Алексей Осадчук
Закон силы
Последняя жизнь. Книга 7

Автор © Алексей Осадчук 2024

Художник © Валерия Осадчук 2024

Эта книга – произведение фантастики.

Любая связь с реальными людьми или событиями является случайной.

Глава 1

– Ну, привет, – обратилась ко мне тьма насмешливым мужским голосом. Очень знакомым голосом…

– Бездна! – в сердцах ругнулся я.

Если снова слышу этот голос, значит, я уже мертв? Интересно, в какой момент это вообще произошло? Помню, как спускался со скалы после боя с «ледяной» и даже на своих двоих. Да, было больно. Да, я еле ворочал ноги. Да, внутри меня словно солнце взорвалось… Но я вроде бы был жив и как-то справлялся. А потом… А что случилось потом? Ничего не помню…

Значит, все-таки смерть? Твою же!.. Ненадолго меня хватило. А ведь все только начало получаться… Даже обидно.

Как и в прошлый раз, подслушав мои мысли, голос из тьмы, усмехаясь, произнес:

– Нет, ты не умер. Пока…

– Пока? – машинально переспросил я, при этом лихорадочно соображая, что в таком случае ему от меня могло понадобиться. Ведь если мне не изменяет память, он обещал, что мы больше не встретимся.

– Да вот, захотелось с тобой пообщаться, – со смешком ответил на мой мысленный вопрос голос из тьмы. – Работенка, как ты помнишь, у меня скучная. Должен же я как-то развлекаться.

– И как тебе шоу?

– Хе-хе… Скажем так, я в тебе не ошибся. В этот раз, благодаря моему подарку, в отличие от предыдущих жизней, ты ведешь себя более осмотрительно и добился многого. Но и враги у тебя теперь более могущественные. Но мне нравится. Хе-хе… Так даже интересней. Правда, ты в последнее время слишком торопишься умереть. Ты ведь не забыл, что это твоя последняя жизнь на этом Круге?

– Кстати, об этом… Что еще за Круг такой?

– Это единственное, что тебя интересует сейчас? – хмыкнул голос.

– Нет, но…

– Смертные, – иронично произнес он, перебивая меня, и негромко поцокал языком. – Какие же вы все-таки все предсказуемые…

– Ты сказал, что я слишком тороплюсь умереть…

– Верно, – ответил он и спросил: – А тебе самому разве так не кажется?

– Нет, – честно ответил я и тут же в его манере спросил: – А чем ты, собственно, недоволен? Сам ведь поместил меня в тело этого болвана.

Тьма некоторое время отмалчивалась. Я уж было подумал, что мой путь на этом пресловутом Круге закончился, но голос снова обратился ко мне.

– Когда молодой лис попадает в курятник, – начал он говорить со снисходительной интонацией, – он старается убить как можно больше кур. В этот момент он не думает о шуме, что издают испуганные птицы, на который очень скоро прибегут вооруженный человек и свирепые псы. Молодой зверь, увлекшись и полностью отдавшись на волю инстинкта охотника, вырезает всех кур, тем самым теряя драгоценное время, а также забывая о самом главном… Если ему все-таки удастся сбежать от человека и его цепных псов, он не сможет утащить с собой всех убитых им кур.

Я ничего не говорил. Я молча ждал продолжения. И оно последовало.

– Прямо сейчас ты не совсем понимаешь, о чем идет речь, но, поверь мне, как только ты очнешься, ты обязательно вспомнишь мои слова. Что же касается меня… Хех… Я по-прежнему заинтересован в том, чтобы ты как можно дольше развлекал меня. У тебя это неплохо получается. Именно поэтому я решил снова вмешаться и дать тебе маленькую подсказку… А уж как ты распорядишься полученной информацией, зависит лишь от тебя.

Голос замолчал, и в следующее мгновение тьма резко отступила. Внезапно мир вокруг меня исказился, и я обнаружил себя падающим. Вокруг меня хаотично мелькали каменные и кирпичные стены домов, небольшие окна и балконы.

Мое сердце бешено колотилось готовое вырваться из груди. Ветер, прохладный и непокорный, обвивал меня своими тугими щупальцами.

Что происходит?! Где это я?

Сквозь вихрь внезапных и ошеломительных эмоций пробивалось осознание обычности происходящего. Словно для меня такие кульбиты были в порядке вещей.

В тот момент, когда до стремительно приближающейся мостовой осталось несколько метров, я плавно взмахнул хвостом, балансируя и корректируя положение тела, и пружинисто приземлился на все четыре лапы.

Хвост? Лапы? Какого хрена здесь вообще происходит?!

А в следующее мгновение случилось нечто невероятное: внезапный всплеск в памяти – и острые, как лезвие, воспоминания прорезали занавес неведения. Все эти образы из чужого и в то же самое время моего детства, ощущения, мысли и эмоции были не из моей текущей жизни, они пришли из другой реальности, моей другой жизни, в которой я был лисолюдом, магическим существом, получеловеком-полузверем с огненно-рыжей шерстью, острыми клыками и когтями.

Я вспомнил свою недолгую жизнь в этом странном и жестоком мире, где мне было всего двенадцать весен. Я жил со своей семьей в маленьком городке, расположенном на границе с Желтой степью.

Прямо сейчас я без возможности как-то повлиять на ход событий, как сторонний наблюдатель, следил за последними минутами моей недолгой жизни в этом мире.

Мое родное поселение подверглось нападению орды умертвий, человекоподобных чудовищ, вышедших из Проклятых земель. Враг уже прорвался сквозь городские стены и уже вовсю сеял смерть внутри города. Отовсюду слышались вопли умирающих и вой кровожадных мертвяков.

Мое сердце охватил не столько страх, сколько решимость добраться до моего дома. Я должен был любой ценой защитить мою маму и младшую сестренку!

Я мчался по знакомым улицам, которые сегодня казались мне чужими. Хаос, трупы, кровь, разрушения – все это подстегивало меня двигаться еще быстрее. В голове била набатом одна единственная мысль: «Только бы успеть! Только бы успеть!»

Пробираясь сквозь лабиринт переулков, нынешний я, благодаря новоприобретенным воспоминаниям, уже знал, что тот я, мальчишка-лисолюд, отчаянно спешащий на помощь своей семье, опоздает. Умертвия доберутся до его дома раньше него.

Собственно, так все и произошло. Я видел, как мальчишка-лисолюд ворвался во двор своего дома как раз в тот самый момент, когда там уже хозяйничало несколько проклятых тварей.

Яростно зарычав, он бросился на ближайшего врага, при этом формируя на выставленных вперед ладонях магическую технику. Прошлая память тут же подсказала мне, что это простенькое боевое плетение школы Хаоса, к которой принадлежал я в той жизни, причем выполненное довольно коряво и второпях. Само по себе оно вряд ли навредило бы умертвию, но благодаря стрессовому состоянию юного лисолюда, напитавшего плетение большим количеством маны в ущерб собственному магическому источнику, атака увенчалась успехом.

Магическое плетение ярко-лилового цвета, трансформировавшееся в небольшую паучью сеть, в мгновение ока обволокло уродливую башку чудовища, а потом сжалось и с чавкающим хрустом размозжило ее словно неспелый фрукт.

Другие два умертвия тут же отреагировали на уничтожение их «сородича». Издавая нечленораздельные хрипы, скрежеща длинными изогнутыми когтями по каменной плитке, они практически одновременно с двух сторон бросились на лисолюда.

Тот, формируя на правой ладони следующее плетение, увернулся от первой твари и поднырнул под лапу второй. Все это он проделал с легкостью, будто играючи. Его рыжий хвост с угольно-черным пятном на кончике упруго извивался, помогая телу держать равновесие и баланс.

Очередное плетение, наконец, сформировано – и в шею второго умертвия впился короткий темно-лиловый сгусток в виде веретена. Легкий хлопок – и голова чудовища отлетела в сторону, а его тело грузно рухнуло в сад камней, заливая темно-зеленой жижей изящные волны на сером песке, оставленные медитативным взмахом граблей мастера сада.

Второе боевое плетение, под завязку напитанное маной, опустошило источник мальчишки лисолюда больше, чем наполовину. Кроме того, из-за грубого всплеска энергии недостаточно укрепленные стенки ядра, а также энергоканалов и энергоузлов во многих местах повредились. Лисолюд слишком молод и еще не готов к таким нагрузкам, но ему было уже все равно. Боевая ярость полностью поглотила его разум.

Я вспомнил, что чувствовал тогда… Единственное, чего я желал – это рвать и уничтожать этих тварей… И плевать на предупреждения наставника.

Последнего мертвяка лисолюд разрубил практически пополам «Серпом Хаоса». Монстр даже не успел как следует отреагировать, настолько все быстро произошло. Правда, последняя атака забрала почти всю ману из источника.

Тяжело дыша и пошатываясь, мальчишка медленно окинул взглядом учиненное им побоище, а затем развернулся, чтобы войти в дом. Он уже шагнул вперед, но неожиданно замер словно статуя. В проходе показалась уродливая башка еще одного чудовища. Оно было намного меньше умертвий. Тонкокостное, худое и серокожее. С длинными когтистыми лапами и широкой пастью, усеянной треугольными черными зубами. Два больших белесых рыбьих глаза, не мигая, таращились сейчас на мальчишку, а плоская башка монстра была слегка наклонена вправо.

Это был некроморф… Одна из самых опаснейших тварей Проклятых земель. В сравнении с ней, умертвия казались лишь бледной тенью угрозы.

Лисолюд тяжело выдохнул, слегка приподнял дрожащие от перенапряжения руки и потянул оставшуюся энергию из источника. Хотя он уже понимал – это бесполезно.

Моим последним воспоминанием из той жизни было то, что мы атаковали друг друга практически одновременно. А дальше меня обволокла уже знакомая тьма безвременья…

* * *

Когда я открыл глаза, первое, что я увидел – это ткань потолка моего шатра. Она слабо колыхалась на ветру, а тусклый свет, просачивающийся сквозь нее, создавал мягкое, уютное освещение. В воздухе витал запах дыма и готовящейся пищи. Судя по всему, сейчас позднее утро. Выходит, я был без сознания всего несколько часов?

Я быстро огляделся. Да, это мой шатер. Я в своей постели. Интересно, почему я здесь, а не в покоях, что мне выделили в цитадели? Видимо, Сигурд, а в том, что меня сюда притащил именно он, я не сомневаюсь, решил перестраховаться.

Когда я попытался приподняться, по моему телу пробежала обжигающая волна острой боли. От неожиданности я сцепил зубы и приглушенно застонал. В глазах тут же потемнело, голова закружилась, а сердце забилось быстрее, словно попавшая в клетку дикая птица. Тело покрылось холодным потом.

– Зараза! – сквозь зубы рыкнул я, усилием воли удерживая себя от очередного обморока. – Какого…

Новая раскаленная волна пробежалась по телу и я, глубоко вдохнув и выдохнув несколько раз, наконец, догадался перейти на истинное зрение и осмотреть свою энергосистему.

Ох… Лучше бы я этого не видел…

– Да вы издеваетесь! – в сердцах прохрипел я, когда осознал, что вижу.

Пока я был в отключке, золотая энергия уже похозяйничала в моей энергосистеме, перестроив ее под себя. Все, что создавалось мной на протяжении последнего года, все было разрушено или изменено. Магия аурингов словно какой-то прожорливый паразит проникла и приспособилась в новой питательной среде. Не таким я себе представлял преображение…

Все энергоканалы и энергоузлы, которые я так скрупулезно расширял и укреплял под свои нужды и под свои умения, теперь выглядели совершенно иначе. Из всего выходило, что мне теперь придется заново не только повторить весь процесс, но и научиться владеть своим энергетическим телом. Я как будто заново переродился… Только уже в новой энергетической оболочке.

Но были и плюсы. Мой источник, пусть и лишившись защитной оболочки, стал объемней примерно процентов на десять. А еще, несмотря на то, что он был практически пуст, скорость генерации в нем новой энергии значительно выросла. Правда, заполнение происходило за счет жизненной энергии моего физического тела. Отсюда и эта жуткая боль… Очнись я на несколько суток позднее, от меня бы остались кожа да кости.

С этим надо срочно что-то решать…

Шум у входа в шатер отвлек от созерцания моего внутреннего мира.

Я перешел на обычное зрение и повернул голову. На пороге стояла Лада, а рядом с ней отирались мои фейри. Никто из них не решался сделать первый шаг.

Не понял. Они что, боятся меня?

– Очнулся? – спросила Лада.

Ведьма старалась, чтобы ее голос звучал, как всегда, независимо и насмешливо, но я видел, что ее здорово потряхивает.

– Да, – как можно спокойней произнес я и тут же спросил: – Как долго я был без сознания?

– Сутки, – ответила Лада, продолжая стоять на пороге шатра. Фейри находились там же. Они пристально следили за каждым моим движением.

На что они так уставились?

– Что произошло? – спросил я.

– Сигурд притащил тебя вчера утром, – ответила Лада. – Больше я ничего не знаю.

– Почему я здесь, а не в цитадели? – задал я следующий вопрос.

– Тебе сейчас нельзя туда, – ответила она и как-то странно окинула меня взглядом.

– Что происходит? – теряя терпение, спросил я. Подняться с постели я не пытался. Боялся, что меня снова накроет и тогда точно отключусь.

– Это мы хотели узнать у тебя, – произнесла Лада. А фейри почти синхронно кивнули.

– Ты можешь нормально объяснить, что с вами такое? – нахмурился я. – И почему вы там стоите? Подойдите поближе.

– Нам и здесь хорошо, – ответила Лада. Фейри явно были с ней согласны. – И с нами, как раз, все в порядке. А вот с тобой явно что-то происходит.

– Продолжай, – потребовал я, с трудом сдерживаясь, чтобы не наорать на нее.

Интересно, откуда во мне столько гнева и нетерпения? Уж что-что, а эмоции и чувства я прекрасно умею скрывать. Сейчас же у меня было такое состояние, будто я готов сорваться с места и вытрясти из Лады всю душу. Может, это последствия моего видения? Боевая ярость лисолюда не до конца еще отпустила? Хм… Возможно.

– Твоя аура, господин, – тихо произнесла льюнари. В ее глазах я увидел беспокойство. Она почувствовала мое состояние.

– Что?

– Мы все ее видим, – ответила Селина.

– О да, – кивнула Лада. – А если слишком близко к тебе подходим, то еще и чувствуем. И эти ощущения, скажу тебе, не самые приятные.

Я озадаченно осмотрел их серьезные лица, а потом, слегка приподняв голову, взглянул на свое тело.

