Александр Кротов
Опасные параллели

ПРЕДИСЛОВИЕ

Перед вами сборник рассказов, в которых повседневная реальность сталкивается с параллельными мирами. Эти путешествия вмещают в себя фантастические, мистические и порой жестокие сюжеты. Что скрывается за гранью обыденности? Какие опасности поджидают тех, кому пришлось пересечь эту границу?

Годы выползания историй в общий сборник: 2018-2024.

Спасибо за внимание.

МЕТЕЛЬ

Крупными хлопьями падал снег. День близился к вечеру, но немногочисленные уличные фонари ещё не были готовы «зажечь по полной программе» на этой пустой улице небольшой деревни, по направлению к которой всё быстрее приближался стремительно разрастающийся город, город высоких домов и огромных заводов. Но пока здесь тихо и малолюдно.

Андрей остановил свой автомобиль около дома отца Кати. Девушка, увидев знакомую иномарку, сразу же выбежала из уюта небольшого одноэтажного строения, накинув на плечи пуховик.

– Спасибо, что приехал! Извини, что отвлекаю от сборов в командировку, но я просто не знаю, что делать! – протараторила Катя, как только села в автомобиль к своему молодому человеку.

Девушка была очень взволнована. Странно её такой видеть. Обычно, несмотря на молодость, её эмоции крайне скупы. И даже её обычно идеально собранные в хвост чёрные волосы на этот раз неуютными клочками выбивались из привычного безукоризненного образа.

– Всё нормально, – сказал Андрей.

Он уже понимал, что не успеет сегодня на самолёт, но ради любимой девушки он отложил все дела.

В этот день его снова посетило чувство тревоги. Тревоги, когда хочется бежать без оглядки как можно дальше. Бежать от того, что так боишься рассмотреть во всех подробностях в ночной темноте. Но это его личное тревожное расстройство, не стоит выпускать его наружу, вдруг Катя догадается, что он «того», «с приветом»…

И чтобы успокоить, усмирить, выдрессировать это дурацкое чувство, Андрей бросил всё и приехал к Кате, у которой без вести пропал отец.

Девушка взволнованно проинформировала парня о своих действиях:

– Родственников всех обзвонила. Обращалась в милицию – там говорят, что прошло ещё слишком мало времени, может в городе загулял, но я-то понимаю, что отец просто так не может никуда уйти! Он даже в магазин надолго не уходит!

– Ты хорошо осмотрела дом? – спросил Андрей. Вопрос был глупый, но не прекращающаяся тревожность глушила разум.

– Что там смотреть-то? – ещё сильнее занервничала Катя. – Две комнаты, кухня, да подпол. Чердак, баня. Туалет, чёрт побери! Я уже по соседям пробежать успела. Тут мало таких, как он, кто на зиму остаётся. Никто ничего не видел. Да ещё и на скандал нарвалась с этими кроликами. Поехали по улицам поездим, пока ещё светло? Может, встретим кого, опросим, или просто посмотрим… не на месте же сидеть!

И они поехали вперёд. Ещё немного и дороги заметёт, застрянешь в сугробах до самого утра, пока не приедет снегоуборочная машина.

– Стоп. Какими кроликами? – Андрей отвлёкся от мыслей о дороге.

Катя тяжело вздохнула, потом принялась рассказывать:

– Сам знаешь, мой отец особо ни с кем не общается. Только если с Васей, он живёт рядом, через два дома. Иногда отец ему деньги на бутылку одалживает. А тот ему всё обещает за щедрость мясо кроликов отдать. Они с женой кроликов разводят. Немного, чисто для себя. Так вот, этот Вася всё чаще обещал кроликов в последнее время. Долг рос. А недавно, утром, отец вышел снег чистить, а кролики уже потрошённые, разделанные, без меха, без голов, на нашей изгороди у крыльца висят. Обрадовался папка, что Вася хоть так начал долг отдавать. Принялся за готовку…

– То есть, сам Вася этих кроликов не лично в руки ему отдал?

– Просто так оставил и ушёл, – сказала Катя.

– Кролики висели на изгороди, без голов и потрошённые?

– Да, но я сама не видела, – сказала Катя. – Просто на изгородь их легко повесить. Вот они и висели. Без голов. Потрошённые. В морозилку все не убрались. А когда я к Васе и его жене домой зашла, у них скандал. Вася, как всегда, утром с похмелья, а жена его «пилит». Ругает за то, что он кроликов кому-то за бухло продал. А он говорит, что не продавал. Я призналась, что мы думали, что это Вася нам их отдал. Жена ещё сильнее на него ругаться начала, а он ничего не помнит. Пришлось за всё им заплатить!

– Чёрт, – выругался Андрей. – Может, было что-то странное? Какие-нибудь следы около дома?

– Какие следы? Я, как приехала, так там уже снегом всё замело. Тут день через день такая метель. Зима очень снежная выдалась, в городе это не так заметно…

– Знаешь, нам лучше сейчас уехать отсюда куда-нибудь. В город. Или ещё дальше, – после некоторой паузы сказал Андрей.

– Ты что, сдурел?! – взбесилась Катя. – А если он вернётся? Он же может вернуться домой в любой момент! И я должна быть рядом! Вдруг у него память отшибло, или… или ещё что-нибудь такое случилось? Возраст, всё-таки. Кто знает, что будет с нами, когда мы постареем? Извини, что отвлекла тебя от дел. Утром обещали МЧСники приехать, сейчас у них все заняты. Я подняла всех на уши. Если хочешь, то можешь ехать, но я никуда не поеду, я это точно решила…

Девушка попыталась выйти из машины, когда Андрей остановил своё транспортное средство на повороте, но парень не дал Кате этого сделать, легонько схватив её за рукав пуховика.

– Подожди, я всегда с тобой, – в своей спокойной манере сказал Андрей.

Они замолчали. Ровно и тихо работал двигатель автомобиля. Катя хотела расплакаться, но у неё не получилось. Она лишь немного скривила губы, но быстро взяла себя в руки.

Они поехали дальше. Под колёсами громко хрустел снег, который всё сыпался с неба плотной стеной, мерцая в лучах ближнего света фар.

Андрей с Катей ещё немного покружили по окрестностям перед тем как стемнело. Но фонари на улице так и не зажглись.

– Всё это очень похоже на одну очень нехорошую историю, – сказал Андрей, когда его автомобиль немного завяз в снегу рядом с домом Кати.

– Что за история? – спросила девушка, нервно кусая губу.

Андрей заглушил двигатель. Он не знал, с чего начать свой рассказ и стоит ли это вообще делать.

– Фонари не горят, видимо где-то обрыв на линии, – сменил парень тему только лишь для того, чтобы немного отвлечься, чтобы правильно начать историю, после рассказа которой, у его девушки должно возникнуть желание как можно скорее покинуть это место.

У них ещё было время на то, чтобы откопать автомобиль, что так неудачно забуксовал, чтобы попытаться добраться до трассы. Но парень медлил, до конца не веря, что это случается вновь.

– Что за история? – настойчиво повторила Катя.

– Я расскажу, как мы доберёмся до трассы, – сказал Андрей, посмотрев на наручные часы.

– Я же сказала, что никуда не поеду, – твёрдо сказала Катя, приоткрыв дверь авто. – Я должна быть здесь!

Девушка выскочила из автомобиля и громко хлопнула дверью. По сугробам Катя попыталась добраться до своего дома, что находился метрах в пятидесяти от застрявшей машины Андрея. Парень побежал за ней.

По снегу, который в некоторых местах нападал выше колена, они добрались до уютного домика отца Кати. Электричества дома не было, предположение Андрея об обрыве линии электропередач из-за непогоды оказалось обоснованным. Катя смогла найти керосиновую лампу, которую они и поставили на стол кухни-столовой. Потом девушка поставила чайник разогреваться на газовую плиту.

Они долго молчали, обоим было неуютно. Катю терзали мысли об отце, Андрея посетила паранойя, тянувшаяся с детских лет. Он тревожно щупал что-то у себя на груди и когда сквозь кофту находил заветный предмет, то ненадолго успокаивался.

– Ты ещё можешь успеть на самолёт, – хмуро сказала Катя, сев на скрипучий деревянный стул.

– Не успею, – сказал Андрей, выложив на стол свой разрядившийся телефон. – Я не оставлю тебя.

– Спасибо, – без какой-либо благодарности в голосе сказала Катя, пропажа отца её сильно выбила из душевного равновесия. – Так что за история?

Закипел чайник. Девушка встала со стула, разлила кипяток по кружкам, в которые заранее положила чайные пакетики. Вернувшись за стол, она поставила цветастую кружку перед своим парнем, а аналогичную ёмкость она пододвинула к себе поближе, больше не спеша к ней притрагиваться.

Несмотря на то, что они вместе чуть больше шести месяцев, между ними ещё не было той простой бытовой близости, когда оставаясь вдвоём под одной крышей они могли вести себя раскованно, естественно. Их отношения были разграничены различиями в занятости. Катя ещё училась в университете, студенческая жизнь била ключом, подводя все события к скорым итоговым экзаменам и защите диплома. Андрей был хоть и молодым, но уже признанным специалистом, трудовую жизнь которого занимали частые командировки, самоотверженность в решении производственных задач и обоснованные надежды на повышение.

Их жизни текли разными направлениями, но так получилось, что короткая встреча на какой-то скучной вечеринке, где они были совершенно чужими, сделала их близкими за пределами постороннего веселья. Они пока не понимали, как сильно их привязали друг к другу эти обстоятельства, но так или иначе, они оказались здесь одни, вдали от родного города и без простых благ цивилизации. Самое время посвятить друг друга в свои тайны, открыться по-настоящему, так, как они себе ещё не позволяли этого, несмотря на интимную близость. По-крайней мере, Андрею этот момент показался более чем подходящим. Ему резко захотелось всё рассказать, но он не знал с чего начать. Лишняя мнительность, несмотря на постоянное внешнее спокойствие, всегда сильно мешала парню по жизни. Катя заметила тревогу в его глазах.

– С тобой всё в порядке? – спросила она.

– Нет, – признался Андрей.

– Что ты хочешь рассказать?

За окном завыла метель. Тускло горела керосинка, освещая простой интерьер помещения. Тикали настенные часы. Но этот уют только сильнее тревожил Андрея.

Он встал из-за стола и подошёл к окну, вглядываясь в черноту вечера. Но сквозь стекло окна можно было разглядеть лишь белый шум помех от разыгравшейся метели. Стоя спиной к Кате, которая всё-таки начала понемногу отпивать из кружки остывающий чай, парню было легче начать свою историю.

– Когда мне было девять лет, мои родители развелись, – Андрей, собрав мысли воедино, начал рассказ. – Отец всегда был очень, как бы вернее сказать, очень правильным человеком. Он молился каждый день. А мать была другой. Такой шумной, компанейской женщиной. Сколько помню, она не любила отца. Потом стала выпивать. Уходить куда-то гулять. Пропадала сутками. Но отец ничего с ней сделать не смог. Может, разница в возрасте сказалась. Она была младше его. В общем, развелись они. Суд оставил меня с матерью.

