По следам горохового шута
Дилогия
Светлана Савиных

© Светлана Савиных, 2024

ISBN 978-5-0064-2908-6

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Книга 1 По следам горохового шута

Глава 1

Земля под коленками вздрогнула, кисть, которой очищал кости ископаемого парейазавра, от неожиданности, выпала из руки, и я, чтобы не упасть, автоматически, растопыренными пальцами въехал в песок.

– Ты, чё, паря, так раскорячился? Землетряса, коли, испужался? – раздался сбоку смеющийся, скриповатый голосок.

Перевернувшись, сел на землю. Передо мной стоял сухонький, невысокого роста старичок, с седым ёршиком волос на голове, в поношенном, старомодном коричневом пиджаке, мешковатых брюках, заправленных в пыльные кирзовые сапоги.

– Так тряхнуло же?

Он внимательно рассматривал меня, с ехидной улыбкой.

– Как зовут-то?

– Илья.

– Пророк, значит? А меня Серафим. Будем, значит, знакомы. Чё, тут робишь?

– Турист я, из Кирова. Нас сюда привезли поучаствовать в раскопках динозавров.

– Кого нас-то? Ты тута вроде один.

Огляделся, и точно, на берегу, только я и он. Даже не заметил, когда все ушли. Глянул на часы – 12. Похоже, всех увели на обед.

Встал, хотел уже с Серафимом попрощаться и группу догонять, как он меня схватил за руку.

– А поговорить?

– Мне надо идти, – попытался освободить руку от его крепкой хватки. По виду и не скажешь, что он такой сильный. Жилистый видать.

– Не, паря, уходить нельзя, сейчас светопредставление начнётся! – и он махнул рукой в сторону крутого высокого берега, рядом с нами.

Хотел переспросить, о чём это он, как земля опять дрогнула, под ногами раздался треск и берег перед нами раскололся на две части. В расщелине торчал абсолютно чёрный угол, уходящего вглубь, то ли здания, то ли монумента.

– Ну, чё, Ильюха, не сдрейфишь? Пошли глянем, что за чудо-юдо, – сказал Серафим и быстро направился к расщелине.

– Не подходи! Это опасно! – крикнул ему, хотя любопытство и ноги несли меня следом за ним.

– Да, не ссы! Я только погляжу, – сказал он, уже стоя рядом с матовой стеной и протягивая к ней руку.

Вспышка. Очнулся, лежу на песке, солнце слепит глаза, слезы текут ручьём и молодой, девичий голосок спрашивает.

– Вам плохо? Может помочь?

Сажусь и пытаюсь, через зелёные круги, плывущие перед глазами, рассмотреть, кто со мной говорит. Наконец, проморгавшись, вижу симпатичную девушку с бирюзово-голубыми глазами, короткой стрижкой каштановых волос, в линялой бежевой футболке и потёртых джинсах, стоящую рядом.

Она участливо присаживается около меня, снимает с плеча сумку, достаёт из неё термос и наливает, в его крышку, воды.

– Вот, попейте.

Выпив воду, оглядываюсь по сторонам, пытаясь сообразить, куда делся старик и трещина с чёрным углом, и чем меня так шарахнуло.

– Вы турист?

Кивнул головой.

– Значит, вашу группу сейчас видела. Они в столовую пошли. Давайте, провожу, вдруг опять плохо станет.

– Спасибо, – не совсем уверенным, голосом отвечаю ей, пытаясь понять, что со мной всё-таки было.

Она поглядела по сторонам.

– А вы тут старичка, в коричневом костюме и кирзовых сапогах, не видели?

– Серафима? – обрадованно спросил я, пытаясь ухватиться за реальность.

– Да! Точно! Он с вами говорил? Не знаете, куда пошёл? – торопливо спросила она.

Боясь показаться сумасшедшим, замялся, пытаясь подобрать слова, чтобы описать случившееся.

– Да, не парьтесь, говорите всё как есть! С ним рядом всегда какая-то хрень случается! – махнула она рукой.

Ободренный её поддержкой, ответил.

– Сначала земля задрожала, потом тут оказался Серафим и берег раскололся на две части. Там внутри торчал огромный чёрный угол чего-то. Ну, он подошёл и его задел. Вспышка. А потом появились вы.

– Ясно. Так и бывает: встретится с кем, поговорит, а потом опять пропадёт.

– Да, кто он такой? – в сердцах спросил я.

– Прадед он мой – шут гороховый! Ему почитай 110 лет, а он всё впробегутки – ищет потерянное царство.

– Какое? – машинально спросил я.

– Не знаю. Какое-то древнее, типа царя Гороха, – проговорила она скороговоркой, словно это было что-то очень неприличное.

Облегчённо вздохнул: дед видать, на старость лет, умом тронулся, в детство впал.

– Понятно.

– Да, что вам понятно?! – расстроенно воскликнула она, – Люди рядом с ним всякую чушь видят, а потом им с этим жить, а ему всё нипочём!

Не знал, что ей и ответить, мне теперь тоже с этим жить.

Вздохнув, она посмотрела ещё раз по сторонам.

– Ладно, пойдёмте, до ваших провожу, всё равно его тут нет и куда унесло не ясно. Если ещё раз встретите, скажите, что Сима ищет.

Аж, поперхнулся и не устоял спросить:

– Вас, что Серафимой назвали в честь прадеда?

– Кто ж знал, что он столько лет проживёт и этим всё обернётся. Человек он был заслуженный, уважаемый, на фронте воевал, медали имеет, в колхозе агрономил, – Сима, махнув рукой, направилась по тропинке к деревянной лестнице, ведущей наверх. Я поспешил за ней.

Глава 2

Поднявшись по крутой деревянной лестнице и, с непривычки, запыхавшись, посмотрел по сторонам, в поисках Симы, но она как сквозь землю провалилась, зато в конце берёзовой аллеи маячили знакомые разноцветные футболки туристов, из моей группы. Направился вслед за ними, на ходу, осматриваясь кругом и удивляясь, куда так быстро могла уйти Сима.

Догнал своих почти у самой столовой. Подошёл к экскурсоводу Олегу и спросил, почему оставил меня на берегу. Он, от удивления, округлил карие глаза, снял фасонистую кепку-хулиганку и почесал затылок.

– Да, быть не может! Я видел вас поднимающимся по лестнице, когда с берега уходили. Сверху ещё раз осмотрел его, внизу никого не было.

– Но, я там всё же остался.

Пытаясь парировать мои претензии, он, картинно, поднял, согнутые в локтях, руки, прямо, как в кино, когда сдаются в плен.

– Виноват. Извините. Главное, всё обошлось и вы с нами.

Внутри меня словно чёрт взвился.

– Как бы не так. Меня тряхнуло. Вы не предупредили, что у вас тут землетрясения бывают?

Олег отступил, осмотрел меня с ног до головы, словно проверяя, всё ли на месте, и ехидным голосом спросил:

– Вы сегодня на грудь ничего не принимали? Может пивка или энергетик?

Это ещё сильнее разозлило меня.

– Да не пью я! И в трезвом уме!

Олег подошёл и, как ребёнка, погладил по плечу.

– Да не волнуйтесь, вы, так. У нас тут отродясь землетрясений не бывало. Может у вас случился тепловой удар, вот и показалось. Давайте сейчас пройдём в столовую, там кондиционер работает, поостынем, пообедаем, успокоимся и поедем в сосновый бор на прогулку. Целительный воздух, как рукой, плохое самочувствие снимет.

Выглядеть уж совсем дураком, не контролирующим себя, не хотелось, поэтому, сконцентрировался и мысленно выпустил «пар», кивнув ему головой, в знак согласия.

Олег открыл дверь столовой, и я послушно вошёл внутрь. Меня, аж, подзуживало расспросить его про Серафима и Симу, но решил отложить разговор, на после обеда.

Привыкший питаться в столовках, в короткий обеденный перерыв, наслаждался с какой неторопливостью принесли солянку, вкусную, по-настоящему домашнюю, с большим количеством мяса и даже двумя оливками, затем, тефтели с пюре, залитые густой подливкой.

Когда вышел из столовой, автобуса на месте не оказалось, а Олег бегал взад-вперёд и с кем-то разговаривал по телефону. Наконец, закончив разговор, он обратился к нам, столпившимся в тени берёзовой аллеи, и сказал, что можем полчаса погулять, а потом поедем в сосновый бор. Толпу как ветром сдуло.

Решил, что это самый подходящий момент для разговора. Подошёл к Олегу. Он встретил благостной улыбкой, явно заученной для таких, как я, неспокойных туристов.

– Вы, вроде говорили, что местный. Знаете Серафима и его правнучку Симу?

Улыбка сползла с его лица, и он уставился на меня испуганным взглядом.

– Это их вы встретили на берегу, когда отстали?

– Да. А что? – решил немного поиздеваться над ним, притворившись, что ничего не знаю.

– Они у нас местная достопримечательность. Вечно с ними что-то происходит… и с теми, кто оказывается рядом.

Помолчав немного, добавил:

– Раньше была нормальная семья, я с Симкой учился в одном классе. Отличная девчонка. А потом, дед у них, после смерти жены, на старость лет, увлёкся местным фольклором, разными побывальщинами, заделался археологом… ну, и пошло, поехало.

– Что?

– Стал бродить по округе, искать что-то, в соседние районы ездить, пропадать неделями, народ сказками пугать, да всякими мороками. Дочь и внучка его терпели, терпели, искали, когда он долго пропадал, а потом плюнули и со своими семьями в город уехали. Серафим один в доме остался. Правнучка летом приезжает, чтобы проведать, приглядеть… Да, где там. Главное, он, несмотря на свои года, крепкий, бодрый старик, хозяйство ведёт, ни в чём не нуждается. Если бы не его заморочки, мог бы быть нашей гордостью. Фронтовик ведь! А, так, одно с ним наказание! Врачей из областного центра вызывали, чтобы оценили его психическое состояние, думали, в больничку отправят полечиться. Так, нет. Они проверили, признали вменяемым и опасности для окружающих не представляющим. А, нам с ним, в одном городе, как жить? Тут каждую неделю какие-то хрени происходят…

– Какие?

– То один, то другой что-то странное увидят, где ничего нет и быть не может, типа ход в земле или предмет какой из щели торчащий. И, всё только потому, что им Серафим «здрасьте» сказал! Люди от него шарахаются, завидев, за километр обходят. Соседи, окна, в сторону его усадьбы, досками заколотили, чтобы не дай бог чего не померещилось. Даже попа вызывали. Он его участок окропил и молитву прочитал. А, потом, Серафим к нему в церковь пришёл, якобы помолиться… так там икона ожила, засветилась, и богоматерь попа благословила.

– И что?

– Попа в другой приход отправили, а церковь закрыли, якобы на исследование. Так запертая и стоит.

Олег замолчал, задумавшись.

Решил всё-таки навестить Серафима, чтобы узнать, что ему от меня надо, раз он ко мне приходил. Да и любопытно стало, после россказней экскурсовода, тем более что я во всю эту чушь не верю.

– Олег, где мне найти его дом?

Тот уставился на меня, как на помешанного.

– Неужели, не поняли? Он же колдун. Или вы из-за Симы? Так, она такая же.

– Мне нужно, – твердо ответил я.

Обречённо глянув на меня, он сказал.

– По главной улице, шестой проулок, справа, третий дом. Ворота старинные, кованые. Только, когда до ворот дойдёте, ещё раз подумайте, чем рискуете. Может передумаете. Жду вас у автобуса через полчаса. Если что, перезвоните.

Олег повернулся и пошёл от меня, достал телефон и стал опять кому-то названивать.

Глава 3

Июль в этом году на удивление жаркий, и если на берегу ветерок с реки спасал от зноя, то прогулка до дома Серафима, по центральной улице городка, где тротуар, с обеих сторон, прикрывали, лёгкой тенью, лишь деревца акаций, выжала из меня девять потов. Хотя, виной мог быть и плотный обед. Ещё и пить очень захотелось, вероятно, солянка давала о себе знать.

Свернул, наконец, в долгожданный проулок и отсчитал третий дом справа. В глаза бросились чёрные металлические ворота, явно очень старинные, а кованые, не кованные, я в этом неспециалист. Калитка была открыта, поэтому, на правах знакомого, спокойно вошёл, даже не постучав.

На крыльце грелся рыжий котейка, который, подняв голову, посмотрел на меня зелёными глазами, лениво встал, потянулся и направился в дом. Я пошёл следом, благо дверь была открыта. Уже, занеся ногу за порог, услышал знакомый скриповатый голос Серафима.

– Илюха, ты куды направился? Я здесь.

Дверь небольшой сарайки, которую я и не приметил, открылась и вышел Серафим с курицей в руках.

Почувствовав себя неловко, немного замялся, не зная, что сказать.

Серафим подошёл, отдал мне курицу, а сам, вертя на свет два яйца, спросил:

– Ты пошто пришёл? Дело какое али так, в гости?

