Хэля Хармон
Мой Истинный Дракон – Монстр!

Пролог. Чужая постель

Эстер

Распахиваю глаза.

Первый порыв – закричать.

Но у меня из горла выходит только удивлённое сипение.

Воспоминания о том как я, дочь Ректора Магической Академии, племянница самого́ Правителя попала в чужую постель – отсутствуют от слова “совсем”.

Нет, такое не запрещено ни законом, ни родителями и, учитывая моё происхождение – “разбитное” поведение едва ли разгонит толпу моих потенциальных женихов, но…

Я так не делаю!..

Хотя и возникает периодически желание заполнить хоть бы чем… шалостями, диковатыми выходками – дыру, зияющую в моей душе.

Я дожила до двадцати лет с непонятной хандрой. Хотя жаловаться не на что. Идеальные условия, идеальные родители, высокий уровень магии, равное расположение к чёрной и белой ворожбе…Полная чаша. Радуйся – не хочу.

А в душе́ скребёт. Будто я живу без какой-то очень важной детальки.

Или не свою жизнь вовсе…

Но когда влипаю в происшествия – тоска ослабевает. Так что влипаю я достаточно часто.

Но ради"борьбы с хандрой" я бы в такие происшествия точно бы не влезла!

Чужая постель – перебор!

Рывком сажусь на широкой кровати, быстро осматриваю себя под одеялом. Голая.

Чуть не скулю от осознания этого факта.

Но хотя бы одна в кровати, хотя… тут на чудо надеяться не приходится: простынь и подушки рядом со мной характе́рным образом примяты.

И, наконец, беру себя в руки. Нервно запускаю пальцы в свою копну каштаново-рыжих волос. Массирую голову. Немного помогает собраться с мыслями и восстановить ровное дыхание.

Оглядываю место, в котором проснулось.

Окна распахнуты, полупрозрачные серебристо-серые занавеси танцуют на ветру. В комнату врывается прохладное пасмурное весеннее утро. За окном глухо грохочет – точно собирается гроза. Странно… а ведь погода должна была быть ясной.

Обвожу взглядом просторную комнату с высокими потолками.

Спальня, конечно, шикарная. Всё какое-то фундаментальное, как будто это храм иномирных богов, Драконьих, например, а вовсе не жилая комната… Наши друзья-ящеры, как известно, любят размах. И мебель здесь массивная, в бежево-серых тонах. Резные спинки в пляшущих серебряных декоративных завитках – похожих на белое танцующее пламя. Всё порождает ассоциации с грозой, бурей, холодным опасным небом и ветром.

И пахнет – тоже грозой.

А потом я осознаю, что слышу плеск воды. И раздаётся он вот из-за этой двухстворчатой двери. Там наверняка принимает ванну тот, кто примял постель рядом со мной. Тот, кто…

Снова касаюсь пальцами висков, в надежде восстановить ход событий, предшествовавших попаданию в чужую спальню.

Тщетно.

Плеск воды прекратился. И это заставило меня ускориться. Я вскочила на ноги. Сдёрнула с кровати одеяло, бегло осмотрела простынь. Ничего. Следов аморальной бурной ночи не нашла. Но могло ничего и не остаться. А может, всё случилось не здесь.

Мамочки…

Я даже не знаю, как он выглядит. Или знаю?..

Кажется, у него длинные густые светлые волосы, отливающие странным оттенком – как грозовая молния. Он высокий и мощный. Выражение мужественного лица мне представляется насмешливым. И у него наверняка есть вторая ипостась. Зверь. Но не Змей как у большинства способных к обороту в моей родной стране. Что-то другое.

Озарение выходит резким как пощёчина: Дракон!!!

Глава 1. Дракон!

Эстер

Да нет, какой Дракон? Их слишком мало в Моравии, я всех знаю в лицо…

Второе озарение – ещё чувствительнее первого: на мне нет браслета! Широкого плоского серебряного. Во всё левое запястье, который я ношу не снимая. Раз в год браслет меняют. Это мощный защитный артефакт и заглушка для зова.

Я знаю, что под браслетом серебристо-чёрные руны. Они проявились, когда мне было шестнадцать. С того момента меня не раз ловили бредущей в забытьи как сомнамбула в чащу магического леса, который обступал со всех сторон белоснежный замковый комплекс Магической Академии, где я жила. Ведь это не только лучшее учебное учреждение страны, но и личная резиденция моей семьи…

Мои попытки идти на непонятный зов заметили сразу. И вот уже четыре года сильнейшие артефакторы страны “глушат” руны, проступившие на моей коже, заряженными браслетами, периодически что-то “подкручивая” в настройках артефакта. Потому что ноги меня нет-нет да уносят в магический лес. Естественно не куда-нибудь – а в запретную секцию, над который вечно чернеют тучи.

Последний браслет мне надели на двадцатилетие, получается – чуть больше полугода прошло. А теперь артефакт куда-то делся, хотя он вроде как не снимается без специального ритуала…

Пока я стремительно собирала с пола и натягивала свою разбросанную одежду – нашла и оплавленные серебристые куски. Которые, без сомнения, были тем самым браслетом.

Я, как ни старалась, не могла взглянуть на окружающее пространство магическим зрением, не могла проложить Теневую тропу домой, ничего не могла. От этого я себя чувствовала ещё более беззащитной, чем от наготы. Такого – я вообще не помню.

Отчаянье. Безысходность. Ужас.

Да здесь всё запечатано!

И, не дав себе времени на размышления и аналитику, – просто сиганула в распахнутое окно. Приземлилась мягко, ведь я не человек. Второй этаж, хоть и высокий – это для меня не страшно.

Потом побежала по мокрой траве и холодной земле голыми ногами. Обувь я не нашла. Как и нижнюю сорочку. На дом я не решилась обернуться.

Развила скорость, что была за пределами способностей людей и большинства магов – магическое ускорение – часть моей родовой магии.

В небе громыхнуло.

Я уже почти уверовала в успех.

Но вдруг… упёрлась в кованную высокую ограду серо-серебристого цвета… заперто. Точнее… ворот здесь вроде как не предполагалось.

Сердце колотилось, в висках стучало…

Как? Как это?!! Где-то же должны быть ворота. Коснулась снова ограды – получила дрожащую ментальную картинку: огромный квадрат забора, в центре – дом, сад, лес. Ворот – нет. Никакого выхода нет…

Отпустила ограду.

Никакая магия не отзывается.

Это клетка… это… Паника была на подступи.

Я в отчаяньи прислонилась пылающим лбом к прохладным извитыми прутьям ограды.

Мысль металась, силясь найти выход. Может, я бы и смогла.

Сильные руки легли на мою талию. Кто-то очень мощный, высокий и горячий обнял меня со спины, заставляя прижаться лопатками к его широкой груди.

Да он же не одет! – отметилась то ли паническая, то ли восторженная мысль.

– Уже уходишь, Эстер?.. – низко прорычал мужской голос, от которого у меня вдоль позвоночника пробежали мурашки. Всё тело окатило жаром и тут же прошло. За исключением одного места – внизу живота так и осталось жарко, пульсирующе-тепло.

В эти слова, должно быть, незнакомец вплёл какое-то заклятье.

Затем мужчина мягко, но настойчиво развернул меня к себе, заставил посмотреть ему в лицо, ласково приподняв мой подбородок.

– Не молчи, Эстер. А, впрочем, как хочешь. Время есть. Ведь я тебя никуда не отпускаю…

Глава 2. Куда собралась?

Эстер

Стою, замерев напротив умопомрачительно привлекательного мужчины.

Точно я не Змея-оборотень, а какой-нибудь кролик.

В небе слышны далёкие приглушённые громовые раскаты. Трава под ногами мокрая. Позади – глухая ограда – впереди он. По сторонам меня обступил просторный дикий сад.

Бежать некуда. Да и бессмысленно. Ведь выхода с этой запечатанной магией территории нет.

Или ощутить его не в моих силах.

Его глаза… в которые меня деликатно, но всё-таки принуждает посмотреть этот мужчина с голым торсом… просто невероятные. Грозовые. Как серое небо. Светлые, опасные. Серебристо-белые волосы, отливающие цветом небесной молнии, рассыпаны по плечам. И, кажется, сла́бо поблёскивают, словно по ним пробегают едва заметные силовые разряды.

Слегка отодвигаюсь и продолжаю ошарашенно рассматривать мужчину. А он, удовлетворённо хмыкнув, молчит, позволяя мне это делать. Даже убирает руки от моего лица и чуть подаётся назад.

Невольно соскальзываю взглядом ниже. На рельефные мышцы груди и живота. Волевым усилием пытаюсь не смотреть ещё ниже…

Не смей, Эстер, не смей! Прекращай его разглядывать!

Но это сильнее меня.

Вокруг бёдер мужчины обёрнуто полотенце. Фух!..

– Снять? – насмешливо спрашивает незнакомец.

– Нет! – мой взгляд резко возвращается к “штормовым” глазам, – пожалуйста, не надо…

Голос звучит жалобно, моляще. Лишь где-то в глубине кроются нотки разочарования. Но я не готова признаваться себе в таком. Подумаю на досуге. Когда рядом не будет очевидно опасного красавца, который, не пойми как, приволок меня в свой дом.

Надо понять, как выбраться.

Но из-за этих глаз… этого тела, этого пронзительно приятного мужского запаха с нотками грозового воздуха мысль соскальзывает.

– Из-звините… – шепчу, окончательно сбившись.

– Ты узнаешь меня, Эстер? – серьёзно заглядывает мне в глаза мужчина, по-хозяйски кладёт руки мне на талию и вновь притягивает к себе чуть ближе.

Нервно отрицательно качаю головой.

А потом прислушиваюсь к себе.

В сознании нелепо перекатываются непоследовательные мысли. Обрывки вчерашнего вечера, моё сомнамбулическое хождение по магическому лесу. И почему-то скупые, но честные пояснения родителей про зов и метку на моём запястье. И имя Гидеон.

"Гидеон" – мои губы сами беззвучно произносят.

Он улыбается.

Но мне не очень нравится улыбка. Снисходительная. Какая-то… хозяйская.

Он словно чувствует, что мне неприятно и меняет выражение лица. Потом просто поднимает свою левую руку на уровень моих глаз и коротко демонстрирует метку на своём запястье. Узор как у меня. Только крупнее и оттенок немного иной: в нём играет более светлое серебро – как чешуя моего Зверя – моей второй Ипостаси.

Нервно сглатываю, и в моём сознании всё сходится.

Передо мной сейчас мой Истинный. Враг моего рода. Запертый в магическую ловушку-тюрьму сильнейшими магами этого мира ещё до моего рождения.

И я теперь в этой тюрьме с ним. (Как я сюда попала? Почему? Без понятия).

И выхода нет.

Нечего отрицать – он нравится мне – но это работа метки. Он неизбежно бы мне понравился. Каким бы опасным монстром он ни был.

Гидеон – Разрушитель. Дракон, пришедший к нам из другого мира, прорвавший завесу между реальностями. Дракон, из-за которого мы все чуть не погибли. Которого с больши́м трудом удалось лишить сил и запереть здесь…

Моя Истинная связь была известна родителям. И выводила мою мать – она всё искала способ от неё избавиться. А отец флегматично повторял, что мы всё равно этого не сможем. И вообще – это, мол, противоестественно. Надо оставить связь в покое.Но мама возвращалась к этой идее вновь и вновь…

Гидеон – имя, которое в нашей семье старались произносить как можно реже.

А све́дения о нём были только у избранных – Правителя, его семьи и ближайших доверенных лиц. Моя мать – младшая сестра жены Правителя, а отец – помимо того что Ректор Магической Академии, – ещё и лучший друг и правая рука Правителя. Так что я входила в оба эти круга избранных.

Да и магию Истинности мы,Змеи, уважали. Почти все. В общем, налицо был конфликт интересов.

Видимо, понимание на пару с узнаванием отразилось на моём лице.

Дракон удовлетворённо хмыкнул.

– Верно, Эстер. Я – Гидеон. Звёздный Дракон. Небесный Уравнитель. Для меня в этом мире придумано много поэтичных имён… Неважно. Важно – что мы с тобой Истинная пара. Такова воля Богов. Мы можем только её принять. Надеюсь, родители рассказывали тебе обо мне только хорошее…

– Старались, – хрипло выдохнула я, мелко дрожа всем телом, не в силах разорвать зрительный контакт с этим существом, – и, видимо, поэтому говорили очень мало.

Гидеон коротко захохотал, оголив белоснежные зубы с чуть удлинёнными хищными клыками. Затем настойчиво взял меня за плечо, заставил окончательно отклеиться от ограды, в которую я всё норовила вцепиться.

Дракон подхватил меня на руки, словно я ничего не весила.

Его кожа – обжигающе горячая, его запах – нравился мне настолько – что казалось, я могу неприлично застонать от удовольствия, а то и вовсе не надолго потерять сознание. А ведь он просто держит меня на руках!

Демонова магия Истинной связи! Никакой свободы воли!!! Я так не хочу!

– Куда мы? – запоздало вскидываюсь я, невольно обнимая почти голого мужчину за мощную шею.

– Назад в спальню, Эстер. Я не разрешаю моей жене сбега́ть из постели. На первый раз не наказываю. Потому что не предупреждал, но…

– Что?! – начинаю извиваться в руках Дракона в бессмысленных попытках освободиться, – нет! Так нельзя! Я вам не жена! Я вас впервые вижу!…

– Не лги, Эстер. Я приходил в твои сны почти каждую ночь последние пару лет.

Мельком смотрит на меня. В светло-серых глазах играют озорные лучики-молнии.

А я чувствую как жгуче краснею. Изначальная сила, а я думала, что вижу такие сны, потому что мне… как бы… пора замуж.

Дракон бархатисто смеётся. Надеюсь, он не читает мои мысли…

Продолжаю ошарашенно молчать, пока Гидеон заносит меня обратно в дом.

Двустворчатые тяжёлые двери с грохотом захлопываются позади нас.

Вот теперь – я во всех смыслах в ловушке.

Глава 3. Твоё место здесь.

Эстер

Гидеон занёс меня в спальню и аккуратно положил на постель. Я попыталась отползти к изголовью. Думала, отсижусь там, в подушках, подобрав ноги, а потом… потом… что потом?

Он сжалится? Ему надоест?

Вот уж вряд ли. Он сидит здесь один больше двадцати лет, между нами Истинная связь, так что… едва ли я выйду из этой спальни невинной.

Тяжело шумно вздыхаю.

Не так я себе это представляла.

Да, он привлекателен. Но я действительно вижу его впервые. Вот так, глаза в глаза.

А может… заплакать?

Я слышала, это может сработать. Попыталась, но не плакалось как-то. А Дракон стоял, небрежно опершись о витую колонну кровати светлого дерева. Извитую. Похожую на танцующий смерч. Гидеон скрестил руки на груди и выжидательно на меня смотрел. Потом закатил глаза:

– Ну хватит, Эстер.

Он медленно хищно опустился на постель, затем просто схватил меня за щиколотку и потащил в направлении изножья огромной кровати. И вот я уже не сижу, сжавшись в комочек где-то на подушках, а лежу на спине примерно на том же месте, на котором проснулась. Гидеон мягко навалился сверху.

Горячее крепкое тело, терпкий запах грозовой свежести. Не человек. И даже не Дракон. Стихия.

– Смотри на меня, Эстер.

Невольно подчиняюсь. Эти грозовые глаза. Меня в них словно затянуло. Мне вдруг представилось, что я одна в бескрайнем поле. Порывистый ветер гнёт к земле длинные травы, а у меня – лишь слегка развеваются волосы. А в сером небе формируется смерч. Прямо надо мной. Бежать некуда да и поздно. Новорождённый смерч опускается с небес прямо на меня. Я зажмуриваюсь, а когда открываю глаза – я уже в его центре. Попала в безветренный “глаз бури” – в центре воронки смерча. Вокруг меня пугающие воздушные потоки ходят по спирали, по ним пробегают редкие иссиня-белые молнии. Но надо мной очерченное ровным кру́гом ясное лазурное небо. Здесь штиль. Маленький рай, окружённый разрушительным клокочущим адом.

Глаз бури расширяется. Теперь это небольшая полянка вокруг которой неистовствует природа. От воздушного потока отделяется фигура.

Гидеон соткался из смертоносных воздушных потоков в сиянии молний. Больше чем магия. Как-то это… божественно.

Гидеон в чёрно-серебристых старомодных одеждах, отдалённо напоминающих парадную форму легионеров Тьмы. Каждая деталь подчёркивает мощь мужского тела, силу.

Я задыхаюсь от стихийного притяжения. Оттого что на меня неотрывно смотрят опасные серые хищные глаза, от лёгкой полуулыбки, от тяжести и тепла рук Дракона, что легли только что на мою талию.

– Вот так Эстер, – шепчет Гидеон, а его руки скользят по моему телу, от талии в вверх – по спине, на шею, легко сдавливая, показывая, что владеет, но не причиняя боли. И снова вниз, едва касаясь груди – снова на талию, ниже на бёдра…

– Ах!.. – тихонько вскрикиваю от неожиданности, и сердце вмиг разгоняется, когда Дракон крепко прижимает к себе, приподнимает, подхватив меня пониже спины. Так что наши лица оказываются на одном уровне.

– В сердце шторма безопасно, Эстер. Видишь, тебе не надо меня бояться.

Гидеон неожиданно нежно и острожно прижимается к моей шее горячими губами. Контраст между его бессовестными руками, изучающими меня везде и нежными опаляющими губами, которые словно просят разрешения.

– Как ты хочешь Эстер, так? – Дракон развратно сжимает мои ягодицы, заставляя жар желания отчаянно пульсировать внизу моего живота, – или так?.. – и Дракон очень деликатно касается моих губ не вторгаясь. Лишь слегка ласково прикусывает мою верхнюю губу и дальше не идёт. От этого в моей груди рождается распирающее нежное тепло.

