# Ведьма против мага. Книга 1. Ведьма, тень и черный кот

Александра Лисина

Что может измениться в жизни ведьмы с появлением обычного черного кота? А если кот не обычный, а совершенно лысый? А если это не совсем кот? Впрочем, говорят, что кот в доме – это к счастью. А за свое счастье, как известно, нужно бороться. И даже если ради этого мне придется познакомиться с живой тенью, освободить некроманта и сразиться с демоном, что ж, так тому и быть. Тогда как кот… а что кот? С него-то вся эта история и началась.

# Александра Лисина. Ведьма, тень и черный кот. Роман

* * *

Любое использование материала данной книги, полностью или частично, без разрешения правообладателя запрещается.


© А. Лисина, 2024

© ООО «Издательство АСТ», 2024

## Пролог

– Госпожа Алания Хартис? Вы арестованы! Немедленно отойдите от котла, встаньте лицом к стене, руки за голову!

При виде ворвавшихся в лабораторию людей в форме городской стражи я совершенно искренне опешила и от неожиданности уронила в весело побулькивающее варево целую упаковку магического катализатора.

Что еще за шутки?! Откуда в моем доме взялись вооруженные люди?! И почему какой-то незнакомый усатый мужик тычет в меня огромной алебардой, да еще и ведет себя как с преступницей?!

Впрочем, отвечать на мои вопросы никто не собирался. Трое представителей закона, нимало не смутившись, мгновенно оккупировали лабораторию, самым грубым образом оттеснили меня от рабочего стола, без особых церемоний оттолкнули к стене, а тот усатый, что напугал прямо с порога, упер свою дурацкую алебарду мне между лопаток и свирепо заорал:

– Где он?! Где вы его прячете?!

– Кого?! – чуть не взвыла я. – Вы что, совсем спятили? Я – законопослушная ведьма! Просроченными зельями не торгую, запрещенку не использую, работаю по лицензии, и вообще вы сорвали мне важный эксперимент!

– Молчать! – совсем уж зло гаркнул этот мужлан. – Отвечайте: куда вы его дели?! Каким именно образом укрываете?!

– Так мне молчать или отвечать? – на мгновение растерялась я.

– Ах вот оно что… Парни, похоже, у нас тут сопротивление при задержании. Алания Хартис, вы арестованы за укрывательство опасной потусторонней сущности и препятствие важному расследованию!

– Что-о?!

От возмущения я резко повернулась, намереваясь высказать служителю закона все, что об этом думаю, но внезапно увидела, что щедро сдобренное магическим катализатором варево вот-вот готовится убежать из опасно задрожавшего котла, и осеклась.

О нет!

Надо срочно выключить спиртовку, пока процесс не зашел слишком далеко! Эксперимент задумывался как совершенно безопасный. Только и того, что я решила испробовать новый артефактный котел.

Моя собственная разработка, между прочим, на которую я возлагала массу надежд. Два года на нее потратила. Кучу денег извела, море времени угрохала. И вот наконец сделала, решила опробовать на самом невинном зелье из своего арсенала, как на тебе! Какой-то недоумок без предупреждения врывается в мой дом с нелепыми обвинениями и норовит угробить результаты моего труда!

Я только раскрыла рот, чтобы обратить внимание стражей на исходящую от котла опасность, но усатый снова грубо меня толкнул, не дав даже слова сказать. Да еще и рявкнул в голос, чтобы я не двигалась, причем так, что я чуть не оглохла.

Вот же идиот!

Катализатор – это вам не шутки, вон сколько зелья мне наварил, а котел, между прочим, не безразмерный! Да, на нем стоит защита, чтобы зелье по сторонам не разлеталось, – правилами безопасности я никогда не пренебрегала. Но напор уже слишком большой, защита явно не справляется. Еще немного, и она попросту лопнет, а все содержимое котла окажется на стенах, на потолке, на полу и, разумеется, на головах присутствующих. Если, конечно, мы не уберемся отсюда раньше.

Увидев, что защита поменяла цвет, приобретя, а заодно и раскрасив бесцветное прежде зелье в ядовито-зеленый оттенок, я побледнела и кинулась срочно отключать спиртовку, пока не случилось беды. Однако мне не дали этого сделать. Оттолкнули в третий раз, да так, что я чуть не упала.

После этого я, разумеется, не угомонилась и, обругав дурака-стража, снова безуспешно попыталась исправить ситуацию. Но наткнулась на смотрящие мне в лицо алебарды и бессильно опустила руки.

Эх, как жаль, что я всего лишь ведьма, а не полноценная магичка, поэтому не могу одним лишь взмахом руки отшвырнуть этих придурков с дороги. Удел таких, как я, – это зелья, артефакты, амулеты и прочие второстепенные вещи. Да, конечно, для одаренной и это немало, но в данной ситуации уже ничем не могло мне помочь.

Не зная, что еще сделать, я вынужденно отступила, одновременно присматривая, где бы укрыться в случае катастрофы. Но тут в коридоре послышались быстрые шаги, и на пороге появилось еще двое мужчин. На этот раз, судя по серо-красным мундирам, представители магического надзора. Один высокий, с короткими черными волосами и бесстрастным лицом, второй пониже ростом и заметно побольше в талии, с раскрасневшейся физиономией и сразу двумя магическими жезлами в руке.

– Что здесь происходит? – отрывисто бросил брюнет, мельком оглядев переполненную лабораторию. – Почему нарушили приказ? Вам было велено оставаться снаружи до прибытия специалистов!

– Прошу прощения, лаэрн[1], – несколько смешался держащий меня дурак. – Амулеты показали, что след неизвестной сущности затерялся рядом с этим домом. Мы его оцепили и все остальное по инструкции сделали. А потом услышали шум и решили войти. Как оказалось, не зря, лаэрн, – когда мы прибыли, ведьма уже вовсю колдовала, поэтому я и принял решение ее задержать!

Я бросила испуганный взгляд на уже вовсю бурлящий котел, из которого то и дело выплескивались ядовито-зеленые брызги, а затем почти умоляюще посмотрела на вошедших.

В магическом надзоре не должны держать дураков, да и основы магического образования там давали даже неодаренным! Ну взгляни же ты на котел! Проверь магический фон! Ну неужели не понятно, что нельзя прерывать магический эксперимент, особенно если не знаешь, с чем имеешь дело?!

– Люсьен? – Брюнет коротко взглянул на коллегу-пухляша.

