Сундуки центрально-черноземных губерний России
Вторая половина XIX – начало XX века
Глеб Пудов

Редактор Наталия Ивановна Ковалева

Рецензент Ирина Андреевна Колобкова

Рецензент Алексей Валерьевич Чевардин

© Глеб Пудов, 2024

ISBN 978-5-0064-2926-0

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Введение

Во второй половине XIX – начале XX века русский сундучный промысел переживал расцвет. В стране сформировалось несколько крупных центров производства: Невьянск и Нижний Тагил (Средний Урал), Муромский уезд Владимирской губернии, Макарьевский уезд Нижегородской губернии, Вятский уезд. Мастера изготавливали колоссальное количество сундуков и шкатулок. Был налажен активный сбыт этих изделий. Главным торжищем стала Нижегородская ярмарка. Однако наряду с главными очагами сундучного промысла существовали региональные, чья продукция редко выходила на всероссийский рынок. Именно к таким центрам относились слободы и деревни черноземных губерний России: Курской, Воронежской, Тамбовской и Орловской. Сундукам этих территорий посвящена настоящая монография¹.

Несмотря на большое значение сундучного промысла для культурной и экономической жизни Черноземья, литература по его истории скупа и однообразна. Касательно Курской губернии она почти полностью исчерпывается публикациями второй половины XIX века. До настоящего времени сохранила актуальность статья этнографа и статистика Н. А. Добротворского². Автор нарисовал яркую картину производства сундуков в Новооскольском уезде. Им приведены исторические сведения об обстоятельствах появления промысла, информация об его организации и технологии, сбыте изделий, их видах. В качестве заключения Н. А. Добротворский выразил свое мнение о будущем, которое, по его мнению, ожидает сундучный промысел. Эту публикацию в контексте темы монографии следует признать основополагающей.

В 1904 году были изданы «Материалы по исследованию кустарной промышленности в Курской губернии»³. Наряду со сведениями по истории сундучного промысла в Новооскольском уезде приведены данные по промыслам Фатежского и Рыльского уездов. В последнем производство приобрело весьма значительные масштабы. Описаны техника и организация промысла, а также способы его поддержки со стороны земства. Мастера изготавливали определенные, сознательно выработанные в связи с пожеланиями покупателей, типы сундуков: «укладка», «крестьянский» и «рекрутский». Их описание имеет важное значение для атрибуции сохранившихся изделий. Таким образом, названное издание позволяет установить, что в Курской губернии центры производства сундуков существовали не только в Новооскольском уезде.

Эта информация (о новооскольских сундуках) перепечатана в труде уездного агронома С. А. Юдина, опубликованном в том же году⁴. В ней примечательны сведения об огромной роли украинских мастеров в развитии местного сундучного производства⁵. При этом автор четко разделил сундучный и столярный промыслы, что не всегда характерно для трудов по истории сундучного дела.

В современных трудах курский сундучный промысел лишь упоминается. Как правило, называются две слободы: Слоновка и Велико-Михайловка. В частности, это касается коллективной монографии по истории кустарной промышленности Курской губернии, вышедшей в свет в 2016 году⁶. Надо заметить, что 1880-е годы как время зарождения сундучного промысла указаны ошибочно⁷.

В трудах, посвященных культуре и народному искусству Курского края (Е. А. Тинякова, А. Ю. Друговская, Т. Н. Арцыбашева), о сундуках либо речи нет совсем, либо они упоминаются вкратце⁸. В публикациях о крестьянской промышленности (Л. М. Рянский, А. Н. Курцев) сундукам также посвящено лишь несколько строк. Все эти краткие упоминания имеют своими источниками названные выше труды второй половины XIX века.

Следует особо выделить статью А. Писаревской «Не ящик, а состояние души! Почему сундуки так ценили в прошлом веке». Она вышла в свет в 2017 году (газета «Белгородские известия»). В публикации живо и увлекательно повествуется о роли сундуков в жизни женщин, выявляются интересные частности бытования сундуков, затронуты вопросы их художественного оформления. Село Тростенец Новооскольского района названо как один центров производства сундуков. Данный факт тем более примечателен, что ни в одном из письменных источников подобных указаний нет.