Заглядываю в глаза Гидеона. И снова это насмешливое выражение. Снова смотрит, как будто он мой хозяин.

Тогда тепло из груди уходит, а жар внизу живота обостряется.

– Что-то тут не так, – выдыхаю я, прикрывая глаза, позволяю Дракону удерживать меня на весу одной рукой пока другая – блуждает по моему телу, обозначая, что всё здесь принадлежит ему, Дракону, – прошу тебя…

– О чём просишь Эстер? – голос Гидеона сейчас звучит как мурлыканье дикого лесного кота.

Я промаргиваюсь.

И понимаю, что нет никакого поля и "глаза бури".

Я лежу на кровати под Гидеоном. На Драконе из одежды по-прежнему лишь полотенце… А может, нет и его… А на мне сейчас только длинная расстёгнутая рубашка. Дёргаюсь, когда рука Дракона проскальзывает под неё. И вот Моя обнажённая грудь – уже в его ладони. Каждое нежное сжатие – новая волна тепла над лоном.

Я накрываю своей ладонью руку Дракона, что сминает мою грудь. Я определённо не так это себе представляла.

– Мне страшно, – выдаю умоляющим дрожащим шёпотом, – Я не помню, как здесь оказалась. Я боюсь, что не смогу выйти… Я…

О, а вот теперь пустить слезу получается.

Гидеон слегка приподнимает мою голову над подушкой, поддерживая под затылок. Невесомо касается моего лица губами, выпивая слезу. И страх "выпивает" вместе с ней. Удивлённо хлопаю глазами.

– Что так удивляешься, Эстер? Что я не полностью обессилен своими тюремщиками и ещё способен к простейшей чёрной магии? Или что желаю лишить страха свою Истинную?

– Я хочу, – невпопад отвечаю я, – по-настоящему тебя не бояться. А не потому, что ты исправил это магией. Хочу, чтобы рассказал, как выйти за пределы магического контура. Хочу доверия. Чтобы ты позволил мне уйти и вернуться. По своей воле.

– Как много желаний, – усмехается Гидеон, и рука так и замершая на моей груди снова мнёт её, то обходит пальцами широкое основание, то захватывает полностью горчей ладонью, – ты знаешь, что я здесь заперт.

– Да, об этом я слышала. Но… выпустить меня ты ведь можешь?..

Дракон замирает. Вот это – действительно пугает. Затишье перед бурей.

– Чтобы ты ушла и не вернулась? – вдруг зарычал Гидеон, его рука прекратила терзать мою грудь и жёстко легла мне на горло. Я вся сжалась под этим мощным хищником. За распахнутым окном засверкали молнии, загрохотало, и начался неистовый ливень.

Я тут же схватила двумя руками Дракона за запястье. Ему ничего не сто́ит сломать мне шею. Но он просто держал, не давил, не препятствовал дыханию. А штормовые глаза были холодны и злы.

– Почему… – сипло шепчу я, от неожиданности, – почему ты решил, что не вернусь?.. Ведь меня тянет. Я знаю про Истинность…

– Будет новый браслет, – рычит Дракон, вжимающий меня своим телом в кровать. Но в его голосе я теперь слышу намного больше боли, чем ярости, – Будет ещё один год без тебя. И ещё. И ещё. Они до одурения будут надевать на тебя артефакты, а я буду сходить с ума в этой ловушке. Так что нет, Эстер. Твоё место здесь. Привыкай.

Глава 4. Беги!

Эстер

Сначала я затаилась. Лежала тихо как мышка. Не понимаю, сколько времени прошло после вспышки гнева Гидеона.

Дракон позволил мне мягко вывернуться из его объятий. Лёг на спину, на подушки и слепо уставился в потолок, словно впал в транс. А я медленно приблизилась, как будто я заперта с хищником в клетке. (Как будто я сама не хищник!)

Осторожно устроилась рядом, положила голову на плечо своего Истинного. Он не возражал. Только запахнула рубашку, одеваться не стала. От Драконов нельзя закрываться, их это бесит. Читала. Слышала. А этот мой Дракон ещё диковат и малость озверел от одиночества.

Я думала, он забыл, что я здесь.

А потом вдруг почувствовала, что Гидеон медленно и осторожно гладит мои волосы. И пока его рука ласково меня касается, я медленно вспоминаю вчерашний день. Затем вечер. Память неохотно заполняет чёрные лакуны:

Я бреду по лесу одна, меня тянет!… Чернота. Я набредаю на незримую ограду. Меня поливает хлёсткий холодный дождь. Я не схожу с места. Бьюсь в истерике. Царапаю кожу вокруг браслета-артефакта. В конце концов, просто начинаю тоненько выть… Молния бьёт в землю рядом со мной. На миг мне становятся видны витая металлическая ограда и светло-серый особняк за ней…Под следующую вспышку я успеваю просунуть руку между прутьями ограды. БОЛЬ. Снова Чернота. Горячая сильная рука втаскивает меня на территорию… Одежда на мне дымится… браслет частично… испаряется?!!..Чернота… дальше горячие успокаивающие объятия и я так естественно сплетаю своё тело с телом этого мужчины. Просто так очень удобно спать. Это виде́ние преследовало меня в предрассветных грёзах тысячу раз. Всё было так знакомо. Так естественно. И в последний раз я погрузилась в темноту с лёгким сердцем, вдыхая запах грозы полной грудью. На улице шёл дождь. А значит, я буду спать крепко…

Мне нужно всё обдумать дома. Обсудить. С папой, например. Маме лучше не рассказывать.

А я, кажется, начала дремать… Так и лежала почти голая, уютно угревшись на горячем плече дракона, вдыхая его запах. Слушая шум дождя и далёкие громовые раскаты за окном.

И вдруг Гидеон заговорил:

– Ты ведь не вернёшься ко мне, Эстер. Максимум вместо тебя явится Серебряный Змей. Принесёт мне ещё один твой портрет. На котором ты уже на год старше. Но я не согласен на портрет, Эстер.

Почему-то мелькает мысль: мама не знает, что папа носит Гидеону мои портреты. Вот она бы ему устроила…

– Почему улыбаешься, Эстер, – хрипит Гидеон, словно раненый зверь, – нравится когда я такой? Злой и хватаю тебя за твою хрупкую шейку?..

Я невольно касаюсь кончиками пальцев шеи. Он давно отпустил её. Но кожа горит, как будто помнит его прикосновения. Он держал жёстко, но осторожно. Насчёт “понравилось ли мне”… может, и да. Что-то в его руке на моей шее однозначно было. По крайней мере, плотское желание, когда он взял меня за горло, – однозначно усилилось. Но в этом я ему, конечно, не призна́юсь.

Вот только моя улыбка стала чуть шире. А брови Дракона удивлённо поползли вверх.

Кажется, он понял?! Надеюсь, это просто моя выразительная мимика, а не полное отсутствие ментальной защиты.

Кажется, настроение у него чуть улучшается. Дождь стал тише. Гром глуше. Ветер за окном не сгибает пополам деревья. Я уютно двигаюсь Дракону под бок, и теперь касаюсь его всей поверхностью тела. Опасно. Но интуиция подсказывает мне, что так правильно.

– Значит, хочешь покинуть своего Истинного, Эстер, – холодно заключает Дракон.

– Я не хочу, чтобы ты страдал, – тихонько отвечаю, беру Дракона за руку (Изначальная сила, как же всё странно!!!), сплетаю свои пальцы с его. Второй рукой ласково поглаживаю тыльную поверхность его крупной кисти, – Правда. И артефакт, заглушающий зов больше не надену. Обещаю. Без моего согласия его надеть нельзя…

Ложь! какая же это ложь! Вот сейчас и узнаем, читает он мои мысли или нет, но иначе ведь не выпустит…

– Я вернусь, Гидеон. Но… не хочу, чтобы в беспамятстве. И как-то… скомкано. Позволь мне это…

Я разговариваю с ним убаюкивающим голосом. Драконы отличаются от Оборотней-Змей. Они вспыльчивее. Они хуже продумывают последствия. Их зверь – не мудрый советчик, и бывает эм… слегка непоследователен.

Но у моей семьи есть близкие друзья. Одна супружеская пара. Муж-Дракон и жена – белая волшебница. В той семье муж-Дракон “пылит” довольно часто. Так что я сейчас без зазрения совести копирую интонации многоопытной жены Дракона, которые взяла на заметку во время их визитов.

И с удивлением вижу, что это работает!

– Отпущу, Эстер, – наконец выдыхает Гидеон, – но вечером вернёшься.

Чудом удерживаюсь от громкого выдоха облегчения.

– И не обессудь. Мне нужны гарантии. – Гидеон коротко касается моего плеча.

Ай! Под его ладонью меня точно бьёт электрический разряд. На моём плече формируется узор – пульсирующий маленький рисунок, напоминающий россыпь небесных молний…

– Что это?!! – дёргаюсь и резко присаживаюсь на кровать.

– Полночь – крайний срок, Эстер. Не вернёшься, решишь закрыться артефактом или заклятьем – позову опять. И деликатничать не буду. И ты больше отсюда не выйдешь. И никто из твоих близких не зайдёт тебя навестить. Это ясно?

Медленно киваю.

Это совсем не то, что я хотела.

– Помнишь сны, в которых я приходил к тебе, Эстер? – вдруг резко меняет тему Дракон. Я недоумённо смотрю на него.

– Я думала это просто сны, Гидеон.

– И тем не менее.

– Помню.

– У меня есть ещё одно условие. Сделай то, что мне нравится. Как делала в тех снах. И беги. Пока я не передумал.

Глава 5. Сделай то, что мне нравится

Эстер

– Что застыла, Эстер?

А я только глупо моргаю, заглядываю в серые смеющиеся глаза почти голого Дракона, что сидит напротив меня на кровати.

Затем он медленно откидывается на подушки. Теперь лежит, выжидательно смотрит на меня. Ему весело. А я – наверняка вся красная.

Послушно тянусь к полотенцу, в которое всё ещё каким-то чудом обёрнуты бёдра Гидеона. С намерением его снять. Пальцы дрожат. Буду внушать себе, что от страха, а не от предвкушения. Нерешительно касаюсь мужского тела, скрытого тонким полотенцем.

Гидеон вдруг ловит мою руку, прижимает как бы невзначай к своему паху.

– Эстер… – рычит Дракон, мы встречаемся взглядами. Теперь в нереальных глазах Дракона бушует ураган, – я не сомневаюсь, что ты будешь очень хорошей женой. В постели. Но я имел в виду другое.

Как это?! В смысле "другое"? – мой внутренний голос взрывается то ли обидой, то ли возмущением. А ещё мне немного стыдно.

Гидеон отводит мою руку от своего мужского о́ргана, который я уже успела подробно ощутить ладонью. И вкладывает мне в пальцы пузырёк с массажным маслом. Затем Гидеон перекатывается на живот, подставляет мне спину.

– Твой энтузиазм меня радует, дорогая Истинная. Но я имел в виду массаж.

Я медленно выдыхаю через нос. Я вижу Гидеона своими глазами от силы пару часов, а он уже играет на моих нервах как никто. Он ведь специально меня смутил. А значит, я отвечу…

Вот только представится случай…

Ох, не пожалеть бы мне потом.

***

Дракон лежит на животе, его голова чуть повёрнута набок. Штормовые глаза – блаженно прикрыты. Дождь за окном почти перестаёт, и я вижу, как солнечные лучи местами прорвали свинцовые тучи. Кажется, Дракон уже задремал. Но я не останавливаюсь.

Растираю мятным маслом его напряжённую мощную спину.

С удовольствием разминаю жёсткие мышцы вдоль позвоночника. Периодически Дракон удовлетворённо постанывает и на короткий миг коже местами покрывается твёрдыми белоснежными сияющими чешуйками.

Его Зверь тянется ко мне. Это взаимно.

Я сижу на спине Гидеона, как наездница. По-прежнему только в рубашке нараспашку.

Он красив. Меня влечёт. Я же не смогу от него отклеиться…

Вдруг мгновенье назад расслабленные мышцы под моими руками напрягаются. Я спешно слезаю со спины Дракона. Пытаюсь слезть.

– Стоять. – Гидеон перекатывается спину и вновь усаживает меня на себя сверху. Чтобы увидеть даже сквозь (так и быть) накинутое полотенце, как велико возбуждение Дракона, напрягаться не надо. И я пугаюсь.

Внушительный бугор в области паха Гидеона опасно упирается мне между ягодиц. Дракон с самым невозмутимым лицом жестом приказывает мне продолжать массировать с мятным маслом его грудные мышцы. Подчиняюсь.

– Тебе… – смешавшись начинаю я.

– Что, Эстер? – скучающим тоном интересуется Гидеон.

– Тебе так… не плохо?..

– Мне хорошо Эстер. Разве не заметно? – Дракон кажется почти мурлыкает в ответ.

– Заметно, – совсем тихо отзываюсь я, – но я думала, ты хочешь не массаж…

– Эстер, – улыбается, не открывая глаз, Гидеон, а у меня под пальцами уходит напряжение из жёстких мощных мышц Дракона, – Истинная моя… но ведь в снах, в которых я приходил к тебе, мы настолько далеко и не заходили. С чего решила, что я попрошу… не-массаж?

Ответить “со страха” или “ ну… были “звоночки” можно…Но язык впереди меня! Часть личности ,видимо, решает, что это идеальное время для ответной шутки.

– Разве? – делаю максимально удивлённый голос, – а… ну, может. Значит, это было не с тобой.

Я жалею тут же.

Штормовые глаза распахиваются, тело подо мной напрягается. В талию – впиваются пальцы Дракона железной хваткой. Я обмираю. Но ведь поздно уже!!! Молодец, Эстер!

За окном поднимается шквальный ветер. Грохочет отчаянно, молнии бьют в землю. Кажется, я краем глаза вижу, как полетели по воздуху ветки и какие-то вырванные с корнем кусты.

– Я…я не…

– Повтори, что ты сказала, Эстер, – рычит Гидеон.

Я только отрицательно мотаю головой. Это была осечка – нечего сказать. Да и горло как сдавило – могу только сипеть и звука издать не получается.

Миг – и я уже лежу под Гидеоном, плотно вжатая в кровать. Дышу часто и поверхностно. Между моих разведённых ног – чувствую его возбуждённую плоть.

Я же пошутила! Пошутила!!! Не вовремя! Неудачно! Но я этого не говорю.

Злые холодные глаза так близко. Рот на секунду скалится, демонстрируя хищные белые клыки, которые, кажется, стали чуть длиннее.

Надеюсь, он сейчас не сменит Ипостась. Он же одичал! Вдруг не сдержит?!

Делаю по возможности медленный вдох и выдох.

Его прекрасное жёсткое лицо так близко. Губы… – стоит чуть податься вперёд и прикоснусь.

Кладу раскрытую ладонь на щеку Дракона. Он не препятствует – но удивление мелькает в его глазах. И я делаю рывок. Навстречу. Припадаю к губам Гидеона. Сначала он не отвечает, а потом – целует меня. Жёстко, порабощающе. Вторгается в рот языком, кусает почти до боли мои губы. Он – этим поцелуем говорит, что он здесь главный. А я – покорно соглашаюсь, уступаю во всём, почти во всём. Прикусываю его губу в ответ.

А его мужское достоинство, которое я всё это время чувствую своей промежностью, становится просто каменной твёрдости.

Гидеон смотрит мне в глаза. Злобы в них нет. Но яростной страсти – в избытке.

– Я хотел подождать, дать тебе время… хотя бы день, – хрипло шепчет Дракон, обдавая меня горячим грозовым дыханием – но теперь этого не будет.

Я медленно киваю. Мне странно легко.

Я провожу руками по мощной шее Дракона, широким плечам, соскальзываю на предплечье.

Всё это так естественно.

– Как скажешь, – вдруг выдаю я, с улыбкой глядя в лицо самого опасного хищника, из всех, что я видела.

Дракон коротко страстно целует меня в губы. Я обнимаю его за шею.

Жаль, что не буду видеть этих глаз, когда всё случится… – мелькает странная мысль.

– Ложись на живот, Эстер, – тут же звучит короткий приказ Дракона.

Глава 6. Прощаю

Эстер

Я лежу на животе, подо мной две высокие подушки. Я смотрю через распахнутое окно на беснующуюся утреннюю грозу. Лицо обдаёт свежестью ветра и весеннего дождя.

Гидеон прижимается горячим рельефным прессом живота к моей спине. Слышу, как он по-звериному прерывисто вдыхает аромат моих волос. Чувствую, как его горячие губы коротко целуют меня в шею, в плечи. Как скользят по моей коже заострившиеся клыки Дракона.

Одна его рука ласково сжимает мою грудь, другая нырнула мне между ног. Его пальцы безошибочно находят самую чувствительную точку, я вскрикиваю. Дракон ласкает меня там так умело, гладит по увлажнившимся складочкам, нежно проникает в меня пальцами.

Я прерывисто дышу.

Чувствую, как его возбуждённый мужской о́рган касается меня между ягодиц, скользит дальше, прижимается ко входу…

Сейчас он войдёт в меня.

Ах!.. – одно слитное резкое движение. Едва различимая вспышка боли. И он наполняется меня изнутри. Так туго и приятно.

Я всхлипываю, но не от боли. Все его движение ласковые и осторожные. Дракон замирает, позволяя мне привыкнуть к своим внушительным размерам. Продолжает ласково сжимать груди одной рукой, другой – гладит чувствительный бугорок в промежности. Так и стоит, не шевелясь, пока не доводит меня до сладких непроизвольных судорог, до криков, до мольбы…

– Умница, Эстер… – выдыхает Дракон мне на ухо и начинает медленно двигаться во мне, не прекращая терзать руками моё ставшее таким чувствительным тело.