Бездна! Моя аура, которая сейчас имела золотистый оттенок, была видна невооруженным глазом. От меня, словно как от какого-то ледяного обломка, исходил еле заметный светящийся пар. Я видел, как он поглощает разлитую в пространстве энергию.

– Рядом с тобой круды в считаные минуты превращаются в пыль, – произнесла Лада. – А еще стремительно опустошаются наши источники. Сигурд пока тащил тебя, лишился всех своих кристаллов. Ты должен что-то с этим сделать.

Я откинулся на подушку и прикрыл глаза. Не успел очнуться, а уже вымотан физически, словно пробежал несколько десятков километров.

– Кто еще в курсе происходящего со мной? – спросил я, не открывая глаз.

– Мы четверо: Сигурд, Аэлира и Гуннар, – ответила Игния. – Остальные ничего не знают.

– Люди пока молчат, – сказала Лада. – Но если завтра ты не покажешься в лагере, желательно свежим и бодрым, они начнут задавать вопросы. А вот те, кто прибыл вчера, не так терпеливы.

Я повернул голову и спросил:

– Кавалькада под знаменами принца Филиппа и герцогов?

– Да, – кивнула Лада в ответ. – Маркиз де Гонди уже несколько раз осведомлялся о тебе. Он требует твоего присутствия на военном совете этим вечером.

Хм, значит, сюда отправили сынка герцога де Гонди, брата Бланки.

– Требует? – хмыкнул я, чувствуя, как внутри снова разгорается огонь раздражения.

Да что же это такое со мной?

– Да, – подтвердила Лада. – Этот маркиз ведет себя так, будто это он взял штурмом все эти крепости. Очень заносчивый и упрямый. Требовал немедленно выступить в поход на Золотого Льва. Говорит, что это приказ его высочества принца Филиппа.

Она еще что-то хотела сказать, но на улице послышались громкие голоса, а спустя несколько мгновений в проем просунулась голова Гуннара.

– Ваше сиятельство! – обрадованно произнес он и громко сглотнул, оглядев меня с ног до головы. – Слава богам, вы очнулись!

Я кивнул и спросил:

– Что там за шум?

– Посланник от маркиза де Гонди. Его сиятельство… кхм… Он это… Он приказывает, чтобы вы прибыли на военный совет сегодня вечером.

– Приказывает? – прищурился я. Все это время тщательно сдерживаемое мной раздражение, наконец, вырвалось наружу.

Судя по тому, как отшатнулись все присутствующие в шатре, в моем взгляде было что-то пугающее.

– Пусть посланник маркиза де Гонди передаст своему господину, что я занят до завтрашнего дня, – холодным голосом произнес я. – А еще, пусть напомнит ему, что маркграфу де Валье может приказывать только его король. Иди…

Голова Гуннара исчезла, а я вдруг ощутил, как по моему телу пробежала очередная горячая волна. Бороться с этим приступом боли у меня уже не было сил, и я, закрыв глаза, погрузился в спасительную тьму.

Глава 2

Когда я пришел в себя, в шатре было еще светло. Лагерь снаружи по-прежнему жил своей жизнью. Слышались голоса и смех людей, ржание и мычание животных. Издалека доносились удары кузнечного молота, кто-то совсем рядом играл на флейте.

Потерял ли я сознание тогда или просто уснул – это не важно. Главное, что в этот раз меня больше не мучали видения и я смог отдохнуть. И боль пока не тревожила мое тело.

Перейдя на истинное зрение, я осмотрел свою энергосистему. Значит, этот бардак мне не причудился. Магия аурингов никуда не делась.

Внезапно я ощутил постороннее присутствие и напрягся. А потом облегченно выдохнул…

– Как долго я спал в этот раз? – негромко спросил я, не открывая глаз.

– Небесное светило перевалило за полдень, – ответила Селина. В ее голосе я слышал усталость.

Хм… Значит, я был в отключке всего несколько часов, и льюнари все это время просидела рядом со мной, по-своему обыкновению оберегая мой сон и делая его лечебным.

– Спасибо тебе, – искренне поблагодарил я. – Благодаря тебе я смог отдохнуть.

– Это мой долг, господин, – мягко ответила она.

Я уловил дрожь в ее голосе. Волнуется. А еще ее явно распирало любопытство.

– Спрашивай, – разрешил я.

– Ты убил ее? – быстро спросила она.

– Да, – коротко ответил я, прекрасно понимая, о ком идет речь. – Надеюсь, тебе не надо объяснять, почему я должен был сделать это в одиночку?

– Я понимаю, – ответила льюнари. – Ты не хотел рисковать нашими жизнями. Поздравляю тебя с победой…

Я хмыкнул и кивнул на свое тело.

– И вот моя награда.

– Скажи мне, что с тобой происходит? – оживилась она.

– Думаю, ты уже и сама догадалась, – хмыкнул я.

– В тебе пробудилась истинная сила ауринга…

– Да, – ответил я. – И она мне не подчиняется. Она словно паразит захватила мой источник и мою энергосистему. Все, чего я достиг не без твоей помощи, изменено этим захватчиком.

Льюнари действительно много помогла мне. Благодаря необычному дару Селины моя концентрация улучшилась. Несмотря на постоянные боевые действия и заботы, связанные с командованием таким огромным количеством людей, мои медитативные практики перешли на новый уровень. Я смог быстро разобраться со своими новыми возможностями после того, как стал авантом.

Заново восстанавливая энергосистему Лады, я освоил новые техники манипуляций с маной и использовал полученный опыт уже на своих энергоузлах и энергоканалах. «Лисья лапа», с помощью которой мне удалось победить Фрию, это результат моих стараний.

Правда, эту технику я готовил под свою энергию, чтобы в момент перехода на новый уровень использовать ее в бою. Обретение силы аурингов стало для меня сюрпризом. Другими словами, получилось два в одном. Став абсолютом, я каким-то образом подстегнул преображение моей энергии.

Случайность это или воля каких-то мистических сущностей – не знаю. Одно я теперь знаю точно – пусть мое тело еще не было готово принять энергию аурингов и мне еще долго придется разбираться с последствиями, но только благодаря этому преображению мне удалось уничтожить Фрию. Эта тварь оказалась намного сильнее, чем я предполагал. Был момент, когда мне показалось, что моя последняя жизнь во-вот оборвется…

– Селина, ответь мне на один вопрос, – задумчиво произнес я, продолжая наблюдать за процессами в моей энергосистеме. – Когда вы начали видеть мою ауру? Насколько я помню, после моего преображения она была невидима.

– Она проявилась вчера вечером, – ответила льюнари.

– Именно тогда вы перестали приближаться ко мне?

– Нет, – ответила Селина. – Это произошло раньше. Когда мы заметили, что ты забираешь всю нашу энергию…

– Понятно… – произнес я. – Давай проведем один эксперимент. Принеси мне несколько самых маленьких крудов. Разных цветов. Кроме жемчужин.

Льюнари кивнула и исчезла, а через несколько минут вернулась, держа в руке небольшой мешочек с моими кристаллами.

– Сейчас по моей команде ты будешь скармливать моей ауре эти круды, – объяснил я ей. – Сперва мы начнем с изумрудных и алых, затем в ход пойдут бурые и лиловые. Готова?

– Да, – охотно кивнула она.

– Тогда приступим.

Льюнари высыпала из мешочка на свою ладошку первые изумрудные круды. Они были размером с ноготь мизинца. Их темно-зеленый свет мягко пульсировал, делая их похожими на маленькие сердца, полные жизни.

Селина приблизилась и положила один кристалл мне на грудь, а потом поспешила отойти, при этом остальные круды она оставила на безопасном расстоянии от моего ложа.

Моя аура, получив подношение, тут же словно дикий голодный зверь накинулась на свою добычу. Круд практически мгновенно растворился в прозрачном тумане, лишь на короткий миг окрасив ауру зеленым свечением. От него не осталось даже пыли.

Я было попытался поучаствовать в процессе распределения маны по энергосистеме, но неожиданно получил отпор. Горячая волна боли прокатилась по моему телу. Мне ясно давали понять, что не стоит вмешиваться в «программу» и что я должен довольствоваться ролью наблюдателя.

– Зараза, – прошипел я, стиснув зубы.

Льюнари было дернулась ко мне, но я жестом остановил ее.

Затем, спустя несколько минут мы перешли к алым кристаллам. Селина повторила процедуру. Секунда – и алая энергия смешалась с золотой. В моей ауре появились огненные вспышки, а потом их поглотило золотое свечение.

Я почувствовал, как по моему телу разлилось приятное тепло. Знакомый эффект после использования магии исцеления. Я уж было подумал, что эта энергия будет направлена на восстановление микроразрывов энергоканалов и снятия воспалений с энергоузлов, но паразит, засевший в моем теле, действовал по своим собственным алгоритмам. Вся полученная извне энергия скапливалась в источнике или, как его еще называли маги лисолюдов, ядре.

После этого мы перешли к бурым кристаллам. Эта энергия, как всегда, была вязкой и густой, наполненной силой земли. Когда первый бурый круд размером с лесной орех растворился, моя аура на мгновение потемнела и в воздухе запахло влажной землей после дождя.

Бурая энергия, будучи, на мой взгляд, более концентрированной и непокорной, впитывалась медленнее. По моему приказу льюнари положила мне на грудь один за другим еще три таких же кристалла и после того как они исчезли, я, наконец, улыбнулся. Моя догадка оказалась верна.

– Ты это видишь? – спросил я у льюнари.

– Твоя аура потускнела! – обрадованно произнесла Селина. – Теперь лиловые?

– Да, – ответил я. – Начни сразу с самого крупного, что у тебя есть в мешке.

Селина достала темно-фиолетовый круд размером с перепелиное яйцо. Когда подношение было принято, аура вспыхнула ярким лиловым светом, излучая волны мощи. Мы с льюнари одновременно прищурились.

– Еще, – сказал я и Селина повиновалась.

В итоге, в общей сложности мы скормили золотому паразиту пятнадцать крудов. В основном это были бурые кристаллы.

Когда последний кристалл растворился, моя аура, наконец, потускнела и стала невидимой. Началось преобразование полученного материала.

Я почувствовал, как напряжение в моем теле спадает, а боль полностью отступила. У меня без проблем получилось подняться и сесть. Я понимал, что этот процесс придется повторять снова и снова, но теперь у меня было хотя бы временное решение этой проблемы. Осталось понять, как долго чудовище во мне будет оставаться сытым.

Я взглянул на Селину и улыбнулся:

– Можешь приблизиться. Тебе сейчас ничего не угрожает.

Льюнари медленно приблизилась и с опаской протянула ко мне руку. Она, словно проверяя – горячая ли стенка печи, дотронулась до моего плеча.

– Ничего не чувствую, – обрадованно улыбнулась она.

– Я же говорил, – ответил я, поднимаясь с постели и разминая плечи.

Встав на ноги, я слегка пошатнулся. Сперва – влево, а потом вперед. Льюнари попыталась меня поддержать, но я мягко отстранил ее и покачал головой.

– Я сам…

Вокруг меня все кружилось, как будто я оказался в центре медленно вращающейся карусели.

Пошатываясь, я приблизился к столу. Каждый шаг давался с трудом, словно я впервые пытался ходить по нестабильной поверхности. Это было подозрительно, ведь обычно я был уверен в каждом своем движении. Кроме того, я прекрасно знал, что не травмирован. Слабость и головокружение после потери сознания здесь ни при чем. Это что-то другое…

Сейчас я испытывал нечто большее, нежели просто дезориентацию. Это было ощущение невидимой части меня, которой больше не существовало…

Хм… Кажется, я понял в чем дело… Новообретенная память еще одной жизни – все дело в ней.

Мне не хватало хвоста!

Отсутствие этой части тела, такой естественной для лисолюда, делало каждое мое движение непривычным и неуклюжим.

Я усмехнулся и покачал головой, заработав при этом подозрительный взгляд Селины. Кстати, скоро мне понадобится ее помощь, чтобы разобраться с еще одним подарочком моего тайного доброжелателя.

Я закрыл глаза и постарался сосредоточиться. Как бы это сейчас глупо ни выглядело, я должен напомнить самому себе, что являюсь человеком. Хех… И что у меня нет никакого хвоста, которым можно было бы балансировать во время движения.

Когда я сделал следующий шаг, стало уже полегче. Еще несколько шагов – и я присел на корточки. Затем подпрыгнул на месте пару раз и облегченно выдохнул. Фух… Вроде отпустило. Правда, тело еще болело, но это уже другая проблема.

Остается надеяться, что мой таинственный приятель не вернет мне память из еще одной прошлой жизни, в которой я был каким-нибудь змеелюдом или человеком-черепахой.

Все это время Селина следила за мной задумчивым взглядом.

– Что чувствуешь? – усмехнувшись, спросил я.

– За прошедшие сутки ты изменился, – честно ответила она. – И это не преображение… В тебе есть что-то еще.

– Что-то плохое? – спросил я, садясь на постель и разминая запястья.

– Нет, – покачала головой она. – Это не плохое и не хорошее… Не твое и не чужое…

Я хмыкнул. Близко… Даже не сомневался, что она почувствует перемены в моем новом характере. Правда, эти перемены временные. Я не собираюсь позволять мальчишке лисолюду отдавать первенство. Мы с ним слишком разные. Хотя кое-что общее все-таки у нас есть. Даже удивительно… Вроде бы разные миры и разные жизни, а некоторые черты характера очень похожи.

– Ладно, – вздохнул я. – Об этом мы потом поговорим. Сейчас позови Гуннара. Мне пора привести себя в порядок. А еще я голоден и готов съесть целого быка!

* * *

Несмотря на то, что я попросил Гуннара не афишировать мое выздоровление, весь лагерь уже знал, что маркграф де Валье в добром здравии и что слухи о его болезни не соответствуют действительности.

С Сигурдом мы перекинулись всего лишь парой слов. Он сообщил, что взятые в плен страйкер Ледяных и душелов надежно охраняются и в любой момент могут быть доставлены ко мне для разговора. Я же, в свою очередь, поблагодарил его за помощь и выдал ему шесть крудов взамен тех, что поглотила моя аура.

Я видел, что мой телохранитель о многом хочет спросить, но, как всегда, он был сдержан и тактичен. Я пообещал ему, что позднее обязательно все расскажу.

А еще Сигурд принес мне небольшую шкатулку, созданную из теневого металла, которую они, помимо доспехов страйкеров и других трофеев, обнаружили в шатре Ледяных.

Как и ожидалось, в шкатулке лежали три небольших угольно-черных круда, а также один Ледяной амулет. А вот на теле Фрии, помимо одежды, ни одного артефакта не обнаружилось. Выходит, те клинки, которыми она со мной сражалась, были каким-то магическим заклинанием.