Анализ литературы по истории сундучного промысла Курской губернии приводит к следующим выводам: в специальной литературе не затрагивался художественный аспект сундучного производства; не назывались основные имена курских мастеров, не проводился анализ конкретных произведений; вне поля зрения исследователей остался ряд важных проблем и вопросов, например, участие курян в выставках, связь с украинскими ремесленными традициями и т. д. Таким образом, курский сундучный промысел не относится к числу хорошо изученных художественных явлений.

То же следует отметить касательно Воронежской губернии: несмотря на то, что сундучное производство было заметным явлением в культурной и экономической жизни Воронежской губернии, оно было почти лишено внимания исследователей. К настоящему моменту возможно назвать лишь две работы, в которых так или иначе затрагивается история местного сундучного производства. Первая – статья Митрофана Попова о промыслах слободы Воронцовка, вышедшая в свет в 1883 году⁹. Сундучное производство рассмотрено наряду с другими деревообрабатывающими промыслами. Автор привел ценные сведения по истории и технологии «дела» сундуков, указал места их сбыта и цены, количество мастеров. Статья Митрофана Попова посвящена организационной, технической и экономической сторонам сундучного производства – художественная осталась вне поля зрения исследователя. Кроме того, он не оценил значение промысла для кустарной промышленности Воронежской губернии. Подобным образом построена статья о сундуках в книге Н. А. Филиппова, изданной в 1913 году¹⁰. Информация о воронцовских сундуках помещена в обзоре русского сундучного производства начала XX века. Таким образом история местного промысла приобрела необходимый фон, чего не хватало вышерассмотренной публикации. Следует отметить, что сведения этих статей почти не повторяются, иногда авторы даже противоречат друг другу. Например, М. Попов утверждал, что воронцовские сундуки окрашиваются в разные цвета и имеют деревянные колеса¹¹, а Н. А. Филиппов указывал, что сундуки не окрашиваются и просто покрываются лаком¹² (вероятно, разночтения объясняются тем, что речь в публикациях шла о разных периодах в истории промысла). В работе Н. А. Филиппова немало примечательных сведений: о видах сундуков, о технологии производства и проч. Тем не менее, с фразой «сундучный промысел не требует особого искусства» согласиться трудно.

Две названные публикации следует признать базовыми для истории изучения сундучного промысла Воронежской губернии. В других он лишь упоминается, однако приводимая в этих источниках информация имеет важное значение. Например, в книге И. В. Николаевского (1909)¹³ описывается сундучное производство не только в слободе Воронцовке, но и в слободах Красной (Красненькой) Новохоперского уезда и Уразовой – Валуйского. В коллективной монографии, посвященной кустарным промыслам Воронежской губернии (2014)¹⁴, упоминается лишь слобода Красная как центр сундучного производства. О главном центре промысла – слободе Воронцовке – речь не идет¹⁵. Заслуживают внимания статистические сведения, приводимые авторами: о количестве сундучников-отходников и сундучников, работавших дома; о величине их земельного надела, доходе и проч.¹⁶ В других публикациях упоминается о способах покупки леса воронежскими сундучниками, количестве русских и украинских мастеров, занимавшихся в Павловском уезде обработкой дерева, и проч.¹⁷ Таким образом, сведения о сундучном промысле разрозненны и отрывочны. А во многих работах, посвященных кустарным промыслам региона, он не упоминается вообще (труды М. М. Скиады, А. В. Перепелицына, О. Ю. Антонова, В. А. Григоровой, А. Н. Асташовой, М. Д. Карпачева и др. исследователей).

В результате обзора историографии воронежского сундучного промысла второй половины XIX – начала XX века можно сделать вывод, что она далеко не соответствует его значению для культурной и экономической жизни Воронежской губернии. Зачастую производство сундуков терялось в описаниях столярного промысла.