– Да, ты рассказывал об этом, – небрежно сказала Катя, теребя в руках фантик от только что съеденной конфеты. – Потом мать умерла, тебя отдали в детский дом, а отца ты больше не видел…

– На самом деле всё было не так, – сказал Андрей.

– Твой отец тоже пропал?

– Когда суд вынес постановление, отец украл меня у матери, – Андрей продолжил рассказ, не обращая внимания на вопрос девушки. – Украл, и мы уехали жить в тайгу. У отца там был домик. Мой дед, я его ни разу не видел, до старости лет жил там отшельником. Теперь и мы поселились в том доме, где медленно сходил с ума отец моего отца. К слову, вот он точно пропал без вести в том лесу. Но в тайге не так сложно напороться на дикого зверя.

– У нас тут рядом лес. Ты намекаешь на то, что моего отца могли съесть дикие звери? – Катя построила свои догадки.

Андрей оторвал свой взгляд от метели и посмотрел на Катю. Как она молода, прекрасна в своей молодости. Выдохнув ненужные эмоции, он продолжил рассказ:

– Жили мы неплохо. Без благ цивилизации, но в тишине и спокойствии. Отец учил меня тому, что я должен был изучать в то время в школе, он был неплохим педагогом. Ещё он учил охотиться, разделывать дичь и готовить еду. Мы вместе занимались спортом. Подтягивались каждое утро, закалялись, обливаясь холодной водой. Молились утром и вечером, хотя отец понимал, что к религии у меня нет никакого интереса. Я просто стоял рядом с ним напротив красного угла и шептал одну единственную молитву, которую знал наизусть. И отец не принуждал меня учить что-то ещё, хотя один раз мы прочитали почти всю библию, но для меня это было однообразно мифам Древней Греции. Но на каком-то моральном уровне мы были близки по духу, и у нас не было никаких разногласий. Мы стали настоящими отшельниками, но я понимал, что так долго жить невозможно. Меня тянуло в город, к игре в футбол во дворе, к собирательству вкладышей от жвачек, всяким мальчишеским делам… но я также любил проводить время со своим отцом. Он был очень заботливым. Я тогда даже, наверное, был счастлив. Так мы прожили почти год, пока в одно жаркое июньское утро с отцом не стало плохо. Он вернулся с обхода ловушек на зверей, а я только что проснулся. Мы сделали утренние упражнения, после чего облились холодной водой. Я не знаю, это был сердечный приступ, инсульт, тромб, но папа как-то тяжело сел на скамейку и завалился. Закрыл глаза и больше не открыл. Я не знал, что делать, я просто точно понимал, что он умер. И никто не знает о том, где мы находимся. Папа был крепким мужиком и никогда ни на что не жаловался. А тут просто взял и умер. Пять минут и здорового мужчины не стало. Короткий приступ боли и смерть. Жаль, но он не догадался рассказать мне, как выбраться отсюда к людям, если случится экстренная ситуация. Может, боялся, что сбегу? Не понял я его до сих пор в этом плане. Но я хоть и скучал по футболу и жвачкам, но совсем не хотел возвращаться к матери. Раз в несколько месяцев он уходил в посёлок ровно на два дня, чтобы купить всё самое необходимое. Я был на той дороге лишь раз. И в этот поход я отправился один, взяв с собой охотничий нож, заготовки еды и нательный крест с шеи папы. Не знаю, зачем я забрал простенький, старый железный крестик на верёвке, но это осталось моей единственной памятью об отце…

– Какая… какая история. Ты не рассказывал об этом, – Катя отвлеклась от своих мыслей, проникшись воспоминаниям Андрея.

– Конечно же, я заблудился, – парень продолжил рассказ. – Еда закончилась, спички отсырели. Около недели я бродил по лесу. Если честно, то уже хотелось, чтобы на меня напали или волки, или медведь, ведь комары, мошкара, этот гнус, буквально съедали заживо. Болел живот ещё очень сильно. Я чем-то отравился. На самом деле, плохо помню подробности. Особенно жутко было ночью. Ещё страшнее было, когда не получалось разжечь костёр… да не в этом суть. Набрёл я на маленький охотничий домик, сторожку. Строение было меньше, чем дом деда. Там было одно помещение, печь, спички, соль. Еды только не было. Рядом тёк ручей с пресной водой. Поев ягод и немного угля из печи, чтобы живот перестал болеть, я лёг спать на лавочке. Ночью меня разбудил медведь…

– О, боже! – воскликнула Катя.

Она вновь вспомнила про отца и возможность того, что он напоролся на диких зверей, ведь хоть и небольшой, но всё-таки лес был совсем рядом. Но мысли Кати прервались, как только Андрей продолжил свою историю:

– Я услышал рёв медведя. Узнал этот звук. Медведи нередко бродили мимо нашего с отцом убежища. Но у нас была крепкая изба, а тут ветхая лачуга, дверь которой запиралась на маленький крючок. Медведь рычал, будто был чем-то рассержен. Или напуган. Мне показалось, что это был именно испуг! Он стучал лапами по стенам дома, выбил крохотное окно, пытаясь пробраться внутрь, но был слишком огромным. Потом он добрался до двери, которую я загородил столом и скамейкой – всем, что было в этой крохотной избушке, помимо железной печи. Я был готов сразиться с этим медведем, ведь у меня был нож! Но мне опять повезло. Так я тогда думал. Медведь, несколько раз толкнув хлипкую дверь, взвыл в последний раз. Потом я отчётливо слышал только один звук. Он мне напомнил звук рвущейся ткани. Только это было нестерпимо громко. Потом грянул гром и пошёл дождь, настоящий ливень. Я всю ночь прислушивался к шагам за стеной, сидя в углу, держа наготове свой нож. Мне казалось, что за шумом дождя я слышу шаги, но это не было похоже на шаги медведя. Медведь топал, а тут будто кто-то очень медленно переставлял, не знаю… какие-то ходули! И этот кто-то трогал стены, стучал по крыше…

– Конечно, с перепугу и не такое послышится! – заметила Катя.

– Утром гроза закончилась, было свежо, прохладно, – сказал Андрей, ему стало тяжелее вести свой рассказ о том, о чём он никогда никому не рассказывал. – За ночь я сжёг все поленья, что были в охотничьем домике. Вышел наружу, мне нужны были дрова. А на пороге лежала туша медведя. Огромная такая. Только головы не было. И шкура была содрана, а внутренности выпотрошены. Чистая работа! Я тогда подумал об охотниках, что это их рук дело, ведь всё было выполнено очень аккуратно, профессионально. Но зачем им потрошить убитого медведя? Посреди ночи, в грозу? Об этом я тогда не подумал, малой ещё был. У меня было много соли, был нож, были навыки вяления мяса. Я весь день этим занимался, держа открытой дверь в сторожку. Набрал дров, даже смог их вечером разжечь, в кастрюле сварил мясо и ел его. Ел много и жадно. Оно не проварилось, было ужасно невкусным, даже горьким. Очень жёстким. В нём были паразиты. Но как я ждал охотников, которые, по мнению ещё мелкого пацана, скоро должны вернуться, ведь ушли они потому, что дверь была закрыта! Ушли, оставив свою добычу, чтобы просто не таскать её с собой! И я хотел показать, какой я хозяйственный, ведь вяленое медвежье мясо, возможно, вкуснее варёного. Только вялить нужно долго, по-другому мясо бы никак не сохранилось. Пришла ночь. Я ждал, но охотники не возвращались. Я был сыт, и у меня было хорошее настроение. Но стало скучно. От скуки я начал молиться, как молился мой отец. Стоял напротив угла, на котором, конечно, не было такой полки с иконами, как у нас. Молился, сначала про себя, а потом и громко вслух. Благодарил бога за пищу. Молился до тех пор, пока из этого же самого, блин, угла, отчётливо не услышал голос. Я услышал голос и эти непонятные шаги за брёвнами избушки. Голос, который был так не похож на человеческий. Какой-то писклявый звук, будто воспроизводимый не голосовыми связками, а чем-то таким гадким, липким, мокрым. Не звук, а бульканье…

– Андрей, ты понимаешь, что сейчас рассказываешь какую-то ерунду? – не впечатлилась рассказом Катя. – Я могу это списать на детскую фантазию. И что же тебе этот голос сказал? Привет, как дела?

Андрей посмотрел на свою девушку. В принципе, он не должен был ожидать другой реакции. Парень сел за стол, отхлебнул немного из кружки, и, как ни в чём не бывало, продолжил свою историю:

– В первый раз я не расслышал, что он сказал. Я испугался, вновь подпёр дверь столом и скамейкой. Опять пришлось достать нож. Но этот кто-то, кто был снаружи дома, не стал стучать в дверь, или пытаться выломать заделанное ветками разбитое окошко. Нет. Он… оно просто несколько раз за ночь просило меня выйти. Оно говорило: «выйди ко мне». Каждый раз, когда я, обессиленный, пытался заснуть, прячась за небольшой печкой. За печкой мне казалось, что этот противный голос был тише…

– Так почему же оно к тебе не вошло в дом? Убить медведя сил хватило, а вломиться в твою избушку, нет? Бред какой-то, – сказала Катя, допив чай.

– Да, бред, – согласился Андрей.

– Чем же всё закончилось? Тебя насмерть съели?

– Дальше расскажу вкратце, тебе всё равно будет трудно поверить. Утром мне пришлось выйти из избушки. Постоянно оглядывался по сторонам. Но никого не видел. Только было ощущение, что за мной наблюдают. Я нашёл следы вокруг дома, но следы не были похожи на что-то… объяснимое. Скорее, похоже на то, что кто-то истыкал деревянными рейками землю. Я собрал немного варёного медвежьего мяса, залил воды во флягу и отправился в путь. Попытался осмотреть местность, насколько это было возможно. Забирался на самые высокие деревья, всматривался вдаль. Мне даже показалось, что не так далеко есть деревня и я рискнул идти в ту сторону, не возвращаясь на ночлег в избушку. Пришла ночь, и я встретил его, когда разжёг костёр. Он стоял напротив меня, и от страха я не мог даже пошевелиться! Было сложно что-то разглядеть, но мне запомнились его очертания. Он был высоким, раза в три выше меня. Его можно было бы принять за холм с руками и ногами, гору, или сплетённые крупные ветви деревьев, фантазии хватало на многое. Ёлку без иголок, на которой, будто гирляндой, висели головы зверей. И, может быть, людей. Тусклыми маленькими белыми огоньками горели его глаза…

– Хватит, ерунда какая-то! – Катя остановила рассказ парня. – Зачем ты меня сейчас пугаешь? Это совсем не смешно!

Она положила свой телефон на стол, проверив, не пытался ли ей кто-то позвонить или отправить сообщение. Заряда было мало, что вызывало чувство серьёзного дискомфорта.

Андрей сказал:

– Если это не то, о чём я думаю, то сочти это за вымысел мелкого пацана, заблудившегося в лес.

– А если это то? – с вызовом сказала Катя. – То почему тогда ты не увёз меня отсюда подальше, если с самого начала хотел это сделать?

