Светлана Гороховская
Мой шаман – шарлатан, или Все дороги ведут на Ольхон

Пролог

Мальчик закрыл рот двумя руками, чтобы не закричать. В шалаше, на старой оборванной мешковине лежал голый Дугдан. Односельчане неделю ищут его. Похоже, он мёртв, судя по фиолетовому лицу и ногам. Впалый живот и неестественно вывернутая шея подтверждали догадку. Воняло человеческими экскрементами. Мальчик старался удержать вырывающиеся наружу съеденные на завтрак боовы. Что-то не давало ему уйти, оторваться от страшного зрелища.

Над телом Дугдана взвился сизый дымок. Он то рассеивался по шалашу, то вновь собирался над телом, принимая причудливые звериные формы. Отвлекшись на дымчатого медвежонка, мальчик не сразу заметил, как конвульсивно задёргалась правая рука Дугдана, потом левая. И вот уже задёргались ноги и вздулся живот. Он надувался всё больше и больше, пока не дотронулся до острия принявшего форму ножа дыма. После еле слышного хлопка лежащее тело поднялось в воздух… кусками. Руки, ноги, уши и самая главная мужская часть закрутились странным узлом вокруг изогнувшегося туловища. Непонятно каким образом человеческий клубок удерживался на расстоянии полуметра от земли. Мальчик уже не понимал, где есть что, и больше не мог сдерживаться.

Повернувшись, он опорожнил желудок на цветущий рододендрон.

– Ну, как, ты готов повторить подобное?

За спиной неожиданно материализовался шаман.

– Вы о чём?

– Не притворяйся, ты всё видел! – нахмурился Мунхэ.

– Никогда, – прошептал мальчик.

Хохот старого шамана оглушил, хотя мальчик мог бы поклясться, что тот даже рта не открыл.

– Я вижу, отец основательно готовит тебя, – кивнул тот на болтающийся на поясе мальчика нож. – Не подведи семью! Через каких-нибудь лет восемнадцать… Но учти, ты должен прилежно тренироваться.

– Нет.

– Выбора нет.

– Не-е-ет!

Мунхэ заглушил его крик, но остановить не смог. Мальчик бежал и бежал, пока не очутился на берегу. Нет, ни за что он не подвергнет себя подобной пытке по доброй воле. И никто его не заставит. Никогда, никогда, никогда!

До самого вечера в голове проигрывался пронзительный хохот шамана

Глава 1

Женя зависла над бабушкиным массивным сундуком и собиралась с духом. Всё решено, знание, как известно – сила. И лучше сделать, а потом получить от бабушки люлей, чем не сделать и продолжать мучиться догадками. Вдохнув поглубже, потянула вверх стальную ручку, приподняла массивную дубовую крышку. Она почему-то была уверена, что сундук из дуба, поэтому такой тяжёлый. Возможно, бабушка думает, чем тяжелее сундук, тем надежнее скрыта страшная тайна. Потому что, если тайна ерундовая, какой смысл прятать её так тщательно? А сегодня бабушка ушла и забыла ключ на столе. Женя сейчас откроет на минуточку, вытащит заветный конвертик, быстренько прочитает и сложит обратно, как было. Может, лучше вытащить содержимое, а пустой конверт просто запихать на прежнее место? Она после прочитает бумаги, спокойненько, когда никто не потревожит, и вернёт на прежнее место. Замечательный план!

А вдруг бабушка никогда больше не оставит ключ без присмотра? И когда придёт время вложить в конверт новую бумажку, обнаружит его пустым.

Смачно чихнув от поднятой пыли, Женя потянулась за злополучным конвертом. Странно, на ощупь он не такой уж и толстый. Но она же собственными глазами видела, как бабушка раз в неделю, а то и чаще, что-то пишет за столом на белом листочке, а потом открывает сундук и складывает его в большой конверт. Через замочную скважину Жене казалось, что конверт большой-пребольшой, иначе бы в него не влезли столько листочков. Сейчас выяснилось, там одна единственная бумажка.

В первый раз заметив, как бабушка прячет написанное, подошла и прямо спросила. Бабушка Тома погладила её по голове и ответила, что записывала рецепт нового салата. Женя больше не спрашивала, но не поверила. Потому что нормальный человек не станет прятать листочек с кулинарным рецептом под мощным замком.

Пока крутила в руках тощий конверт, в замке медленно начал проворачиваться ключ. Если она сейчас не уберётся отсюда, бабушка застанет её с поличным, и тогда не миновать беды. В этом Женя уверена. Но не убьёт же бабушка её за кражу бумажки? Вот если бы она украла деньги, тогда…Деньги, кстати, бабушка хранит как раз в шкатулке на комоде у всех на виду, подходи и бери. Правда, у Жени и в мыслях никогда не было взять хоть рубль. В детстве она могла попросить, но никогда не брала сама. Конечно, самое время ударяться в детские воспоминания! Она схватила конверт и засунула его в карман безразмерного банного халата. После закрыла сундук, ключ вернула обратно на стол. Остаётся только надеяться, что бабушка не помнит, как он лежал, потому что Женя этого точно не помнит.

Она вышла в прихожую и помогла бабушке отнести сумки на кухню. Пусть и совсем лёгкие: в одном батон и четыре сахарные булочки, в другом – пакет с орехами.

– Ух, ты! Бабуля, ты же не ешь орехи, говоришь, не по твоим зубам.

– А ты мне пожуёшь, и зубы останутся целы.

Больше ничего не придумала! Женю распирало от злости, но она промолчала. Сейчас она готова на что угодно, лишь бы бабушка не заметила пропажу.

– Почему ты не на работе?

Потому что мне следовало провернуть операцию по раскрытию твой тайны. Про работу она совершенно забыла. А бабушка тем временем вошла в свою комнату, чтобы снять уличный костюм.

– Как ты посмела залезть в мой сундук?!

Гулко заколотилось сердце, и… Женя проснулась.

Усевшись на кровати, запустила пальцы в волосы, за последний год их на ощупь стало вдвое меньше. Да и парикмахер подтверждает опасения. Ни эсвицин, ни никотиновая кислота не справляются с проблемой. Стрижется она всё короче, чаще носит спортивные костюмы и чувствует, как в бездну утекает женская энергия. Работа-дом, в котором не радуют даже с любовью оформленные весной клумбы. Порой возникает желание напиться и забыться, но вытаскивая из шкафа бокал, она вспоминает опустившуюся за год после смерти бабушки мать и ставит его обратно. Как ни позвонит, по голосу слышит, что та уже приняла. Может, конечно, это не мать пьёт часто, а она звонит редко. Звонила, как находились силы для общения. Ей и самой давно уже требовалась поддержка, только где же её взять?

Однажды её даже занесло к психологу. Но его рекомендации в душе не откликнулись, решила справляться сама. Венер давно уже махнул на неё рукой, чаще сбегая в походы. Отношения у них не то, чтобы совсем испортились, просто сошли на нет.

Женя понимала, с этим срочно надо что-то делать, но что? Где найти в себе силы жить дальше, за что зацепиться? И не то чтобы уход бабушки год назад расстроил её до потери жизненного смысла. Она и сама толком не могла объяснить, на каком этапе произошёл сбой. Такого страха, как у окружающих, бабушка Тома у неё не вызывала. Возможно, потому что слишком много возилась с ней в детстве. Но вот эта её манера вечно употреблять обидное слово «приблуда» задевала особенно сильно. Мать родила Женю в двадцать неизвестно от кого. Из-за этого ей пришлось бросить институт в конце третьего курса, к учёбе она так потом никогда и не вернулась. Как будто Женя в том виновата, она не просила её рожать!

В их женской семье всё и всегда решала баба Тома, двадцать последних лет перед пенсией проработавшая заведующей детским садом рядом с их домом. Мама ей до последнего не решалась перечить. Интересно, как она вообще при таком контроле умудрилась оказаться в интересном положении? Дедушки у Жени тоже никогда не было. Слышала, он сбежал, когда её мама пошла в первый класс, и дальнейшая судьба его до сих пор неизвестна.