О сундуках Тамбовской губернии информации еще меньше. Тем большую ценность приобретает книга «Кустарные промыслы Тамбовской губернии», вышедшая в свет в 1900 году¹⁸. В ней указаны размеры сундуков, цены, материал (сосна) и техника декорирования (окраска); перечислены конкретные населенные пункты, где делали сундуки, количество мастеров, места сбыта. Однако эти данные могут лишь дать представление о внешнем виде тамбовских сундуков и условиях их производства. Далее упоминаний дело в литературе, как правило, не идет. В частности, в докладной записке губернского агронома упомянуты столяры из деревни Алгасово Моршанского уезда, которые продавали сундуки на местной ярмарке¹⁹, а в сборнике статистических сведений по Тамбовской губернии (Темниковский уезд) опубликованы сведения о количестве сундучников и местах приобретения ими леса²⁰. Эта отрывочная информация подтверждает тезис о том, что в Тамбовской губернии не было крупных кустарных центров с большим скоплением мастеров. Последние равномерно распределялись по всей территории губернии.

Немалое значение при исследовании истории сундучного промысла Орловской губернии имеет свод данных о числе кустарей и ремесленников, изданный в 1913 году²¹. В издании приведены подробные сведения о количестве столяров (касательно некоторых уездов сундучники указаны отдельно) и местах сбыта изделий. Эта информация позволяет выявить распределение кустарей по территории губернии, определить основные центры производства и установить региональные экономические связи. Краткие упоминания об орловских сундучниках разбросаны и по другим публикациям, касающимся кустарной промышленности центрально-черноземных губерний²².

В настоящей монографии впервые представлена картина развития сундучного промысла центрально-черноземных губерний России второй половины XIX – начала XX века. Книга состоит из трех глав. Первая посвящена истории сундучного промысла, во второй проанализированы художественные произведения, в третьей – технология сундучного производства. В качестве приложения – краткий словарь мастеров-сундучников второй половины XIX – начала XX века.

Следует подчеркнуть, что в монографии сундуки рассматриваются как произведения народного искусства, а не как предметы быта.

Глава I. Очерк истории промысла

1.1. Курская губерния

Во второй половине XIX – начале XX века Курская губерния была одной из самых густонаселенных в России. Основу экономики составляло земледелие, однако в некоторых уездах, в частности, Новооскольском, определяющую роль играли кустарные промыслы. Они развивались, как правило, в больших слободах: Велико-Михайловке, Слоновке, Ольшанке, Холани, Чернянке (рис. 1). Одним из промыслов был сундучный. Мастера делали большое количество сундуков и продавали их не только на местных ярмарках и базарах, но и отвозили в другие регионы.

Рис. 1. Карта Курской губернии.

Развитие на территории Курской губернии во второй половине XIX века кустарной промышленности, в том числе сундучного производства, стало возможным благодаря наличию лесов, развитой сети ярмарок и базаров, личной заинтересованности владельцев слобод, отсутствию конкуренции со стороны фабричной промышленности и городского ремесла, потребности в дополнительном доходе для крестьян. Как справедливо указывали авторы коллективной монографии о кустарных промыслах Курской губернии, «характер и направления эволюции кустарного производства Курской губернии во многом определились природными, климатическими и историческими условиями ее развития»²³.

В настоящее время известно о производстве сундуков в Новооскольском (слободы Велико-Михайловка, Слоновка, Холань, д. Антоновка), Фатежском, Рыльском (с. Глушково), Грайворонском (слобода Борисовка) уездах.

Новооскольский уезд

Эта местность входила в третью полосу, заселенную сплошь украинцами, которая была выделена этнографом Л. Н. Чижиковой в Курской губернии²⁴. По сведениям Н. А. Добротворского, производство сундуков появилось в конце XVIII – начале XIX века поначалу в слободе Велико-Михайловке, затем мастерство переняли жители Слоновки. Определяющую роль сыграл владелец слободы князь Голицын, который переселил сюда ремесленников из других своих владений, и позднее оказывал поддержку кустарным промыслам²⁵. Развитие промысла именно в Велико-Михайловке неудивительно – слобода была крупным центром кустарной промышленности.