Тот вытащил из-за пазухи небольшой артефакт, светящийся зеленым огоньком, и, поведя им из стороны в сторону, коротко бросил:

– Чисто. Но в помещении много помех, так что надо будет проверить чуть позже.

– Господин следователь! – не выдержала я и буквально ткнула пальцем в начавший яростно подпрыгивать на столе котел. – Господин следователь, там магический катализатор!

– Какого уровня зелье? – тут же спросил он.

– Первого. Но доза катализатора превышена втрое!

Мужчина на мгновение замер, однако быстро сориентировался и отступил на шаг.

– Все вон!

Хвала небесам! Хоть один умный человек нашелся!

– Спасибо! – с неимоверным облегчением выдохнула я и даже не стала возражать, когда все тот же мужлан из городской стражи грубо дернул меня за рукав. Более того, была просто счастлива, когда он подтолкнул меня вперед, после чего опрометью вылетела из лаборатории, едва не толкнув замешкавшегося пухляша в спину. Выскочила за дверь, уже слыша сзади угрожающее дребезжание. Ловко спряталась за углом, а заодно и за отступившим еще дальше брюнетом. И, уже закрывая ладонями уши, услышала оглушительно громкое: БА-БАХ!

От мощного удара дом содрогнулся до основания. Не выдержавший напряжения котел все-таки взорвался и, похоже, сперва подпрыгнул до потолка, а потом отлетел в сторону и с гулким ударом врезался в стену. Хорошо, что не в ту, за которой поспешили укрыться мы. Одновременно с этим, судя по звуку, в помещении обвалились многочисленные полки, а заодно вдребезги разлетелись стеклянные пробирки и колбы с уже готовыми и еще только готовящимися зельями. Лопнули стекла на магических светильниках. Со звоном вылетело окно. Наверняка пострадали и рама с подоконником, где еще минуту назад стояли мои любимые цветы. Полуоткрытую дверь взрывной волной буквально снесло с петель и разметало в щепы. Из дверного проема в коридор щедро плеснуло зеленой жижей. Затем оттуда повалил густой черный дым. А когда он рассеялся, я с некоторым беспокойством оглядела гостиную и с неимоверным облегчением обнаружила, что, как ни странно, ни представители магического надзора, ни парни из городской стражи серьезно не пострадали.

Ну как не пострадали…

Те, кто все-таки сообразил отпрыгнуть в сторону, отделались легким испугом и липкими пятнами на плащах. Благоразумно отступившие подальше господа в серо-красных мундирах оказались самыми предусмотрительным, поэтому вообще не запачкались. И только усатый болван, который по стечению обстоятельств должен был выскочить из лаборатории последним, не додумался найти укрытие. Поэтому стоял сейчас посреди гостиной, вытаращив глаза, ошеломленно моргал, беззвучно открывал и закрывал рот, а по его лицу медленно стекала густая зеленая масса, вместе с которой с кожи упрямца неумолимо сходил и весь волосяной покров.

Брови, ресницы, роскошные усы…

Да, зелье для магической эпиляции было одним из самым востребованных в моем арсенале. Ну и самым безобидным, конечно.

Однако страж, судя по всему, этого не оценил, поэтому, как только утерся и обнаружил, что с его некогда лохматой макушки начали клочьями отваливаться волосы, взглянул на меня так, что я мигом поняла – банальной объяснительной не отделаюсь. И мне придется еще долго доказывать, что этот идиот пострадал из-за собственной дурости, а не стал жертвой зловредной ведьмы, которая к тому же оказала сопротивление при аресте.

– Осмотреть дом, – первым очнувшись от ступора, скомандовал так и не представившийся брюнет. – Люсьен, вызывай группу зачистки. Всех посторонних с территории убрать, городская стража пусть своими делами занимается. А здесь надо все тщательно проверить. Чердак, подвал, двор… каждую щель, каждую трещину с лупой изучить, а стены просветить артефактами не только здесь, но и во всех ближайших домах. Вдруг демон водит нас за нос?

– Демон? – испуганно вздрогнула я. Так вот откуда весь этот переполох! – Откуда в столице мог взяться демон?!

Мужчина быстро обернулся и одарил меня тяжелым взглядом.

– А вот это, сударыня, вам и придется мне объяснить.

## Глава 1

В управление службы магического надзора меня все-таки увезли. Прямо так, в длинном кожаном фартуке, толстых перчатках по локоть и в черной, похожей на бандитскую косынке, под которой я накануне эксперимента предусмотрительно спрятала длинные волосы.

Правда, хвала небесам, проторчала я там всего лишь до вечера, хотя могла бы застрять в этих мрачных застенках на целую неделю, так сказать, до выяснения обстоятельств.

Помогло, вероятно, то, что сопровождал меня в управление и допрашивал тот самый брюнет, который своевременно сообразил про катализатор. Все досконально выяснил, трижды проверил и перепроверил, но при этом в отличие от мужланов из городской стражи вел себя вполне профессионально. В смысле, был холоден, бесстрастен, но при этом объективен и не груб, так что хоть мне и было неуютно в этом месте, но все же я не испытывала страха, тем более что ничего плохого не совершила.

О себе я тоже ему рассказала все как есть. О том, что мне двадцать семь лет. Что родилась я в соседнем Ромейне[2], там же окончила факультет ведьмовства в высшей магической школе, а в Лаэнтир, столицу Лаэрии, прибыла всего пять лет назад, после чего прошла в столичной академии курсы повышения квалификации и получила лицензию по специальности «магическая косметология».

Более того, сейчас я – достаточно известная в городе ведьма с хорошей репутацией, держу магическую лавку на Столетней улице, мои крема и настои пользуются хорошим спросом, и вообще до сегодняшнего утра у меня все было замечательно.

– С вами кто-нибудь проживает? – отстраненно поинтересовался следователь, когда меня привели в допросную и даже позволили снять рабочее обмундирование. Волосы под косынкой, само собой, помялись и теперь торчали в стороны неопрятной черной паклей. На лице наверняка остались пятна сажи. Да и одежда выглядела не лучшим образом, поскольку официальных визитов куда бы то ни было я сегодня не планировала.

– Нет, лаэрн, – чуть не фыркнула я на вопрос мужчины. – Я не замужем. И квартирантов у меня тоже нет.

– Быть может, домашние животные? Фамильяры? Магически привязанные создания?

