатели начал соотносить со статистическими данными. Важно отметить, что всю описываемую работу я делал в свободное от срочной и горящей работы время, поэтому занимался ею не то, что не каждый день, но и не каждую неделю.

В какой-то момент, когда у меня уже сложилось понимание большинства компонент методики, оставался один большой вопрос: «Как все увязать в одной формуле?». С какой стороны я не подступался, у меня не получалось. Я понимал, что хожу где-то рядом, но не могу никак подступиться с нужной стороны. И тогда я решил отпустить ситуацию, особенно учитывая, что началась активная фаза подготовки бюджета и все дела как рабочие, так и личные ушли на десятый план.

И вот в одну субботнюю ночь, когда я был максимально далек от рабочих процессов и тем более формирования новой методики, мне во сне начала складываться формула, та недостающая часть проектируемой методики. Вскочив с кровати, я срочно взял лист бумаги и ручку, чтобы записать пришедшие идеи и уже только после этого отправился досыпать.

В понедельник апробировав формулу, я понял, что она работает. Дальше дописать методику было делом техники и после полугода подготовительной работы я смог показать руководству полученный результат. Правда для первого обсуждения потребовалось сделать все расчеты, представить их в формате слайдов и дождаться, когда будет время, чтобы спокойно это презентовать руководству. Если вы думаете, что дальше чистая дорога к утверждению, то это не так.

Не буду описывать детально каждый шаг, но даже простое перечисление даст понимание о масштабе следующих шагов, на каждом из которых методика дорабатывалась в той или иной степени по итогам конструктивных замечаний и предложений:

– обсуждение внутри министерства с коллегами, чью сферу затрагивает методика, в том числе доклад для заместителей министра;

– проработка подходов в рамках постоянно действующей рабочей группы;

– презентация методики перед всеми финансовыми органами регионов, как одна из новаций в предстоящий период;

– согласование с другими федеральными органами исполнительной власти и прохождение сита юристов (как своих в Минфине, так и в Минюсте).

И на каждом этапе в той или иной степени приходилось доказывать и обосновывать, что, зачем и почему мы пытаемся поменять». Только после этого был подготовлен пакет документов для внесения в Правительство РФ.

Перед тем, как отдать документ на подпись в Правительстве, сотрудники Аппарата Правительства еще долго и внимательно вычитывали документ, добавляя к нему финальные штрихи. К моменту подписания от начала работы над проектом прошло более 1,5 лет.

P.S. С тех пор методика претерпела еще несколько этапов доработки. Коллеги ее значительно усовершенствовали, сделав расчет еще более точным, учитывающим аспекты как региональной дифференциации, так и законодательно закрепленных полномочий. Это нормальная практика поступательного развития, когда продукт / объект / процесс, настроенный тобой, дорабатывается кем-то и делается лучше.

Мне приятно еще и то, что основная формула в методике еще работает, а это значит, что потраченные более чем 1,5 года на проработку данного вопроса в свое время не прошли зря.

Статья 6. Рабочий день ограничивается лишь количеством часов в сутках

Из объявления о трудоустройстве: «Если вы в конце рабочего дня все еще способны улыбаться, приглашаем вас на работу.

Ричард Брэнсон

Мое первое плотное знакомство с госслужбой началось с практики. Тогда мой рабочий день начинался примерно в 11 и заканчивался в районе 4-5 часов. Сейчас это кажется идеальным графиком, но тогда даже такие временные границы не воспринимались какой-то поблажкой, а серьезным испытанием для студента. Я хорошо помню, что у меня все время в голове вертелся вопрос: «Как можно каждый день работать с 9 до 18? Это же так тяжело!» В тот период мне казалось, что люди поэтому так устают после работы, потому что им приходится с утра и до вечера нести свою тяжелую службу, а времени на отдых почти не остается. Уже впоследствии я понял, что работа работе рознь, и что помимо прочего большое влияние оказывает время, которое человек тратит на то, чтобы добраться на работу и с работы, семейные и бытовые условия, а также личное отношение человека ко всему этому.

Первая полноценная рабочая неделя для меня была очень непривычной: работы выдалось так много, что сил не оставалось ни на что, а рабочие проблемы не покидали меня днем и даже приходили ночью во сне. Тем не менее постепенно ситуация началась меняться. Шли неделя за неделей, я начинал адаптироваться к графику и уже находил силы на то, чтобы заниматься чем-то после работы. Длинные световые дни, характерные для летней Москвы, создавали иллюзию, что ты заканчиваешь работу вовремя, уходишь, когда светло, а впереди еще много времени перед тем, как сумерки сгустятся над столицей.

В тот момент, когда я уже полноценно адаптировался к рабочему графику, для меня удивительными представлялись те сотрудники, которые могли работать до 8-9 вечера. Несмотря на то, что рабочий день является ненормированным, большинство сотрудников нашего министерства заканчивали рабочий день в интервале от 18 до 20 часов. Это при том, что, как правило, если тебе нужно в 18 часов уйти домой, за ребенком, в магазин или по каким-то личным делам, то об этом лучше предупредить руководство заранее. Ты как бы формально не отпрашиваешься, но согласовываешь с руководством, что сегодня вечером за рамками рабочего дня на тебя на всякий случай лучше не рассчитывать.

Люди, которые на регулярной основе оставались еще 2-3 часа после окончания рабочего дня на работе, были для меня супер трудоголиками, которые по моему ощущению тащили на себе все тяготы должностных обязанностей. Это я имею в виду тех, кто не время от времени задерживался до такого времени, а сидит так каждый день. Из 4 человек в нашем кабинете таких было трое, учитывая, что четвертым был я.

По мере приближения осени, то есть периоду активной фазы подготовки проекта бюджета, мое участие в рабочих процессах становилось все более весомым. Это естественно отражалось на росте входящих задач и соответственно – времени на их реализацию. И вот я уже почти каждый день становлюсь свидетелем того, как мои коллеги уходят в 20 или 21. Порой я не просто ухожу одновременно с ними, но и остаюсь работать чуть дольше, завершая дела, чтобы к утру нужные отчеты, документы или справки уже были готовы.

Но самое интересное в этой ситуации было не то, что я постепенно на личном опыте познавал, что значит ненормированный рабочий день, но то, что я принял такой график и понял, что в нем можно работать. Да, я стал позже возвращаться домой, планировать что-то на вечер будних дней стало сложно, а уход в светлое время суток можно было считать успехом. Неужели ненормированный рабочий день – это не так страшно? Или все по причине молодости и профессионального азарта? Ответ я получил чуть позже.

Период подготовки бюджета (сентябрь) – это, наверное, самый напряженный период в жизни министерства. В это время формируется самый важный документ, выпускаемый Минфином России, который обличается в федеральный закон. Трудности и нюансы, которые сопровождают этот процесс – тема для отдельной беседы. Что важно здесь иметь в виду – этот период является самым трудозатратным и время, проводимое на работе, стремится максимально приблизиться к суммарному времени часов в сутках. На период бюджета обычно не планируют отпуска, стараются не делать на выходные больших планов, которые нельзя отменить или сдвинуть.

В этот период у меня почти не было дней, когда я бы уходил с работы раньше 10 вечера. Дома я успевал только перекусить, немного почитать новости или книгу для переключения и лечь спать, чтобы хоть немного поспать перед началом нового рабочего дня. Про планы по вечерам можно было просто забыть, все сдвигалось на выходные, а основная часть дня проходила за рабочими процессами. Но самое интересное здесь не то, что такой режим учишься проходить и достойно выходить из него с улыбкой на лице и розовым лицом, а не серым и болезненным, а то, что такой график начинает затягивать. И вот ты не замечаешь, как бюджет уже принят, идут обычные трудовые будни, время 10 вечера, а ты еще сидишь за рабочим компьютером.

Когда-то я услышал фразу: «Работа как дети, займет столько твоего времени, сколько ты позволишь». И в этом есть зерно истины. Примерно в тот период ко мне пришло осознание, что работать можно не только 40 часов в неделю, но и все 60, а может даже и больше. Тогда и зародилась основа для очередной статьи кодекса «Рабочий день ограничивается лишь количеством часов в сутках». Пройдет много лет, прежде чем график моей работы улетит просто в космос, что оставит свой след в виде:

– систематического ухода с работы так, чтобы успеть на последний поезд в метро по моей ветке;

– ночных поездок на такси домой на пару часов сна и возврата к незавершенным делам;

– завершению работы к открытию метро, чтобы уехать на одном из первых поездов домой;

– композиции стульев в кабинете так, чтобы на них можно было лечь и поспать полчасика, получив передышку перед восходом солнца и началом нового рабочего дня;

– работе на протяжении многих недель без выходных;

– ночи без сна за компьютером и смене на свежую рубашку, как единственному напоминанию о формальном завершении рабочего дня;

– 38-часовому рабочему дню с четверга на пятницу, что завершилось успешной сдачей материалов и выполнением отдельно взятой поставленной перед Минфином России задачи.

Безусловно, находиться в таком режиме, который я описал выше, на регулярной основе не только физически сложно и непродуктивно, но и опасно для здоровья. Отдых для полноценной работы не менее важен, чем грамотное планирование дня и другие профессиональные навыки. Именно поэтому я всегда спокойно отношусь к отпускам сотрудников, понимая, что отдохнувший и переключившийся человек гораздо полезнее в рабочих процессах, чем уставший с замыленным взглядом.