Сначала сундучное производство имело форму мелкого промысла: мастера сами закупали материал, работали силами семьи и сами же продавали изделия на местных рынках. В 1880-е годы из-за дороговизны леса и необходимости сбывать продукцию на дальних рынках промысел начал все более приобретать форму капиталистического производства. Появились хозяева-предприниматели, которые раздавали работу мелким производителям. Количество самостоятельных кустарей уменьшалось. В промысле принимали участие женщины, которые занимались росписью сундуков. Причем не только в семейных мастерских, но и по заказам.

Мастера работали в жилых помещениях (зимой), под навесом во дворе (летом). Материалом служила до проведения железной дороги осина и ракита, позднее – ель и сосна. Сундуки делали с использованием клея, без гвоздей. Продукцию сбывали на местных ярмарках и базарах, также отвозили на воронежские – в Бирюче и Алексеевке, и «в донские места». В Слоновке существовали скупщики²⁶. Средняя цена сундука – от 3 до 5 рублей. Делались сундуки трех видов, которые отличались между собой размерами. Цена изделий зависела от урожая. Сундучники Слоновки дополнительно занимались земледелием, михайловские – сдавали свои наделы в аренду, поскольку занимались только ремеслом. У некоторых мастеров были ученики, которые находились в учении 2 – 3 года.

Надо подчеркнуть, что именно слободы Велико-Михайловка и Слоновка в рассматриваемый период были главными центрами сундучного промысла в Курской губернии.

Фатежский уезд

В 1904 году в Фатежском уезде насчитывалось пять мастерских, в которых делалось сундуков на 4500 рублей²⁷. Обычный размер сундуков составлял 5 – 6 четвертей в длину, а цена – от 2 рублей 50 копеек до 3 рублей. Материал – исключительно сосна. При этом в целях экономии дерева лес распиливался по диагонали поперечного сечения доски, поэтому стенки снизу получались тоньше, чем сверху. Материал покупался на местных ярмарках и базарах, а готовые сундуки сбывались в соседних уездах и на базаре города Фатеж. Как правило, сундуки делались окрашенными «под орех» или под красное дерево.

Таким образом, исходя из сведений в названном источнике, фатежские сундуки имеют достаточно точные атрибутивные признаки: это изделия определенного размера, собранные из сосны, стенки имели неравномерную толщину; художественное оформление заключалось в окраске «под орех» или под красное дерево. Названные особенности могут стать ориентиром при атрибуции курских сундуков второй половины XIX – начала XX века.

Небезынтересно, что, по сведениям Л. Н. Чижиковой, 99,9% жителей Фатежского уезда считали себя русскими (1897)²⁸.

Рыльский уезд

Центром сундучного промысла в Рыльском уезде было село Глушково. Эта территория входила в полосу сплошного украинского расселения, которая была выделена Л. Н. Чижиковой в Курской губернии²⁹. Производство, как указывается в специальной литературе, «существует издавна»³⁰. Начало ему положили крепостные столяры графа Рибопьера, которые среди другой мебели изготавливали сундуки. Последние считались основным видом их продукции. Постепенно к столярам присоединились другие мастера. На 1904 год занимающихся этим промыслом насчитывалось 200 человек. Кустари учитывали пожелания заказчиков и со временем сумели выработать определенные виды сундуков. В начале XX века в глушковском промысле четко проявились черты капитализации: насчитывалось семь крупных хозяев, на которых работали мелкие производители (было и некоторое количество самостоятельных кустарей).

