# Соблазнительные изгибы

Меган Брэнди

Бестселлер Amazon, USA TODAY и Wall Street Journal!

Хит БукТока № 1.

«Соблазнительные изгибы» – самый популярный одиночный роман Меган Брэнди, автора культовой серии «Парни из старшей школы».

Главный красавчик в колледже и звезда бейсбольной команды может получить все, кроме нее. Что же он будет делать? Узнайте в новом долгожданном романе Меган Брэнди, королевы современной сентиментальной прозы.

В колледже всегда есть парень, которым все хотят стать. Так вот, это Тобиас Круз. Главная звезда бейсбольной команды. Номер один. Самый популярный человек в кампусе.

Но есть одна проблема: он завалил анатомию. Именно поэтому теперь должен заниматься с репетитором, которая поможет ему сдать экзамен и получить контракт в высшую лигу.

Только вот Мейер Сандерс не горит желанием с ним заниматься. Он слишком самодоволен, надменен и уверен в себе.

Тобиас Круз не привык проигрывать. Ни соперникам, ни девчонке.

Об авторе

Меган Брэнди – автор бестселлеров USA Today и Wall Street Journal. Она помешана на печенюшках, обожает музыкальные автоматы и иногда говорит текстами из песен. Ее лучший друг – кофе, а слова – состояние души.

Meagan Brandy

DIRTY CURVE


Copyright © 2021. DIRTY CURVE by Meagan Brandy

The moral rights of the author have been asserted


© Мишагина И., перевод на русский язык, 2024

© Издание на русском языке, оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2024

⁂


> Тому, кто смотрит в зеркало и видит только то, что говорят другие.

> Пусть туман рассеется и откроется то, на что вы всегда надеялись, но сомневались.

> Помни, мой друг, тебя более чем достаточно.


## Сюжет

Знаете, в университетах всегда есть один парень, которым все хотят стать.

Так вот, это я.

Главная звезда бейсбола.

Номер один.

Большой человек в кампусе.


Некоторые говорят, что мои регалии – это весомые победы.

Но моя новая наставница с этим не согласна.

Мой титул для нее ничего не значит.

Мой статус для нее пустой звук.


О чем я сейчас думаю? Как придурок, зациклился на этой малышке.


Ей было велено поставить наши занятия в приоритет. Бросить все, когда она понадобится, и прийти ко мне. Она так и делает.


Но я больше не хочу красть ее время. Я хочу заслужить его.

Если кто и может это сделать, так это я.


Тобиас Круз – король кёрвбола. Я никогда не проигрываю.

Ни в игре, ни девчонке.

Но я не знал, что у нее тоже есть секрет… и это самая грязная подача.

## Глава 1

Тобиас

Анатомия.

Что за херня?

Эти лекции должны были стать поблажкой, моей легкой пятеркой.

Моим «прихожу для галочки» уроком.

Кому скажешь, не поверят. Это же анатомия.

Я знаю все, что нужно, о человеческом теле: что им движет, как довести его до той самой точки и удержать, балансируя и дрожа, как раз перед тем, как оно готово обрушиться.

Я знаю человеческое тело, а не это научное дерьмо.

Кто такой, черт возьми, Везалий?

Впрочем, упоминание имен, о которых я никогда не слышал, еще можно терпеть. Однако потом профессор Поцелуй Мою Задницу начал рассказ об анатомических позах. Разумеется, я оживился, даже сел ровнее на своем пластиковом, вызывающем судороги стуле.

Позы? Я хорошо с ними знаком: горизонтальные, вертикальные, под углом девяносто градусов, изогнутые – на сиденьях стадиона. Дайте мне час с гимнасткой, и я придумаю какую-нибудь новенькую. Любую, за исключением дистальной и проксимальной.

Вот же влип…

Я все же получил свою пятерку… правда, в виде занозы в заднице, которая с сегодняшнего утра была приставлена ко мне с четкими инструкциями «использовать мою голову, ту, что прикреплена к моим плечам».

Почти уверен, что это были точные слова тренера.

Я не сделал несколько домашних заданий, и тренер спустил курок.

Обязательные занятия с репетитором, чтобы держать мою жопу в тонусе. Можно подумать, я сильно облажался в первые три недели семестра и мне нужно наверстать упущенное. Косяков не было, но тренеру виднее.

Вот почему в прекрасный вечер вторника, единственного на этой неделе, когда бейсбольная команда не на поле, я вынужден бежать на встречу к цыпочке, которая должна помочь мне сдать экзамен.

На улице чертовски холодно, поэтому натягиваю через голову толстовку, надеваю бейсболку и выхожу за дверь.

Спортивный центр примыкает к раздевалкам и находится в десяти минутах ходьбы от новой площадки, так что дорога туда не занимает много времени. Войдя в здание, поворачиваю налево и продолжаю двигаться по длинному, похожему на туннель коридору. Попутно разглядываю два чемпионских баннера, свисающих с трубы.

Первый относится к замшелому 1969 году, а второй – к году прошлому, моему первому сезону в качестве стартового питчера[1] здесь, в Авиксе.

Сначала я был новичком, а это означало: сиди на скамейке запасных и доказывай, что можешь добиться результатов. И был запрет на участие в матчах – мне разрешалось только тренироваться, что я и делал.

Ежедневные тренировки, по три гребаных раза, с командой и без нее.

Прежний главный игрок сразу понял, что к чему, поэтому поступил так, как сделал бы любой умный бейсболист: перевелся из команды до того, как его место в составе перешло от стартового к запасному питчеру.

Я пообещал тренеру в тот день, когда подписал контракт, что принесу им чемпионский титул, а он дал слово, что сделает все возможное, чтобы его лучший питчер получил контракт в главную лигу бейсбола. Свое обещание я выполнил, теперь его черед.

Как только закончится сезон, я наконец-то получу право на драфт[2] и меня заберут.

Ни черта в этом не сомневаюсь.

Вот почему эта чушь с репетиторством, хотя и тошнотворна, скучна, да и отнимет кучу времени, так безумно необходима.

Уверен, тренер придерживается аналогичного мнения.

Поднимаюсь, коснувшись сине-золотого гобелена, и продолжаю двигаться, но шаги замедляются, когда приглушенный спор эхом отражается от бетонных стен.