Опустив, осторожно, курицу на землю, которая тут же стремглав побежала в сарай, сказал:

– Сима просила передать, что тебя везде ищет.

– Дак, чего меня искать, я за знамо здесь.

Набравшись духу, спросил:

– Серафим, а что на берегу было?

Он посмотрел на меня выгоревшими от солнца, когда-то голубыми глазами, и усмехнувшись ответил.

– Светопредставление.

Переспросил.

– Что, за светопредставление?

Не отрываясь от меня прищуренным взглядом, тихо ответил.

– Светопредставление и есть. Свет он не только тута – наверху, но и тама, – указав пальцем себе под ноги.

Ничего не поняв, из его двусмыслицы, спросил:

– Но ведь сейчас он опять целый?

Посмотрев под ноги, он промолвил.

– Так-то оно так. Айда в дом, там поговорим, – и направился к крыльцу.

Я – следом.

Войдя и окинув взглядом хоромы Серафима, удивился чистоте и минимализму. Старинный резной стол из массива дерева, с двумя широкими лавками с двух сторон, такой же резной буфет у стены, комод, льняные занавески на окнах, вот и всё убранство большой комнаты. Из неё было два выхода: один с узкими деревянными створками, похоже в спальню, другой, занавешенный полотняной шторой, в кухню, куда и ушёл хозяин.

– Илья, ты тама располагайся! Сейчас чайку попьём, только я себе яишенку сварганю. Страсть, как с утра проголодался.

Усевшись на скамью, удивился, как тут прохладно, словно и нет за окном знойного лета.

На кухне зашкворчали на сковороде яйца. Серафим вынес эмалированный чайник и пару гранёных стаканов в старинных подстаканниках, затем принёс банку варенья и тарелку с хлебом, потом – сковороду с зажаренными яйцами.

– Чё сидишь, как не родной? Намазывай хлеб, чай пить будем, – скомандовал он и уселся за стол, напротив.

– Да, я только что пообедал в столовой, – попытался отнекаться я.

– Так я тебя не обедом собираюсь потчевать, а только чаем напоить. А какой чай без варенья? – буркнул он, нарезая вилкой, на сектора, яишницу на сковороде. – Разговор-то долгий будет.

Возражать не было смысла. Налил в стакан чай, взял кусок хлеба и намазал вареньем. Варенье оказалось очень вкусное, из крыжовника, а чай ароматный, на каких-то травах. Серафим быстрёхонько зачистил сковородку и тоже налил себе чая.

– Ну, вот теперь другой коленкор! – пристукнул он ладонью по столу. – Можно и к делу теперяча.

– К какому? – не удержался я.

– Да к тому, что тебя ко мне привело. Ты ж правду хочешь знать? – испытующе посмотрел он на меня.

– Хочу, – растерянно промямлил, на самом деле не зная, что я вообще хочу.

Серафим, обхватив левой рукой подбородок, погладил его, словно там была невидимая борода, и тихо сказал:

– Паря, дело такое. Земля, под нами, то расширяется, то сужается. Я это заприметил на полях, когда агрономом робил. Решил – эрозия почвы, пока не узрел, как берег раскололся. Испужался тогда жуть, думал помираю. В книгах стал искать, людей обспрашать: не видал ли кто такое чудо.

– Ну и? – не удержался я.

– Ничего! А славу умалишённого схлопотал! Только я не таков, чтоб всё бросить и сдаться. Стал учёным археологам писать. Аж, в столицу. Один даже приезжал… лет десять назад. Водил его на берег. Он там что-то копал. Уехал не попрощавшись. Видать, нашенские, ему про меня всякую чушь наболтали.

Серафим стукнул сухоньким кулаком по столу.

– Не сдался я! Нашёл пять мест в округе, где земля такие шутки выделывает. И везде чёрный угол, в трещине, торчит.

Я аж затаил дыхание.

– Думаешь, зря я за него лапался? Нет! Чуть заденешь его рукой и уже, в другом месте, где такая же хреновина. Всё надеялся, что внутрь попаду. Ан, нет! Эта зараза внутрь не пускает!

Не вытерпел:

– Откуда они? Кто их сделал?

Серафим оживился, заулыбавшись.

– Помнишь, сказку про три царства: медное, серебряное и золотое?

Мотнул головой, как не помнить, мне бабушка в детстве все уши ей прожужжала.

Он тоже, в знак согласия, замотал головой.

– То-то и оно! Чтобы их обрисовать, надо там побывать. Значит, ход есть!

Послышался быстрый, лёгкий топот по лестницам.

Серафим, как ужаленный подскочил.

– Илюха, мне пора, – и, схватив сковородку, убежал на кухню, только шторка взвеяла.

Дверь распахнулась и влетела Сима. Уставившись на меня, ничуть не удивившись, спросила.

– Что чаи распиваем, басни слушаем?

Не успел ей ничего ответить. Она зашла на кухню и проговорила в сердцах:

– Опять сбежал!

Когда туда зашёл, увидел открытую дверь в подполье и спускающуюся вниз по лестнице Симу. Она глянула на меня и приказала:

– Бери фонарь с полки и спускайся за мной.

Фонарь оказался на подоконнике. Спустившись вниз, увидел ряды полок, заставленные банками заготовок и Симу, пытающуюся открыть небольшую дверь в самом углу.

Глянув на меня, она обречённо промолвила:

– Вот опять через неё утёк. Он тут ход сделал, чтобы лишний раз соседям глаза не мозолить… и от меня прятаться.

Предложил:

– Может попытаюсь её открыть?

– Нет. Не надо. Я по заячьим норам лазать за ним не буду. Да, и вообще всяких подземелий боюсь, после его рассказок-то. Пошли наверх! – заключила она и направилась к лестнице.

Когда поднялся наверх, в кухне её уже не было. Что-то мне подсказывало, что её и в доме нет. Так и оказалось. Что же за семейка-то такая?!

Услышал сигнал подъехавшего автобуса. Видать, Олег решил всё-таки меня спасти. Усевшись на сиденье, почти сразу задремал, и пока ехали до соснового бора, приснился пару раз Серафим, говоривший:

– Не дрейфь, паря, скоро увидимся.

Глава 4

Автобус остановился. Ещё не отошедший от дрёмы, почувствовал, что меня кто-то толкнул в плечо.

– Вставай, соня, приехали.

Открыл глаза и увидел улыбающееся лицо Ани, стоявшей рядом. Мы с ней познакомились, когда шли к реке, на раскопки. Она работает менеджером в какой-то фармацевтической компании. Улыбнувшись, сказал первое, что пришло в голову:

– После такого обеда и поспать не грех.

Аня надула губки.

– Конечно, у вас, у мужиков, только еда и сон на уме. Такая красота кругом, а ты всё проспал.

Буркнул, что на обратном пути ещё успею насмотреться, протискиваясь, рядом с ней, на выход.

Сосновый бор встретил шумом крон, высоко над головой, запахом нагретой смолы, пружинящим ковром серебристого мха под ногами, вперемежку с кукушкиным льном и кустами голубики. Здесь, после автобуса, дышалось особенно легко, отчего спать захотелось ещё больше. Преодолевая зевоту, слушал рассказ Олега об истории бора и месте, куда он нас ведёт. Оказывается, этот лес в давние времена был прибежищем разбойников и вполне возможно, что тут закопаны их клады. Вроде, как и призраки по ночам бродят и не только… Есть донесения местных егерей, за разные годы, что встречали здесь следы снежного человека, а некоторым даже удалось его видеть с детёнышами. Ничего себе местечко.

Вдруг боковым зрением уловил какое-то движение, сразу потом пробило, от страха, вдруг это медведь. Оттуда раздался негромкий свист. Глянул. Да это же Серафим мне рукой машет.

Подошёл, а он мне тихо сказал:

– Пойдём.

У меня аж мурашки по спине побежали, я и так тут только что всяких страстей про разбойников, клады, призраков и йети наслушался, ещё не хватало это воочию увидеть.

– Да, не дрейфь. Олег, так всегда балабонит. Клады может и есть, призраков точно нету, а снежак сюда редко забредает, – подбодрил он меня.

У меня, от такой информации, глаза аж на лоб полезли. Серафим усмехнулся и добавил:

– Он лес оберегает от люда, который, в корысти, хуже зверя. Ты ему за нафиг не нужен.

Серафим пошёл быстрой, лёгкой походкой в глубь леса. Я следом за ним, на ходу тихо спросив:

– Куда идём?

Он, повернувшись, приложил палец к губам и показал вперёд на просвет в деревьях.

Вышли на каменистый бугор, возвышавшийся выступом над лесным массивом внизу. Под ногами ни травинки, ни даже мха, один серый камень, вроде гранита.

– Пришли, – промолвил Серафим и сел на корточки, махнув мне рукой, – Присаживайся. Теперяча ждать будем.

– Чего? – начиная догадываться, что очередной щели в земле.

– Ты же правды хотел? – глянул он на меня пронзительным взглядом.

– Хотел, – тихо ответил, осознавая, что сам напросился на эти приключения.

В отличии от него, я ростом куда выше, мне на корточках сидеть неудобно, навалился на дерево, стоящее рядом.

Прошла минута, другая, Серафим, не произнося ни слова, смотрел вдаль, благо, горизонт здесь далеко видно. Вдруг, оттуда, словно солнечный зайчик от зеркала сверкнул, под ногами послышался тихий гул, затем скрежет. Старик повернулся ко мне:

– Сейчас щель в земле отворится. Узришь чёрный угол. Надо его задеть.

– Зачем? – испуганно спросил я.

– Илюха, вот в чём штука. В прошлый-то раз, на берегу, когда угол задевал, я тебя за рукав прихватил… Меня, как обычно, в другое место перекинуло, а тебя – нет. Думаю, неспроста. Если правильно кумекаю, ты можешь дверь в подземелье открыть. Только, внутрь не входи! Постой в сторонке, присмотрись, что увидишь, мне расскажешь. И сразу ходу отсюда.

– Зачем мне это? Да и боюсь я: вдруг, там, какой ядовитый газ или радиация, – попытался оправдать свой страх.

– Илья, Илья… Пошто не хочешь знать, что тама? – покачал головой старик.

– Серафим, конечно, извини, но ты своё пожил, тебе уже нечего бояться, а у меня вся жизнь впереди, а ты мне предлагаешь, то ещё приключение, – постарался, как можно мягче, передать свою мысль.

Серафим обиженно махнул рукой.

– Как хочешь! Стой и смотри! Докажу, что не брехун! А ты передашь в серьёзные органы. Это ж дело государственной важности! Не может же земля просто так открываться и закрываться!

В это момент по взгорку пошла трещина, края её стали расходиться в стороны, а внутри маслянисто блеснул пресловутый чёрный угол.

Глава 5

Серафим направился к трещине. Проходя мимо, вдруг толкнул меня и я, не устояв на ногах, полетел прямо на угол. А дальше, как в замедленной съёмке: угол стал прогибаться внутрь, утягивая за собой не только меня, но и Серафима. Мгновение, и он исчез в его пропасти, а я оказался на каменистом выступе, а передо мной, в щели, переливающийся тысячами зеркальных осколков, овал, из которого вышагнула Сима:

– Ну, что, опять здрасьте! Неймётся тебе! Зачем ты за ним в очередную авантюру пошёл?

А у меня язык словно онемел и в горле пересохло. Еле сглотнув слюну, глухо спросил:

– Кто ты?

– Сима, – улыбаясь, ответила она, уставившись на меня огромными бирюзово-голубыми глазами, которые словно заглатывали внутрь. Еле отвёл взгляд:

– Нет, ты не Сима.

– Ладно, мне тут с тобой времени нет беседы разводить. Да, я не Сима. Сима в городе и с ней всё в порядке, если думаешь, что я ей чего плохое сделала. Мне это ни к чему.

Облегчённо вздохнул, осознавая, что она, вроде как, не собирается никому вреда причинять:

– Тогда кто?

– Помнишь сказ про хозяйку медной горы?

В голове, вроде как, что-то замкнуло.

– Так она на Урале жила.

– Уральские горы очень древние, там грань между вашим и нашим миром очень тонкая. Вот люди часто и видели нас. Про тоннели слышал, что под землёй есть и по всему миру тянутся?

Мотнул головой, пытаясь развеять наваждение:

– Так ведь это может от каких древних цивилизаций остались?

Она тихо ответила:

– От нас.

В голове мелькнуло, она что рептилоид? В слух же спросил:

– Там было змеиное царство?

– Вроде того…

Наконец, до меня дошло.

– Значит, трещины и углы – выходы и входы в тоннели? И они есть везде?

– В точку. Только тебе, Ильюшечка, лучше об этом забыть, потому как покоя не будет.

Она махнула рукой и пошла вглубь, утягивая меня за собой, словно невидимой рукой, одновременно распадаясь на тысячи мелких осколков.

Очнулся лежащим на земле, тело всё вроде как немое, даже глаза открыть не могу, только слышу голоса какие-то надо мной. Один, вроде Олега, произнёс:

– Ну, что с ним? Живой?