Никаких особых помещений для работы ни у кого не было. Производство велось круглый год, особенно увеличиваясь к празднику Покрова, когда покупательская способность крестьян резко возрастала (за счет продажи хлеба и расчетов за сахарную свеклу). У крупных хозяев были наемные рабочие, что для курского сундучного промысла – редкое явление. Разделение труда было мало развито, и заключалось в том, что художественным оформлением сундуков занимался всегда один определенный мастер, чаще всего – хозяин, т. к. «в окраске заключается вся суть: не так окрашенный сундук не скоро найдет на себя покупателя»³¹. Было два вида украшения: простая окраска (светлая либо темная) и разноцветная с разными узорами. Для простой окраски использовали греческую губку, а для оформления узорами – кусок резины с вырезанными на нем зубчиками³². Также сундуки обрабатывали стеклянной бумагой и покрывали лаком.

Материалом были сосна и ель. Изготавливались сундуки трех типов: 1. «укладка» (делался по заказу, основные покупатели – приказчики и богатые крестьяне; снаружи оклеивался парусиной, иногда цветной; крышка – плоская, замок – внутренний; по краям – оковка из белой жести; снизу – рама на четырех колесах, в которую вставлялся низ сундука), 2. «крестьянский» (самый распространенный вид; окрашивался либо в один цвет, либо в разные цвета узорами; крышка – покатая, наличие рамы обязательно), 3. «рекрутский» (маленький размер; окраска сплошная, без подножия, без ручек; делались один раз в год, перед военным призывом).

Сбыт сундуков происходил не только на местных ярмарках и в соседних уездах – скупщики развозили продукцию в Харьковскую, Полтавскую, Екатеринославскую губернии, в область Войска Донского, на Северный Кавказ (чаще всего – «крестьянский» тип)³³. В год делалось приблизительно 6 – 7 тысяч сундуков.

Из приведенной информации следует несколько выводов: село Глушково Рыльского уезда было достаточно крупным очагом сундучного производства; промысел принял четкие капиталистические черты; существует ряд признаков, по которым глушковские сундуки возможно выделить среди другой курской продукции.

1.2. Воронежская губерния

На протяжении истории главную роль в экономической жизни Воронежской губернии играло земледелие и скотоводство. Как писал В. Михалевич, «плодородная почва губернии и достаточное количество хороших сенокосных и пастбищных угодий направили деятельность здешних жителей преимущественно к земледелию и скотоводству. Эти две главные статьи здешнего сельского хозяйства, поглощая большую часть времени и труда населения, замедляют развитие второстепенных промыслов, которые для жителей этого края служат, по большей части, только занятием подсобным, проистекающими от желания употребить с пользою свободное от полевых работ время…»³⁴. Однако к концу XIX века ситуация изменилась – аграрная экономика губернии вступила в полосу кризиса: земледельческий труд стал малоэффективен, территория перенаселена, недоимки приняли угрожающие размеры. Выходом из положения могло быть активное развитие кустарных промыслов. Как справедливо указывал М. Д. Карпачев, «неземледельческий заработок становился для крестьян едва ли не единственным выходом из возраставших экономических затруднений»³⁵.

Одним из кустарных промыслов стал сундучный. Он развивался в слободах, которые были крупными культурными и промышленными центрами губернии. Такая ситуация типична для губернии: «в регионе… имелись крупные промысловые центры с относительно большой концентрацией мелких промышленников, значительными объемами производства, выходом продукции на отдаленные рынки»³⁶.

Слобода Воронцовка

Слобода Воронцовка была в первой половине XVIII века вотчиной князей Воронцовых, затем стала собственностью графа Шувалова. В начале XIX столетия в Воронцовке насчитывалось 15 тысяч жителей. Слобода представляла, по словам И. М. Николаевского, «большой промышленный и торговый пункт в уезде», и далее: «население мало занимается земледелием, а главные занятия торговля и ремесла»³⁷. Среди последних был весьма развит столярный промысел, частью которого и являлся сундучный. Весной из Воронцовки отправлялись большие транспорты с изделиями на местные ярмарки³⁸, на базары в другие регионы страны, например, в Область войска Донского. Большинство жителей Воронцовки (как и Бутурлиновки, куда тоже отправлялись сундуки) были украинцы. Этнограф и историк Л. Н. Чижикова называла Воронцовскую волость «чисто украинской»³⁹. При этом обработкой дерева занимались в Павловском уезде 93 русских и 1051 украинец (сведения 1897 года)⁴⁰ (рис.2).