Но тот безумный режим работы научил меня тому, что границы возможностей очень широки и мы порой сами не знаем, на что способны. Сейчас я понимаю, что крайне важно для продуктивной работы в долгосрочной перспективе иметь прогнозируемый рабочий график. Но также я знаю, что если надо, то я буду готов к работе в любом режиме. Ведь государственная служба – это все-таки служба, а не просто наемная работа, а у службы и задач государственной важности нет ограничений, они могут «загореться» в любое время дня и ночи. И к этому лучше быть готовым заранее.

Статья 7. Чиновник от слова чин

Только в государственной службе познаёшь истину.

Козьма Прутков

Слово «чиновник» почему-то в нашей стране имеет как правило негативный окрас. Хотя по своей сути оно не представляет собой ничего плохого и является неким собирательным образом, как-то врачи, учителя, моряки, шахтеры.

Согласно Википедии (Роскомнадзор: иностранный владелец ресурса нарушает закон РФ), чиновник в Русском царстве и Российской империи – лицо мужского пола, имеющее чин, и состоящее на статской (гражданской) или придворной службе. В настоящее время – обиходное название государственного служащего.

Институт чиновничества существовал де-факто в Русском царстве и Российской империи, но до 1722 года не имел чёткой структуры. Де-юре институт чиновничества был структурирован учреждением Табели о рангах 24 января (4 февраля) 1722 года.

Чиновник был популярной фигурой в русской литературе, ведь чиновничество – одно из самых распространенных сословий в старой России. И в русской литературе перед читателем проходят легионы чиновников – от регистраторов до генералов.

Чичиков из Мертвых душ оставил службу в ранге коллежского советника (соответствовал чину армейского полковника), статский советник Фандорин (соответствовал чину бригадира – между полковником и генерал-майором), а мужик, который прокормил двух генералов в сказке Салтыкова-Щедрина, спас от голодной смерти двух беспомощных действительных статских советников.

Уже литература формирует отчасти пренебрежительное отношение к чиновникам, которые не способны себя прокормить, являются пагубной частью общества и думают только о себе и о том, как бы получить очередной чин. До 1845 года при достижении чина коллежского асессора (8 уровень табеля о рангах) можно было получить потомственное дворянство.

Вот как описывает эту чиновничью мечту Некрасов в отрывке стихотворения «Чиновник» (1844 г.):

«Питал в душе далекую надежду

В коллежские асессоры попасть, –

Затем, что был он крови не боярской

И не хотел, чтоб в жизни кто-нибудь

Детей его породой семинарской

Осмелился надменно попрекнуть.»

Хотя необходимо признать, что в литературе представлены не только чиновники высших классов в Табели о рангах. Так, у Пушкина и Лескова главными героями являются коллежские регистраторы, самые низкие чины 14 класса. В отношении них мы не встречаем тех же эпитетов и пренебрежительного отношения, что и по отношению к высшим чинам, но видим другие характерные черты описания, которые также представляют эту группу служащих в не самом лучшем свете.

«Что такое станционный смотритель? Сущий мученик четырнадцатого класса, ограждённый своим чином токмо от побоев, и то не всегда (ссылаюсь на совесть моих читателей).»

Станционный смотритель

Именно таким термином – мученик – Александр Пушкин назвал коллежского регистратора Самсона Вырина в «Станционном смотрителе». Человека, стоящего на самой нижней ступеньке карьерной лестницы, обидеть могли аж целых 13 чинов. В рассказе Лескова «Смех и горе» коллежских регистраторов зовут «Не бей меня в рыло», так как применение телесных наказаний к чиновникам всех 14 классов были запрещены, но для самого низшего чина это было очень важно и актуально, потому что ударить в рыло того же станционного смотрителя хотелось многим.

После Октябрьской революции в 1917 году Табель о рангах была упразднена, а институт чиновничества ликвидирован. Лица, занятые в сфере государственного управления, стали именоваться государственными служащими.

Но даже по прошествии более века термин «чиновник» сохраняется в бытовом обиходе и притом зачастую в негативном контексте. Если человек решит поискать в Интернете более широкое определение чиновника, то может наткнуться на народное творчество с явно негативной окраской, пропитанное личным опытом, склонностью гиперболизировать, однобокостью понимания сути профессии и порой накачанное обществом или отдельными СМИ.

«Это человек, который живёт за счёт работающих людей, ничего им не давая и лишь усложняя им жизнь.» – будет одним из самых приличных комментариев.

Примерно такой бэкграунд был у чиновников, когда я устраивался на работу, чтобы вступить в их стройные ряды. Профессия явно не относилась к самым уважаемым, где первые строчки рейтинга занимали и продолжают занимать медицинские работники, работники образования и специалисты IT сферы. Чиновники, конечно, тоже есть в рейтинге – в антирейтинге. И я понимал, что обобщенно тоже буду попадать в когорту этих людей. В лучшем случае мне удастся услышать такую фразу:

«Нет, ты-то нормальный, а вот остальные…»

Поэтому для меня особенно было важно не стать человеком из комментариев в Интернете. Это, так сказать, задача минимум. А задача максимум – своим маленьким примером изменить сложившееся отношение к избирательному образу чиновников.

Спустя несколько месяцев работы меня вызвал к себе начальник отдела и сказал написать о себе характеристику, так как в ближайшее время состоится аттестационная комиссия для проверки уровня знаний и компетенций перед присвоением классного чина. Такие слова как комиссия, аттестация, экзамен сразу нарисовали мрачную картину в голове. И это все для того, чтобы просто присвоить мне самый первый самый маленький классный чин?

Чтобы было легче ориентироваться непосвященным людям, чин для государственных служащих примерно то же самое что звание для военных. Советник, государственный советник, действительный государственный советник для государственного служащего, а на уровне военных это лейтенант, майор, генерал, а также прочие звания военной службы.

И вот настал день аттестационного экзамена, и нас по одному приглашают в комнату за закрытую дверь. Дошла очередь и до меня. Внутри представители моего департамента, представители кадровой службы, внешние эксперты – всех я не знал поименно, но общее количество лиц в районе от 8 до 10 человек. В тот момент мне было не особо до подсчета числа окружающих.

И вот апогей всего действия – процедура «Вопрос – ответ». Мне задавали вопросы из разных сфер: по работе, по правовым основам государственной гражданской службы, по государственным финансам в целом. По ощущениям я отвечал правильно, по крайней мере меня никто не перебивал, не отмечал, что я что-то не так говорю. Здесь важно отметить, что несмотря на то, что вопросы я не знал заранее и никто из присутствующих не помогал с ответами, моральная поддержка коллег, старших товарищей и наставников, которые входили в комиссию, чувствовалась безусловно. По окончании меня поблагодарили и сказали, что я могу возвращаться на рабочее место.

Спустя время я узнаю, что экзамен пройден хорошо и принято решение присвоить мне классный чин, а также включить меня в кадровый резерв. Последнее было для меня приятной неожиданностью, потому что означало с одной стороны высокую оценку моих знаний и профессиональных навыков, а с другой – открывало перспективу дальнейшего развития.

Дальше было делом техники дождаться выхода приказа о присвоении чинов государственной гражданской службы. Чины до главной группы должностей присваиваются ведомственным приказом министерства. И вот мне приносят документ, где написано примерно следующее: «Присвоить Домбровскому Евгению Александровичу чин Референт гражданской службы 3 класса». Примерно так я и примкнул к стройному ряду чиновников.

Именно тогда я понял и сформулировал очередную статью кодекса чиновника, что понятие «чиновник» не означает наличие какой-то высокопоставленной должности. Тем более это не собирательное слово в отношении тех, кто совершает какие-либо неправомерные действия с выгодой для себя. Это лишь значит, что тебе присвоен чин государственной гражданской службы и теперь от твоих действий зависит, как будут воспринимать чиновников в обществе, потому что ты часть большого собирательного образа, а твои действия будут либо возвышать его, либо порочить.

Лишить присвоенного чина могут только по решению суда. Это означает, что он, по сути, остаётся с тобой на всю жизнь. Далее можно получить очередной чин при назначении на более высокую должность, либо если на твоей должности предусмотрена возможность получения очередного чина.

С тех пор я всегда говорю всем молодым специалистам после получения первого чина: «Добро пожаловать в большую чиновничью семью, одним прекрасным чиновником стало больше».

Статья 8. Не жди благ от госслужбы, работай за идею

Чиновники должны мотыжить, как святой Франциск.

Владимир Путин

Наверняка каждый государственный и муниципальный служащий, которых в рамках данной книги мы называем обобщённым термином «чиновники», задумывался о том, почему он оказался на своей должности, почему он выбрал именно это место службы, а не какое-то иное.

Здесь у каждого будут свои мотивы. Для кого-то таковыми являются доходы, которые он получает: размер такого дохода позволяет удовлетворить базовые жизненные потребности. Для кого-то это возможность карьерного роста: построить карьеру и пройти путь от самых низов до высоких позиций, где от твоих решений будет зависеть политика в городе, районе или всей стране. Для кого-то это возможность реализовать себя и свой потенциал, потому что на любой позиции, даже сильно «удаленной от земли», есть возможность участия в решении большого количества проблем. В конечном итоге многие люди изначально учатся в учебных заведениях для того, чтобы пополнить ряды государственных служащих.