– Скажи мне, что это шутка, – шипит девушка.

– А разве похоже, что я шучу?

Тренер Рид, всегда готовый к перепалке, отвечает тоном гораздо менее озабоченным, чем ее.

– У меня есть другие студенты, еще одна работа. Я сама еще учусь и…

– Оставь все остальное на потом. Он в приоритете, – настаивает Рид.

– Приоритет, вау! – Высокий голос срывается, становясь все более отчаянным. – Такого я ожидала меньше всего.

– Почему это? Помнится, у тебя были опасения по поводу перевода в спортивный отдел, так вот, считай, что они исчезли.

Вслед за этим раздается сдавленный невеселый смешок.

– Я не могу заниматься с Тобиасом Крузом.

Вздрагиваю при упоминании своего имени. Потом улыбка расплывается по моему лицу и я прислоняюсь к стене, чтобы подслушать еще немного.

Давай послушаем тебя, малышка.

– Можешь – и сделаешь. – Тренер ставит условия. – Что касается временных рамок, то придумай, как справиться с этой и другими твоими проблемами, или я попрошу студенческую службу расторгнуть контракт и найти сторонних репетиторов, которые смогут.

Наступает пауза, затем она снова говорит:

– Я ничего от тебя не требую, но прошу поручить его другому человеку. Пожалуйста.

Она продолжает что-то говорить, но я не обращаю внимания, смеясь про себя над тем, насколько предсказуема ситуация, и мысленно заканчиваю ее фразу:

Я не могу заниматься с ним, он такой очаровашка.

Сосредотачиваюсь на разговоре как раз вовремя, чтобы услышать, как она говорит:

– Это невозможно.

Предательский смешок слетает с моих губ.

Мысль о нем сводит меня с ума, мне будет неловко сидеть рядом с ним и…

Вздох отвлекает меня от размышлений. Оборачиваюсь на звук и вижу девушку с беспорядочным клубком волос на голове. Она смотрит на меня из кабинета тренера, вытянув шею.

Я что, сказал это вслух?

Ухмыляясь, отталкиваюсь от стены и делаю шаг вперед, но цыпочка не застывает на месте и не одаривает меня самой дерзкой из своих улыбок. Она не ждет, пока я подойду ближе, и не стремится ко мне.

Она не делает ничего из этого. Вместо этого она бросается обратно в кабинет тренера, оставляя меня одного.

И это было грубовато.

Нахмурившись, направляюсь за ней, чтобы сказать об этом, но прежде, чем успеваю переступить порог, девушка вылетает в коридор, прижав подбородок к груди.

Нацепляю свою лучшую улыбку и жду, когда она поднимет голову, подойдет ближе, взглянет на меня снизу вверх, взмахнет ресницами и извинится за то, что пыталась избавиться от меня, а затем начнет умолять разрешить ей загладить свою вину, опустив взгляд ниже, но она не делает ничего из этого.

Она просто проходит мимо, как будто меня не существует.

Не пытается заигрывать.

Не задерживается, надеясь, что я, прекрасный Тобиас Круз, удостою ее большего, будь то короткая беседа или импровизированное приглашение остаться на ночь.

Девушка даже не смотрит в мою сторону, а потом исчезает.

Меня ведет от ее стремительного ухода, и теперь я тупо смотрю в ту сторону, где она скрылась.

Сбитый с толку, хватаюсь за козырек бейсболки, приподнимаю ее, чтобы тут же натянуть обратно.

Страйк мне в жопу, что это было?

> СТУДЕНЧЕСКИЙ ВЕСТНИК УНИВЕРСИТЕТА АВИКС

> Весенний семестр в самом разгаре, как и бейсбольный сезон 2021 года.

> Скажем спасибо нашему горячему питчеру.

> Вперед, команда «Шаркс»!

## Глава 2

Тобиас

– Тобиас.

Посмотрев на закрытые двери, облизываю губы, испытывая искушение последовать за девушкой, но тренер Рид снова окликает меня. Нужно идти в кабинет.

Он опускается в кресло и с раздражением бросает телефон на стол.

– Извини. Я надеялся поговорить с ней до твоего прихода, но забыл, что ты ж у нас как старик, везде появляешься на полчаса раньше.

– Ага, – хмурюсь я, машинально бросая взгляд в сторону зала. – Все в порядке, тренер. Она вроде ничего.

Когда я снова встречаюсь с ним взглядом, он хмурится, и мои губы вытягиваются в одну линию.

– Не моя вина, что вы неправильно поняли. Голова на плечах. Клянусь.

Он усмехается, покачав головой.

– Так будет лучше для тебя. К слову, можешь не волноваться насчет занятий. За тебя возьмутся.

– Вы уверены? Может, я пропустил часть разговора? Ту, в которой она соглашалась? Больше похоже, что ее вынудили.

Тренер проводит руками по лицу и наклоняется вперед.

– Поверь мне, сынок, все улажено. Раз уж встреча не состоялась, возвращайся к своим делам. Уверен, у тебя есть планы на вечер.

– Почему она сбежала?

Он поднимает взгляд на меня.

– Что?

– Выбежала из кабинета, не сказав ни слова.

Тренер отводит глаза в сторону и достает из ящика ключи.

– Недостаток социальных навыков эта девушка компенсирует мозгами. Вот все, что тебе нужно знать.

На моем лице читается недовольство, но я соглашаюсь:

– Хорошо.

– Хорошо, – повторяет он. – Теперь иди, но не зови меня прикрывать твою задницу. – Шутка.

– Да, вам бы не помешало поспать пару дней.

– Высплюсь в июле, когда закончится сезон.

– А я как раз уеду на летнюю подготовку.

– Именно так, сынок, – смеется Рид, поднимается на ноги и провожает меня до двери. – Иди, развлекайся. Я напишу контакты репетитора.

Кивнув, разворачиваюсь и салютую на прощание.

– Спасибо за все. До завтра.

Выхожу и иду домой. Присоединюсь к своим товарищам по команде и немного отдохну. В голове никак не укладывается, как этой скромной цыпочке с гулькой на голове так легко удалось меня отшить.