Каждое его вторжения – вспышка болезненного удовольствия. Каждое умелое движение – мой полный животного счастья вскрик. Я сжимаю простыни, меня трясёт крупной дрожью. Кажется, я в раю, и прошло лишь несколько мгновений, но по тому, каким уставшим я ощущаю своё тело – как после диких долгих физических нагрузок – я понимаю, что времени прошло намного больше.

Я больше не могу… Он убивает меня. Может, уже убил.

– Гидеон… – умоляюще скулю я.

И он ускоряется. Эти вторжения резкие. Умопомрачительно приятные. Почти болезненные. Вот что значит – "владеть". Это когда вот так. Я не понимала настоящего смысла обладания до этой минуты.

– Моя… – рычит Дракон, делая особенно резкий выпад. А потом ещё один. И ещё один.

У меня темнеет в глазах. Судорога, которая захватывает моё тело – как цунами. А этот визг – как будто меня и впрямь убивают. Но он быстро обрывается, потому что у меня нет сил.

Горячее семя Дракона выстреливает в меня. Он выходит из меня, валится на подушки рядом.

Я слышу острый пряный запах его тела, своего, его семени и своей крови… Чувствую, как эти запахи сливаются во что-то общее – в наш запах. Это мы вместе. Этот запах сейчас впечатывается в мой мозг.

– Твоя… – выдыхаю и прикрываю глаза.

Гидеон обнимает меня со спины, подтягивает к себе, плотно прижимая меня спиной к своей горячей мощной груди и животу. Его половой о́рган упирается мне в бедро. Я чувствую, что он пульсирует… и снова становится твёрже.

Он убьёт меня… за…сношает насмерть – отмечается отстранённая мысль.

Она почему-то вызывает у меня улыбку.

И вновь я доверяюсь интуиции.

Тянусь мыслью к молниям за окном, что бьют в землю. Представляю, что одна из них бьёт мне в центр ладони. Вбираю в себя её небесный свет, её энергию…

Резко поворачиваюсь к Дракону, и через миг уже сижу на нём верхо́м. Медленно насаживаюсь сама на его уже полностью возбуждённый о́рган.

– Эстер…– Дракон зажмуривается, жёстко беря меня за талию, умудряясь перехватить инициативу даже в таком положении. Он хрипит, – так и быть… я тебя прощаю.

Я смеюсь, кладу ладони на грудь Дракона и начинаю двигаться.

Больше никто из нас ничего не говорит.

Глава 7. Здравствуй, папа.

Гидеон

Эстер сидит за завтраком, который подан сотворёнными бестелесными слугами на просторной террасе первого этажа.

Ведь дом пуст, и я здесь совершенно один.

Уже больше двадцати лет. Потому что я опасен.

Это Господин Ректор – отец Эстер на пару с Правителем этой страны Змеев поняли довольно скоро.

С теми, кого они пытались со мной оставить, происходили всякие неприятности.

И Змеи прекратили предлагать мне компанию. Просто оставили в этой ловушке гнить в одиночестве.

Я мог впустить и выпустить кого-то на своё усмотрение, под их надзором, разумеется, – Змеи считали это великодушием. Я же считал, что жестоко размахивать перед носом у Дракона иллюзией свободы. Так или иначе, для меня выхода за пределы магического контура не существовало.

Пока не существовало.

Я должен был оставаться в ловушке, у них на виду, ведь если дать мне сбежать – я рано или поздно войду в полную силу и вернусь их сокрушить.

Так что меня предпочли держать в просторной и вполне симпатичной ловушке. Чтобы не терять из виду. Да и я не стремился уйти.

Покинуть мир Змеев, в котором живёт моя Истинная пара? Вот уж нет.

Но отказаться от дополнительных подачек Змеев – человеческой прислуги, "интересных" собеседников – был мой выбор. Одиночество меня не тяготило.

А сейчас меня и вовсе устраивало почти всё.

То, как Эстер приняла меня. Как ей было хорошо разделить со мной ложе. Как мы подошли друг другу. Какой она оказалась…

Лучше, чем я мог мечтать.

Но это ничего не меняло. Её вид – Змеи-перевёртыши – мои враги. Её мир для меня – поле боя, на котором я возьму реванш. Но это всё будет позже. Для начала я буду наслаждаться своей парой. Затем найду способ выйти из этой магической тюрьмы. Затем – восстановлю полную силу. И разобью эту страну… а может, и весь этот мир.

И построю новый на костях моих врагов. А может, уйду в другой. Ведь сила открыть межпространственный переход скоро ко мне вернётся. В любом из этих случаев – Эстер будет со мной рядом. Жарко греть мою постель. В идеале – любить меня. Проблема была в том, что уничтожение мною её вида – явно осложнит наши отношения.

И как мне поступить? Ведь Драконы не спускают оскорблений. Не прощают врагов. Это наш непреложный кодекс. Но и Истинных мы не покидаем. Так что мне предстоит искать выход…

А пока что я продолжил обнимать свою Истинную, что ела за завтраком за шестерых, удобно сидя за столиком у меня на коленях. Её прекрасный аппетит меня не удивлял после нескольких наших… актов любви подряд. Мне казалось, она изголодалась по мне также сильно как я по ней. Эстер была юной, горячей и абсолютно во всём мне подходила. Так и должно быть с Истиной парой.

Не помню, когда я был так доволен жизнью, как сейчас.

Обнимая эту великолепную молодую женщину за тонкую талию. Слушая её заливистый смех. Я и сам хотел смеяться.

Она к моему неудовольствию оделась. В короткую рубашку в обтяжку и брюки от форменного костюма адептки Академии. Такое вовсе не пристало носить моей женщине… И мы с ней это ещё обсудим.

Я же надел чёрные брюки и накинул, не застёгивая, такую же чёрную рубашку. Иначе у нас до завтрака дело могло так и не дойти. Продолжили бы начатое в спальне прямо на открытой просторной террасе первого этажа. Здесь, правда, кроме маленького, круглого столика и пары стульев ничего не было. Но нас бы это не остановило. И столик, и стулья и даже пол… вполне подходят…

Эти мысли возбуждали. И я поспешил их отогнать. Пусть Эстер сначала всё-таки поест.

С неба падали очень редкие капли дождя. Посветлело. Неудивительно – ведь настроение моё стало намного лучше.

А сейчас я позволил Эстер встать с моих колен и пересесть на соседний стул. Но лишь чтобы смотреть на её лицо, пока она завтракает.

За маленьким столиком мне ничего не стоило протянуть руку, поймать хрупкую ладошку Эстер, поднести к губам. И нежно поцеловать её запястье. Поцеловать мою метку. Руны, которые говорят на древнем языке, что она – моя. У меня на запястье четыре года назад проступили такие же.

Я ждал её. И она пришла. Спала в моей постели. Целовала меня, отдавалась мне.

С Эстер я разбужу свой спящий потенциал, войду в полную силу и верну всю положенную мне власть. Волей-неволей моя Истинная пара меня усилит.

– Красивое лицо, – я оглядывал её, точно пытался поглотить каждую деталь, втянуть в себя. Знаю, что мои зрачки сейчас вытянулись, а радужка выцвела до прозрачно-голубого почти белого. Пугающее зрелище. Должно́ было быть. Но Эстер не выказывала страха. Не удивительно, ведь она насмотрелась на такие зрачки у всей своей родни. А я продолжил её разглядывать, – у тебя черты лица твоей матери, Эстер. А глаза как у отца. Кобальтовые. Но к счастью – не с отцовским выражением вечного скепсиса.

Потом я попытался изобразить, как смотрит её отец. Алик, Ректор Академии Белого Стана, великий и ужасный Серебряный Змей.

Она звонко рассмеялась, чуть не подавившись куском жареного на огне мяса. Запила нектаром из кубка, продолжая посмеиваться.

– Похоже на папу, – выдавила Эстер отсмеявшись, – а я уж подумала, что у тебя нет чувства юмора. Это было бы ужасно. Думаю со временем, вы с отцом подружитесь.

И мне стало слегка печально. Мы с Серебряным Змеем никогда не подружимся, милая Эстер.

Когда я исполню свой замысел, свою месть – ты уже никогда мне так не улыбнёшься. Твои кобальтовые глаза не будут гореть жизнью и озорным весельем.

Скорее всего, я буду приходить и брать тебя, когда положено. И в глазах твоих будут либо слёзы, либо холод. Ты будешь отворачиваться. И просто ждать, когда всё закончится. Будешь давить волевым усилием ответное притяжение ко мне – ведь любить того, кто убил всех твоих родных – противоестественно. Даже для Змеев.

И тогда вряд ли ты, Эстер, посмотришь на меня ещё так как сейчас.

Мне действительно жаль, девочка.

Кажется, в тот момент, глядя на её улыбку, я впервые усомнился в своих намерениях. Но тут же отогнал эти нелепые мысли. Драконы мстят. До последней капли крови. Это также естественно, как извергать пламя…

– Так что, – Эстер взглянула на меня своими бездонными кобальтовыми глазами, – ты ведь… не передумал… отпустишь меня домой… то есть, в Академию. На учёбу. В идеале мне там появляться каждый день. Ещё полтора года как минимум.

Я вскинул брови.

Неожиданный вопрос. Ты моя. Я никогда тебя не отпущу. Смирись. Ты – женщина Дракона. Будешь сидеть в башне или лежать в моей постели. Лучше последнее. Хотя одно другому не мешает… Что-то из этого.

Но был уверен, что эти ответы её как-то оскорбят. Змеи либеральничали со своими женщинами. И воспитывали детей обоего пола наравне. Подход был любопытен и отчасти имел перспективу. Но как мне теперь перевоспитывать такую жену?

Личность сформирована. Будут проблемы…

– Почему ты молчишь, Гидеон? – её личико стало хмурым. Она отложила столовые приборы.

Я снова мягко пересадил её к себе на колени.

– Не уверен, что смогу.

– Я вернусь, – с чувством выдохнула Эстер, обвивая мою шею руками. Вот теперь она говорит искренне. А когда отпрашивалась в первый раз, лгала. Я почувствовал. И всё равно чуть не отпустил.

– Эстер…

Она коротко поцеловала меня в губы.

– Пожалуйста.

– Хорошо, Эстер. Но всё, что я сказал тебе в силе. Полночь крайний срок для возвращения… – я притянул её для нового поцелуя. Получилось нежно. Долго. Не как в спальне. Мы просто изучали друг друга. Поглощали. Мы были очень близки к началу любви…

И Эстер не обратила внимания, как зарябило пространство моей магической тюрьмы, впуская непрошеного гостя.

Она – не обратила внимания, я – проигнорировал. Намеренно чуть добавил нашему поцелую огня. И лишь когда Эстер начала тихонько постанывать в моих объятиях и полезла рукой мне под рубашку, где-то совсем рядом с нами показательно кашлянули.

Эстер вздрогнула, тут же прервав поцелуй, вперив взгляд в… источник звука.

А я широко улыбнулся гостю и произнёс:

– Какая приятная неожиданность! Здравствуй, папа.

Глава 8. "Высокие отношения"

Гидеон

– Здравствуй, папа, – я намереваюсь выбить у Серебряного Змея почву из-под ног этой фразой. Своим тоном. И тем, как его дочь льнёт ко мне… У меня к нему есть незакрытый счёт.

Но меня ждёт неожиданный ответ.

– Здравствуй, сынок, – цедит Серебряный Змей, преспокойно беря свободный стул, и усаживается, закидывая ногу на ногу.

Терпеть не могу этот немигающий взгляд. Так смотреть умеют только Змеи. Это то чем они радикально отличаются от Драконов. Холодные, манипулятивные… и крайне редко моргают.

Ты смотришь в эти ужасные глаза и понимаешь: существо, что сидит напротив, лишь кажется человеком. Этот холодный разум сейчас раскладывает тебя на тысячи вариантов, бездушно анализирует твоё поведение и просчитывает на тысячу шагов вперёд и в стороны.

Да если бы на месте Алика сейчас сидел какой-нибудь Дракон… дочь которого я только что, очевидно, поимел (да, я был в своём праве, но отца-Дракона это бы не успокоило)… Будь Серебряный Змей… каким-нибудь, скажем, “Серебряным Драконом”… мы бы уже катались по траве, частично трансформировавшись, рвали друг друга зубами и когтями, по ходу схватки откалывая куски каменной террасы или ломая деревья в саду…

Но он… просто смотрел. И всё ещё не моргал.

Он сведёт меня с ума!!!

Терпеть не могу Змеев.

От его взгляда мне хочется метаться. Хочется разбить его голову, чтобы он прекратил выдумывать свои серые схемы.

"А ведь его дочь – моя жена. Наверняка она тоже такая… Я просто этого пока не понял", – мельком отметилась ещё одна раздражающая мысль.

Ладно, Серебряный Змей. Этот ход ты выиграл. Выбесил меня. Хотя я рассчитывал, что будет наоборот.

– Пап… – с укором прозвучал голос Эстер, – пап, ну хватит… Пап, ну, пожалуйста.

Алик моргнул.

И улыбнулся. Эти жуткие кобальтовые глаза не улыбались. А вот жёсткий рот растянулся в псевдо-дружелюбной улыбке.

– Мы немного не так планировали организовать вашу встречу…, – как ни в чём не бывало заговорил Серебряный Змей, пододвигаясь к столу. Положил себе на пустую тарелку мяса с овощами. Налил в кубок тонизирующий нектар. Достал из-за пазухи какую-то флягу, терпко пахнущую чем-то иномирным… растительным… явно намереваясь капнуть себе в кубок, но сперва взглядом спросил, не капнуть ли мне.

Он совсем уже? Думает, я вот так позволю себя отравить?!

– Пап… убери это, – снова заговорила Эстер, она так и сидела у меня на коленях, приобнимала за шею, – Гидеон – Дракон. Они обычно плохо переносят это… иномирное растение, ты же знаешь.

Алик пожал плечами и налил только себе. С запахом грозы смешались горьковатые бодрящие… пожалуй, приятные нотки неведомого напитка. И мне захотелось его попробовать…

Демонова бездна! С Серебряным Змеем невозможно расслабиться!

– Так вот, – продолжил Алик, – мы хотели буквально на днях вас познакомить. Но вы не дотерпели. Мы с артефакторами, вероятно, сделали ошибку в расчётах при настройке блокирующего браслета.

– А ты точно собирался нас знакомить? – рыкнул я, не веря Серебряному Змею ни на грош.

– Точно. – просто ответил он. И принялся завтракать.

Он ел. Мы с Эстер сидели в тишине. Я злился всё сильнее с каждой секундой.

– Ты опасен, Гидеон, – снова заговорил Алик, – с этим ничего не поделать. Но вы с Эстер Истинная пара. Это также данность. Хотя и очень плохо, что вы бросились развлекаться в спальню толком ничего друг о друге не зная. Ожидаемо… Но Эстер всего двадцать человеческих лет. А вот ты, Гидеон… я думал ты поумнее. И посдержаннее.

– Пап!

– Алик!!!

– Что, уже надоело называть меня папой? – насмешливо приподнял одну бровь Серебряный Змей.

Он бесит меня невероятно. Я сокрушу его. Размажу его хитрые мозги по развалинам его Белого Замка-Академии!..

– Очень жаль, что это Дракон, Эстер, – выдохнул Алик тоном лекаря, обыденно извещающего пациента о неизлечимой болезни, – Драконы такие вспыльчивые. Чего-то там себе вечно навыдумывают. Скрипят зубами. Занавески поджигают…

– Хватит! – хлопаю ладонью по столу, – говори что хотел или уходи. И дай нам с женой побыть вдвоём.

– Как раз об этом! – Алик отложил приборы, промокнул губы салфеткой и поднялся из-за стола, – никакая она тебе не жена. Ни по вашим законам, ни по нашим. Это со всех сторон некрасиво, Гидеон. И жить она с тобой не должна. Заключите брак… мне в принципе всё равно, как Змеи или как Драконы. Как Эстер захочет. Заключите брак – съезжайтесь. Расширим этот дом. Организуем Эстер свободное перемещение за контур и обратно…

– Ты серьёзно? – скриплю зубами, – думаешь, я буду здесь сидеть?!

– Какой у тебя выбор, Гидеон? – щурится Алик, – ты же неадекватен. Выпустить тебя нельзя, даже если бы я вдруг этого захотел.

– Ты… – я поднимаю Эстер со своих колен, встаю, приближаюсь к Серебряному Змею и произношу так, чтобы слышал только он, – ты тоже только кажешься адекватным, Алик.

– И ты научись, – также тихо отвечает Серебряный Змей, – хотя бы научись казаться. Для начала. Чтобы можно было хотя бы заикнуться перед Правителем о снятии магического контура. Ты в этом пока что не на высоте.

– Благодарю за ценный совет, – ухмыляюсь я. Совет и впрямь неплох, но Алик уже выбесил меня.

Так что я разворачиваюсь к Эстер. Приближаюсь. Кладу руки ей на талию.

– Обвенчаешься со мной сегодня, Эстер. – это не вопрос. Моя Истинная нерешительно кивает. А я медленно и сладко целую её, ничуть не скрываясь. Взываю к нашей истинной связи. Делаю так, что в этом мире остались только мы…

– Эс-с-с-с-стер… – слышу из-за спины голос Алика. Отец Эстер зашипел. А это верный знак: его маска треснула, иллюзия покоя разбилась вместе с ней. И я добрался до его настоящей сути.

– Иди учись, Эстер, – хрипло шепчу в пухлые губы своей будущей жены, – иди с отцом. Вернёшься вечером. И проведём ритуал.

Не отказываю себе в удовольствие взглянуть в глаза Серебряному Змею. Уже не спокойные. Зрачок вытянут, а кобальтовую радужку опасно заливает жидкое серебро. Очень медленно.

Так что шанс подраться с будущем тестем ломая мебель – у меня всё-таки есть.

Но не сегодня. Не сейчас.