Государственная служба даёт такой масштаб, который не может дать ни одна даже самая крупная частная компания. Это также одна из причин, почему многие люди идут на госслужбу в молодом возрасте – для того, чтобы стать первоклассным и в чем-то даже уникальным специалистом в своем деле. Кто-то затем дальше продолжает работать на госслужбе, кто-то уходит и на новом месте реализует себя на очень высоком уровне. При этом стоит признать, что есть те, кто идет на госслужбу за те преимущества и бонусы, которые государственный служащий может получить.

Ниже я приведу пример тех льгот, которые могут быть важными для людей при выборе государственной гражданской службы. Сразу оговорюсь, что это не исчерпывающий перечень, могут быть свои как ведомственные, так и региональные льготы:

– бессрочный контракт и большая защита труда законодательством (по факту очень сложно уволить человека);

– повышенный отпуск, который увеличивается в зависимости от стажа (раньше мог доходить до 57 дней, но потом предельный размер сократили);

– дополнительные надбавки за работу со сведениями, составляющими государственную тайну, за выполнение особо важных и сложных заданий (тут правда стоит признать, что работа с такими документами накладывает дополнительные ограничения);

– медицинское обслуживание (зачастую в ведомственных поликлиниках и больницах);

– предоставление путевок в санатории и оздоровительные учреждения (с полным или частичным возмещением из бюджета) (на которые, правда, есть большая очередь и не каждый год их можно получить);

– транспортное обслуживание (в основном характерно для госслужащих высокого уровня, что еще и сопровождается личным водителем, а также для сотрудников, чья деятельность связана с необходимость использования автомобиля);

– единоразовая субсидия на приобретение жилья при соответствии установленным требованиям (претендовать на такую меру поддержки могут лишь действительно нуждающиеся сотрудники, кто соответствую очень строгим установленным требованиям).

Регионы или муниципалитеты могут вводить дополнительные льготы, в том числе скидки и компенсации по оплате ЖКУ, по постановке детей на очередь в детский сад, по бесплатному проезду в общественном транспорте и др.

Полный перечень льгот вы нигде не найдете, но главное – знать, что они есть. Глупо приходить на государственную службу только ради льгот, но также глупо не пользоваться теми из них, которые положены по закону и которые могут решить какие-то бытовые проблемы, улучшить условия жизни, переключив внимание и силы с них на рабочие вопросы.

Здесь хотелось бы в первую очередь сказать о тренде, с которым я столкнулся уже в первые годы моей профессиональной деятельности и который наложил сильный отпечаток на дальнейшую работу. Начальная зарплата на государственной службе в целом соответствует средней по рынку, если мы не берём для сравнения крупные инвестиционные банки, сектор нефтедобычи или работу с большими набавками за вредность или сложность. При этом на отдельных позициях из вышеперечисленных сфер зарплата может быть высокой на начальном уровне, но практические не расти на протяжении многих лет в силу отсутствия большого количества карьерных ступеней, периодически индексируясь на уровень близкий или немного превышающий инфляцию.

Госслужба, наоборот, даёт возможности для развития, для продвижения по карьерной лестнице. Если ты соответствуешь принципам работы, если улучшаешь свои знания и навыки год от года, показываешь, что способен выполнять масштабные сложные задачи, если есть свободное место, куда расти, то в какой-то момент получишь рост, который будет в числе прочего сопровождаться ростом денежного довольствия.

В отношении более высокооплачиваемых сфер, например, связанных с рынком ценных бумаг или стратегическим консалтингом, есть как минимум два ярких момента на обратной стороне медали. Первое – это очень высокий уровень входного билета и требуемый от кандидата уровень компетенций. Отбор происходит по конкурсу один из десяти, а может быть и больше. Чтобы туда попасть и закрепиться, требуется приложить титанические усилия. Второе – рабочий график. По сути, всё свободное время будут забирать рабочие проекты. Получается, что люди прикладывают большие усилия, чтобы попасть на данную работу, но попав туда, оказываются среди таких же трудоголиков, где объём задач колоссальный, работать много – это нормально, а работать очень много ещё более нормально. Остаться на работе или просто поработать из дома в выходные – распространённая практика, которая приветствуется и культивируется.

Я уже рассказывал про ненормированный график на госслужбе, но там (или корректнее говорить «здесь») всё же нет такого выжимания всех соков из сотрудников. Да, есть большой поток входящих задач, да, может быть недостаток кадров и повышенная нагрузка. Всем, возможно, приходилось слышать фразу: «Вас много, а я одна». Тем не менее руководство в этих ситуациях еще сильнее будет ценить сотрудников и относиться к ним как к личностям, чем как к расходному материалу. Опять же повторюсь, что бывают разные внештатные ситуации: короткие (от одного дня) или более продолжительные. Ну и от перегибов на местах никто, к сожалению, не застрахован. Но если это происходит, то понятно, что такая ситуация обусловлена внешними факторами, а не поставлена на поток.

Касательно компаний, нацеленных на выжимание максимума из сотрудников, могу сказать, что лично знаю людей, которые буквально поработав в такого рода компаниях один или два года, выгорали профессионально настолько, что у них не было желания и сил заниматься этой деятельностью дальше. У таких людей целевой моделью работы становился рабочий день с 9:00 до 18:00, стабильная зарплата без каких-либо особых бонусов за переработки, предсказуемый отпуск и выходные дни в выходные дни. Ты начинал понимать, что можешь заработать много, можешь иметь сумму с большим количеством нулей на своем банковском счете, но тебе элементарно некуда, потому что некогда, их тратить. Ты, по сути, продаешь свое время и здоровье, а потом все силы и средства будешь тратить на то, чтобы привести себя в нормальное состояние и нормальный работоспособный вид.

Вернусь еще раз к самому себе на начальном этапе своей карьеры. Я понял, что на начальном уровне моя зарплата не сильно отличается от той, что предлагают на рынке и которую плюс/минус (скорее минус, но не так сильно в силу маленького масштаба объемов) получают мои сверстники в других компаниях. В любом случае, 35 тысяч рублей в тот период не казались чем-то таким выделяющимся в худшую сторону даже на фоне высоких зарплат в московском финансовом секторе.

По мере профессионального развития, апгрейда уровня оплаты, вертикального или диагонального роста и индексации зарплаты друзей в частном секторе более высокими темпами, чем у меня, эти ножницы зарплаты потихоньку начинали разбегаться. Параллельно с определенной периодичностью в бюджетном секторе происходила оптимизация бюджетных расходов. Государство в этом случае часто начинает с самого себя, приостанавливая индексацию тем, кто защищен законодательно, кто не может потерять место и кому хватит на еду и товары первой необходимости даже без индексации на 4-5 процентов. Одновременно шла работа по пересмотру льгот и преференций для госслужащих в целях оптимизации непервоочередных трат бюджета.

Сейчас я уже не вспомню, какие льготы, в том числе ведомственные, были на момент моего прихода на службу, а какие были отменены или модифицированы. С ними я даже не успел никак соприкоснуться. Я объясняю это тем, что когда тебе 22 года и ты только начал свой профессиональный путь, то скорее нацелен на то, чтобы узнать как можно больше, впитать новую информацию и показать себя на новом месте в новом коллективе с лучшей стороны, как стоящего и профессионального сотрудника с большими перспективами. Кроме того, параллельно я активно работал в аспирантуре над написанием диссертации, поэтому мне точно было не до каких-то путевок по социальным квотам в ведомственные санатории и т.п.

В какой-то момент я понял, что объем входящих задач растет, время, проводимое на работе, улетело куда-то в космос, а какие-то возможные бонусы, предоставляемые от работы, имеют противоположный тренд. Это привело меня к осознанию, что никакие плюшки (в хорошем смысле этого слова) от госслужбы не перекроют трудовые и временные затраты. И не надо ждать и надеться на то, что вот сейчас я зайду на какую-то позицию и вот там получу некий социальный пакет, который все окупит. Скорее на этой должности можно получить дополнительные обязанности и закрепленные участки, которые лишь увеличат время на работе. Социальный пакет, который есть на разных позициях, может носить частично компенсационный характер, но не перекрывающий время и трудозатраты, которые ты отдаешь государству. Может где-то и не так, но я лично с таким не сталкивался.

Поэтому в свое время себе, молодому, я дал совет, который транслирую тем, кто читает эту книгу и возможно только задумывается о карьере чиновника. Не ждите благодарности, не ждите каких-то льгот, социальной помощи, материальных благ, служебного имущества, субсидии на покупку жилья, машины от занимаемой позиции. Не ждите, что по мере роста по карьерной лестнице вы будете всё лучше и лучше себя чувствовать. Можете точно быть уверены, что придется всё больше и больше работать.

А что же ждать? К чему готовиться? Будьте просто счастливы, что именно вам выпала возможность в данный момент времени отвечать за процессы, которые обеспечивают работу государственные машины. Что от вас прямо или напрямую в конечном счёте зависит судьба миллионов наших сограждан.

Поэтому, как только вы решите свои материальные вопросы, получите определенный уровень дохода, которого хватает вам и вашей семье, то просто делайте качественно свою работу. В этом случае всё непременно придет: премии, карьерный рост, благодарности и много другое. Но как только вы поставите их во главу угла, пропадет драйв, получаться будет меньше, а недовольство работой будет расти.

Поэтому вариант только один – работать за идею (у каждого она может своя), а не за потенциальные блага.