Девочка Женя долго и упорно приставала с расспросами об отце попеременно то к маме, то к бабушке, но так и не добившись вразумительного ответа, оставила бесполезные попытки. Училась она в твёрдых середничках, а острое желание начать самостоятельную жизнь привело её после девятого класса в профтехучилище. Бабушка не сопротивлялась получению рабочей профессии, но долго уговаривала выучиться на бухгалтера или хотя бы на парикмахера. Но упрямица поступила на "Техническое обслуживание и ремонт двигателей, систем и агрегатов автомобилей". Мотивируя это тем, что во Владивостоке количество личных автомобилей у населения растёт в геометрической прогрессии. Одно авто на семью имеют только лохи, поэтому без работы она точно никогда не останется. На самом же деле Женя втайне надеялась, вращаясь в мужском коллективе, быстренько выйти замуж и съехать от властной бабушки. Мама в то время работала официанткой в ресторане, поэтому возвращалась стандартно за полночь, посему вся мощь бабушкиной воспитательной энергии обрушивалась на неё безраздельно.

Но произошло с точностью до наоборот. Появившиеся новые друзья-мальчишки воспринимали Женю в техникуме за «своего парня». Часто спрашивали совета по части девичьих дел, советовались с подарками и всё в таком роде. Возможно, причиной всему – неизменные джинсы с рубашкой, но не лазать же под машинами в платье! После окончания техникума Женя набралась смелости и предложила одному мальчику снимать вместе квартиру. К её великой радости он согласился. Но у каждого была собственная комната, к сближению он не стремился. А когда спустя три месяца привёл к себе девушку, Женя собрала вещи и вернулась обратно в родительский дом. Ни она, ни мама никогда не приводили туда своих кавалеров. Хотя бабушка открыто никогда не высказывалась по этому поводу. Была ли личная жизнь у самой Тамары Евгеньевны, история об этом умалчивает.

Два года понадобилось Жене для понимания, что замужество и мужской коллектив никак не связаны. Она ушла из сервиса торговать шинами, где спустя девять лет и познакомилась с Венером. Симпатичный мальчик, хотя ему уже исполнилось тридцать пять, на три года старше Жени. Выглядел он, действительно, мило – сладенький такой, с родинкой, как у Харатьяна.

Однажды она пригласила его домой. Как назло, неожиданно вернулась бабушка. На минутку забежала за какими-то тряпками к утреннику в ясельной группе. Женя в этот момент была в ванной, бабушка безуспешно ковыряла ключом в замке. Венер ей открыл. Мог бы, конечно, трусы хотя бы надеть. Мог, но не надел. Услышав хлопок входной двери, Женя выскочила из ванной. Немая сцена не затянулась.

– Привет, я Тамара Евгеньевна!

– Венер! – прошелестел тот, краснея.

– Жень, принеси мне, пожалуйста, из шкафа старую синюю юбку. И шаль. Надеюсь, сегодня на ужин у нас жареная курица? Я, кстати, пью только коньяк, – подмигнула она Венеру. – Милая мушка!

Бабушка ушла, а Венер остался. Женя пребывала в шоке, мать тоже. Правда, относительно Венера она не возражала, называя его за глаза «гардемарином», несмотря на довольно тёмные волосы.

Через неделю бабушка спросила прямо:

– На какое назначена свадьба? Вы уже подали заявление?

Ошарашенный Венер таращился на Женю, которая в глубине души с ним уже попрощалась. Рано. На следующий день он познакомил её со своими родителями. Через полтора месяца они поженились. Между ними с самого начала всё было конкретно просто. Собственно, так они и жили до тех пор, пока спустя пять лет Венер однажды не сбежал.

Ничего себе она замечталась, чуть к парикмахеру не опоздала! Натягивая спортивный костюм, Женя включила чайник. Опять мысленно вспоминая, что во Владивостоке в самом затрапезном салоне ей предложили бы чай или кофе. Ну, что же, она сама выбрала Партизанск, а кофе можно и дома выпить, дёшево и сердито.

Через час она вышла из салона, вспоминая, что же собиралась купить на рынке.

– Женька, привет! Вот так встреча!

– О, привет, Зой!

Она смутилась, соображая, как следует себя вести. Зато Зоя, как обычно, отличалась непосредственностью.

– Меня уже выпустили! Слушай, а ты сильно торопишься? Может, по кофейку? Или хочешь, поехали ко мне, мартини дерябнем?

– Я за рулём. Давай лучше кофе.

– Причем, на нейтральной территории, на случай, если я буйная.

– Ну, Зоя, зачем ты так!

Но та подшучивала, похоже, совершенно беззлобно.

– Да, не парься многие так думают. Дурка – клеймо на всю жизнь.

– А как ты вообще?

– Нормально, вот за финишками приехала.

– Рисуешь?

– Единственная радость осталась.

Они и познакомились, когда Зоя зашла в строительный магазин за финишными гвоздями. Женя долго искала их на складе.

– Я никуда не тороплюсь, – сообщила Зоя и уселась на ящик с шурупами.

Женя нашла злополучные гвозди в углу на самой верхней полке, для чего пришлось подтянуться на руках, потому что высоты стремянки не хватало, а рабочий уже ушёл домой. Все тогда ушли, остались только Женя и малахольная покупательница.

– Наконец-то, оформляю маки! – она улыбнулась.

– Для ограждения лучше взять другие гвозди, – посоветовала Женя.

Она с утра поссорилась с мужем, и домой совершенно не торопилась.

– Я не строитель, я художник, финишными гвоздями сбиваю подрамники.

– Да, вы что! – удивилась Женя, закрывая магазин.

– Хотите взглянуть?

– Очень!

Радуясь поводу оттянуть возвращение домой, Женя написала мужу, что задержится.

– Я поеду за вами.

– Я без машины, – хихикнула художница.

– Тогда прыгайте ко мне.

– Моя машина поломалась, – разоткровенничалась по дороге Зоя, – а у мужа руки не доходят мастера вызвать. Мне он в таком вопросе категорически не доверяет.

– Я могу посмотреть.

Зоя чуть только не запрыгала от счастья, как маленькая.

– Если что-то несложное. В моторе, конечно ковыряться не стану.

Проблему с Зоиной машиной она тогда выявила и сказала, какие запчасти надо купить. Просто из какого-то спортивного азарта через несколько дней приехала и устранила проблему, отказавшись от денег. За это Зоя подарила ей те самые жёлтые маки, писанные с натуры.

После того случая они обедали примерно раз в месяц в кафе, а потом Зоя пропала. Спустя какое-то время прислала сообщение, что лежит в психоневрологическом интернате, но просила не навещать.

И вот спустя почти год они встретились случайно.

– Откровенно говоря, я не чувствую, что со мной что-то не так. Единственная моя ошибка, что поделилась с мужем. Конечно, я испугалась, когда начала вылетать.

– Как это? Летала во сне?

– Не совсем так. Ложусь, закрываю глаза и вижу свое тело. Могу в таком состоянии переместиться в любое место. И сдуру сказала мужу.

– Не поверил?

– Конечно же, нет! А когда я потеряла сознание прямо на пленэре, потащил меня к психиатру. Я тому честно рассказала, как видела своё тело сверху, и как надо мной суетятся люди. А он, козел, посоветовал мужу закрыть меня.

Женя не понимала, как на это реагировать. Хорошо, поступок Зоиного мужа остаётся на его совести. Но лично сама Женя ни за что бы не вернулась к предателю обратно. Но Зоя, похоже, не злопамятная.

– Муж со временем отошёл, соскучился. Я вела себя паинькой, тогда он меня забрал.

– И что, прошли видения?

– Куда там! Только я уже не боюсь, это раз. И точно не собираюсь больше никому об этом рассказывать. Только с тобой захотелось поделиться. Ну, или обелиться, а то ты подумаешь, что я на людей с ножом кидалась, потому меня закрыли.

– Я так не думаю. Хотя раньше не верила во всякое там… а сейчас мне бабушка снится, хотя уже год после смерти прошёл. Я и на могилку ездила, и панихиду заказывала в день её рождения. Всё равно снится, в последний месяц чуть не каждый день. Пытается что-то сказать, но я не понимаю, что. Причём, иногда, сны нормальные, а иногда самые настоящие страшилки. Я устала, и с мужем на этой почве разлад, – она задумчиво скручивала клетчатую салфетку. – Хотя не уверена, у нас и до этого отношения…

– Женя, тебе срочно нужно на Ольхон!