Второй, вроде Ани:

– Живой. Только пульс очень слабый.

Потом Олег с отчаянием сказал:

– Я же всех предупреждал, что парню надо было всё рассказать, когда он первый раз с объектом столкнулся.

Аня ответила:

– Он бы уехал, а мы не получили бы контакт с ней.

Олег жёстко произнёс:

– Он же простой человек, у него крыша могла поехать от всего этого. Да и Серафим, тоже хорош, со мной на контакт не пошёл, а его почему-то выбрал, а ведь мы ему пять кандидатов на выбор представляли…

Аня задумчиво:

– Может в этом парне что-то есть, только мы пока всей картины не видим.

Олег, с сомнением:

– Мы его всю родню и все связи перетряхнули, ничего интересного не нашли. Чистый лист.

Почувствовал, что силы возвращаются и открыл глаза, тихо прошептав:

– Что тут было?

Олег и Аня склонились надо мной, аккуратно подняли и посадили, навалив на чей-то рюкзак.

– Илья, тут такое дело, ты уж нас прости, что сразу всё не рассказали, иначе встреча бы не состоялась и мы контакт не зафиксировали, – виновато сказал Олег.

– Какая встреча? Кто вы? – удивлённо, словно по-новому, смотрел я на них.

Аня села напротив, взяла мою руку, надела на запястье браслет и стала, похоже, отслеживать на смартфоне моё самочувствие, сказав:

– Илья, дело такое, мы работаем на государственную организацию, которая изучает и по возможности предупреждает различные опасности, как космического, так и не космического происхождения, типа появление новых биологических видов, необычных технологий или контакты с реликтовыми обитателями планеты. Серафим попал в поле зрения нашей организации лет десять назад, когда он столкнулся с порталом входа в подземный тоннель. К нему тогда послали специалиста, он с ним пообщался, исследовал его и место, где был вход в тоннель, и предположил, что виной всему частота вибрации биологического поля Серафима, который научился не только чувствовать, где находятся такие порталы, но бессознательно открывать их. Наши за ним наблюдали. Но, видать не только мы, с другой стороны – тоже. Похоже он их сильно беспокоил, а им людское внимание ни к чему. Тогда и появилась Сима. Выяснили, что она никакая не Сима. Настоящая правнучка Серафима живёт в городе, учится в институте и сюда никогда не приезжала, но эти, с другой стороны, как-то умудрились скопировать её образ и поддерживать в актуальном состоянии. Серафим сразу догадался, что это не правнучка и стал избегать её, опасаясь, что она скорее всего его памяти лишит, а он этого допустить не хочет. Разгадка порталов стала смыслом его жизни. Мы его не стали отговаривать, зачем лишать человека, в таком преклонном возрасте, цели жизни, но пытались познакомить с нашими ребятами, которые могли бы стать ему помощниками, и, в случае чего, заменить его. Но, он выбрал тебя. А, теперь, ты ещё вошёл в контакт с псевдо Симой… Так что Илья тебе надо выбирать: или ты будешь работать с нами и поможешь выяснять всё о тоннелях и расе Симы, или отправляешься домой и забываешь раз и навсегда всё, что тут произошло.

Олег и Аня уставились на меня. Я вдруг осознал, что всю свою небольшую жизнь ждал такое приключение, да и Серафим, со всеми заморочками, был теперь мне как родной. Своего то деда я не знал. Обидно только, что они его в известность не поставили, о том, что он достучался до компетентных органов, которым это интересно. Решение, словно, давно было готово в голове, и я сказал:

– Согласен, но с одним условием.

– Каким? – в один голос спросили Аня и Олег.

– Я Серафиму расскажу, что вы в курсе его изысканий и он участвует в деле государственной важности, – вспомнив наш с ним последний разговор, где он с отчаянием говорил, что хочет доказать всем, что он не болтун.

– Согласен, -ответил незнакомый голос.

Повернул голову, из-за дерева вышел мужчина в сером элегантном костюме, светлой рубашке, на вид ему было 45, а может и старше. Серые, пронзительные глаза уставились в меня, словно читали насквозь, до самого донышка:

– Илья, вам не надо объяснять, что всё, что тут произошло и что вы узнаете, должно быть достоянием сотрудников только нашей организации и никого другого. Простые граждане должны быть вне опасности, которая может возникнуть, узнай они, полученную тобой информацию. Паника тут нам ни к чему, как и толпы копателей кладов.

– Понял, -ответил, ощущая странное чувство патриотизма и важности того, что мне поручают.

– Ну, вот и отлично. Введите его в курс дела, -обратился он к Ане и Олегу, – пока специалисты обследуют участок и расставят датчики, – и ушёл так же незаметно, как и появился.

Олег присел около меня:

– Значит, расскажи Серафиму всё, что тут произошло, о нас, но без подробностей, – намекая на человека в сером костюме, – Дальше, действуй по обстановке, только трекер с руки не снимай: он твой маяк, датчик физических показаний, а ещё передатчик всего, что будет кругом происходить или говориться.

Аня встала:

– Время вышло. Возвращаемся в автобус.

Оставив, на месте разлома, специалистов в костюмах спецзащиты, я, Олег и Аня вернулись к автобусу. Правда, я не был теперь до конца уверен, что это я, настолько кардинально поменялись мои взгляды о мире, который нас окружает.

Глава 6

Вернувшись в городок, отправился к дому Серафима. Калитка, как и прошлый раз, была открыта, кот грелся на солнышке, растянувшись вдоль лестницы, ведущей в избу. Дверь сарайки, с курицами, приперта палкой. Поднялся на крыльцо, перешагнув кота, и дернул дверь. Ну, как же? Конечно, открыто. Обошёл дом, спустился в погреб – никого. Вернулся к столу, сел и налил воды в стакан, из которого прошлый раз чаёвничал. Только сделал глоток, как услышал быстрые шаги по лестнице и голос Серафима:

– Вась, пошто дом не сторожишь? Кто попало туду-сюды шастает, а ты дрыхнешь.

– Мя-у-у-у, – обиженно прозвучало в ответ.

– Да, ладно, ладно, шуткую, – произнёс он, входя в избу.

Почувствовал себя неловко и резко встал из-за стола.

Серафим подбежал, хлопнул по спине:

– Да, садись, паря. Сейчас чай согрею, тоды расскажешь, – и убежал на кухню. Вернулся с горячим чайником и банкой варенья. Усевшись напротив, уставился на меня:

– Ну, коли чо видел?

– Серафим, дело такое… помнишь к тебе учёный археолог приезжал. Ты его ещё на берег водил…

– Знамо, помню, – оживился старик.

– Так вот он из тех компетентных органов, которым ты хотел всё рассказать, – продолжил я.

Серафимыч удивлённо уставился на меня:

– Да, ну?

– Вот тебе и ну. Они за тобой лет десять наблюдают и не вмешиваются. А почему? А потому, что Сима совсем не твоя внучка, а оттуда, откуда ходы открываются.

– Значит, наблюдали! – пристукнул он недовольно по столу ладонью, – А мне сказать не судьба?!

Затем, резко сменив тон на заговорщический, спросил:

– Почём решил, что Сима не моя внучка?

– Я с ней сегодня разговаривал, – ответил ему.

– Во даёшь! О чём? – у него от любопытства аж заблестели глаза.

– О тебе, о том, что люди не должны знать, что у них под ногами и что есть такие, как она. Сима сказала, что она вроде хозяйки медной горы…

– Так, так, так, – пробарабанил пальцами по столешнице Серафим, – Кое-что такое кумекал. Понимаешь, теперяча, почему её опасался: вдруг памяти лишит или слепым сделает.

Серафим задумался, а я, боясь, что Сима в любой момент может появиться, поторопился сказать:

– Серафим, организация предлагает тебе сотрудничество, а меня – в помощники, чтобы тайну этих ходов открыть.

– Так я, Илюха, только за! – обрадованно ответил Серафим, – Пойдём, ходы свои покажу, научу, как от Симки утикать, – вскочил он с места и побежал на кухню, у шторки оглянувшись и поманив рукой.

– Пошли, пошли! Время то не ждёт!

На крыльце послышались легкие знакомые шаги, а меня и Серафима как ветром сдуло. Перевёл дыхание только, когда за мной закрылась деревянная дверь тайного хода в подвале. Здесь на удивление было достаточно свободно. Обогнув меня, дед с фонарём в руке пошёл вперёд, а я двинулся за ним.

Глава 7

Шли недолго, показалось минут пять. Вышли через деревянный люк, прикрытый снаружи зарослями шиповника, как раз на берег реки, недалеко от места, где в первый раз встретились. Вот как, дед здесь нарисовался, дошло до меня. Осмотревшись, Серафимыч направился к месту, где, в прошлый раз появлялась щель, и поманил рукой:

– Смотри, паря. Видишь махонькую щёлочку вот тут? – он ткнул рукой под самый берег, круто уходивший вверх.

Присмотрелся, вроде что-то как поблёскивает. Хотел протянуть руку, пощупать. Он перехватил её, тихо сказав:

– Это вроде замка. Как луч света вверх из него стрельнет, так щель отворится. Это я давно заприметил. Сколь раз его не задевал, всё в других местах оказывался. Ты, паря, всё примечай, да слушай.

Усевшись на землю, ноги калачом, он шлёпнул рукой рядом, чтобы мол садился, и стал рисовать пальцем на песке круг:

– Вот Земля, а вот щели, которые в ней, – и он понатыкал несколько дырок, в нарисованном круге. – Кумекаю, они по широтам расположены, где Земля толще.

– А с чем это связано? – не удержался я.

– Так твердь, она и есть твердь, то бишь каменная, что снаружи, что внутри. На солнце камень нагревается и чутка пучится. Нам то не видно, потому как камни кругом махонькие.

Он поднял с земли небольшой камень и подбросил его несколько раз, будь то вес его проверяя:

– То ли дело каменюка размером с Землю, тут совсем другой коленкор. Вот чтоб её родимую не разорвало, тоннели и нужны: они сквознячком её остужают.

Мысль деда была понятна, но трудно было всё это представить сразу в планетарном масштабе. Видать он по глазам понял, что я ещё не допёр.

– Ильюха, дубина ты стоеросовая, пойми: вот сейчас какая погода стоит? – уставился он на меня.

– Жаркая, сухая, – неуверенно, то ли говорю, промямлил я.

– Вот то-то и оно! Поэтому щели то тут, то там открываться стали – жарко земле под нами. А когды зима, щелей нема, почва то холодная.

– А-а-а, – протянул я, не понимая, кому это надо было так заморачиваться.

Словно прочитав мои мысли, Серафим ответил:

– Кто под землёй живёт, тому и надобно. Они тут с начала времён… Когды сюды прибыли, всю эту хрень смастерили, чтобы спокойно жить, пока наверху всё не устаканится. А потом нарисовались мы. Тогда они и решили там остаться, чтобы никто никому не мешал. Только людишки народ ушлый, беспокойный: стали вглубь копать, шахт понарыли, без меры минералы загребать. Вот они особо жадных и стали наказывать.

– В смысле? – не понял я.

– А что? Будь-то не слыхал, что шахты обрушивались, или их водой заливало, опять же, провалы разные? – с лёгкой усмешкой уставился дед на меня.

– Так, это вроде природные катаклизмы? – протянул я неуверенно.

– Клизмы говоришь? Так и есть! От жадности и глупости! – рубанул Серафим рукой воздух.

– Так зачем ты их тогда ищешь, если они присматривают за нашим миром для его же пользы? – мне стал непонятен весь смысл его поисков.

– Так, ты, чё, паря, так ничего и не скумекал? – удивлённо уставился на меня дед. – Если они миру не явятся и знаниями не поделятся, люди так и будут прозябать в своей дурости и хапужности, и окончательно похерят Землю!

– А если люди воспользуются их знаниями и тоннелями, чтобы ещё больше нажиться, что тогда? – нельзя сейчас людям эту тайну открыть, вдруг дошло до меня.

– Тогда всё. Хана, – обречённо посмотрел дед на меня.

– То-то и оно! Поэтому, давай не будем тут огород городить и всех в известность ставить, а поговорим с Симой и сведём её с людьми, которым задачи такого масштаба по плечу, – ободряюще, немного с пафосом, сказал я, чтобы успокоить деда.

– Ладно. Давай, по-твоему, – махнул рукой Серафим. -Чо делать-то сейчас будем?

– Надо с Симой поговорить, но чтоб она нас памяти не лишила и в свои земли не уволокла. Знаешь, как? – с надеждой посмотрел на деда.

Он снял кепку-капитанку, провёл рукой по ёршику волос, словно мысли перебирая:

– Есть одна мыслишка. Пошли домой. Там расскажу, – ответил он. Потом, без перехода, рассмеявшись:

– Может в столовую забежим? Мимо шёл, страсть как вкусно гороховым супом с копчёностями пахло, аж слюни потекли.

– А, пошли! – решив, это отличный повод познакомить Серафима с Олегом, а заодно и поужинать.