– Нет, – повторила я, пытаясь пригладить спутанные волосы. Так-то они у меня послушные, прямые, почти до середины спины, но вот головных уборов категорически не любили, поэтому какое-то время мне, похоже, придется побыть растрепанной вороной. Впрочем, господина следователя это, полагаю, не смущало. – Домашними животными мне заниматься некогда, магические привязки – удел магов, а не ведьмы, тогда как создание фамильяра – слишком дорогое удовольствие, которое я пока не могу себе позволить.

– Почему вы обустроили магическую лабораторию у себя дома? – все так же бесстрастно осведомился он, изучая меня непроницаемо черными глазами. – Вы ведь знаете, что это небезопасно.

– Потому что аренда даже очень небольшого помещения в Лаэнтире требует немалых затрат, а я пока все вырученные от продажи средства вынуждена вкладывать в развитие. Хочу вот линейку уходовых средств расширить, упростить и ускорить производство уже имеющихся товаров… но это тоже деньги. И время. Поэтому пока на дополнительное помещение у меня нет лишних средств, да и дом я специально приобрела на окраине, чтобы в случае чего никто не пострадал. Но у меня все по стандарту, – поспешила добавить я, когда мужчина недобро прищурился. – Специалисты из гильдии магов проводят проверку раз в полгода, так что все нужные сертификаты у меня имеются.

Он спокойно кивнул.

– Я уже подал запрос в гильдию. Информации в наших архивах по вам недостаточно. Почему в вашем деле указано, что вы также являетесь специалистом по рунной магии?

Я пожала плечами.

– Обычная магия мне, как ведьме, недоступна, однако руны, на мой взгляд, сильно недооценены. Мне всегда было интересно посмотреть, как они сочетаются с возможностями ведьм, поэтому я трачу довольно много времени на их изучение.

– По нашей информации, вы довольно близко знакомы с мастером Олдином Дэврэ, – снова внимательно посмотрел на меня следователь. – Это верно?

– Он преподает в столичной академии, – не стала отрицать я. – А я там появляюсь почти каждую неделю.

– Но мастер Дэврэ – некромант.

– Да, но он также является и специалистом по древним рунам. Единственным, кстати, на всю столицу. Ни у кого в Лаэнтире нет такого обширного багажа знаний по этому вопросу. Поэтому некоторое время назад я обратилась к нему с несколько необычной просьбой. Он, на мое счастье, заинтересовался, поэтому последние два года мы очень плотно работали над одним необычным проектом.

– Что за проект?

Я тяжело вздохнула.

– Тот самый, который вы и господа из городской стражи сегодня утром благополучно уничтожили.

– Поясните, – сухо потребовал мужчина, и я с новым вздохом принялась говорить.

– Как я уже сказала, лаэрн, я считаю, что руны серьезно недооценены. Их незаслуженно называют устаревшим знанием, тогда как полноценные маги и вовсе относятся к ним с презрением. А между тем руны способны усиливать магические знаки, многие заклинания, а иногда даже существенно влиять на их работу. И если знать, как их сочетать… В общем, некоторое время назад я столкнулась с проблемой нехватки рабочего времени при одновременном росте спроса на производимые мной товары. Нанимать вторую ведьму было неудобно – наши услуги стоят недешево, тем более что она была нужна мне на постоянной основе. Наем алхимика я тем более не потяну. Вопрос о сохранности рецептуры моих кремов и зелий тоже стоял достаточно остро, поэтому я подумала, что не хочу подпускать к этой информации посторонних и смогу решить свои трудности с помощью артефакта. Вы помните мой котел?

Следователь молча кивнул.

– Если вкратце, – продолжила я, – то идея заключалась в том, чтобы с помощью артефакта научиться воспроизводить практически любые зелья (разумеется, те, что не запрещены законом) быстро и в неограниченных количествах.

На лице мужчины проступило вполне объяснимое недоверие.

– Понимаю, – усмехнулась я. – Звучит сомнительно. Да и если бы это было так просто, то у нас бы в каждой лавке стояло подобное магическое устройство. К сожалению, считается, что следы магических смесей, особенно тех, что готовятся с помощью катализатора, нельзя полностью удалить из обычной посуды. Тогда как магически обработанная посуда под воздействием дополнительных заклинаний быстро утрачивает свои магоотталкивающие свойства. Это известный всем парадокс. Но я придумала способ его преодолеть. И мастер Дэврэ после обстоятельного разговора тоже подтвердил, что в этой идее есть рациональное зерно. Мы два года подбирали последовательность рун, которые сняли бы ограничение с магической тары и при этом сохранили бы ее изначальные свойства. Разрабатывали свою собственную методику применения магического катализатора. Создавали особую систему расчета доз. Потом все это пробовали применять на практике, изучали… В общем, провели огромную работу, которая, как ни странно, увенчалась успехом.

– Мастер Дэврэ в последние годы не подавал заявлений на новые патенты, – с некоторым недоверием покосился на меня следователь.

– Это была моя идея, – с достоинством ответила я. – Поэтому заявление на патент было подано именно мной, а мастер Дэврэ указан в заявлении как сопричастное лицо. Более того, хоть он и подписал договор о неразглашении, однако на доход с артефакта совершенно не претендует.

– Почему он так легко отказался от денег? Если ваша идея жизнеспособна, то спрос на подобные артефакты будет огромным. Это – золотая жила, а ваш учитель не захотел на ней заработать?

– Просто он уже стар, – пожала плечами я. – Патентов и доходов с них у него и без того достаточно. Я, конечно, предлагала ему войти в долю, но он сказал, что изначально не ожидал особого результата, а работал лишь потому, что это казалось ему чрезвычайно интересным. Тем более что все затраты по заключенному между нами договору на исследование несла именно я. В том числе и на создание итоговой версии артефакта.

Мужчина задумчиво откинулся на спинку стула.

– И вы полагаете, что у вас получилось?

– Я как раз сегодня хотела в этом доподлинно убедиться. Но в самый ответственный момент в мой дом без предупреждения ворвались представители городской стражи, грубо нарушили ход эксперимента, слишком долго не позволяли мне остановить процесс, а в итоге…

Я поджала губы.

– В итоге я осталась и без зелья, и без артефакта. И даже без лаборатории. А теперь сижу здесь, даю показания и все еще понятия не имею, в чем же я виновата и чем это мне будет грозить.