Глава 2

Венер растерялся, увидев, как Женя методично упаковывает вещи в багажник «носорога». Яша крутился рядом. Но заметив его подбежал, предлагая себя погладить. Венер проигнорировал пса.

– Уезжаешь?

– Да.

– Одна?

– С Яшей.

– А работа?

– Сегодня взяли человека.

– Ничего не хочешь мне рассказать?

– Мне требуется перезагрузка.

Он постоял секунд десять, глядя сквозь жену, потом развернулся и хлопнул калиткой.

Он тоже чертовски устал, но при этом не собирается сбегать от проблем. А может, ему просто некуда? Всё-таки стоит заглянуть на день рождения к Богдану. ребята собрались в гараже на стандартный шашлык с пивом. Венер как раз возвращался за Женей, её ведь тоже приглашали. Девчонки сейчас прицепятся, почему один. Но он точно не собирается говорить, что она решила разорвать отношения, пусть сама объясняется, как хочет. С одной стороны, хорошо, что он так и не сказал про права. С другой, он рассчитывал на неё с машиной в этот период. Сама с дыркой в голове, ещё его попрекает!

Посиделки с ребятами грозили превратиться в банальную пьянку, если бы не девчонки. Девчонки! Леське в будущем году стукнет полтинник, ему самому уже сорок пять. Женя в их компании самая молодая, ей в конце ноября исполнится сорок два. Только она…

– Странная какая-то, подумаешь, приболела! Мы бы её тут быстренько подлечили.

– Так, ребятки, двигаемся к столу, не задерживаемся!

– Прости, друг, я без подарка.

– Да, ну, что-ты, без обид! – заверил именинник.

Но Венер так не мог. Про подарок он просто забыл. Надеялся, что вместе заглянут в Центральный, и Женя что-нибудь выберет. А потом забыл. Венер достал новенькую красную купюру и сунул в карман изумлённого Богдана. У него осталась только пара помятых пятисоток, но это совершенно несерьёзно.

– Давай, у нас самообслуживание, наливай прямо из термокеги, оно всё ещё холодное. Классно, да?

– С опоздавшего тост!

– Желаю тебе, друг, всегда оставаться бодрым и жизнерадостным, и чтобы твои мечты превращались в планы, и чтобы всегда были на это средства и возможности!

– А про любовь? – протянула новая пассия именинника.

– Про любовь я не умею!

– И как только тебя Женька терпит!

Уже никак, хотел выдать Венер, но промолчал.

Хотя ещё посмотреть, кто кого терпит! Просто он её не любит. Нет у него к Женьке внутреннего отклика и душевной близости. Они точно не родственные души. Просто уже десять лет вместе, и он к ней привык. Пытался однажды сбежать. Пять лет назад, когда умерла бабушка и оставила ему в наследство крошечную избушку. Он посчитал это шансом. Продал машину, сел на велосипед и поехал с рюкзаком по тайге. Двести километров от Влада. В Партизанск, непонятно почему именуемый городом – несколько пятиэтажек и километры частного сектора. Но он сделал свой окончательный выбор, шокировав родителей. Они думали, что он продаст домик и вернётся. Венер остался.

Поработал месяц водителем на местном хлебозаводе, потом устроился инструктором в автошколу. На выходных бродил по тайге. Или ездил на велосипеде, изучая окрестности. Поднялся на все вершины в округе, познакомился с местными туристами. Однажды позвонили знакомые ребята и попросили провести на водопад. Они привезли из Владивостока целый автобус желающих слиться с природой. За сопровождение сбросились по сотке. В итоге, заработав за четыре часа как за полный рабочий день, Венер задумался об открытии собственного туристического бюро. Тогда-то он и познакомился с Богданом. У того в гараже стоял без дела старенький микроавтобус, сам он гонял на мотоцикле. Венер выкупил развалюшку, намереваясь со временем приобрести что-нибудь посвежее.

Дела туристические продвигались не столь бодро, как намечтал вначале Венер, не обладающий природной коммерческой хваткой. Во Владивостоке последние десять лет работал обычным логистом. Стабильная, хотя и не слишком высокая зарплата, законные выходные и оплачиваемый отпуск. Он даже квартиру не желал снимать, так и жил после развода вместе с родителями, пока не познакомился с Женей.

А потом его потянуло в тайгу.

Работа и налаживание туристических контактов занимали практически всё его время, на дом сил уже никаких не оставалось. За лето бабушкин участок зарос, в доме царил хаос. Тогда Венер прислал Жене смайлик. Она поинтересовалась, как он обустроился на новом месте. Он пригласил её в гости, понимая, что она и двух дней не выдержит с уличным туалетом. Но она осталась.

– Венер, проснись!

– Эй, брат, расходимся!

Он и не заметил, как пролетело время. Домой идти не хотелось.

– Может, ко мне? – кивнула Леся на соседний подъезд.

Венер серьёзно завис. Но вчерашний именинник, подгоняемый любовницей, решительно закрыл гараж. Предложенная Лесей чашечка кофе сыграла решающую роль. Дома его всё равно уже никто не ждёт.

Зато у Леси их ждала её дочка с внуком, выказавшие категорическое неудовольствие приходу ночного гостя. Венер посчитал разумным ретироваться.

Ещё большее удивление испытал, обнаружив во дворе машину, а Женю мирно спящую в кровати. Шатание мужа по дому в конечном итоге её разбудило, чего, собственно, он и добивался.

– Привет, я рад, что ты передумала.

– Не передумала. Но я же не сумасшедшая выезжать на ночь глядя! Обязательно было меня будить?

– Ну, в общем…

– Ты пил, что ли?

– Пару стаканчиков пива за здоровье Богдана.

– А, точно, ты же говорил!

– Я хотел вместе, но тут ты своим отъездом выбила меня из колеи.

– Скучно, Веня, всю жизнь по одной и той же колее!

– Поэтому ты решила со мной развестись?

– Ты точно пиво хлебал?

– Ну, бросить меня, какая разница!

– Я решила просто сгонять на Ольхон.

– Куда?! – для него это прозвучало, почти что как на Луну. – А мне рассказать о своих планах не судьба? Когда ты собиралась?

– Вчера вечером, когда ты пришёл и наехал на меня.

– Просто я растерялся, когда увидел, что ты грузишь в машину вещи.

– А то, что это туристическое снаряжение тебя не смутило?

– Я даже не обратил внимания.

– Почему-то я совершенно не удивлена.

– А я удивлён. И долго ты вынашивала Ольхонские планы?

– Со вчера. Ты сказал, если мне что-то не нравится, ты меня не держишь. А мне многое не нравится. Мне надо подумать, услышать, наконец, себя.

– Ольхон – это, если мне не изменяет память…

– Остров на Байкале.

– Так, а когда ты успела изучить маршрут, дорожную инфраструктуру? Забронировать номер? Зачем ты мне врёшь? – Венер уже почти кричал.

– Ничего я не изучала, – вздохнула Женя, вставая с кровати. —Чайку́ попьём, раз ты меня всё равно разбудил?

– Ты ненормальная.

– Спорный вопрос. Нет у меня денег на отели и гостиницы, я взяла палатку и газовую плитку. Всё равно с Яшей никуда не пустят.

Венер достал чашки и клубничное варенье для Жени, для себя – халву и сел за стол, наблюдая, как чаинки в прозрачном заварнике одна за другой медленно опускаются на дно.

– Я еду с вами! – он пытался уловить хоть какую-нибудь эмоцию. – Не слышу бурного восторга.

– Отлично, значит, с утра ты поведёшь!

– Э… ну, в общем… у меня забрали права.

Засыпая, Венер решил, что всё складывается как нельзя лучше. Не лишись он прав, Женя точно не дождалась бы, пока он уволится. А в тех краях, кажется, у него тоже намечается одно небольшое дельце.

– Проваливай к чертям собачьим! – бесновалась Женя.

Венер, не ожидая такого выпада, выскочил во двор в одних трусах. Яша недобро оскалился. В лицо прилетели джинсы, кроссовок пребольно стукнул по коленке.

– Убирайся, и чтобы духу твоего больше здесь не было!