Глава 8

Только подошли к столовой, как в дверях появился Олег, словно нас поджидал. Улыбнувшись, протянул руку Серафиму:

– Будем знакомы. Олег.

Серафим крепко сжал его ладонь в своей пятерне и, заглянув ему в глаза, с улыбкой ответил:

– Ну, чо, Олежка, будем знакомы. Сколько лет сколько зим, почитай рядом жили, а так и не сдружились.

Отпустив руку Олега, по-хозяйски спросил:

– Потчевать то нас будешь? Мы, с дороги, проголодались, – и, не дождавшись ответа, направился к свободному столу у окна.

– Конечно, – немного опешив и замешкавшись, от такого поворота, ответил Олег, но словно уловив волну, с иронией ответил:

– Проходите гости дорогие. Чего изволите-с?

– Олег, кончай придуряться. Нам суп гороховый и компот. Да, попроси, чтоб гущи не жалели. – ответил Серафим, открывая банку с горчицей и придвигая к себе тарелку с чёрным хлебом. Намазав кусок горчицей, откусил, пожевал немного, словно проверяя качество продукта.

– Хороша, ядрена в меру и не суховата. Молодец Прокоп, не разучился её мастерить.

Молодая девушка принесла с кухни поднос с едой и поставила перед Серафимом. Я поднялся и сходил на раздачу за своим. Олег как сквозь землю провалился. Пока нёс поднос, огляделся, но его нигде не было видно.

– Чо? Олежку потерял? Так, вон, он трёкает, на улице, по своей звонилке, – показал мне пальцем в окно дед, – Никак, докладывает начальству, что меня завербовал и можно приступать к выполнению задания.

– Ах-ха-ха, – рассмеялся я, представив деда, меня и Олега, в партизанской одежде, с автоматами наперевес, пробирающимися в темноте по неизведанным подземным тоннелям.

Дед рассмеялся в ответ, затем бодро стал работать ложкой, в тарелке с таким густым супом, что, кажись, поставь её, она так и будет стоять. Видать, не пожалел Прокоп, налил от души.

Пообедав, вышли из столовой. Серафим заточил маленьким ножиком спичку и активно принялся ковырять в зубах, благостно улыбаясь:

– Так. Олежку ждать не будем. У нас свои дела, у него свои. Пошли! – бросив спичку в урну, сказал дед и не оглядываясь зашагал по тротуару, в сторону своего дома.

Открытая калитка, кот, развалившийся на крыльце, курица, квохчущая во всё горло в сарайке, не запертая дверь в дом – всё без изменений в хозяйстве Серафима.

Только зашли, дед побежал на кухню, открыл кран с водой и начал наливать воду в ведро, громко крикнув:

– Илюха, тащи из угла плёнку и расстилай на полу!

– Зачем? – удивился я.

– Время нет. Потом сообчу, – ответил дед, выбегая из кухни с ведром, полным воды.

Вдвоём, еле справившись с плёнкой, двухметровой ширины, видать припасённой для парника, застелили пол, от входной двери до кухни, соорудив с боков бортики. Серафим выплеснул воду из ведра на плёнку и убежал на кухню. Через минуту он вернулся со вторым и поставил его у стола. На поверхности воды плавали два алюминиевых черпака. Он зачерпнул один и поставил на стол передо мной, затем зачерпнул второй и поставил со своего края. Оглядев комнату, крякнул и сел на лавку:

– Садись, расскажу, зачем мы этот цирк устроили.

Усевшись на лавку, отпил из ковша немного воды, жажда подступила, после обеденного супа. Вода была сладковатая, холодная, словно родниковая. Вот бы такую водопроводную воду дома. Посмотрел на деда:

– Так зачем всё это?

Серафим погладил несуществующую бороду и, чуть прищурив глаза, ответил:

– Случай был такой. Года три-четыре назад, осень шибко слякотна была, а я в бору, у щели, оказался. Только хотел подойти, вижу, она, Симка, выходит. А там, у щели, большуща лужа была. Она в неё шлёп ногой и вся волнами пошла, как в испорченном телевизоре, и шмыг обратно. Вот я и скумекал, что она не живая, раз воды боится. Тоды, ход в подвале и прорыл, там земля завсегда сырая. Вот она туды и не шастает. Сообразил, для чего мы тут баларужину развели?

– Да, – удивлённо ответил я, осознав, что Сима явно не рептилоид, а некая волновая структура, почему-то разрушаемая водой.

– А вот и она, – поднял дед указательный палец вверх, чтобы я прислушался.

На крыльце послышались лёгкие шаги псевдо-Симы, стихнувшие у двери. Она почему-то не торопилась её открывать. Может прислушивалась?

Глава 9

Дверь тихонько открылась. В проёме стояла псевдо-Сима и не двигалась.

– Ну что подготовились? Наконец-то, решили поговорить? – сказала она обычным голосом, но мне послышалось лёгкое эхо. Так бывает горах или больших пещерах. Может показалось?

– Ну, что, Симочка? Со свиданьецем. Чего сказать-то хотела? – чуть язвительно спросил дед.

– Серафим, давно надо было нам поговорить и всё решить, да только ты всё усложняешь. Зачем парня втянул? Теперь ему с этой дорожки не сойти, – немного нервно сказала псевдо-Сима.

– Дак, ты, ж первая начала! Ещо и бегать за мной стала, – ответил дед.

– Я начала?! Кто полез в щель? Кто стал искать ходы в наш мир? Неужели, у тебя страха совсем нет? – повысила голос она, продолжая стоять снаружи, за проёмом открытой двери.

– Я свой страх на войне потерял, когда друзей сотнями хоронил в одной могиле, – в горле деда, показалось, что-то булькнуло.

– Не пытайся меня разжалобить или в чём-то обвинить. Знаю я вашу людскую породу: сначала просят помочь, а потом завсегда пытаются или рабами сделать, или уничтожить. Мы это уже проходили, – чуть с напором ответила псевдо-Сима и словно подалась вперёд, но тут же её изображение подёрнулось рябью, и она отступила назад.

– Понятно. Чего хотела-то? – уж как-то слишком спокойно, спросил Серафим.

– Пора тебе к нам – время пришло. Дальше тянуть нет смысла, да и Илья тебе на замену есть, – словно отрезала она.

– Дак, я ещо вроде как помирать не собираюсь, – усмехнулся дед.

– А кто сказал, что помирать должен? Я же о другом… Службу тебе предлагаю, как раз на благо разлюбезных тебе соплеменников, – ответила теперь она с усмешкой, поняв страхи деда.

– Как это? – удивлённо, уставился Серафим на неё.

– Ну, как, как? Помнишь, у Бажова люди уходили к хозяйке медной горы в работники и больше не возвращались. Я ведь тоже не всегда такой была… Нам помощники, как ты, завсегда нужны, за людьми приглядывать и удерживать от глупых поступков, – уже серьёзно ответила она.

– В смысле? – не понял дед.

– Что непонятного? Вот я за этим место присматриваю, поскольку, тут есть несколько потенциально опасных объектов. Тебя в другое место пошлют, будешь там наблюдать, и в случае чего или сам меры принимать, либо на помощь кого звать, – и она мотнула головой в мою сторону. Я сразу понял, что это намёк на организацию, из которой Олег.

– Так, значит, вы мне работу предлагаете? – наконец, осознав услышанное, приободрился Серафим. – Ну, и когда к службе приступать?

– Сейчас и приступай. Чего время тянуть? Илья и без тебя тут с хозяйством разберётся и все вопросы решит, – категорически ответила она.

Серафим обвёл избу грустным взглядом, посмотрел на перешагивающего через порог кота, который прошёл сквозь Симу, будь то её тут и не было

– А, с родственниками попрощаться? – словно оттягивая момент, тихо промолвил он.

– Да, они с тобой давно, похоже, попрощались, когда ты крышей тронулся, – жёстко сказала псевдо-Сима.

– И то верно, – ответил дед и взглянул на меня. – А с ним что?

– Так он, теперь, всегда будет с тобой на связи, так сказать, на одной волне. Да, и ты сюда, в любое время, сможешь заглянуть, если что забыл… Только видеть тебя никто не должен.

Серафим подошёл ко мне, обнял, достал из кармана сложенную в четверть бумажку, сунул в руку.

– В самом крайнем случае откроешь. Обещай! – сказал он шёпотом.

– Обещаю, – тихо ответил.

Повернувшись к псевдо-Симе, Серафим спросил:

– Куда итти прикажете, барышня?

– Иди к камню, у чёрной горы, там и встретимся, – она повернулась и пропала, словно растаяла.

Серафим, не оглядываясь перешагнул порог и быстрой походкой спустился с крыльца. Я следом вышел, но его уже и след простыл. Зато в калитку влетел Олег:

– Видел Серафима. Пулей промчался мимо меня, даже не заметил. Это она так на него подействовала?

– Не знаю? – ответил, осознав, что сейчас надо как-то объяснить родным исчезновение деда и что-то делать с живностью, ведь не выбросишь кота и курицу на улицу.

Догадавшись, о чём думаю, Олег успокоил:

– Не переживай, контора всё организует. Курицу и кота пока заберу к себе, может потом при столовой пристрою. Тебе сейчас пора отправляться домой и с работы увольняться, поскольку судьба твоя теперь – работать в нашей конторе, – Олег лихо подмигнул и пошёл отворять сарайку, с квохчущей курицей.

Тут только сообразил, что контора следила за всем происходящим через браслет на руке, что мне дала, а я о нём совсем и позабыл. Услышал громкое мяуканье кота из дома. Когда вошёл, увидел, что он гоняет, по плёнке с водой, неизвестно откуда взявшуюся, мышь. Пришлось залезать в воду и промочить кеды, чтобы поймать, распалившегося от охоты, Ваську. Кот на руках затих и жалобно посмотрел мне в глаза, даже слезу пустил, словно поняв, что хозяина больше нет.

Глава 10

Всю дорогу, пока туристический автобус возвращался в город, думал, о какой связи деда со мной Симка говорила, и что я буду делать в новой организации, которую Олег почему-то прозвал конторой. Хотя понятно, она же засекречена, название, лишний раз, ей светить ни к чему. Отпуск у меня закончился, завтра выходить на работу, дел, наверное, выше крыши накопилось, а я «здрасьте вам, пожалуйста», заявление подам. Не то, чтобы очень за это место держался, не впервой работу менять, но здесь хозяин хороший попался, всё по закону делает: и зарплата белая и налоги платит. Хотя оно и понятно, фирма не бедная, как никак я системным инженером в дата-центре работаю… работал.

Когда к турбюро подъехали, на выходе из автобуса, Олег меня придержал, попросил подождать снаружи. Подошёл он ко мне вместе с Аней. Она дала телефон и сказала, чтобы всегда держал при себе. Объяснила, что если браслет по какой-то причине перестанет передавать моё местоположение, то они свяжутся со мной по нему. Спросил, что мне сейчас делать. Олег ответил, что как он и говорил, увольняться с работы и ждать сигнал от Серафима. Как и когда, тот свяжется со мной, не ясно, поэтому надо всегда быть наготове. Ну, а дальше по обстоятельствам. На том и разошлись.

Прошла уже неделя, как уволился с работы и целые дни просиживал за компьютером, выискивая сообщения людей, которые, столкнулись с чем-то подобным, заодно сказы Бажова перечитал. С трудом верилось, что Симка дух подземного мира, а тем более ящерица, больше похоже, что она некое наведённое поле или голограмма, только не ясно, где источник, не может быть, чтобы вся земля, что у нас под ногами, он и есть.

Контора пока не беспокоила, хотя зачем, они и так, через браслет, мониторят меня круглосуточно. Правда, я его всё-таки иногда снимаю, когда в туалет хожу, ну, иначе, уж очень криптово. Вот сижу я на унитазе и вдруг чувствую, что словно проваливаюсь в сон: всё кругом исчезло, только белый туман и голос Серафима в голове слышу:

– Илья, прости, разговор срочный. Ты только штаны надень…

Гляжу на себя, а я точно, со спущенными штанами стою, благо футболка длинная… Подтянул штаны и тут дед объявляется, такой, каким и был раньше, в коричневом костюме и кирзовых сапогах.

– Ну, привет! Как живёшь, поживаешь? – спрашивает он, прищуря глаза.

– Твоими молитвами, без работы остался, сижу, как дурак, сказки читаю, сигнала от тебя жду, – ответил ему.

– Так, это только сказка быстро сказывается, а дело не скоро делается. Я и сам пока не смекнул, что со мной, да, как и где я. Вроде, брожу по селу, а меня никто не видит. Поглазел на похороны… свои. Гроб пустой узрел и могилку. Не поверишь, даже прослезился, как меня все расхваливали, а сродственники даже всплакнули. Вот ведь, каки дела, – притих дед.

– А Симка что говорит? – решил переменить тему.

– Я её больше не видел. Со мной, вроде, мужик говорит, голос не тутошный. Объяснил, что я телом погружён в какой-то стазис, а сознание подключено к некому полю. Оно меня и перемещает, куда вздумаю. Сказал, что мне надо сначала обвыкнуть, осмотреться, а потом определиться, к чему душа лежит, – дед опять задумался.