Следователь помолчал, после чего просто встал и вышел, оставив меня в допросной в одиночестве. Минут тридцать или сорок его не было, так что я уже начала всерьез волноваться за свою дальнейшую судьбу. Однако потом он все же вернулся и, заняв прежнее место, спокойно сообщил:

– Пока вам ничего особенного не грозит. Претензии от городской стражи несостоятельны – солдаты не имели оснований нарушать приказ и входить в дом в отсутствие наших специалистов, поэтому за последствия их неразумных действий ни вы, ни мы ответственности не несем. К тому же ваши показания оказались правдивы и полностью соответствуют той информации, которую мы о вас имеем. А наши эксперты не обнаружили в вашем доме следов присутствия потусторонней сущности. Признаков магии призыва, магии сдерживания или иных проявлений, свойственных искусству демонолога, нами также не выявлено. Сведения из столичной академии подтверждают ваши слова о регулярной учебе на факультете дополнительного образования сразу по трем специальностям, а все ваши преподаватели характеризуют вас с наилучшей стороны.

– Это означает, что вы больше ни в чем меня не обвиняете? – настороженно уточнила я.

Мужчина чуть сузил глаза.

– В настоящее время у меня нет оснований предъявлять вам обвинение в вызове или укрывательстве потусторонней сущности, которая с высокой долей вероятности может иметь демоническую природу. Однако ваша тесная связь с мастером Дэврэ требует более тщательной проверки, поэтому на сегодня наше с вами общение закончено, но я настоятельно не рекомендую вам покидать столицу до окончания расследования.

Я растерянно на него посмотрела.

– Простите, лаэрн… неужели вы хотите сказать, что мой учитель имеет к этому какое-то отношение? Полагаете, что вызов демона – его рук дело?!

– Вас это не касается, миледи. Могу только сообщить, что этим утром мастер Дэврэ был арестован по подозрению в госизмене. А теперь я должен идти. Хорошего вам дня.

Следователь снова встал и вышел, на этот раз насовсем, тогда как вместо него в допросную вошли сразу два писаря и следователи попроще, которым мне пришлось повторно изложить все то, что я уже сегодня рассказывала, и еще немного сверху. А потом прочитать все, что они написали в протоколе, досконально все проверить. И напоследок подписать целый ворох бумаг, включая подписку о невыезде.

В итоге из управления я вышла уже в сумерках, подавленная, растерянная и совершенно не понимающая, что происходит. Какая-то призванная сущность, которую магнадзор почему-то искал именно у меня в доме… пожилой некромант, который якобы эту сущность вызвал или, по мнению следователей, мог иметь к этому отношение…

Бред какой-то!

Как такое вообще могло случиться?!

Мастер Дэврэ, хоть и некромант, всю жизнь посвятил научной работе! Обучал студентов, проводил научные конференции, ездил по обмену опытом в соседние страны. Он являлся без преувеличения светилом нашей магической науки! И пусть его диссертация и впрямь была посвящена смежным специальностям, пусть один из ее подразделов действительно касался темы, как обнаружить и обезвредить высшего демона, пускай некоторые из его ранних исследований и впрямь казались сомнительными, однако в жизни старик был милейшим человеком! Обаятельным, вежливым, добрым, открытым, улыбчивым…

Я даже представить не могу, чтобы он мог быть замешан в чем-то незаконном! Тем более в вызове демона!

Да и зачем ему так рисковать?

Он был богат, известен, у него имелась своя кафедра в академии, а также хорошая семья, огромное количество учеников и последователей, всеобщее уважение и прекрасная репутация, которую ни один маг не стал бы губить на старости лет!

Нет, я решительно в это не верю! Наверняка это какая-то ошибка!

Но у меня, к сожалению, не было знакомых в магическом надзоре, да и на работу следователей я повлиять не могла. Оставалось надеяться, что со временем все благополучно разрешится, а господа маги найдут настоящего преступника и обелят имя честного человека, который так много для меня сделал.

* * *

Когда я вернулась к себе на Пустынную улицу, то с неприятным удивлением обнаружила, что нашествие господ из городской стражи и службы магического надзора даром для моего имущества не прошло.

Так, калитка на входе оказалась сломана. Лужайка перед домом жестоко истоптана. Входная дверь распахнута настежь, дверной замок выломан, а в гостиной все перевернуто вверх дном. Ковер в прихожей был смят и больше походил на грязную тряпку, о которую вытер ноги весь королевский полк. Зеркало возле двери разбито. Дорогое моему сердцу трюмо, доставшееся в подарок от бабушки, просело на один бок и обзавелось довольно грубым сколом в углу. На недавно покрашенном полу виднелись глубокие царапины, словно бравые парни из группы зачистки неумело двигали мебель или же таскали по дому тяжелое оборудование, не особенно беспокоясь, обо что оно ударится, что и где именно повредит и как к этому обстоятельству отнесется вернувшаяся хозяйка.

Увидев в разбитом зеркале собственное отражение, я поневоле сравнила себя с разгромленным жилищем. Встрепанная, бледная, осунувшаяся, с уставшим взглядом… По мне тоже будто прошлись тяжелыми сапогами, до того я казалась вымотанной.

Увидев, во что превратилась лестница на второй этаж, в спальню я даже подниматься не стала, чтобы раньше времени не расстраиваться.

На кухне тоже царил полный бардак, все мои кастрюли и сковородки были выдернуты со своих мест и валялись чуть ли не на полу. Шкафы были распахнуты, вещи и продукты вынуты, при этом часть круп оказалась рассыпана по полу и даже по столу, отчего создавалось впечатление, что здесь не честные следователи поработали, а порезвилась компания невоспитанных и очень злобных юнцов.

Когда же я увидела, во что превратилась моя лаборатория, то не сдержалась и все-таки выругалась, помянув недобрым словом и городскую стражу, и группу зачистки, и того самого въедливого брюнета, который так и не пожелал назвать свое имя.

К тому, что у меня больше нет окна и двери, я, разумеется, была готова заранее. Многочисленные полки со стоящими на них колбами, пробирками и заготовками тоже успела оплакать еще по пути в управление. Загаженный пол, щедро обляпанный зелеными кляксами потолок, пропавшие (скорее всего, конфискованные) артефакты… все это тоже было хоть и неприятным, но вполне ожидаемым.

А вот того, что одной из стен у меня теперь попросту нет, я, если честно, не ожидала, поэтому когда увидела груду обвалившихся кирпичей и маячащую в образовавшемся проеме часть соседнего участка, у меня, признаться, опустились руки.

Это была абсолютнейшая, полнейшая и просто жесточайшая катастрофа, которой, как мне кажется, я не заслужила. С этой лабораторией были связаны все мои помыслы, мое будущее, в ней сосредоточилось все, о чем я мечтала и к чему стремилась.