Венер не понял, как оказался на рынке. Сидя на скользкой картонке, жадно ловил взгляды прохожих в надежде хотя бы на пару монет. Рыжая девочка сунула ему в кепку половину жирного пирожка с ливером. Денег никто не давал. Бездушные люди проходили мимо, как будто он пустое место, его просто нет. А когда он уже совсем отчаялся, в кепку упала целая горсть мелочи. Отлично, значит он сможет поужинать! Но когда увидел сморщенную физиономию, аппетит совершенно пропал. Это же та самая бабка, которая вечно ошивается около магазина на районе. Она живёт, наверное, на соседней улице и каждый день топает к магазину, как на работу. А потом подходит с протянутой рукой к выходящим покупателям и шамкает беззубым ртом. Венеру совесть не позволяет проходить мимо, он всегда ссыпает ей сдачу. Иногда даже добавляет немного из кошелька. И вот она отблагодарила.

Пока возился с кепкой, бабка исчезла. Он вскочил и… оказался на рыночной крыше.

– Граждане, проявите щедрость! Не позволяйте ближнему опуститься на самое дно.

Венер швырнул пригоршню монет в безучастных прохожих.

– От щедрот ваших…

Неожиданно почувствовал, как нечто подхватило его и понесло над рыночной площадью. Он пытался ухватить разлетающуюся по ветру гриву, но дракон резко дёрнулся, и Венер полетел…

– Веня, что с тобой? – озабоченная Женя склонилась над ним.

– А? Что? – от кошмара голос сипел.

– Ты кричал.

– А что?

– Не расслышала, я умывалась.

– Надеюсь, про путешествие на Ольхон мне не приснилось?

– Карета подана.

– Хочется верить, по дороге она не превратится в тыкву.

С утра Венеру уже не казалась затея столь привлекательной, хотя отступать он не собирался, во всём мерещились предостерегающие знаки. Во время завтрака лампочка на люстре мигала странной морзянкой. Когда открыл заднюю дверь машины, предлагая Яше занять своё место, тот недружелюбно заворчал. Обратить на это внимание, значит, раздуть конфликт и оттянуть время поездки. А лишний раз показывать, что с псом у него нет контакта, не хотелось.

Два года назад Женя подарила ему на день рождения милого трёхцветного медвежонка – щенка породы бернский зенненхунд. Очаровательные подпалины над глазами означали, со слов заводчика, что собака может общаться с ду́хами. Яшу порядочно уценили, потому что заводчик с первых недель распознал – пёс будет маломерным. Однако и сорока пяти килограммов мохнатости хватало, чтобы наводить на окружающих ужас. По сути Яша вполне дружелюбен, однако позднее взросление сопровождается неуёмным темпераментом. Венер, с детства боявшийся собак, к Яше относился ровно, но любви у них так и не случилось. В походы его с собой, как мечтала Женя, он никогда не брал. Объясняя это тем, что не всем нравится бурное проявление собачьей радости. По городу пройтись с ним могла только Женя, худосочного Венера пёс тащил на поводке против воли. Впрочем, и Женя предпочитала выезжать с Яшей подальше от людей.

Сегодня ворчание повзрослевшего Яши Венер расценил как предупреждающий знак. Не думать же, в самом деле, что пёсик решил выстроить иерархию в стае на входе, то есть с самого начала маршрута.

Глава 3

Сентябрьское солнышко навевало радужные мысли. Женя вела машину ровно, всё ещё не веря, что свершилась её юношеская мечта – проехать из Владивостока в Москву на машине. И пусть сейчас они проедут только половину пути, эмоций наверняка хватит надолго. В зеркало она видела, как Яша высунул морду в приоткрытое окно, и уши забавно трепещутся на ветру. Она ещё не решила, радоваться ли присоединившемуся к поездке мужу. С одной стороны, с ним не так страшно будет ночью в палатке. В машинах, в случае чего, она разбирается всяко лучше, и есть вероятность, что за время пути он изрядно вынесет мозг. В его обществе трудно сосредоточиться на собственных мыслях. Венер не болтлив, но порой немой укор бесит хуже грозных ругательств.

Вначале она планировала попросить у Ольхонских шаманов ребёночка. Но всё чаще мелькала мысль, с тем ли человеком связала она свою жизнь. Женя не из тех, кто собирает манатки при первом скандале. Скорее такого поведения можно было ждать от Венера. Но они жили в его доме, и уйти ему было некуда. При этом оба понимали, что обратно во Владивосток они не вернутся.

Для Жени возвращение тоже означало верную погибель. Слушать как бабушка называет её «приблудой» всегда было не слишком приятно. Залезать в ипотеку на двадцать лет не хотелось. Хватит, кредита на машину, который она погасила только в прошлом году. Привыкла она за пять лет на природе, да и куда в случае переезда девать Яшу? Даже если предположить, что он не разнесёт половину маминой квартиры, гулять с ним в большом городе самая настоящая каторга. После смерти бабушки, мама как будто потухла. Помочь Женя ей не могла, а закисать вместе не хотелось.

Три года назад Венер провел в дом воду, она разбила клумбы и устраивала летом цветник. Садила помидоры и сладкие перцы для удовольствия, обихаживала смородину, доставшуюся в наследство вместе с домом. Похоже, бабушка Венера торговала ягодами на рынке. Этого Женя делать не собиралась. В первый год заморозила всё, что влезло в морозилку, остальное сварила. Смородиновое варенье оказалось не самым вкусным в мире, и на следующий год она поставила первое в своей жизни смородиновое вино, купив для этой цели две двадцатилитровые бутыли.

Вино получилось потрясающим, особенно из красной смородины. Ничего вкуснее она за всю свою жизнь не пробовала. Из черной слишком насыщенное. Немного подумав, она добавила туда сахара, разлила по полулитровым бутылочкам и выдавала за ликёр. Венер к алкоголю практически равнодушен, так что старалась она в основном для себя. Ну, удивить знакомых иногда тоже приятно.

Женя предусмотрительно захватила в дорогу две литровые бутылки вина из красной смородины и одну маленькую с ликёром, собираясь наслаждаться вечерами у костра.

– Ты меня игнорируешь?

Оказывается, они стоят в пробке, а Яша отчаянно лает на дефилирующего между рядами машин полицейского. Женя закрыла правое заднее окно.

– Задумалась немного, извини.

– Нельзя быть такой рассеянной за рулем!

Она согласно кивнула.

– Я говорю, что это знак.

– Ты о чём?

– Ну, эта задержка.

– А почему мы, кстати, стоим?

– Если бы ты меня слушала, мы бы сейчас стояли в первом ряду, рядом с тем красным грузовиком.

– И отсюда прекрасно видно. А полицейские нервируют Яшу.

– Во Владивосток направляется правитель Китая с дружественным визитом.

– Пусть направляется с богом, мы же ему не мешаем!

– Поэтому дорогу и перекрыли.

– Где мы, а где Китай!

– Он на поезде едет.

Женя взглянула на железнодорожный мост.

– Я говорю, может, задержка – знак, что дорога не сложится?

– Можешь выйти! – она разозлилась.

Венер остался сидеть, нахмурившись, отвернулся к окну.

Как только китайский правительственный состав пересёк мост, дорогу открыли.

– Я обо всех забочусь! – неожиданно выдал Венер.

Она криво ухмыльнулась. Вспомнились его вечные походы по выходным, полное игнорирование домашних нужд и её собственных желаний. Он приглашал её вначале с собой. И она даже пару раз с ним сходила. Однажды, ещё когда они жили во Владивостоке, потащил её зимой на Туманную. Она тогда их обоих чуть не сбросила в ущелье, решив прокатиться по снежному склону на пятой точке, закутанной в скользкие нейлоновые штаны.

Потом, когда она перебралась в Партизанск, Венер вёл несколько человек из Влада на местный тысячник. Она радостно приняла его приглашение, тепло же ещё. Разноцветный лес радовал глаз, курточку всё же захватила. У подножья умудрилась провалиться в ручей сразу обеими ногами, но вернуться постеснялась. Ползла, стиснув зубы, вместе с семью романтиками, примчавшимися покорять горы. На вершине повалил густой снег, но Венер и не думал сворачивать поход. Они разложили костёр. Противный дядька тут же повесил сушиться свои промокшие носки вместе с ботинками. Невозможно было просто погреться, не говоря уже об одежде.