Статья 9. Тебя проверяют кадровые и специальные службы

Ничему не верь, всё проверь.

Мария Фариса

Устройство на государственную гражданскую службу представляет из себя очень длительный процесс. Дело не только в огромном пакете документов, которые требуется собрать и заполнить. На своей практике большее количество документов мне доводилось собирать только в рамках аспирантуры на защиту диссертации, а также после защиты для формирования итогового пакета документов, которые уходят в высшую аттестационную комиссию.

Процесс устройства на госслужбу очень трудоёмкий. Даже после того, как ты прошел все конкурсные процедуры, расставил все точки над «i» с руководством, все равно пакет документов будет проходить процедуру согласования минимум 2 месяца, а то и более. Где-то устройство на работу может длится до полугода. В первую очередь такая длительная процедура связана с тем, что все представленные документы для устройства на госслужбу проходят тщательную проверку специалистами кадровых служб, а во многих случаях и органами безопасности.

С точки зрения государства – это абсолютно правильный процесс, благодаря которому возможно не допустить на критически важные участки работы людей неблагонадежных, опасных, имеющих тёмное прошлое или серое настоящее. С точки же зрения человека важнее говорить не в категориях правильности, а в категориях принятия. Принятия того факта, что всю твою карьеру на государственной службе тебя проверяют. Все твои данные, вся информация по тебе, по сути, вся жизнь находятся на ладони под микроскопом. И это надо иметь в виду. Как говорится, живите с этим.

Во многих коммерческих компаниях есть служба безопасности или так называемый безопасник, которые при устройстве на работу проверяют со своей колокольни входящих сотрудников. Не все могут быть в курсе, что такие проверки проходят, но в целом это абсолютно нормальная практика, и не стоит воспринимать это как нечто из ряда вон выходящее.

Многие люди выставляют напоказ всю свою жизнь в социальных сетях. Все фотографии, видео, геолокации, переписки, хештэги, истории лайков, репостов и комментариев хранятся не просто где-то, а на серверах как в российских, так и зарубежных юрисдикциях. И никто из этих людей не знает, что с этой информацией происходит и будет происходить в будущем, где и как она может быть использована. Как я люблю говорить: «Информацию, попавшую в сеть Интернет, ты уже не можешь контролировать, она тебе уже не принадлежит. Теперь это публичная и общественная информация, которая не является твоей собственностью на 100%». Так как я не отношусь к той категории людей, которые всё о себе выкладывают в социальных сетях, то мне нужно было принять тот факт, что вся моя жизнь, мои действия, мои покупки, мои поездки – находятся под контролем очень многих людей и органов по долгу службы. Но как только ты принимаешь это как некую неизбежность, то дальше живешь уже с эти осознанием.

Для кого-то это осознание безысходности на стадии принятия. Для кого-то это осознание нормальности, осознание правильности. Кто-то осознает это как принцип открытости и прозрачности. Вне зависимости от отношения к этому процессу это то, к чему ты регулярно будешь возвращаться – как закладка на важном месте в книге или на часто используемой статье закона, нормы которого должны быть всегда под рукой. В моем кодексе чиновника страница с этой статьей так часто открывалась, что порой сама книга при ее случайном открытии ведет к этой главе, освежив в памяти которую, ты, возможно, скорректируешь свои действия, задумаешься, правильно ли ты поступаешь и являются ли эти действия корректными или нет.

Особый порядок работы с закрытыми данными, информирование, а для некоторых групп сотрудников – разрешение на выезд за границу, как в служебные командировки, так и личные поездки, формирование отчетов по итогам поездок – все это многими может восприниматься как обуза или рудимент государственной службы. А что если воспринимать это как часть помощи той работе, которую делают коллеги из правоохранительных органов? У них своя работа по обеспечению безопасности нашего государства. У нас с вами гораздо меньше запретов и ограничений, чем у них, гораздо меньше трудностей. По сравнению с ними мы живем в совсем другом мире.

Чем больше я общаюсь с этими людьми, тем больше понимаю, что их работа пронизана чувством долга, каждый из них пошёл по призванию исходя из желания помочь своей Родине и сделать так, чтобы наша страна была сильнее. Я уверен, что именно такая система контроля позволяет очищать систему, предотвращать появление раковых клеток на теле государственной службы, сохранять требуемый импульс для развития и движения вперед.

Статья 10. Допустить 1 млн ошибок, но каждую по разу

Единственная настоящая ошибка – не исправлять своих прошлых ошибок.

Пауло Коэльо

Если вы не делаете ошибок, вы решаете слишком простые задачи, и это самая большая ошибка.

Фрэнк Вильчек

Приходя на государственную службу, каждый сталкивается с большим количеством задач: от простых, вроде отнести какую-то бумажку коллегам, размножить материалы для совещания или собрать папку документов, до очень сложных – подготовить изменения в правовые акты, построить сложную модель для расчёта или придумать решение назревших проблем.

В зависимости от участка работы доля задач, которая носит рутинный и повторяющийся характер, может варьироваться от 10-30 процентов до близкой к 100 процентам. Рутинные привычные задачи для людей, которые работают на этих участках много лет, являются легко выполнимыми, так как по ним набита рука, а сам механизм выполнения задачи отточен во всех отношениях.

Для меня в начале моей профессиональной деятельности все задачи делились на две группы. Первую группу задач я не то, что не понимал, как делать, но даже не представлял себе, с какой стороны подступиться к их выполнению. Вторая группа задач наоборот казалась супер легкой, их можно было сделать с наскока если не за пять минут, то в любом случае очень быстро. Такое вот бинарное распределение без каких-то промежуточных вариантов.

В итоге, как можно догадаться, подвох ждал, что там, что там. Задачи, которые казались очень простыми, на самом деле были гораздо глубже и сложнее с большим количеством подводных камней, которые я не осознавал в силу своего малого опыта. Можно ли было объяснить мне лучше на этапе постановки задачи? Может быть да, а может и нет. Тебе порой сложно осознать, что очевидные вещи очевидны не всем. Да и вдобавок очевидные вещи для человека, который уже прошел школу государственной службы, сильно отличаются от очевидных вещей для стороннего человека. В конце концов в каждом деле своя специфика.

Ну а сложные задачи давались молодым сотрудникам порой специально лишь для того, чтобы понять на что они способны, в каком направлении они мыслят и как могут справиться с чем-то нетривиальным. При этом зачастую руководство не ждет идеального результата от молодых специалистов, а в какой-то мере испытывает их таким образом. Поэтому не стоит в этих случаях расстраиваться, если что-то не получается. Но и прийти обратно с опущенной головой, что ничего не понял и ничего не сделал, тоже не вариант. Всегда лучше показать какой-то результат или движение к результату, даже если они и не на 100% верные.

Сейчас в моей работе одно из центральных мест занимает принцип «Ноль ошибок», для следования которому я прикладываю большие усилия. В свою очередь на начальном этапе карьеры я даже не могу описать, насколько большое количество ошибок сопровождало меня каждый день. Безусловно, все или почти все они были не критичны для итогового результата или выходящего продукта, и их все, как правило, находило мое руководство на разных этапах подготовки документов, в рабочих таблицах с расчетами или текстах проектов нормативных актов. В конечном итоге ни одна из них не вылилась во что-то фатальное с негативными последствиями. По крайней мере так мне казалось или хотелось верить.

Кому точно доставалось, так это моему непосредственному руководителю. Ему часто прилетало из-за меня: что недоглядел, не проверил, пропустил. Мне хорошо запомнился его диалог с одним из непосредственных руководителей после нахождения им ошибки в таблицах.

– Эти расчеты делал Евгений, – мой молодой руководитель не пытался снять с себя этим ответственность, но хотел скорее объяснить природу ошибки.

– Отлично, что делал. Но Евгений – молодой специалист, и ты должен проверять всё за ним, чтобы не допускать таких ошибок в документах. Для меня нет разницы, делаешь ты сам что-то или кто-то из твоих сотрудников, спрашиваю я с тебя.

Уже много лет спустя в одном из поздравлений с днем рождения я сказал своему экс руководителю, что на начальном этапе своей карьеры мне было безумно стыдно за свои ошибки и за то, что ему столько приходилось выслушивать за мои недоработки. Он сказал, что особо такого вспомнить не может. Но я это все скорее списываю на свойство человеческого мозга стирать из памяти не самые приятные воспоминания. Ну или может действительно на фоне суммарных ошибок всех «оболтусов» мои не казались столь выделяющимися.

Порой мне, честное слово, было очень стыдно допускать мелкие и глупые ошибки. Основная причина в том, что, выполнив какую-то задачу, я сразу старался как можно быстрее донести результат до руководства: «Вот, посмотрите, я все сделал. Я молодец.» При этом в угоду скорости и желания поскорее расстаться с задачей, я не проверял сам себя, не вычитывал еще раз на свежую голову текст, не отсматривал результат, как надо.

Здесь можно выделить несколько факторов. Первое – я ещё не обладал достаточным опытом в работе, не имел навыков подготовки документов, табличных расчётов и в силу этого не мог правильно организовать свой рабочий процесс. Второе – я всегда стараюсь сделать всё быстрее, быстрее, быстрее. Сделал быстро, сдал на проверку, переключился на следующее задание. Эта спешка порой приводила к не самым лучшим последствиям. И третье – у меня очень дотошное руководство, которое внимательно смотрит все документы, вылизывая их до идеального состояния и перепроверяя ключевые расчеты. Я всегда был уверен, что после них документы выходили в близком к идеальному состоянию. Некоторых людей такая ситуация может расслабить – раз за тебя все отсмотрят все равно, а кого-то даже демотивировать – что бы ты не сделал, все равно получишь вагон и маленькую тележку замечаний.