Да, пробирки и колбы заново закупить несложно. Да и разломившийся пополам стол нетрудно заменить. Даже дыру в потолке, куда сразу после взрыва угодил взлетевший со стола большой медный котел, тоже можно заделать. Однако сам котел оказался потерян – взрывом его практически разорвало, так что нечего было и думать, чтобы восстановить поврежденные руны или вернуть магической основе ее первоначальный вид.

Два года непрерывной работы…

Два года титанических усилий, моих и моего несчастного учителя…

Ну за что мне это, а? Почему это случилось именно со мной? И почему именно тогда, когда мы были близки к успеху?!

Будучи в расстроенных чувствах, но при этом все еще на что-то надеясь, я вышла на улицу и обошла дом кругом, чтобы более точно оценить масштаб разрушений. Однако то, что я увидела, вызвало у меня лишь чувство полнейшего бессилия и опустошенность, от которой слезы сами навернулись на глаза.

Стена оказалась уничтожена практически полностью. Как выяснилось, взрывом повредило не только фасад и несущие конструкции, но и зацепило крышу. Своими силами мне ее точно не восстановить, ни один строительный артефакт здесь уже не поможет. Нет, я, конечно, приглашу мага из гильдии, чтобы он оценил объем работ, но даже мне, неспециалисту, было понятно, что стену и часть крыши придется полностью разбирать, а потом отстраивать заново, если я не хочу однажды остаться без дома.

Если бы дело касалось обычной комнаты, то сейчас, в середине лета, дыра в стене не была бы такой серьезной проблемой. Однако к домашним лабораториям предъявлялись повышенные требования безопасности, и при таких разрушениях никто не позволит мне работать в ставшем ненадежным помещении.

Если же я не смогу работать, то у меня не будет товара на продажу. Не будет товара – нечем станет платить за аренду.

В то же время денег на ремонт у меня тоже не осталось – почти все свои сбережения я потратила на многочисленные исследования, закупку материалов, приобретение зелий, большая часть которых пришла в полную негодность, а еще немалая часть средств утекла в карманы магов-артефакторов, которые создавали для меня медную заготовку для котла.

Руны на него я наносила лично, под бдительным присмотром мастера Дэврэ. Я столько всего вложила в этот проект и так на него рассчитывала…

А теперь все это полетело в бездну. Все пошло коту под хвост. И если учесть, сколько я потратила в надежде, что оно себя оправдает, то сейчас можно смело сказать, что отныне я разорена, а мою лавку, скорее всего, придется закрыть.

Да, можно еще было пойти в городской совет и написать пространную жалобу на действия сотрудников городской стражи. Дней через двадцать ее, если повезет, рассмотрят. Потом пришлют оценщика для определения величины нанесенного ущерба. Занизят значение, как водится, в несколько раз. Потом еще с полгодика помурыжат мое заявление в чиновничьих кабинетах. Попутно попытаются доказать, что это я спровоцировала стражников на нападение, поэтому компенсация мне не положена. А в итоге если мне и выплатят какие-то деньги, то где-нибудь через год, да и то смешные. Но к тому времени мне уже будет все равно, дадут мне их или нет.

И вот когда я об этом подумала, мне стало так грустно, что хоть вой. Неожиданно показалось – все, моя жизнь закончилась и ничего хорошего от нее ждать уже не стоит. Более того, в тот самый момент, когда по моей щеке покатилась горькая слезинка, в соседнем доме распахнулось окно и под громкий лай собак оттуда зло проорали:

– Ведьма! Опять своей поганой магией весь воздух испортила! У меня из-за тебя окна в сарае вылетели! И собаки перепугались! Я на тебя жалобу в магнадзор подам! Я тебя засужу!

Следом снова залаяла свора мелких псов, которых я, признаться, терпеть не могла. Нет, в принципе к животным я нормально относилась. Однако господин Моррис являл собой редкий образчик отвратительного соседа и собак держал таких же – мелких, злобных, агрессивных, которые не только гуляли, гавкали и дрались друг с другом по ночам, но еще и вечно сбегали с хозяйского участка и постоянно гадили на моей лужайке.

При этом дрессировке псы абсолютно не поддавались. На них в городскую стражу неоднократно жаловались, пытались обращаться в разные инстанции, однако господин Моррис, несмотря на склочный характер, прекрасно знал законы и каждый раз умудрялся благополучно отписаться. Ночные выгулы он объяснял тем, что, по его мнению, именно ночью его собаки никому не мешают. Тот факт, что они гуляли сами по себе, был связан с тем, что хозяин уже длительное время был болен и не мог покидать дом, чтобы вывести своих питомцев на улицу. То, что они частенько подрывали заборы, увидеть, а значит, и проконтролировать он в силу болезни не мог. О возможном беспокойстве, причиненном соседям, на бумаге многословно сожалел. Более того, каждый раз добросовестно вызывал рабочих, чтобы те ликвидировали дыру в заборе, и тем самым себя оправдывал.

На деле же это был самый омерзительный старик, которого я только знала. Заняться ему было нечем, поэтому он сутками сидел у окна и не гнушался обливать грязью не понравившихся ему прохожих. К тому же ведьм он на дух не переносил, поэтому мне от него доставалось чаще всего. Тогда как его псы, словно надрессированные, в основном безобразничали именно на моей лужайке, грызли именно мои кусты и ломали мою калитку. По крайней мере, так было до тех пор, пока я не установила защитные артефакты и не начала оставлять в земле «вонючие» бомбочки, от которых невоспитанные звери потом по полдня чихали, кашляли и плакали горючими слезами.

После этого старик перестал их специально на меня натравливать, однако орать стал больше обычного. Причем и по поводу, и особенно без. Ну а поскольку этим утром взрывом потревожило не только меня, но и всех соседей в округе, то он при первой же возможности поспешил высказать свое возмущение и, как обычно, быстро скатился к угрозам.

Сердито утерев слезы, я уже собралась было уйти в дом, чтобы поменьше слышать чужие вопли, но тут из-под груды кирпичей донесся слабый стон. И как мне показалось, там кто-то слабо пошевелился.

Пользуясь тем, что окно в спальне господина Морриса выходило на главную улицу, а не на мой двор, я присела на корточки и быстро разгребла тяжелые кирпичи. И каково же было мое удивление, когда среди уляпанных зеленой жижей обломков я вдруг увидела израненного, отощавшего, едва дышащего и абсолютно лысого кота, вокруг которого в изобилии лежала густая черная шерсть.