Дома меня встречает близкий друг и сосед по квартирке Эчо. Оперевшись о стену, он переписывается с девчонками.

На диване развалились наши третий и первый бейсмены[3]: Ксавье и Нео, друзья неразлейвода. Между ними сидит знакомая мне девушка, платиновая блондинка. Вивиан.

Дома мы стараемся поддерживать приятную и спокойную атмосферу. Холостяцкая берлога с тремя спальнями прямо напротив кампуса любезно предоставлена тренером Ридом, который по совместительству является спортивным директором в нашем университете. Именно этот человек дал мне цель в жизни, когда ее не было.

Здесь и правда хорошо. Классное жилье с джакузи, да еще и с оплатой всех расходов. Переселив нас с Эчо сюда, тренер вытащил меня из затруднительной ситуации, противоречащей правилам братства[4]. Кто ж знал, что в уставе есть запрет на проведение борьбы в желе с красотками в бикини на территории кампуса?

Определенно не я.

Впрочем, сейчас все в порядке и мы принимаем заявки от студентов на участие в ежегодной вечеринке в честь Дня желе компании «Джелл-О».

Формально данные нам привилегии вне закона. Учебное заведение может финансировать только обучение спортсмена, но в этом году Национальная ассоциация студенческого спорта внесла изменения в правила. Теперь студенты-спортсмены могут зарабатывать деньги на спонсорских контрактах, поэтому никто не знает, кто на самом деле нас финансирует. Хотя лично мне тренер ни разу и доллара не дал. Но он-то понимает, чего я стою, и с самого первого дня дал понять: он сделает все, чтобы мне было комфортно и ничего не отвлекало от нашей общей цели.

Ему на поле нужен лучший питчер.

Отсутствие финансовых проблем действительно облегчает жизнь, фокусируя ее только на бейсболе. Вот почему Рид попросил не принимать никаких спонсорских предложений. Я не должен распыляться и тратить энергию на что-то, кроме спорта. Вероятно, он мог бы заплатить кому-нибудь, чтобы мне поставили зачет по анатомии. Но это слишком рискованно. Информация не должна распространиться.

Ну, тренеру виднее. Ему, кстати, прекрасно известно, что без моего участия все планы университета на чемпионство рухнут. И это правда.

Команда наш переезд с Эчо в отдельные апартаменты не оценила. Парни подкалывали, что мы превращаемся в двух старперов. Оно и понятно: пока мы жили со всеми, нас использовали как приманку для девушек. Ведь где мы – там веселье.

Будь у любого из этих засранцев шанс, он бы с радостью занял третью, пустующую, комнату. Кто предпочтет жить с двадцатью придурками, по два-четыре человека в комнате, вместо квартиры, где у каждого есть свое личное пространство? Никто, на хрен.

К тому же мы всегда можем заскочить в общий дом, чтобы повеселиться.

Эчо замечает меня, когда переступаю порог гостиной.

– Как все прошло, дружище? – Он отвлекается от телефона и присоединяется ко мне на кухне. – Ты вернулся раньше, чем я думал.

– Да, это была полная хрень. – Открываю холодильник и достаю витаминный напиток. – Хочешь чего-нибудь выпить?

– Да, пива.

Мне не чужды его желания. Наш тренер придерживается строгой политики «без алкоголя». Начинается эта байда после каникул и сохраняется до конца сезона. За исключением субботних вечеров, когда мы можем оттянуться по полной, и редких пятниц, но при условии, что матчи завершились днем ранее. Однако именно в такие пятницы тренер любит погонять нас на тренировках и устроить разбор прошедших игр в субботу утром. Все это дабы поймать тех, кто любит нарушать правила.

Но это меня не касается. Я пью когда захочу, и меня за это ругают, конечно, но только для показухи. Пусть думают, что тренер справедлив, и все такое…

За какие заслуги такое отношение? Все просто: я питчер. Лучший. Первый в Национальной студенческой лиге США. Рекордсмен по количеству брошенных подряд страйков[5] и один из немногих питчеров в первом дивизионе[6], который не использует назначенного хиттера[7].

Само собой, тренер пытался оспорить мое решение насчет хиттера, но проиграл. Хотя он несильно сопротивлялся – знает, что бесполезно. Я всегда добиваюсь своего.

Что в результате? Я нужен команде, нужен университету и нужен тренеру, который сделал все возможное, чтобы заполучить меня. Если кто и заслуживает поблажек, то только я.

Впрочем, если спросить окружающих, они скажут, что мне все преподносят на гребаном блюдечке с голубой каемочкой, сопровождая поцелуями в задницу.

Они, наверное, думают, что ежедневная боль в мышцах из-за чрезмерных нагрузок – это пустяк. Людей не интересует то, что стоит за результатом.

С тех пор как я занял позицию стартового питчера, трансляции наших игр перенесли из ночной сетки вещания к показу в прайм-тайм. Надеясь запечатлеть несколько минут первоклассной игры, спортивный канал, посвященный бейсболу, прерывает вещание и переключается на прямой эфир игр с нашей командой. Игры с моим участием – захватывающее зрелище. И это не мое тщеславие, это факты. Вот почему мне платят за то, чтобы я был здесь, а не наоборот.

Да, чертовски тяжело, но стоит того.

Никогда не позволяй им увидеть тебя слабым.

Тяжело вздохнув, подношу напиток к губам и оглядываюсь. Замечаю, что двоюродный брат Эчо, Дрю, опять где-то пропадает.

– Где Дрю?

– Не смог прийти. Какая-то лажа по биологии, – пожимает он плечами. – Как так вышло, что половина команды лоханулась с выбором предмета в этом семестре? Огребают по полной, когда других не напрягают.

– Понятия не имею, но мои лекции по анатомии – это полный отстой.

– Дружище, попробуй перевестись на физику.

– Да ты, мать твою, гений. Садись, зачет. – Нахмурившись, вытаскиваю телефон из кармана и открываю сообщение от тренера с адресом электронной почты моего репетитора. Следом проверяю два других: одно от Мелани, а другое от Вивиан. Той самой, что расположилась на диване в нашей гостиной.

Поднимаю глаза на Эчо, показываю экран, и он усмехается.