Обратил внимание, что говорит он почти без прибауток и местных словечек, да и не такой шустрый на словцо стал, всё задумывается, словно пытается что-то вспомнить. Решил отвлечь его от мыслей:

– А, под землёй, по тоннелям не ходил? Не смотрел, что там есть?

Дед глянул в глаза, словно в мысли мои заглянул:

– Илья, не тревожься, я всё помню: и уговор, и дело. Мне пока непривычно без тела и болячек, всё так легко стало, необычно, словно в голову знания дали не по размеру. Они всплывают и всплывают, а откуда непонятно… я-то их точно в книгах никогда не читал.

– Понятно, – только и смог ответить. – И что мне дальше делать, ты, пока не знаешь?

– Мыслишка, тут, одна есть… Помнишь, горку у Разбойного бора? Ты туда, как сможешь, приходи, а я там ждать буду. Попробуем щель открыть, как в прошлый раз, и за одним проверим, можешь ты перемещаться между ними, как я, или нет, – задумчиво посмотрел он на меня.

– Понял. Попробуем, – только и сказал.

Очнулся, сижу на унитазе, как и сидел, штанцы спущены на колени. Во дела! Я ведь без трекера! Ну и достанется мне на орехи, от конторы: только начал работать, а уже такой прокол.

Вышел из туалета, ещё не успел надеть браслет, а на телефоне заиграл входной сигнал и лицо Олега нарисовалось, во весь экран. Видать, видеозвонки подключены.

– Ты куда пропал? – обеспокоенно спросил он.

– Да, понимаешь, какое дело… я в туалет пошёл и трекер снял… а там связь с дедом нарисовалась, – сбивчиво ответил я.

– Как нарисовалась? – заинтересовано спросил он, а сам аж прыснул от смеха.

– Ну, я вроде заснул, а он в тумане и явился, – ответил, и, не дожидаясь очередного подкола от него, добавил. – Предложил встретиться на утёсе в Разбойном бору.

– Когда? – спросил он.

– Как смогу, так и встретимся, – ответил.

Олег быстро переключился на конференцию с конторой. Решили, что завтра и поеду, Олег машину подгонит с утра, а Аня вылетит сегодня и установит там аппаратуру. На этом и распрощались, правда, не без Олежкиного подкола:

– Ты в следующий раз трекер-то с собой, в туалет, бери, предварительно сказав, куда пошёл, тогда никто тебя там фиксировать и не будет. Я думал, догадаешься или, хотя бы скотчем, камеру заклеишь, – рассмеялся он и отключился.

То же мне шутник, предупреждать надо. Да и дед хорош, выбрал момент, а мне теперь опять туда идти. Взял скотч и полностью замотал им весь трекер. Пусть теперь слушают и смотрят, -язвительно подумал про себя, направляясь в туалет.

Глава 11

Олег приехал за мной очень рано, часов, наверное, около четырёх, за окном чуть забрезжил рассвет. Сказал, что полчаса звонил в домофон, пока я трубку снял. Оправдываться не было сил. В полусонном состоянии, одевшись, вышел, за ним, на улицу и сел в машину. Продремал всю дорогу, пока ехали до бора. Когда добрались до места, он толкнул меня в бок:

– Хорош дрыхнуть, приехали!

Протерев глаза, осмотрелся по сторонам. Июльская жара сменилась на редкость холодной и промозглой погодой, особенно по утрам. Бор отделяла от нас стена плотного тумана, лишь кое-где, намёком, были видны размытые пятна веток деревьев, растущих на его окраине.

Подошёл Олег с термосом6

– Ну, ты и спать горазд. На, умойся.

Отшутился.

– Так я на карауле был, вдруг Серафим объявится, как в прошлый раз, – ответил, поливая на руки горячую воду и умывая лицо.

Сон как рукой сняло. Отпив из горлышка, пожалел, что не захватил с собой ничего поесть, в животе предательски заурчало. Отпил ещё пару глотков, чтобы притушить голод, подумав, что на обратном пути надо в поселковую столовую заехать, подкрепиться.

– Голодный, значит, – сказал Олег и сунул мне в руку, завёрнутый в салфетку, бутерброд.

Обрадованно, промычав спасибо, начал уминать за обе щеки булку с ветчиной и сыром.

Покончив с едой, запил его водой, и ещё раз огляделся по сторонам, в надежде, что туман немного рассеялся. Как бы не так.

– Ну, что, сколько ещё будем ждать вашего царского телодвижения? – подцепил Олег, намекая, что пора дело делать.

– Иду, иду, – пробубнил я, натягивая капюшон курки на голову и засовывая руки в карманы, чтобы в лесу сразу не промокнуть. Надо было сапоги прихватить, кроссы то в момент промокнут. Перехватив мой взгляд на ноги, Олег крикнул.

– Подожди, – и побежал к машине.

Вернулся с полусапожками жёлтого цвета, если бы не 44 размер, то подумал бы, что женские. Переобувшись, двинулся в лес, Олег остался у машины. Сделав несколько шагов вглубь, глянул на навигатор в телефоне, стрелка крутилась, как одурелая. Решил звякнуть Олегу, спросить, что делать, я ведь этот лес не знаю. Тут связь на телефоне пропала. По спине пробежали мурашки, то ли от страха, то ли от холода. Собрался вернуться обратно к машине, как почувствовал руку на плече.

– Илья, кончай психовать, я рядом, – услышал тихий голос Серафима.

Оглянулся кругом, никого. Только туман, в одном месте, словно кто разогнал. Опять почувствовал руку на плече.

– Я рядом. Куда рукой направлю – туда и иди, – уже более жёстко сказал дед.

Делать нечего. Направляемый Серафимом, вышел на тот самый взгорок, где договаривались встретиться. Здесь, на открытом месте, туман ветром сдуло и только лес внизу, словно зачарованный, стоял закутанный им.

По плечу резко хлопнули. Обернулся, стоит Серафим, как живой, при костюме, при кирзачах и улыбается:

– Ну, чо, притих, парниша? Испужался? Бывает. Я и сам ещо скумекать не могу, кто я, – и рубанул рукой в воздухе, – Держись! Прорвёмся!

Жестом указал мне на уступок скалы:

– Иди, поищи тот секрет, что на берегу показывал. Я подойти не могу, меня каменюка холодом затягивает.

Дед протянул руку в сторону выступа и пальцы его словно туман стали удлиняться и терять очертания. Он отдёрнул её обратно, и пальцы вернули свою форму:

– Вишь?

– Да, – протянул я, пытаясь сообразить, почему так происходит, может камень влажный или источник воды где-то тут близко есть.

– Про енто уже кумекал, – перехватив мои мысли, ответил Серафим. – Нету тута родников, ни под землёй, ни рядом.

– Значит, ты мои мысли читаешь? – не то испугался, не то удивился я.

– Как читаю? Ты ж вроде вслух сказал? – удивлённо посмотрел на меня дед.

– Не говорил я, а только подумал, – ответил ему.

– Значит, читаю… Во дела, – не то с грустью, не то удрученно, протянул он.

Решил покончить с эти неприятным моментом, подошёл к выступу сколы и порылся палочкой в песке, вспомнив предупреждение деда на берегу. Увидел тот самый переливающийся замок:

– Нашёл, Серафим. Что дальше дать?

Серафим тихо, будь то опасаясь, что нас кто-то услышит, сказал:

– Задень рукой. Только, чуток, не дави, – и сам отступил несколько шагов назад, спрятавшись за ствол толстой сосны.

– И что дальше будет? – обречённо спросил я.

– Не знаю, – услышал удаляющийся голос деда. – Увидимся… Меня зовут…

Ну, вот, приехали: сначала меня сюда привёл, а теперь его позвали… поди впаяют по первое, по второе и по третье, что я тут, без их спроса. Может нельзя это делать – опасно? С другой стороны, что конторе скажу? Струхнул? Мол дед привёл, показал, а я струсил… К чёрту! Пусть будет что будет и слегка коснулся замка пальцем.

Послышался лёгкий гул из-под земли, скрежетание, открылась щель, как в прошлый раз, с торчащим чёрным углом не то здания, не то какой иллюзии. Шагнул к ней и хотел прикоснуться, но меня словно кто-то остановил, будь то за руку схватил. Смотрю, опять Серафим из воздуха материализовался.

– Погодь, паря, – и шагнул внутрь, словно в пятно нефти провалился. И тишина….

Прошло несколько минут, а дед не появился, и ничего не происходит. Вдруг, в воздухе раздался хлопок, как от лопнувшего огромного шара, и щель исчезла.

Потоптался минут пять на месте, проверил сигнал на телефоне – связь появилась. Позвонил Олегу, описал ситуацию, он сказал возвращаться к машине.

Проверил, навигатор на телефоне – работает, однако я когда сюда шёл, запомнил, на всякий случай, сколько шагов куда надо сделать. Подсчёт шагов не пригодился: навигатор без проблем вывел меня к машине.

– Ну, ты, как? -первое, что спросил меня Олег.

– Вроде ничего. А вот дед? -ответил не зная, как подобрать слова.

– Что дед? Думаю, с ним всё будет в порядке: не зря же они его выбрали, знали на что шли. – сказал Олег, садясь в машину. – Поехали, пообедаем, я, тут ожидая тебя, жуть как проголодался.

Удивлённо посмотрел на него, вдруг промелькнула странная мысль:

– А сколько времени прошло, пока я был там?

– Так без малого, шесть часов, – Олег внимательно посмотрел на меня. – А тебе сколько показалось?

Глянул на телефон, время на экране, словно заколдованное прыгнуло, с 7—20 на 13—20, видать, синхронизировавшись с интернетом:

– Я думал не больше часа…

– Ничего себе! Ладно, не забивай голову, без нас есть кому с этим разбираться. Поехали в столовую или у тебя аппетит пропал? -успокоил Олег.

– Поехали, – сказал я, садясь в машину, ощущая внутри странную пустоту и беспокойство, как там дед.

Глава 12

В столовой все места были заняты. Неудивительно, у здания стояло два туристических автобуса. Оглядев зал, Олег прошёл на кухню и вынес оттуда небольшой стол и поставил в угол, рядом с пальмой в кадке. Я забрал, стоявшие у стены два, сложенных друг в друга, стула, и мы уселись за стол, где уже официант расставил, с подноса, тарелки с супом, и салаты.

Ели молча, под гомон голосов в зале. Когда закончили, столовая уже опустела, и мы остались одни. Олег посмотрел на меня внимательно:

– Пора ввести тебя в курс дела… ну, чтобы дров не наломал.

– В смысле?

– Когда Серафим ушёл из дома за псевдо-Симой, мы пустили за ним спутниковую слежку и дрон, чтобы проследить до Чёрной горы. Так вот, до горы он не дошёл… Его потеряли, когда он вошёл в лесок перед горой, словно сквозь землю провалился. Наши спецы всё там обыскали, аппаратурой обшарили, нашли только последние его следы на тропе, а потом ничего. Ни щели, никакого люка или двери… Как может физически живой человек вот так просто исчезнуть? Ну, или перейти в другую реальность?

– Может, это как с щелью, которая появилась на выступе, и он в ней, словно в нефтяном озере, утонул? Читал, можно с помощью звуковых колебаний, сделать камень жидким, словно вода… но, чтобы живой человек смог пройти через него, трудно представить. Хотя, всё, что за эти дни увидел, тоже.

– Я не учёный, а оперативник, и могу, из своего опыта, сделать только одно предположение, что там, где-то есть иллюзия.

– А как же аппаратура, которой проверяли? – вставил я.

– И аппаратуру обмануть можно, если знать на каких принципах она работает, – ответил Олег, глянув на дверь, он явно кого-то ждал.

Раздался вибрирующий звук телефона. Олег вытащил его из кармана, встал из-за стола и выскочил на улицу. Вот ведь шифруются, даже от меня. Вдруг звякнул и мой телефон. Экран засветился, но номер не определялся, подумал, что контора.

– Илья, иди скорее на берег, там встретимся, – услышал из него голос Серафима. Опешив от неожиданности, пока соображал, что надо спросить, дед отключился и экран погас.

Вышел на улицу, Олега нигде не было, а ждать нельзя, вдруг с дедом беда. Бегом направился к берегу. Если что, в конторе и так знают, где я, найдут.

Берег был пуст, волны шлёпались на песок, пенясь и шипя. Прошёл до места, где в прошлый раз была щель, прислушался к своим ощущениям, даже на телефон глянул. Ничего. Может опоздал, а может рано. Послышался шорох песка, словно ветерок перекатывает песчинки. Оглянулся, щель буквально на волос приоткрыта, а рядом Серафим стоит:

– Пойдём со мной, я тебе кое-что покажу, – и шасть в щель.