– Потому что он никогда не заходит в дом сам, – серьёзно сказал Андрей. – Но ты сможешь его услышать, поверишь мне. Но я очень хочу, чтобы то, что происходит сейчас, не было похоже на тот ужас, что я когда-то пережил. Я не знаю, как с этим смириться. Но с этим можно жить. Главное, не выходить к нему…

– Ты пугаешь меня! – сказала Катя. – Но, постой! В лесу же тебя не тронуло это чудовище?

– Нет, – сказал Андрей. – Он был рядом недолго. После того, как я его заметил, он скрылся в темноте. Но был рядом, я чувствовал. Я ещё сильнее разжёг костёр. Кинул в него всё, что было у меня припасено. Мне было проще броситься в пламя, чем попасться в лапы этого… нечто. Но, поверь, ещё раз такого ужаса я не пережил бы. Костра хватило до рассвета. Тогда всю ночь я глаз не сомкнул, а днём мне повезло. Я вышел в ту деревню, откуда мы когда-то с отцом отправились к дому, где прожили почти год. Меня отправили к матери, и я на время забыл об этих скитаниях по тайге. Про меня даже в местных газетах писали, как я выживал, как прятался в сторожке от медведя. Разумеется, ничего лишнего я не рассказал. А мать, казалось, не рада была меня видеть. У неё были какие-то проблемы, и мы совсем недолго прожили в городе. Квартиру пришлось продать, мы переехали в деревню. Тут-то и вернулся мой кошмар. Несколько ночей я слышал эту просьбу выйти к нему…

– А мать твоя это слышала? – спросила Катя.

– Она завела любовника и ночевала у него. Могла пропасть на несколько дней. Я голодный ходил в школу, сердобольные соседки иногда меня подкармливали. Впрочем, в одну из таких ночей она была дома, но крепко спала и ничего не слышала. А утром на пороге мы обнаружили выпотрошенную и обезглавленную козу. Нам нечего было есть, и мать была рада такому подарку. Она не задумывалась о том, как это произошло. А у соседки тогда действительно пропала коза. Вечером мать ушла то ли к любовнику, то ли за бутылкой. И эта ночь была самой кошмарной. Если раньше чудовище говорило свою единственную фразу меньше пяти раз за ночь, то теперь я слышал это чуть ли не каждые пятнадцать минут, и так до самого рассвета…

– А ты пытался с ним поговорить?

– Да, – сказал Андрей. – Я спрашивал, зачем я ему нужен. Но ответ был один: «выйди ко мне». Лишь раз, наверное, оно мне ответило коротко и ясно: «надо». А в то утро… то утро было самым ужасным. Я открыл дверь, а на пороге лежала моя мать. Вернее, то, что от неё осталось. Это было… был просто кусок мяса. Без головы, без кожи, без… внутренностей.

– Что?! – Катя была шокирована историей.

Она не хотела в неё верить, но видела, как переживает Андрей, рассказывая это.

– Потом меня отправили в детский дом, который вскоре закрылся. Меня отправили в другой город. Потом объявилась моя двоюродная тётка, с которой мы не ужились. Потом я поступил в универ. Маленькую квартиру, что выделило государство, пришлось продать, потому что однажды, на своём третьем этаже я услышал стук в окно. Да, он был там, он вновь нашёл меня…

– Поэтому ты так часто летаешь в командировки, снимаешь разные квартиры? – спросила Катя. – Меняешь место, чтобы оно тебя не нашло?

Она переместилась с неудобного, скрипучего стула на диван. Несмотря на жуткую историю, ей захотелось немного вздремнуть, она очень устала за день. В конце концов, не может же это всё быть правдой?

– Да, я пытаюсь запутать следы, – сказал Андрей. – Когда не получается, я меняю квартиру и снимаю её в другом месте. Но и на четырнадцатом этаже это чудовище находило меня.

– Жуть, конечно, но это скорее какой-то твой комплекс, страх из детства, – сказала Катя, зевая. – Ты пробовал обратиться к врачу?

– Я проходил осмотр у психиатра. Несколько раз. Всё хорошо. Да, пусть будет так. Фантазии, комплекс, страх. Но убийцу матери так и не нашли. А в тех краях, где я заблудился в лесу, давно ходило множество историй про духов леса. И охотники хоть и построили там свою лачугу, но после некоторых историй больше не ходили в те места с ночевой, боялись…

Катя попыталась подремать, устав от напряжённости этого дня, положив голову на спинку дивана, а Андрей вновь подошёл к окну. Он слушал вьюгу и старался не думать о том, что кошмар, о котором он старался не вспоминать, вернулся вновь.

Вьюга и не думала утихать, всё громче завывая. Андрей не знал, сколько прошло времени, как Катя резко очнулась.

– Электричество не дали? – спросила она, потягиваясь.

– Нет, – сказал Андрей, демонстративно щёлкнув выключателем на стене. – У тебя нет фонарика или свечек?

– Не нагоняй жути таким выражением лица! – недовольно сказала Катя. – Нет у нас свечей. Фонарик где-то в вещах отца должен быть. Такого почти никогда не было, чтобы тут свет отключали. Надо ложиться спать что ли.

– Да, ты права, – тихо сказал Андрей.

– И хватит смотреть на меня так! – Катя проснулась «не с той ноги». – Ты меня пугаешь! Рассказал мне о своих детских страхах, и я теперь тоже буду думать. Тем более, что в такую погоду с отцом действительно случилась беда! И я просто не знаю, куда он ушёл, взяв с собой совсем немного денег, и оставив свой телефон дома. Это уму непостижимо! Была бы я…

– Тихо, – сказал Андрей, прислушиваясь к чему-то.

Но разглядеть сквозь метель что творится на придомовой территории было совершенно невозможно.

– Опять ты со своей жутью! – Катя совсем разозлилась.

И тут в дверь постучали. Три громких удара в крепкую дверь.

Катя осторожно попыталась подойти к двери, но её опередил Андрей, преградив ей дорогу.

– Катя, я очень за тебя боюсь, – сказал он.

– Ссыкло, – грубо сказала девушка.

– Откройте! – послышался за дверью мужской голос. – Очень холодно! Метель прям в рот метелит.

Катя, оттолкнув Андрея, отворила дверь.

– Здрасьте, – сказал невысокий мужчина лет пятидесяти, от которого сильно разило алкоголем. – Колька не нашёлся?

– Нет, – сказала Катя.

– Меня Василием зовут, я добрый соседушка Коли, – обратился мужчина к Андрею, стряхивая с себя на пол снег.

– Андрей, – коротко представился парень, пожав крепкую руку.

– Что же вы дома не сидите? – спросила Катя.

– Я с женой поругался, – ответил Василий, быстро разуваясь и снимая куртку. – Полдня потом у Тарасова просидел. Выпили с ним. А жена пусть теперь думает, что я без вести пропал, как твой отец!

– Зачем вам это? – удивился гостю Андрей.

Катя заперла дверь на задвижку, и они прошли на кухню из маленькой прихожей. Гость сразу же удобно устроился на диване.

– У вас выпить есть чего? – спросил он.

– Только чай, – недовольно сказала Катя.

– Нет, так дело не пойдёт, – сказал Василий, вытащив из кармана уже початую чекушку. – Выпьем за знакомство, Андрей-бармалей?

– Не пью, – сказал парень.

Василий сморщился, налив себе в пустую кружку Кати то ли водки, то ли самогонки.

– Не пьёт он, – пробормотал Вася. – Я, может, тоже не пью. Да вот кроликов жалко!

– Я же отдала вам за них деньги! – сказала Катя.

– Деньги, это не то! – сказал Вася, приготавливаясь к тому, чтобы осушить кружку. – Сколько сил было потрачено на этих кроликов, ведь они не только ценный мех! Который, кстати, где?

Катя язвительно сказала:

– Чудовище из детских страхов Андрея себе забрало.

Вася усмехнулся, глядя на огонь керосиновой лампы:

– Нет, я, конечно, много чего в своей жизни пропил, но кроликов я не стал бы так бездарно пропивать. Наверное, твой отец что-то не договаривает…

– Хватит! – строго сказала Катя. – Завтра приедут из милиции, а МЧС начнёт поиски. И я прошу не говорить лишнего!

– Молчу, – сказал Вася и выпил.

Андрей спросил:

– Вы ничего странного не заметили, пока шли по улице?

Ему всё больше чудились какие-то странные звуки за пределами дома. То будто кто-то топал по крыше или гремел калиткой.

Но не успел Вася рассказать о том, как из-за метели он заблудился, потом необычно долго преодолевал расстояние, которое проходит за пять минут, как все услышали громкий стук по стене дома. Будто кто-то стучал большой деревянной болванкой по брёвнам.

– Это что так у вас тут стучит? – удивлённо спросил Василий, пытаясь что-то разглядеть в окне.

– Выйди ко мне, – отозвался на улице громкий, булькающий голос.

Катя вздрогнула, посмотрев на Андрея, который был совсем не рад тому, что его предположения сбылись.

– Это я сейчас к тебе так выйду, что мало не покажется! – воинственно крикнул Василий, резко вскочив на ноги.

От такой прыти у него закружилась голова, и он повалился на стол, уронив свою чекушку, телефоны Кати и Андрея, обе кружки и керосинку, что разлилась ярким пламенем по деревянному полу. Только чудом сам Вася не упал в огонь, быстрее всех добежав до прихожей. Там он застрял, обувая ботинки и накидывая на себя ещё мокрый от растаявшего снега бушлат. Из-за паники у него дрожали руки, поэтому у мужчины возникли серьёзные проблемы с координацией движения, и он не мог справиться с простой дверной задвижкой.

Андрей снял кофту и попытался сбить пламя, но у него ничего не получилось. Тогда он схватил с плиты чайник и вылил его содержимое в огонь, который уже неприятно щипал руки и обдавал жаром ноги. Но воды было слишком мало, а пламя перекинулось на занавеску и стену.

– Бежим! – крикнула Катя.

Пока Андрей пытался бороться с пожаром, девушка быстро оделась.

В это время Василий всё-таки справился с замком и выбежал на улицу, оставив дверь открытой. Метель тут же закружила по прихожей, ещё сильнее раздувая пламя в столовой.

Молодым людям показалось, что Вася закричал, навернувшись со ступенек, но его крик заглушил порыв ветра.

– Подожди, – остановил Катю Андрей у выхода из кухни-столовой.

– Чего ждать, мы сейчас сгорим на хрен! – прокричала девушка.

– Я открою машину с брелка. Беги туда, если не успеешь добраться до соседей! – быстро протараторил Андрей.

Пламя было близко, его языки уже норовили коснуться спины молодого человека.

– А ты здесь что ли останешься? – Катя потянула за рукав парня, начиная задыхаться от дыма.

– Я побегу с тобой, – сказал Андрей, снимая с шеи почерневший от времени крест, который когда-то забрал у своего отца. – Мне кажется, что чудовище не трогало меня тогда, в лесу, только из-за него, но я могу ошибаться. Бежим!