Ухмыляюсь уголком рта и почтительно киваю Алику на прощанье. Никаких драк. Этим вечером у нас семейный праздник.

Глава 9. Папина дочка

Эстер

– Пап… – мы шли через магический лес с отцом плечом к плечу. Папа не открывал Теневую тропу, что почти мгновенно могла перемесить нас от порога дома Гидеона к Главным Вратам белоснежного замкового комплекса Магической Академии.

Отец периодически бросал на меня короткие взгляды.

Осуждает? Вроде бы нет.

Он останавливается. Я тоже вкапываюсь на месте. Мы смотрим друг другу в глаза неотрывно. С папой я всегда была чуть ближе, чем с мамой.

– Всё в порядке, Эстер. Ты ничего плохого не сделала.

Я улыбаюсь. Облегчение накрывает меня мощной волной.

– А как… ты в целом себя чувствуешь, Эстер?

– Хорошо… то есть…

– Ты почти всё время грустила. Как будто лежишь с бетонной плитой на груди. Творила всякие детские шалости и при этом смотрела как мученик. А теперь я этого в тебе не вижу. И меня это устраивает. Если так на тебя влияет Гидеон, я только “за”. Но…

У папы всегда есть “но”. Причём обычно их несколько.

– Ну, говори уж, пап…

Мы медленно побрели к замку. За редеющими деревьями уже были различимы белые каменные стены.

– Во-первых, Гидеона надо взять под контроль. Его сверхцель – извести под корень наш вид. Всегда держи это в уме. Тебе попался сложный экземпляр. Однако Драконы вспыльчивые, но отходчивые… попробуй с этим как-то поработать. А то кончится плохо. Или ты лишишься своей пары и зачахнешь от горя. Или Гидеон всех убьёт. И ты зачахнешь от горя.

– Ясно… – сейчас у нас с отцом даже синхронизировался шаг. Если нас кто-то видел бы со стороны, отметил бы как мы похожи, не то чтобы внешне, а… по общему впечатлению, – дальше, пап.

– Во-вторых, постарайся узнать своего будущего мужа и пусть он узнает тебя. Привяжи его к своей личности. Без учёта истинной связи. Пусть влюбится. Тогда у тебя будет шанс… скорректировать его позицию. Плохо, что вы сразу прыгнули в постель, но… поправимо.

– Пап… – щёки опаляет жаром, я наверняка краснею.

– Он, случайно, тебя не принудил к этому, Эстер?

– Нет, пап… я была не против… И не будем об этом, я тебя прошу, – это уж совсем неудобный разговор с отцом! – давай, излагай дальше…

Снова беглый внимательный взгляд. Отец словно просвечивает мою душу насквозь. Что-то с чем-то молча сверяет в своих мыслях. Затем шумно выдыхает.

– И пока последнее, Эстер, – папа протягивает мне браслет, точную копию того, что был на мне вчера, но то ли расплавился, то ли испарился, – надень.

– Пап!!! Я обещала Гидеону, что…

– Это просто браслет, Эстер. Ты знаешь, что дитя, которое сейчас носит под сердцем твоя мать, тянет из неё слишком много сил. Магический фон Элины низок как никогда. Если примешь ванну, переоденешься и наденешь браслет – твоя мама не поймёт, что ты… поторопилась с брачной ночью. Она расстроится, понимаешь? А сейчас крайне важно, чтобы она сохранила душевное равновесие. Хотя бы до родов. Проведём закрытую церемонию бракосочетания…и потом…можешь рассказать. Но лучше не надо.

– Пап, ты сейчас прям как… Дракон, – усмехаюсь, принимая браслет и надевая его на левое запястье поверх метки.

Мимоходом возникает ощущение какого-то подвоха, но тут же исчезает.

Папа же не мог меня обмануть?

***

Я сделала всё, как сказал отец.

Приняла ванну, сменила всю одежду на чистую. Ту, в которой пришла, на всякий случай – спалила в магическом очаге. Я практически уверена, что на мне не осталось запаха Гидеона.

То есть… сильные маги-перевёртыши, конечно, ощутили бы. Но мама сейчас и впрямь не в лучшей форме и вряд ли его распознала бы.

Проходя мимо распахнутого настежь окна своей комнаты – с нежностью взглянула на вечно хмурое место. Там, над магическим лесом нависали тяжёлые тучи даже в ясный день.

Теперь всё стало ясно – именно там жил Гидеон все эти годы. Дракон, сошедший с небес. Порождающий бурю.

Я почти сразу перестала улыбаться. Над домом Гидеона небеса были буквально чёрные. Исходили какой-то истерической грозой!

Что случилось? Я недоумённо посмотрела на себя в ростовое зеркало, затем на браслет. “Имитацию артефакта”. Точно имитацию?

Попыталась снять.

Никак.

Папа!!! Ну что за дела?! Зачем?!

Пока я двигала широкий браслет туда-сюда, поняла, что по коже плеча еле ощутимо дёргает – точно силовые разряды бьют. Закрыла рукой магическую печать в виде россыпи молний, оставленную Гидеоном на мне – "для профилактики побега". И попыталась отправить мысль: “всё нормально, я вернусь в срок!.. Прости за артефакт. Это случайность!.. Честно…Я… скучаю”

Последнее – сработало. Плечо перестало дёргать. Гроза над тем участком леса не успокоилась, но… стала менее истеричной.

Ну папа, мы с тобой ещё поговорим!

Я выбежала из комнаты.

Надо успеть заглянуть в личные покои родителей. Быстро обсудить всё и нестись на первую лекцию. Хотя уже понятно, что я порядочно опоздала.

“Но хоть попытаюсь провести этот день как обычная адептка! У меня получится”. – мысленно произнесла я.

Как же сильно я ошибалась!

Глава 10. Очень опасный план

Эстер

Ранним утром, когда мы с отцом вернулись в Академию, мама ещё спала. Так что я решила забежать к ней в обеденный перерыв.

На лекции сидела как на иголках. Не слушала. На практике – всё валилось из рук. Я совершенно измоталась.

Чопорный тощий маг – Магистр Файс, похожий скорее на пожилого жреца в храме, чем на могущественного чёрного колдуна вёл у нас Тёмные Искусства. Он был невнятный. Никакой.

“Папа скоро его уволит с должности декана”, – вдруг спонтанно или почти спонтанно подумалось мне. Я перехватила кусок пирога в столовой зале – ряды столов вдоль гигантского помещения были забиты адептами всех факультетов. Как и всегда в обеденном перерыве – стоял знатный галдёж. Парочка преподавателей поглядывала за юными адептами из-за своего стола, чтобы мы не нарушали дисциплину слишком уж рьяно. Не использовали магию, например, – это запрещалась в замкнутом помещении при таком скоплении одарённых. Последствия было бы трудно предсказать.

Нервно потоптавшись возле стола своего факультета, перекинулась парой фраз с тремя ближайшими друзьями. На прощанье обняла своих однокурсников (и подельников) в моих почти безобидных выходках. Поклялась объясниться в своих исчезновениях позднее и хотела уже унестись, но…

Повернувшись к выходу из столовой залы – почувствовала между лопаток особый взгляд. Я бы ни с кем его не перепутала. На меня смотрел прозрачно-голубыми глазами Виктор – наш маленький гений и один из моих самых близких друзей. Единственный четырнадцатилетний ребёнок, что учился с нами, на третьем курсе. Остальным адептам третьего года было не менее двадцати человеческих лет. Но Виктор – был очень одарён, ну и что уж там… блат сыграл роль. Виктор – черноволосый, миловидный… ещё почти мальчишка – наш маленький Огненный Дракон. И к тому же видящий маг – исключительно редкая способность видеть истинную суть вещей. И именно советы его матери мне ой как пригодятся для дальнейшего общения с Гидеоном. Да и с ним мне есть о чём побеседовать…

Я обернулась к другу и выкрикнула:

– Прости, Виктор! Я правда очень спешу!..

Какой же он ребёнок. Погрустнел, серьёзно кивнул. Но я не ушла из столовой, пока не удостоверилась, что ещё двое из нашей компании втащили нашего маленького Дракошу за обеденный стол и отвлекли. Сердце защемило. Рано… рано его сюда отдали. Но он так решил. Дракон же. Хоть и мелкий, а всё туда же. Легче согласиться, чем переубедить.

Я тяжело вздохнула: с Гидеоном – уже, мягко говоря, взрослым экземпляром – я знатно отхвачу.

Папа, конечно, хочет, чтобы я действовала классическими “хитростью и умом”, свойственным виду Змей-перевёртышей, но… Боюсь, я буду действовать… в своём стиле, а не в папином.

Я очень верила, что мне удастся убедить Гидеона забыть о своей мести. Просто поговорю, обниму, поцелую… кхм… и так далее.

И все окажутся в выигрыше.

В общем… в ближайшее время мне предстояло развеять целый ряд моих наивных заблуждений.

Но выбегая из столовой и перескакивая через несколько ступеней за раз, я неслась по широкой светлой лестнице к родительским покоям. И ничего об этом не знала.

У родительских апартаментов я привычно схватилась за серебряные массивные ручки с выгравированными барельефами змеев. Потянула на себя. И вкопалась на пороге.

Мама и папа сидели в глубоких креслах. На круглом столике дымился разлитый по чашкам ягодный взвар. Мама сидела, подобрав ноги, в свободном белом платье, её беременный животик едва заметно выделялся.

Мы очень похожи, только её глаза были насыщенно-зелёные, волосы – темнее моих. Скорее каштановые, чем рыжие.

А в остальном… меня ошарашила мысль, что я с беременным животом буду выглядеть почти также. И даже мои пальцы будут покоиться в руках мужчины, который сложен примерно так же, как отец… с волосами почти такого же цвета.

Призрак моего будущего.

А ведь… это может случиться раньше чем возможно представить.

У меня же уже всё с ним было…

– У тебя уже всё с ним было?! – округлила глаза мама.

Изначальная сила, вот как так-то? Да, изредка бывало – мама могла выхватить из моего ментального потока обрывок какой-нибудь фразы. Особенно “яркой” и “громкой”.

– Эстер… – чуть не застонал отец, встал со своего кресла, обошёл маму и успокаивающе положил руки ей на плечи.

– А ты ещё и знал всё… да, Алик? – мама, конечно, не шипела и ипостась менять не собиралось. Но было ощутимо, что намерение такое у неё есть.

– Элина, – твёрдо обратился отец к маме, – да. Знакомство Эстер с её… Истинным… состоялось. И со свадебным ритуалом тянуть нет смысла. Дальше мы только будем компрометировать дочь и всю семью. Мы принадлежим к правящей семье, а значит, этого позволить мы себе не можем.

Мама устало шумно выдохнула, прикрыла глаза, сложила руки замком на округлившемся животе.

– Ладно, – вяло согласилась мама и распахнула глаза, внимательно на меня посмотрела – Эстер… неужели он тебе понравился?

Мы встретились взглядами. Мама прищурилась. И её зрачки вытянулись в нить, красиво рассекая пополам травянисто-зелёную радужку. Но это длилось пару мгновений.

– Понравился, – эхом отозвалась я, идеально выверяя интонации.

– У них с будущим мужем явно… проскочила искра, а наш знакомый грозовой Дракон умеренно дружелюбен – вклинился в разговор отец, и мама вынужденно перестала сверлить меня взглядом, снова превращаясь из готовой к броску змеи в милую слегка рассеянную беременную женщину.

Кажется, она хотела возмутиться, но словно не имела для этого сил.

– Как скажешь, Алик, – мама говорила тихо и печально, – Готовьте церемонию. И проведём. Совсем без неё нельзя. Но и шумного праздника на полстраны тоже не будет. Если мы предадим огласке личность жениха – получим только панику.

***

Мы с отцом вышли из родительских апартаментов вдвоём.

Отошли на несколько десятков шагов по длинному пустому коридору. Здесь всё настаивало на умиротворение – светлые стены, высокие арочные потолки, мягкий свет бусин магических огней, парящих у нас над головами. Элегантные статуи в нишах – в основном Змеи из чёрного или белого камня. Островок покоя…Но его-то у меня как раз больше не было.

– Пап… – заговорила я, и гулкое эхо отразило мой голос от пропитанных тысячами охранных заклятий стен, – ты зачем обманул меня с браслетом…

– Ради твоего блага, Эстер, – хмыкнул отец.

– То есть?

Мы снова с отцом шли “в ногу”.

– Во-первых, Эстер, я даю Гидеону шанс начать проявлять адекватное поведение. Пусть отнесётся спокойно и не ломает артефакт. И ты заодно покажешь мне, что в состоянии справится с таким мужем. Хотя бы в мелочах. Во-вторых, если ты добьёшься от него согласия оставить на тебе этот артефакт, чтобы Гидеон не пытался с тобой ментально слиться и подмять твою свободу воли… Сейчас, если он чуть окрепнет и ворвётся в твой разум – он тебя раздавит. Гидеон живёт на свете очень давно. От твоего сознания после его грубого проникновения останется… всё равно что выжженное поле.

Я сглатываю.

– И ещё Эстер…

Мне уже жутко слушать, что отец скажет дальше.

– Тебе не кажется, что Магистр Файс… плохо справляется с должностью?

Эм… неожиданная смена темы.

– Конечно, пап. Старикан Файс не тянет возглавлять факультет Тьмы… он же…

И тут до меня доходит.

– Пап, ты же не собираешься…

– Когда-то на этом факультете уже был деканом Дракон. Они действительно хороши для этой должности… Это были золотые годы факультета Тьмы. Он был лучшим в Академии. А сейчас он худший.

Мне всё ещё кажется, что слух меня обманывает. Либо мой отец – мудрый Серебряный Змей – сошёл с ума…

– Пап, – я аж останавливаюсь. Отец замирает рядом. Мы смотрим друг другу в глаза, он улыбается, – пап, ты хочешь, чтобы Гидеон… эм… преподавал? Ты же сам говорил… он опасен и всё такое.

– А кто не опасен, Эстер? – усмехается отец, – даже я, помнится, как-то чуть не убил адепта, приревновав твою мать… дурачка-однокурсника Элины тогда спас счастливый случай. И Правитель.

– ЧТО?!

– Да неважно, Эстер. Важно то, что Гидеон всё равно вырастет в силе. Как бы мы ни старались противодействовать уловками и артефактами. Единственная возможность – если он прикипит к этому миру. Я уже проверил на многих безнадёжных душах – работа с детьми в этом очень помогает. Артефакты-ограничители не будут работать вечно. Гидеон их преодолеет. Это вопрос времени. И лучше, чтобы к этому моменту твой муж-Дракон был к нам лоялен. К тебе, к твоей семье, к нашему виду, ко всему населению Моравии… улавливаешь мою мысль?

– А если… он… не станет лоялен?

– Я другого выхода не вижу, Эстер. А ты?

Отрицательно качаю головой.

– Почему вы не пытались раньше? – тихо спрашиваю отца, – все эти годы взаперти его озлобили и…

– Я пытался. Гидеон был очень агрессивен. Но придя за тобой сегодня утром, я увидел… что он другой. И теперь я считаю, что шанс есть. Только я его не уговорю. Он тогда меня не слушал. Не послушает и сейчас.

– А как же…

– Он послушает тебя Эстер.

Во мне мечутся разнонаправленные чувства. Эйфория, ужас… и… надежда.

– Это очень опасный план, папа…

– Я знаю, Эстер. Я знаю. – ухмыляется уголком рта мой отец – Серебряный Змей.

Глава 11. На колени

Эстер

В особняк Гидеона захожу почти бесшумно. Лишь тихо шуршат длинные юбки изящного белого платья. Плечи, спина и шея у меня – голые. Зона декольте – целомудренно прикрыта. Рукава длинные – укрывают и метку Истинности и браслет-артефакт. Насколько я знаю, Драконам такой внешний вид должен нравиться.

Ткань платья – белая с нежным благородным серебристым отливом, очень гладкая на ощупь – почти текучая. У подола и края рукавов – мелкая алмазная россыпь. Если приглядываться – огранка драгоценного камня очень специфическая – прямая с одной стороны и полукруглая с другой – в форме драконьей чешуи.

Знаю, что Гидеону это понравится намного больше, чем форменный брючный костюм адептки Академии.

Сперва мне кажется, что в доме никого нет.

Но непроходящая гроза над особняком серого камня не позволяет сомневаться – Гидеон здесь. Но не является мне. Злится за то, что отец вновь надел на меня артефакт?..

Могу только гадать.

Я зашла в магический контур первой. Чтобы поговорить. Чтобы проверить, как Гидеон будет себя вести.

Если всё благополучно – я бы подала отцу знак, и была бы проложена тропа в Храм. Один из двух Храмов Драконьих Богов, что воздвигли за последние двадцать лет на территории нашей Змеиной страны – Моравии. В знак дружеского расположения и полного обоюдного принятия Змей-перевётышей и Драконов друг другом.

Всё-таки наши расы приходились друг другу дальней роднёй.

Однако я знала, что Гидеон пылает ненавистью ко всем Змеям. Кроме меня. И то – не окажись я его Истинной парой – наверняка размазал бы меня по стенке…

В размышлениях я уже пересекла пустующую богатую гостиную залу. В массивной мебели мне мерещились чёрные тени, по углам – шорохи.

Я не видела Гидеона.

Но ощущала его присутствие.

По запаху молодой грозы, от которой у меня буквально подгибались колени.

Да я просто знала в конце концов!

Я чувствовала его каждой клеточкой тела.

Наконец, замерла – я почти достигла эйфории – а значит, Гидеон совсем близко.

Он стоит за моей спиной!..

Не пойму, как он туда попал.

Мои чуткие рецепторы Змеи-перевёртыша не уловили движений. Я только сейчас начинаю понимать, что за существо оказалось назначено судьбой мне в духовные супруги.

Я дышу часто.

Его горячая сильная рука ложится на мою шею!..