Ох ты ж… да неужели во время взрыва еще кого-то зацепило?! Причем не только обломками, но и моим собственным зельем?!

Бедное животное. Наверное, это один из питомцев госпожи Левии, почтенной дамы из дома напротив, которая питала нежную любовь к кошкам, особенно к бездомным, и по этой причине тоже не ладила с мерзким господином Моррисом.

Наскоро осмотрев кота, я решила, что медлить нельзя, потому что бедняга и впрямь едва дышал. А госпожа Левия, с которой мы, можно сказать, дружили, наверняка не обрадуется, если я принесу ей полуживого питомца, даже не попытавшись ему помочь.

К тому же кот и впрямь выглядел хуже некуда. Похоже, обломками ему повредило задние лапы. Возможно, помяло ребра. А в довершение всего наверняка крепко приложило по голове, поэтому-то он и не отреагировал, когда я подняла его на руки и со всей доступной скоростью отнесла в дом.

Целительство, правда, несколько не мой конек, однако, как и любая приличная ведьма, соответствующие зелья я всегда держала в доме, и далеко не только в лаборатории. Примчавшись на кухню, я уложила кота прямо на стол, наскоро обтерла чистыми тряпицами, отыскала на полках чудом уцелевшую склянку с нужным зельем, мысленно благодаря небеса за то, что следователи на забрали ее с собой в качестве улики. Затем напоила кота через пипетку. Забинтовала перебитые лапы. Укутала полотенцем, поскольку, оказавшись дома, облысевший зверь начал явственно дрожать. Несколько часов отслеживала его самочувствие. Испереживалась вся. Изнервничалась, на какое-то время даже о собственных проблемах позабыв. И только ближе к полуночи, когда стало ясно, что бедняга все-таки выживет, смогла перевести дух.

Уф. Не хотелось бы сообщать госпоже Левии, что один из ее драгоценных котиков умер по моей вине. Все-таки леди пожилая, от огорчения у нее и сердце может прихватить.

Убедившись, что кот действительно в порядке, я наконец-то решилась прилечь. Правда, не в спальне, а в гостиной, потому что наверху царил полнейший беспорядок и у меня не было сил, чтобы заниматься сегодня еще и этим.

Так что я постелила себе на диване. Перенесла кота поближе, чтобы в случае чего успеть среагировать. Затем вернулась в лабораторию, отыскала в закромах парочку охранных артефактов и тут же повесила их в полуразрушенном проеме, чтобы никто случайно не сунулся и ненароком не пострадал. После чего наскоро ополоснулась, надела пижаму, заплела волосы в косу и, забравшись под одеяло, со вздохом сомкнула веки, искренне радуясь, что этот трудный день все-таки закончился, и страстно надеясь, что завтра будет хоть немного, но лучше, чем сейчас.

## Глава 2

Утром я проснулась от истошного вопля, раздавшегося у самого моего уха. Причем звук был таким, что я от неожиданности аж подпрыгнула и, не разобравшись, что к чему, кубарем скатилась с дивана.

Орал, как оказалось, кот, который пришел в себя чуть раньше и попытался сползти с большой подушки, на которую я его уложила. Однако, похоже, запутался в полотенце, кувыркнулся через голову и, судя по той позе, в которой я его обнаружила, со всего размаху треснулся мордой об пол.

Хорошо еще, я туда коврик заранее постелила. Но и так коту досталось по полной, особенно если учесть, что перебитые лапы он по незнанию потревожил, и теперь они наверняка жутко болели, потому что обезболивающего я дома вчера не нашла, а бежать за ним среди ночи было нецелесообразно.

– Мя-а… мя… мя-мя-мя-мя-а-а! – с чувством выдал… как выматерился… мой необычный гость, когда попытался встать, но вместо этого снова хряпнулся мордой об пол. – Мяй мяй-юу мять!

И вдруг от души жахнул когтистой пятерней по ковру.

Раздался громкий треск, во вполне еще справном ковре образовалась внушительная прореха, словно у кота были не обычные когти, а как минимум стальные. Тогда как я при виде такого странного зрелища громко крякнула и непроизвольно замерла, когда заметивший меня кот вдруг повернул лысую ушастую голову.

Ух, ну это был и взгляд!

Пронзительный, твердый, настороженно-изучающий, да еще на абсолютно лысой морде, увенчанной большими и такими же лысыми ушами.

Надо сказать, вот так, без единой шерстинки на теле, за исключением длинных усов, кошак и без того выглядел жутко. Тощий, с длинным крысиным хвостом, собранной в многочисленные складки кожей, да еще и с этим жутковатым неподвижным взглядом… бр-р-р!

Честное слово, меня чуть не приморозило! А как только раскосые желтые глазищи резко сузились и я увидела пылающее там какое-то неистовое, воистину нечеловеческое бешенство, то неожиданно поняла – лысый зверь опасен. Более того, если я сейчас же что-нибудь не предприму, то он и на меня кинется, невзирая на сломанные лапы.

И верно.

Не успела я об этом подумать, как раненый кошак решительно дернулся, зашипел и довольно быстро пополз в мою сторону, перебирая передними лапами и волоча задние, как какую-то обузу. Для него это было жутко неудобно. Ужасно больно. Однако странный кот не сдавался и упорно полз вперед. Причем злой, как настоящий демон, свирепо раздувающий ноздри и при этом яростно ругающийся на своем кошачьем языке.

Когда его лапа снова полоснула когтями ковер аккурат у меня перед носом, оставив в нем еще одну длинную прореху, я вскрикнула и, подскочив на ноги, как ошпаренная кинулась прочь. Кот, продолжая истошно орать и оставляя царапины на деревянном полу, упорно полз следом. Причем не только по комнате – этот бешеный монстр даже на кухню за мной притащился! Более того, угрожал! Пытался загнать меня в угол! И лишь когда я схватила первое, что попалось под руку, – здоровенный кухонный нож, он остановился и уставился на меня неподвижным, откровенно недобрым взглядом, от которого у меня, ведуньи с немалым стажем, мурашки по спине побежали.

– Что тебе надо?! – сглотнула я, когда острые когти снова царапнули пол. – Кто ты? Что я тебе сделала?!

– Мя-а-а… – на одной низкой ноте протянул кот и, оскалив маленькие клычки, прижал уши к голове.