Подошёл поближе, коснулся её края и почувствовал, что меня, словно пылесосом, втянуло внутрь и лечу я вслед за эфемерным Серафимом по тёмному, узкому, как труба тоннелю, чуть подсвеченному каким-то странным отсветом, идущим откуда-то издалека впереди. Постепенно, стало светлеть, а впереди увеличиваться просвет, куда мы летели.

Бац. Очнулся. Надо мной испуганное лицо Олега:

– Ты жив?

Онемевшим языком ответил:

– Да…

– Зачем тебя сюда понесло? Не мог меня подождать? – с отчаяньем спросил он. – Я уж думал ты помер.

– Меня сюда дед позвал, – всё ещё, еле шевеля языком, ответил я.

– Зачем? – с нажимом, спросил Олег.

– Хотел, что-то показать, – прошептал я, казалось опять погружаясь то ли в дрёму, то ли в сон.

– Не спать! – гаркнул Олег, больно шлёпнув по щеке. – Дальше, что было?

– Щель приоткрыта была… дед позвал внутрь… меня затянуло… а там длинный тоннель и свет, – почти теряя сознание, ответил я.

Он затряс меня и плеснул водой в лицо, затем приподнял и налил воды в рот, но у меня не получалось глотнуть её, словно все мышцы атрофировались.

Послышался шум вертолёта, голоса людей.

– Сколько времени он был без сознания? -спросил кто-то.

– Минут тридцать, – ответил Олег.

– Если функция дыхания была угнетена, то от кислородного голодания, мозг мог пострадать. И к аппарату с кислородом подключать его сейчас опасно, – последнее, что услышал я и погрузился в тоннель, летя к свету, вслед за дедом.

Очнулся. Кругом белые стены, надо мной какой-то белый зонтик и оттуда веет озоном, как при грозе. Огляделся, похоже в больничной палате. Рядом на стуле лежит мой телефон и трекер. Первая мысль, надо позвонить маме. Хоть я давно живу самостоятельно, но у нас с ней договорённость, раз в неделю я ей отзваниваюсь, чтобы сказать, что у меня всё хорошо и узнать, как у неё дела.

Набрал номер, длинный, продолжительный гудок. Забеспокоился, почему трубку не берёт. Наконец, услышал мамин голос:

– Илья, это ты?

– Да, – ответил тихо.

– С тобой всё в порядке? Почему говоришь шёпотом? – обеспокоенно спросила она.

– Всё в порядке, только чуть приболел, – постарался успокоить.

– А мне, понимаешь, какой сон, накануне, приснился. Будь-то идёшь ты по лесу, с каким-то стареньким дедком, а кругом туман такой стоит, что ёлки только рядом и видно, а дальше ни зги. Я ещё забеспокоилась, не заблудились ли вы, может от группы отбились. Хорошо, что позвонил, а то места себе не находила, – обрадованным голосом сказала мама.

– Не волнуйся ты так, всё хорошо, – постарался уже более бодрым голосом ответить, а у самого мурашки по спине от маминого сна пошли. Вот ведь её сердце не обманешь. Как она так всё чувствует, что со мной происходит? И ведь не впервой. Постарался перевести тему.

– Как у тебя дела, как здоровье? Надеюсь, не забываешь гулять два часа каждый день?

– Всё нормально. И гулять не забываю. Главное, ты там поаккуратнее будь, на своей новой работе. Видать она не такая тихая и спокойная, как старая.

– Постараюсь, – хотел ещё, что-то сказать, но она перебила.

– Извини, у меня в духовке пирожки подгорают. Света обещала зайти… Пока, – и отключила звонок.

Я бы тоже сейчас пирожков с зелёным луком или ливером потрескал. Похоже, прихожу в норму, раз аппетит проснулся.

Дверь открылась и вошёл тот самый загадочный мужчина в сером костюме. Похоже разноса от руководства мне не миновать.

Глава 13

– Ну, привет, Илья. Давай будем знакомиться. Меня зовут Юнатов, – сказал он, переложив телефон и трекер со стула на окно, и, отодвинув его немного от кровати, сел.

Собрался уже встать, как-то несолидно с начальством лежа разговаривать, но он сделал знак рукой, чтобы не поднимался.

– Лежи, лежи… Я постараюсь кратко ввести тебя в курс дела, чтобы не переутомлять, – навалился он на спинку стула и уставился на меня пронзительным взглядом.

– Дело, Илья, такое… Мы пока не определились, что произошло. На сегодня, у меня одна версия, косвенно подтверждённая полученными данными. Те, кто забрал Серафима, сделали это, чтобы он не привлекал, опасного для них, внимания людей к тоннелям. За одним, они решили прибрать и тебя, поскольку ты эмоционально привязался к нему и много чего увидел, чтобы просто так забыть и отступить. То, что Серафим где-то там в стазисе и подключён к некому полю, как он говорит, вполне возможно. Но, поскольку, ты заметил, и подтверждают аппаратные данные, его речь стилистически изменилась, то можно говорить, с его сознанием что-то происходит. Вероятно, она меняется или распадается, поэтому, пытаясь сохранить себя, хватается за тебя – последнюю эмоциональную связь с этим миром. И это Илья для тебя опасно, как ты уже убедился, возможности поля безграничные и могут проникать, как в сознание, сны, так управлять твоим телефоном. Отсюда, какой вывод?

– Не доверять ему? – ответил я.

– Точно! Но и наблюдать, как меняется его речь. Поверь, алгоритмы человеческого поведения и мышления непредсказуемы для других разумных существ на Земле. Мы не знаем истинные цели тех, кто его забрал. Хотя, псевдо-Сима озвучила их, но, у меня, до сих пор, не было ни одного зафиксированного факта их участия в человеческих делах… даже подозрения. Она утверждает, что они опираются в своей деятельности на специально отобранных людей, чтобы уберечь человечество от техногенных катастроф. Но, тем не менее, катастрофы случались… Конечно, не исключаю, что они понимают спасение людей или жизни на Земле по-своему, в своём, так сказать, ключе, который для нас не очевиден. Твоя, Илья, задача, помочь нам разобраться в их деятельности. И, единственная возможность, единственная ниточка, которая связывает нас и их, это ты и Серафим.

Подумал, как же мне узнать о них хоть что-то, если деду теперь доверять нельзя и есть риск, что он может меня до смерти довести. Словно прочтя мои мысли, Юнатов ответил:

– Помнишь, как псевдо-Сима сказала про деда?

– Шут гороховый? – вспомнил я.

– Точно. Если она деду дала такую характеристику, то не спроста. Вероятно, хотела сказать, что он в любой ситуации будет оставаться собой или быть себе на уме. Я надеюсь, он сможет обхитрить тех, кто его забрал, и проторить дорожку нам к их тайнам. Если их цели действительно такие, как заявила Сима, то мы сможем с ними сотрудничать, если нет – будем искать пути давления, чтобы сохранить баланс и снять угрозы.

– Может вы меня потренируете, научите, как с дедом общаться и противостоять их влиянию? – спросил, понимая свою беспомощность перед неизвестной силой, чуть не убившей меня.

– Потренируем. Обязательно потренируем, кой-каким оборудованием оснастим, но главное ты должен контролировать то, что чувствуешь сам, как сам понимаешь ситуацию. Иногда, это бывает более ценно и спасает лучше любого оборудования. Илья, ты должен научиться доверять себе, ведь не просто так дед тебя выбрал, он что-то в тебе увидел…, и они тоже, – Юнатов посмотрел на меня так, словно сам попытался проникнуть в мою голову и это узнать.

Затем жёстко добавил:

– Главное, чтобы, когда сознание будет покидать тело, душа не покинула его.

Удивлённо уставился на него.

Вдруг Юнатов посмотрел на меня глазами Серафима, и тихо сказал голосом деда:

– Ты, чо, Илюха, про шаманские практики не слыхал?

От неожиданности, я подскочил на кровати, она скрипнула, Юнатов дёрнул головой, словно прогоняя наваждение:

– Вот видишь, он и до меня, через тебя, добрался.

– А может у меня крыша едет? – неуверенно спросил я.

– Нет не едет. Поверь, я чувствовал его и говорил от его имени.

Он резко встал со стула, повернулся к окну, окинул его взглядом, зачем-то посмотрел в угол и, повернувшись ко мне, с усмешкой сказал:

– Видимо, приключение будет ещё то. Я к тебе Аню пришлю, чтобы тут была и всё фиксировала… Ну, и Олег пусть заглядывает, для подстраховки. Ты, тоже подумай, что могло быть общего у тебя и деда, в прошлом… Такие связи просто так не образуются, – и вышел.

Сразу вошла Аня и Олег.

– Привет. – поздоровались они одновременно и стали расставлять по углам длинные стойки-треноги, а затем, на окно повесили странную штору, словно металлическую, мелкого решётчатого переплетения.

Видать решили меня от внешнего воздействия изолировать, хотя вряд ли это сработает, почему-то пришло в голову.

Олег сходил, принёс кушетку, поставил к стене, и Аня, устроившись на ней, сказала:

– Илья не обращай на меня внимание, я мешать не буду.

– Ничего себе не обращай внимание, – буркнул про себя, мне что, теперь даже и не всхрапнуть во сне или того хуже, лишний раз в туалет не сходить.

До неё, похоже, дошёл смысл, брошенного мной в её сторону, взгляда, она встала с кушетки:

– Ладно, дрыхни тут один. Приду, когда датчики сработают.

Облегчённо вздохнул, провожая взглядом её до двери. Затем лёг на спину, закрыл глаза и увидел тоннель, по которому лечу вслед за дедом. Резко открыл глаза, сел и горестно подумал, какого хрена я ввязался во всю эту историю? Что теперь уже и спать нельзя?

Глава 14

Очнулся и вздрогнул от неожиданности: меня буравили глаза из-за верёвочной шторки, прицепленной к шапке из меха оленя.

– Кто вы? – невольно вырвалось у меня, и я резко сел на кровати, рассматривая худощавого невысокого мужчину, в белом халате, со странной шапкой на голове.

– Шаман Таназыр. Для коллег – Серёга. Будем знакомы, – тихим, спокойным голосом ответил он и сел ко мне на освободившийся край кровати.

– Вас Юнатов послал? – спросил, удивившись тому, что мне придётся обучаться шаманским практикам.

Словно прочитав мои мысли, он так же тихо и спокойно, ответил:

– Такому не научишь, оно либо есть, либо нет. Если не поймёшь, что скажу, значит тебе это не дано.

– Что не дано? – продолжал сомневаться в реальности шамана и его слов.

– Правильно, что сомневаешься, надо во всём сомневаться и верить только в то, во что безусловно веришь, – продолжая читать меня, как открытую книгу, тихо продолжил он.

Задел его руку, кожа была сухая, как бумага и горячая.

– Ну, что? Удостоверился, что я реальный? – чуть с иронией в голосе, спросил он. – Тогда приступим.

Он встал напротив меня и, чуть раскачиваясь, стал попеременно пружинить ногами в коленях под негромкое, но звонкое и ритмичное похлопывание в ладоши, одновременно перемещая руки по кругу перед собой. Сделав полный круг, ткнул меня в грудь.

– Кто ты? – чуть с нажимом сказал он, но всё тем же тихим голосом.

Замешкался, пытаясь понять, о каком моём я идёт речь.

– Вот, правильно, что пытаешься понять, – обрадованно откликнулся он.

Ещё раз ткнул меня в грудь и спросил:

– Кто, ты, Илья?

– Неудачник, – вырвалось у меня. – Вечно вляпываюсь в какие-то истории, вот как с Серафимом…

– А, может ты оказался в нужное время, в нужном месте, просто пока не осознал смысл происходящего, – совсем тихо произнёс он.

– Как это понять? Может вы меня научите? – чуть с вызовом сказал я, считая его слова пустой отмазкой, чтобы оправдать мою невезучесть.

– Я же говорил, что научить этому нельзя, если нет этого внутри, – спокойно ответил он. – Вот сейчас мы это и проверим.

Он встал, вышел на середину комнаты и стал вращаться против часовой стрелки на месте, звонко хлопая в ладоши. Интересно, зачем он это делает? Правда, где-то читал, что в некоторых старых верованиях так отпугивали злых духов.

– Отпугиваю незваных гостей, чтоб не подселились в нас, – продолжил он, опять прочитав мои мысли.

– Иди сюда, – поманил он меня рукой, продолжая кружить на месте и ритмично похлопывая в ладоши.

Наскоро надев спортивный костюм, висевший на спинке кровати, и тапки на босу ногу, подошёл к нему.

Он остановился, взял меня за руку и негромко, звучно, вверх, издал звук:

– А-а-ааа!

Звук был тонкий, однородный и одновременно плотный, словно струёй пробивающий потолок и уходящий куда-то, в пространство. Я невольно посмотрел на потолок.

– Верно. Это техника единения и повышения. Неважно какой звук или слово, важен смысл происходящего, -, как в порядке вещей, прочитал он мои ощущения. Может он слепой? Говорят, у них очень обострены слух и визуализация…

Таназыр не ответил на это предположение, а повторил опять акающий звук. Но, теперь он словно падал куда-то вниз, под пол, и двоился или даже троился. Я глянул себе под ноги.