И я блаженно прикрываю глаза. Чувствую, как наливается сладкой тяжестью низ живота…

– Здравствуй, Эстер… – хриплый шёпот мне на ухо. Тепло от тела Дракона, что замер за моей спиной, и лишь аккуратно придерживает ладонью моё горло. Поглаживает кожу шеи пальцами, заставляя сердце буквально выпрыгивать из груди. А тело покрываться мурашками.

– Тшшш, Эстер, ну что ты так волнуешься… Разве я могу тебя обидеть?..

О да. Ещё как можешь. Или нет? Я не знаю.

Стук сердца отдающий в висках. Мучительный мягкий спазм желания где-то за лоном…

– Как ты прекрасна, Эстер, – снова этот хриплый шёпот и горячее грозовое дыхание. Рука Гидеона соскальзывает с моей шеи, и из моей груди вырывается вздох разочарования.

Мягкий смешок Дракона.

И что-то узкое холодное обвивает мою шею…

"Удавка?!" – разрезает сознание паническая мысль. Я дёргаюсь, но Гидеон мягко удерживает меня на месте.

– Не зли меня, Эстер… – в хриплом шёпоте теперь чуть больше угрозы, – я всего лишь делаю подарок своей жене.

С запозданием до меня доходит: Гидеон только что надел мне на шею какое-то короткое колье. Хочу посмотреть, но стою обмерев. Мне кажется колье тоже … "грозовое"…сияющее как чешуя штормового небесного зверя…

А сердце колотится также быстро. Только теперь удары стали ещё и гулкими, тяжёлыми. И почему-то хочется заплакать. От стресса. От облегчения. Или от того, что рада получить от него подарок?..

Сама себя не понимаю.

По щеке медленно ползёт первая горячая слеза.

А Гидеон продолжает стоять позади меня.

Дракон мягко смахивает слезу с моей щеки. И аккуратно возвращает свою руку на моё горло.

– Ну-ну, Эстер… Не плачь. Красивое платье… вполне подойдёт для нашей брачной церемонии… будет жаль, если я сейчас разорву его… – вторая рука Гидона ныряет в вырез на спине. Медленно гладит мою талию, живот под платьем. Слегка натягивая ткань, перемещается выше. Когда Гидеон мягко сжимает мою грудь – невольно шумно выдыхаю.

Я выгибаюсь в пояснице. Вжимаюсь в тело Гидона. Чувствую через одежду, как в меня упирается его возбуждённый мужской о́рган.

А Дракон уже очень быстро и аккуратно освобождает меня от платья одной рукой, продолжая придерживать второй за шею.

– Эстер… моя… – теперь шёпот Гидеон больше напоминает низкое хрипловатое рычание.

А я прижимаюсь к возбуждённому телу Дракона сильнее, и он не выдерживает:

– На колени, Эстер… сейчас же.

Глава 12. Попытка договориться

Эстер

Интересно, а если я скажу “нет”, Гидеон взбесится?

Он приказал мне встать на колени… моё воображение уже достроило, как дальше он заставит меня завалиться вперёд и возьмёт сзади прямо на полу…

Меня тут же бросает в жар. Я закусываю нижнюю губу.

Пришла пора проверить, как он поступит с моей… для начала безобидной просьбой.

– Гидеон… – еле слышно выдыхаю, пока горячие руки Дракона неумолимо стягивают с меня нижнюю сорочку и небрежно откидывают её на спинку резного дивана. Туда же, где уже валяется моё платье.

– Что я сказал тебе, Эстер?.. – мягко рычит Дракон. Пока мягко…

Он всё ещё у меня за спиной. Когда он стоит там, властно прижимая за талию, вдавливая в своё возбуждённое тело… Мне так спокойно… и так страшно. Как это может быть?

Задерживаю дыхание, чтобы не ощущать сводящий меня с ума запах тела Гидеона. Запах грозы.

– Нет, – твёрдо отвечаю, с замиранием сердце чувствуя, что Дракон запустил руки в моё тончайшее нательное бельё. Его наглые уверенные пальцы скользнули мне между ног, моментально проваливаясь в меня.

Я только охнула.

– Только не лги мне, будто не хочешь этого, Эстер, – твоё тело буквально кричит и умоляет меня выполнить то, что так естественно… А твой запах… Ты знаешь, как он меняется, когда ты меня жаждешь?.. Знаешь, какой он сладкий?.. И как он на меня действует?.. Если я остановлюсь, Эстер, это будет просто преступление… Так что, на колени, дорогая жена.

Я ничего не отвечаю. Могу только рвано судорожно дышать, потому что… Потому что всё это время его рука ласково, но настойчиво изучает моё тело в самых сокровенных местах.

Горячие пальцы Гидеона всё не покидают меня – то проводят по складочкам то ныряют в глубину, то… Просто искры счастья от каждого его движения. Это… это… Гидеон сжимает в пальцах очень чувствительную часть моего тела. Одновременно обхватывает меня поперёк талии второй рукой. Я визжу и вырываюсь, дёргаясь в сладких спазмах. Между наслаждением и острой болью. Затем его руки покидают меня, оставляя следы чувственных воспоминаний. И мне сразу становится холодно… и слегка печально.

А потом – Гидеон и вовсе делает шаг назад. И я перестаю чувствовать спиной его жёсткое возбуждённое тело.

Я резко оборачиваюсь.

Мой будущий муж исчез.

Я медленно иду абсолютно голая по пустой гостиной. Мимо платья, брошенного на тусклую серебристую спинку дивана, мимо тёмной одежды Гидеона, просто лежащей на полу…

Меня трясёт.

– Гидеон… – зову в пустоту, по оконным стёклам особняка постукивает частый дождь. Я с ужасом осознаю, что мне физически плохо от того, что Гидеон перестал ко мне прикасаться. Я уже почти стучу зубами, словно замёрзла. Тело покрывается мурашками. Я слабею, мышцы мелко подрагивают… Вот это – действительно страшно.

– Эстер… – Хрипловатый шёпот идёт из ниоткуда. Это даже не голос Гидеона, мне словно поёт ветер.

Я прикрываю глаза и понимаю, куда он меня зовёт. Иду, не спеша. Боюсь оступиться и упасть. Словно я не сильный маг-перевёртыш. Словно я замёрзшая девочка…

Мне и впрямь надо добиться мира между моей семьёй и Гидеоном… Я и впрямь физически не выживу без него. Зависимость от его прикосновений развилась так быстро!.. Я пока не поняла как мне с этим жить…

Прохожу мимо зеркала – и невольно останавливаюсь. Не в силах отвести взгляд от подарка моего Истинного. Короткое изящное колье – бесподобно. Россыпь прозрачных драгоценных камней на мелких серебристо-перламутровых чешуйках… Похоже на капельки росы, замершие на белых цветочных лепестках. По украшению изредка пробегают сияющие переливы, заставляющие думать о вспышках грозовых молний.

Касаюсь украшения подушечками пальцев. Тёплое… как живое… Глажу драгоценные "лепестки", похожие формой на драконью чешую… Гладкие, уютные, хочется прикасаться к ним постоянно. И создаётся ощущение, что часть Гидеона со мной.

Вздрагиваю, когда мне на плечи ложатся горячие руки будущего мужа.

Он снова у меня за спиной.

Мы оба обнажены и отражаемся сейчас в ростовом зеркале, заключённом в кружево серебристой металлической рамы. Она – как клубящиеся грозовые тучи…

А то, что сейчас отражается в этом зеркале. Позади меня, немного напуганной и бледной, с огромными кобальтовыми глазами, затянутыми поволокой эйфории… Там сама гроза. Сами штормовые небеса.

Гидеон – должно быть, какое-то божество.

Штормовые глаза смотрят на меня голодно. Руки гладят мои плечи с идеальным нажимом.

– Эстер… а ты непослушная девочка, да?.. – хрипло шепчет мне на ухо Гидеон, – ты собираешься противиться воле супруга?..

– Что?.. – я отвечаю, едва слышно, вообще не уверена, что говорю вслух. О чём он?.. Я не…

– Я приказал тебе встать на колени, Эстер, – теперь Гидеон чуть жёстче надавил на мои плечи, не опуская меня на пол силой, но чётко показывая, что мне следует сделать.

Я встречаюсь с Драконом взглядом – смотрю в его штормовые глаза. Точнее, в их отражение в зеркале в серебряной извитой раме.

– Нет, – повторяю я. И часть меня безмолвно разражается истерикой: “ как это “нет”?! это существо вообще не должно слышать от меня “нет” !!! Никогда! Ни при каких обстоятельствах”.

Брови Гидеона удивлённо ползут вверх, миг он сверлит меня тяжёлым взглядом. Затем начинает очень тихо мягко смеяться.

– Я тебя понял, Серебряная Змейка-Эстер. – давление на плечи ослабевает. И Гидеон медленно разворачивает меня к себе лицом, спиной к зеркалу, – супружество это очень серьёзно, Эстер. Надо друг друга слушать и договариваться, тебя так учили?

Медленно, осторожно киваю.

– Так чего ты хочешь, Эстер?..

– Видеть… твои глаза.

На миг его выражение лица делается нечитаемым. Лицо-маска. Неужели, он не планировал впускать меня в свою душу?.. Просто брать моё тело, раз уж судьба связала нас Истинной связью?

Может быть… Ведь мы друг друга не знаем.

– Тогда смотри мне в глаза, Змейка-Эстер… – мягко приказывает Гидеон, и я мигом забываю, о чём думала.

Я обнимаю это невероятное существо… своего будущего мужа, делаю шаг навстречу и плотно прижимаюсь грудью.

Сильные руки Гидеона мгновенно заключают меня в объятия. А дальше – он лишь поддерживает меня одной рукой, гладит меня между ног другой – лишь для того, чтобы убедиться в очевидном.

Затем Гидеон очень медленно насаживает меня на свой возбуждённый о́рган. Он мучает меня. Я хочу, чтобы он вошёл резче и до конца. И он прекрасно это знает.

Я начинаю дёргаться и задыхаться. От серии судорог, которые пронизывают моё лоно от этого его нарочито медленного движения.

Но шансов сдвинуться или хоть на что-то повлиять у меня нет.

– Гидеон… – умоляюще постанываю я.

– Смотри в глаза Эстер, – усмехается жестокий Дракон, и наконец резко насаживает меня до конца. Мой визг эхом разлетается по просторным комнатам особняка. Я зажмуриваюсь: серебристые молнии вспыхивают в черноте под сомкнутыми веками. А Гидеон делает ещё одно плавное движение во мне. А дальше – только мои крики. Его ритмичные вторжения в моё тело. Воздух, которого мне мало.

Он жесток.

А я – прижата между ним и стеной, он берёт меня глубоко. Берёт – не только тело. Вообще всё. Гидеон рычит и скалится. Надо бы умолять его пощадить меня. Пощадить моё непривычное к этому всему тело, но… Я не хочу его пощады. Я хочу, чтобы он брал меня в полную силу. Ведь он – мой муж. А потому вместо мольбы о пощаде выдыхаю в губы Дракона:

– Поцелуй меня…

И он не заставляет себя ждать.

Целует собственнически. Тоже владея. Берёт и поцелуем. А я только обвиваю сильное тело Дракона ногами и подаюсь навстречу.

Я – остаюсь голыми чувствами, превращаясь в продолжение мужа.

Я хочу его понять.

Я обязана его понять. И сейчас я вся – его желания. Его воля… и когда он достигает пика – и с рыком изливает в меня горячее пряно и терпко пахнущее семя – я резко проваливаюсь в ментальное поле Дракона.

Глава 13. Жалеешь?

Гидеон

Надо было разозлиться…

Да как она посмела?

Маленькая хитрая Серебряная Змейка вломилась в мой разум без спроса. И одно лишь допущение, что ей подсказал так поступить её предприимчивый отец – дико меня злит. Гоню прочь эти мысли. Просто наслаждаюсь тем, что происходит в эту минуту.

Мы с Эстер лежим в бескрайнем поле, вокруг покачивается сочная зелёная трава. Эстер нежится на моём плече, гладит грудь. Только что я брал её жёстко, затем нежно, затем – снова жёстко…

И за то, как она заглядывает мне в лицо своими бездонными кобальтовыми глазами – я готов ей простить любую дерзость.

Даже вторжение в разум.

Любому своему врагу я уже выпотрошил бы мозги. Но… хочется думать, что Эстер вошла сюда на рефлексе. Потому что влюбилась.

И вдруг остро понимаю: я бы хотел, чтобы она влюбилась. Но пока чувствую в ней только влечение, запущенное истинностью. Змеи-перевёртыши себе на уме, и я обязан быть крайне осторожен с Эстер… Но не сейчас.

Мы просто лежим абсолютно обнажённые в самом центре широкого круга – безветренного глаза бури. Вокруг нас по спирали вверх проносятся воздушные потоки. Чуть подайся в сторону, и ветер будет реветь и нещадно тянуть… стремиться разорвать случайную жертву в клочья.

Случайно ли провалилась в моё ментальное поле наивная маленькая Змейка-Эстер?

Как бы то ни было, здесь я хозяин. Впрочем, не только здесь…

– Какая дерзость, Эстер… – я хочу рычать, но скорее мурлыкаю как сытый лесной кот. Мурлыкающий Дракон – это феномен. Она расслабляет меня, делает мягким. Необходимо взять себя в руки, чтобы следовать моему плану…

– Гидеон… так хорошо… – щека Эстер касается моей груди. Я обнимаю её за талию, укладываю так, что она оказывается вся на моём теле сверху. Лёгкая, изящная. Моя девочка. Моя жена…

Стоп. Жена.

Церемония!

– Эстер, а ты помнишь, зачем пришла сегодня?.. Зачем надела то красивое белое платье?.. – я наматываю её локоны на пальцы одной руки, другой – нежно глажу её лицо… щёчки, губки… и эта женщина – моя. Эта мысль порождает новый приступ вожделения.

Мечтательный взгляд Эстер резко проясняется. Она смотрит на меня огромными кобальтовыми глазами, очаровательно ойкает и прикладывает ладошку к губам.

– Эстер… ты забыла о нашей свадьбе? – я мягко смеюсь. Ничего не могу поделать. Эстер прекрасна. Как небо. Как полёт. Как жизнь.

Я мягко выталкиваю нас обоих из моего ментального пространства.

И мы оказываемся точно такими же счастливыми и обнажёнными на полу гостиной моего особняка… Что был моей магической тюрьмой уже больше двадцати лет. Что перестал ею быть, когда порог этого дома переступила Эстер.

– Гидеон… – Эстер присаживается на полу, а я остаюсь лежать на спине, она держит меня за руки, – прежде чем проведут церемонию…я…я бы хотела…

А я сейчас почему-то почти на всё согласен.

– Проси, Эстер.

– Пообещай мне, что не причинишь вреда тем, кто мне дорог. Ни сейчас, ни потом…

– Эстер, всё очень непросто, – я хмурюсь. Это тяжёлый разговор. А если дам слово, то не считая вопроса "чести", будут элементарные магические искажения, когда я вступлю в поединок со Змеями. Не в мою пользу. Потому что слово – это не просто слово. Особенно в этом мире Змей – Мора-Ви.

Но это всё не так уж важно, потому что в кобальтовых глазах Эстер на тёмных длинных ресницах я вижу первые слёзы.

Ну нет, Эстер.

– А если скажу “да”, но обману тебя, Змейка?..

Её пальцы перестают сжимать мои.

– Мне не нравится, когда твоя рука такая безвольная, Эстер. Как неживая…

– Тогда ты убьёшь мою душу, – перебивает Эстер, – и у меня будет такая не только рука. Я вся буду такая!.. Мы с тобой сразу начали… с постели. Ни один из нас не посчитал нужным бороться с притяжением истинной связи. Но на самом деле мы с тобой пока чужие, Гидеон. И можем такими навсегда остаться.

– Так всё-таки ты жалеешь?

– О чём?

– Что начала наше общение… с постели?

Мгновения тянутся. Эстер думает. А меня бесит: о чём здесь можно думать?

Когда я уже готов зарычать от ярости – хитрая улыбка касается уголков нежных девичьих губ, и лучики-смешинки начинают сверкать в кобальтовых глазах Эстер.

“Нет”, – говорит одними губами и снова мягко опускается на мою грудь, нежные девичьи руки обвивают мою шею.

Я странным образом размякаю. Как будто юная Серебряная Змейка загипнотизировала меня!

– Я очень постараюсь выполнить твою просьбу, Эстер – говорю я, с некоторой задержкой осознавая смысл своих слов.

Демонова Бездна, да дочь Серебряного Змея поймала меня!

Эстер нежно обнимает меня, покрывает моё лицо короткими поцелуями.

Я останавливаю её.

Беру красивое юное лицо в свои ладони. И заставляю поцеловать меня глубоко. Нежно. И чувственно.

Она постанывает.

Снова хочет меня.

Нет… Мы хотим друг друга.

Глава 14. Свадьба

Эстер

Это так странно.

После быстрого омовения я снова влезла в своё свадебное платье.

Гидеон помогал мне его надеть, а я… всё время опасалась, что вот сейчас услышу треск ткани. Он рванёт платье, и мы опять свалимся в объятия друг друга на диван или на пол или куда придётся…

Но Дракон касался меня деликатно.

И мне… было немного печально.

А Гидеон… в его тёмном одеянии с серебристыми аксельбантами… был так хорош, что я сначала остолбенела.

Крепко зажмурилась и тут же открыла глаза.

Сглотнула.

– Нравится, Эстер?.. – самодовольно хмыкнул Дракон, галантно беря мой подрагивающие от волнения пальцы в свою сильную горячую руку.

– Очень… – только выдыхаю, оглядывая широкие плечи своего будущего мужа, все достоинства его тела только подчёркивает эта одежда.