Помывшись и перекусив, я снова почувствовал легкую слабость в теле. Золотой паразит потребовал добавки спустя примерно пять часов. Хм… Ненадолго же его хватило… Такими темпами я очень скоро останусь без кристаллов.

Пришлось скормить ему еще десяток небольших крудов. В основном это были бурые кристаллы. А вот лиловых я ему больше не давал. Дело в том, что я вдруг осознал, что эта мана очень похожа на ту, которую использовал мальчишка лисолюд, сражаясь с мертвяками. В том мире эту магию называли магией Хаоса. Так что лиловые круды мне еще пригодятся для другого дела.

Вся энергия кристаллов, как и в прошлый раз, пошла на преобразование моего магического источника, и я снова, как и в прошлый раз, не смог никак повлиять на это процесс. Легкая горячая волна боли, пробежавшая по моему телу, напомнила, что произойдет, если начну мешать.

Но у меня и без того было, чем заняться. Сегодня ночью я должен получить ответы хотя бы на некоторые вопросы. И льюнари мне в этом поможет.

Дав приказ Сигурду и Аэлире никого ко мне не впускать, мы с Селиной приступили к еще одному эксперименту.

– Ты выполнила мой приказ? – спросил я у нее, устраиваясь поудобней на своем ложе.

– Да, – бодро ответила она. – Я отдохнула и готова помочь тебе.

– Хорошо, – сказал я. – Хочу предупредить тебя. То, что ты сегодня увидишь, не должно тебя удивлять. Мне понадобятся все твои умения.

– Я готова, – уверенным голосом повторила она, хотя я чувствовал ее волнение.

После того как я устроился поудобнее на своем ложе и закрыл глаза, Селина села у моего изголовья и прикоснулась кончиками своих пальцев к моим вискам. Через несколько мгновений я почувствовал мягкое тепло разлившееся по телу. Мои веки стали тяжелыми. Мне вдруг стало очень хорошо, как в детстве.

Льюнари что-то тихо прошептала, и почти сразу же передо мной начали возникать мутные образы. Уши, как сквозь вату, улавливали посторонние звуки. В нос ударил пряный травяной запах вперемежку с запахом озерной воды.

Внезапно картинка стабилизировалась, и я оказался на небольшой уютной поляне на берегу лесного озера. Я тут же вспомнил этот эпизод из моей прошлой жизни. Мне здесь шесть лет, и это – мой первый урок практической магии.

Вокруг меня сидели другие маленькие лисолюды из моего класса. Их хвосты периодически вздрагивали от волнения. Сегодня наставник покажет нам настоящее боевое плетение. Мы все были одеты в простые просторные одежды, и каждый из нас держал в руках небольшой кристалл, на четверть заполненный ярко-лиловой магией. Значит, я не ошибся насчет лиловых крудов…

Перед нами стоял наш наставник. Это был худой старый лисолюд. Его серебристо-белая шерсть блестела в лучах утреннего солнца. Кончик его правого уха был отрублен, а левый глаз закрывала повязка. Старый лис потерял его в сражении с тварями пустошей.

Наставник поднял руку, и под дружный детский вздох в воздухе возник небольшой лиловый сгусток, который медленно трансформировался в простенькое плетение из тонких энергетических нитей. Плетение напоминало один из иероглифов алфавита моего учителя Мамору Ямады.

Наставник специально делал все медленно, чтобы мы все хорошо могли рассмотреть и запомнить.

– Смотрите внимательно, – говорил он сухим властным голосом. – Это Клык хаоса. Самое простое атакующее плетение. Это основа, на которой будет строиться ваше мастерство.

Я смотрел, затаив дыхание, пытаясь уловить каждое движение, каждый завиток магического плетения.

Тем временем наставник медленно повел правой рукой, и плетение начало видоизменяться. Оно становилось все сложнее и красивее. Каждую трансформацию старый маг сухо комментировал, давая каждому плетению разные имена. На десятом он остановился и произнес:

– А теперь зачерпните энергию из кристаллов и попробуйте сами создать первое плетение.

Я тут же уверенно, но неумело потянулся к энергии кристалла и почувствовал долгожданный отклик. Сосредоточившись, я начал подражать движениям мастера, и к моему удивлению, передо мной возник тот самый светящийся узор. Правда, он был не такой изящный и яркий, как у наставника.

Восторг и счастье от первых успехов переполнял мое детское сердце. А еще нынешний я понимал, что, кажется, нашел ту самую подсказку.

Образы начали блекнуть, и я вернулся в реальность. Надо мной склонилось бледное лицо Селины. Ее глаза были широко открыты. Ведь она тоже была на той поляне, только как сторонний наблюдатель.

Мои губы растянулись в улыбке, и я подмигнул ей. Теперь я знал, с чего начать…

Глава 3

Утро следующего дня началось с разминки и водных процедур, а закончилось плотным завтраком на свежем воздухе практически на виду у всего лагеря.

Все это мной было проделано энергично и как ни в чем не бывало. Другими словами, я давал понять всем моим людям, что их полководец – все тот же. И что он полон сил и готов к новым подвигам. И пусть все вокруг вели себя как обычно, я точно знал, что уже к полудню о моем появлении и о моей прекрасной физической форме будет знать каждая собака.

Ну а то, что меня не было два дня… Мало ли какие там у маркграфа были причины? Главное, что вот он – жив, здоров и спокойно завтракает. И, судя по количеству еды, аппетит у него отличный. А что же это, как не признак крепкого здоровья?

Правда, кое-кого мое представление не обмануло.

– Плохо выглядите, ваше сиятельство, – вместо приветствия произнесла Лада, когда приблизилась к моему столу.

Говорила она негромко, так что нас никто не мог услышать.

– Но аппетит, как я вижу, отличный, – хмыкнув, добавила она, обведя мой стол взглядом.

– И тебе доброе утро, – кивнул я, промокнув губы тонкой кружевной салфеткой и учтиво вставая из-за стола.

Бертран перед нашим отъездом снабдил Гуннара большим количеством всяких мелочей вроде серебряных подсвечников и хрустальных кубков. По мнению старика – даже в походе быт его господина должен максимально, насколько это возможно, соответствовать его высокому статусу.

Гуннар, к слову, проникся ответственностью к своей миссии и довольно скрупулезно выполнял поручение своего наставника. Надо будет не забыть похвалить его в присутствии Бертрана.

И наградой не обделить. Хотя, должен заметить, за время нашего похода парень успел неплохо прибарахлиться и разжиться серебром. Одна ставка на мой поединок чего стоит. Не удивлюсь, если узнаю, что по возвращении в столицу Гуннар прикупит себе жилье в нашем торговом квартале.

Лада отчасти была права. Несмотря на то, что я выглядел бодро, нормально отдохнуть мне не удалось. Пришлось всю ночь просидеть за письменным столом, зарисовывая на бумаге плетения из воспоминаний лисолюда, а также записывая все, что подсказывала мне память из той жизни. Я на всякий случай решил подстраховаться. Мало ли? Вдруг, проснувшись завтра, я забуду обо всем?

Я кивнул Гуннару, и тот поспешно отодвинул стул перед Ладой. Ведьма, изобразив легкий книксен, села на предложенное место, а я снова опустился в свое походное кресло.

Перед Ладой тут же возникли тарелка и столовые приборы, а также хрустальный бокал, в который Гуннар налил светло-розовое валейское. Это вино было самым легким из моей коллекции. Душистое и бодрящее – оно, скорее, напоминало сок, чем алкогольный напиток.

От еды Лада отказалась, но указала Гуннару на блюдо с фруктами.

Грациозная осанка, безупречное знание столового этикета, а также множество других деталей в ее поведении явно говорили о том, что Лада – из аристократической семьи. Правда, она очень старалась это скрывать.

Я бы давно уже мог настоять на том, чтобы она мне все рассказала о себе, но решил подождать. Придет время, и она мне все сама расскажет.

– Это неожиданное приглашение на завтрак, – с легкой усмешкой обратилась она ко мне, после того как сделала маленький глоток из бокала. – Тебе что-то понадобилось от меня? Что я должна сделать?

– Ничего, – спокойно ответил я. – Больше никаких поручений.

– То есть? – тут же напряглась она. – Я не понимаю тебя…

– Разве ты этого еще не почувствовала? – спросил я.

Лада нахмурилась. В ее взгляде я пытался поймать тень понимания, но пока там было только беспокойство.

– Что я должна была почувствовать? – осторожно спросила она.

– То, что ты абсолютно здорова, – ответил я, при этом наблюдая, как ее глаза округляются. – Все условия нашего договора выполнены. Как с твоей стороны, так и с моей. Твоя энергосистема полностью восстановлена. Скажу больше… Я ее даже улучшил. Хотел понаблюдать за ней несколько дней, но вижу, что все в порядке. Ты свободна от всяких обязательств передо мной. Как, собственно, и я перед тобой.

Руки ведьмы слегка подрагивали, а в уголках глаз появились крохотные слезинки. Она резко вскочила на ноги.

– И я могу уйти? – немного охрипшим голосом спросила она.

– Я же сказал – ты свободна, – подтвердил я. – Ты вольна идти, куда тебе заблагорассудится. Хоть прямо сейчас.

Она было дернулась, но ее остановил мой голос.

– Но… – произнес я.

– Так и знала, что будет какое-то «но», – разочарованно произнесла ведьма. Ее губы скривились в злой усмешке.

Я усмехнулся в ответ и покачал головой:

– Мне просто интересно, куда ты отправишься. Присядь… Допей это прекрасное вино. Насладись фруктами. И поговори со мной перед уходом. Повторюсь… Тебе никто не будет чинить препятствий. Я всегда держу свое слово.

Лада, продолжая хмуриться, опустилась на стул и взяла со стола бокал.

– Зачем тебе это знать? – недоверчиво спросила она.

Ведьмы… Какие же вы все одинаковые. Хотя, чему я удивляюсь? Вадома точно такая же была. Независимая и сама себе на уме. Единственное, что для ведьмы свято, это ее ковен.

– Ну, мы же вроде как не чужие друг другу, – пожал плечами я. – Ты помогала мне, я помогал тебе. Да, мы были связаны договором, но я тебе искренно благодарен за твою помощь. Считай, с моей стороны это всего лишь беспокойство о друге…

Лада насмешливо прищурилась и ехидно произнесла:

– Порой я задаюсь вопросом, от кого в тебе больше – от человека или от лиса?

Я лишь молча улыбнулся. Хех… Если бы ты только знала, как бы мне хотелось узнать ответ на этот вопрос.

– И к какому выводу ты пришла? – спросил я.

– Нет уж, – покачала она головой. – Свои выводы я оставлю при себе.

– Но ты согласна со мной? Мы ведь друзья?

– Если мы друзья, тогда скажи мне как другу, что с тобой происходит? – склонила голову набок она. – Эта золотая аура…

– Преображение, – ответил я.

Скрывать не было смысла, Лада и сама уже все поняла. Кроме того, сейчас я должен быть предельно откровенным, если хочу сохранить наш с ней союз. А вот о том, что я теперь еще и абсолют, ей пока знать не надо.

– И ты смог решить проблему? – повела головой она, окинув меня всего взглядом, намекая на мою прожорливую ауру.

– Почти, – прищурив левый глаз, покачал головой я.

– Это как-то связано с Ледяными, которых стерегут твои страйкеры? Один из них, как я понимаю, тот самый душелов?

– Да, – коротко ответил я.

– Не боишься, что за ним явится его хозяйка?

– Ее больше нет, – ответил я.

Ноздри ведьмы хищно затрепетали. Ее явно обрадовали мои слова.

– Ты прикончил проклятую жрицу, – в ее голосе послышалось удовлетворение.

– Не жрицу, – поправил я ее. – Она была из младших хримтурсов.

Глаза ведьмы расширились. Она побледнела и закусила губу.

– Уверен? – хриплым голосом спросила она.

– Абсолютно, – ответил я.

– Ауринги, хримтурсы… – ошеломленно произнесла она. – Я думала, что это все сказки…

– Не поверишь, я тоже. Ну так как, я удовлетворил твое любопытство?

Ведьма вздохнула, снова взяв себя в руки, и ответила:

– После того как ты меня вылечишь, я намеревалась отправиться на родину.

– У тебя там семья?

– Нет, – хмуро ответила она. – Там у меня остались только враги.

– Значит, тобой движет месть, – задумчиво проговорил я. – Они сильны?

– Да, – ответила она. – Но я скорее погибну, пытаясь отомстить им, чем предпочту забыть обо всем. Ты ведь это хотел мне предложить? Забыть и продолжить жить дальше?

– Нет, – покачал головой я. – Но вынужден признать, что разочарован. Я столько труда вложил в тебя, а ты собираешься глупо позволить себя убить.

Лицо Лады вспыхнуло. Ее рука сжала салфетку до белых костяшек.

– Ты… – начала было она.

Но я, как ни в чем не бывало, перебил:

– У меня к тебе есть одно предложение.

Ведьме явно стоило труда сдерживать себя в руках.

– Какое? – зло бросила она.

– А что если ты повременишь с отъездом на родину и останешься здесь на некоторое время. Скажем, на несколько лет.

– Зачем мне это? – с подозрением в голосе спросила она.

– Успокойся, – приподнял я руку. – Тебя никто здесь не намерен удерживать силой. Я ведь уже сказал, что ты свободна. Кроме того, я еще не закончил.

– Я слушаю.

– Хочу тебе помочь, – пожал плечами я. – Помочь стать сильнее. Если все сделаешь, как я предложу, у тебя появятся шансы отомстить своим врагам и остаться в живых.

– С чего бы тебе мне помогать?

– Потому что мне это тоже выгодно.

– Ах вот оно что! – широко улыбнулась Лада. – Значит, помощь будет небескорыстной?

– А что плохого в том, чтобы наше соглашение было взаимовыгодным?

– Уже соглашение? – хохотнула ведьма. – Снова позовешь свидетелей?

– Обязательно, – кивнул я. – Без свидетелей никак. Особенно, если заключаешь сделку с ведьмой. Ну так что? Ты согласна меня выслушать?

– Почему бы и нет, – пожала плечами она. – Что ты хочешь мне предложить?

– Как ты относишься к тому, чтобы разжечь свой собственный Очаг? – спросил я, наблюдая, как меняется ее лицо.

– Ты сейчас шутишь? – понизив голос и оглядевшись, прошипела Лада.

– Нисколько, – покачал головой я. – Если согласишься, я окажу тебе любую посильную помощь и разрешу обосноваться в своих владениях.