Причём одна из самых удивительных особенностей для меня – это то, как моё руководство умудряется находить ошибки. Я мог отдать распечатанный на бумаге отчёт с таблицами, заполненными огромным количеством чисел (сплошные цифры, цифры, цифры, цифры). Начальник отдела или директор могли взять этот документ, пролистать, остановиться на какой-то странице и найти там ошибку (!) без компьютера и даже без калькулятора. В эти моменты я пребывал в состоянии перманентного шока. Нахождение даже одной маленькой ошибки в большом документе создает иллюзию, что весь документ сделан неправильно, а ошибка далеко не единственная. Не зря один мой руководитель любил повторять фразу: «Если я вернул документ без исправлений – это абсолютно не значит, что все написано идеально. Это лишь значит, что я не очень внимательно смотрел».

Уже позже я понимал, что руководство видит эти документы из года в год, из месяца в месяц, а я, естественно, не первый, кто допускает такие ошибки. Возможно, когда они сами были на моем месте, то допускали такие же ошибки, поэтому прекрасно знают, где, в каком месте наиболее вероятно искать и как проверить, есть ошибка или нет. Можно провести хорошую аналогию с пожарной безопасностью. Если вы строите здания или внутренние коммуникации, то вам может показаться, что с точки зрения требований пожарной безопасности исполнено, всё идеально и вы всё учили. Но опытный пожарник видел на своем веку тысячи помещений и знает, что в каком месте устроено не так: где высота неправильная, а где огнетушитель просроченный. Такой человек буквально за несколько минут найдет у вас нарушение. По итогам такого опыта работы и проверки моего руководства побудили меня выстроить системную работу над своими ошибками.

Краеугольным камнем этой работы стал принцип «Можно допустить миллион ошибок, но каждую только один раз». Поэтому допуская ошибку, я всегда запоминал ее и при выполнении этой или подобной задачи еще раз, особое внимание обращал на те места, где прошлый раз уже оступался. Это позволяло минимизировать самые типовые ошибки. Не зря говорят, что мудрый учится на чужих ошибках, умный учится на своих, а дурак не учится совсем. Очень хочется быть мудрым, но не всегда получается. Отсюда задача минимум – хотя бы не оказаться в дураках.

Став руководителем, я транслирую такой же принцип своим сотрудникам: «Не страшно, если вы допускаете ошибку, плохо если вы допускаете одну и ту же ошибку из раза в раз».

Статья 11. Не доводи до ситуации, чтобы твою ошибку нашли контрольные органы

Не пренебрегай врагами: они первыми замечают твои ошибки.

Антисфен из Афин

Я уже рассказал о способностях руководителей, с которыми я работал, находить ошибки, недостатки, просчёты и просто ляпы на многостраничных документах и среди сложных расчётов. Это порой восхищало, порой удивляло, порой даже пугало. Как-будто все твои ходы и ошибки записаны наперёд и заранее кому-то известны. Но к сожалению или к счастью, каким бы талантом и профессионализмом не обладали мои коллеги по государственной службе, они не всесильны. Проверить всё просто нереально. Есть некоторые расчёты, по которым для того, чтобы проверить, правильно ли он сделан, нужно посчитать все с нуля.

Ярким примером является расчёт распределения дотаций на выравнивание бюджетной обеспеченности регионов. Расчет занимал более 30 страниц в Excel c тысячами цифр на каждом листе. А сумма распределяемых средств измерялась и измеряется сотнями миллиардов рублей. Ошибка в одной цифре или одной формуле может быть критичной как с точки зрения финансовых последствий, так и для репутации.

Поэтому чтобы быть уверенным в правильности расчёта, мы с моей коллегой считали параллельно в двух построенных с нуля файлах. Затем нас еще и проверяла специальная программа. Мы шли каждый по своему файлу, занося статистические данные шаг за шагом. Методика распределения дотаций утверждена постановлением Правительства РФ, расчеты идут строго по утвержденным формулам, а если расчетный файл построен правильно, то оставалось лишь внести новые данные и получить результат. Маневра вправо-влево особо и нет. Но с данными всегда что-то не так: то строка съедет, то знаки после запятой не все скопируются, то формула не протянется на все ячейки и т.д. и т.п. Поэтому после внесения данных мы с коллегой сверяли постранично каждый лист Excel.

Целевой результат – нулевое отклонение во всех ячейках листа до 15 знаков после запятой (больше Excel просто не считает). Шутки шутками, а отклонение на каком-нибудь 10 знаке после запятой могло дать миллионные отклонения по итогу. Помню, что в период настройки параллельной проверки мы специально вышли вдвоем на работу в субботу лишь для того, чтобы синхронизировать расчетные файлы друг друга в спокойной атмосфере. Чтобы уже в рабочие будни после получения данных оставалось их лишь технически перенести.

Убедившись, что все сходилось, мы спокойно могли презентовать наши расчеты руководству. Мы понимали, что такая система вела к двойным или даже тройным трудозатратам. В какие-то моменты это может быть неоправданно, но в том случае, когда нет права на ошибку, так как ее цена слишком высока, а вероятность находится на уровне выше среднего, это практически единственный способ ее избежать. Даже при условии наличия внутри каждого расчетного файла системы самопроверки и самоконтроля.

Но, конечно, такую систему проверки не выстроишь везде. В условиях огромного количества расчетов, которые приходится делать каждый день в огромном количестве, не сможешь их каждый раз запараллеливать с кем-то из коллег. Это просто нецелесообразно. Иначе вместо вас двоих возьмут на работу одного человека, который может и работает чуть медленнее, но не допускает ошибок. Ведь в этом случае его производительность будет все равно выше, чем у вас двоих.

Поэтому спустя небольшого времени после начала работы в какой-то момент времени я осознал, что то, как я посчитал итоговые цифры, по некоторым вопросам никто не сможет проверить, даже если покажу расчётчик или даже скину его проверяющему руководству. Все внутренности не раскопаешь. Таким образом вся ответственность за точность расчетов лежит исключительно на мне. Проверить меня смогут только контрольные органы, но доводить до этого, а тем более до успеха в их работе в виде выявленных нарушений совсем не хотелось. Особенно эта ситуация актуализировалась в тот момент, когда мой непосредственный руководитель ушел на повышение, а нового еще не назначили, и дистанция между мной и высшим руководством министерства сократилась. Менеджмент среднего звена в лице начальника отдела исчез, и проверять на рабочем уровне мой расчёт стало некому.

Это заставило меня кардинально пересмотреть подход к своей работе, к своим расчётам и ввести нулевую толерантность к ошибкам. Что же я сделал?

Первое. По всем расчётам, особенно по связанным с выплатами из бюджета, там, где можно допустить расчётные ошибки, я стал максимально вводить элементы самоконтроля. Да, меня не могут проверить другие. Но я могу построить расчётную систему самоконтроля с параллельным выходом на результат внутри файла разными методами. Это зачастую позволяет выявлять большое количество формальных ошибок.

Второе. Я перестал спешить с отправкой документов после того, как поставил в нем точку или получил финальный результат. Сделав документ / задачу, я откладывал его в сторону, переключался и садился за выполнение другой задачи. Идеально, если это была какая-то техническая работа, не требующая высокой умственной активности. После смены деятельности я возвращался к документу, еще раз оценивал его свежим взглядом. Если время позволяло, то вообще откладывал документ на утро. Благодаря утреннему незамыленному взгляду почти всегда вечерние результаты работы получалось немного улучшить. Ведь спустя время совсем по-другому смотришь на свою работу. Эффект усталости проходит, и ты сравниваешь ее не с чистым листом, с которого начинал вчера, а воспринимаешь уже готовый продукт, как начальную стадию и отталкиваешься от нее, пытаясь ее улучшить и сделать более качественной.

Третье. Это может прозвучать банально, но очень важно не отвлекаться, когда делаешь что-то важное. Всегда хочется спросить: «Ты делаешь очень важную работу, зачем отвлекаешься?». И это не только и не столько про переключения на общение с коллегами или тем более на нерабочие дела: звонки, сообщения, новости и т.д. В первую очередь имею в виду отвлечение на другую работу.

Кто-то написал на почту, и ты скорее бежишь проверять сообщение и отвечать на него. Поступил новый документ на рассмотрение, и ты зачем-то бросаешься к нему. Кто-то позвонил или зашел с рабочим вопросом, и ты переключаешь свое внимание, погружаясь в проблемы другого человека, даже если это не вопрос жизни и смерти, требующий немедленного решения.

Переключая свое внимание, ты рассеиваешь мысли, сбиваешь концентрацию, теряешь нить. В результате не можешь погрузиться на 100%, делаешь более медленно, менее качественно, в том числе допускаешь ошибки. Закончи важное дело и занимайся другими задачами. Про это мы еще отдельно поговорим в одной из статей кодекса.

Четвертое. Учись на плохих примерах коллег. Учись на их ошибках. Учись на последствиях, к которым привела их невнимательность и безалаберность. Делай выводы, изучай ситуации, где они поступили неправильно. Корректируй свое поведение. Мудрый учится на чужих ошибках, умный учится на своих, дурак не учится совсем. Это очень сложно, но надо всегда стараться быть мудрым и не наступать на грабли, чтобы понять, что этого делать не стоит.