Заботливый Венер одолжил запасную куртку чужой девчонке, а не ей. Но чаю, правда, налил, а вонючий мужик протянул ей кусок хлеба с домашним салом. Сало Женя не любила, но отказаться посчитала невежливым. Кое-как оторвав резиновый кусок, она тут же выплюнула его вместе с половиной собственного зуба. Оставшееся время прорыдала в сторонке, стуча оставшимися зубами от холода и проклиная всех туристов вместе взятых.

После этого случая она соглашалась только на автомобильные поездки вдвоём, где в любой момент можно погреться в машине либо уехать из непонравившегося места. К сожалению, за пять лет легко пересчитать по пальцам, когда они выезжали. Сейчас Яша подрос, и она решила, что вдвоём с ним в поездке будет достаточно безопасно.

– О смотри, курортная зона! Где-то здесь должны продавать минеральную воду.

Женя снизила скорость, высматривая знаки, полностью отключившись от ворчания мужа. Под долгожданной табличкой с краном стрелка показывала влево. Проезжая по заброшенному полю она и сама сильно сомневалась в нахождении здесь красивого павильона с минеральными водами, которые запомнились ей по санаторной экскурсии почти двадцать лет назад.

Неожиданно они уткнулись в железные ворота, за которыми кроме малюсенькой будочки ничего не было. С виду казалось в будке даже диван не поместится. К ним подскочил взъерошенный заспанный дедок, из ниоткуда материализовался плешивый, но достаточно высокий пёс породы помойдер. Женя въехала на территорию.

– Здравствуйте! Мы к вам за водичкой.

Дедок кивнул.

– Можно мы Яшу выпустим познакомиться с вашей собачкой? Он абсолютно дружелюбный.

– Валяйте!

– Плохая идея, – ткнул её в бок не торопящийся выходить из машины Венер.

– Глупости! – Женя открыла перед Яшей дверь.

Тот спрыгнул и огляделся, как будто бы игнорируя присутствие постороннего пса. Тот сделал навстречу пару шагов и… Яша кинулся на него и грозно ощерился. Женя извинилась за питомца и быстренько запихала Яшу обратно в машину. На удивление тот и не думал сопротивляться.

– Поехали отсюда! – прошептал Венер, соизволивший выползти из машины.

– Здрасьте, а вода?

– Я не пойду!

Женя захватила две пятилитровки и двинулась вслед за хозяином, оглядываясь в поисках волшебного источника. Заметила впереди будочку, ещё меньше, чем на въезде. Только из красного кирпича. Дед распахнул дверь и махнул Жене следовать за ним. Вообще она не слишком жаждала прижиматься к неприятному незнакомцу в тесном помещении. Но на улице невыносимое пекло, а изнутри вдруг повеяло вожделенной прохладой. Женя шагнула вовнутрь, прикрыв за собой дверь, чтобы не впускать жар, да так и осталась стоять с открытым ртом.

Просторный круглый зал, отделанный зелёным мрамором. Из небольших круглых окон под потолком льётся зеленоватый свет, такой эффект создавался витражными стёклами. Посредине бьёт шумный фонтан, выложенный изумрудным мрамором. Захотелось скинуть одежду и нырнуть в него с головой, но Женя сдержалась. Дедок забрал у неё бутыли, взамен протянув массивную глиняную кружку.

– Отведай водицы!

Она подставила кружку под тугую струю, радуясь прохладным брызгам.

– Очень вкусно!

– Можешь умыться, если желаешь.

Все это помещение напоминало Жене волшебный дворец в Изумрудном городе. Для полного сходства не хватало только Яши. Хоть она и намаялась с порой непослушным щенком, теперь прикипела к нему всей душой. Если бы ей пришлось в сказку взять с собой только одного спутника, она не задумываясь выбрала бы Яшу.

– Готово! – улыбался дедок, покачивая полными запотевшими пятилитровками. – Кружку на лавку поставьте.

Повернув голову Женя увидела деревянную скамейку, естественно, тоже зелёную. Кое-как справившись с желание прилечь, она вышла на воздух следом за дедом. Он донёс бутыли и помог загрузить их в багажник.

– Киньте в бутылки по щепотке лимонной кислоты, тогда вода долго останется прозрачной!

Заплатив деду запрошенные сто рублей и поблагодарив за совет, она уселась в машину. Венер за это время даже позы не поменял. Ей давно уже за него не стыдно. Сама ведёт себя, как считает нужным, но других заставить не может.

– Зря ты не пошёл, там приятно прохладно и сказочно красиво, всё выложено зелёным мрамором. Дедок даже предложил…

– Где выложено мрамором?

– В бювете. Там такой клёвый фонтан!

– Жень, давай я поведу, а?

– У тебя же прав нет. Ну, уж дудки! Не хватало ещё разбирательств с гаишниками. А что, тебя не устраивает моя манера езды?

– Нет там никакого бювета. Кроме задрипанной будки ничего на участке не было.

– А воду он из лужи что ли набирал?

Женя прислушалась к приятному побулькиванию в багажнике.

– Около забора из земли торчал кран, – Венер опасливо покосился на жену.

– По-твоему, я всё это?..

С заднего сидения раздалось глухое «Хав!».

Если с Венером ещё можно было поспорить, к Яше она прислушалась. Тогда получается, что она сумасшедшая и место ей в специальном учреждении, а не за рулём на скоростной трассе, подвергая опасности не только близких, но и совершенно посторонних людей. Просто она сегодня очень устала, они ехали целый день, скоро солнышко скроется за горизонтом, а значит пора искать место для ночлега.

Женя свернула в первый же показавшийся привлекательным съезд. Небольшой луг заканчивался железнодорожным тупиком. Вернувшись метров на пятьдесят, остановилась, примяв колёсами высокую траву.

– Выгружаемся!

Нехотя выползшие следом за ней Яша и Венер с недоумением пялились то на неё, то друг на друга.

– Ты это серьёзно?

– Ну, а что вам не нравится?

– Мошка́, высокая трава, мешающая разложить палатку и опасная для костра. А также шум от близости железной дороги, какие-то люди вон там вдалеке и…

Не дослушав, Женя вытащила из чехла самораскладывающуюся палатку и бухнула её, даже не проверив, что под травой. Сверху кинула самонадувающиеся матрасы, предварительно открутив клапаны. Потом сбрызнула так и стоящих с открытым ртом Венера и Яшу. После заманила мужа в палатку под предлогом проверки возможных камней и залезла следом.

– Что ты делаешь? – не понял Венер, когда она стянула с него штаны.

– Меня сразу после источника накрыло! Сейчас я покажу тебе, как там не было никакого бювета!

Быстро сориентировавшись, он уже сражался с застёжкой бюстгальтера.

Глава 4

На следующий день главной задачей для Жени было проскочить Хабаровск. Уже на подъезде она попросила Венера включить навигатор. Плохо ориентируясь в незнакомом городе, она значительно снизила скорость. Возможно, движение во Владивостоке гораздо интенсивнее и стаж начался именно с него, но одно дело – родной город, Хабаровск пугал.

Узнав, что Венер уехал вступать в наследство, предварительно уволившись с работы, Женя первым делом приобрела автомобиль. Она мечтала путешествовать, пусть пока хотя бы и на выходных. С салона машину взять не рискнула. Выбор пал на относительно свежую и безпробежную тёмно-серую Гранд Витару. Не последнюю роль сыграла история агента о том, почему сузуки называют «носорогами». Его символ она как раз заметила на двери багажника. Хотя процент от её покупки не пойдёт на защиту носорогов, Витару она всё-таки взяла. И каждый раз, садясь за руль, вспоминала сбежавшего Венера.

Он, такой утонченный, не худой – именно изящный, считал её носорогом. Да, однажды при очередной ссоре он ей прямо так и сказал: «Мне нравятся девушки-травести, ты для меня слишком громоздкая!». Нет, она не ушла от него после этого, хотя и обиделась.

Но по сути так оно и есть. Она несчастливая обладательница широких плеч и узкого таза, не может похвастаться и пышным бюстом, но только солидным ростом, за метр семьдесят. Собственно, роста они были примерно одинакового, просто она выглядела менее изящной. К тому же юбки носила редко.

– Женя, ты куда повернула?! Второй съезд – следующий!

Окрик мужа вышвырнул из воспоминаний.

– И что теперь делать? – растерялась она, перепрыгивая через бордюр на аккуратный газон.

– Как будто, есть варианты – езжай прямо!

– Ну, уж нетушки!