– Я не виновата, что на тебя та стена упала. Нашла тебя уже ближе к ночи. Пожалела, дура… домой принесла, лечить еще собиралась, а ты вон какой… недоразумение лысое. Да еще и неблагодарное к тому же!

– Ш-ш-ш! – угрожающе шикнул кот, которому явно не понравилось, как я к нему обратилась.

Я в ответ буквально запрыгнула на рядом стоящий стол, благо он большой, широкий, а я худая, легкая, и он подо мной точно не развалится. А затем взмахнула ножом и на всякий случай предупредила:

– Я буду защищаться! Зелий, правда, у меня больше нет, артефакты тоже забрали, но кастрюль и сковородок пока достаточно! А пуляюсь я метко! Какая-нибудь из них точно тюкнет тебя по башке, и тогда шиш тебе, а не лечение! Отнесу мадам Левии, и пусть она сама с тобой разбирается!

– Ур-р-р? – неожиданно наклонил голову кот, так и буравя меня злыми глазами.

Словно хотел спросить: кто такая мадам Левия?

Я же для пущей уверенности подхватила во вторую руку большую сковородку и демонстративно ею замахнулась.

– Это мой дом! И безобразничать в нем я никому не позволю! Понял?!

Кот посидел, подумал, пробежался по сковородке, а заодно и по мне откровенно оценивающим взором. После чего выразительно сморщил нос (вот ведь паразит!), фыркнул… как усмехнулся… а потом неожиданно развернулся и проворно пополз прочь, словно и впрямь что-то понял и не захотел связываться с сумасшедшей ведьмой.

Я с облегчением перевела дух, но какое-то время решила еще посидеть на столе. А то мало ли, вдруг он меня заманивает? Но вскоре услышала странный шум в коридоре, затем до меня донесся скрип открывающейся двери, после чего я все-таки осторожно сползла со стола, на цыпочках подкралась к двери, готовая в любой момент одним прыжком вернуться обратно. А затем опасливо выглянула в коридор и с удивлением обнаружила, что странный кошак уже преодолел всю немаленькую гостиную, заполз в прихожую, без труда открыл оставшуюся без замка входную дверь, благополучно выбрался на улицу и теперь торопливо полз в сторону калитки, словно у него внезапно образовались срочные дела.

Нет, вы это видели?!

От открывшегося зрелища я настолько опешила, что далеко не сразу сообразила, что калитка тоже открыта и ненормальный зверь вот-вот сбежит. Более того, сил на это он не жалел. Приноровившись к новому способу передвижения, кошак полз так, словно и впрямь куда-то спешил, даже не замечая, что попутно собирает грязь на свежие бинты, пачкает голое пузо и еще больше травмирует и без того больные лапы.

Одним словом, он уходил! Причем быстро, решительно. Как человек, который только что принял важное решение и был готов во что бы то ни стало его исполнить!

С одной стороны, это замечательно – от опасного гостя я ничего хорошего не ждала. А вот с другой… не знаю. Странно все это. И кот странный, и поведение его…

Какая-то смутная догадка мелькнула в моей встрепанной со сна голове, но не успела она оформиться во что-то конкретное, как с соседней лужайки раздался оглушительный лай, а следом в повисшую на одной петле калитку одна за другой влетели сразу четыре некрупные шавки, которые моментально углядели беспомощного кота и, залившись торжествующим лаем, целеустремленно рванули в его сторону.

Я, хоть и была растеряна, напугана и слегка ошарашена случившимся, громко ахнула.

Тьма! Задерут же мелкого!

На мгновение заколебалась, дернулась, не зная, что лучше предпринять, если кот был опасен, возможно, даже бешеный, а его обидчики вполне могли поранить еще и меня. Однако сам кот при этом не отступил. Напротив, набычился, яростно зашипел и, как только собаки оказались на расстоянии удара, стремительно атаковал их первым.

А, да что там думать…

Отбросив бесполезные колебания, я отшвырнула нож со сковородкой и кинулась на улицу, больше не сомневаясь, что поступаю правильно. Кот, может быть, и странный. Даже, наверное, безумный. Однако он был один и серьезно ранен. Тогда как собак сразу четверо, причем их я не любила гораздо сильнее и дольше, чем незнакомого кошака, которого они готовились разорвать прямо у меня на глазах.

Он, правда, молодец. Не отступил, не сдался. И, судя по раздавшемуся вою, достойно ответил набросившимся на него псам. Я, конечно, уже не присматривалась, кто там и кому в образовавшемся шерстяном клубке врезал, а просто подхватила на бегу притулившуюся возле двери метлу и, подбежав, от души отходила подвернувшихся псов по бокам.

Может, я и худая, но врезать могу что надо. И зря они на меня свои зубы скалили. Я, когда злая, в сердцах ведь могу и зашибить. Мы, ведьмы, все такие. И горе тому, кто надумает нас обидеть.

– Пошли вон! – гаркнула я, воинственно размахивая метлой. – Вон, кому сказала, шавки облезлые!

– Мяу-у-ур! – воинственно рявкнул кот, с которого я удачно сбила какую-то псину.

Вторая тоже отвалилась, стоило мне как следует вытянуть ее по спине. Третья получила от кота когтем в глаз и с воем кинулась бежать. Ну а четвертая, обнаружив, что у жертвы объявилась внушительная подмога, недовольно тявкнула, а как только я шагнула в ее сторону, гадкая тварь поджала хвост и рванула следом за остальными, провожаемая моим гневным сопением и пристальным взглядом пытающегося отдышаться кота.

– Наглые твари, – пробормотала я, опуская метлу и отбрасывая мешающуюся косу за спину. – Терпеть их не могу! Точно жалобу в городской совет напишу, и пусть господин Моррис или из дому их не выпускает, или сажает на цепь!

Кот гордо выпрямился.

Искалеченный, исцарапанный, покрытый кровью и клочьями собачьей шерсти, он шумно выдохнул и неловко переступил передними лапами, на которых тоже виднелись следы от чужих зубов. Какое-то время он еще следил за тем, как потерпевшие поражение шавки с позором улепетывают прочь. После чего неожиданно обернулся. Внимательно на меня посмотрел. А как только я вспомнила, с кем имею дело, и опасливо отступила, на всякий случай перехватывая поудобнее метлу, он вдруг с тихим вздохом закрыл глаза и медленно завалился на бок. Просто потому, что ни на что иное сил у него уже не осталось.

Я замерла, сжав метлу до побелевших костяшек, однако кот больше не пошевелился. Судя по всему, и правда потерял сознание.