Штормовые серые глаза Дракона – сейчас они смеются. Пока он не опасен. Но это только пока… И полуулыбка на идеальных жёстких губах – не злая. Не саркастичная. Серебристо-белые буйные волосы разметались по плечам Дракона, упали на серебристые элементы его богатых одежд. Это руны… вдруг поняла я, – руны из серебра. Драконы часто носят такое на одежде и метка Истинности… она тоже состоит из рунического става, утопленного в завитки… Змеи в этом не сильны. А Драконы очень хорошо ладят с магией рун.

"А нет ли в этих магических письменах какого-то скрытого смысла?.. Не причинят ли они вреда кому-то из жителей моего мира, стоит Гидеону покинуть магический контур своего особняка-тюрьмы",– размышляла я, пока Гидеон медленно вёл меня по дикому саду в сторону границы магического контура.

– Что нахмурилась, Эстер? – голос Гидеона стал жёстче, рука сжала мои пальцы чуть сильнее. Не до боли, но… мой муж меня предупредил.

Мы остановились. Я перевела взгляд на его лицо.

“Он разозлился”, – поняла я. Потому что глаза стали прозрачно-серыми, и грозовой запах стал более терпким.

И в землю вокруг нас начали бить редкие молнии.

Я вздрогнула от первой. На последующие – уже не реагировала.

Это было демонстрацией: у Дракона испортилось настроение. На случай если по хмурому по-мужски красивому лицу я чего-то недопоняла.

Я светло улыбнулась Гидеону и перехватила его руку иначе – не по этикету. А сплетя свои пальцы с его.

– Да я поняла всё, убери… пожалуйста, – указала взглядом на молнии, – постарайся меня понять Гидеон. Я не могу контролировать каждую свою мысль. Каждое справедливое, согласись, опасение…

В небе громыхнуло.

Я взвизгнула и рывком вжалась в грудь Гидеона. Он помедлил миг, затем мягко рассмеялся и заключил меня в объятия, сцепив руки замком у меня за спиной.

– Я постараюсь быть… терпимее, Эстер.

– Спасибо… – мягко целую Гидеона в широкую шею, поднимаюсь на носочки, и он опускает ко мне своё лицо. Коротко жарко целует в губы.

– Сегодня Эстер я точно никому не причиню вреда. Даю слово. Так тебе будет легче…

– Сегодня и завтра… – быстро поправляю я.

– Торгуешься со мной, Эстер? – заглядывает мне в лицо Дракон, насмешливо приподнимая одну бровь.

– Нет… да… ну, пожалуйста, Гидеон?.. Мне будет спокойней… Я не буду искать взглядом часы. Сейчас уже довольно поздно… Мы… задержались.

– Ладно, Змейка-Эстер, – снова этот мягкий смех и целомудренный короткий поцелуй в губы.

– О, и ещё… Гидеон… вот как сейчас – так меня и поцелуй во время семейного праздника… а то родители…

– Нет, – рявкает Гидеон и после короткого смешка продолжает, – вот это точно нет, Эстер. И не проси. Поцелую свою жену, как считаю нужным. Твои родители могут отвернуться, если угодно.

Я согласно киваю.

– Ну хотя бы с папой за праздничным столом не поругаешься?.. – совсем жалобно спрашиваю я.

– Нет, – закатывает глаза Гидеон, увлекая меня к замерцавшему участку в витой ограде особняка. Это ждёт нас Теневая Тропа. Что откроется здесь и выпустит нас входа в один из Храмов Драконьих Богов. Я там даже никогда не была…

Я восхожу на теневую тропу, держа Гидеона за руку.

Маленькая победа, почему нет.

Небольшая Змеиная хитрость: сразу после отказа в просьбе, просить что-то попроще. Я и не рассчитывала, что Гидеон согласится на целомудренный поцелуй, но… только что обеспечила себе спокойный праздничный ужин!

По крайней мере, я так думала…

***

Мы сошли с тропы у Врат в Храм серого камня.

Я никогда не была внутри, но знала, что он посвящён одной из самых почитаемых Богинь Драконьей расы… Они звали её Каменной Драконицей – что-то вроде покровительницы перерождений. Иначе почему она изображалась как почти скелетированный Дракон в Звериной форме, но в венке из белых мелких весенних цветов?

У Змеев вообще не было Богов. Мы верили в Свет и Тьму… точнее, знали, что Свет и Тьма есть. Обращались к магии стихий. Что до Богов… этот термин мы соотносили с очень могущественными колдунами, перешедшими определённую черту, победившими время, пространство и поле вероятностей судьбы… Мы знали, что такие есть. Или были. Но Драконы вкладывали в это нечто совершенно другое. Мне предстояло всё это узнать. И понять, как мыслит мой муж, возможно даже – поверить в то, во что он верит. Со временем.

Мы с Гидеоном зашли в Храм и приблизились к жрецу. Одни в круглом зале. В центре его алтарь и та самая огромная статуя-скелет в венке. И жрец у её подножия. Мы остановились напротив него. Жрец наговаривал слова клятвы…связывал наши руки с Гидеоном какими-то магическими лентами, сотворёнными из воздуха. Непонятная мне иномирная магия, фактурой совершенно непохожая на мою.

Я отвечала в положенных местах текстами обетов – я знала, что говорить. Отвечала по инерции, успевая оглядеть храм. Мрачный… Со свечами горящими плотными рядами на выступающем островке вдоль покатых стен. Непрерывной лентой множество свечей, что загорались сами собой, опоясывали зал.

– Эстер… – рычащий шёпот Гидеона привлёк моё внимание, – сконцентрируйся. Смотри на меня, жена…

– А почему мы здесь одни? Где все? – я заглянула в штормовые глаза Гидеона.

Но ответ я получить не успела.

– Дети мои, – привлёк наше внимание жрец, – Богиня отказывает вам в связке судеб.

– Что?!

– Что?!

Мы с Гидеоном переспросили одновременно. Он – со злобным шипением. Я – с растерянностью.

– Дети мои, Богиня подтверждает истинную связь. Высокое сродство тел. И дозволяет вам и дальше… быть единым целым, как положено мужу и жене. Однако души ваши закрыты друг от друга. Богиня ждёт вас в этот день, когда луна Мора-Ви завершит полный цикл. И проведём церемонию повторно.

– А если… – осторожно подаю голос, боясь, что Гидеона “прорвёт” и он, например, откусит жрецу голову, – а если… почтенный жрец, мы… не справимся? С душами… не очень-то понятно, что требуется. Так что…

– Постарайтесь друг друга понять, дитя. И взглянуть на мир глазами супруга. Если не преуспеете – Богиня призовёт вас ещё через лунный цикл, и вы оба лишитесь магии. Станете людьми. Или погибнете… Но последнее, конечно, маловероятно…

Гидеон зарычал.

А я… стала просчитывать вероятности будущего чисто на рефлексе. Папа учил меня так делать, с раннего детства. Привычку уже было не искоренить.

– Дай мне слово, – громко произношу. Свечи вспыхивают ярче. Жрец складывает руки жестом позволя мне продолжить, – дай слово, Гидеон. При своей Драконьей Богине. Что мне не нужно тебя бояться. Что ты не навредишь моей семье, земле и народу. Что будешь их защищать, если понадобится. И тогда я не попытаюсь ничего от тебя утаить. Буду честна, сделаю всё, чтобы ты вписался в мой мир, и буду очень стараться понять твой…

– Хватит!.. – рычит Гидеон, отпуская мою руку… вижу по его изменившимся кончикам пальцев – это чтобы не покалечить меня Драконьими когтями, проросшими только что, – ты хочешь, чтобы я поклялся перед Богиней, что оставлю месть? Но месть важна, Эстер. Это для Дракона словно отсечь часть тела.

– Мы оба в своём роде отказываемся от части тела, Гидеон… – печально произношу, нерешительно протягиваю руки к своему несостоявшемуся мужу, – неужели то, что произошло ещё до моего рождения настолько важно?.. Что ты готов даже перечеркнуть будущее?..

– Дети мои, – снова подаёт голос жрец, – Богиня дозволяет… свести ваши метки и отозвать Истинность. Оба станете свободны. Никто не отберёт через один цикл луны у вас ни жизнь, ни магию… Но решайте здесь и сейчас.

Глава 15. Решение

Эстер

– Нет!

– Нет!

Я отвечаю быстро, не задумываясь о последствиях. Это был шанс. И папа бы меня не похвалил. Шанс вернуть покой семье и стране. Избавиться от Гидеона… Но я… только что выбрала себя.

Я не хочу отказываться от брака с ним.

Я не знала, что скажет Дракон.

Может моя метка ему – клеймо и в тягость. И если бы он сказал “да” одновременно с моим "нет"… мне… Тьма… мне было бы очень больно.

Его угрожающее “нет!”, произнесённое одновременно с моим – как рёв молодой бури. Я начала плакать. И смеяться одновременно.

Поняла, что я всё ещё стою, нерешительно протянув руку к Дракону. Наконец, Гидеон мягко дёргает меня за запястье на себя, крепко обнимает, вжимая в свою мощную грудь. Я обнимаю его в ответ так крепко, как только могу.

Всхлипываю в объятиях Дракона, подставляю лицо его коротким нежным поцелуям.

– Очень хорошо, – довольно выдыхает сухопарый жрец, – это верный ответ, дети мои. Богиня смягчается и несколько изменяет свои намерения. Брак подтверждён, за исключением финальной печати. Итак, вы супруги. Метки созрели. Это увидит каждый маг этого и иного мира, однако… заключительную печать на метки Богиня поставит через один лунный цикл. Постарайтесь выполнить её условия, чтобы остаться мужем и женой, которыми вы стали в это мгновенье. А также сохранить свои магию и жизнь. Богиня благословляет вас.

Несколько мгновений тишины. Жрец замер напротив нас у алтаря. И, кажется, даже не дышит. Я изредка всхлипываю. Свечи потрескивают. Ветер поёт в завитках огромной статуи в центре зала, мелодично пролетая через её рваные “неживые” крылья, шевелит белые цветы в свадебном венке на монструозной голове Богини…

– Я не знаю, как это возможно сделать, – всё ещё всхлипываю я, роняя слёзы на тёмные свадебные одеяния Гидеона, – правда. Я могу только бояться. Я не вижу выхода…

– Мы с этим разберемся, Эстер, – перебивает меня Гидеон.

Затем сухо кивает жрецу. Я этого даже не вижу. Я чувствую. Потому что просто уткнулась в грудь Дракона, в очередном приступе рыданий.

– Ступайте с миром, дети мои…

А потом муж подхватывает меня на руки и уносит из круглой ритуальной залы. Но останавливается у самого выхода…

Миг смотрю в его глаза. А потом опускаю взгляд на широкую шею мужа, кожа покрывается перламутрово-белыми словно налитыми силовыми разрядами крупными чешуйками специфической формы – полукруглыми с одного края.

– Эстер… вырви одну. И вложи её в стену храма.

Я удивлённо округляю глаза, но подчиняюсь мужу. Вырываю чешуйку –и в этом месте на себе чувствую боль! – как будто меня саму по шее ножом полоснули, но рана Гидеона закрывается на глазах. И я перестаю чувствовать фантомную боль на собственной шее.

Дрожащими пальцами прикладываю чешуйку к дверному проёму и она… тут же тонет в камне – словно её затянуло в болото.

– Богиня приняла дар, – шёпотом поясняет Гидеон. В дверном проёме поворачивается к алтарю в виде огромной статуи-драконицы и к замершему, как неживой, сухопарому жрецу. Кланяется, так и не выпуская меня из рук.

А затем выносит меня из храма в весеннюю тёплую ночь, крепко прижимая к своей груди.

Я оглядываюсь через плечо Гидеона на Храм, но…

Храм зарябил – как если смотреть на него через дым костра. А ещё через миг истаял в воздухе.

Я только пожала плечами. У Драконов свои причуды.

А через несколько шагов нам вновь открылась теневая тропа. И на этот раз нас вывел путь в Малый зал Чёрной Башни – дворца Правителя Моравии. Всё в чёрном и белом мраморе. На изящном золотом постаменте с двух сторон от стола парные фонтаны – белый и чёрный клылатые Змеи, и вода частыми каплями стекает с их клыков, символизируя яд.

Здесь всё было украшено как подобает для свадьбы – белые и золотистые вьюнки из садов резиденции Правителя. Играет лёгкая музыка… отражённая магией. Сами музыканты сейчас играют где-то в другом зале.

Чтобы не видеть моего мужа. Чтобы не допустить распространения слухов.

Всего один овальный стол, накрытый на несколько гостей.

Будут только родственники и два – три друга семьи, надо думать.

Но пока что кроме нас в зале было только двое

Первое – цепкий взгляд кобальтовых глаз отца.

“Всё в порядке, папа,” – я кивнула ему с лёгкой улыбкой, надеясь, что он меня понял.

Папа отвёл взгляд, – значит, понял.

Мама. Сидела на стуле, облокотившись о чашу фонтана с белым змеем и бессмысленно тыкала пальцем мраморный клык каменной кобры. А ведь её ваяли с маминой старшей сестры – тёти Алисы.

– А, вы быстро… – выдохнула мама и улыбнулась. Но я слишком хорошо её знала, так что сразу поняла: улыбка неискренняя.

– Быстро?.. – еле слышно переспросила я, а Гидеон, наконец, поставил меня на пол. Я с непривычки качнулась. Его рука мгновенно оказалась на моей талии, удерживая от падения.

Мама подавила гримасу отвращения:

– Ну да, – снова это улыбка, – Алик сказал, вас раньше чем через час ждать не стоит. Но гости потихоньку подтягиваются…

– А я думала, мы опоздаем, – хихикнула я.

– Я догадывался, и примерно заложил время… на ваши… сборы. – усмехнулся папа, коротко заключая меня в объятия, а затем к моему вящему удивлению… крепко пожал Гидеону предплечье – как чёрные легионеры в войске, где отец служил, приветствуют друг друга.

Я бы так и осталась смотреть на это с приоткрытым ртом, если бы отец не подмигнул мне хитрым кобальтовым глазом. И я отмерла.

И на сердце вдруг стало легко и даже весело.

– Давайте поздороваемся с гостями… и пригласим потихоньку всех за стол, – сла́бо улыбнулась мама и с тяжёлым вздохом поднялась, опершись о поданную папину руку.

Я обняла маму, коснувшись её тёплого беременного животика сквозь нежно-зелёную ткань воздушного платья, изящно обшитого серебром. Я понадеялась было, но они с Гидеоном друг к другу не приблизились.

Родители ушли первыми в смежную залу, где собирались гости, а мы намеревались уже отправиться следом.

– Эстер, – тихонько позвал меня Гидеон, – тебе не о чем переживать этой ночью. Я дал тебе слово. И… твоей матери нужно время. Вероятно, много времени.

Я благодарно улыбнулась мужу. И приняв его руку, шагнула в небольшую залу для сбора гостей.

Здесь сидела одна в просторном кресле моя двоюродная сестра – Диара – черноволосая улыбчивая белая волшебница с принизывающим взглядом почти чёрных глаз. Диара была дочерью Правителя страны Змеев Арона и маминой старшей сестры – тёти Алисы… А ещё… это именно из-за Диары Гидеон двадцать лет назад лишился сил.

Прежде его, белый огонь горел теперь в магической крови родившейся в день его поражения Диары.

Я любила её, мы были почти сверстницы… но… я, признаться, не ожидала, что она придёт. Была рада, но… размахивать у Гидеона перед носом волшебницей, которой отошла львиная доля его сил когда-то… опасно, что ли.

– Привет, – улыбнулась нам как ни в чём не бывало Диара, – поздравляю… Эстер, смотри… они не хотят перекидываться… Я им говорю у Эстер свадьба, превращайтесь в людей. А они только шипят на меня…

Диара рассмеялась. И я разглядела в её руках, в складках пышного чёрного платья двух серебряных маленьких змеек.

Я против воли улыбнулась. Они слишком рано научились оборачиваться. Даже раньше чем наследник престола… Это мои родные брат и сестра. Близнецы. Им по четыре года… И я вполне верю, что они могли не послушаться. Ни Диару, ни тётю Алису, ни Правителя, ни даже наших родителей.

Я приняла близнецов из рук Диары, ненадолго отпустив Гидеона.

И сразу обернулась к мужу.

Не взбесился ли он, увидев нового хозяина некогда принадлежавшей ему магии? По его лицу ничего нельзя было понять.

– Гидеон, – я удерживала в одной руке обвивших меня блестящими хвостиками малышей, – это мои брат и сестра… Тебе это странно, да?..

Я пыталась расшифровать сложную гамму чувств в его глазах. Гидеон медленно протянул к змеёнышам ладонь. Увидела боковым зрением, как дёрнулась мама, но папа успокаивающе приобнял её за плечи. Да и Диара уселась на самый край кресла, вцепившись тонкими пальцами с чуть заострившимися коготками в подлокотники.

“Какая у меня прекрасная семья. Все, если что, готовы подраться с моим мужем…”, – мысль дикая, странная и отчего-то в итоге комичная. Я тихонько хихикнула.

И мама рвано выдохнула, а Диара разжала пальцы на подлокотниках кресла.

Только папа продолжал, не мигая внимательно смотреть на Гидеона. В отличие от всех остальных в комнате, поза отца только казалась расслабленной.

И не зря.

Потому что через миг, синхронно зашипев, две серебряные змейки на моей раскрытой ладони распахнули капюшоны, рванулись вперёд и вцепились маленькими пастями в пальцы Гидеона.

Глава 16. Дела семейные

Гидеон

Я захохотал.

Не удержался.

То ли над напряжённым лицом Алика, то ли над ситуацией в целом.

– У них… нет ещё клыков… и яда нет… – лепетала Эстер и натянуто улыбалась, стаскивая с моей руки змеёнышей, – это… ты…я думаю, ты им понравился!

Очаровательно.

Мой смех стал сильнее. Я впервые имел дело с детьми Змей-перевёртышей. Они обычно приобретают вторую ипостась в более зрелом возрасте. Как и Драконы. Хотя бы в подростковом. А эти… "гениальные", как их папаша?