– Верно, – похвалил он. – Это техника падения или выявления тех, кого не видно, но они рядом. Тебе сейчас показалось, что звук расслоился на три, но нас здесь двое, значит есть кто-то ещё.

Он вытащил из кармана необычную кисть: медная рукоятка, размером с ладонь и длинные, не меньше 20 сантиметров, белые тонкие, мягкие волосы, колеблющиеся от малейшего движения. Таназыр стал размахивать кистью вокруг себя, словно рисуя какие-то символы или буквы. Пару раз кисть, словно столкнулась с чем-то в воздухе, даже послышалось лёгкое потрескивание электричества.

– Видел? – прошептал он и опять провёл кистью по замеченным местам, потрескивание повторилось.

– Что это? – так же шёпотом спросил я.

– А как думаешь? – казалось мысленно спросил он меня.

– Наверное щель… только невидимая, – вдруг озарило меня.

– Точно. Вот так они нас везде и подслушивают, – пришли мне в голову тихие слова шамана.

– Ну ладно. На сегодня достаточно, – чуть более громко сказал он и потопал ногами на месте, изображая, что уходит.

Я сообразил, что надо подыграть ему и, на цыпочках, подошёл к двери и хлопнул ею. Шаман взмахнул и прошёлся кистью по месту, где была щель, потрескивания не повторилось. Я с облегчением вздохнул, значит, они всё-таки закрываются.

Шаман, словно в задумчивости, стоял посередине комнаты, оглядываясь по сторонам.

– Ты, чо, Ильюха, думаешь, вы меня обманули? Ха, ха, ха… Слухай сюда! – услышал я знакомый голос Серафима, идущий от Таназыра.

Сделав паузу, словно проверяя, пришёл ли я в себя от услышанного, дед сказал:

– Не дрейф! Больше к тебе в голову лезть не буду – опасно. Пробовал к Юнатову… так он шибко начальник, да и сам себе на уме. А вот Таназыр – как раз. Так что бери Таназырку, Аньку, Олежку и дуйте в Кудымкар к горе Изъюр. Там место приметное есть – дуб здоровущий. Вот к нему и топайте, там встретимся.

Шаман дёрнулся и, повернувшись ко мне, тихо спросил:

– Что он тебе сказал?

– Сказал, надо ехать в Кудымкар, к горе Изъюр, – озабоченно ответил я, пытаясь понять, как дед смог шамана обмануть.

– Расслабился, вот и попался. Видать я теперь с тобой одной верёвочкой повязан, – ответил он на мои мысли. – Пойду сообщу Ане и Олегу, чтобы собирались, да самолёт заказывали, – и вышел за дверь.

Потоптался на месте, прислушиваясь к ощущениям… Вроде всё тихо. Одно утешение, что дед больше мне в голову лезть не будет, да и то, что это Серафим, почти убеждён, уж больно речь характерная была.

Вошёл мужчина в белом халате, с бейджиком “ А. Сидоров» с угрюмым, заросшим лёгкой щетиной, лицом, и сухим, безликим голосом сказал:

– Я понимаю, что работа и прочее… но будь моя воля, я бы тебя тут недели на две запер и прогнал по всем тестам. Кто знает, что ты там подцепил.

И более уже покладистым голосом продолжил:

– Раздевайся, я датчики прикреплю и прогоним хотя бы один, на общее самочувствие.

Глава 15

Высадились, из вертолёта, у небольшого лесочка, рядом с дорогой ведущей на Кудымкар. Погода отменная, на небе ни облачка, тихо, сухо, то тут, то там, среди лиственных деревьев, проглядывали небольшие ёлочки, оттенявшие своей тёмной хвоей, начавшие желтеть кроны, предвещающие ранний приход осени.

Нас пятеро: я, Таназыр, Аня, Олег и тот самый доктор Сидоров, который тестировал меня перед отлётом. Одет он был, как и мы, в форму охотника с камуфляжным рисунком. Сейчас сразу стало ясно по осанке и сноровке, как вытаскивал из вертолёта свои два баула, что он явно из военных. Вероятно, был военврачом. Олег и Анна высадились налегке, с небольшими походными рюкзаками, Таназыр только с холщовой котомкой, надетой через плечо. Мне вообще ничего не дали, кроме телефона и трекера. Правда, в кармане брюк обнаружил пачку влажных салфеток, да в куртке небольшую плитку армейского шоколада. Невольно возник вопрос, подсказанный желудком, где будем завтракать, ведь вылетели засветло и кроме воды из стакана, стоявшего у меня на тумбочке, в палате, сегодня ничего съестного не видел. Шоколад не в счёт, им не наешься. Я вообще-то надеялся, что мы прибудем, в аэропорт Кудымкара, поселимся в гостинице и, как люди, позавтракав, осмотрим его достопримечательности, а уж потом окрестности. Похоже надеждам на вкусный завтрак не суждено сбыться.

Подошла Аня сунула мне в руки батончик и фляжку:

– На, перекуси. Сейчас двинемся.

От удивления даже округлил на неё глаза, я ведь не ребёнок или школотрон какой, чтобы батончиками пробавляться.

Почувствовал руку на плече, как тогда в разбойном бору, и тихий голос Серафима:

– Пора… Слушай меня и не торопись, если что…

Обернулся, на плече лежала рука Таназыра, его глаза под шторкой закрыты.

Посмотрел на остальных, они похоже всё уже поняли и стояли наготове.

Рука Таназыра подтолкнула меня вперёд. С сожалением, наскоро засунул батончик и фляжку в карманы куртки.

Дуб, о котором говорил Серафим, как раз был за тем леском, где мы сели. Он ровно наполовину врос к каменный, торчащий из земли, небольшой выступ. Таназыр подвёл меня к нему вплотную. Тишина, рука на плече исчезла, да и голоса деда не слышно. Оглянулся, все напряжённо смотрели на меня, только у Серёги глаза так и были закрыты. Значит, надо ждать.

Вдруг камень, в который врос дуб, словно заскрипел и заворочался на месте… а может у меня двоилось в глазах, от страха, припомнив, как прошлый раз чуть не отдал концы, летя в тоннеле. Нет, камень действительно повернулся, буквально настолько, что образовалась щель с полметра, из которой потянуло холодным сквозняком и запахом сырой земли. Лезть в неё точно не хотелось. Почувствовал опять руку Таназыра на плече и голос деда:

– Иди!

Пришлось подчиниться и боком сделать несколько шагов в щель, опасаясь, что она начнёт сужаться.

Оказались в небольшом тоннеле, чуть подсвеченном светом, откуда-то, далеко впереди, точь-в-точь, как тогда, когда летел за дедом. Рука Таназыра легла на плечо.

– Стой! – сказал он голосом Серафима, и рука с плеча исчезла.

– Дальше идти нельзя, – сказал тихо Таназыр своим голосом. – Там опасно – смерть… много смертей.

– Что делать будем? – спросил Олег.

Я автоматически ответил.

– Будем ждать сигнал от деда, – и, словно предчувствуя вопрос, добавил. – Сколько потребуется.

– Так ребятки, займёмся делом, – раздался деловитый голос врача. – Олег, фиксируй щель пеной, Ань, помоги мне закрепить палатку на входе. Таназыр, посмотри кругом, может, есть ещё где выход отсюда.

Всё кругом, что-то делали, шуршали, переговаривались, пыхтели в узком проёме тоннеля, только я один стоял отрешённый, словно скованный какой-то силой, не дающей мне двинуть ни рукой, ни ногой, иногда возникали неприятные ощущения в голове, словно кто проводил туда-сюда сильным магнитным полем, что, аж, в ней гудело.

Вдруг увидел, что к нам очень быстро приближается какой-то желтоватый, полупрозрачный объект, словно стена, перекрывающая всё пространство тоннеля. Все замерли, не зная, что делать.

Почувствовал руку у себя на плече и голос Серафима:

– Как махну рукой, наберите воздуха, задержите дыхание и закройте глаза.

Таназыр махнул рукой, я вдохнул и закрыл глаза. Раз, два, три, четыре… медленно тянулись секунды. Таназыр ударил по плечу и сказал:

– Можно выдохнуть и открыть глаза.

Открыв глаза, поразился, тоннель стал другим: гладкие каменные стены были освещены желтовато-зеленоватым светом, идущим откуда-то сверху, словно через потолок тоннеля. Промелькнуло в голове, что может жёлтая волна снимала маскировку?

Рука Таназыра толкнула меня вперёд, и он голосом деда сказал:

– Смелей, Ильюха. Не робей.

Не успели сделать несколько шагов, как тоннель на наших глазах стал превращаться в круглое помещение, куполообразной формы и свет теперь шёл сверху, освещая лучами гладкие стены, словно сделанные из белого мрамора. Иллюзия, промелькнуло у меня в голове.

– Она самая, – ответил Серафим.

– Тогда, где мы на самом деле? – обеспокоился я.

– Там же, где и стояли. Разве, кто позволит вам шастать в чужом доме без разрешения? – чуть ехидно откликнулся он.

– Тогда, зачем всё это? Что ты мне хочешь показать? – почувствовав себя обманутым, спросил я раздражённо.

– Да, не психуй, Ильюха. Сейчас всё покажу, – примиряюще сказал дед, и, комната превратилась в площадку утёса, у разбойного бора, где псевдо-Сима ушла в пространство, словно состоящее из тысячи мелких зеркал.

Ощущение было, словно мы и правда находимся там: скрип сосен, лёгкий прохладный ветерок с запахом хвои, солнце, выглядывающее из-за полосы туч вдоль горизонта и бескрайний лесной простор внизу, под утёсом.

Сидоров обошёл площадку, потопал зачем-то ногой, прислушался, понюхал воздух, провёл рукой по маленькой сосенке, торчащей из земли, сорвал несколько хвоинок и растёр в руке. Аня достала из кармана горсть небольших металлических шаров и бросила их перед собой. Шары не покатились, а как упали, так замерли на месте.

– Иллюзия, – в один голос сказали они.

– Но, здесь есть реальность, и я её вижу. Возьмите меня за руки! – приказал Таназыр.

Мы взяли друг друга за руки, образовав круг. Окружающий мир начал съезжать вниз, распадаться на куски, а вместо него проступать всё таже круглая комната, со светом идущим сверху. Но теперь она не была пуста, вокруг нас радиально к стенам стояли одинаковые саркофаги из серого гранита. Они были все одинаковые. Мы вдруг поняли, что в одном из них теплится сознание Серафима. Но, как узнать, в каком? И можно ли его просто так открыть?

– Поздно, – услышал голос Серафима, произнесённый Таназыром. – Вы здесь не для того, чтобы меня спасать. Вы здесь, чтобы убедиться – они есть! Ты да я – нить, связывающая наши миры, чтобы найти общий язык. Пока не поздно… Всё. Возвращайтесь, время вышло. У вас пять минут, чтобы покинуть щель.

Свет погас, и мы снова очутились в тоннеле, с еле пробивающим, через щель, светом снаружи.

Когда выскочили из щели, она уже начала закрываться и никакой пенный цемент, которым пытался её укрепить Олег не помог. Минута и от щели не осталось и следа.

Олег попытался включить телефон, он не работал. Сидоров подошёл к кусту, растущему на краю поляны, и вытащил из-под него рюкзак, достал старый, видавший виды, радиотелефон и протянул ему. Вот ведь предусмотрительный. Через некоторое время Олег докладывал по телефону, что мы живы, здоровы и первый контакт состоялся. Вернувшись к нам, сказал, что собираем монатки и едем на базу, писать отчёты.

– А позавтракать? А город посмотреть? – не удержался я.

– Вот, детский сад! Как с таким работать? Аня, ты, разве ему не выдала завтрак? – бросил Олег, направляясь в сторону, откуда уже доносился шум приземлившегося вертолёта.

Это что, тот баточник и есть завтрак, удивился я, шаря по карманам. Не нашёл. Видать потерял, когда в щели ползал.

– Держи, – услышал за спиной. Повернулся, Сидоров протянул мне два батончика. Фляжку с водой я достал из кармана.

– Спасибо, – ответил, подумав, ну, хоть одна добрая душа есть в этой конторе, не то, что садюги Олег и Аня.

Глава 16

Прилетели быстро. На вертолётной площадке нас поджидал небольшой беспилотный автобус без боковых панелей, с сидениями, расположенными с обеих сторон от, тянувшейся вдоль него, центральной перегородки. Пока ехали к главному корпусу, по аккуратному коттеджному посёлку, с одинаковыми домиками, Сидоров предупредил, что я иду с ним в лабораторию, для прохождения контрольного теста, потом он проводит меня в столовую и к коттеджу, где буду теперь жить. Главный корпус снаружи был похож на самолётный ангар, однако внутри оказалось, что это офисное здание. Вот такая маскировка. Вдоль фасадной стены тянулся длинный коридор с несколькими кабинами лифтов. Аня и Олег, не прощаясь, вошли в первую, мы с Сидоровым во вторую. Опустились вниз, на 8 этаж, где располагалось больничное отделение. Интересно, сколько же у здания этажей под землёй, но не решился задать этот вопрос доктору.