– Ты хотя бы понимаешь, что мне предлагаешь? – дрожащим голосом произнесла она, но я уже видел, что в ее глазах вспыхнула та самая искра, с которой обычно и начинается пожар.

– Конечно, – кивнул я спокойно. – Я предлагаю тебе на моих землях основать свой собственный ковен. Не торопись. Обдумай все хорошо. Когда будешь готова, приходи.

* * *

После завтрака, когда необычно задумчивая и молчаливая Лада ушла, я облачился в свой лучший походный наряд, запрыгнул на Шторма и в сопровождении Сигурда и Лео фон Грима отправился в цитадель. Мой оруженосец был явно обижен тем, что эти двое суток его держали в неведении и не подпускали ко мне, но внешне старался этого не показывать.

Нас с Сигурдом его кислая мина только позабавила. Не все сразу, парень. Да, ты захотел стать моим оруженосцем, но это еще не значит, что ты получил доступ в ближайший круг моих людей. Всему свое время. Уже достаточно того, что я начал учить тебя стилю боя Мамору Ямады. Думаю, Лорин уже начал вправлять ему мозги потихоньку. А там и я подключусь, когда время появится.

Цитадель Сапфировой гильдии представляла собой большую крепость, возведенную древними мастерами у подножия неприступных скал. Гильдия ее использовала как свое последнее убежище на случай войны, а также, как я подозреваю, как свою сокровищницу.

Правда, на тот момент когда мы прибыли в цитадель, ни магов Сапфировой гильдии, ни их сокровищ там уже не было.

Я ошибся на их счет. Оказалось, у них был запасной выход где-то в недрах скал. Которым гильдейцы благополучно и воспользовались, когда поняли, что пора делать ноги. Причем, сбежав, они устроили обвал, перекрывая остальным путь к спасению.

Отчасти я их могу понять – они еще довольно долго продержались. Вестонские легионеры, которых они здесь приютили, а потом и остатки бергонской армии несколько месяцев уничтожали запасы гильдии. При этом они умудрились проморгать шпионов Серого жнеца и бездарно потерять вход в долину, которым являлся шато Гардьен.

Несколько раз легионеры вместе с бергонцами пытались отбить шато Гардьен, но, потеряв лучших своих бойцов, были вынуждены оставить эти попытки.

Очень скоро запасов стало не хватать. Маги урезали ежедневные нормы выдачи еды. Между вестонцами и бергонцами начались ссоры и драки. Некоторое время командиры еще как-то пытались поддерживать дисциплину, но голод, страх и безнадежное положение сделали свое дело.

Засевшие в цитадели люди, не считая магов, довольно быстро разделились на два враждующих лагеря. Вестонцы обвиняли бергонцев в слабости и трусости, а те, в свою очередь, напомнили о «веселье», которое устроил принц Генрих.

В итоге ситуация накалилась до предела и в один из дней началась резня. Как более подготовленные и организованные, вестонские легионеры взяли верх над бергонцами, но и сами потеряли много людей. А на следующий день после побоища все поняли, что маги исчезли и унесли с собой часть продовольствия, а также все свои сокровища.

Дальше все становилось только хуже. В общем, когда наше войско вошло в цитадель, в живых там осталось около трех когорт. Изнеможденные и ослабленные от голода, но не сломленные.

Когда мы оказались внутри крепости, я прямиком отправился в местные подземелья, где под присмотром моих страйкеров содержались Ледяные.

Вниз я спускаться не стал; на верхнем этаже башни, под которой находились камеры, было достаточно помещений, где можно поговорить с заключенными.

Когда ко мне доставили душелова, я стоял у бойницы и наблюдал за суетой крепости. Под грохот цепей двое моих бойцов усадили пленника на скамью и после моего молчаливого кивка вышли.

Надо будет парням выдать премию. Страйкеры – не тюремщики. Но Сигурд сказал, что все всё понимают. Все-таки пленники у нас непростые.

Душелов был невысокого роста, худощавый, с бледным безэмоциональным лицом и серыми слегка выпученными глазами.

Я перешел на истинное зрение. В отличие от своих братьев рыцарей, душелов имел магический источник. Довольно объемный, кстати. Видно, что он развивал свой странный магический дар.

– Как так вышло, что истинный помогает демонопоклонникам уничтожать своих собратьев? – спросил я, продолжая стоять у окна.

Душелов дернулся и с ненавистью посмотрел на меня. Правда, в его взгляде я заметил неподдельный страх. Ну еще бы, на его глазах я уничтожил его хозяйку.

– Не молчи, – сказал я, не повышая голоса. – Мне бы не хотелось звать сюда палача. Думаю, мы прекрасно справимся и без него, правда ведь?

– Они мне не собратья, – буркнул он. Его надтреснутый голос слегка подрагивал.

– Но ты ведь истинный, – сказал я. – Ты враг для хримтурсов, которым поклоняются эти фанатики.

– Я не враг моему повелителю! – немного осмелев, взвизгнул душелов. – Я – его верный слуга! Он обязательно наградит меня, когда вернется в этот мир!

– Так значит, ледяной демон, которого мои собратья вышвырнули в бездну, собирается вернуться?

Душелов вдруг дернулся и, поняв, что сболтнул лишнего, резко заткнулся. Он двинул плечами и опустил голову.

– Ну вот, – вздохнул я. – А ведь мы так хорошо начали…

Душелов громко засопел, сжавшись в комок. Думает, я его сейчас бить начну.

– Кстати, эта ваша сестра Фрия оказалась не такой уж всесильной, – насмешливо произнес я.

Душелов зло зыркнул в мою сторону и прошипел:

– Рано радуешься… Скоро за тобой придут ее брат и сестра.

– О, так значит, она не одна? – покачал головой я.

Душелов снова сжался и, похоже, больше не собирался произнести ни слова.

Я вздохнул и демонстративно погладил свой живот.

– Из-за этой суматохи вокруг прибытия маркиза де Гонди, я еще не успел позавтракать, – непринужденно произнес я. – Ты как, голоден? Небось, на местных харчах долго не протянешь.

Я видел, как забегали глаза душелова, и как его руки начали подрагивать. Конечно, он голоден. Сигурд двое суток держал его на воде и сухарях.

– Эй! – громко крикнул я. – Кто там?

Дверь открылась, и в проеме показалась голова Лео.

– Принеси нам что-нибудь поесть. И вина не забудь прихватить. Потряси там этих бездельников. Наверняка у них там в закромах найдется чем поживиться.

Когда голова Лео исчезла, я весело подмигнул душелову и, потирая ладони, присел к столу.

– Сейчас он им там устроит! Хе-хе! Не удивлюсь, если узнаю, что местные тюремщики балуют себя столичными винами.

Душелов молчал, но я заметил его тоскливый и голодный взгляд, которым он проводил моего оруженосца. Спустя буквально несколько минут дверь распахнулась, и мои бойцы начали накрывать на стол. Здесь было две запеченные курицы, хлеб, сыр, овощи, крынка молока с запотевшими стенками и пузатый кувшин с вином.

– Ну! – снова потирая ладони и разглядывая заставленный едой стол, воскликнул я. – Что я говорил? Живут не хуже герцогов!

Душелов во все глаза таращился на стол и периодически сглатывал.

Лео с непроницаемым лицом налил в мой глиняный стакан вино и хотел было поставить кувшин на стол, но я его остановил:

– Ему тоже налей… Только чуть-чуть…

Лео кивнул и выполнил приказ.

– Тебя как зовут-то? – обратился я к душелову, накладывая себе в тарелку еду.

– Вальдар, – прохрипел он.

– Присаживайся к столу, Вальдар, и поешь.

Тот колебался недолго и, гремя цепями, пересел на табурет у стола и набросился на предложенное угощение. Лео поставил перед ним стакан с вином.

– Выпей вина, – сказал я ему и демонстративно отхлебнул из своего стакана.

Вальдар проследил за мной и, схватив стакан, жадно опрокинул его содержимое себе в глотку.

Я взглянул на Лео.

– Неси бумагу и чернила, – сказал я. – Будешь записывать.

Глава 4

Когда я покинул башню, время уже шло к ужину. После общения с Ледяными настроение было мерзопакостным. Меня словно в дерьмо макнули.

Я, конечно, знал о Ледяном ордене уже много всяких гнусностей, но душелов открыл мне глаза на многое. Мне еще долго придется переваривать полученную информацию, а также пересмотреть некоторые свои планы и будущие шаги.

Лео шел следом за мной. Он крепко сжимал в руках сумку, в которой хранились подробно записанные показания обоих северян. Стопка листов получилась довольно объемная.

Парень, похоже, чувствовал себя отвратительно. Еще бы… Услышать столько мерзостей, которые творили эти фанатики. Пытки, убийства, казни. Орден Ледяных действовал с размахом. Уничтожены тысячи истинных и первородных.

Пока мы с душеловом под мое вино «мило» общались, я видел, что Лео несколько раз был в шаге от того, чтобы изрубить этого урода на куски. Но он сдержался, за что я его позднее похвалил.

В тот момент, когда у нас с Вальдаром пошел разговор обо мне и о Фрие, я дал команду Лео выйти из комнаты. Эта информация не для его ушей. И уж тем более не под запись. Правда, ничего такого душелов мне не рассказал. Он и сам только два дня назад там, на вершине скалы перед нашим поединком с Фрией узнал о ее истинной сущности.

А вот о темниках и о своем даре мне он поведал многое и с огромным удовольствием. Уже в конце нашей беседы, широко улыбаясь и довольно потирая ладони, он, как лучшему другу, рассказал мне о своем плане побега.

Оказалось, что все то время, пока он сидел у нас в подземелье, он активно использовал свой дар. Вальдар называл это умение «Призывом». Благодаря этому умению, душелов охотился за темниками. Я полагал, что эти твари не любят далеко удаляться от фронтира. Но я не учел тот факт, что даже в этом случае у Вальдара имелся пусть и крохотный, но шанс подманить какого-нибудь заблудшего духа.

Когда я об этом услышал и представил, чем все могло закончиться добейся душелов своего, у меня по спине пробежала волна холода…

На улице нас ждали мои люди. Помимо Сигурда и страйкеров, там стоял невысокий узкоплечий воин с густой черной бородой почти до глаз и близко посаженными звериными глазами.

Когда я приблизился, он поклонился и молча вопросительно посмотрел мне в глаза.

– Как и обещал – Ледяные теперь ваши, – произнес я.

Бородач хищно оскалился и кивнул троим бойцам, что стояли чуть поодаль.

– И еще, – остановил я его. – Вам стоит поторопиться…

Я быстро в двух словах предупредил его о том, что душелов может в любой момент выкинуть пакость. За что бородач искренне поблагодарил меня и поспешил со своими друзьями в сторону башни.

О том, что перед уходом я скормил своей ауре всю энергию душелова, говорить, конечно, не стал. У меня как раз вышло время, и «паразит», засевший во мне, потребовал новое подношение.

Наблюдая, как золотые щупальца, присосавшись к источнику Вальдара, вытягивают из него энергию и как тот корчится от боли, жалости или сострадания я не испытывал. Особенно после всего, что я услышал о «подвигах» этой мрази.

Но для душелова это только начало. Тот бородач и его спутники – это оборотни из клана, к которому принадлежали верфольфы, патрулировавшие южный тракт, и которые были «выпиты» темниками. Но не все оборотни из того отряда погибли. Одному удалось сбежать и рассказать обо всем главе своего клана. Тот сообщил уже мне, а дальше уже было дело техники. Правда, мне пришлось пообещать старому оборотню, что я отдам ему выживших Ледяных. Я выполнил обещание, о чем нисколько не жалею.

К слову, поговорив с душеловом, я понял, насколько нам повезло, что его темники были очень голодны. Настолько, что он даже был готов скормить им одного из своих братьев по вере. Набросившись на пятерых вервольфов, темники не заметили шестого, притаившегося среди деревьев, которому старший отряда дал приказ не вступать в бой.

Уже удаляясь от башни, я шепотом произнес:

– Проконтролируй и сообщи, когда они закончат…

В том, что Вайра, притаившаяся на крыше башни, меня услышит, я даже не сомневался.

Запрыгнув на лошадей, мы поскакали обратно в наш лагерь. Уже на входе один из гленнов сообщил мне:

– Все собрались в вашем шатре, ваше сиятельство.

Я кивнул и пришпорил коня.

У шатра меня ждала Аэлира. По ее взгляду я понял, что она хочет сообщить мне что-то важное.

– Что? – коротко спросил я.

– Лада, – ответила Аэлира. – Она уехала.

Я усмехнулся. Ведьма…

– Одна?

– Нет, – покачала головой Аэлира. – Вместе с торговцами из Гондервиля. Хотите, чтобы я ее вернула?

– Нет, – ответил я, спрыгивая со Шторма и передавая поводья одному из бойцов. – Она свободна и может ехать, куда хочет. Это ее выбор.

Когда я переступил порог шатра, внутри за накрытым по всем правилам столичного этикета круглым столом уже сидели все приглашенные мной ранее люди.

Я бодро улыбнулся и обвел взглядом их лица.

Ближе всех ко мне сидел капитан когорты легионеров Самюэль Кронер. За последние месяцы он заметно похудел. Стал стройнее и выглядел помолодевшим. Его возраст выдавали глубокие морщины и седые волосы на висках.

Капитан был мрачен и напряжен. И не удивительно. Сыночек герцога де Гонди наверняка ему уже весь мозг вынес. Ему и виконту де Левалю.

Пьер сидел рядом с капитаном, которого папаша приставил к нему. Виконт был задумчив и явно чем-то расстроен. Хотя правильней сказать кем-то. Бедняга, видимо, уже знает об отъезде Лады.

Тебе же лучше, глупец… От ведьм тебе надо держаться подальше. Тем более, что у вас нет и не может быть никакого будущего. Ты, наследник графа де Леваля. Тебя наверняка ждет блестящая партия согласно твоему статусу и положению в обществе.

А Лада – ведьма. То, что она аристократка, всего лишь мои предположения. Но даже так, на родине, кроме врагов, у нее никого не осталось. И самое главное – ты не вписываешься в ее образ жизни…

Справа от виконта, устало вытянув ноги и сложив руки на груди, в кресле развалился капитан «Отчаянных» Гастон Лафор. На его лысине красовался свежий шрам. Эту отметину он заработал во время штурма ворот шато де Гардьен. Улыбка на его наглой физиономии при моем появлении стала еще шире и еще веселее.