Таким образом, слобода Воронцовка – крупный промышленный и экономический центр, вокруг которого было сосредоточено множество ярмарок. Для появления и развития сундучного производства здесь сложились более чем благоприятные условия.

Рис. 2. Павловский уезд Воронежской губернии (1800).

Вероятно, как многие другие промыслы черноземных губерний России, сундучный в Воронцовке появился в конце XVIII – начале XIX века. В 1883 году в слободе насчитывалось 27 сундучников⁴¹. Они работали круглый год, специальных мастерских ни у кого не было. Производством сундуков занимались члены одной семьи с небольшим количеством наемных рабочих (чаще – подростков). В промысле существовало ученичество, с 18 лет ученик считался мастером. Были как самостоятельные мастера, так и те, кто трудился по заказу более состоятельных «коллег». Первые сбывали сундуки собственными силами на местных ярмарках. Есть информация и о скупщиках, которые развозили продукцию на далекие рынки (для удобства транспортировки сундуки вставлялись один в другой).

Лес нередко приобретался в складчину 5 – 10 кустарями. Они покупали на совместные средства участки леса, которые затем делили по жребию. Этот способ позволял крестьянам закупать лес по ценам в два раза ниже его рыночной стоимости. По классификации В. А. Григоровой, это – третий вид кооперирования местных кустарей⁴².

Сундуки делались из липы (иногда – из осины), по словам М. Попова, «простой, но чистой работы»⁴³. Воронцовские сундуки были аналогичны другим изделиям черноземного Юга России: соединение стенок «в ласточкин хвост», покатая или плоская крышка, деревянные колеса, профилированное основание, фигурные ножки. Всего в год делалось до 6000 сундуков на 13 000 рублей⁴⁴.

В 1913 году насчитывалось уже 55 сундучников. Не исключено, что в это время сундуки перестали окрашивать, а просто покрывали лаком после соответствующей обработки поверхностей⁴⁵. Н. А. Филиппов указывал, что мастера делали не только крупные сундуки, но и небольшие, солдатские (подобно тому, как в курском сундучном промысле). К этому времени, вероятно, появились и специальные помещения для работы, поскольку тот же исследователь упоминал, что в жилых избах трудилась только четверть воронцовских кустарей⁴⁶.

После Первой мировой войны и революции 1917 года сундучный промысел в Воронцовке переживал острый кризис. По выражению историка и экономиста А. Н. Татарчукова, это производство, существующее «для бутурлиновских сапожников», было «подорвано»⁴⁷

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

В этих губерниях бытовали изделия и других сундучных центров, в частности, муромского и уральского. В книге они не рассматриваются.

Вернуться

2

Добротворский Н. А. Производство сундуков// Кустарные промыслы Курской губернии/Сост. Н. А. Добротворским. Вып. II. – Курск: тип. губ. земства, 1886, С. 198 – 205.

Вернуться

3

Материалы по исследованию кустарной промышленности в Курской губернии. Вып. I. Описание кустарных промыслов по отдельным уездам. – Курск: тип. Курского губ. земства, 1904, С. 15 – 16, 213 – 216, 267.

Вернуться

4

Юдин С. А. Описание кустарных промыслов в Ново-Оскольском уезде, Курской губернии. – Курск: тип. Курского губ. земства, 1904, С.27.

Вернуться

5

Там же. С.7

Вернуться

6

Егоров В. Г., Зозуля О. А., Сарыков Е. С. Кустарные промыслы Курской губернии второй половины XIX – начала XX вв. – СПб.: Алетейя, 2016.

Вернуться

7

Там же. С. 198 – 199.

Вернуться

8

В трудах советских и российских исследователей о культуре и социально-экономическом развитии Слобожанщины (А. Г. Слюсарский, Н. П. Маслов, А. Н. Олейник и др.) упоминаний о сундуках также не встречено.