Катя брезгливо надела на шею верёвку с маленьким старым крестиком, и потащила за собой Андрея из горящего дома. Парень сильно закашлял, когда они выскочили из дома в объятия колючей метели, что застилала глаза, не давая рассмотреть хоть что-нибудь впереди. На ощупь они прошли через калитку, придерживая друг друга за руки. Пискнул брелок в руках Андрея – автомобиль завёлся и разблокировал двери.

Через минуту, когда девушка с парнем пробирались сквозь сугроб к автомобилю, кто-то очень сильный схватил Андрея за плечи, вырвав руку молодого человека из руки девушки…

С трудом открыв и закрыв за собой дверь, Катя попыталась привести автомобиль в движение, но тот прочно сидел в сугробе. Она включила дальний свет и на мгновение увидела перед собой высокий, чёрный силуэт непонятного существа, который держал в своих ветвеобразных руках Андрея. Катя успела заметить огоньки глаз чудовища и нелепые бусы из человеческих и звериных голов в верхней части его туловища.

Чудовище резко скрылось во мгле.

Через несколько минут паники, Катя услышала леденящий душу голос:

– Выйди ко мне…

В стороне от дороги ярко догорал дом. Рушилась кровля, снопом искр уничтожая всё, что было когда-то дорого девушке, что сидела недалеко от места пожара в машине, и старалась побороть в себе желание выскочить из закрытого пространства наружу, и бежать как можно дальше. Ещё она пыталась молиться, но у неё ничего не получалось, как и не получалось взять себя в руки. Она теребила чёрный крестик, что болтался на её белой шее. Это немного успокаивало.

Спустя вечность, метель затихла. Дом превратился в руины, небо просветлело. Катя не торопилась вылезти из машины, которую замело почти под самую крышу.

Появилась снегоуборочная техника, машины МЧС и пожарных. Вскоре приехала и милиция – у самого пепелища дома в разных местах лежало три обезображенных трупа. Три туши человеческого мяса. Позже экспертиза установила, что это был пропавший ранее отец Кати, Василий и Андрей.

Девушке пришлось обратиться к психиатру, чтобы заткнуть ор этой психологической травмы. Также пришлось часто бывать на допросах у следователей, которые всегда приходили в тупик от показаний Екатерины, которая теперь ни при каких обстоятельствах не снимала с себя старого нательного крестика. Но самое сложное было не паниковать, когда в бессонные ночи за стенами третьего этажа психиатрической лечебницы Кате вновь слышалась знакомая фраза:

– Выйди ко мне.

РЕЗЕРВНЫЙ МИР

Предсказуемая обыденность в очередной раз вяло попыталась внести хоть что-то новое в событийную цикличность будней, но Алексей в это утро не желал никаких приключений, и, всё-таки, успел забежать в закрывающиеся двери ЭР9 вовремя. Старая, зелёная, ещё полупустая электричка, медленно отправилась в путь с платформы небольшого населённого пункта. Прохладное сентябрьское утро было пасмурным, сонным, и даже последний будний день не давал прилива сил перед долгожданными выходными.

Алексей вошёл в вагон, выбрал удобное для себя место у окна, достал электронную книгу и начал чтение, пытаясь вникнуть в замысловатый, динамичный сюжет фантастического произведения.

Но молодому человеку никак не удавалось сконцентрировать своё внимание на чужой фантазии – его не так давно проснувшийся разум зациклился на собственном воображении, которое хаотично рисовало ему сценки из возможного будущего. Из числа наиболее вероятных событий Алексею виделись проблемы на работе, с которой он перестал справляться из-за увеличения нагрузок и своей вечной невнимательности. Вполне возможно придётся вновь выслушать претензии начальника и, может быть, даже уволиться.

Но неприятные мысли быстро сменились более позитивными переживаниями. Парень не так давно получил водительское удостоверение, и отец обещал подарить ему на грядущее двадцатитрёхлетие свой автомобиль, а себе приобрести иномарку поновее. Поэтому ездить на электричке на работу Лёхе оставалось буквально пару недель.

И из-за этого факта его мысли перешли на другую тему, тоже вызывающую трепет в душе, но несколько иного характера. Через пару остановок в вагон должна была зайти зелёноглазая брюнетка, которая, так же как и Алексей, каждый будний день ездит в большой город в последнем вагоне электрички. Вечером они едут обратно в первом вагоне. И так уже почти целый год!

Но парень всё никак не мог завязать разговор с симпатичной девушкой. Нет, Лёха был не из трусливых, просто зачастую немного хмурый и недружелюбный вид попутчицы останавливал его произнести своё нелепое «привет, как дела». Да и большое скопление людей, что постоянно заполняло вагон на остановке, где жила эта девушка, не располагало к романтике. Но шансов на знакомство становилось всё меньше и меньше, нельзя было откладывать это дело.

На середине пути к большому городу, в вагон, будто в потоке неуправляемой людской лавины, заполняющей все свободные места вокруг, вошла эта необычайно, как казалось Лёхе, симпатичная девушка. Все сидячие места заняты, и это не изменило и так хмурого вида брюнетки, что выглядела ровесницей Алексея. Зато парень мог наблюдать за ней, ведь это было большой удачей, что она встала напротив его ряда неудобных, деревянных сидений. Он смог заметить, как невысокая, стройная попутчица на несколько мгновений сменила свой хмурый вид – на её лице отразилась искренняя тревога. Парень впервые заметил у неё такую смену эмоций, и ему тоже стало немного не по себе. Девушка вышла из оцепенения, став судорожно шарить по карманам лёгкой куртки. Через несколько мгновений она нашла то, что искала. Это были наушники. После этого тревожность ушла, девушка вновь нахмурила свои тонкие брови. Она достала телефон, подключила наушники, ловко распутав провода. Лёха в этот момент для себя точно уяснил одну вещь – эта девушка явно не с нашей планеты. Слишком просто у неё получилось распутать серьёзный узел наушников.

Алексей усмехнулся своим мыслям, и когда поезд въехал в небольшой тоннель, он посмотрел на себя в отражении окна. Волосы не растрёпаны, воротник рубашки не мятый – то есть парень выглядел вполне нормально! И он решился. Решился если не на знакомство, то хотя бы на жест вежливости. Он встал со своего места, и, игнорируя остальных нуждающихся в более комфортном продолжении пути, обратился к брюнетке:

– Девушка, пожалуйста, садитесь!

Но симпатичная попутчица не обратила внимания на предложение парня, а на освободившееся место сумел пролезть помятый мужчина с бутылкой пива, для которого пятница началась ещё в четверг вечером. Алексей почувствовал себя неловко и поспешил скрыться в тамбуре вагона. Впрочем, никто ничего не заметил.

* * *

Алексей еле успел заскочить в последний вагон самой поздней электрички. В этот долгий день он задержался в городе, чтобы посидеть с коллегами в баре, поэтому настроение у него пока было приподнятым, хотя выпил он всего лишь пару кружек пива. Электронную книжку он оставил на работе, а телефон тихим писком требовал подзарядки, поэтому дорога обещала быть долгой и скучной.

За окном темно, а в другом конце вагона сидели два парня. Они сильно контрастировали друг с другом: один был в пиджаке и при галстуке, другой в синем спортивном костюме. Они о чём-то негромко разговаривали, не обращая внимания на пассажира, что также в поздний час ехал прочь из большого города.

Парню стало скучно, и он вновь погрузился в свои мысли по поводу работы, автомобиля, равнодушной к нему утренней попутчицы.

Как только электричка доехала до долгого перегона без остановок, двое молодых людей резко встали со своих мест и прошли мимо Алексея. Парень решил, что они прошли в тамбур, чтобы приготовиться к выходу, поэтому без задней мысли направился за ними, чтобы пройти в первый вагон, из которого ему было бы удобнее выйти на перрон на своей остановке, до которой ещё достаточно долго.

Он прошёл несколько пустых вагонов и только в первом были люди. Немного. И все были знакомы.

В том вагоне была та самая девушка, которой сегодня утром он так неуклюже уступил место. Были там и те двое парней. Девушка и парни стояли посреди вагона друг напротив друга. Обстановка была напряжённой, но молодые люди отвлекли своё внимание на вмешавшегося в ситуацию Алексея.

Ему показалось очевидным, что эти два парня пристали к безобидной девушке. Смолчать он не смог, однако его голос немного дрогнул.

– Отстаньте от неё! – воскликнул он.

Парень, что был в деловом костюме, достал что-то из-за пазухи. Алексей только и успел подумать о том, что тот достал нож и дела совсем плохи.

Девушка, что стояла позади них, тоже держала что-то в руке. Алексей успел заметить, что это был шарообразный предмет, который быстро увеличился в размере, превратившись в большой, прозрачный шар, едва помещавшийся в маленькой девичьей руке. Сделав небольшой замах, она тут же разбила его об пол.

Раздался негромкий звон бьющегося стекла, и Алексея ослепила мощная белая вспышка.

Когда зрение вернулось к парню, то он не сразу поверил в то, насколько изменилась окружающая обстановка. Нет, вагон никуда не делся, на месте остались всё те же деревянные скамейки, но в окнах уже не было стекла. Стало светлее, был хоть и пасмурный, но день. После вечерней темноты стал отчётливо виден заоконный пейзаж, только он сильно отличался от привычного: редкие столбы без проводов, деревья с жёлто-чёрной листвой, полуразрушенные дома. И жёлтое небо. Но поезд продолжал ехать, медленно и неуклюже качаясь. Будто скоро остановится, причём навсегда.

Мгновения оцепенения закончились, начался бой.

На месте девушки стояло уже совершенно другое существо, похожее на человека, но в той же одежде – синих джинсах и лёгкой бежевой куртке. Зелёные глаза изменившей свой облик попутчицы стали более выразительными, будто неестественно увеличились в размерах. Черты лица стали острее, аккуратная причёска превратилась во множество гибких, чёрных иголок. Два парня тоже стали выглядеть иначе. Их глаза тоже стали объёмными, приобрели кошачьи черты, а лица обрели неестественный белый оттенок, рты оскалились более острыми, чем у людей, белыми зубами, не тронутыми кариесом, сигаретами и кофе. Алексей успел рассмотреть эти детали, потому что оскалы парней, превратившихся в подобие героев саги про упырей, были направлены в его сторону. Девушку нельзя было обозвать вампиром, осталось в ней что-то привлекательное, потусторонне прекрасное. Скорее, она оказалась больше похожей на эльфа. И она явно была с ними не из одной шайки.

– Это не альнелон! – удивлённо крикнул оборотень в спортивном костюме.

В этот самый момент девушка со всей силы ударила кричащего парня ногой в область поясницы. Тот повалился на грязный пол. Второй молодой человек успел среагировать на её атаку, достав из внутреннего кармана пиджака небольшой, но увесистый молоток. Им он попытался нанести девушке удар, та вовремя увернулась, но нападающий смог повалить её на пол, сильно толкнув свободной рукой. Другой упырь, поднявшись с пола, тоже достал молоток и поспешил на помощь товарищу. В узком проходе между сидениями они на мгновение столкнулись друг с другом, что позволило девушке немного отползти. Но один из упырей тут же бросился на неё, нанеся рубящий удар молотком в левое плечо беззащитной, некогда милой зеленоглазой брюнетки теперь так не похожей на человека. Но от боли она закричала вполне человеческим голосом.