Надеюсь, что нет…

Впрочем, чем сильнее маг, тем раньше он научается менять ипостась. Мужчины обычно раньше женщин.

А вот интересно.

Эта черноволосая и черноглазая в чёрном платье… но при этом вполне себе белая волшебница… дочь Правителя Змей Арона – Владыки Хаоса, в которой так чудесно прижилась моя магическая сила… сколько лет было ей, когда она сменила ипостась? И что у неё за Зверь? Дракон – из-за моей силы… или всё-таки какой-то жуткий изменённый змеиный гибрид, с учётом того, что оба её родителя чистопородные Змеи…

Девочка с вьющимися чёрными волосами и едва заметно поблескивающей терновой диадемой из чёрных бриллиантов – артефактом правящего дома – подходит к нам, обнимает Эстер и целует в щёку. Затем за кончики хвостов уносит извивающихся змеёнышей-близнецов и пересаживает в руки родителей Эстер. И тут же возвращается к нам.

– Диара, – представляется брюнетка, колко улыбаясь мне в глаза… Такой же некомфортный взгляд как у её Демонова папаши – Владыки Хаоса. Как будто может в прямом смысле убить этим взглядом, даром что белая волшебница. Девочка в чёрном приветливо протягивает мне руку, – я бросаться не буду.

– Уж я надеюсь, – коротко жму протянутую руку.

Целовать руки женщинам-Змеям, как того требует этикет – даже не подумаю. Увольте. Кроме Эстер. Но Эстер – это другое. Ей я поцелую вообще всё что угодно, не только руки. Эстер – моя…

А этот серпентарий я не заказывал.

Моя юная жена обвивает мне плечо тонкими руками, успокаивающе поглаживает моё предплечье. Представляю, как она сейчас дёргается. И ту, в ком теперь живёт моя прежняя сила, мне показали. И змеёныши меня "погрызли"… Что теперь?

Для полного счастья надо, чтоб явился Правитель с супругой и старшим сыном. И чтоб меня окончательно добить – тот Дракон-предатель, что спелся со Змеями и помогал заключить меня в ловушку вместе с этими хвостатыми мерзавц…

– Церемония прошла хорошо? – светским тоном интересуется отец Эстер – Алик, отвлекая меня от чёрных мыслей, которые я продолжил нагнетать как-то сам собой.

– Спасибо, вполне, – ровно отвечаю, прикрывая руку жены своей сверху, ласково поглаживаю тыльную поверхность кисти Эстер.

Лишь для того чтобы поймать тень ярости, глубоко спрятанной на дне кобальтовых глаз её отца – великого и ужасного Серебряного Змея. Да, я обещал не причинять никому вреда. Но… Не веселиться я не обещал.

– Отлично, – подхватывает Алик, но я-то знаю: его внимательные змеиные глаза не выпускают ни одного моего движения из поля зрения.

А ещё я вижу по этим глазам – он не верит, что церемония прошла гладко. Он не может знать… но почему-то знает. Может, он даже каким-то непостижимым образом расставил сети вероятностей будущего так, что нам с Эстер предложили бы отказаться от меток истинности в Храме. Вот только вряд ли он ждал, что его дочь с таким жаром отвергнет эту “милость Богов”. Или милость Изначальных сил, как говорят в Мора-Ви. Змеи – безбожники. Что в принципе меня не удивляет.

Я улыбаюсь.

Мы закрыты друг от друга с Эстер. Потому что Драконы ненавидят Змей и у меня есть счёт к миру Мора-Ви.

А ещё потому что отец Эстер научил её манипулировать раньше чем ходить.

Но главное… потому что Эстер меня не любит. Хочет, даже жаждет… но не любит. Пока что. Но я намерен это исправить. Потому что любовь Истинной сделает меня намного сильнее. И просто потому, что я так хочу.

– Прошу прощения… – я коротко прижимаю пальцы Эстер к губам и увлекаю жену в дальний угол комнаты.

Она заглядывает мне в глаза. Волнуется. Те, кто сейчас в этой комнате – уже произвели на меня “неизгладимое впечатление”. Само их присутствие – испытание.

И непонятно, кто ещё придёт на этот семейный праздник.

– Эстер, Истинная моя… – тихонько шепчу, обнимая мою Змейку за тонкую талию, – я хочу, чтобы ты получала удовольствие от праздника. А не нервничала и дёргалась от каждого слова, что мне скажут твои родственники. Я понимаю, что в укусах близняшек было больше любопытства чем агрессии. И понимаю, что Диара не виновата, что живёт с некогда моей магией. Та сила давно приняла её как хозяйку, и я не планирую с боем её возвращать и причинять девочке вред… И то же самое скажу тебе про остальных…

Эстер просто шумно выдыхает с облегчением и не скрываясь, опять же – нарушая дворцовый этикет – просто обнимает меня за шею, словно мы здесь одни.

– Эстер… – шепчу, зарывшись носом в рыжие густые волосы жены, – а ты, во сколько лет впервые сменила ипостась?..

– Я… – голос Эстер становится печальным, – я-то рано… до года ещё, но… только вот…

– Что, девочка?..

– Крыльев нет, – совсем тоскливо говорит она, – у родителей есть. И мне уже двадцать… Значит, наверно крыльев и не будет…

Голос дрогнул. Заплачет? Из-за крыльев?! Какие глупости…

– Эстер… – успокаивающе глажу по голой девичьей спине, нырнув рукой под копну её густых волос, – иногда разбудить крылья… требует уловки. Я чувствую, крылья будут. Я помогу…

– Правда? – она подаётся назад. В кобальтовых глазах сияет восторг, – ты научишь?..

– В твоей Академии ведь есть Оборотная площадка…

– Да, но… – Эстер мнётся, – не знаю… давай попросим папу. Может, он разрешит, чтобы ты… учил?

Я киваю и Эстер выскальзывает из моих рук, проносится через маленький зал и весело подскакивает к Серебряному Змею.

Что-то импульсивно шепчет на ухо своему отцу, пригубившему из кубка.

Я знаю, что Алик пьёт тот самый тонизирующий раствор, что так заинтересовал меня утром…И мне всё ещё интересно его попробовать.

Но я отвлекаюсь на другое.

Что-то тут не так.

Я что-то упускаю.

Я нахмуриваюсь.

Эстер подбегает ко мне. И прежде чем успевает что-то восторженно начать говорить, я её опережаю:

– Опять какая-то хитрость Змейка-Эстер?.. – вкрадчиво начинаю я, – ты хитрая маленькая Змейка… хоть помнишь, как давно я живу на свете?..

Эстер виновато пожимает плечами и проникновенно смотрит мне в глаза.

– Гидеон, – неловко улыбается моя юная хитрая супруга, – я… давай всё тебе расскажу как есть, когда останемся наедине. Я правда хочу, чтобы ты мог быть чаще рядом и…

– Конечно, расскажешь, Змейка-Эстер… – тихо шиплю жене на ухо, – расскажешь всё. Каждую свою маленькую хитрость. Я её у тебя выпытаю… Знаешь как?..

Эстер округляет глаза, я не даю ей опомниться, и понижая голос ещё сильнее нашёптываю ей на ухо свои непристойные планы на ночь, смачно описывая некоторые детали предстоящего допроса.

Эстер густо краснеет. И пытается задавить улыбку.

Дальше мы молчим, юная жена льнёт ко мне, прячет лицо на моей груди. Я обнимаю Эстер за плечи, тихонько посмеиваясь.

И не без удовольствия отмечаю, как Серебряный Змей едва заметно поджимает челюсть. Он в ярости, но не покажет этого…

Но это так.

Приятный бонус.

Главное этим вечером – моя Эстер.

Глава 17. Конец веселья

Эстер

Я думала, мне за праздничным столом кусок в горло не полезет.

Особенно когда к нам присоединились Правитель с супругой и старшим сыном – наследником престола.

Мы с Гидеоном сидели во главе стола, на почётных местах. И Дракон не подавал вида, что что-то не так, поддерживал светскую беседу.

Меня терзало чувство, что отец заготовил ещё одну ловушку для Гидеона. Три места за праздничным столом так и остались пустыми. Мы кого-то ждали? И отец изменил планы?

Я промучилась размышлениями какое-то время.

В итоге я плюнула на попытки разгадать интриги родителей и начала есть как не в себя, хоть и с соблюдением всех правил этикета. Меня терзал звериный голод, потому что… ох, да потому, что на своего новообретённого мужа я тратила очень много физических сил.

И, судя по его “угрозам”, что он ласково и горячо прошептал мне на ухо, сегодня ночью мне потребуется ещё больше сил.

Все смеялись, болтали. Как будто проблем нет. А ещё через час я уже забыла, что чего-то боялась. И зря.

– Эстер, – отец поднялся из-за стола и обменялся коротким взглядом со своим лучшим другом – Правителем Моравии, после чего приблизился к нам с Гидеоном. Отец взял меня за руку и расстегнул на мне браслет-артефакт.

Как я надеялась, этим папа показывал, что доверяет Гидеону. Опять же, зря.

А может, родители просто смирились?..

Ведь смысла в браслете уже явно не было – метка созрела, расцвела. Завитки змеились по внутренней поверхности левого запястья, и металл магического украшения уже не укрывал разросшуюся руническую вязь.

Щелчок. Миг моё освобождённое запястье приятно холодит. И, как только отец убрал от меня руки, меня за запястья тут же взял муж. Пальцы Гидеона жёстко погладили руны метки. Как припечатали. А затем он припал к моей руке горячими губами.

Явно не обращая внимания, что мы здесь не одни.

И мне тоже начало так казаться.

– Дорого́й зять, – вновь привлёк к себе внимание отец, и Гидеон вынужденно оторвался от меня, встретился взглядом с моим отцом. Я наблюдала странную сцену. Безмолвный поединок воли, в котором меня не устраивал проигрыш ни одной из сторон.

– Эстер, – рычит Гидеон, поднимаясь из-за стола, – нам пора.

– Я открою вам переход, – нейтрально произносит отец над нами.

Я стремительно выхожу из своего одурманенного состояния. Встречаюсь с отцом взглядами. Его кобальтовая радужка лишь слегка предупреждающе серебрится.

Он напряжён! Он весь вечер сидел, готовый к драке, а я то поверила, что у нас настоящий семейный праздник.

– Пап… – я тоже вскакиваю. Гидеон чуть жёстче берёт меня за запястье, но в итоге – не препятствует. И даже полностью отпускает руку.

Мы с отцом обнимаемся.

И он тихонько, чтобы слышала только я, выдыхает мне на ухо:

– Зря ты отклонила предложение жреца в храме, Эстер…

Дёргаюсь. Как папа мог знать? Как мог повлиять на это? Неужели как-то так свёл вероятности судьбы, что жрец предложил бы?..

– Тихо, Эстер, – папа успокаивающе оглаживает мои волосы, – ничего страшного. Твой выбор. Я отношусь с уважением и пониманием. Хотя ты и сама не знаешь, что выбрала. А объективной быть просто не можешь… Но… я сделаю всё, чтобы то была счастлива. Всё, что от меня зависит.

А дальше отец говорит уже громче, так что нас слышат все за праздничным столом:

– Завтра я приглашаю свою дочь с мужем в Замок Академии на ужин. И если всё пройдёт хорошо, я исполню их просьбу. Рассмотрю кандидатуру своего зятя на должность в Академии…

Мама со звоном роняет вилку. Остальные молчат. Я мельком смотрю на Правителя. И в угольно-чёрных глазах сильнейшего Змея-перевёртыша в стране мне мерещится что-то очень нехорошее.

Неужели отец сейчас нарушил его волю?!

Бегло осматриваю лица всех в зале.

Но не успеваю сделать больше никаких выводов:

– Мы с благодарностью принимаем твоё приглашение, Серебряный Змей, – степенно отвечает Гидеон. И мне мерещится в его голосе злая усмешка.

– Жаль, что не хотите задержаться ещё, Гидеон, ведь у нас планировалась ещё парочка гостей… – усмехается отец, а я понимаю, что он просто тянул время и попутно тихонько исследовал ауру Гидеона, чтобы понять, безопасно ли позвать их.

Тех, к кому Гидеон отнесётся куда хуже, чем к Змеям. Потому что, как объяснял мне отец, мой Дракон считает, будто они его предали.

Гидеон

Я чувствую, как за пределами поля моего зрения открылся портал.

Где-то совсем рядом. Может, даже за этой стеной.

Обеденная зала с фонтанами в виде каменных змей и овальным столом, полным угощений, как будто на миг дёрнулась перед глазами. Пространство изогнулось. Подозреваю, что Змеи считают, что это было незаметно.

Хотят меня удивить… но едва ли смогут. Драконы чувствуют портальную магию, как никто.

И я знаю, кто сейчас явится.

Я готов оскалиться. Я готов вцепиться в шею этим “гостям”.

Потому что тот, кого пригласили и на этот праздник жизни – никакой не Змей.

А значит, обещание, которое я дал Эстер, на него не распространяется…

Предатель заходит в залу как ни в чём не бывало. И я не удерживаюсь. Взываю к внутреннему источнику. Ко всей своей Силе, накопленной по капле… за годы взаперти… втайне от Змеев.

Мягко отталкиваю Эстер подальше, чтобы она не пострадала.

И рывком меняю Ипостась.

Глава 18. Драконьи рефлексы

Эстер

Всё произошло слишком быстро.

Перед тем как Гидеон сменил Ипостась, я лишь краем глаза заметила, как кто-то зашёл в залу.

Надо бы испугаться. Надо?..

А я засмотрелась. На огромного Зверя – Штормового Дракона с серебристо-серой чешуёй цвета хмурых грозовых небес.

Мгновенье назад Гидеон мягко сдвинул меня с места, я даже устояла на ногах. И теперь рядом со мной вместо моего по-мужски красивого и опасного супруга выросло существо. С распахнутыми крыльями, оскалившее острые зубы. С полосами по бокам от мощной шеи, очень похожими на идеально ровные рубцы.

Существо рычало и исходило грозовыми молниями.

Магические огни в зале сходили с ума.

Дракон ревел.

А я…

Медленно шла вдоль стены, оттеснённая от праздничного стола, за которым сидела моя семья, возникшим словно из ниоткуда, чудесным Зверем. Вдыхала запах молодой грозы, тут же заполнившей комнату, не в силах прекратить пялиться на эти глаза. Они не изменились. Только стали больше, а чёрный серповидный зрачок рассекал их на несимметричные, но о-о-очень гармоничные части.

Гидеон сейчас не был слишком похож на вторые Ипостаси тех нескольких Драконов, что я видела. Как будто он – "другой породы".

Я нервно хохотнула.

И он прекратил реветь, и повернул на меня огромную шипастую морду. Моргнул. И сложил перепончатые серебристые крылья.

Цвет почти такой же, как у наших вторых ипостасей – моей, отца, малышей-близнецов… А форма чешуи совсем не такая, как у нас. У Змей – резкие острые многоугольники, а у Драконов – форма чешуи скруглённая с одного края. Как у меня в колье… как гигантская копия той чешуйки, что я выдернула из шеи Гидеона в Храме… бесподобно.

Я почти коснулась тёплой чешуи Гидеона. Ладонь уже ощутила жар, но за миг до прикосновения – Дракон исчез из-под моей руки. Он метнулся через зал.

И только тут я разглядела, что в широком дверном проёме стоит чёрный Дракон чуть меньшего размера, чем Гидеон. Чёрный метнулся на собрата резво. И теперь уже два Зверя скалились, громили мебель и рычали.

Чудом до моего слуха донеслось, как мой дядя – Правитель очень тихо, флегматично цыкнул уголком рта. И почему-то этот звук перекрыл Драконий рёв. Словно бесновались гигантские ящеры уже за каким-то защитным экраном, разделяющим нас с ними. Хотя… скорее всего, так и было.

По комнате пошли волны первородной Тьмы – энергетические колебания, которые создаёт магия Правителя, трудно с чем-то перепутать. И стены стали раздвигаться, а потолок уходить вверх. Наша недавно уютная, но всё-таки немаленькая зала – сейчас становилась огромной. Она была как раздувающийся пузырь. По которому носился чёрно-серебристый вихрь – светлый и тёмный Драконы, сцепившиеся друг с другом в странный клубок. Только шипастые хвосты били в мраморные колонны. Но камень, словно у него есть память, после начинал медленно срастаться назад.

Я ещё раз оглядела комнату и увидела, что все преспокойно сидят за столом. И уже игнорируют сцепившихся Драконов в другой части залы.

Мой однокурсник, юный Дракон Виктор, в парадной академической форме адепта, и его мама – белая волшебница Вита – стройная, изящная блондинка в праздничном светло-голубом платье, заняли пустовавшие ранее места для гостей. У Виты и её сына были одинаковые прозрачно-голубые глаза. Только Виктор отличался копной буйных чёрных волос, в то время как Вита была самой светловолосой девушкой, что я когда-либо видела. Они с моей мамой когда-то учились вместе в Академии. Ну а муж Виты… Чёрный Огненный Дракон по имени Кай там преподавал… ох, а теперь, очевидно, Кай был чёрной половиной “драконьего клубка”, что сейчас с рёвом катался по полу.

– Извините, – смущённо произнесла Вита, убирая за ухо белоснежную прядь, выбившуюся из изящной причёски, – мы слегка опоздали. Какие-то наводки с порталами… ой, Эстер! Поздравляю!.. Желаю тебе счастья…

А потом Вита начала щебетать с моей мамой. Виктор хмурился и смотрел на меня с печальным осуждением. Видно, что он обижался, что я не рассказала о замужестве. Ведь мы считались близкими друзьями. Ну и наверняка парень чувствовал себя не совсем уютно за столом с таким составом властьимущих гостей. А я со слезами, застывшими в глазах, снова смотрела на сцепившихся Драконов.