Видимо, Гастон уже тоже познакомился с маркизом де Гонди и с нетерпением ждал развязки. Руку даю на отсечение, в лагере уже полным ходом делают ставки на то, каким образом маркграф де Валье будет ставить на место этого зарвавшегося вельможу.

Рядом с Лафором, держа в руке бокал с вином, сидел Андре де Шатильон. Прямая спина, обманчиво скучающий взгляд – виконт всегда готов к бою.

Должен сказать, я не жалею, что сделал на него ставку. Довольно в короткие сроки виконту удалось собрать сильный конный отряд из таких же отчаянных рубак, как и он сам. И это только начало.

На левой стороне стола разместились Курт фон Харт, Георг фон Линц и предводитель мертонцев барон Илар Рис. Взгляды всех троих остановились на мне. Они, в отличие от остальных присутствующих, знали, где я сегодня был, и явно ждали новостей.

Чуть поодаль от всех сидела Самира Клеман. Официальная представительница Янтарной гильдии магов ни разу не ответила отказом на мое приглашение – присутствовать на наших военных советах.

Вот и сейчас она была здесь. Я бы мог обойтись и без нее, но для того, что я собирался сделать, мне был нужен свидетель от гильдии магов. Кроме того, мы вместе через многое прошли. Она отлично показала себя в каждом сражении. И пусть Самира, скорее всего, в будущем противостоянии с Янтарными окажется по другую сторону баррикад, я по-настоящему уважал эту женщину.

На нашем собрании уже привычно отсутствовал Жан-Клод де Бакри, который еще несколько дней назад отправился на юг. Там у него было запланировано много встреч с местными кланами. Надеюсь, его стараниями наше войско увеличится.

А еще, несмотря на мое приглашение, отсутствовал маркиз Луи де Онжес. Именно он был командиром вестонского легиона, засевшего в цитадели Сапфировой гильдии. Вернее сказать, командиром тех вестонцев, что остались в живых.

Кстати, этот маркиз де Онжес, младший сын герцога де Онжеса, брат маркиза Оливье де Онжеса. Того самого бывшего приятеля Анри де Шатильона.

Врать не буду – отсутствие маркиза меня не расстроило. Этот вздорный и напыщенный тип мне с самого начала не понравился. Да и я ему тоже.

Когда мы вошли в цитадель, он сразу же попытался начать качать права. Пришлось жестко поставить его на место. Так что нет ничего удивительного в том, что он проигнорировал мое приглашение.

При моем появлении все встали и поклонились.

– Ваше сиятельство, мы рады вас видеть в добром здравии, – произнес Лафор, снова развалившись в своем кресле. – Ходили слухи, что вы приболели. Хотя, по правде сказать, я не верил в эту чушь.

– И правильно делали, – ответил я ему, садясь в кресло, которое приготовил для меня Гуннар. – И дабы развеять все сомнения, скажу, что, как одаренный, чтобы усилить и отточить свой дар, я должен подолгу проводить в медитациях. Процесс этот сложный и требует должной концентрации. Иногда он занимает несколько часов, а иногда и несколько суток. Господа маги не дадут мне соврать.

Я повел головой в ту сторону, где сидели барон Рис и страйкеры. Они тут же закивали, подтверждая мои слова.

– Вы абсолютно правы, ваше сиятельство, – произнесла с ироничной улыбкой Самира Клеман. – Мне бы вашу усидчивость и самоконтроль.

Самира давала мне понять, что не поверила ни одному моему слову.

– Господа! – произнес я. – Прежде чем приступить к нашему ужину, я должен сообщить вам, что у меня есть сведения, касающиеся нашего главнокомандующего, маршала де Клермона, а также остальных генералов.

Тут же повисла тишина. Все взгляды устремились на меня. Кроме, пожалуй, виконта де Леваля. Мысленно Пьер в эту минуту находился где-то очень далеко. Его словно накачали какими-то успокаивающими зельями.

Следующие несколько минут я пересказывал все, что мне поведал душелов об атаке на командование вестонской армии. О предательстве Каменных и Ледяных, о гибели графа де Бозона и почти всех вассалов герцога де Клермона, о тяжелом ранении маршала, и о том, что остатки вестонской армии заперты сейчас у подножия Железного хребта.

В заключение своей речи я выложил на стол несколько листов, исписанных Лео фон Гримом. Это были исправленные копии тех записей, что вел мой оруженосец. Я заставил его переписать их только без упоминания о темниках и взял с него клятву молчания, дав ему тем самым понять, что это тот самый переход на новый уровень. Парень воспрял и здорово впечатлился.

– Вот здесь записаны показания двоих пленников, допрошенных мной сегодня, – произнес я. – Они заверены моей подписью, а также подписью моего оруженосца, Лео фон Грина, которого вы все прекрасно знаете. Эти бумаги будут доставлены его величеству в ближайшее время.

Я взглянул на виконта де Леваля и добавил:

– Виконт, ваш отец не погиб. В тот день ему удалось спастись.

Пьер все еще находился во власти любовной меланхолии, спровоцированной отъездом одной коварной ведьмы, поэтому не сразу отреагировал на мои слова.

В отличие от всех присутствующих. Все тут же одновременно заговорили. Мой шатер заполнился разноголосым шумом.

– Что? – очнулся Пьер де Леваль и обвел нас непонимающим взглядом. – Что вы сказали?

– Ваш отец жив, виконт! – широко улыбаясь, громко произнес сидящий с ним рядом капитан Кронер. – И я искренне рад! Слава всем богам!

Пьер слегка обалдело смотрел на Кронера, переваривая сказанное. Похоже, Лада здорово промыла ему мозги своими ведьмачьими фокусами. Перестраховалась. Видимо, не хотела, чтобы он бросился следом за ней.

– А где сейчас эти пленники? – громко спросила Самира Клеман. – Я тоже хочу задать им несколько вопросов. И кто они?

– Это те самые Ледяные, которые отправились в поход вместе с нашей армией в качестве сторонних наблюдателей, – ответил я.

– А как они здесь оказались? – удивилась Самира.

– Разве не понятно? – громогласно рыкнул Гастон Лафор. – Сюда они прибыли, чтобы убить маркграфа де Валье! Да только здесь им обломали зубы! Верно я говорю, ваше сиятельство?

Я лишь многозначительно улыбнулся. На что капитан Лафор, довольный своей догадкой, расхохотался.

Игнорируя громкие выкрики командира «Отчаянных», Самира Клеман продолжила настаивать.

– И все-таки… Где сейчас эти пленники?

– А зачем они вам понадобились, мадам? – спросил Лафор. – Хотя я знаю ответ на этот вопрос. Вы беспокоитесь о своих друзьях. Ведь среди Каменных рыцарей есть и те, кто когда-то начинал в вашей гильдии.

Клеман вспыхнула. Вскочив с места, она схватилась за рукоять своего меча.

– Эти сведения абсурдны! – воскликнула она. – Я…

– Вы хотите в чем-то меня обвинить, мадам? – перебил я ее.

Я говорил спокойно, но по внезапно повисшему молчанию в шатре стало ясно, что мой тон никого не обманул.

Я видел, как поежилась Самира Клеман под моим взглядом.

– Нет, но… – справившись с первым волнением, слегка севшим голосом начала она. – Эти обвинения слишком… Слишком… Это немыслимо… Я лично знакома с великим магистром ордена Серой скалы. Мне сложно поверить, что его превосходительство Фредерик де Моати мог предать его величество. Именно поэтому я лично хотела бы допросить ваших пленников.

– Эти пленники мертвы, – ответил я. – Они долго не хотели говорить…

Все присутствующие понимающе закивали.

– Но эти пленники важные…

– Все, о чем они рассказали, есть в этих бумагах, – кивнул я на листы, лежащие на столе. – Там стоит моя подпись и моя печать. Вам этого мало?

Ответить Самира не решилась. Она поднялась со своего кресла и, поклонившись, произнесла:

– Прошу простить меня, ваше сиятельство, но я вынуждена удалиться.

Затем, не дожидаясь ответа, она развернулась и быстрым шагом покинула шатер.

Что ж, камень брошен в воду. Скоро круги доберутся и до столицы. Сусанна говорила, что шут давно уже точит зуб на магистра Каменных. Только воля короля удерживала Кико от агрессивных действий против этих фанатиков. Теперь у него есть козырь. И он не будет таким щепетильным, как Самира. Да, я кое-о-чем умолчал, но в остальном, по сути, честно передал все, о чем говорил душелов.

– Господа, предлагаю продолжить обсуждение за ужином, – произнес я, улыбнувшись. Все поддержали меня дружными возгласами.

Когда ужин уже подходил к концу, в шатер заглянул Гуннар и взволнованно произнес:

– Ваше сиятельство, там…

– Что? – спросил я.

– У входа в лагерь несколько десятков всадников. Это маркиз де Гонди и его сопровождающие. Без пароля в лагерь их не пустили. Он разъярен и требует немедленной встречи с вами.

– Хорошо, – кивнул я. – Можешь не седлать коня. Я пройдусь пешком.

К выходу из лагеря мы пришли все вместе. Остальные, подражая мне, тоже изъявили желание пройтись на своих двоих.

Маркиза Эрика де Гонди я узнал сразу, хотя никогда его не видел вживую. На том балу, где я прикончил Эмиля де Марбо, сына герцога де Гонди не было. Но узнать его было не трудно. Он очень похож на свою сестру. Такой же смуглый и черноволосый, как и Бланка.

Когда я узнал, что делегацию от принца Филиппа возглавляет маркиз де Гонди, то удивился смелости герцога. Отправить сына и наследника в опасное путешествие с небольшим отрядом – это очень рискованно.

Правда, если посмотреть на эту ситуацию под другим углом, то все встает на свои места. Сын герцога де Гонди, возглавив наше войско, добирается до назначенной точки и одновременно с войском принца Филиппа атакует легионы Золотого льва. В случае победы маркиз де Гонди наравне с принцем превращается в национального героя. Папаша герцог уже давно пытается договориться с королем о помолвке принцессы Адель с его сыночком маркизом. После победы над аталийцами мечта может стать реальностью. И тогда Бофремону придется подвинуться.

Хотя, зная Карла, не думаю, что с его любимой внучкой Гонди что-то обломится. Им достаточно и принца Филиппа. Король ни за что не даст усилиться Герцогу Юга. Пока он жив, по крайней мере…

Уже вблизи я рассмотрел в истинном зрении телохранителей маркиза и понял, что герцог перестраховался. Десять страйкеров. Все сильные медиусы. С таким эскортом можно и попутешествовать. Тем более, если уже знать, что дорога относительно безопасная.

А они знают. Об этом им сообщили дружки виконта де Леваля. Вон их рожи мелькают на заднем фоне среди всего этого разнообразия цветных перьев и роскошных нарядов. Значит, эти ребятки рванули прямиком в Вестонию. Или все-таки попытались пробиться к маршалу?

Выйдя за ворота лагеря, я остановился и громко произнес:

– Маркиз, мне передали, что вы искали со мной встречи?

Глава 5

– Почему нас не пускают дальше?! – без всяких предисловий тут же наехал на меня маркиз.

Обращаясь ко мне, спрыгнуть с лошади он не потрудился, чем проявил бестактность и неуважение. Маркиз и его спутники, как и мы, явно только что из-за стола. И, судя по разгоряченным физиономиям, вина они выпили больше, чем мы.

Дворяне, сопровождавшие маркиза, тоже остались в своих седлах. Здесь все объяснимо. Они вынуждены вести себя так же, как их предводитель. Хотя я видел, что представителям герцога де Бофремона поведение маркиза явно не по душе.

Многих из них я встречал на столичных приемах. Другими словами, они прекрасно знали, кто я такой, поэтому и старались не встречаться со мной взглядом. Особенно напряглись страйкеры-телохранители маркиза. Понимают, что они рискуют не выполнить свою миссию.

Что же касается неуважения… Наш лагерь находится на холме, и ситуация складывается в этот момент так, что маркиз и его сопровождающие, даже сидя верхом, находятся немного ниже нас. Им всем приходится даже слегка задирать головы.

– Маркиз, – произнес спокойно я и, полуобернувшись, указал рукой на ровные ряды вкопанных в землю острых кольев. – Вероятно, вам никто этого не сказал… Но мне не сложно дать вам исчерпывающие объяснения. Дело в том, что у нас тут сейчас идет война. И все, что вы видите за моей спиной, это не какая-нибудь стоянка бродячих скоморохов, а строго охраняемый военный лагерь, внутри которого не место посторонним. И чтобы попасть за эти ограждения, необходимо знать пароль. Вам известен пароль?

Физиономия Эрика де Гонди сейчас напоминала переспелый помидор. Глаза вот-вот выпрыгнут из орбит. Руки сжаты в кулаки и дрожат словно от дикого холода.

Нет, маркиз… Ты не похож ни на своего отца, ни на свою сестру. Разве что только внешне. По крайней мере, теперь я понимаю, почему герцог де Гонди так много времени проводит с дочерью. Сын и у него болван. Не удивлюсь, если узнаю, что через каких-нибудь лет двадцать наследником герцога станет его внук.

– Вы издеваетесь?! – воскликнул маркиз.

– Даже не думал, – покачал головой я. – Повторюсь, у нас тут идет война.

– Именно поэтому ваши люди взяли под контроль всю цитадель, потеснив тем самым легионеров маркиза де Онжеса? – пошел в атаку маркиз де Гонди. – Теперь над донжонами цитадели и шато Гардьен развеваются ваши личные знамена! По какому праву?!

– По праву победителя, конечно, – удивился я, наблюдая, как синеют от бешенства губы маркиза. – Шато Гардьен и цитадель – мои законные трофеи.

В отличие от Гондервиля, который я отказался принимать под свою руку, ситуация с этими двумя крепостями обстояла несколько иначе. По сути, после побега истинных владельцев, они оказались бесхозными.

И если с шато Гардьен было все ясно, то насчет цитадели могли возникнуть некоторые вопросы. Хотя в этом случае я предпочитал руководствоваться девизом, который красовался под гербом на реверсе моего лисьего амулета. «Здесь и сейчас!» – гласила надпись.

Здесь и сейчас сила на моей стороне. Кто желает оспорить мое право, пусть попробует это сделать.

Конечно, я понимал, что эти две крепости мне сейчас, да и в будущем тоже, абсолютно без надобности. Мне бы сперва разобраться с моей маркой. Да что там говорить… Мне бы до нее добраться для начала!

Да и расположение крепостей, особенно цитадели, мне, откровенно говоря, не нравились. Отсутствие нескольких путей отхода полностью противоречило моей лисьей сути. Тем более, что Серый жнец захватом шато Гардьен наглядно показал все минусы этих древних построек.