Алексей всё-таки смог взять себя в руки. Он резкими шагами преодолел расстояние до дерущихся, оттащил одного парня за шкирку спортивного костюма от девушки, которая голыми руками пыталась защищаться от многочисленных ударов. Ей это даже удавалось, она ловко уворачивалась от прямых замахов, одновременно пытаясь достать что-то из кармана. Когда ей это удалось, тяжёлый молоток попал в её левую руку, и на пол упало несколько маленьких прозрачных шариков.

В это время Лёха пытался утихомирить второго парня, нанеся несколько ударов по его бледному лицу, которое всё ещё улыбалось какой-то жуткой улыбкой сумасшедшего. Но противник смог отбиться, один раз угрожающе ударив молотком по деревянной скамейке, щепки полетели во все стороны.

Раненной девушке удалось подняться на ноги, добраться до раздвижной двери в тамбур. В той руке, с которой не капала большими тёмно-красными каплями кровь, она держала один прозрачный шарик, величиной не больше мячика для настольного тенниса. Шарик тут же увеличился в размере, из прозрачного стал тёмно-синим, и в таком виде девушка небрежно кинула своеобразный снаряд в парня с молотком. Шар разбился, а оборотень в строгом деловом костюме упал на пол, будто получив серьёзный удар. Не теряя времени, он попытался подняться с пола, но воительница сделала ловкий выпад в его сторону, ранив парня в строгом чёрном костюме ножом. После успешного попадания, девушка нанесла ещё несколько ударов компактным холодным оружием в живот опешившего от боли и неожиданности упыря, но тот смог оттолкнуть её ногой.

В это время второй упырь ловкой подсечкой сбил Алексея с ног, и, нелепо угрожая своим молотком, крикнул зеленоглазой бестии:

– Стой, где стоишь! Иначе я убью его!

– Убивай, – поднимаясь на ноги, сказала девушка, баюкая свою раненую руку, с которой всё ещё капала кровь.

– Я не шучу! – продолжил угрожать парень, заставляя Алексея сожалеть о том, что он вмешался в разборку персонажей какой-то ещё не прочитанной им книги.

– Я тоже, – сказала девушка, наклонившись, чтобы подобрать с пола выроненные ею в начале боя шарики.

Вагон качало, шарики удалось подобрать не сразу.

Упырь заметно нервничал. Он отпустил Алексея, достав освободившейся рукой горсть своих прозрачных шариков из внутреннего кармана синей олимпийки. Его раненый товарищ устало опёрся на скамейку, зажимая раны ладонями.

Девушка замахнулась, чтобы кинуть свой снаряд, но упырь был проворнее. Он кинул свой круглый магический предмет, но не в девушку, а на пол, после чего оба упыря бесследно растворились в воздухе. Кто-то из них нелепо обронил пару своих маленьких прозрачных шариков.

– Чёртовы черти! – выругалась девушка.

Она устало села на скамейку. Электричка медленно ехала.

Алексей поднялся на ноги, поправил ворот ветровки, рубашку, потом медленно подошёл к девушке, которая оставалась всё тем же милым чудовищем с острыми чертами лица, иглообразными волосами на голове и большими зелёными глазами.

– Что за… косплей тут происходит? – наконец, смог он спросить, сев на противоположную от собеседницы скамейку.

– Ты кто такой вообще? – девушка грубо ответила вопросом на вопрос.

– Последний раз у меня об этом спрашивало быдло в подворотне, – усмехнулся Алексей.

– И что ты ответил?

– Я ответил, что я человек.

– Оригинально, – наморщила лоб девушка. – У тебя меньше минуты, чтобы правильно ответить на этот вопрос. Иначе я убью тебя.

– Своими шариками или ножом пырнёшь? – Алексей попытался выглядеть храбрым.

– Я тебя и одной рукой могу придушить, буду ещё на тебя средства тратить. Ты даже хилого гриса завалить не смог.

– Кого? – не понял Алексей.

– Того, с молотком, – сказала девушка. Было заметно, что ей очень больно, хотя кровь перестала течь из повреждённой руки, но изуродованная конечность выглядела ужасно. – Значит, ты не грис и не альнелон?

– Я же сказал, что я человек. Тебе очень больно? Чем я могу помочь? – Лёха заволновался за здоровье девушки.

– Подними цершеры… ну, шарики, что выронил Грис, когда сваливал отсюда.

Алексей осторожно сходил к тому месту, где недавно растворились в воздухе упыри, поднял два шарика с пола, вернулся на скамейку.

– Что чувствуешь? – спросила девушка.

– Ничего, – ответил парень.

– Возьми этот, – девушка осторожно протянула ему свой такой же прозрачный шарик.

– Что я должен почувствовать? – спросил Алексей.

– Не знаю, но то, что с ними ничего не происходит, это плохо, наверное… значит, ты человек. Единственный человек, который попал в Резервный мир.

– Я избранный? – восхитился парень.

– Наверное, это просто какой-то сбой, – задумчиво сказала девушка. – По инструкции я должна тебя убить, раз ты попал на нашу территорию. Верни шар.

– Пожалуйста, – Лёха положил все шарики рядом с девушкой на скамейку. – Может быть, не стоит меня убивать?

– У тебя есть другие предложения? – спросила девушка, убрав шарики в карман куртки.

– Меня зовут Алексей, а тебя?

– Не важно, как меня зовут. Ты действительно не понимаешь что происходит? Может быть, ты всё-таки какой-нибудь мутированный грис?

– Если бы я понимал о чём ты, то я бы ответил. А ты человек?

– В твоём мире человек, тут я альнелон. А ты чёрте кто! – сказала девушка, вытащив окровавленный нож. Ей это удалось, но холодное оружие упало ей на колени, испачкав джинсы.

– Не убивай меня, я тебе пригожусь, – подмигнул Алексей.

Нереальность происходящего помогла ему перебороть страх неизвестности, заменив его любопытством.

Девушка предположила:

– Может, ты судья, то есть Безликий?

– Ещё как меня обзовёшь?

– Давай прогуляемся к моему наставнику, – сказала девушка, в который раз достав из кармана прозрачный шарик, который быстро увеличился в размерах в её руке. – Может он знает, кто ты такой.

Электричку качнуло, вагон остановился.

Девушка поднялась со скамейки, бросила шар на пол и вновь всё пространство озарила белая вспышка, и они оказались в просторной комнате, в которой было большое окно с видом на жёлтые горы.

По всему периметру помещения стояли шкафы с множеством разных ящиков. На полу был очерчен ровный круг, в котором и оказались гости этого помещения – девушка и Алексей. Дверей в комнате не было. Лёха после перемещения упал на пол, но быстро поднялся.

– Подождём пока здесь, – сказала девушка, бросившись изучать содержимое выдвижных ящиков, пока Алексей рассматривал живописный горный пейзаж за окном. Они находились в самой высокой башне какого-то старинного замка.

– Расскажи, где мы? – попросил парень у своей странной спутницы, к которой всё ещё не вернулся её человеческий облик.

– Мы там же, в Резервном мире, – ответила девушка. – Здесь пока безопаснее.

– Нас могут преследовать? – не успел спросить Алексей, как на мгновение комнату озарила яркая вспышка, и в начерченном на полу круге появилось существо, похожее на его спутницу.

– Так и знал, что ты тут. Здравствуй, Алина, – добродушно сказал мужчина с взъерошенными игловидными волосами на голове и синими зрачками инопланетного существа, вниманием которого быстро овладел Алексей. – Долго здесь находиться слишком опасно. На ваш след уже вышло и наше управление, и грисы. Случай уникальный. Как быстро разлетелась весть, я в шоке!

– Что здесь происходит? – поинтересовался Алексей у более дружелюбного мужчины нечеловеческой расы.

Инопланетянин оценил Алексея:

– Да, это точно не судья, иначе он бы имел совершенно другую внешность. Меня зовут Раст, я наставник Алины. Вижу, что тебе не страшно, но ты совершенно не понимаешь, что происходит.

– Я поэтому и спрашиваю, – сказал Алексей.

Раст быстро что-то нашёл в выдвижных ящиках и принялся колдовать над раненой рукой девушки. Та терпеливо поджимала губы, аккуратно выставив перед собой раздробленную конечность.

– Значит, ты уже в курсе что произошло? – спросила девушка у наставника.

– Да, ты же упустила грисов и теперь все обо всём знают! – начал быстро тараторить Раст, покрывая какой-то светлой глиной левую руку девушки почти до самого локтя. – На том месте скоро начнут работу хроникёры, и все узнают, что ты не убила человека, значит, нарушила инструкцию. Не очень хорошая история получается. Хоть и такое происходит впервые, поэтому никто пока не сделал никаких выводов. Но, думаю, надо рассказать несчастному парню, во что он впутался.

– Надо, – согласился Алексей.

– Мы альнелоны, – начал рассказ Раст. – Наша раса не имеет практически никакого отношения к людям, но мы вынуждены соседствовать с вами до тех пор, пока не обустроим свой Резервный мир. Но мы постоянно вынуждены бороться с грисами, с той расой, с которой вам удалось повстречаться в бою. Наша вражда уходит глубоко в историю мира, из которого мы, вместе с грисами, изгнаны. Но наше противостояние продолжается. Придание гласит, что в Резервном мире должен остаться кто-то один, чтобы он перестал быть ядовитым. Противостояние у нас в крови. Главное, чтобы этот мир не перевернулся. Как это случится, часть грисов и альнелонов поменяются местами. Это сложно объяснить неподготовленному… человеку.

Девушка воскликнула:

– Тебя вообще не должно быть здесь!

Раст всё ещё выглядел дружелюбнее:

– Алина, тише, вдруг парень нам ещё пригодится, это ведь такое событие: человек в Резервном мире! Но из-за того, что ты оставила его в живых, тебя теперь ищут и наши, и грисы, которые только и рады, что ты нарушила правила. Хорошо они тебя подставили, ведь сами могли его убить. Возможно, судьи, Безликие, пока не заметили этого явления…

– Так кто такие судьи? – спросил Алексей.

– Судьи это высшие существа, которые прогнали нас из нашего мира, – рассеянно сказал Раст. – Они со стороны следят за тем, чтобы не нарушались нехитрые правила ведения противостояния…

Алексея захватила эта история:

– А кто в этом противостоянии силы зла? Судя по внешности, это грисы?

Раст немного смутился:

– Можно судить и так. Грисы более… импульсивны…

– Долго мне с этим ходить? – спросила Алина, когда Раст зафиксировал её руку почти до плеча в затвердевшем веществе, по свойствам напоминающим гипс.

Но Раст не ответил на этот вопрос. Он сказал:

– Теперь вы должны уйти. Рано или поздно сюда придут. Не дайте им поймать себя.

Девушка была напряжена. Раст достал из дальнего ящика два шара, один маленький, другой большой, вручил их девушке.