– Черт возьми, так и знал, что она тебя ждет, – тихо говорит он. – Нео распинался по полной, но малышка так и не заглотила наживку.

– Забавно, насколько я помню, у нее все хорошо с заглатыванием.

Уголки моих губ ползут вверх.

– Воспользуешься предложением?

Киваю и понимаю, что планы на вечер наметились.

Эчо качает головой, улыбаясь, как придурок.

– Будь поосторожней с ней, а то еще подумает, что нравится тебе.

– Она мне нравится.

Друг снова смотрит на меня, но я выдерживаю паузу, прежде чем ответить, и на его лице появляется идиотская улыбка.

– Ты хотел сказать – нравится трахать ее?

– Скорее наоборот: ей – меня.

Он ухмыляется и снова смотрит на фотку Вивиан.

– Ну, это очевидно.

– Поверь, она классная, милая и умная. Такие быстро разочаровываются во мне, как только наши отношения выходят на новый уровень.

– Да быть такого не может, – язвит он. – Ладно, а что там случилось с репетитором, почему ты так быстро вернулся?

– Предполагалось, что мы просто познакомимся, но разговор не завязался.

В глазах Эчо заинтересованность:

– Почему?

– Она была в кабинете тренера Рида, когда я подошел, просила отдать меня кому-то другому и все в этом духе.

Его брови подпрыгивают.

– Серьезно?

– Честнее не бывает.

– С чего это она?

– Не знаю, – пожимаю плечами. – Но как только девушка поняла, что я стою в коридоре и слушаю их разговор, просто взбесилась. Схватила свое барахло и выскочила за дверь. Самое интересное, что она старательно избегала моего взгляда. Я не придумываю, бро, так все и было.

Глаза Эчо сужаются, стоит отдать должное его выпендрежной заднице – он сжимает губы, чтобы хотя бы попытаться сдержать смех, но срывается.

– Похоже, она действительно чокнутая.

Облизываю губы, чтобы скрыть ухмылку.

– Ты придурок.

– А ты мудила.

Эчо улыбается, когда я толкаю его в плечо и прохожу мимо, говоря:

– Она, наверное, нервничала. Ты можешь быть таким невыносимым, однако.

– Несносным, если быть точнее. – По его лицу расползается улыбка. – Когда ты с ней встретишься?

– Тренер сказал, что она будет ждать в библиотеке в пятницу после тренировки. За вторым столом. Но я собираюсь написать ей, чтобы кое о чем договориться. – Смотрю на него. – А ты со своей встретился?

Он вздергивает подбородок.

– Это та же цыпочка, что и в прошлом семестре. У нас уже все налажено, но я не против с ней потусоваться.

– Ты когда-нибудь подкатывал к ней?

– Нет, чувак, – вздыхает он. – Втягивать ее в это было бы слишком жестоко. Ей ни за что не понравится наша команда.

Киваю и шумно выдыхаю, когда Вивиан лукаво улыбается через плечо.

– Похоже, мое время пришло.

Эчо смеется, подталкивая меня в плечо, и уходит, а я поднимаю блондинку с дивана.

Обхватываю ее за плечи.

– Ждешь меня, красавица?

– Сам знаешь, что жду. – Ви улыбается и без паузы ведет нас в мою спальню.

– Сладких снов, Круз! – поет Нео, и я подпеваю в ответ:

– Иди в жопу, Калавера!

– Обязательно, сынок. Дважды! Может быть, даже прямо здесь, на этом диване!

Вивиан смеется, снимая туфли, когда я высовываю голову в коридор.

– Слишком много информации, засранец! – кричу, запирая дверь. – Слишком много.

Поворачиваюсь и вижу, что девушка уже расстегивает платье, не нуждаясь в моей помощи. Никаких заигрываний и горячих прелюдий. Тупо секс.

Тяжело вздохнув, бросаю бейсболку и стягиваю толстовку.

Типичный вторник.

Мейер

– О чем мечтаешь?

Моргаю и фокусируюсь на ноуте, лежащем на коленях. Пока я обдумывала ответ, он успел перейти в спящий режим.

С тех пор как пришло письмо с заголовком «Звездный питчер университета Авикс», я перечитала его десять раз. Только он мог так подписать.

Неужели Тобиас Круз всерьез думает, что мое наставничество означает, будто он может прислать работу, а я все сделаю за него?

Натягиваю легкую улыбку и поворачиваюсь к лучшей подруге:

– Привет.

Бьянка стоит в дверном проеме ванной в моей пижаме и с полотенцем на голове.

– Когда ты вернулась?

– Наверное, минут десять назад. Кстати, мне понравилась твоя версия песни «Work It».

– Вот и я о том же! И как только шоу «Голос» мог отклонить мою запись для прослушивания? Вероятно, какая-то ошибка, – отшучивается она и, сделав шаг, оказывается в гостиной.

Свободного пространства у меня меньше квадратного метра. Слева от входной двери – кухня с одной стойкой, где едва хватает места, чтобы повернуться от раковины к плите, направо – две двери. Одна ведет в ванную комнату без ванны, другая – в комнатушку, которая едва ли больше стандартного чулана. Если же никуда не поворачивать, а просто сделать шаг вперед, окажешься в гостиной, она же моя спальня. У меня есть комод, который служит подставкой для телевизора, и диван, раскладывающийся в кровать.

Квартирка крошечная, и иногда из-за отсутствии хорошей вентиляции в жаркие дни здесь пахнет затхлым – дает о себе знать старое ковролиновое покрытие. Приходится постоянно проветривать, чтобы не было плесени, но зато здесь тепло, безопасно и не так далеко от кампуса. И да, эту квартиру я снимаю.

Бьянка садится рядом, забирает из моих рук ноутбук и откладывает его подальше.

– Знаешь же, что я бы проголосовала за тебя, – киваю в подтверждение своих слов, и мы обе смеемся.

Бьянка – ужасная певица, что кажется забавным, ведь ее дед – живая легенда эстрады, а оба родителя годами пели у него в бэк-вокале. Но отсутствие голоса не мешает ей подниматься на сцену «Тривиса», одного из местных баров, когда там устраивают караоке-вечера.