Эти крепости я планировал продать или обменять на что-нибудь ценное. В том, что желающие появятся, я даже не сомневался.

– Но люди маркиза де Онжеса… – попытался было возразить де Гонди.

– Были почти при смерти, когда мы вошли в распахнутые настежь ворота цитадели, – перебил я его. – Наши лекари выходили их, и сейчас эти бедняги отъедаются за счет наших припасов. А вот сам маркиз де Онжес и его приближенные, на мой взгляд, выглядят намного лучше, чем доверенные ему королем люди. Они здоровы и даже слегка упитанны.

Все это я произнес громко и отчетливо, глядя прямо в глаза Луи де Онжесу. Тот смотрел на меня с ненавистью, но дергаться и возмущаться не спешил.

В отличие от маркиза де Гонди, этот урод лезть на рожон не собирался. Такие, как он, будут бить в спину и чтобы наверняка. Вот доберется до столицы, пожалуется своему папашке, и уже вдвоем будут пакостить мне издалека. Правда, они еще не знают, с кем связались. Тем более, что у нас с Андре де Шатильоном имеются далеко идущие планы на эту семейку.

Партия принца Генриха сейчас заметно уступает красным. Плюс Сусанна сообщала о проблемах у семейства Краонов, которое, по сути, является кошельком среднего сына короля, да и того же маршала де Онжеса.

Астландские банкиры, вследствие агрессивной политики короля Альфонсо Пятого сбежавшие из Аталии со всеми своими капиталами в Вестонию, серьезно подвинули местных финансовых воротил. Идет борьба за место под солнцем.

– Вы хотите в чем-то обвинить маркиза де Онжеса? – попытался взять инициативу в свои руки сын герцога де Гонди.

– Я всего лишь указал на цветущий вид маркиза, – ответил я. – И это после многомесячной голодной осады, во время которой погиб почти весь легион его величества. И это не считая наших союзников бергонцев.

Сопровождающие маркиза де Гонди начали переглядываться. Послышались недовольные возгласы. Сторонники герцога де Бофремона поглядывали на маркиза де Онжеса так, словно впервые увидели.

Это они еще не знают о том, что нам рассказали легионеры о своем командире. Как тот со своими вассалами и телохранителями, при поддержке самых сильных бойцов легиона, взяв под контроль оставшееся после магов продовольствие, морили голодом простых солдат.

Капитан Кронер уже провел беседы с младшими офицерами из этого легиона. Скорее всего, к его когорте примкнут еще две. И пусть их командиром является маркиз де Онжес, я пообещал Кронеру, что разбираться с последствиями буду сам.

Эрик де Гонди заволновался. Он видел, что нахрапом решить дело не вышло. Парень привык, что имя могущественного отца открывает все двери, но в этот раз вышла осечка. Но я знал, что у него есть главный козырь, которым он тут же воспользовался.

– Мессир! – воскликнул он, тем самым прерывая разговоры и обращая на себя внимание сопровождавших его дворян. – У меня нет времени на то, чтобы обсуждать вид маркиза де Онжеса и его людей! Как вы правильно заметили – у нас идет война!

Эрик де Гонди весь подобрался и даже привстал на стременах. Так мы с ним были почти на одном уровне. В его глазах я заметил победный огонь.

– Я прибыл сюда по приказу его высочества принца Филиппа! – продолжил декламировать маркиз.

Складывалось такое впечатление, что он объявлял о каком-то эпохальном событии. Преисполненный гордости за порученную ему миссию, маркиз абсолютно не замечал наши спокойные и невозмутимые лица.

Хотя я точно знал, что эта невозмутимость – напускная: все мои люди с нетерпением ждали развязки. Даже поставили на это деньги. Об этом мне сообщила Вайра, от слуха которой, казалось, не ускользал даже самый незначительный шорох.

– Его высочество приказывает немедленно выдвинуться всеми силами в сторону неприятеля и…

Закончить маркизу его проникновенную речь я не дал.

– Мессир, я бы хотел увидеть этот приказ, – оборвал я его.

Маркиз снова начал краснеть, но один из его сопровождающих быстро приблизился к нему. В его руках был свиток, который он протянул маркизу. Тот молча кивнул в мою сторону и приготовился наблюдать за моей реакцией.

Любопытно, что он ожидает увидеть? Вероятно, то, как моя наглая физиономия после прочтения мгновенно превращается в угодливую маску? Если это так, то он еще глупее, чем я думаю.

Я развернул протянутый мне свиток и быстро пробежался по ровным строчкам, написанным красивым каллиграфическим почерком. Проверил печать и невнятную, как и он сам, подпись принца Филиппа.

Закончив чтение, я поднял глаза на маркиза. Тот торжествующе разглядывал меня. Правда, в его взгляде начали появляться нотки недоумения. Ведь выражение моего лица не изменилось.

– Здесь написано, что вам надлежит собрать все доступные вам войска и с этими войсками в срочном порядке отправиться в бой против легионов Золотого льва, – произнес я.

– Все верно! – победоносно ухмыляясь, ответил мне маркиз и, обведя рукой нас и наш лагерь, продолжил: – Согласно приказу его высочества, все это войско, а также вы и ваши подчиненные обязаны мне повиноваться!

– Да? – изобразил я удивление и снова опустил взгляд на приказ.

– Вы же только что об этом прочитали, – насмешливо произнес маркиз. – Или вы хотите уклониться от приказа его высочества?

Среди его сопровождающих послышались смешки. Правда, смеялись не все. Те, кто меня знали, заметно напряглись и начали понимать, что происходит что-то странное.

– Нет, конечно, – ответил я. – Просто в приказе говорится обо всех доступных вам войсках. Поэтому я не совсем понимаю, почему вы решили, что я, мои люди и мое войско вам доступно?

Повисло молчание. Маркиз де Гонди даже забыл покраснеть. Он как-то по-детски слегка приоткрыл рот и недоуменно уставился на меня. А вот со стороны моих людей послышались смешки и веселые возгласы. Похоже, только что кто-то неплохо подзаработал.

– Кроме того, я не совсем понимаю, что вы и ваши люди до сих пор тут делаете? – продолжил добивать его я. – Согласно этому приказу, вы уже должны были, не теряя времени, отправиться сражаться с легионами Золотого льва.

Маркиз был похож сейчас на выброшенную на берег рыбу. Он таращил на меня глаза, медленно открывая и закрывая рот.

– Это же измена! – наконец справившись с собой, заорал он. – Вас немедленно следует арестовать!

– Заткнитесь, маркиз! – рыкнул я. – Если вы еще раз позволите себе разговаривать со мной в таком тоне, боюсь, мне придется поучить вас манерам. А пока вы осмысливаете мои слова, почитайте вот этот приказ.

По моему сигналу Лео фон Грим передал свиток, который мне вручил Кико после разговора с королем.

Маркиз де Гонди был растерян и обескуражен моим напором. Люди, находившиеся за его спиной, не спешили идти ему на помощь. Даже нанятые его папашей страйкеры не проронили ни слова и не шелохнулись. Сейчас речь шла о возможной дуэли – в этой ситуации они ничего не могут сделать.

Дрожащими то ли от гнева, то ли от страха руками брат Бланки развернул свиток и начал читать. Было видно, что ему стоит труда сосредоточиться на написанном.

Я решил прийти ему на помощь.

– Как вы уже смогли убедиться, в этом свитке написано, что его величество Карл Третий приказывает мне, маркграфу де Валье, любыми способами, а также используя всех доступных мне людей, взять под контроль мои новые владения. Согласно этому документу, все военачальники обязаны оказывать мне любую посильную помощь. Повторюсь, любую. Это значит: оружием, продовольствием, людьми и так далее. Кроме того, мне было приказано воздержаться от боевых действий с аталийской армией, если они, эти боевые действия, напрямую не связаны с выполнением моей миссии. Как вы наверняка знаете, я уже несколько раз нарушил волю его величества. Полагаю, маркиз, я не должен вам объяснять, чей приказ имеет для меня больший вес?

О том, что мы в любом случае как можно скорее отправимся на выручку маршалу де Клермону, я умолчал. Нам предстояло еще многое сделать. Пополнить запасы продовольствия и кормов для животных. Подготовить теплую одежду для солдат, потому что холода в этих краях наступали раньше, чем в Вестонии. Дождаться барона де Бакри, который отправился за пополнением в нашу армию. И еще много разных деталей. В общем, подготовка шла в ускоренном темпе.

Главный козырь маркиза отправился в отбой. Это поняли все. На брата Бланки было жалко смотреть. Молча вернув свиток моему оруженосцу, он хотел было развернуть коня, но я его остановил.

– Мессир, мы еще не закончили!

Я обвел его жестким взглядом, а затем всех его сопровождающих и произнес:

– Хочу напомнить вам и вашим людям, что цитадель принадлежит мне по праву победителя. Мне уже поступили жалобы о том, что некоторые из ваших людей пытались проникнуть туда, куда им нет доступа. Если подобное еще раз повторится, мне придется принять жесткие меры по отношению к нарушителям.

Я ясно давал понять, кто здесь хозяин и что не стоит злоупотреблять моим гостеприимством. О жалобах – это был экспромт, но, судя по тому, как нагло вели себя наши «гости», что-то подобное уже наверняка случалось.

– Конечно, мессир, – севшим голосом, явно изо всех сил сдерживая ненависть, произнес маркиз. – Уверяю вас, больше жалоб вы не услышите.

Провожая несущуюся в сторону цитадели кавалькаду и слушая радостное обсуждение произошедшего моими командирами, я улыбался.

Это был только первый раунд переговоров.

Этой ночью, работая с бумагами, я внимательно слушал все, что мне рассказывали первородные. Вайра поведала мне о том, как «гости», пока я был в отключке, пытались давить на моих командиров, а в особенности на виконта де Леваля.

Ведь, по сути, изначально предводителем нашего войска был он. Это уже потом все изменилось. Кстати, оказалось, что его вассалы, повествуя принцу Филиппу и его двору о нашем сражении с аталийской конницей, уверили всех, что победа состоялась только благодаря полководческому гению их сюзерена.

Надо отдать должное виконту, когда он узнал об этом, он чуть было не поубивал их. В общем, видимо, очень скоро Пьер придет со мной разговаривать о случившемся. И притащит своих дружков каяться.

Что же касается меня… Мне плевать на то, кого там кто считает гениальным полководцем. На самом деле меня занимают другие проблемы. Такие как: золотой паразит, засевший в моей энергосистеме, или неожиданно доставшееся мне наследие лисолюдов, а еще меня раздражает тот факт, что я до сих пор не добрался до своих новых владений, а вынужден участвовать в чужой войне. Не так я себе все это представлял…

Как-то совершенно незаметно я, всегда старавшийся избегать чужих конфликтов, оказался в центре этой войны. Причем не своей войны… И что самое неприятное, чем дальше, тем сложнее будет из нее выпутаться. Есть над чем подумать…

Теперь касаемо второго раунда переговоров… Уверен, что очень скоро со мной в неформальной обстановке захотят обсудить сложившуюся ситуацию представители герцога де Бофремона, а также представители де Гонди.

Наверняка, папаша обеспечил свое чадо не только силовой поддержкой. При маркизе должен быть кто-то и с мозгами. Вот они-то в скором времени и выйдут на меня.

Мы, конечно, в любом случае выдвинемся на Золотого льва. Такую угрозу оставлять за спиной нельзя.

И новости о большом войске, собранном герцогами и готовом ударить по аталийцам с запада, не могут не радовать. Но и не воспользоваться благоприятной ситуацией я тоже не могу. Посмотрим, что мне предложат господа герцоги.

Проводив пышную кавалькаду, мы вернулись в мой шатер, чтобы продолжить прерванное совещание.

Шагая через лагерь, я почувствовал, как внутри меня заворочался золотой паразит. Проголодался, обжора… Десять небольших бурых крудов, которые я держал специально для такого случая во внутреннем кармане сюртука, были тут же поглощены. Даже пыли не осталось.

Я украдкой огляделся. Никто ничего не заметил.

Хех… Такими темпами довольно скоро я перейду к большим крудам. А, ведь, судя по состоянию моего источника, мне понадобится прорва энергии. Выход из положения – как можно скорее взять под контроль сам процесс, иначе я стану рабом этого паразита.

Глава 6

Ночь прошла примерно в том же режиме, что и предыдущая. Первую ее половину я посвятил глубокой медитации, а вторую – конспектированию.

Как всегда, очень помогало участие льюнари. Селина была постоянно рядом со мной, помогая быстро погружаться в воспоминания из жизни лисолюда и выуживать из них необходимую мне информацию. Лишних вопросов она не задавала, но иногда я ловил на себе ее задумчивые взгляды. В такие моменты я делал вид, что ничего не замечаю, но понимал, что рано или поздно нам придется с ней обо всем поговорить.

Запись я вел на языке лисолюдов, знание которого ко мне вернулось вместе с памятью. Так было проще записывать все, что касалось магии этого народа. Кроме того, попади мои конспекты в чужие руки, разобрать в них ничего не получится. Слишком сложная письменность у этих существ.

Работать закончили под утро. Льюнари я тут же отпустил отсыпаться, а сам, скормив паразиту очередную партию крудов, приступил к разминке.

В этот раз, помимо бурых, забросил в «топку» один алый и один изумрудный кристаллы. Последний раз, когда так сделал, я заметил, что такое «меню» бодрит и освежает. Усталость как рукой сняло. Сна ни в одном глазу.

Хм… Постепенно начинаю адаптироваться. Благо ничего особенно сложного в наших с паразитом отношениях нет. Главное, все делать осторожно, не нарушая программу. Меня бесило, что приходится расходовать столько драгоценных ресурсов. Займись я модификацией энергосистемы самостоятельно, кристаллов тратилось бы заметно меньше.

После разминки я почувствовал себя еще лучше и позволил Гуннару подавать завтрак. Накрывая на стол, он сообщил, что со мной хочет поговорить наш главный интендант – Ганс Крауз.

Хм… Быстро он. Значит, что-то уже нарыл. Дело в том, что этот энергичный и предприимчивый человек, помимо своих прямых обязанностей, выполнял для меня и другие поручения. Он был моими глазами и ушами в войске.

Ганс, являясь прекрасным психологом, умел подобрать ключик почти к любому человеку. Вот ты вроде бы только что с ним познакомился, а уже через час воспринимаешь его, как своего старинного приятеля, которому готов поведать обо всех своих проблемах.

После отъезда Лады, которая выполняла примерно ту же работу, ценность Ганса Крауза возросла для меня еще больше. И это не учитывая его незаурядного таланта интенданта.