– Что это? – спросила она, получив артефакты. Тут же она озвучила свои ощущения от предметов. – Один открывает путь в место, которое я не знаю в Резервном мире. Другое… это… что-то странное, вызывающее сон?

– Да, вторым шаром пусть воспользуется человек, – сказал Раст. – Пусть он разобьёт его и впадёт в сон. Во сне он, может быть, превратиться в гриса или альнелона, сможет встать на чью-нибудь сторону, и этим спасёт тебя от расплаты за нарушение инструкции. Пока это единственный вариант, который может выправить ситуацию. Но этим цершером ещё не пользовались, поэтому последствия неизвестны.

– А так можно что ли? – удивилась девушка. – Можно просто так превратиться в гриса или альнелона?

Раст был не уверен в своих словах:

– Я не знаю. Может быть, у него есть какие-то способности. Потому что он не должен был сюда попасть. Потому что ты должна была его убить. Но и у меня рука не поднимется это сделать. Что случилось, то случилось. Уходите. Я дал тебе путь к безопасному месту. Как всё уляжется, мы с Эльгой придём к вам и будем решать по обстоятельствам, что дальше делать. Поторопитесь!

Девушку долго заставлять не пришлось. Жестом она пригласила Алексея встать в круг, куда встала и сама, разбив увеличившийся в руке прозрачный шар. Парень вновь был ослеплён вспышкой.

Когда кратковременная слепота спала, они оказались на склоне большого холма, где росли редкие деревья с жёлто-чёрными листьями. Сухая, невысокая трава была такого же цвета. Небо было пасмурным, жёлтым, с массивными чёрными облаками. Небесных светил Алексей не заметил. Дул лёгкий ветерок. Вдалеке журчал ручей с прозрачной водой. Девушка с парнем побрели вниз по склону.

Алина шла впереди, за ней следовал Алексей, постоянно оглядываясь по сторонам.

– Тебя ведь Алина зовут, мне не послышалось? – спросил он. – Красивое, человеческое имя!

– Я родилась человеком. Грисы и альнелоны не могут иметь детей. В раннем детстве, во сне, меня завербовали. Я стала альнелоном. Взрослых завербовать невозможно, но оказалось, что есть особенный способ. Видно алхимия не стоит на месте.

– Почему ты меня не убила? – поинтересовался парень. Он не верил, что Алина могла причинить ему вред.

– Не знаю, – ответила зеленоглазая брюнетка, приглаживая свои иголки на голове, чтобы те лежали аккуратнее. – Просто такого никогда не случалось. Когда мы бросаем шар и появляется вспышка, обычный человек забывает о том, что происходило, оставаясь в своём мире, где нет таких монстров, как мы. Мы вынуждены жить в вашем мире, потом что здесь нельзя находиться слишком долго, нужно впитывать энергию человеческого мира, чтобы Резервный мир тебя не отравил. Так мы и существуем с вами, но ведём разные образы жизни. То мы следим за грисами, то грисы следят за нами. Мы вычисляем друг друга, потом уходим в Резервный мир, где убиваем друг друга. Иногда случается так, что мир переворачивается, и мы становимся грисами, а они нами. По сути, мы просто меняем облики. Но такого в моей жизни ещё не случалось и, надеюсь, не случится. Грисы противные. Неизвестно чем они занимаются на своей территории Резервного мира. А придётся при перевоплощении вступать в их общину, как-то контактировать…

– Почему же тогда вы считаетесь добром, а они злом? – поинтересовался Алексей. – Потому что вы красивые, а они нет?

– Нет, – растерялась Алина. – Это номинально. Добро тоже должно быть с кулаками, а не бессмысленно жестоким. Просто мы такие. Резервный мир сам выбрал тех, кто ему нужен. У нас лишь одна цель: уничтожить грисов. А у них – уничтожить нас. Ненависть у нас внутри постоянна. Но мы до сих пор находимся на равном балансе сил, не вплетая людей в наше противостояние. В своей борьбе мы снимаем напряжение всего существования. У нашего противостояния великая цель, как нам с детства объясняют…

– Могу сказать только одно, – задумчиво сказал Алексей. – Вы ведёте ужасно бессмысленную жизнь.

– А вы, люди? – сказала Алина, сев в траву около ручья, чтобы передохнуть.

Алексей последовал её примеру. Но ответа на вопрос у него не нашлось.

Зато Алине было что сказать:

– Призом в противостоянии является Резервный мир, который мы ещё не освоили до конца. Здесь всё ядовито. Эту воду нельзя пить, здешние растения нельзя есть. Но по приданиям, если одна раса победит, то этот мир перестанет быть таким безжизненным, и мы сможем больше не возвращаться к людям.

– Хорошо хоть предупредила про воду, – сказал Лёха, у которого была сильная сухость во рту. Лёгкое опьянение прошло ещё когда он ехал в электричке, зато появился дискомфорт в голове.

Алина закончила мысль:

– В общем, закончив с противостоянием, мы начнём жить своей жизнью.

У Алексея была своя видимость ситуации:

– А почему бы вам просто не начать жить раздельно, не переходя друг другу дорогу? Эти грисы вас бы не трогали, и вы бы их не задевали. Жили бы как соседи.

– Пробовали. Не получилось.

– Вы просто другие, – подытожил Алексей. – И мы живём с вами, не понимая, как вы паразитируете на нашем мире…

– Без наших умов у вас бы не было такого стремительного технического прогресса. В этом наша главная заслуга. Грисы сделали открытия в разных науках, в технике. Мы помогли лучше узнать природу вашего мира, придумали некоторые лекарства и множество прочих других полезных вещей, которые упростили вашу жизнь. Мы сделали свой вклад в ваш мир.

Они немного помолчали. Алексей спросил:

– Сильно болит рука?

– Уже не болит, – сказала девушка.

– Я думаю, что я здесь не зря! – Лёха воспрял духом. – Значит, я могу вам помочь сделать что-то великое!

– Ага, – устало сказала Алина. – Либо мир скоро перевернётся. Такое бывает. Только для людей это не изменит ничего, а мы…

– А за что вас изгнали из своего мира? Тот чувак, что тебе руку починил, сказал, что вас именно изгнали…

– Этого я не знаю, это выше моего понимания, – сказала Алина. – Вроде бы, мы вредили соседним мирам, и тогда пришли Безликие. Наш мир они отдали другим формам жизни, а наших предков отправили на отсталую Землю. Безликие просто продиктовали свои условия и оставили нас. Мало кто видел Безликих. Судей. Они невербально всё контролируют, но как – никто не знает. Давай поторопимся. Не представляю, как это работает, но что-то должно получиться. Держи.

Она отдала парню массивный шар, который вручил ей наставник. Алексей изучил увесистый предмет, но никаких ощущений в душе он у него не вызвал.

Парень спросил:

– Что с ним делать, как это работает?

– Не знаю, – нетерпеливо сказала Алина. – Бьёшь его о землю. Потом, наверное, впадаешь в сон. Только прошу. Я тебя очень прошу. Если вдруг ты станешь грисом. Я тебя отпущу, но ты запомни мою доброту. Хотя, мне почему-то кажется, что ты не станешь грисом. Ты точно должен быть альнелоном. Ты ведь спасать меня ринулся, там, в электричке…

– Ты всё-таки это оценила! – обрадовался Алексей.

– Не оценила, – сухо сказала девушка. – У меня проблемы из-за тебя.

Алексей решил поторопиться использовать магический предмет для того, чтобы Алину поскорее оправдали. Но у него остался вопрос:

– Как я могу разбить этот шар, если тут мягкая земля, трава? Он тяжёлый, прочный…

– А ты попробуй, – ответила Алина.

И парень попробовал. Он бросил шар в траву, и его разум резко заволокло тягучей дремотой…

* * *

Сон со временем начал прорываться яркими вспышками видений, которых Алексей и не вспомнил, как только пришёл в себя.

Он лежал на траве и не понимал, сколько времени он был в отключке. Рядом с ним сидела Алина, чуть поодаль стояли Раст и ещё какая-то женщина с белыми, колючими волосами, чёрными глазами и острыми чертами лица.

– Очнулся? – спросил Раст. – Как ощущения? Познакомься, это Эльга, она главная по отделу вербовки.

Но Эльга не была настроена на дружелюбное знакомство. Она сказала:

– С ним ничего не произошло! Он не превратился ни в альнелона, ни в гриса! Он простой человек, и мы должны его убить! У нас инструкция! Алина, ты будешь наказана! Раст, ты тоже! Как вы могли это допустить?!

– Не стоит ругаться, Эльга! – Раст был мягок. – Зачем его убивать, он может как-то пригодиться…

– У нас инструкция! – закричала Эльга. – Хочешь, чтобы судьи вмешались?

Она вытащила из кармана несколько маленьких шариков.

Раст осторожно взял грозную женщину за запястье, и, глядя ей в глаза, сказал:

– Ты же знаешь, грисы тоже иногда нарушают инструкцию, и мир от этого не переворачивается…

Но Эльга резко отдёрнула свою руку, злобно воскликнув:

– Хватит! Я вызываю подкрепление!

– Валим, – сказала Алина, помогая подняться Алексею.

Они сделали несколько шагов в сторону, после чего девушка разбила под своими ногами прозрачный шар, и их вновь ослепила вспышка.

Алина и Алексей попали в толпу людей, которые даже не заметили того, что кто-то только что материализовался из воздуха. Люди были смуглыми, говорили на непонятном языке и было не по осеннему жарко – это явно другая страна.

– Где мы? – спросил Алексей, пытаясь не потерять Алину в людской толпе. Зато они очутились в более привычном для него мире.

Алина ответила:

– На рынке. Я тут делала сохранение местности. Удобно, знаешь ли. Захотел специй восточных купить, бац, и ты в Индии. Захотел в море искупаться, бац, и ты в Турции. Захотел домой, бац, и ты дома. Так это работает. Главное, нужно уметь сохраниться в том месте, куда бы ты хотел вернуться. Ну и эти шарики не бесплатные…

Девушка повела Алексея куда-то сквозь толпу.

Они покинули территорию рынка, после чего Алина, загипсованной рукой с трудом достала из левого кармана новый прозрачный шар.

– Нам надо запутать следы, – объяснила она. – Они пойдут за нами. Не волнуйся за людей. Когда мы достаём цершер и перемещаемся, то мы для них перестаём существовать.

Девушка вновь разбила шар, и они оказались в лесу Резервного мира. Алексей это быстро понял, когда увидел, что внешность Алины изменилась, а деревья оказались покрыты густой чёрно-жёлтой листвой. Под ногами желтел мох.

Алина осмотрелась. Её тревожность нарастала. Она сказала:

– Мы на территории грисов. Бежим, мы должны двигаться.

– На территории грисов? – немного испугался Алексей. – А что если они нападут на нас?

– Какова вероятность встретить человека в глухом лесу? – спросила Алина.

– Маленькая, – непонимающе сказал Алексей.

– С грисами, думаю, также. Не отставай.