– Вероятно, только ты, chica[8], но хватит увиливать от темы. Поговори со мной. Что тебя беспокоит? Обычно твои маленькие пальчики без остановки что-то печатают на этой штуке.

Бьянка – моя самая близкая подруга и единственная, кто знает о некоторых проблемах, с которыми я порой сталкиваюсь. Ключевое слово – некоторых. Я и правда делюсь с ней тем, о чем никогда и никому не рассказываю. Однако если сама она может секретничать со мной о чем угодно, то я, наоборот, некоторые моменты стараюсь сохранять при себе. Бьянку я люблю и доверяю ей, но когда воюешь с собственными решениями, не очень-то разумно делиться своим же оружием.

– Не знаю, как пережить этот год, не говоря уже о следующем, – вздыхаю я. – Сил уже нет, а это только начало семестра. Дальше будет только хуже.

Если учесть грядущие катастрофические события.

Бьянка ложится.

– Ты так близко, – мурлычет она. – Послушай, тебе определенно нужен перерыв. Давай уедем на месяц в рай, как только закончим учебу. Бикини и «Бейлиз» во все дни!

Смотрю на нее с легкой улыбкой, и она вкладывает свою руку в мою.

– Пообещай! – говорит она и потом смеется. – Сучка, я все равно тебя уломаю.

Мы с Бьянкой чем-то похожи, а в чем-то полные противоположности. Она высокая и худая, а я невысокого роста и в данный момент на десять с лишним килограммов превышаю свою норму. В любом случае Бьянка никогда не будет столько весить. Я более спокойная и держусь особняком (сейчас больше, чем когда-либо), а она уверенная в себе, общительная девушка. Иногда Бьянка бывает безбашенной, и она – душа любой вечеринки.

На первом курсе нас поселили вместе, и я была уверена, что это будет вынужденное общение. Но я ошиблась, мы быстро подружились и с тех пор поддерживаем друг друга.

Моя подруга – самый искренний человек из всех, кого я знаю, и единственная, кто остался рядом, когда моя жизнь изменилась.

– Спасибо, что помогаешь по вечерам. Без тебя мне было бы очень тяжело, – говорю я.

– Да ладно, прекращай меня благодарить. Я же говорила, что мне это не в тягость. Только здесь удается отдохнуть от всей этой женской драмы. И это, пожалуй, единственное место, где я еще могу улыбаться.

– Как мило, значит, здесь твое счастливое место? – поддразниваю я, вкладывая в голос благодарность, и Бьянка улавливает ее.

Она подмигивает мне, когда раздается тихое хныканье. Поднимаюсь, иду к маленькой комнатке в углу и медленно открываю дверь.

Мое мрачное настроение мгновенно улетучивается, вхожу с улыбкой и в ответ вижу точно такую же.

– Привет, малышка.

## Глава 3

Тобиас

Сегодня я чувствую себя просто охренительно. Проснулся, как обычно, без четверти пять, пробежался и сделал разминку. Затем сходил в продуктовый магазин и, поскольку настроение у меня отличное, купил чоризо. Эту колбасу шикарно делает моя мама, но магазинная тоже сойдет. Вообще у меня есть привычка не выбрасывать оставшиеся продукты, а готовить из них другие блюда. Чоризо хватит надолго, могу и друзей угостить.

Я точно не из тех парней, которые выглядят жалко, когда в жизни все паршиво. Такие времена я встречаю с улыбкой на лице и высоко поднятой головой. Да и, признаться честно, предыдущие две игры, сыгранные в шатаут[9], здорово поднимают настроение.

Хорошее настроение сохраняется… до тех пор, пока я не добираюсь до верхней ступеньки лестницы, ведущей в библиотеку. Оглядываюсь и понимаю, что цыпочка с гнездом на голове не пришла.

Запихнув в рот последний кусочек буррито, смотрю на часы и хмурю лоб. Ладно, по правде говоря, сейчас семь пятнадцать. Я пришел точно по расписанию, хотя мог бы прийти пораньше. Но я решил пробежать с утреца еще несколько километров, потому что чувствовал себя преотлично.

В любом случае я не опоздал, но где она, черт возьми?

Мои занятия начинаются через сорок пять минут, я пришел вовремя, и она тоже должна была явиться к назначенному времени, ведь это ее работа, в конце-то концов. До учебного корпуса отсюда рукой подать, но теперь мне придется спешить и я буду лишен возможности остановиться и поболтать с друзьями по дороге или уделить малышкам с аппетитными формами то внимание, за которое они платят доктору «грудастых дел» хорошие деньги. Не мне, понятно, а пластическому хирургу.

Я взглянул на часы еще раз.

Она же не опоздает больше чем на пару минут, верно? Может, она где-то здесь, а я не заметил с первого взгляда?

Пытаюсь включить мозги, чтобы вспомнить ее внешность, но на ум ничего не приходит, кроме выцветшего серого свитера. Такой бабушка покупает тебе в «Кмарт» на Рождество каждый год: мешковатый, скучный и колючий после первой же стирки.

Слева от меня несколько девушек, каждая склонилась над какими-то бумагами и прочей ерундой, но они, похоже, никого не ждут. Справа… ну, скажем, группа заблудившихся по дороге на родео или члены организации «Будущие фермеры Америки». Уверен, что на их здоровенных ботинках есть засохшее лошадиное дерьмо.

Они что, из змеиной кожи?

Раздраженно вздохнув, снова оглядываюсь по сторонам.

Где эта цыпочка может быть?

Захожу в библиотеку и направляюсь к стойке, предназначенной для людей, которые знают, как здесь все устроено. У нашей команды свой учебный зал, поэтому библиотека для меня чужая территория.

Одариваю малышку, сидящую за стойкой, приветливой улыбкой.

– Надеюсь, вы сможете мне помочь.

Она краснеет, а я еще больше расплываюсь в улыбке.

Зубы всегда дают нужный эффект.

– Мне нужно найти одну девушку.

– Девушку?

Ее глаза говорят: «Я зарежу тебя во сне, а потом буду держать всю ночь, пока ты не истечешь кровью». Жуткое зрелище. Прямо как тот монстр из детских страшилок, что прячется под кроватью.

– Она репетитор, – добавляю я.