Пятое и возможно самое важное – постоянно проводить работу над ошибками. Над теми, которые нашёл сам, на теми, которые нашел кто-то со стороны. В этой работе нужно не только разобрать ошибку, но и понять, почему так произошло, что послужило её причиной. И самое главное – что сделать, чтобы избежать их в будущем.

Наверное, нужно сказать, что в описанном мной случае я всё-таки учёл ошибки коллег. Бывает, что даже ошибки, совершенные другими, оставляют ярчайший след в своих воспоминаниях. Ошибки, совершенные знакомыми мне людьми, оставляли большой отпечаток негатива и недоверия руководства к провинившимся сотрудникам. В чем-то это даже мешало их дальнейшему продвижению и радикально меняло траекторию карьеры.

У меня, человека, который видел такие картины со стороны, а порой даже не столько видел, сколько слышал и представлял себе всё в ярких красках, появилось наполнение для еще одной статьи кодекса чиновника – «Иногда твои ошибки могут найти только контрольные органы, но лучше не доводить до этого».

Статья 12. На каждый чих свой регламент

Вы должны изучить правила игры. И тогда вы будете играть лучше, чем кто-либо ещё.

Альберт Эйнштейн

В жизни нет ничего сложного. Это мы сложны. Жизнь – простая штука, и в ней чем проще, тем правильнее.

Оскар Уайльд

Работа государственного служащего регламентирована от и до. Порой люди, сталкивающиеся с представителями исполнительной власти при получении госуслуг, могут услышать такие слова: «Это не моя компетенция, не моя сфера ответственности. Обращайтесь туда-то и туда-то». И тут начинается хождение по всем кругам бюрократического ада, который стоит признать сильно сократился после развития МФЦ и электронных услуг.

С подобной ситуацией многие сталкивались, что-либо кроме отторжения и неприязни она не вызывает у абсолютного большинства населения. Но, к сожалению или, как возможно мы далее поймём – к счастью, это обусловлено не целенаправленным желанием каких-то определённых людей или сил навредить или усложнить жизнь простым гражданам или тем более тем, что они просто встали не с той ноги.

Давайте разбираться. Все мы знаем, что основной закон нашей страны – это Конституция РФ. В соответствии с ней формируются законодательные, исполнительные и судебные органы власти. Государственная Дума принимает законы, которые готовит сама или которые готовят субъекты права законодательной инициативы: Президент, Правительство, члены парламента, законодательные органы субъектов Российской Федерации. После принятия законов Думой их одобряет Совет Федерации и подписывает Президент. Это в самом упрощенном понимании то, как строится система права в нашей стране или, скажем так, её верхнеуровневая часть.

Уже во исполнение федеральных законов принимаются нормативно-правовые акты исполнительных органов власти, которые охватывают регулирование вопросов, полномочия по которым переданы Правительству. Для понимания некоторые нормы законодательства очень детально прописаны в законах вплоть до словесного описания формул расчёта регулируемых величин. Некоторые нормы устанавливают лишь рамочные положения, а все содержательные элементы регулирования практически в полном объеме отдаются на откуп исполнительной власти. Плохо это или хорошо? У меня нет однозначного ответа.

Главным здесь является не то, кто установил ту или иную норму, а полномочность принятия на соответствующем уровне государственной власти решений. Например, нельзя отдать на уровень министерства или тем более службы регулирование порядка установления отдельных льгот или мер компенсации, которые носят денежный характер. В свою очередь детальное регулирование на законодательном уровне всех сфер общественной жизни (бизнеса и граждан) делает такую систему неповоротливой и менее гибкой, зато, с другой стороны, более защищенной от регулярного пересмотра. Поэтому всегда нужно исходить из принципа эффективности стратегического и оперативного управления соответствующей сферы.

Далее на уровне конкретных исполнителей это всё дополняется директивами, указаниями, поручениями, регламентами, протокольными решениями, инструкциями.

В системе права есть два принципа регулирования. Первый принцип – принцип административного права, когда всё, что не разрешено – запрещено. Второй принцип – принцип гражданского права, когда всё, что не запрещено – разрешено. Система органов власти работает по принципу административного права, поэтому для того, чтобы что-то было разрешено или чиновники совершили какое-то действие – это должно быть четко прописано в каких-либо актах, инструкциях или всем вышеперечисленном. Ещё лучше, чтобы это было дополнительно санкционировано непосредственным руководителем и на всякий случай в письменной форме, чтобы избежать какого-то неоднозначного толкования устаревших норм или правовых несоответствий разных регламентов друг с другом. Это порождает необходимость детальнейшего регулирования любой сферы от и до.

С каждым годом юристы совершенствуются в своих навыках. Вот для примера как выглядели указы Петра 1, регулирующие существенный пласт жизни. Многие из вас знают шуточные цитаты из Указов Петра, как например о подчиненных и начальстве.

«Подчиненный перед лицом начальствующим должен иметь вид лихой и придурковатый, дабы разумением своим не смущать начальство».

Но естественно было большое количество и рядовых указов в рамках текущей нормотворческой жизни.

Указ о ведении всех торговых иноземцев в Ратуше и о выдаче им паспортов. 15 января 1700 года.

Всех Государств торговых иноземцов, которым к Москве приезд, також и из Москвы отъезд, кому куда надлежит для торговых их вольностей, ведать им в том в Ратуше Бургомистром, и проезжия листы давать из Ратуши за ратушскою печатью; а у приезду их и отпуску, на Москве и в порубежных городех, что надлежит, претив прежняго, чинить и проезжия листы как писать, и на листах ли, или в столбцах, о том ведомость взять из Государственнаго Посольскаго приказу.

Согласно исследованию Института государственного и муниципального управления (ИГМУ) Высшей школы экономики (https://www.hse.ru/news/expertise/396493711.html) прогрессирующее в последние годы усложнение формулировок отечественных законов затрудняет их восприятие даже профессиональными юристами.

Авторы вычислили интегральный индекс сложности законов (ИСЗ). Он определялся по сочетанию числа грамматических основ в одном предложении, числа слов в абзацах и предложениях, количеству деепричастных и причастных оборотов, а также зависимых слов. В результате многие отечественные законы оказались синтаксически и грамматически более тяжеловесными чем «Анна Каренина» Льва Толстого и сопоставимы с «Критикой чистого разума» философа Иммануила Канта.

В качестве примера цитата из одного из самых сложных среди исследованных законов.

Федеральный закон от 22 декабря 2014 г. № 421-ФЗ «Об особенностях правового регулирования отношений, связанных с предоставлением мер социальной защиты (поддержки), а также выплат по обязательному социальному страхованию отдельным категориям граждан, проживающих на территориях Республики Крым и города федерального значения Севастополя»

(Часть 5 статьи 3 закона)

Решение об установлении ежемесячной денежной выплаты гражданам, имеющим право на получение такой выплаты, за исключением граждан, указанных в части 4 настоящей статьи, принимается территориальным органом Пенсионного фонда Российской Федерации на основании сведений, представляемых федеральными органами исполнительной власти, в которых федеральным законом предусмотрена военная или приравненная к ней служба, и при необходимости представляемых другими федеральными органами исполнительной власти, органами социальной защиты Республики Крым и города федерального значения Севастополя, которые должны быть представлены до 31 декабря 2014 года в рамках соглашений об информационном взаимодействии, заключенных между Пенсионным фондом Российской Федерации и указанными органами. Если такие сведения не были представлены в территориальный орган Пенсионного фонда Российской Федерации до 31 декабря 2014 года, решение об установлении и о выплате за период с 1 января 2015 года ежемесячной денежной выплаты принимается на основании заявления гражданина, поданного не позднее 31 декабря 2015 года.

Согласно пояснению авторов исследования расширение и усложнение законодательства отчасти вызвано объективными причинами. На смену плановой социалистической экономике пришел более сложный рыночный уклад. Это потребовало регламентации ранее не существовавших или запрещенных видов хозяйственной деятельности, новых субъектов экономики и возникавших правоотношений между ними. Развитие новых средств коммуникации и цифровой экономики также вызвало рост числа явлений и субъектов, подлежащих законодательному регулированию.

В условиях, когда бороться с таким явлением достаточно проблематично, законодатели находят иные способы выхода из ситуации. Например, в Новой Зеландии приняли так называемый «законопроект о простом языке». Теперь чиновники не должны будут использовать специальные термины и аббревиатуры во время общения с гражданами. Закон предполагает, что чиновники откажутся в своей речи от «канцеляризмов» и «сложных слов». Согласно закону, простой язык определяется как «соответствующий целевой аудитории, ясный, лаконичный и хорошо организованный».

Ведь скорее всего, если дать кому-то стороннему переписать закон, то либо ничего не выйдет, либо будут пробелы правового регулирования. Каждое усложнение происходит не потому, что чиновники, пишущие законы, или люди, их исполняющие, стали глупее и им нужно всё разжевывать, а скорее наоборот. У каждой нормы права появляются свои лазейки, которыми могут воспользоваться отдельные личности, чтобы интерпретировать нормы законодательства в свою пользу. В этих условиях законодатель старается описать максимально каждый аспект, учесть все нюансы.