Вернуться

9

Попов М. Промыслы в слободе Воронцовке, Воронежской губернии. – СПб., 1883 (Труды комиссии по исследованию кустарной промышленности в России; вып.9). С. 2568 – 2592.

Вернуться

10

Кустарная промышленность России: Промыслы по обработке дерева/ Сост. проф. Н. А. Филиппов и др.; Г.У.З. и З. Отд. сел. экономии и с.-х. статистики. – СПб.: типо-лит. «Якорь», 1913, С. 71 —72.

Вернуться

11

Попов М. Указ. соч., С. 2569.

Вернуться

12

Кустарная промышленность России: Промыслы по обработке дерева. С. 71.

Вернуться

13

Николаевский И. М. Описание Воронежской губернии. – Воронеж: типо-лит. Тов-ва «Н. Кравцов и К», 1909.

Вернуться

14

Егоров В. Г., Антонов О. Ю., Зозуля О. А. Кустарные промыслы Воронежской губернии второй половины XIX – начала XX века. – СПб.: Алетейя, 2014.

Вернуться

15

Вероятно, причиной этого стал источник, на который ссылаются авторы, – в нем также названа только слобода Красная (см.: Россия. Полное географическое описание нашего Отечества. Настольная и дорожная книга для русских людей. Том II. Средне-русская черноземная область/ под ред. В. П. Семенова. – СПб.: изд. А. Ф. Девриена, 1902, С. 241).

Вернуться

16

Егоров В. Г., Антонов О. Ю., Зозуля О. А. Кустарные промыслы Воронежской губернии. С. 185, 203.

Вернуться

17

Воронцов В. П. Артель в кустарном промысле. – СПб.: тип. В. Киршбаума, 1895, С. 20; Первая всеобщая перепись населения Российской империи, 1897 г. / Издание Центрального выставочного комитета МВД. Под ред. Н. А. Тройницкого. Воронежская губерния. Тетрадь 2 (последняя). – СПб.: скоропечатня П. О. Яблонского, 1904, С. 68, 216.

Вернуться

18

Кустарные промыслы Тамбовской губернии. Составлено по сведениям, полученным от добровольных корреспондентов/ Издание Тамбовского губернского земства. – Тамбов: губ. земская типография, 1900, С. 14, 158 – 161, 186 – 189, 190 – 193.

Вернуться

19

Докладная записка губернского агронома о мероприятии по кустарным промыслам. Б.м., б.г., С. 55.

Вернуться

20

Сборник статистических сведений по Тамбовской губернии. Т. IV. Темниковский уезд/ Издание Тамбовского уездного земства. – Тамбов: губ. зем. тип., 1883, С. 190.

Вернуться

21

Свод данных о числе кустарей и ремесленников в волостях и уездах Орловской губернии. По отдельным уездам в 1913 г. – Орел: тип. С. А. Зайцевой, 1913.

Вернуться

22

См., например: Татарчуков А. Н. Мелкая промышленность центрально-черноземной области. – Воронеж: [Ворон. бюро Особой комиссии по ЦЧО при Госплане РСФСР], 1927, С. 57.

Вернуться

23

Егоров В. Г., Зозуля О. А., Сарыков Е. С. Кустарные промыслы Курской губернии второй половины XIX – начала XX вв. – СПб.: Алетейя, 2016, С. 20.

Вернуться

24

Чижикова Л. Н. Русско-украинское пограничье. История и судьбы традиционно-бытовой культуры (XIX – XX века). – М.: Наука, 1988, С. 41.

Вернуться

25

Добротворский Н. А. Производство сундуков// Кустарные промыслы Курской губернии/Сост. Н. А. Добротворским. Вып. II. – Курск: тип. губ. земства, 1886, С. 199.

Вернуться

26

Юдин С. А. Описание кустарных промыслов в Ново-Оскольском уезде, Курской губернии. – Курск: тип. Курского губ. земства, 1904, С. 27.