– Да без проблем. – Прочистив горло, малышка достает маленький блокнот с кучей записанных имен. – Как ее зовут?

– Не знаю, – пожимаю плечами.

– Ясно. – Она шумно выдыхает, и ее челка взлетает надо лбом. – Похоже, за все утро у нас было всего четыре девушки, так что разобраться не составит большого труда. Как она выглядит?

Не дождавшись ответа, она бросает на меня пронзительный взгляд.

– Вы совсем ничего о ней не знаете?

– Рассмотрел только спину. – Я с улыбкой облокачиваюсь о стойку. Знаю, сейчас в ее голове крутятся самые грязные варианты из всех возможных. – Ростом примерно до моего подбородка, волосы вроде бы русые или каштановые, – пожимаю плечами. – Было не до этого.

Девушка медленно кивает, слегка поджав губы. Что ж, реакция мне знакома. Так случается каждый раз, когда я даю понять, что продолжения не будет.

Сейчас меня кинут. У нее нет интереса мне помогать, так как у меня нет интереса ее раздевать.

Мисс библиотекарша морщится и возвращается к работе.

– Идите в Учебный центр рядом со зданием детского развития. Там вас проконсультируют, – бросает она. – Не забудьте пропуск.

Из моей груди вырывается сдержанный смешок.

– Спасибо, милая! – Одариваю ее взглядом, разворачиваюсь и, ухмыльнувшись, выхожу из библиотеки.

Центр находится через два здания, рукой подать. Но до моего первого занятия осталось минут двадцать, и это чертовски напрягает. В кратчайшие сроки мне нужно получить домашку от цыпочки и подготовить свою задницу к биологии.

Я не рассчитал силу, и дверь шумно захлопывается за мной, заставляя паренька за стойкой вздрогнуть.

– Салют. Мне нужно узнать имя своего репетитора.

Он бросает на меня оценивающий взгляд и продолжает работать со стопкой бумаг, которую, должно быть, только что достал из принтера.

Да, я цепляю даже парней.

Ухмыляюсь.

– Мы должны были встретиться в библиотеке полчаса назад. Репетитор. Как ее зовут и где она?

Не успеваю договорить, как его пальцы начинают что-то быстро печатать на клавиатуре.

Что там мне говорили про пропуск?

– Этого не может быть.

Парень выпрямляется, выражение его лица становится напряженным. Все слишком очевидно. Она и пары часов не проведет с этим небожителем – написано на физиономии.

Он качает головой:

– Ваш репетитор не работает раньше двенадцати и никогда не пропускает назначенные встречи.

Моя левая бровь слегка приподнимается, и я ухмыляюсь:

– Она твоя девушка?

Белая кожа парня становится такой же розовой, как его рубашка поло. Однако он продолжает:

– Нет!

– Но тебя это не устраивает.

– Она только подруга, – оправдывается парень, как будто это действительно имеет значение.

– Держу пари, у тебя есть номер телефона подруги. – Я покачиваю головой, и мне кажется, что он на грани истерики. – Ты можешь передать ей, чтобы она пришла сейчас? Мне нужно… – Черт. Я не могу сказать ему про домашку и рисковать своей квалификацией. – Мне нужно с ней поговорить. Срочно.

Тяжело сглотнув, он произносит:

– Извини, Тобиас. Зайди сегодня днем, может, тебе повезет. Но ничего не могу обещать. Она не работает в офисе, приходит только распечатывать документы. Я могу написать ей по электронной почте и попросить связаться с тобой, на этом все.

– Понятно, – медленно качаю головой. – Это мне не подойдет, дружище. Можешь дать ее номер?

Он путается в собственных словах.

– Нам запрещено разглашать личную информацию. И, как я уже сказал, по утрам она не работает. Никакого репетиторства. Нет…

Цокаю.

Смотрю на его бейджик с именем «Джонни».

– Джонни, братан, мне нужен номер, – говорю ему, а сам попутно отправляю сообщение человеку, благодаря которому все это завертелось, – тренеру Риду.

Ответ приходит молниеносно, это заставляет меня улыбнуться. Прислоняюсь к стойке и жду.

Паренек недоуменно смотрит на меня, но не проходит и минуты, как у него звонит телефон. С недовольным видом он отвечает на звонок. Три, два, один…

– Хорошо, я все понял. – Он опускает взгляд и кивает, как будто тренер Рид стоит прямо перед ним. – Будет сделано. Спасибо и вам.

Повесив трубку, он садится за компьютер, распечатывает нужную бумажку и швыряет мне.

1:0 в пользу Тобиаса Круза.

Подхватываю листок и на ходу бросаю:

– Спасибо, дружище.

На улице отправляю сообщение:

> Это Тобиас. Малышка-репетитор, я тебя жду. Где ты?

Обновляю диалог, чтобы убедиться: сообщение отправлено. Перепроверяю номер и сигнал Сети.

Ничего не происходит.

Прошла минута, ответа нет.

Не понимаю: в чем дело?

Может, я за телефон не заплатил?

Заплатил. Тренер же ответил сразу.

Как и все остальные.

Нахмурившись, смиряюсь и снова звоню тренеру. Хочу сказать, что задания на сегодняшний урок по анатомии не готовы и появляться на занятиях точно не вариант.

– Ты получил номер, сынок?

Улыбаюсь, приветствуя девушку, которая проходит мимо в розовом комбинезоне. Обожаю такие. Очень легко снимаются.

– Круз, – зовет меня голос в трубке.

– Да, извините. – Смотрю вперед. – Номер у меня, но, кажется, он неверный.

Последовала небольшая пауза, прежде чем разговор продолжился.

– Почему ты так решил?

– Она не ответила, а звонил я… – Смотрю на свой экран. – Почти пять минут назад звонил. Странно, правда?

– Целых пять минут, серьезно? – усмехается Рид. – А зачем она тебе понадобилась так рано? У тебя сегодня тест или что?

– Нет, теста нет. – Провожу кончиками пальцев по лицу. – Ну, у нее вроде как… моя домашка. Задания то есть.

– Не понял. Что ты имеешь в виду? – Когда я не отвечаю, он вздыхает в трубку. – Черт возьми, Тобиас.