Я была просто в шоке, что все продолжили светскую беседу!

Как будто всё в порядке.

Да как так-то?!

– Пап…дядя Арон… – растерянно посмотрела я на отца и на Правителя.

Владыка Хаоса Арон только махнул рукой, мол, “Эстер, это такая ерунда…”

А папа сла́бо улыбнулся мне и подмигнул.

Я схожу с ума или что?

Почему все так реагируют?

– Эстер, милая, – обратилась ко мне Вита. Я встретилась взглядом с её умными прозрачно-голубыми глазами. Изначальная Тьма, она ведь выглядит лет на восемнадцать. Как старшая сестра собственного сына…Хм, или младшая… – не переживай, Эстер. Драконы вспыльчивые… но отходчивые. Ты привыкнешь. Они… эм… допустим, так здороваются. Сядь за стол…пожалуйста.

Я хлопнула глазами, вхолостую открыла и закрыла рот.

– А вдруг они… друг друга… – прошептала я, – покалечат?..

Вышколенный слуга подал вновь прибывшим гостям горячие блюда и исчез.

– Не переживай, – мягко повторила Вита, отрезая кусочек нежнейшего мяса, – тебе непривычно, конечно. Здесь Драконов не очень много. А Змеи… обычно так не делают… Просто Драконы… темпераментные, что ли…

Договорив, Вита почему-то густо покраснела. А потом и мои щёки начали отчаянно гореть.

Отец отвлёкся от беседы с Правителем и бросил на меня тяжёлый взгляд.

– Как их остановить? – я всё-таки уселась на своё место за столом и принялась нервно сминать салфетку, то и дело поглядывая на поединок. К которому остальные на удивление легко относились.

– Ну, – Вита пожала плечами, уплетая горячее, – да позови просто своего мужа. Мысленно скажи что хочешь, чтобы он сидел сейчас рядом с тобой, а не маялся дурью с собратом. Он придёт. Желание Истинной для него – закон.

– Мне так не показалось…

– Мне сначала тоже так не казалось, – хохотнула Вита, – давай так. Мысленно зовём их на счёт "три". Чтобы они вышли из поединка одновременно и никто не счёл себя проигравшим. Готова?

Киваю.

– Один, два… три!

“Гидеон!” – мысленно зову, крепко зажмурившись, а когда открываю глаза – муж как ни в чём не бывало – сидит рядом со мной. В своих тёмных одеяниях с серебряным орнаментом. Руны на них, как мне кажется, возмущённо пылают. Ему отвечают таким же, но золотистым свечением руны на праздничном одеянии черноволосого Кая – отца Виктора и мужа Виты, Огненного Дракона. Теперь все в зале в человеческих Ипостасях. Одежда на моём муже сидит безупречно, даже как будто серебристо-белые длинные волосы не растрепались. А глубокие кровавые борозды, напоминающие следы от когтей, на его лице и шее – на глазах затягиваются.

По левую руку от нас Вита со смущённой улыбкой лёгким движением берёт Кая за плечо и со щелчком вправляет ему руку. Кай на миг морщится, но тут же начинает обворожительно улыбаться:

– Эстер, Гидеон… мои поздравления.

– С… спасибо, – шепчу я.

– Дорогие новые родственники и друзья семьи, – недобро произносит Гидеон с самым непосредственным выражением на лице, – вы только что вынудили меня на рефлексе сменить ипостась… Очень сомневаюсь, что случайно.

– А ты как хотел, сынок? – в тон ему отвечает мой отец, – у меня были догадки, что ты подкопил сил. Хотя фактически ничем себя не выдал, надо признать. Это так – мои логические выводы… Но я обязан был перестраховаться. Я позвал тебя завтра в людное место. Надо было… прости, конечно, но предварительно опустошить твои резервы. Сейчас… при сильнейших магах страны – это было развесёлым драконьим приветствием. А случись подобное не на наших глазах, в Академии… последствия нетрудно спрогнозировать. Или я неправ?

– Прав, папа, – елейным голосом процедил Гидеон, – и я это запомнил. Кстати, ты очень оперативно сработал. Ведь "спонтанное" решение пригласить меня завтра ты якобы принял несколько минут назад. И тут же явился Дракон из далёкого мира через сложный портал, чтобы меня “подготовить”…

Папа недобро сощурился, но почти сразу весело рассмеялся и поднял кубок:

– Один-один, сынок…

Глава 19. Новый опыт

Эстер

Я окончательно впала в замешательство, когда все за столом продолжили светскую беседу. И даже Гидеон с отцом не пытались друг друга “укусить” в очередном нечаянном словесном поединке.

А потом решила “отпустить происходящее” и просто наслаждаться. Опомнилась уже глубоко за полночь, когда Правитель с женой и детьми покинули зал.

А Гидеон положил руку мне на плечо и привлёк к себе.

– Пойдём, Эстер… Семейный праздник – это замечательно. Но не настолько, чтобы отрывать драгоценные часы от нашей брачной ночи…

А я ещё хотела поболтать с Витой, у меня к многоопытной жене Дракона была тьма вопросов! Да и маму хотелось лишний раз обнять и успокоить… Обычно Вита и Кай – родители Виктора,– если уж навещают сына, то задерживаются на несколько дней. Хотела хотя бы спросить их, останутся ли ещё, но… заглянув в штормовые глаза мужа, в глубине которых читалась жёсткая решимость, послушно кивнула и начала подниматься из-за праздничного стола.

– Эстер… – отец поднялся из-за стола одновременно со мной и Гидеоном, – Гидеон. Если пожелаете, для вас подготовлены покои в Замке Академии.

– Ещё один дальновидный “спонтанный” поступок, папа?.. – голос моего Дракона звучал на удивление беззлобно. В нём сквозили лёгкая усмешка и странная теплота. Я первый миг обрадовалась, но почти сразу возникло ощущение, что я срываюсь в про́пасть… а крыльев у меня по-прежнему нет…

– Эстер… – Гидеон шепнул мне на ухо, горячее дыхание Дракона опалило кожу, – не дрожи, моя прекрасная юная жена… Если для тебя это так важно, я приму предложение твоего отца.

Не “мы примем”, а “я приму” – отчего-то покоробило. Меня воспитали свободной. Чтобы я стала женой властного Дракона. Который пока не очень понял про равноправие и прочие столпы, на которых стоит наше государство. В его голове был какой-то иной уклад. И он был уверен, что со временем я подчинюсь, но… у меня были немного иные планы.

***

В Замке Академии нас ждали покои в неучебном крыле, вдали от посторонних глаз. Снаружи это выглядело как каменная башенка, что высилась особняком от учебных и жилых частей замкового комплекса. Здесь останавливалась семья Правителя, когда они являлись с визитом в Академию.

А теперь – мы с Гидеоном были здесь одни.

Гидеон перенёс меня через порог на руках, Дракон неспешно шёл сквозь широкие каменные коридоры, мягко освещаемые парящими под потолком магическими огнями. Я прижималась к его груди, слушала идеально ровные, редкие удары его сильного сердца. Меня жгло изнутри от предвкушения того, что муж сделает со мной этой ночью…

– Не дрожи, Змейка-Эстер, – усмехнулся мне на ухо Гидеон хриплым шёпотом, занося меня в спальню.

Первое, что мне бросилось в глаза – огромная кровать чёрного дерева с витыми столбиками. Застеленная белоснежным постельным бельём.

Пол усыпан белыми и золотистыми лепестками – традиционное в Моравии украшение постелей новобрачных. Всё остальное тонуло в сумраке. Я ощутила едва заметный импульс силы, исходящий от Гидеона. И магические огни в спальне угасли. Остались лишь свечи на тонущих во тьме прикроватных столиках, таких же чёрных и извитых, как столбики кровати.

По спальне гулял прохладный воздух – окна были открыты, луна то появлялась из-за облаков, то небеса делались непроглядно чёрными. Это не имело значения. Мне было тепло от горячего, мощного тела Гидеона, к которому я была деликатно прижата.

Муж осторожно опустил меня на прохладные простыни и отступил во тьму.

Я замерла. Не думала ни о празднике, ни о вопросах, которые у меня так и остались незаданными. Я лишь замерла и ждала, пока эти руки снова ко мне прикоснутся.

Я, повинуясь интуиции, села на кровати, повернувшись к Гидеону голой спиной. Я улыбалась в темноту – знала, что стоять и любоваться мною он долго не сможет, и оказалась права. Запах грозы стал ближе и гуще. А горячие пальцы начали быстро и уверенно освобождать меня от платья.

Я выгнулась, подставляясь под руки мужа. Ему нравилось брать меня сзади. И когда Гидеон прижался рельефным прессом живота к моей спине, а его руки мягко сжали мои груди, я была готова. Готова подчиняться его воле.

Внизу живота разлилось тепло, я жаждала ощутить сначала его пальцы, а затем и его мужской о́рган – туго, на грани боли, растягивающий меня изнутри. Его уверенные, мощные толчки во мне, от которых у меня буквально содрогается душа, и тело исходит сладкими спазмами. От одной лишь мысли, от одного воспоминания. Но он лишь оставил одну руку на моей груди, второй скользнул вниз – по увлажнившимся складочками, заставляя стон мучительного наслаждения вырваться из моей груди.

– Гидеон… – я уже была готова его умолять, я чувствовала, как меня касается его возбуждённый о́рган. Но он всё медлил.

– Какая же ты горячая, моя юная жена… – прорычал мой Дракон, – но не спеши…

Что?!

– Я подумал, что ты права…

– А… что… в чём? – моё тело сходило с ума, разум отказывал. Я до безумия хочу, чтобы Гидеон брал меня жёстко и долго, да и вообще – как угодно – лишь бы брал. Я распалась на голые инстинкты. И заставить голову работать оказалось не так-то просто.

– Повернись ко мне лицом, Эстер. Хочу видеть твои глаза… – и Гидеон в одно движение развернул меня, как ему было надо, не дожидаясь, пока я сама что-либо сделаю.

От взгляда светло-серых штормовых глаз – всё стало только хуже! Тело окончательно предало меня. И первый мягкий спазм блаженства прокатился над лоном.

– Вот это да, Эстер, – Гидеон улыбался, – а мы ведь пока только говорим… я только смотрю на тебя… я польщён.

Он заставил меня откинуться на прохладные простыни. И, как только я оказалась на спине, навалился сверху и решительно развёл мне бёдра. И тут же положил одну руку мне между ног, мягко поглаживая, играя со мной…

– Гидеон, прошу тебя…

– Мы мало общались, Эстер… Нам и впрямь будет полезно получше узнать друг друга, поговорить…

– Сейчас?!

Снова мягкий смех моего Дракона.

– А я смотрю, Эстер, ты не можешь сконцентрироваться на беседе…

Я перестала видеть это красивое лицо с пронзительными глазами, исчерченное бликами от свечей.

Он больше не смеялся. Просто накрыл губами мою грудь, продолжая мягко сминать горячей ладонью вторую. Затем цепочка обжигающих поцелуев опалила моё тело под грудью, начала спускаться по животу… И ещё ниже.

И тут я поняла, что сейчас будет, поняла, куда стремятся его губы. Поняла, но… не поверила. Думала, он пощадит меня, ведь… Чувственный взрыв, в предвкушении которого я забыла вдохнуть, грозил буквально лишить меня разума!

– Дыши, Эстер, – усмехнулся Гидеон, на секунду прерывая нежные поцелуи, – тебе понадобится воздух. Как я тебе и обещал… Ты сейчас будешь кричать.

И ещё через миг губы мужа накрыли моё лоно.

Глава 20. Преступление

Эстер

Этот Дракон – настоящий монстр. Мой мучитель, мой палач.

Каждое его уверенное, жёсткое движение языком заставляло меня вскрикнуть. И попытаться освободиться.

Но он держал крепко.

Закинул мои ноги на свои широченные плечи и придерживал руками. А сам… буквально пытал меня своей лаской. То целовал, то обводил языком по кругу самое чувствительное место между ног, словно сдирая кожу. То мягко прикусывал. Я продолжала дёргаться и кричать… и трястись в приступах острого удовольствия, беспощадно накрывавших меня один за другим.

Как морская волна. Не успеет одна откатиться – тут же накатывает новая.

Когда он прикусил меня там чуть жёстче, я завизжала – я думала, что уже сошла с ума. Меня дёрнуло, словно всю меня от макушки до кончиков пальцев ног прошило силовым разрядом.

Тело изогнуло дугой. И я обессиленно упала назад на постель, кажется, всё ещё продолжая тихо поскуливать. Мир дрожал, мне мерещились белые грозовые молнии. Тело стало таким чувствительным, что даже касание прохладной простыни заставляло трепетать.

Гидеон отстранился. Оставил только одну мою ногу на своём плече. Поцеловал во внутреннюю поверхность бедра.

– Как ты, Змейка-Эстер?..

Я нервно засмеялась. Из глаз текли слёзы. Я не могла говорить. Так мне казалось. Когда муж ворвался в моё влажное лоно своим возбуждённым членом, я закричала снова. Он двигался медленно, степенно. Он не ставил целью меня мучить, но моё тело уже обезумело. И каждое движение вызывало истерические болезненно-сладкие спазмы. Я невольно сжимала в себе о́рган мужа. Чувствовала очень подробно каждую его деталь, а Гидеон…

Просто крепко обнимал. И двигался во мне. То ли целовал, то ли мягко прикусывал шею.

Он… успокаивает меня, вдруг поняла я.

Я словно раскачивалась на волнах.

Истерика уходила. И мои спазмы стали спокойными и плавными, ещё через несколько его плавных, даже нежных вторжений, мы словно… синхронизировались. Я чувствовала его желания, зарывалась пальцами в серебристые волосы, гладила мощную грудь.

Он ускорился, и я вместе с ним.

Когда Гидеон горячо излился в меня, я позволила себе испытать заключительный мощный спазм. Муж замер во мне. И вдруг толкнулся снова. Выбивая меня на какой-то новый чувственный уровень. Я снова сжала его о́рган в себе, и он удовлетворённо зарычал.

Зарылся лицом мне в волосы и так лежал на мне, мягко придавливая к кровати. Я была переполнена этим мужчиной, я…

– Эстер… – я слышала его голос, словно его принёс мне ветер, – моя красавица… моя идеальная жена. Моя…

Я не отвечала. Только обнимала за широкую шею и не хотела, чтобы он покидал моё тело. Новый спазм пришёл внезапно. Гидеон подхватил меня под ягодицы, вжал в своё тело вновь. Я ахнула и задрожала. По мне прошла силовая волна. Я вдруг испытала острый зуд по косым линиям над лопатками…

А Гидеон… выскользнул из меня, развернул к себе спиной и обнял.

Теперь я рыдала вполне осознанно.

Я понимала, что муж сделал мне подарок: когда я в следующий раз сменю ипостась… у меня будут красивые перепончатые серебряные крылья… вот только чешуя на них не будет многоугольная, как на всём остальном змеином теле. У неё будут округлые края. Такие, как на крыльях у всех Драконов.

– Тихо, Эстер… не плачь… – Гидеон обнимал меня, мягко покачивал. Я прижималась спиной к его горячему животу и чувствовала себя под абсолютной защитой.

Сознание покинуло меня. Я уснула сладко – и сразу глубоко. Без снов. Но в абсолютном счастье.

А наутро я проснулась в постели одна.

Я оглядела комнату. Мебель чёрного дерева. Смятую белую простыню рядом с собой, но не увидела мужа.

Накинула халат. Приоткрыла дверь в купели. И здесь его не было…

Три отрывистых стука в дверь.

Мне не надо открывать.

Я чувствую. За дверью мой отец. И он обозлён, встревожен и взвинчен.

Я распахнула дверь.

– Пап, что слу…

– Где твой муж, Эстер? – отец шипел. Глаза – серебряные с вертикальными зрачками. Значит, “всё плохо”.

– Папа… – я заговорила жёстче, знаю, что и мои глаза сейчас стали такими же, как у отца, – нормально объясни, зачем тебе мой муж. И я его позову…

– А он точно здесь, Эстер? – отец переспросил с нажимом.

– Пап, не зли меня…

– Прости, – отец моргает, и на меня смотрят очень серьёзные кобальтовые человеческие глаза, – в окрестностях происшествие. Один чёрный маг средней силы полностью лишён магии и жизненных сил. Иными словами, убит, Эстер. Предварительно его выкачали… а потом и убили.

– Это ужасно, пап. Но причём здесь…

– Более двадцати лет назад у нас было несколько таких случаев. Правда, мы находили обесточенных магов живыми. Эстер, мне жаль, но…Когда Гидеон только пришёл в наш мир, он “заявил о себе” точно так же.

Глава 21. Выбирай

Эстер

Меня затрясло.

Да, я знала, что Гидеона не смеха ради заперли в магический контур. Знала, что он опасен. Но всё это было как-то нереально… Но на мне его метка. И моё тело помнит его ласки. Самая моя суть приказывает быть "за него", что бы кто ни говорил.

Но… убийства магов?!

Это где-то за гранью!!!

Я всхлипываю.

– Он… он не мог, папа… – я кидаюсь отцу в объятия, – ты ошибаешься, это… бред… зачем ему?

– Эстер… – отец ласково гладит меня по голове, – так ведь мы вчера лишили его накопленного запаса сил. Отодвинули на годы его восстановление за один вечер… Я не ожидал такого и… это моя ошибка.

– Нет – снова всхлипываю, но отстраняюсь от отца, он разжимает объятия, я делаю шаг в комнату, – папа, давай так. Мы… мы придём на завтрак в твои личные покои и всё обсудим, ладно?.. Тут должно быть какое-то объяснение.

– Эстер, – отец явно хотел зайти, но замер на пороге, увидев, что я этого не хочу, – ты… увлеклась им. Это нормально, это естественно. Но ты пока что… даже не влюбилась.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.