Минусы этой ситуации все прекрасно понимают: это и сложность трактовки норм, и узкая конкретизированная сфера регулирования каждого шага. Но как я уже говорил, у такой системы есть плюсы, и они достаточно очевидны.

Самым явным является чёткая регламентация деятельности. Кроме норм, которые регулируют вешнюю сферу, то есть, когда законодателями или иными органами власти устанавливаются особенности общественных правоотношений гражданин-гражданин (С2С), бизнес-гражданин (B2C), бизнес-бизнес (B2B), безусловно большую долю нормотворчества занимают документы и законы, регулирующие правоотношения между гражданами и бизнесом с государством (C2G и B2G). Есть еще немаловажная часть, которая менее известна широкому профилю – это отношения, которые регулируют деятельность самого государства (G2G). Сюда входят отношения внутри публичной власти между разными ведомствами и министерствами, между регионами и муниципальными образованиями и т.п. Имеется огромный пласт нормативно-правовой базы, которая регулирует именно внутренний порядок деятельности, то есть регулирует сама себя. Для чего нужно регулировать самих себя?

Первое. Установление рамок функционирования, ограничений и четкого порядка деятельности. Если таких рамок нет, то как будто можно все, но при этом кто-то все равно должен на своем уровне принимать решение, как именно поступать в конкретной ситуации. Когда есть принятый порядок, то ты действуешь строго в рамках этих рамок: согласно закону, постановлению или приказу.

Яркий пример – федеральный бюджет и процесс его формирования. Если бы не было никаких ограничений, рамок и правил, то предельный уровень расходов ничем бы не ограничивался и мог бы каждый раз «улетать к космос». Нетрудно догадаться, что в условиях огромной потребности в бюджетных средствах по всем направлениям без должного ограничения такая ситуация привела бы страну к хроническому дефициту, росту государственного долга и кризису устойчивости на годы вперёд. Именно поэтому у нас есть бюджетное правило, которое ограничивает предельные расходы бюджета на уровне, достаточном для экономического развития с одной стороны и обеспечивающем бюджетную устойчивость с другой.

Второе. Опять тот же самый принцип административного права, когда любое действие должно быть чем-то установлено, чем-то урегулировано.

Так чем же всё-таки хорошо детальное регулирование каждого шага в деятельности чиновников?

Очень тщательная детализация действий повышает устойчивость системы. В переводе на простой язык это означает, что у любого специалиста, обладающего базовыми знаниями в соответствующей сфере, упрощается и ускоряется адаптация к выполнению установленной деятельности. Также это позволяет избежать так называемых кадровых ловушек, когда вас не устраивает действующий сотрудник, но вы не можете расторгнуть непрофессиональные отношения, потому что его некем заменить, а то, что делает он, в деталях никто больше не знает. Другой человек не то, что долго будет вникать в процесс, а неизвестно, вникнет или нет.

Поэтому в своей деятельности мы стараемся выстроить работу каждого конкретного сотрудника таким образом, чтобы основные процессы были зарегламентированы и прозрачны для исполнения непосредственным исполнителем. В этом случае даже если на каком-то участке окажется человек менее способный и менее талантливый, чем его предшественник, задачи будут выполняться на приемлемом уровне в силу четкости и однозначности процедур, а также установленной последовательности действий, которые ждут от человека. Понятность и прозрачность работы во многом определяет качественный результат, выдаваемый сотрудником.

Такая, казалось бы, банальная формулировка очередной статьи, говорящая нам о том, что на каждый чих есть свой регламент и своя инструкция, на самом деле является очень важной с точки зрения краеугольного камня всей системы государственного управления. Именно освоив этот принцип, мне было легче выстраивать работу по системному управлению рабочими процессами. Очень непросто бывает запустить машину бюрократии, описать в нормативных актах и регламентах все алгоритмы действий каждого участника процесса. Но как только машина запущена, она будет ехать сама, порой даже без чьего-то личного участия. Все потому, что последовательность действий будет понятна для всех участников этого процесса, в том числе для тех, кто подключится позже и не будет знать первоначальных договорённостей. В этом случае он просто откроет регламент, сядет и будет выполнять свою работу, не тратя время на обход по кабинетам и выяснение того, как и что делать.

Кроме того, такой принцип сохраняет преемственность. Это означает, что работа будет продолжена на высоком уровне после вас и вне зависимости от того, участвуете вы в этом процессе или нет. Для меня, пожалуй, как для любого человека, который неравнодушно относится к своей работе, учитывая, что сферой регулирования, которую затрагивает работа в моём случае – это финансовая система всей страны, сохранение преемственности является одной из самых главных задач. Свои задачи я воспринимаю примерно следующим образом: «Прийти, сделать так, чтобы процессы на участке работали немного лучше, донастроить, поправить, привнести что-то новое и в будущем оставить это тем, кто придёт после тебя. Для того, чтобы они уже от более высокой базы двигались дальше».

Статья 13. Впитывай знания, как губка и работай с теми, кто умнее тебя

Доказывать человеку необходимость знания – это все равно что убеждать его в полезности зрения.

Максим Горький

Когда ты только начинаешь работать, то все люди, которые тебя окружают на рабочем месте, превосходят тебя в вопросах профессиональных компетенций, наличии более богатого жизненного опыта в целом и государственной службы в частности. Мой отец учил меня, что в университете в первую очередь надо научиться учиться. Я не сразу понял этот наставление, но сейчас я на 100% согласен с таким целеполаганием.

Мы учимся всю жизнь: получаем новые знания от других людей, из книг, из научных статей, из окружающего мира и даже из ошибок, совершенных нами. Если ты приобретешь навык непрерывного и постоянного обучения, то и дальше будешь идти по жизни развиваясь и повышая свои компетенции. Поэтому в тех случаях, когда ты попадаешь в такую среду, когда ты не знаешь ничего, а вокруг тебя люди, как кажется, знают всё, то твоя задача быть как губка и впитывать всё самое полезное, что ты можешь впитать, что ты можешь узнать.

Это очень важный момент для молодых сотрудников и тех, кто только-только делает первые шаги в своей карьере чиновника. С большой долей вероятности в такой ситуации вы больше не окажетесь никогда. По мере роста компетенции, получения новых навыков, постепенной ротации в виде ухода ваших наставников и поступления на государственную службу молодых специалистов, процент тех людей, которые разбираются лучше вас в процессах, с которыми вы работаете, будет неумолимо падать.

В какой-то момент вы можете оказаться в ситуации, когда в вашем подразделении именно вы будете самым опытным, самым компетентным специалистом, и уже ваши знания новые сотрудники будут впитывать как губка. Это когда-то может наступить, но сейчас мы не о передаче знаний, а об их получении.

Получение новых знаний – важный момент на любом этапе карьеры: как на уровне специалиста, так и высокопоставленного руководителя. Здесь ещё можно поспорить, на какой должности больше и чаще приходится изучать новые сферы и получать новые знания и новые навыки. Человеку, который занимает высокую должность, приходится каждый день погружаться в новые проблемы и новые задачи. Даже несмотря на то, что подавляющая часть работы делается руками специалистов, от решений руководителя, глубины проработки им вопросов зависит эффективность регулирования соответствующей сферы.

Мне очень повезло в своё время. Я искренне считаю большой удачей, что свой путь на государственной гражданской службе я начал в коллективе, где у всего руководящего состава от начальника отдела до курирующего заместителя министра присутствовали такие качества как профессионализм, чуткость к молодым специалистам, глубокое понимание своей сферы и готовность делиться накопленными знаниями с молодым поколением.

Из перечисленного мной списка выпал министр, но не по той причине, что этих качеств у него не было. Просто в силу малой должности мне практически не доводилось контактировать с ним по рабочим вопросам в достаточной мере, чтобы перенять его знания и опыт. Однако его профессионализм, взгляды на бюджетную и макроэкономическую политику опосредованно передавались всем сотрудникам министерства через коллег, кто с ним работал, из его автобиографических мемуаров, а также тех решений, которые доводились через моих руководителей и в выработке которых я принимал непосредственное участие.

Я смотрел на своих коллег, старших товарищей и старался максимально перенять их опыт, учиться на их ошибках и их победах, задавал вопросы и не стеснялся выглядеть при этом глупым. По сути, как бы тебя не учили, какие бы знания ты не получал дополнительно, какие бы навыки в рамках практики или стажировки не приобрел, работа – это совершенно другое. Я могу с уверенностью сказать, что многие статьи этого кодекса были сформулированы после изучения опыта коллег, их ошибок и их советов.

Я смотрел на то, как коллеги легко пишут письма, и мне хотелось писать так же хорошо. Некоторые очень ловко работали с таблицами и строили красивые презентации. Мне хотелось научиться делать так же, как они. Я восхищался тем, как некоторые наизусть цитируют статьи и нормы законодательства. Я хотел вот так же обладать глубокими знаниями, быть настоящим специалистом в своей сфере. Я видел, как они легко контактируют с людьми из других подразделений, других министерств, с людьми на более высоких позициях, быстро решая все рабочие вопросы. Мне хотелось научиться так же легко решать вопросы, обладать достаточным весом и знаниями для достижения поставленных задач. Я тянулся к знаниям, делал все от меня возможное для расширения своего кругозора и напитывался новой информацией, которая порой приходила в таком количестве, что я не успевал ее быстро переваривать. Как будто губка впитала больше воды, чем может удержать.