Настроение окончательно портится, и я щурюсь на солнце.

– Извините, тренер.

Почему нельзя было напрячься и сдать анатомию сразу, тупица?

– Ладно. – Представляю, как он опускается на стул и бросает бейсболку на стол. – Я разберусь с этим и свяжусь с твоим профессором. Но, Тобиас… больше никакого дерьма в последнюю минуту, понял?

Киваю.

– Да, тренер.

– Хорошо. А теперь покинь кампус на несколько часов, чтобы я мог придумать оправдание. Увидимся на поле.

– Я буду в белом, – усмехаюсь собственной шутке, – все ненавидят нашу домашнюю форму.

Вешаю трубку, и мое настроение поднимается.

Знал, что тренер прикроет. Он всегда так делает.

2:0 в пользу Тобиаса Круза.

Мейер

Возвращаюсь обратно на кухню после того, как в пятый раз за сегодня наполнила увлажнитель воздуха. На секунду прислоняюсь к ламинированной столешнице. Закрываю глаза и делаю глубокий вдох в надежде хоть немного успокоиться. Но двадцать секунд тишины, которые у меня были за последние тридцать часов, прерываются жужжанием. Вздохнув, ставлю чашку в раковину и подхожу к телефону, подключенному к зарядному устройству. Там десятки пропущенных звонков и сообщений: несколько от Тобиаса, одно от Бьянки и еще одно от Гаррета Джонса.

Сначала читаю месседж подруги и задерживаю дыхание, когда перехожу к сообщению от Тобиаса.

Легко проследить, как из полунормального человека он превратился в эгоиста за четыре минуты и три отправленных им сообщения.

Как я могу ему помочь, если сама живу без сна и питаюсь только арахисовой пастой?

Сперва пишу Бьянке, что она может приехать, как и хотела. И что я буду у нее в долгу, если она захватит что-нибудь перекусить по дороге.

Затем набиваю сообщение Гаррету, но в этот момент звонит телефон, и я, машинально ответив, замираю от резкого голоса.

– Крапола!

Зажмурив глаза, подношу трубку к уху.

– Ты хочешь потерять эту работу, Мейер? Могу это устроить.

Ненавижу, когда моим положением манипулируют так, будто я устроилась на работу не потому, что сама приложила к этому усилия. Даже если он перевел меня к себе, это вовсе не значит, что ему позволено контролировать мой основной источник дохода.

Лапки бархатные, да коготки острые.

– На сегодня у меня были запланированы две встречи, и обе были перенесены еще вчера вечером.

– Прекрати нести чушь, Мейер, ладно? Ты прекрасно знаешь, о чем я говорю. Слушай меня внимательно: когда звонит Тобиас Круз, отвечай ему. Если он тебе пишет, отвечай. Если ему нужна внеплановая встреча, организуй ее.

– Ты так говоришь, будто это я отменила наше первое занятие. Да я только пять минут назад узнала, что Тобиас пытался мне дозвониться. – И заметь, я деликатно не спрашиваю, кто дал ему мой номер. – Пришлось отключить телефон, потому что Бейл… – Сглатываю. – Просто была тяжелая ночь.

– Еще раз: это твоя работа. Выполняй ее, или придется найти кого-нибудь другого.

Я изо всех сил борюсь с нахлынувшими эмоциями, но глаза все равно на мокром месте. Это из-за усталости. А вот чего я допустить не могу, так это того, чтобы мои всхлипы кто-то слышал. Не покажу свою слабость!

– Мы друг друга поняли?

Перевожу взгляд на потолок.

– Да, мистер Рид.

Он молчит мгновенье, прежде чем заговорить снова:

– Хорошо. Я позвоню ему и скажу, что ты заболела. Но только учти: завтра сама свяжешься с ним.

Не знаю, ждал ли он благодарности, но он ее не получит.

– Поняла, – говорю я. – Но не забудь предупредить своего подопечного, что я никогда не выполняю работы за учеников. Никогда.

Ответа нет, но я знаю, что он услышал меня.

Звонок обрывается, и я опускаю голову. Спустя несколько секунд приходит угрожающее сообщение:

И чтобы ты не давала мне повода снова звонить.

Ага. Потому что он, тренер, не звонит по пустякам.

Слезы, которые я сдерживала, теперь падают на мои босые ноги, напоминая о том, что рассчитывать я могу только на себя.

Из комнаты доносится кряхтение Бейли. Она плачет от боли, которая распространяется по воспаленным дыхательным путям из-за лающего кашля.

Моя малышка болеет.

Отхожу от стойки, быстро умываю лицо холодной водой, вытираюсь рубашкой и спешу в комнату. Опускаюсь на кровать рядом с дочкой, беру ее на руки и укачиваю. Она плачет мне в ухо. Бедняжка не может крепко заснуть из-за сильного кашля, а если засыпает, ее сон очень беспокойный.

Прижимаю кроху к себе и делаю глубокий вдох. Учеба и работа могут подождать.

Бейли – это все, что имеет значение.

К черту усталость.

## Глава 4

Тобиас

– Какого черта ты здесь забыл, Круз? – кричит Нео, как только я появляюсь в зале.

Бросив сумку, поднимаю бровь и начинаю стягивать с себя одежду, чтобы приступить к тренировке.

– Провожал твою сестру на автобус до дома. Она сказала, что у меня проблемы с дыхалкой, поэтому я тут.

Ксавье качает головой, а Нео соскакивает с тренажера так быстро, что даже удивительно, как его задница не встретилась с полом.

– Не будь ослом! – вопит он.

– Тогда не езди на мне.

Мы смотрим друга на друга и улыбаемся.

Все возвращаются к своей утренней разминке. Эчо, сидящий на жиме, следит за каждым моим шагом. Решаю забраться на беговую дорожку, чтобы разогреться, и Эчо, как я и предполагал, тут же занимает соседнюю.

Он быстро оглядывается по сторонам, затем спрашивает:

– Так и не дошел до анатомии?

– Планы поменялись. – Встречаю его прищуренный взгляд. – Малышка-репетитор продинамила меня, не было смысла идти без домашки.

Он запрокидывает голову:

– Да ладно?

Киваю и увеличиваю скорость на дорожке.