Она повертела головой, оценивая ландшафт и дорожную обстановку.

– Эй!

Круто вывернув руль, Женя уже разворачивала машину на двести семьдесят градусов, чуть не зацепив несущуюся по встречной полосе тойоту. Наверное, можно было чуть сдать назад, но всё равно пришлось бы пересечь сплошную.

– Надеюсь, в округе нет камер, – выдохнул Венер. – Ты что, сумасшедшая?!

– Не больше тебя! Не у меня, заметь, права отобрали.

– Да, я просто грузовик обгонял. Впереди не было машин.

– Бревно в чужом глазу!

– Кстати, а зачем мы на Ольхон гоним?

– Своевременный вопрос.

– И всё же?

– Зоя Курочкина присоветовала.

– Это та, которую муж в психушку упёк?

– Она уже вышла.

– Это всё меняет!

– Обратно в Хабару не поеду. Следующая станция – Волочаевская.

– Обойдусь! Так что там, на Ольхоне?

– Остров волшебный, микроклимат. Жаль, купальный сезон закончился.

– Конечно, от нас же море далеко. Женя, я серьёзно!

– Шаманы.

– Какие шаманы?

– Ольхонские.

– А в Приморье нет шаманов?

– Не в курсе.

– И что ты хочешь у них попросить?

– Цветочек аленький, – она хитро подмигнула, но видя нахмуренный взгляд состроила серьёзное лицо. – Ладно, броню стальную.

– Против меня?

– Вообще-то, против бабушки. Но если ты настаиваешь…

Конечно, хорошо Венеру, его родителями можно гордиться. Мама – вузовская «англичанка», правда уже на пенсии, папа – бывший хирург. Они дали ему высшее образование, пророчили большое будущее. Расстроились, наверное, когда он в тайгу подался. Но он не любит распространяться о родителях. Она у них и оставалась-то пару раз всего, в основном у неё жили. Матери всё равно, вечно как замороженная. Бабушке Венер, похоже, нравился, только она и при нём не стеснялась на неё ворчать и обзываться «приблудой».

– Откуда ты про Волочаевку знаешь? Наврала, что карту не смотрела?

– В детстве с бабушкой к её родственникам в Биробиджан ездили. Так она специально вышла раньше, чтобы мне музей показать. Мне та панорама битвы на всю жизнь запомнилась.

– А говоришь, бабушка тебя не любила!

– Давай, посмотрим на красоту? Одним глазком, – проигнорировала замечание Женя.

Венер открыл телефон:

– Привет, Алиса!..

Услышав, что экспозицию забрали в Хабаровск, Женя промчала мимо.

– А может, я им не родная? – через пару минут выдала она.

Венер только рукой махнул. Не понимал он этих домыслов. Женю, однако, периодически накрывало после бабушкиных замечаний. Так вот и у Зойки, наверняка, крыша поехала именно на этой почве. Когда ребёночка потеряла, переживала сильно. Возможно после очередного сериала вбила себе в голову, что он и не умер вовсе, как ей врачи объяснили, а его просто украли с целью тайного усыновления. Мексиканские страсти отдыхают. Улетишь тут после такого!

Она тоже научилась сдерживаться, и уже так остро не реагировала на замечания Венера, что они не созданы друг для друга. В открытую он ей, конечно, об этом не говорил. Иногда только вздыхал, что у неё грудь маленькая или руки грубые. Какие есть, других уже не будет. Она никогда не была толстой, просто широкой и несуразной. Впрочем, всё относительно. Вон у Венера родители оба крупные, это не мешает им любить друг друга и его тоже. Они ведь не говорят ему, ты такой хлипкий, не в нашу породу, поэтому мы любить тебя не станем. Или говорят, только ему всё равно? Или не всё равно, просто он не привык жаловаться? Женя тоже старается не жаловаться. Только зачем же тогда муж, если ему даже поплакаться нельзя? Вот будь у неё сестра или братец, она бы ему обязательно пожаловалась, а так совершенно некому. Не маме же с бабушкой, в самом деле. Подруг у неё нет, только коллеги, с которыми максимум может отгулять корпоратив. С Зоей тоже не настолько близка, чтобы о муже сплетничать. Она охотно болтала с людьми о ничего не значащих пустяках, о сокровенном могла сказать иногда Венеру. Но чаще всего натыкалась на стену непонимания. Про свои душевные переживания ей он не рассказывал. Наверное, обсуждает с родителями. Или с друзьями. Хотя тоже не замечала, чтобы он с кем-то общался вне леса.

– Женя, мы ночёвку скоро искать будем?

– Уже пора?

– Смотри с твоей стороны озеро какое шикарное. Может, свернём?

Озеро, и правда, оказалось потрясающим. Скинув с себя всю одежду, Женя сразу же нырнула. Купальник она не взяла, а с дороги не видно. Радостный Яша кинулся следом. Глядя на них с берега Венер только качал головой.

Тёплый сентябрьский вечер, но вода в озере достаточно свежая, может, тут есть подводные течения? Хотя в любом случае гораздо теплее, чем в их горных реках.

– Принеси, пожалуйста, полотенце!

Вот интересно, завидев приемлемое для купания место, Женя всегда окуналась, а Венер нет. Плавал он не очень хорошо, холодной воды в естественных источниках остерегался. Хотя дома периодически обливался, иногда даже осенью во дворе. И ещё он терпел в походе мокрые ноги, а Женя нет. Сейчас она вытрется насухо, наденет тёплый свитер и погреется у костра.

Сегодня они достаточно рано установили лагерь и уселись на маленьких складных стульчиках, глядя на пламя. Для полноты счастья не хватало больших шезлонгов. И так пришлось потеснить Яшу, который до самого Уссурийска сопел и толкал лапами, мешающие ему спальники.

Венер жарил на решётке охотничьи колбаски вперемешку с кусочками баклажанов. Женя нарезала салат из помидоров и лука. К сумеркам ужин дошёл. Яша бродил между ними выпрашивая колбаски, потом помидорки, потом хотя бы кусочек хлеба. Поняв, что ничего человеческого уже не осталось, со вздохом принялся хрустеть собачим кормом. Венер протянул Жене большую железную кружку с горячим сладким чаем, в который плеснул немного смородинового ликёра.

Яша увалился прямо ей на ноги. Тяжеловато, зато тепло.

– Ты ездила в детстве в лагерь?

– Конечно, у меня же бабушка – воспитательница, им путёвки на садик подкидывали.

– У меня папа в больнице получал. А вы рассказывали перед сном страшные истории? Вспомни хоть одну.

Женя прислушалась к собачьему вою в соседнем Лондоко.

– Не самая лучшая идея.

– Ну, давай, вспомним детство! По одной и пойдём спать. Хочешь, я первый начну?

Женя пожала плечами, как будто он мог в темноте это видеть. Расценив молчание за согласие, Венер начал:

– Утопленница Оля!

Женя опасливо покосилась на притихшее озеро. Спасибо, что не рассказал до того, как она полезла в воду!

– В одном закрытом лагере бродит призрак утопленницы Оли. Она была очень красивой и привлекала внимание мальчиков. Другие девочки ей страшно завидовали, поэтому отвели на озеро и предложили поиграть в игру. Они повязали ей на глаза повязку, предлагая поймать себя, и заманили её близко к воде. А потом столкнули. Оля не умела плавать и утонула. Тело её так и не нашли. Зато после этого каждую следующую смену начали пропадать девочки. Потом их тела вылавливали из озера. Те, кому удалось выжить, в один голос заявляли, что к озеру их поманила красивая девочка. Которая по описанию очень походила на Олю.

Женя отхлебнула остывший чай.

– Я не любила такие истории.

– Боялась?

– Не только. Мне было лет двенадцать, когда один мальчик рассказал про вожатую, которая якобы прятала непослушных детей, а потом пожирала их на пару с каким-то монстром. И что это происходило именно в нашем лагере. А когда рассказали директору, вожатую закрыли в психушке. Но детей-то так и не нашли.

– Интересно, это правда?

– Не знаю. Но самое неприятное, что вожатую ту якобы звали Евгенией. Меня потом до конца смелы дразнили Женькой-людоедкой.

Яша навострил уши и издал странный чвакающий звук.

– Тебе удалось испортить мне настроение, теперь мы можем идти спать?