Однажды моя коллега незадолго до ухода на другое место работы сказала мне фразу, которая, будучи сказанной одной из последних на рабочем месте, сильно врезалась мне в память на всю жизнь. Во многом гармонично дополняет статью «Впитывать как губка». Так вот она сказала: «Тебе нужно работать с людьми, которые умнее тебя».

И то, что было сказано мне, справедливо абсолютно для всех, потому что даже мудрые аксакалы сначала были совсем малознающими юнцами, которые также перенимали опыт старшего поколения. Пройдет время, и мы сами окажемся в такой роли, если конечно будем достойны этого. Для того, чтобы это случилось, надо продолжать учиться всю жизнь. Ведь даже мудрые учителя продолжают учиться у своих учеников, порой получая от них больше, чем дают на своих уроках. И не в силу того, что они плохо учат, а силу того, что они умеют хорошо учиться и получать максимум из любой ситуации.

Возможно поэтому многие люди приходят в Минфин, работают здесь долгие годы и руководствуются таким принципом в своей деятельности.

Статья 14. Умных много, мудрых мало

Умный знает, как выпутаться из трудного положения, а мудрый в него никогда не попадет.

Фаина Раневская

Чем вообще отличается умный человек от мудрого? Давайте обратимся за помощью к искусственному интеллекту.

Согласно ИИ мудрый человек обладает глубоким пониманием жизни, имеет широкий кругозор, умеет принимать правильные решения на основе своего жизненного опыта и знаний. Умный человек обладает хорошими интеллектуальными способностями, способен быстро учиться, анализировать информацию и решать сложные задачи. Ум и мудрость не всегда идут вместе, но их объединение всегда делает человека по-настоящему выдающейся личностью.

На другой платформе искусственный разум дает чуть более развернутый ответ.

Ум – набор умений, знаний, а также способность логически мыслить и анализировать.

Мудрость – умелое применение всей совокупности знаний с опорой на собственный опыт.

Вот некоторые отличия умного и мудрого человека:

1) способность усомниться в своей правоте.

Умный человек способен найти миллион подтверждений своей теории, но не может усомниться в своём мнении и рассмотреть альтернативные точки зрения. Мудрый человек всегда находится в поиске более подходящей позиции.

2) знание обо всём по чуть-чуть.

Умный человек хорошо осведомлён в своей узкой специальности, мудрый же понемногу интересуется всем, с чем встречается. Это делает его всесторонне развитой личностью.

3) неделание скоропалительных выводов.

Умному человеку свойственно думать не дальше первого шага, мудрый же способен взглянуть на ситуацию издалека, оценивая все возможные риски и преимущества. Он хорошо отслеживает причинно-следственную связь и не делает спонтанных выводов.

Невооруженным взглядом можно заметить, что несмотря на отличия, понятия «умный» и «мудрый» достаточно близкие, поэтому очень часто люди используют эти качества как синонимы. Хотя искусственный интеллект не зря проводит между ними четкую границу. Сейчас я попробую раскрыть как эта разница проявляется на государственной службе.

Нас всю жизнь учат быть умными: мы получаем образование, изучаем специальность, пытаемся стать уникальными специалистами в своём профиле. Для этого посещаем разные курсы, читаем умные книги, нарабатываем практические навыки, становимся сначала узкими специалистами, впоследствии расширяя сферу своих компетенций.

Один мой бывший коллега, описывая свои карьерные устремления, дал следующую интересную оценку:

– Я бы хотел видеть себя на позиции замминистра. Министр – это уже политическая должность, а его замы, по сути, отвечают каждый за своё большое направление. Чтобы занять данную позицию нужно быть первоклассным специалистом в этой сфере. Соответствие этому уровню – высочайшая планка личного и профессионального роста.

После этой фразы он недолго еще поработал на госслужбе, сменив после ухода несколько крупных коммерческих структур с государственным участием. Посмотрим, окажется ли он снова в рядах чиновников.

При отборе кандидатов на госслужбу идет проверка профессиональных, теоретических и практических знаний, возможность решать ситуационные кейсы, максимально приближенные к реальности.

Таким образом, вся система заточена на то, чтобы принять в свои ряды только тех, кто отвечает высоким требованиям и стандартам. Отбор на государственную службу очень строгий. Каждый чиновник обладает как минимум одним уникальным качеством, а то и целым букетом, которые были востребованы на его текущий должности. На языке hr-специалистов это называется hard skills.

Можно ли провести аналог между мудростью и soft skills? Не совсем, всё-таки это немного разные понятия. Но что-то похожее между ними есть. Только soft skills можно прокачать благодаря специальным курсам и тренингам, а можно ли прокачать мудрость?

Обратимся снова за помощью к искусственному интеллекту:

Обретение мудрости требует постоянного самообучения, саморазвития и жизненного опыта. Вот несколько способов, как можно обрести мудрость:

1. Чтение и изучение литературы по философии, психологии, истории и другим областям знаний.

2. Общение с мудрыми и опытными людьми, у которых можно поучиться.

3. Прослушивание советов и мудрых слов других людей.

4. Рефлексия и самоанализ своих поступков, ошибок и успехов.

5. Практика медитации и внутреннего саморазвития для понимания себя и мира вокруг.

6. Принятие жизненных вызовов и уроков как возможность для роста и развития.

7. Стремление к пониманию различных точек зрения и к обогащению своего мировоззрения.

8. Постоянное стремление к самосовершенствованию и улучшению себя как личности.

Обретение мудрости – это длительный и непрерывный процесс, который требует усилий и терпения, но наградой за это станет глубокое понимание жизни, себя и окружающего мира. На госслужбе это еще и сделает вас не только конкурентоспособным по сравнению с другими, не только даст возможность решать быстрее и эффективнее рабочие вопросы, но и поможет стать центром неформальных компетенций, к которому будут обращаться многие коллеги за советом и помощью в решении различного рода рабочих и не только ситуаций.

Надо ли говорить, что такие сотрудники на вес золота для своего руководства? Или что такие руководители являются мечтой для сотрудника, за ними готовы идти в огонь и воду? Или что задачи, решаемые на госслужбе, почти всегда выходят за узкопрофессиональные рамки?

Некоторые люди после прочтения этой статьи могут сказать, что как раз скорее относятся (возвратный глагол ярко показывает здесь, что именно относят сами себя) к категории мудрых по жизни, а не умных на своем профессиональном участке. Но это так не работает. Умный и мудрый как ступени развития. При этом без прохождения первой попасть на вторую невозможно. Отсюда еще один мой принцип в работе чиновника: «Быть только умным уже недостаточно. Именно мудрость во всех ее проявлениях будет выделять чиновника из общей когорты госслужащих. Важно только знать, что второго без первого не бывает».

Статья 15. Я последний, кто правит письмо

Я считаю лучшим и самым безупречным человека, который прощает другим так, словно сам ежедневно ошибается, и воздерживается от ошибок так, словно сам никому не прощает.

Плиний Младший

– Я все время пытаюсь жить по твоим советам, – сказал я. – Может быть, у меня не всегда все получается, но я делаю все, что могу. Можно ли назвать это безупречностью?

– Нет. Ты должен делать нечто большее. Ты должен постоянно превосходить самого себя.

Карлос Кастанеда

Подготовку и написание докладов по реализации поручений или формирование нормативных правовых актов я порой сравниваю с ювелирным процессом – такое же большое количество участников и стадий подготовки документа, а у каждого на своей стадии определённая роль.

Приведу пример для непосвященных лиц. Если письмо или доклад ушли за подписью руководителя ведомства, то предшествующий этому процесс выглядит примерно следующим образом.

Непосредственный исполнитель готовит проект письма. Этому может предшествовать нулевая стадия – обсуждение концепции ответа с непосредственным руководителем и возможная проработка документа в рабочем порядке. Для упрощения представим, что такие обсуждения были проведены, или исполнитель примерно понимает, в каком ключе готовить документ. Будучи уверенным, что документ готов, сотрудник направляет его начальнику подразделения / руководству отдела. Порой исполнитель не совсем уверен в качестве своего документа, но что-то добавить или улучшить он уже не способен. В этом случае он надеется на активное участие вышестоящего руководства в доработке документа, на его вклад и «добавленную стоимость», в выходящий продукт – в данном случае в виде ведомственного письма.

Дальше начинается уже редактура и шлифовка документа. При самом идеальном раскладе ваше письмо ни на одном этапе не будет скорректировано и просто получит согласование от всех участников цепочки, но такое практически никогда не случается. Как правило следуют правки на уровне отдела, департамента, соисполнителей из других департаментов, юристов, замминистра и министра, который может внести правки уже на финишной стадии. Правки на каждом этапе – это проблема и признак низкой квалификации? Совершенно не так. Просто ко всему этому нужно относиться спокойно, изучать свои ошибки, анализировать, что было написано не так, и смотреть как улучшается письмо по мере вовлечения в процесс его рассмотрения все большего количества коллег.

Ювелирные изделия тоже не на грядке растут, и никто не добывает сразу кольца или сережки. Сначала идет добыча золотой руды. Далее эту руду отправляют на переработку для выделения самого металла. Следующий этап – аффинаж для отделения разного рода примесей. После этого следует отливка слитков и установка проб. На каждом этапе профессионалы делают свой вклад в производство итогового продукта, а в случае, если золото окажется недостаточно чистым, его могут отправить на повторный аффинаж для улучшения качества (возврат письма для доработки на каком-то из уровней).

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.