– Не отстаю, – сказал Алексей. Хоть он немного и успел поспать, ему также хотелось пить и есть. – А куда ты ездила на электричке каждый день? На работу? Помнишь, я сегодня уступил тебе место? И почему ты не используешь шар для телепортации, ты же сама говорила, как это удобно! Удобнее же, чем ездить в электричке…

– Не сегодня, а уже вчера, – сказала Алина. – Я запомнила тебя. В электричке я езжу не на работу. Я уже была на работе. Я следила за своей подопечной, альнелоном. Девочкой, ей четырнадцать. До восемнадцати лет нам можно в очень ограниченном количестве самостоятельно пользоваться шарами для преодоления расстояний, пространств. Это очень ценный ресурс. Поэтому я просто почти всегда рядом с ней. Такая у меня сейчас неинтересная работа. Ходить за девчонкой по пятам, курировать её по всем вопросам, связанным с существованием юного альнелона. Сопровождать её от дома до гимназии и обратно. Нас очень мало и нам нужно беречь молодое поколение. Отвожу её в элитную человеческую гимназию, меня туда даже на порог не пускают. Потом у меня другая работа, а вечером я провожаю её от порога школы до порога дома. Мы мало контактируем, не сдружились. Но я всегда должна быть рядом, если она выходит на открытое пространство. Грисы не имеют права нападать на неё, причинять вред. Но кто знает этих грисов, они очень коварны. Поэтому по инструкции я должна сопровождать её. А вчера на наш след вышли те двое грисов. Они не поняли, что эта девочка альнелон, они охотились только за мной. Пришлось повести их по ложному следу, потом принять бой, оставив девочку одну. За это, я думаю, меня тоже как-то накажут. Не очень мне повезло вчера…

Они быстрым шагом вышли на опушку леса, где наткнулись на нескольких не выглядящих агрессивно грисов. Те удивились неожиданной встречи, но не стали приближаться к путникам. Алина вновь воспользовалась шаром для бегства.

* * *

Они ещё несколько раз меняли миры. Мир людей на Резервный, туда и обратно. Потом они снова вернулись к людям, оказавшись на набережной в каком-то красивом городе, где Алексей ни разу не был.

Парень обратился к девушке:

– Извини за нытьё, но я очень устал.

– Я тоже, – призналась Алина.

– Может, поедим что-нибудь? – предложил парень. – Чем питаются альнелоны?

– Жуками и тараканами, – усмехнулась Алина. – Шучу. Тем же, чем и люди.

– Тогда пойдём что-нибудь купим?

– У меня нет валюты. Домой ко мне нельзя, там засада…

– Давай ко мне домой? – сказал Алексей.

– Я не делала сохранения у тебя дома, чтобы переместиться туда, – язвительно сказала Алина.

– Ну, мы могли бы в электричку или на вокзал вернуться…

– Надеюсь, человека действительно гораздо сложнее отследить, иначе нас ждёт засада. Ладно. Сделаем так. Вернёмся на вокзал соседнего города, поедем на автобусе. Запутаем следы сильнее. Там меньше вероятность встретить наших, сейчас даже безопаснее наткнуться на грисов. Они, в основном, на автобусах и ездят…

– Это какая-то дискриминация? – попытался пошутить Алексей, но Алина не отреагировала на его шутку, вытащив из кармана здоровой рукой очередной прозрачный шарик. Раненую конечность она почти всегда держала согнутой и прижатой к груди. Впрочем, странный гипс выглядел достаточно крепко, хоть и давал некоторую волю движениям руки.

Через полтора часа они о дома у Алексея. В мире людей уже позднее утро. Большое частное строение произвело на Алину впечатление.

– Хорошо живёшь! – сказала она.

– Я живу с отцом, это всё его, – сказал парень, когда они, не разуваясь, вошли на просторную кухню. – Бизнес у него. А у меня пока простая работа, я ещё в самом начале своего пути. Жаль, мама не увидела того, какой большой дом он построил.

– Давно её не стало?

– Я её не видел. Она умерла при родах.

– Сожалею, – без жалости в голосе сказала Алина.

Алексей спросил:

– Ты чего бы хотела поесть?

– Всего, что плохо лежит! – сказала девушка, добравшись до большого холодильника.

Девушка не стала дожидаться ухаживаний, а сама наложила себе картофельное пюре с тремя бифштексами, разогрела еду в микроволновке, налила сок. Пока она ела, Алексей сходил в свою комнату, чтобы переодеться и поставить давно севший телефон на подзарядку. Алина отказалась от того, чтобы обновить свой гардероб вещами парня.

– И что нам теперь делать? – спросил Алексей, когда они, наевшись, сели отдохнуть на диван у камина в просторной гостиной.

– Не знаю, – сказала Алина. – Я всё думаю о своей подопечной. Может быть, стоит как-то договориться с ней о том, чтобы она нас прикрыла. У неё очень хорошие способности, которые она вот-вот раскроет. Думаю, со временем она станет хорошим наставником и лекарем, как Раст. Или даже будет выше Эльги. Или у неё получится делать цершеры, шары эти. А тебя мы должны как-то превратить в альнелона, либо спрятать. Либо убить, я ещё не определилась.

– Ты всё шутишь? – Алексей исподлобья посмотрел на Алину.

– Наверное, – грустно сказала Алина. – Бестолковый из меня альнелон. Хочу стать человеком, жить обычной жизнью. Нет от меня пользы…

Алексей попытался успокоить и как-то отвлечь девушку:

– Прекрати, ты в полном порядке. Ты мастерски отделала тех двух грисов! Ты была просто великолепна! Но у меня есть ещё один вопрос.

– Опять вопросы?

– Да, я, всё-таки, не так давно среди вас, милых монстриков.

– Милых? – улыбнулась Алина.

– Милых, – твёрдо сказал Алексей. – Так вот. У меня серьёзный вопрос.

– Какой же? – с готовностью дать ответ спросила Алина.

– Почему ты всегда в электричке ездила с таким хмурым лицом?

Алина засмеялась, потом ответила:

– Разве? Я думала все с такими лицами ездят. Ну, просто мне приходится постоянно вычислять, нет ли где поблизости грисов, это так непросто… да и рутина не доставляет позитива.

В этот момент открылась входная дверь, и в гостиную вошёл отец Алексея. Они были очень похожи, но различия в характерах оказались заметны сразу. Он строго спросил у сына:

– Ты где шлялся?

– Здравствуй, пап, – сказал более спокойный по характеру Алексей. – Познакомься, это моя девушка Алина. Я был у неё.

– Был у неё? – спросил отец Алексея, снимая с себя кожаную куртку. Все увидели кобуру с пистолетом. – Ты в курсе, что я ночью искал тебя? Твой телефон был выключен.

– Прости, пап, но я уже не маленький, а телефон разрядился…

– Ты ведёшь себя, как урод! – повысил голос мужчина, с силой бросив куртку на кресло. – Ты же знаешь, что я ненавижу, когда люди ведут себя, как уроды!

– Прости, такого больше не повторится…

– Я знаю, что не повторится, – строго сказал отец Алексея.

Во время их разговора Алина занервничала, достав из кармана два прозрачных шарика. Она перебирала их в руке, готовая в любой момент применить один из них либо для защиты, либо для того, чтобы сбежать от этого неприятного мужчины.

– Нам надо идти, – сказал Алексей, поднимаясь с дивана.

– Подожди, – более дружелюбно сказал хозяин дома, краем глаза заметив игрушки Алины. – Познакомь меня со своей девушкой.

– Ну, её зовут Алина, – растерялся парень.

– Свари нам с Алиной самый лучший кофе, что у нас есть, – велел мужчина. – А мы пока поболтаем. Думаю, я ещё интересный собеседник для молодёжи.

Алексей медленно побрёл на кухню. Они хорошо поели, но выпить кофе не догадались, а сейчас это было жизненно необходимо.

Когда парень ушёл, мужчина подошёл вплотную к сидящей на диване Алине, вытащил пистолет и направил его на девушку.

– Медленно отдала все цершеры мне, – приказал он, протянув руку. – Не думай, ты не успеешь их разбить. А если успеешь, то только твой труп переместится куда-нибудь в Резервный мир и сгниёт в чёрно-жёлтой заразе.

– Как глупо, – разочарованно сказала Алина, только сейчас почувствовав, что перед ней стоит грис. Причём грис не простой, а имеющий высокий статус.

– Не думай, я легко убью тебя, – мужчина занервничал, его просьба отдать цершеры не была исполнена. – Так что поторопись отдать все шарики мне, чтобы не наводить лишнего шума. Если сильно болит рука, то я сам могу их забрать. Как неаккуратно тебя починили. Неужели торопились куда? Как вы меня нашли?

Алина всё ещё сжимала в здоровой руке два шарика. Она решила тянуть время. И диалог она решила начать с грубости:

– Если ты, грис чёртов, выстрелишь в меня, то сюда сразу же придёт сотня альнелонов!

Девушка подняла вверх руку с цершерами, а мужчина сильнее разволновался:

– Нет, я не верю, что ты здесь не случайно…

– Не случайно, – сказала Алина.

Она нащупала его тревогу, и нужно было правильно сыграть в эту игру. Мужчина выглядел агрессивно и ещё он был уставшим, видно всю ночь искал сына или занимался каким-то своим грисовским делом.

Мужчина нервно облизнул губы. Кажется, его рука дрогнула. Он сказал:

– Оставьте нас с сыном в покое. Да, у меня есть сын. Мой сын. Но я ни вашим, ни нашим, ни судьям его не отдам…

– Инструкция, – сказала девушка, удивившись, что у грисов могут быть дети, это было просто невозможно. Альнелоны тоже не могли иметь потомство. – Ты нарушил инструкцию.

Из кухни раздался голос Алексея:

– Алина, ты с сахаром будешь? А сливки?

– Всё буду! – крикнула Алина, а потом обратилась к вооружённому мужчине. – Как ты смог спрятаться от всех?

– Неважно, – ответил тот, поглядывая в сторону кухни. – Важно, что я и сейчас спрячусь. И вы до нас не доберётесь…

Он достал из кармана штанов чёрный цершер, красиво переливающийся розоватыми оттенками. Алина в первый раз видела такой шар и даже на расстоянии почувствовала огромную мощь этого магического предмета.

– Что это за безделушка? – спросила она.

– Это не безделушка. Думаешь, грисы такие неумелые? Могут перемещаться только туда и обратно, в два маршрута, а потом пешком или на автобусе?

– Да, – сознательно злила мужчину Алина.

– А вот и нет! – позлорадствовал мужчина, не убирая в сторону пистолет от лица девушки. – Я создал цершер, открывающий другую реальность, и попасть туда можно лишь раз и навсегда. Там не жизнь, а сказка. Как курорт! Я нашёл выход к другому, благополучному миру, в который могу уйти в любой момент! И судьи, я предполагаю, знают про это, поэтому не трогают меня! Я всесилен! Поэтому мне разрешили оставить сына вопреки всему, да и это я избранный, не он. Он моё кровное наследие…

Алина перебила его:

– Это до поры до времени. Значит, скоро мир перевернётся, и тебе не дадут ничего сделать!