Вернуться

27

Материалы по исследованию кустарной промышленности в Курской губернии. Вып. I. Описание кустарных промыслов по отдельным уездам. – Курск: тип. Курского губ. земства, 1904, С. 15.

Вернуться

28

Чижикова Л. Н. Указ. соч., С. 40.

Вернуться

29

Там же. С. 40 – 41.

Вернуться

30

Материалы по исследованию кустарной промышленности в Курской губернии. С. 213.

Вернуться

31

Там же. С. 214.

Вернуться

32

Техника аналогична росписи «под резинку» или «под гребенку», распространенной в тот же период в Вологодской губернии и на соседних с ней территориях (см.: Пудов Г. А., Оленев С. Д. О сундуках с росписью «под гребенку». Вологодская губерния, II половина XIX – начало XX века// Петербургские искусствоведческие тетради. Статьи по истории искусства. АИС. – 2018. – Вып. 49. – С. 91—100).

Вернуться

33

Курцев А. Н. Крестьянская промышленность в Курской губернии второй половины XIX – начала XX вв.// Проблемы аграрной истории центрально-черноземного района России в XIX – начале XX вв. Научные труды. Том 188. – Курск: КГПИ, 1978, С. 93.

Вернуться

34

Михалевич В. Материалы для географии и статистики России, собранные офицерами Генерального штаба. Воронежская губерния. – СПб., 1862, С. 246.

Вернуться

35

Карпачев М. Д. Неземледельческие промыслы в жизни крестьянства Воронежской губернии на рубеже XIX – XX веков// Северо-Запад в аграрной истории России: межвузовский тематический сборник научных трудов. Вып. 28/ Российский гос. ун-т им. И. Канта; под ред. В. Н. Никулина. – Калининград: Изд-во Российского гос. ун-та, 2022, С.85.

Вернуться

36

Перепелицын А. В. Крестьянская промышленность Центрального Черноземья России в 60 – 90-е годы XX века// Вестник ВГУ. Серия «История. Политология. Социология». – 2006. – №1. – С. 89.

Вернуться

37

Николаевский И. М. Описание Воронежской губернии. – Воронеж: типо-лит. Тов-ва «Н. Кравцов и К», С. 82.

Вернуться

38

По сведениям на 1850 год, в Павловском уезде было 18 ярмарок (см.: Военно-статистическое обозрение Воронежской губернии. По рекогносцировкам и материалам, собранным на месте, составляли: Генерального штаба капитаны Руктешель и Казимирский. Т.13, ч. 2. – СПб., 1850, С. 57).

Вернуться

39

Чижикова Л. Н. Указ. соч., С. 39.

Вернуться

40

Первая всеобщая перепись населения Российской империи, 1897 г. / Издание Центрального выставочного комитета МВД. Под ред. Н. А. Тройницкого. Воронежская губерния. Тетрадь 2 (последняя). – СПб.: скоропечатня П. О. Яблонского, 1904, С. 216.

Вернуться

41

Попов М. Промыслы в слободе Воронцовке, Воронежской губернии. – СПб., 1883 (Труды комиссии по исследованию кустарной промышленности в России; вып.9). С. 2570.

Вернуться

42

Григорова В. А. Артельные объединения кустарей черноземного Юга России в XIX веке: историко-социальный аспект// Научный диалог. – 2016. – №11 (59). – С. 216.

Вернуться

43

Попов М. Указ. соч., С. 2569.

Вернуться

44

Там же. С. 2579.

Вернуться

45

Кустарная промышленность России: Промыслы по обработке дерева/ Сост. проф. Н. А. Филиппов и др.; Г.У.З. и З. Отд. сел. экономии и с.-х. статистики. – СПб.: типо-лит. «Якорь», 1913, С. 71.

Вернуться

46

Там же. С. 72.

Вернуться

47

Татарчуков А. Н. Мелкая промышленность центрально-черноземной области. – Воронеж: [Ворон. бюро Особой комиссии по ЦЧО при Госплане РСФСР], 1927, С. 55.

Вернуться