Несмотря на неприятный осадок, заснула Женя, как только почувствовала, как Яша умостился около входа в палатку.

В эту ночь она спала крепко и без сновидений.

Утром разбудило странное Яшино подвывание. Выбравшись из палатки, Женя с удовольствием обнаружила висящий над распаленным костром котелок. Отлично, значит, скоро будет кипяток!

– Веня, тебе какой кофе достать?

Яша издал очередное: «Ву-у-у!». Обернувшись, наконец, поняла, что её сильно смущает – отсутствие машины. Отлично, она осталась одна с псом! Нырнула в палатку: конечно сумка с документами и деньгами, и собачий поводок канули вместе с супругом. Очень неприятно, но в глубине души она допускала подобное развитие событий. Ну, что же, придётся учиться просить. Интересно, где быстрее помогут – в деревне или на трассе?

Глава 5

И зачем он только придумал эту дурацкую игру с историями! Самому всю ночь снились кошмары. Девочка Оля, заманивающая его в озеро. Потом Женька-людоедка, которая его туда с удовольствием и столкнула. Венер проснулся в холодном поту. Чуть только на востоке небо посветлело, выскочил из палатки и занялся разведением костра. Поняв, что дров даже для чая слишком мало, рванул в лесок.

Пока продирался через кустарники, всюду мерещились тени, казалось, даже кукушка насмехается над ним. Тогда Венер закричал, тут же прискакал Яша. Он занёс руку, чтобы погладить пса, но тот шустро стал передними лапами ему на плечи и заглянул в глаза. Не он заглянул псу в глаза, а наоборот! Венер вспомнил притчу, что светлые пятна над глазами означают присутствие в животном некого сверхъестественного начала, и ему стало страшно. Чёрт возьми, он не мог больше этого выносить! Накопившиеся эмоции требовали выход. Он рванул обратно в лагерь и, схватив Женину сумку, прыгнул в машину. Скорее, потому что, если она проснётся, объяснить необходимость ухода он будет не в состоянии.

Отъехав на приличное расстояние дальше в лес, он остановил машину, вышел и, широко раскинув, руки в стороны, закричал. Эхо не услышал, вместо него отозвались деревенские псы. А если услышит Женя, что он ей скажет? Оставалось надеяться, что в нечеловеческом вопле она не угадает его голос. Странно, но полегчало, отступила намечающаяся головная боль, вернулась способность адекватно мыслить. А Венер вернулся в лагерь.

Женя сидела сверху на собранной палатке и гипнотизировала озеро. Яша возлежал у её ног. С его приближением пёс лениво повернул голову и тут же потерял к нему интерес. На Женином лице, хотя она и не встала, прокатились волной явно противоречивые эмоции.

– Ты вернулся?

– А что я по-твоему, должен был там остаться?

– Где, там?

– Я в деревню ездил.

Женя с сомнением поглядела в сторону леса.

– Тут объездная, оказалось ближе.

Остаётся только надеяться, что злость погасит любопытство, и она не потребует повторить маршрут.

– И что там?

– Пряников захотелось.

– Ты случайно не беременный?

– Теста у них не было.

– А пряники?

– Магазины закрыты. Представляешь, это же не город, где супермаркеты открыты двадцать четыре на семь.

– О чём ты только думал!

– Убедиться захотелось.

– Ты меня заставил понервничать.

– Прости, пожалуйста.

– Погнали?

– Куда?

– На Ольхон. За пряниками.

– Может сначала кофе попьём?

– Я уже, а ты в пролете – костёр затух.

По Жениному лицу непонятно, обиделась она или просто сосредоточена на дороге. С одной стороны, конечно, движение на федеральной трассе не такое интенсивное, как в городе. Из десяти встречающихся автомобилей девять – большегрузы, не всегда, правда, тихоходные. Но сегодня Женя едет на удивление медленно, больше девяноста не разгоняется. Хотя возможно, это связано с начавшимся не так давно дождём.

Они въехали в грозовой фронт. Венер знал, как Женя не уважает мокрую дорогу и даже предложил сесть за руль. Но она отказалась, продолжая сосредоточенно давить на газ.

– У тебя есть леденец? Или жвачка?

Венер зашарил по карманам.

– Посмотри в моей сумке, я засыпа́ю.

Леденцы нашлись во внутреннем кармане. Он не только слышал, но и сам неоднократно удивлялся – в дамской сумочке можно обнаружить совершенно неожиданные вещи. Конфеты – ещё не самое удивительное. Грушевым леденцом пришлось делиться с Яшей.

И через сто километров висели мрачные тучи, и через двести.

– А так всё хорошо начиналось! – проворчала Женя.

– Посмотри на ситуацию под другим углом. Например, что мы въехали в царство царевны Несмеяны.

– А она злая?

– Она ровно такая, какой ты её себе вообразишь.

– Почему-то воображается утопленница Оля.

– Больше никаких страшилок на ночь, обещаю!

– Днём, значит, пугать можно?

– Если только со смыслом.

– С каким? Веня, а что ты хочешь попросить у шамана?

– Храбрости.

– Как Лев из Волшебника Изумрудного города?

– Ну, ты же собираешься попросить ума!

– Тогда лучше проси доброе сердце.

Интересно, если бы у них родился ребёнок, на кого был бы похож? В его первом браке не случилось детей, хотя жена была симпатичная. Он не хотел тогда никаких детей, хотя открыто этому не препятствовал. Жене не доверял. Не ревновал, на себя больше злился.

Их брак с Женей – полностью её заслуга. Он для этих отношений мало что сделал. Кивнул, когда баба Тома настаивала. Когда-то же он обратил на неё внимание, значит точки соприкосновения имелись? Что их связывало все эти годы? И почему подобные вопросы возникают именно сейчас, в этой спонтанной поездке? В последнее время часто накатывало ощущение полной потери жизненного ориентира. Уже не первый раз Венер замечает, что интуиция его не подводит, стоит почаще прислушиваться. Поэтому, наверное, его и потянуло в тайгу. Наедине с природой чётче отслеживать свои потребности, не всю же жизнь жить по указке окружающих.

В юности Венер жил, как велели родители. После женился, в том числе, чтобы сбежать от опеки. Жена красавица и модница, ходила на работу показывать новые наряды и украшения. Отдыхать желала исключительно за границей. Слышать, что в Приморье есть места ничуть не хуже, отказывалась. И в один прекрасный день он обнаружил в прихожей собранный чемодан. Она его просто выставила, кинув напоследок: «Неудачник!». Так может, стоит сказать ей за это спасибо, сам бы он долго жевал пустопорожнюю супружескую жвачку.

– Женя, давай попросим у шамана ребёночка?

– Не думала, что ты этого сильно жаждешь.

– Ну, сейчас подумал, было бы не плохо.

– А если родится девочка, похожая на меня? О, ты покраснел! Я угадала, да? Это твой самый страшный кошмар.

– Перестань, если бы я не хотел, не предлагал бы.

– Я проверялась.

– Когда?

– Во Владе, когда ты сбежал.

– Думаешь, дело во мне?

Она пожала плечами.

Грозовые тучи давили на голову, казалось, они спустились ещё ниже. Нигде впереди не видно просвета. Выйдя из машины на минуту, Венер промок насквозь и замёрз. Вчера на солнце днём было двадцать. Стоило скрыться солнышку, температура опустилась до двенадцати. Когда включил печку, завоняло мокрой собачьей шерстью. Яша безвольно привалился на спальники, похоже, погода на него тоже влияла не лучшим образом. Женя упрямо не уступала руль, хотя по трассе ещё не встретилось ни одного гаишника. Они иногда стоят на больших развилках при повороте на крупные населённые пункты. Так можно ведь заранее карту посмотреть. Непривычно столь долго чувствовать себя пассажиром. Хотя за пять лет она научила гонять довольно прилично. Вообще после их трёхмесячного разрыва пять лет назад, она сильно изменилась. Волосы особенно жалко, короткий ёжик в первый момент шокировал. Он обращал внимание, что женщины с возрастом часто стригутся коротко. Но Женя, по его мнению, сдалась слишком уж рано. Как будто бы переориентировалась.

Лобовое стекло небеса упорно поливали, как из садового шланга. Дворники работали на максимальном режиме. Неожиданно мелькнуло девичье лицо. Ничего себе, бликует впереди ползущая фура!