– Доброе утро, ваше сиятельство, – поприветствовал он меня, заходя в шатер.

– Здравствуй, Ганс, – ответил я и, указывая на второй стул, произнес: – Присаживайся. Ты уже завтракал?

– Еще нет.

– Тогда позавтракаем вместе.

Гуннар все понял без слов и уже расставлял перед Гансом тарелки и столовые приборы.

– Благодарю вас, ваше сиятельство, – произнес Ганс, устраиваясь поудобней на стуле, и, бодро подмигнув, обратился к Гуннару:

– Нож можешь забрать. У меня свой.

Сказав это, Крауз достал из-за пазухи короткий узкий нож и ловко с негромким щелчком закрепил его между пальцев своего протеза, заменявшего ему кисть правой руки.

Проследив за моим взглядом, Ганс с улыбкой спросил:

– Вид моей руки вас не смущает?

– Нисколько, – покачал головой я и задал встречный вопрос: – Как часто вас мучают фантомные боли?

– Какие боли? – удивился он.

– Фантомные, – ответил я. – Это ощущения боли, которые кажутся исходящими из утерянной конечности. Должен заметить, что это довольно распространенное явление. Его природа, увы, до сих пор полностью не разгадана. Кстати, помимо боли, люди, потерявшие конечность, могут чувствовать зуд, жжение или ощущение прикосновения. Наверняка вы понимаете, о чем я говорю.

– Да, ваше сиятельство, – кивнул Ганс, на его лице промелькнула тень. – Я понимаю, о чем вы. Раньше постоянно накатывало. Но со временем отпустило. Прошло ведь много лет с того дня, как я потерял руку.

Крауз громко хохотнул и добавил:

– А что касается зуда или жжения… С этим сложнее, ваше сиятельство. Особенно, когда вижу ладный зад рыжей Марты, стряпухи этого прохиндея Пьера Жиро!

Гуннар, расставляя на столе тарелки с едой, незаметно пнул носком сапога по ножке стула, на котором сидел Ганс. Тот тут же смущенно кашлянул и заткнулся.

Я же в свою очередь, старательно пряча улыбку, сделал вид, что ничего не заметил и спросил:

– Полагаю, тебе удалось добыть какие-то сведения?

На второй день после того, как мы взяли цитадель и я проинспектировал всю крепость, меня смутило несколько моментов.

Это касалось сокровищ Сапфировой гильдии… Дело в том, что, когда я, готовясь к штурму, еще только собирал все доступные сведения о шато Гардьен и цитадели, с кем бы я ни говорил, все утверждали, что Сапфировая цитадель является не просто убежищем одной из самых сильных и богатых гильдий страны, но и выполняет роль главного хранилища всех ее сокровищ.

Другими словами, несколько десятилетий подряд маги Сапфировой гильдии свозили в цитадель все свои ценности.

Насколько мне уже было известно, пока цитадель была в осаде, там находилось шестеро магов, не считая гильдейских страйкеров-телохранителей. Плюсуем сюда несколько десятков обычных бойцов и слуг… Итого набиралось около восьмидесяти человек. По крайней мере, как мне сообщили, именно столько и сбежало из цитадели, воспользовавшись тайным ходом.

Нам дали понять, что маги и их люди забрали с собой часть продовольствия и все сокровища из хранилища цитадели.

Я видел это хранилище. Там действительно было пусто, когда мы пришли.

Вот тут мне и бросились в глаза несколько странностей.

Меня смутили маленькие размеры этого хранилища. Как-то не тянул тот подвал на сокровищницу богатейшей в стране гильдии, которую пополняли несколько десятилетий или даже столетий.

Но даже если оно было заполнено до отказа, восемьдесят человек просто физически не смогут за раз утащить все с собой. Им же еще часть продовольствия надо как-то унести. А еще делать это все не привлекая внимания вестонцев и бергонцев.

Таким образом, есть надежда на то, что хранилище в крепости – это обманка. Там, конечно, держали что-то ценное, но главные богатства Сапфировой гильдии магов находятся где-то в другом месте.

Имелась большая вероятность того, что сокровища гильдии были спрятаны там, куда и сбежали маги со своими слугами. Тогда, увы, нам не повезло. Но если главное хранилище находится недалеко от крепости или же в ней самой, значит, мы его обязательно найдем.

Разговорить маркиза де Онжеса на эту тему мне не удалось. Он со мной был не очень разговорчив и приветлив. Попытался сперва качать права. Он почему-то решил, что имеет право командовать нашим войском. Пришлось его обломать и аккуратно вытеснить всех его людей с ключевых точек в крепости. Ни маркиз, ни его люди даже пикнуть не успели, как цитадель перешла под мой контроль.

Вот я и дал Гансу Краузу поручение – собрать всю доступную информацию по этому делу, чтобы проверить мои догадки.

– Да, у меня есть сведения, – тут же оживился Ганс. – Должен заметить, вы были абсолютно правы, ваше сиятельство!

Я лишь молча улыбнулся, давая понять Гансу, чтобы он продолжал.

– По вашему приказу я и мои парни начали обрабатывать людей маркиза де Онжеса. Как и ожидалось, с простыми легионерами получилось все довольно просто. Эти бедолаги столько натерпелись. Трудно держать язык за зубами с теми, кто дает тебе бесплатно еду и вино. Кстати, хочу предупредить, что под знамена вашего сиятельства уже готовы встать две когорты. Об этом мне сообщили их капитаны. С маркизом де Онжесом у них, мягко говоря, нет особой любви. Скажу больше, если бы его папашей не был один из маршалов Вестонии, с ним и его ближниками уже давно приключился бы какой-нибудь несчастный случай. Хотя этот мерзавец наивно полагает, что его спасает присутствие двух страйкеров-телохранителей, услуги которых оплатил герцог де Онжес.

– Насколько мне известно, с капитанами ведет переговоры Самюэль Кронер, – уточнил я.

– Да, вы правы, – согласился Ганс, но по тону его голоса я понял, что он согласен со мной лишь формально.

– Что-то не так? – поинтересовался я.

– Кронер – почитаемый командир, – начал говорить Ганс. – Легионеры третьего легиона, а также другие командиры уважают его. Я знаю, что вы, ваше сиятельство, тоже цените его…

– Так и есть, – кивнул я. – Самюэль Кронер доказал свою полезность.

– Все верно, – охотно подтвердил мои слова Ганс и тут же добавил: – Только вот он – всего лишь капитан. Проще говоря, они равны. Кроме того, Кронер – из третьего легиона. А эти капитаны – из пятого…

Дальше Ганс объяснять не стал, справедливо полагая, что я и так все понимаю.

И действительно, за последнее время я довольно многое успел узнать об армии Карла Третьего. Например, о том, что между легионами действительно существовало нешуточное соперничество за признание и предпочтение со стороны высших командующих и самого короля.

Оно проявлялось по-разному. В основном легионеры стремились доказать свою доблесть на поле боя и достичь любой ценой лучших результатов в военных кампаниях. Так легионы конкурировали за лучшие назначения и места дислокации.

Такое соперничество было не только результатом личных амбиций командиров легионов, но и следствием системы ценностей вестонского общества. Военные успехи и слава играли ключевую роль в закреплении высокого социального статуса, а также в успешной политической карьере. В этом я уже успел убедиться на собственном примере.

Однако следует отметить, что, несмотря на внутреннее соперничество, это не значило, что легионы не были способны к сотрудничеству и координированным действиям во время кампаний и битв. На поле боя они действовали, как единый организм.

– Полагаю, они хотят личной встречи со мной? – спросил я. – И попросили тебя выступить посредником?

– Все верно, ваше сиятельство, – хитро улыбнулся Ганс. – А взамен они поведали много интересного о делишках маркиза де Онжеса и его приближенных. Например, они рассказали о том, как после побега магов из цитадели, люди маркиза под покровом ночи вынесли из западной башни несколько тяжелых ящиков и бочек. Как вы помните, именно в западной башне и находится тот самый подвал, где у сапфировых была сокровищница.

– Вот как, – потер я подбородок. – И тебе уже известно, что в этих ящиках и бочках?

– Золотые и серебряные монеты, а также посуда и драгоценные камни, – проявил свою глубокую осведомленность Ганс Крауз.

– А где сейчас все это хранится?

– Загружено в фургоны его сиятельства маркиза де Онжеса, – понимая, к чему я веду, криво усмехнулся Ганс.

– Очень хорошо, – сказал я. – Передай капитанам, что я встречусь с ними.

– Да, ваше сиятельство, – склонил голову Крауз.

– Теперь я хочу услышать твои выводы.

– У меня было время подумать и присмотреться, – произнес он. – Полагаю, что вы были правы, ваше сиятельство. Настоящая сокровищница Сапфировой гильдии находится в другом месте. Теперь я понимаю, зачем вы приказали мне узнать, в каких местах, помимо крепости, бывали маги до побега. Вы помните то озеро с небольшим водопадом среди скал? От него еще тянется акведук в крепость.

– Да, помню.

– Я узнал, что маги часто медитировали на берегу этого озера. А страйкеры тем временем берегли их покой. Правда, мы проверили то место, но ничего особенного там не нашли.

– Хорошо, Ганс, – произнес я, когда Крауз замолчал. – Я доволен тобой. Продолжай собирать информацию.

Сказав это, я подал сигнал Гуннару, и тот подошел ко мне, держа в руках небольшой деревянный ларец, где хранились серебряные монеты для всяких непредвиденных платежей или поощрений.

Достав два кожаных мешочка с серебряными кронами, я положил их на стол, а Гуннар передал их Гансу.

– Один из этих кошелей – лично для тебя: это за твои труды, – кивнул я. – Во втором награда для особо отличившихся твоих людей. Это уже на твой выбор.

– Благодарю вас, ваше сиятельство, – на лице Ганса появилась довольная улыбка.

– Далее, – продолжил я. – Подбери себе на замену толкового интенданта, а также начинай присматривать себе в команду смышленых и ловких людей. Как я тебе уже ранее говорил, скоро у тебя появится много работы. Об оплате, сам знаешь, можешь не беспокоиться.

Ганс поднялся со своего стула и поклонился. Он больше не улыбался, но по лукавым искрам в его глазах было ясно, что он доволен происходящим.

Когда Крауз вышел, а Гуннар пошел его провожать, я откинулся на спинку кресла и негромко произнес:

– Слышали его?

– Да, – почти одновременно ответили Игния и Вайра из-за моей спины.

– Проверьте это озеро и скалы вокруг него, – сказал я. – О малейшей странности сообщите мне.

Спустя мгновение я почувствовал, что остался один. Но ненадолго. В проеме возник Гуннар.

– Ваше сиятельство, часовой только что доложил, что у входа в лагерь стоят трое всадников. Это граф де Брольи со своими телохранителями. Его сиятельство просит у вас о встрече.

Хм… А вот и переговорщики пожаловали. Все, как я и предполагал. Если не ошибаюсь, этот де Брольи – вассал герцога де Бофремона.

– Пусть пропустят, – кивнул я. – И неси фрукты, бокалы и валейское.

* * *

– Великолепно! – восхищенно воскликнул граф де Брольи после того, как почти залпом осушил свой бокал. – Что может быть более освежающим с утра, чем глоток превосходного валейского! Знаете, мессир, о вашей коллекции вин в столице уже ходят легенды.

Последнюю фразу он произнес широко и многозначительно улыбаясь. Похоже, история с выселением Франсуа из Лисьей норы стала достоянием общественности.

Я лишь пожал плечами и продолжил изучать своего шумного собеседника. Граф Этьен де Брольи был невысоким тридцатилетним мужчиной со светлыми вьющимися волосами и крупным родимым пятном на левом виске.

Магического дара я в нем не обнаружил, равно как и в его телохранителях, которых он оставил снаружи.

Вся его нарочитая громкость и добродушная веселость были лишь маской, которая могла бы обмануть какого-нибудь маркиза де Гонди, но не меня. Каждый раз, когда я не смотрел на графа, я чувствовал его острый и внимательный взгляд. А еще от него пахло кое-чем очень знакомым… Я даже несколько раз незаметно глубоко вдыхал через нос воздух, чтобы убедиться в своих ощущениях.

Некоторое время мы, как это полагается в высшем обществе, разговаривали на общие темы, но потом постепенно перешли к делу.

– Мессир, я уверен, вы прекрасно понимаете, что его светлость герцог де Бофремон ни на миг не поверил в байки этого идиота виконта де Ардана? Когда граф де Бриссе доложил герцогу о разговоре с виконтом де Саладеном, который поведал, кто на самом деле стоял во главе этого войска, его светлость воскликнул: «Я так и знал, что этой победой мы обязаны маркграфу де Валье!»

Мне стоило труда не поморщиться.

– А ведь это было только началом! – продолжил граф. – По пути сюда мы узнали об освобождении Гондервиля и о смерти Серого жнеца, а потом были шато Гардьен и Сапфировая цитадель. Очень скоро в столице узнают о ваших новых подвигах. Баллады, которые поют о вас менестрели, правдивы. Вы настоящий герой, мессир! За вас, маркграф!

Он поднял свой бокал, который предупредительно наполнил Гуннар. Меня воротило от вязкой и неискренней лести графа, но я, как ни в чем не бывало, ответил на его тост поднятием своего бокала.

Сделав маленький глоток, я поставил бокал на стол и спросил:

– Полагаю, граф, вы попросили встречи со мной не только для того, чтобы рассказать о моих героических победах?

– Вы правы, мессир, – кивнул граф. Его взгляд слегка изменился. Стал более цепким. – Я не перестаю удивляться мудрости и прозорливости его светлости. Он ведь предвидел практически все, что произошло с вами. Именно поэтому он сделал меня своим представителем в этой делегации, чтобы я передал вам его… кхм… рекомендацию.

Последние слово он произнес пусть и холодным тоном, но слегка сбившись. Думаю, слово «рекомендация» – это уже отсебятина графа. На самом деле, зная герцога де Бофремона, это был четкий приказ. Только вот за время путешествия в цитадель у де Брольи было достаточно времени, чтобы осознать, к кому его направил его хозяин.

– Рекомендацию? – спокойно переспросил я, внутренне улыбаясь. – И что же рекомендует мне его светлость?

– Его светлость хочет, чтобы вы и ваше войско как можно скорее выступили на Золотого льва. В поход вы отправитесь от имени герцога де Бофремона и его высочества принца Филиппа. При этом вы должны сделать все возможное, чтобы не допустить к командованию войском маркиза де Гонди.

Герцог де Бофремон, как всегда, в своем репертуаре. Я даже не удивлен.

– То есть, другими словами, его светлость рекомендует мне нарушить приказ его величества? – удивленно приподнял я бровь.