Быстро обвешав меня датчиками, Сидоров снял показания, и мы отправились в столовую, где на входе стояла, поджидая нас, Аня. Она сунула мне в руки электронную карту, сказав, что ей я буду расплачиваться за еду, она же ключ к моему дому и допуск в отдел, где теперь работаю.

Я, конечно, не гурман, но столовая приятно удивила большим выбором блюд и качеством приготовления. Позавтракав, пообедав и почти поужинав, отправился на платформе-автобусе, в сопровождении врача, к новому месту жительства. Остановившись у одного из коттеджей, Сидоров махнул в его сторону рукой и сказал, что он теперь мой.

Домик впечатлил комфортом: просторно, небольшая кухня с варочной панелью, холодильником и комплектом необходимой посуды, барная стойка отделяла её от комнаты, где в углу стоял письменный стол, рядом диван, сбоку в стене два вместительных шкафа для одежды, а напротив огромная интерактивная панель, далее санузел с душем.

– Вопросы есть? – спросил Сидоров. Увидев, что я мотнул головой, мол, нет, он попрощался и вышел за дверь.

Плюхнулся на диван, озирая, довольным взглядом, своё новое жильё. Собрался было позвонить маме, обрадовать, что у меня теперь не только есть работа, но и свой дом, как почувствовал, что клонит в сон, видать сказался плотный обед, да и усталость, от пребывания в щели. Устроившись поудобнее на диване, ощутил, что проваливаюсь в мягкую дремоту…

Проснулся от сигнала телефона. Звонил Олег:

– Дрыхнешь, соня? – сказал он ехидно, увидев моё заспанное лицо.

– Да, я только прикорнул… сам знаешь, послеобеденный отдых – дело святое, – оправдался я, усиленно растирая занемевшее ухо. Глянул на трекер, ничего себе, уже семь утра, а мне показалось, что всего-то и поспал полчаса.

– Через полчаса будь у главного корпуса. Начальник желает на тебя посмотреть и познакомить с коллективом, – уже серьёзно сказал он и отключился.

– Начальник желает, – передразнил я его и пошёл принимать душ, как ни как, для первого знакомства с начальством надо предстать в подобающем виде, а не в таком, пахнущем потом и какой-то земляной хренью.

Через 15 минут был, как штык, у корпуса, быстренько забежал в столовую перекусить и подошёл к двери в офис. Никто меня не встречал, а я не знаю, где мой отдел и, как назло, не у кого было спросить. Потоптавшись на месте ещё минуту, наконец сообразил, что надо позвонить Олегу. Он сразу ответил:

– Ну, ты, где?

– А, встретить, проводить? – в ответ спросил я.

– Тебе, что Аня не объяснила, как картой пользоваться? – уставился он на меня возмущённо.

– В смысле? Что платить? Да. Что открывать двери? Да. Но, что она меня ещё и до двери отдела доведёт? Нет, – решил немного подначить его, уж больно он что-то на меня всё время напирает, нашёл тоже мальчика для битья.

Кажись, он понял мой посыл и уже более спокойно и вежливо ответил.

– Видишь сканер на двери? Проведи перед ним картой. Дверь откроется, подойди к лифту и тоже проведи картой перед сканером, он тебя доставит на нужный этаж. А уж, думаю, дальше ты не заблудишься, – и отключился.

Лифт мгновенно опустил меня на шестой этаж, двери открылись, и я увидел длинный коридор, с одной единственной дверью, на которой красовались три большие буквы – К И Т. Как только подошёл к двери, она отъехала в сторону, открыв длинный коридор, по обе стороны которого тянулись матовые, полупрозрачные, стеклянные стены, за которыми угадывались помещения, отделённые друг от друга перегородками. И кругом ни души…

– Что заблудились? – услышал у себя за спиной знакомый голос.

Обернувшись, увидел Юнатова, удивившись, как он так незаметно подошёл ко мне.

Мотнул головой в знак неопределённости, и, вспомнив, что надо поздороваться, промямлил:

– Здрасте.

– Здрасте, – не то передразнил он меня, не то, на полном серьёзе, повторил и сделал знак рукой, предлагая следовать за ним, двинувшись вглубь по коридору.

Глава 17

Пройдя несколько метров, Юнатов остановился и махнул рукой перед стеклянной стеной, появились контуры двери, она чуть утопилась внутрь и отъехала в сторону. Он повернулся ко мне и сказал:

– Заходи. – и шагнул внутрь.

Внутри помещения было совсем пусто. Ну, абсолютно: ни стула, ни стола, ни намёка на дверь в другое помещение, если это тамбур, как сначала подумал я.

– Предпочитаешь диван или стул? – с полуулыбкой спросил он.

– Всё равно, – ответил, удивясь такому странному вопросу, в пустом помещении, он что стул или диван мне нашаманит, или Аня с Олегом их припрут?

Подойдя к боковой перегородке, он коснулся её рукой, на ней возник светящийся круг и вдруг пол под ногами словно ожил и напротив меня у стены стал из него подниматься и формироваться настоящий офисный диван. Я невольно отшагнул назад и почувствовал, что во что-то упёрся. Повернулся, за мной возвышался небольшой овальный стол, похоже тоже возникший из пола, судя по фактуре. Сформировавшийся диван тронулся с места, доскользил до меня и остановился. Я автоматически сел, и он придвинул меня к столу. Вероятно, выражение моего лица было настолько глупое и удивлённое, что Юнатов сказал успокоительно:

– Илья, тут кругом очень много интересных штук и технологий, которые опережают всё то, что ты до этого видел. Ты постепенно освоишься и разберёшься, а сейчас, я тебя познакомлю с твоим коллективом.

В открытую дверь стали входить люди, больше похожие, по одежде и расслабленности, на студентов, чем на людей, занимающихся безопасностью страны, никакого намёка на униформу у них и близко не было. Подумал, а не разводит ли он меня, может я в какой секте оказался, которая просто глубоко законспирирована и о ней никто не знает, ведь я же о них нигде и никогда не слышал, хотя, грешен, что одно время увлекался всякими конспирологическими теориями.

Последней вошла небольшая сухонькая старушка, в длинном синем льняном платье, цветастом переднике с большими карманами и голубой косынкой на голове, подумал, что это местная уборщица.

Она подошла ко мне, протянула сухонькую ладошку, поздороваться. Я обхватил её своей лапищей, рука была холодная, словно мраморная.

– Будем знакомы, Илья. Меня зовут Яга, я руковожу этим отделом и рада, что ты вливаешься в наш коллектив, – скрипучим голосом, тихо сказала она, буравя меня странным потусторонним голубым взглядом, который словно затягивал внутрь.

Почувствовав чью-то руку на плече, наконец, смог от него оторваться.

– Илья, забыл тебя предупредить, что у Яги особенный взгляд и лучше тебе не смотреть ей в глаза, – как-то вкрадчиво произнёс Юнатов, но мне показалось, что он специально не предупредил меня, словно это было неким испытанием, экзаменом. Похоже, я его провалил.

Опустил глаза, физически ощущая, как она отводит свой в сторону, а затем говорит.

– Илья, извини, что так вышло, – и без перехода. – Аню и Олега, ты уже знаешь. Они наши оперативники. С Таназыром тоже уже знаком. Он шаман, специалист по контактам с потусторонним.

Глянув на молодого человека, в чёрной бейсболке, фланелевой расстегнутой рубашке, под которой красовалась красная футболка с изображением чёрного дракона и потёртых джинсах, с открытым взглядом серых глаз, я никогда бы не признал того Таназыра со шторкой на глазах, у которого, мне показалось, они были чёрные, словно пропасть.

Яга продолжала, направляя сухонькую руку на своего очередного подчинённого:

– Это Слава – этнограф-филолог. Это Ирина – философ-концептуалист, а это – Алексей -математик-криптограф. Ещё два наших специалиста сейчас в командировке: Ирей- специалист по древним языкам и Окос – археолог. С ними познакомишься завтра.

Махнув рукой в мою сторону, она сказала, как мне показалась, чуть неуверенно:

– Это Илья. Он наш контактёр с цивилизацией, которую мы считали вымершей. Хоть он технарь и не нашего профиля, но думаю его свежий взгляд в нашем деле не помешает…

Повернувшись к Юнатову, Яга спросила:

– Вы что ни будь добавите?

Юнатов, как мне показалось, чуть насуплено сказал.

– Эта, как мы считали, вымершая цивилизация, действует непосредственно в нашей зоне ответственности. С этим нельзя не считаться. Она использует очень продвинутые технологии управления разумом и создания иллюзий. Мы должны в максимально короткие сроки выяснить, что это за цивилизация, чем она здесь занимается, оценить все риски и принять решения. Все отпуска и выходные отменяются, всем постоянно быть на связи… даже когда идёте в туалет.

У меня аж уши вспыхнули, от намёка, в его последних словах, на мой прокол. Хорошо, что никто из ребят не отреагировал на его слова и все быстро покинули мой сектор. Я остался один с полным непониманием, чем сейчас буду заниматься.

Глава 18

Все вышли, остались только я и Яга, то бишь мой начальник. Честно говоря, было страшновато с ней быть один на один.

Повернувшись ко мне, но глядя в сторону, Яга негромко сказала:

– Ты, Ильюша, меня не бойся. Это только с виду я такая страшная. На лопату сажать не буду и в печь не отправлю… Ха-ха-ха, – рассмеялась она тихим скрипучим смехом. – Всё в прошлом…

У меня аж мурашки пробежали по спине от её смеха. Вдруг озарило, это и вправду Баба Яга из былин и сказок.

Словно поняв моё состояние, она подошла к стене, отделявшей мой кабинет от соседнего, и постучала костлявой рукой по матовому стеклу. С той стороны, кто-то приложил ладонь.

– За перегородкой всегда будет Таназыр. Если что, или Серафим выйдет на связь, ты увидишь его ладонь, приложенную к стеклу, тебе надо будет только её коснуться, чтобы войти в контакт с ним… Ну, или тем, кто выйдет, – словно в размышлении проговорила она.

– Понятно, – тихо ответил я, за неимением других слов в голове.

– Илья, пойми, кто бы с тобой оттуда не говорил, ты не должен ни в какую поддаваться эмоциям. Это единственная твоя защита, -с нажимом сказала она, мельком глянув на меня, отчего словно холод рубанул меня по лицу. – Это трудно, понимаю… Поэтому, думаю начать надо с того, что Таназыр будет учить тебя понемногу медитировать на бесчувствие, ещё Сидоров кое-какие микстурки подберёт. А там видно будет.

– А если не получится? – усомнился я, зная свою слабость ко всяким ассоциациям и эмоциям.

– Должен! Иначе хана. Запутают, будут нами манипулировать, в своих целях. Нет у нас времени во всём этом разбираться, – напряжённо, но не повышая голоса дожимала меня.

Уж лучше бы она взяла на себя эту роль, её то никто не сможет облапошить.

Словно прочитав мои мысли, она чуть сгорбилась и потирая сухонькие ладошки, рассмеялась:

– Уж я-то бы разобралась! Но, они со мной на контакт не пойдут, да и Серафим тебя не просто так выбрал, вот в чём загвоздка. Ладно, пошла, а ты тут пока осваивайся. Главное, не паникуй, старайся воспринимать всё, словно кино. В конце концов, думаю, они ничего тебе плохого не сделают, раз до этого не пытались. Да и Таназыр рядом, если что подсобит. – и Яга вышла из комнаты. Дверь закрылась за ней, но меня не покидало чувство, что она всё ещё тут.

Наконец, навязчивое ощущение покинуло меня, вздохнул, с облегчением, и подумал, что надо присесть на диванчик и перевести дух. Диван сам подъехал сзади, и я плюхнулся на него.

Посидев минут пять, окинул взглядом своё новое рабочее место и подумал, зачем зря терять время, когда есть возможность поковыряться во всём том, что тут наворочено, тем более, технологии тут управляются мыслью. Прошёлся по кабинету, развернул интерактивный экран по всю стену, посерфил, насколько быстро он работает и какое у него разрешение. По скорости воспроизведения и возможности разглядеть в деталях любой объект на планете, понял, технологии тут явно не земные, ну или по крайней мере не нашей цивилизации, я ведь не сегодня родился и постоянно слежу за разработками всяких новинок техники, но ни о чём подобном даже не слышал.

Стол оказался тоже интерактивный и фактически имел функционал очень мощного компьютера, можно было вызвать виртуальную клавиатуру и мышь, а можно было просто писать по нему ручкой и даже пальцем. Попробовал, вышло немного коряво, но он всё прекрасно понял и адекватно отозвался, выполняя поставленную задачу. Вот мне бы такой столик домой, в реальной жизни, с завистью подумал я. Хотя, он у меня и так теперь есть, поймав себя на том, что я всё ещё воспринимаю новую работу, как приключение или временную командировку.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.