– А что мне от того, если мир перевернётся? Я просто уйду в свой рай, и плевать мне на всех! И сына с собой заберу от вас всех подальше…

– Какая гиперопека! – хоть девушка и тянула время, но ей был интересен этот разговор. – А почему же раньше туда не ушёл, в этот новый мир?

Но мужчина не успел ничего ответить. В гостиную пришёл Алексей. Он аккуратно нёс две чашки кофе. Представшая перед ним картина сильно удивила его, и он бросил посуду с горячим кофе на керамогранитный пол.

– Что происходит?! – воскликнул он, встав между девушкой и отцом.

– Извини, сын, но ты связался не с той девочкой, – спокойно сказал мужчина. Он опустил оружие.

В этот момент Алина бросила на пол один из цершеров…

* * *

После вспышки, они втроём оказались в каком-то заброшенном доме Резервного мира. Алина не стала дожидаться, когда пройдёт слепота после перехода, а наугад бросилась в сторону гриса. Сбив с ног Алексея, она лихо повалила на пол и его отца, после чего выбила пистолет из его рук.

В её руке показался нож.

– Что ты делаешь?! – спросил Алексей у девушки, медленно поднимаясь на ноги.

Она не хотела, чтобы он перемещался вместе с ними, но парень опять оказался не в том месте не с теми способностями. Но этим способностям теперь хотя бы было логическое объяснение.

– Извини! – сказала Алина. – Меня за убийство такого крупного гриса реабилитируют!

Алексей вступился за отца:

– Не трогай его! Я брошу в тебя этот шарик! Я… я чувствую его, я ощущаю его силу!

Когда его отца Алина сбила с ног, мужчина выронил свой самый ценный цершер, который всегда держал при себе. И Алексей успел подхватить этот магический предмет.

– Не бросай этот шарик, сынок, – по-доброму сказал грис, в лице которого парень ещё мог узнать знакомые человеческие черты. – Этот шарик нужен для того, чтобы уйти в другой волшебный мир, где можно спокойно жить и никто тебя не найдёт… я не увёл нас туда до сих пор лишь потому, что не знал, что мой сын, моя кровь, родная кровь, может благополучно переносить перемещения между мирами. Я думал твоё хрупкое человеческое тело не выдержит это!

– Как трогательно, но идите вы к чёрту! – сказала Алина, опустив нож.

Она поднялась на ноги и отвернулась. Не могла она убивать. Она даже того гриса из электрички пожалела, хотя могла вспороть его живот так, что тот потерял бы разом все свои внутренности.

Мужчина тоже поднялся на ноги, даже не пытаясь найти свой пистолет или достать боевые цершеры.

В этот момент всех ослепила вспышка. Алина отпрыгнула в сторону широкой колонны, Алексей последовал за ней. Волшебный шар остался у него в руке.

– Всем оставаться на своих местах! – властно сказала Эльга, когда вспышка рассеялась. – Алина, ты арестована, бегать бесполезно, будет только хуже!

Рядом с ней было несколько альнелонов с автоматами. Раста среди этого небольшого войска не было.

– Нет! – подала голос Алина, стоя за укрытием. – Я нашла сына гриса, очень сильного гриса! Я требую снисхождения! Как там моя подопечная, что с ней?

– С девочкой всё в порядке, – заверила Эльга. – Забудь. Она сейчас спокойно учится, несмотря на то, что ты её упустила. И тебя совершенно не вспоминает.

Кто-то из воинов Эльги сказал:

– Надо же, какой жирный Грис!

В этот момент мужчина-грис вытащил из карманов несколько боевых цершеров, но Эльга успела применить нейтрализующий цершер. Раздался хлопок и никакого урона от оружия гриса не случилось.

Потом раздалась короткая очередь выстрелов. Кто-то из воинов Эльги среагировал на новую попытку гриса достать цершеры.

Мужчина упал замертво.

– Что вы натворили?! – испуганно закричал Алексей, высунувшись из укрытия.

– Убить человека! – приказала Эльга. – Алину взять под стражу! Если не получится – тоже убить!

Воины Эльги приготовились стрелять, но Алина бросила в их сторону свой боевой цершер. Её атака также была остановлена Эльгой. Но этой паузы хватило, чтобы использовать цершер для телепортации с возможностью немного запутать след и выиграть время.

* * *

– Чёртовы черти! – выругалась Алина.

Она переместила себя и Алексея в мир людей, к забору четырёхэтажного здания.

Девушка вовремя успела. Промедли она хоть секунду, их уже не было бы в живых, ведь она уже видела, как нелепое человеческое оружие уже изрыгало пули в их сторону, а боевые цершеры уже дробили колонну, за которой они прятались.

– Где мы? – не мог сориентироваться парень, толком даже не осознавая, что его отец погиб. – Что они сделали с моим отцом?

– Увы, – мрачно сказала Алина. – Твоего отца порешили. В нашем противостоянии не терпят промедления. Соболезную. А мы… мы сейчас у элитной школы, где учится эта девчонка, за которой я присматривала. Она сильная, у неё есть хорошие цершеры, они помогут нам скрыться или защититься. У меня просто больше не осталось цершеров и никто теперь ими не поделится…

Алина устало выдохнула, но тут же взяла себя в руки, после чего ловко перелезла через высокий забор даже с одной облачённой в защиту рукой. Алексею понадобились все его навыки, чтобы с трудом, но всё же преодолеть это препятствие, и проследовать за девушкой. Их заметили охранники, но молодые люди успели скрыться в здании учебного заведения. Где-то вдалеке, у дороги, сверкнула вспышка, на которую люди не обратили никакого внимания. Эльга со своими подчинёнными уже вышла на след.

Алина плохо ориентировалась в здании элитной гимназии, так как никогда не была внутри. Шли уроки сокращённого субботнего дня, в коридорах было пусто. Охрана немного отстала, но топот их ног был совсем близко. В лабиринте просторного строения Алина и Алексей наткнулись на девочку-подростка.

– Где сейчас девятый «А» класс? – спросила у неё Алина.

– Второй кабинет за углом, – ответила девочка.

Они быстрым шагом направились туда. Алексей спросил:

– А если она тебе не отдаст свои шары? А если она их с собой не взяла?

Алина ответила:

– Я ей дарила ценный цершер на день рождения. Хоть она и скрывает это, но я знаю, что она его всегда носит с собой. Она ребёнок со своими причудами, но я чувствую, что она мне поможет. Потому что больше некому. Страшно подумать, куда Эльга сослала Раста, что сделала с ним…

– Но нас всё равно найдут, – тихо сказал запыхавшийся Алексей, когда они оказались у дверей кабинета. – У меня шар отца, мы вместе можем уйти в другой мир!

– И попасть чёрте куда?! – сказала Алина, открывая дверь кабинета.

За партами сидело два десятка детей, юноши и девушки, а за большим столом властно располагалась преподавательница. Все удивлённо уставились на запыхавшихся Алексея и Алину.

– Извините! Сейчас, сейчас! – сказала Алина, всем своим видом показывая, что она здесь ненадолго. – Поля, дай, пожалуйста, тот шарик, что я подарила тебе на всякий, пожарный случай. Этот случай настал…

Алина подошла вплотную к своей подопечной. Светлая девочка бережно достала из кармана школьного пиджака маленький прозрачный шарик и отдала Алине. В этот момент в кабинет ворвалось несколько людей. Алексей не сразу узнал в одной из женщин Эльгу.

– Видишь, нас всё равно поймали, – обречённо сказал он, глядя на толпу.

– Поля, мне очень нужна помощь! – сказала Алина.

Но поняв, что на разговоры нет времени, она разбила шар об пол, наспех сделав самое простое из возможных перемещений в Резервный мир.

Вспышка быстро рассеялась, но запланированного перемещения не получилось, видимо Эльга расторопно смогла применить цершер с отменяющим действием. Но произошёл сбой и в Резерный мир переместились все…

Вокруг был тот же кабинет, только за окнами было пасмурно, на деревьях виднелась жёлто-чёрная листва. В Резервный мир переместились не только девочка Полина, Алина, Алексей и Эльга со своим отрядом, но и остальные ученики, охрана и учительница…

Это был настоящий класс для грисов, где учились одни грисы, и в котором училась одна девочка-альнелон. Преподавательница и охрана тоже были грисами.

– Я знаю, что тебе нужна помощь, Алина, – спокойно сказала Поля, щуря свои ясные глаза. – Но я не хочу тебе помогать. Я вернула тебе твой цершер. И я тебе ничего не должна.

В этот момент отряд Эльги и охранники-грисы стояли друг напротив друга в коридоре, готовясь начать бой. Но рядом были дети, поэтому никто не хотел применять оружие. Подростки-грисы с интересом наблюдали своими кошачьими глазами за обстановкой. Алексей уставился на учительницу, ожидая подвоха от неё, но женщина-грис лишь развела руки в стороны, сказав:

– А правилами не запрещено альнелонам учиться вместе с грисами!

Алина спросила:

– Поля, ты знала, что учишься вместе с грисами?

– Знала, конечно, – спокойно ответила девочка.

На помощь охране прибежало ещё несколько грисов, и альнелонов оказалось меньше. Ситуация была крайне напряжённой.

– Полечка, милая, что мне делать? – взмолила Алина, видя в открытой двери кабинета, как Эльга напряжённо смотрит то на неё, то на грисов, сжимая несколько цершеров в руке.

Эльга тоже ещё не отошла от удивления от того, как удачно эта элитная гимназия для грисов замаскировалась в мире людей. За её спиной злобно смотрели друг на друга воины-альнелоны и охранники-грисы.

– Не знаю, мне всё равно, – сказала Поля Алине. – Я знаю только то, что я твёрдо осознаю себя грисом. Я не хочу быть альнелоном.

И в этот момент все почувствовали, как мир сдвинулся, будто поменялись какие-то невидимые полюса.

Почувствовал это и Алексей, который внешне хоть и не изменился, в отличие от остальных, но заново почувствовал то, что великое противостояние начинается с новой силой. Поля, девочка-подросток, стала похожа на своих одноклассников. Но буквально на мгновение. Вскоре одноклассники, как и их учитель, стали альнелонами.

У Алины потускнели и стали похожими на кошачьи её красивые зелёные глаза. Кожа стала светлее. Глиняная повязка лопнула на раненой руке, обнажая изуродованную ладонь. Девушка стояла неподвижно, нерешительно принимая своё новое обличье. Она попыталась что-то сказать, но у неё не было слов.

– Что ж, так даже лучше, – улыбнулась преподавательница, достав из сумочки зеркало.

В это время Эльга, превратившаяся в гриса, оскалила острые зубы и замахнулась своими цершерами в сторону Алины, готовая их применить.

– Всё из-за тебя! – злобно прошипела она. – Отойди от детей.

Преподавательница убрала зеркало в сумку и достала один цершер.

– Какие противные эти грисы, – то ли в шутку, то ли всерьёз сказала преподавательница. – Я так понимаю, из-за этих безобразников всё и случилось? Что ж, дети, вынуждена отправить вас к людям, а я вернусь чуть позже.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.