Граф де Брольи пристально посмотрел на меня, а потом метнул взгляд на Гуннара.

После того как мой младший камердинер по моему сигналу покинул шатер, граф твердо и уверенно произнес:

– Король при смерти. И вы это прекрасно знаете. С того момента, как мы покинули столицу, насколько нам известно, ситуация со здоровьем его величества изменилась в худшую сторону. По последним данным, доставленным нам из Эрувиля, королевские целители бессильны и уже не справляются с болезнью короля. Никто уже не верит в его выздоровление. Высока вероятность того, что к нашему возвращению вестонский трон опустеет. Но ненадолго! Его очень скоро займет принц Филипп! Думаю, вам не стоит напоминать, кем для его высочества является его светлость герцог де Бофремон?

Вот и настала пора откровенных разговоров. Рано или поздно это должно было произойти. Бофремон понимает, что принцу сейчас нужна эта победа. Он должен взойти на трон, как победитель Золотого льва и спаситель королевской армии. Это закроет рты всем противникам и прибавит уверенности всем сомневающимся дворянам. Да и чернь тоже любит такие истории.

О себе Бофремон тоже не забывает. Хочет прибрать всю славу победы моего войска себе и принцу. Не удивлюсь, если узнаю, что по столице пойдут слухи о том, что все это время я действовал от имени и по приказу его светлости герцога де Бофремона.

Когда граф закончил, в шатре повисло молчание. Я делал вид, что обдумываю его слова, а он, судя по уверенному выражению лица, считал себя хозяином положения.

– Что же, – произнес я негромко. – Ваши слова заставили меня задуматься… Может быть, его светлость написал мне послание, в котором подробно описаны все его рекомендации?

– Нет, – покачал головой граф. – Такого послания нет.

Хех… Перестраховываются. А жаль… Письмецо от герцога мне бы не помешало.

– Но, дабы подкрепить мои слова, он передал вам вот это, – произнес граф де Брольи и достал из-под своего плаща небольшой сверток.

Я негромко вдохнул воздух, принюхиваясь. Значит, не ошибся…

Развернув сверток, граф достал из него пушистый огненно-рыжий лисий хвост с угольно-черным пятном на кончике.

– Вручив мне этот сверток, – улыбаясь, произнес граф. – Его светлость приказал передать вам, что верные ему люди всегда могут рассчитывать на его высокую милость и щедрую награду!

Глава 7

– Добрый день, мессир, – с поклоном произнес высокий худощавый мужчина с узким бледным лицом, на котором неподвижно застыла учтивая улыбка. – Надеюсь, вы меня помните? Нас представили друг другу на приеме его светлости герцога де Гонди.

– Добрый день, граф, – ответил я поклоном. – Я прекрасно помню вас. Как здоровье вашей супруги? Если мне не изменяет память, ей нездоровилось в тот вечер.

Его жена, как и многие женщины в тот вечер, попросту грохнулась в обморок при виде трансформировавшегося Эмиля де Марбо.

– О, благодарю вас, – продолжая сдержанно улыбаться, ответил граф Арман де Лоррен, с которым мы действительно перекинулись парой слов на том приеме и который подловил меня сегодня в полдень во время инспекции крепостной стены.

– Моя супруга в добром здравии. По крайней мере, так было, когда я покидал столицу.

– Искренне рад это слышать, – сказал я и сделал вид, что желаю продолжить свой путь, но граф торопливо произнес:

– Мессир, я понимаю, что вы очень заняты, но не могли бы вы уделить мне немного времени для очень важного разговора?

Значит, герцог де Гонди приставил к своему сыну графа де Лоррена. Помнится, герцогиня дю Белле в нашем с ней разговоре о семействе де Гонди упоминала о графе де Лоррене, как о ближайшем соратнике герцога.

Что же, давай теперь послушаем твою версию. Интересно, он уже знает о визите ко мне графа де Брольи?

Должен сказать, что представитель герцога де Бофремона, сам того не подозревая, был сегодня утром на волоске от гибели. Не проконтролируй я ту бурю эмоций лисолюда, что захлестнули меня, когда граф передал послание от своего господина, все могло бы закончиться для него плохо.

Получить отрезанный лисий хвост, да еще и в том контексте, на который явно указывал Бофремон – это смертельное оскорбление для лисолюда, которое должно быть смыто кровью.

По крайней мере, я теперь понимаю, почему мой таинственный «покровитель» сетовал на мои скорые смерти в иных мирах. Окажись сейчас на моем месте мальчишка-лисолюд, то он уже наломал бы дров.

Я же в свою очередь вежливо попрощался с графом де Брольи и пообещал, что обязательно подумаю над «рекомендациями» его господина.

А что касается угроз и оскорблений… Время Бофремона еще не пришло. Пусть пока думает, что может диктовать мне условия.

– Очень важного разговора для кого? – спросил я.

Граф многозначительно посмотрел на моих сопровождающих, потом огляделся и спросил:

– Мы можем поговорить наедине?

Я молча кивнул своим людям, и они отошли на несколько шагов, оставив нас с графом одних.

Я приблизился к краю стены, откуда открывался вид на всю долину. Внизу под нами, как огромный муравейник, жил и бурлил наш военный лагерь.

Подготовка к походу находилась на своей последней стадии. Со дня на день я ждал вестника от барона де Бакри. Важно было знать, на какое, хотя бы примерно, количество бойцов мы можем рассчитывать. Опять же, надо запастись продовольствием. Да, горцы на первых парах обеспечивали себя сами, но потом обязанность по снабжению их едой возлагалась на наших интендантов.

Поток повозок, хлынувший в первые дни после взятия крепостей, постепенно превратился в тоненький ручеек. Местные жители неплохо заработали на продаже нам излишков своего продовольствия. Назад, помимо денег, они увозили часть трофеев, взятых нашими бойцами на поле боя: кое-какое оружие, одежду, обувь, инструменты, лошадей, лечебные настойки, простенькие украшения и еще множество всяких мелочей, которые могли понадобиться людям в дальних селениях.

Арман де Лоррен встал рядом со мной и положил худые костлявые руки на каменный парапет. Изящный золотой перстень с гербом на его правом мизинце блеснул в лучах полуденного солнца.

Я невольно вспомнил наш разговор с Бертраном. Хотя правильнее сказать – его очередную лекцию. Мы обсуждали с ним мой заказ ювелиру-артефактору. По местным правилам мне, как маркграфу, полагалась собственная печать. Вернее – две. Большая, которая будет храниться в моем доме, а также малая или походная в виде перстня.

Если верить Бертрану, а причин не верить этой ходячей энциклопедии о дворцовом этикете у меня не было, традиционно в Вестонии, да и в других странах, походные перстни-печати дворяне носили либо на указательном пальце, либо на мизинце.

Я решил, что на мизинце, как у того же графа де Лоррена, носить аккуратный небольшой перстень будет удобней. Правда, мастер не успел выполнить заказ до нашего отъезда. Поэтому я пока ограничивался подписью на своих документах.

– Внимательно слушаю вас, – сказал я.

– Мессир, – начал граф де Лоррен. – Вероятно, вы уже догадались, какая мне отведена роль при маркизе де Гонди?

– Насколько я помню, вы являетесь вассалом его отца, – ответил я. – Из этого следует, что его светлость попросил вас делиться своим богатым опытом с его наследником, а также приглядывать за ним.

– Вы абсолютно правы, – улыбнулся граф.

Судя по его взгляду, эта роль ему не по душе. Добавлю-ка я немного остроты.

– Что ж, граф, – покачал головой я. – Вчера ваша миссия была на волоске от провала. Маркиз позволил себе неосторожные и неуместные высказывания в мой адрес. Я не люблю конфликты, но в случае возникновения таковых, предпочитаю решать их радикально.

На лицо графа наползла тень. Он, похоже, все прекрасно понимал.

– Все это – досадное и нелепое недоразумение, – слегка севшим голосом произнес граф.

Видимо, он не привык, что о сыне его могущественного сюзерена говорят таким тоном и в таком ключе. Ведь наследник правителя юга Вестонии, без пяти минут родственник короля, по определению фигура неприкосновенная.

Ничего, привыкайте к новой реальности. Тем более, это я сейчас вам нужен, а не вы мне.

– Очень надеюсь, что это было последнее недоразумение, – произнес я.

– Увы, этого обещать вам не смогу, – холодно произнес граф.

– По крайней мере, о последствиях вы теперь предупреждены, – пожал плечами я.

– А вы сами не боитесь последствий? – глаза графа опасно блеснули.

– Граф, мы сейчас находимся на войне, – хмыкнул я, спокойно выдержав его взгляд. – Смерть в любой момент может забрать любого из нас. И чем раньше вы объясните это маркизу, тем лучше. Именно поэтому ему и вам лучше вернуться назад. Уверен, его светлость герцог де Гонди найдет подходящие слова, чтобы объяснить принцу, почему у маркиза не получилось выполнить приказ его высочества.

Я специально старался вывести своего собеседника из равновесия. Мне хотелось посмотреть, в какой момент его терпение лопнет.

Нужно отдать должное стойкости графа – внешне он был полностью спокоен. Герцог де Гонди знал, кого послать со своим сыном в качестве няньки.

Краем глаза я заметил, как граф на мгновение прикрыл глаза, явно успокаиваясь. Нет, взрыва не будет. Граф де Лоррен прекрасно понимает, что сейчас без меня его подопечный просто сядет в лужу и опозорится.

– Увы, но вернуться, не выполнив приказ его высочества, ни маркиз, ни мы все не можем, – произнес он ровным голосом. – Полагаю, вы и сами это понимаете.

– Что ж, – сказал я. – Тогда желаю вам удачи. Она вам понадобится.

Я сделал вид, что хочу развернуться и уйти, но граф остановил меня.

– Вы спросили, для кого важен этот разговор? – произнес он. – Прежде всего, конечно, для сына моего сюзерена. Но и для вас он тоже важен. Ведь от положительного результата наших с вами переговоров зависит, обретете ли вы могущественного и влиятельного покровителя в лице его светлости герцога де Гонди.

– Переговоров? – переспросил я.

– Все верно, – кивнул он.

– И вы уполномочены вести переговоры от лица герцога де Гонди? – спросил я.

– Только в экстренных случаях, как сейчас, – ответил он и добавил: – Вижу скепсис и недоверие в вашем взгляде. Понимаю… Вы наверняка сейчас думаете о гарантиях. Будут ли выполнены наши договоренности его светлостью. Гарантией вам будет мое слово дворянина.

Граф де Лоррен произнес это уверенным твердым голосом, глядя прямо мне в глаза. Похоже, в эту секунду он сам себе верил. Только вот при всем этом благородном пафосе герцог де Гонди в любой момент может сказать, что граф превысил свои полномочия, наобещав мне золотые горы.

Свои сомнения я озвучивать не стал. Графа они оскорбят, и я получу в свою копилку еще одного врага. Пусть скажет все, что хотел. Решение, верить ему или нет, все равно за мной.

– Будем считать, что вам удалось привлечь мое внимание, граф, – произнес я. – Продолжайте.

– Я знаю, что вы уже встречались с графом де Брольи, – продемонстрировал свою осведомленность он. – И я даже догадываюсь, что он вам мог сказать и предложить.

– У вас есть особый дар – слышать сквозь стены?

– Увы, а, может быть, и к счастью, такого дара у меня нет, – усмехнулся он. – Но я прекрасно знаю графа и того, кому он служит. Именно поэтому я твердо уверен в том, что граф уговаривал вас как можно скорее под знаменами принца Филиппа и герцога де Бофремона выступить в поход против Золотого льва и при этом не допустить возвышения маркиза де Гонди. Я ничего не упустил?

– Нет, вы ничего не упустили, все именно так и было, – честно ответил я, чем, похоже, здорово удивил своего собеседника.

А еще он был явно озадачен. Видимо, граф де Лоррен думал, что я буду увиливать, врать, либо просто не отвечать на его вопросы.

Быстро справившись со смущением, граф с улыбкой произнес:

– Мне нравится ваш подход, мессир. Поэтому тоже буду с вами предельно откровенен. Но прежде я хотел бы задать вам вопрос. Вы намерены уступить уговорам графа де Брольи, касаемо маркиза де Гонди?

Я пожал плечами и кивнул на военный лагерь:

– Отвечу вам вопросом на вопрос. А вы сами уверены в том, что сын вашего господина способен повести за собой это войско? Обладает ли маркиз де Гонди стратегическим мышлением и лидерскими качествами? Есть ли у него интуиция? Сможет ли он в нужный момент поддержать моральный дух в войске? Есть ли у него с собой достаточно денег, чтобы заплатить жалование легионерам? Как он намерен решать вопросы с продовольствием и теплыми вещами для солдат? И таких вопросов у меня наберется больше сотни, граф. Сможете дать положительный ответ хотя бы на один из них?

После каждого моего вопроса граф становился мрачнее. Мой ценник рос прямо на глазах. У него сейчас два выхода: либо действительно обещать мне золотые горы, чтобы потом герцог де Гонди в любом случае меня просто кинул, либо предложить мне действительно что-то реальное.

– Нет, не могу, – ответил он и пристально посмотрел мне в глаза. – У маркиза де Гонди нет такого опыта, хотя он на несколько лет старше вас. Скажу больше, тут вряд ли бы справился даже опытный военачальник. Я до сих пор не понимаю, каким образом вам удается держать это разношерстное войско в кулаке, да еще и заставлять его действовать как единый организм, и самое главное – побеждать. Я искренне восхищен вашим талантом полководца. За то время, что мы здесь находимся, я осознал, насколько мы заблуждались об истинном положении дел. Единственное, что нас оправдывает – это то, что мы были введены в заблуждение вассалами виконта де Леваля.

Я сделал вид, что повелся на его лесть. Пусть почувствует себя увереннее.

– Благодарю вас, граф, за столь высокую оценку моих действий.

– Мессир, я всего лишь сказал правду, – пожал плечами он. – Именно поэтому будет несправедливо в отношении сына моего сюзерена, если я умолчу о его достоинствах. Он храбр и решителен. Он прекрасный наездник и обучен копейному бою. И он жаждет славы на поле брани!

Мое молчание подстегнуло его продолжать.

– Ни маркиз, ни мы, его сопровождающие, не можем вернуться в расположение армии принца, не выполнив его приказ. Нас сочтут трусами и наши имена навсегда заклеймят позором. У нас есть только один выход из сложившейся ситуации… Если вы все-таки измените свои планы, позвольте нам тоже отправиться вместе с вами в поход на Золотого льва, чтобы проявить себя на поле боя.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.