Тогда как я несколько мгновений постояла рядом, помялась, прекрасно помня, чем закончилось наше первое знакомство. Беспомощно оглядела совершенно пустую улицу. Но потом тяжело вздохнула, наклонилась, осторожно взяв израненного кота на руки, и направилась обратно в дом. Во второй раз спасать это лысое чудовище, потому что ничего иного просто не оставалось.

* * *

Надо сказать, маленький пациент доставил мне немало хлопот. Поскольку зелья в моем доме закончились, мне пришлось бежать в ближайшую лавку (хорошо, что уже утро и они открылись), тратить деньги на дорогостоящие лекарства. Потом возиться с чужими ранами, переломанными лапами, покусанными ушами и чуть не отгрызенным хвостом… но оно того стоило. Наверное. Потому что ближе к полуночи строптивый кот сумел открыть глаза. А спустя всего несколько минут и на ноги попытался подняться.

Правда, к этому моменту я была готова и учла свои прежние ошибки, поэтому очнулся кот не на полу и не в моей постели, а в большой высокой коробке, откуда при всем желании не смог бы выбраться.

Когда он завозился внутри и раздраженно зашипел, я подошла и осторожно заглянула внутрь.

– Пришел в себя? Есть будешь?

Кот запрокинул голову и уставился на меня уже знакомым неподвижным взором.

– Я молока тебе принесла, – на всякий случай сказала я. – И немного свежего мяса. Тебе нужны силы на восстановление. При хорошем раскладе раны заживут уже завтра, а вот кости придется сращивать не меньше недели.

– Ш-ш-ш! – сердито шикнул кот, выразительно царапнув когтями стенку коробки.

– Прости. Ты слишком агрессивный. И я еще не до конца уверена, что ты меня не укусишь. Поэтому пока тебе придется посидеть здесь.

Кот озадаченно умолк, а я присела на стоящий рядом диван и изучающе его оглядела.

Само собой, за этот день у меня было достаточно времени, чтобы хорошенько подумать, поэтому зелий в лавке я прикупила не только лечебных, но еще и диагностических. Однако кот, несмотря на травмы и серьезное истощение, оказался более или менее здоров. Не болел ни одной из известных мне заразных болезней. Демоническая сущность (уж это я проверила в первую очередь) в нем тоже не сидела. И только в отношении безумия у меня пока не было уверенности, потому что, во-первых, я все-таки не целитель, а во-вторых, диагностировать его на ранних стадиях маги пока не умели. На позднюю же кот совершенно не тянул, поэтому, признаться, я до сих пор пребывала в некоторой растерянности.

– Ш-ш-ш? – тихо прошипел кот, причем с явной вопросительной интонацией.

– Хочешь знать, сколько я собираюсь тебя здесь держать? – догадалась я. – Не знаю. Но думаю, скоро мы это выясним.

– Мяу-ур! – снова протянул он.

И в этот момент в дверь деликатно постучали.

– Алания, дорогая! – поприветствовала меня стоящая на пороге женщина лет шестидесяти с небольшим. Невысокая, пухленькая, седовласая, вечно растрепанная и закутанная в какие-то старые тряпки… При виде меня мадам Левия широко улыбнулась и с интересом глянула мне за спину. – Я смотрю, ты наконец-то решила затеять ремонт?

Я покосилась на разгромленный дом.

– Ахм… ну да, что-то вроде того. Проходите. Ваш подопечный ждет вас во-он там.

Пока я закрывала дверь, госпожа кошатница, не забыв вытереть ноги, быстро прошла в гостиную, и почти сразу оттуда послышался ее удивленный голос:

– Вот это да! Алания, кого ты себе завела?! Откуда он у тебя взялся? И что случилось с бедным животным?! На нем же живого места нет!

– Это собаки, – призналась я, проходя следом. – У старика Морриса, похоже, псы в очередной раз забор подкопали. А до этого он поранился о камни, да еще зелье по ошибке на него вылилось, вот он и облысел ненадолго. Но это незаразно, честно.

– Моррис?! – Услышав имя вредного соседа, мадам Левия благополучно пропустила мимо ушей все остальное и даже не возмутилась, что у меня могли остаться без присмотра зелья, из-за которых пострадал один из ее котов. – Гадкий старикашка! Когда уже этого кошконенавистника посадят?! Совсем из-за его блохастых тварей житья не стало моим кошечкам! Вон как мальчика поранили! Ути-пути, какой же он тощий, лысенький и смешно-ой…

Зайдя в гостиную, я увидела, как мадам Левия с умильной улыбкой потянулась в коробку, и всполошилась:

– Не трогайте его! Не надо!

Но предостережение несколько запоздало.

– Ой! – вскрикнула женщина, отдергивая руку, на которой, урча, словно дикий зверь, повис мой странный постоялец. Зубами он крепко вцепился ей в предплечье, передними лапами еще и обхватил его, чтобы не вырвалась. – Ай! Ты что творишь, негодник?! Мне же больно! Отцепись… отцепись, негодяй!

Я подбежала и, не придумав ничего лучше, подхватила злобно урчащего кота под брюхо и аккуратно потянула на себя.

– Все, хватит… хватит, я сказала! Никто не хотел тебя обидеть! Леди просто пыталась проявить участие!

– Ур-р!

– Перестань, – гораздо тише повторила я, пристально глядя в хищно прищуренные глазищи. – Ну пожалуйста, не надо. Она хорошая.

И кот неожиданно послушался – разжал-таки зубы, позволив мадам Левии отдернуть руку, на которой, помимо отпечатков чужих клыков, остались царапины от когтей.

– Это не кот, а сущий демон! – воскликнула она, пряча пораненную руку за спину. – И уж конечно, это не один из моих котиков! У меня такие дикие не живут!

Как это?

Кот не ее?!

Вот демон! Это что же, мне теперь и отдать его некому?!

Я перехватила сердито урчащего зверя поудобнее. Хотела было уже вернуть его в коробку, но тот неожиданно заупрямился. Вцепился когтями в мою рубашку, задергал хвостом, заурчал, прижал уши к голове… однако все-таки не укусил. И не оцарапал, хотя мог бы. При этом он смотрел на меня с такой смесью злости, раздражения и одновременно надежды, что я, честно говоря, даже растерялась. А потом осторожно поправила свесившийся с моей руки тощий хвост и бережно прижала этого упрямца к груди.

# Примечания

1

Уважительное обращение к магу (здесь и далее прим. авт.).

2

Небольшое западное королевство.