– Посмотри, пожалуйста, есть там кто?

Она высунула нос на встречную полосу, Венер привычно выглянул из-за большегруза.

– Сейчас микрик проедет, потом можно.

Женя пошла на обгон.

Вдалеке прогремел гром, сверкнула молния и опять это лицо. Похоже, от непогоды разыгралось воображение. Может, у него поднялось давление? Хотя, благодаря юношеским воспоминаниям он и прыгнул в последний момент в уходящего на Ольхон «носорога».

– Ура, мы выехали из зоны дождя!

– Посмотри, радуга во всё небо!

Они остановились на перекус. Яша радостно исследовал кусты, стараясь отметить каждый.

И снова они мчали по бесконечным просторам Дальневосточной тайги, погрузившись каждый в свои мысли. Венера нещадно кидало по жизненным вехам. Он с ужасом осознавал всю ничтожность собственного существования – не построил собственного дома, не родил ребёнка. Посадил только в прошлом году персик, благополучно сдохший суровой зимой. Выпестованные страхами и сомнениями драконы разлетелись по закоулкам сознания. И от принцессы, больше похожей в неизменной клетчатой рубашке на ковбоя, не было и вовсе никакого спасения.

– Женя, – заорал взглянувший на табло Венер, – мы на лампочке едем! Почему ты не остановилась на предыдущей заправке? Ты в курсе, что это самый пустынный участок, на сотни километров нет заправок? Уйди, Яша!

Пёс, заинтересованный назревающим скандалом, упорно совал морду между сиденьями.

– Предлагаешь остановиться прямо сейчас? Или вернуться обратно?

– Какая разница, на каком километре стоять с протянутой рукой! У нас даже канистры нет.

– Тогда, с твоего позволения, я поеду.

Женя делала вид, что всё нормально, и горящая лампочка на топливном индикаторе её никаким образом не касается. Это выводило из равновесия и без того заведённого Венера. Его не интересовал пейзаж за окном, всё внимание сосредоточилось на желтой иконке. Казалось, стрелка опускается нестерпимо стремительно. Кого тут останавливать, фуры, питающиеся соляркой? На этом безлюдном участке, вероятно, не скоро встретиться перегоняемая на запад легковушка, готовая поделиться бензином. Двадцать минут гипнотизирования стрелки закончились, Витара чихнула и заглохла посреди тайги.

– И что теперь делать? – зло выплюнул Венер.

– А у тебя какие мысли по этому поводу?

Он почувствовал себя, как на экзамене. Как будто от его ответа зависит, переведут его в следующий класс или оставят на второй год.

– Ты на меня смотришь, как будто бы это я виноват, что вовремя не уследил за бензином. Ты же сама изъявила желание рулить!

– Никто ни в чём не виноват, – промурлыкала Женя и вышла из машины.

Захватив пустую пятилитровую бутылку, зашагала по дороге. Высунувшийся в окно Яша возмущенно залаял. Венер кинулся следом.

– Эй, ты куда? Скоро стемнеет, связи нет!

– А что толку просто так стоять! Пойду на разведку, может, на указатель набреду или сжалится кто и нальёт.

– Пока мы тут торчим ни одна легковушка не проехала. Может, стоит озаботиться установкой лагеря?

Проигнорировав вопрос, она развернулась и двинулась дальше, продолжая напевать:

– Некуда спешить, ночь одинокий плен, и ты не ждёшь от жизни перемен…

– А Яша?

– Выпускать нельзя, фура запросто собьёт. Ты за главного!

– Ну, уж нет, давай лучше я пойду!

Он отобрал бутыль и, не дожидаясь сопротивления, отправился вперёд на разведку. Идти всяко интереснее, чем торчать на одном месте. Только ощущения какие-то странные. Не хочется думать, что он элементарно боится, ходит же он в Приморье один по тайге. Хотя там, вроде бы, как дома. Зато тут нет хищных зверей. Опять вспомнил про перекрытую дорогу в день их отъезда. А что, если судьба подсовывает один за другим призывающие остановиться знаки, а они упрямо прут напролом? И непонятно, к чему это может привести? Ух, ты! А может, к заправке? За поворотом вдалеке показался указатель. На деле топать до него оказалось гораздо дальше, чем виделось вначале. Но к цели идти однозначно веселее, чем в никуда.

Вывеска обещала: всего в двух километрах от поворота наливают вожделенный бензин. По ощущениям вместо двух километров телепался к посёлку все пять. Название вылетело из памяти, когда на входе его встретило разгромленное здание школы или детского садика. Декорации для постапокалиптического фильма. Может, сфотографировать, чтобы потом пугать Женю? Жаль, телефон в машине остался. Спасибо, кошелёк на месте. Может, это заброшенный посёлок, и он только зря тратит время? Нет, вон какая-то высокая кирпичная стена, ярко-весёлого розового цвета. В глубине виднелась крыша маленького строения, а вон и калитка. Можно постучаться и спросить, далеко ли заправка. Думать о том, что заправка давно канула в лету вместе с жителями сознание отказывалось.

Венер протянул руку к кованной калитке, намереваясь постучать. Увидев за оградой могилки, споткнулся и ввалился вовнутрь. Тяжёлая дверь, с размаху выбившая из старой стены полкирпича, прилетела обратно в правое плечо. Господи, кладбище! Широкая розовая стена придавала ему игрушечный вид, тишина пугала. Сторожка оказалась закрыта. Взгляд скользнул по свежему тёмно-серому мрамору с чёрной фотографией мужчины с родинкой. Что за чертовщина, на него смотрел его собственный портрет, имя Венер притягивало взгляд. В висках пульсировало, проехать две тысячи километров, чтобы обнаружить себя преданным земле… Уф, покойного звали Виктор! А сходства им придавала родинка над губой. Свою-то он срезал несколько лет назад, потому что из очаровательной юношеской мушки та превращалась в уродливую бородавку.

Выскочив на дорогу, Венер чуть не попал под серый советский уазик.

– Эй, мужик, у тебя повылазило! – гаркнул водитель, ударив по тормозам.

– Простите. Подскажите, есть ли тут заправка?

– Да, по правой дороге примерно с километр.

– А вы, совершенно случайно?..

– Подвести? Залезай!

– Пять литров девяносто пятого! – Венер протянул кассирше пятисотку.

– Машина где? – она приблизила лицо к окошку.

– На дороге, – он махнул рукой, как будто бы она могла сквозь толщу тайги разглядеть застывшего «носорога».

– Мы в пластиковую тару не наливаем! – она захлопнула окошко.

– Ну, пожалуйста! – он растерянно улыбнулся. – Мы остановились прямо на дороге… я не могу подогнать машину. Мы едем из Приморья.

– У вас там что, законы другие? А у нас запрещено наливать в пластик.

– Нинок, сделай для парня исключение! – подбросивший его мужик подмигнул оператору. – Чего злая такая?

– Я не собираюсь из-за вас лишиться работы, повсюду камеры!

Она отошла от окошка, показывая, что разговор окончен.

– Ладно, давай ещё двадцать! – мужик достал карту. – На запас.

Венер растерянно наблюдал, как тот достаёт из уазика и наполняет тёмно-зелёную канистру.

– Поехали, – кивнул Венеру, – нечего тут светиться!

Он остановился перед трассой и через воронку наполнил пятилитровку. Счастливый Венер сунул ему приготовленные пятьсот рублей. Дальше их дороги расходились в разные стороны. Возвращаться из-за него водила не собирался.

Венер потопал обратно. Теперь он прочувствовал небольшой уклон. Налегке, да под горку, да с пустой бутылью бежалось гораздо быстрее. Резко навалилась усталость, и вот он уже с трудом переставляет ноги, медленно двигаясь к цели. Пугала даже собственная машина, не подсвеченная габаритными огнями, хотя уже стемнело. Не видно и Женю, никто не бегает вокруг, звуков тоже не слышно. Фуры проносятся всё реже. Венер забеспокоился и ускорил темп, гипнотизируя «носорога», вместо того, чтобы смотреть под ноги. Тусклый свет карманного фонарика практически не спасал. Большой плоский камень явился причиной падения. Ткань дорогих спортивных брюк разодралась вместе с коленкой. Бутыль шмякнулась об асфальт, треснув сбоку. Закапавший бензин заставил мобилизовать организм и ускориться.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.