– Я пришел вовремя, но ее там не оказалось. Пришлось пилить в Учебный центр. Разыскать ее задницу так и не удалось, поэтому набрал тренера.

Эчо присвистнул.

– Ты сказал ему о своих планах? Ну, чтобы она делала анатомию за тебя?

– Да так, в общих чертах. – Пожимаю плечами. – Оставил на его усмотрение.

Эчо усмехается и тоже прибавляет скорость.

– Ну ты и мудак, втянул бедную девчонку в неприятности. Почему нельзя было просто сесть и все с ней обсудить?

– Да теперь уж понял. – Хмурюсь и смотрю вперед.

– Ты вообще спрашивал, может ли она закрыть твои долги по анатомии, или просто отправил задания?

– Чувак, это одно и то же. Ее работа – сделать так, чтобы студент сдал, а без несданных работ я в дерьме.

Усмехаюсь, но Эчо не подхватывает мое настроение, поэтому, выключив беговую дорожку, поворачиваюсь к нему лицом.

Конечно, он делает то же самое.

По хмурому взгляду понятно: сегодня он снова не в духе. Какое-то дерьмо, о котором парень не готов говорить, гнетет его. Так. Лучше пусть выместит злобу на мне, нежели ввяжется с кем-то в перепалку и меня заодно втянет. Он может постоять за себя, но понятно, что лучший друг в стороне не останется. Не в моих правилах.

– Не строй из себя невинную овечку. Ты такой же мудак, как и я. – Улыбаюсь во весь рот.

– Знаю, но, черт возьми, после этого сезона мы будем претендовать на драфт. Не подставляй нас обоих, вали давай на занятия.

– Слушай, я решу вопрос с анатомией, а что касается драфта, то не очкуй. – Наклоняюсь к нему, округляя глаза. – Впереди у нас еще много всякого дерьма, мы все в одной лодке, если, конечно, другие придурки тоже постараются. Битой об косяк, мы динамичный дуэт, братан. Ты и я. – Моя улыбка становится еще шире, но слова не производят должного эффекта, и Эчо снова срывается.

– Вот об этом дерьме я и говорю, Круз. – Застыв на месте, он качает головой. – Сегодня может случиться что угодно, а будущее неопределенно. Пора взглянуть правде в глаза и задуматься, что бейсбол, возможно, не самое важное в нашей жизни. – Он слезает с дорожки, хватает свои вещи и направляется к выходу, но напоследок бросает: – Сезон – это все, что у нас есть сейчас, так что не просри его.

Как только Эчо выходит за дверь, я подсознательно потираю локоть. Он не понимает, о чем говорит. Только бейсбол имеет значение.

Я – Тобиас, мать его, Круз, лучший питчер, которого когда-либо видел университет. Мне принадлежит рекорд по количеству выбитых страйков в студенческой лиге. В прошлом сезоне я стал первым, кому удалось отстоять два матча подряд без назначенного хиттера в финале игр за кубок чемпиона лиги. В следующем году я буду путешествовать по стране вместе с командой из высшей лиги. И ничего больше не будет меня парить. Начнется настоящая жизнь. У меня все получится, потому что других вариантов нет.

К черту учебу.

И к черту эту высокомерную сучку, которая сделала вид, будто меня не существует.

Я справлюсь сам, без ее помощи, потому что, как я уже сказал, сдаваться мне несвойственно.

Последние два с половиной года я жил бейсболом, мой член всегда был занят, а оценки соответствовали требованиям.

Еще один семестр потерпеть я сумею, а там уже драфт, и бейсбол официально станет профессией Тобиаса Круза. Я все равно не планировал оставаться на выпускной год.

Бейсбол – все, что у меня есть.

Облажаться? Черта с два!

⁂

– Ты облажался. – Тренер буравит меня недовольным взглядом.

Твою ж мать.

– На самом деле не все так плохо. – На лице получается изобразить кривоватую ухмылку. – Возможно, я и отстаю на неделю или две, но, тренер…

– Пятничную игру проведешь на скамейке запасных.

У меня вырывается смешок, но когда тренер сохраняет невозмутимое выражение лица, я склоняю голову набок и делаю еще один шаг вглубь его кабинета.

– Что? Можно еще раз? Неправильно вас расслышал, должно быть. Вода попала в уши, когда душ принимал. – Трясу головой в подтверждение своих слов, и брызги от мокрых волос разлетаются во все стороны.

Тренер наклоняется вперед, ничуть не смущаясь:

– Прошло две недели, а ты до сих пор не встретился с репетитором. Почему?

– Нужды не было.

Он кивает.

– Занятно, но, видишь ли, я получил письмо от твоего профессора. Он пишет, что ты так и не отработал пропущенные занятия. Ну, помнишь, те задания, которые, я обещал, ты сдашь. Это было две недели назад, когда прикрывал твою задницу.

– Тренер, я играю в пятницу.

Запрокинув голову, он щелкает ручкой.

– Твой средний балл шестьдесят шесть, а чтобы выйти на поле, нужно набрать хотя бы семьдесят. Правила ты знаешь. Моя команда, мои требования.

Мы оба знаем, что это моя команда, но сейчас лучше не нарываться.

Не существует даже крохотного шанса, что он посадит лучшего питчера на скамейку. Но сейчас Рид в настроении нацепить свою авторитетную шляпу, поэтому я спрашиваю, а не констатирую тот факт, о котором мы оба знаем:

– Вы бы меня отстранили? Только честно, а?

На мгновение он колеблется, затем прищуривает глаза.

– Разберись с этим дерьмом и сделай все возможное, чтобы в пятницу быть на поле. О’кей?

– Сегодня среда.

– Я в курсе.

– Получается, сегодня нужно все сделать, а завтра сдать?

– Верно, – кивает он. – Да ты не волнуйся. Преподаватели проверят работы и выставят оценки, как только ты все сдашь. Я предупредил. Главное, сдай работы к полудню.

– Вы сказали – преподаватели?

– Сказал. – Он зло сверкнул глазами. – Как выяснилось, у тебя проблемы не только с анатомией, но еще и историей. Вдобавок ты провалил сочинение.

– Не планирую становиться зубрилой.

– А что у тебя с планами на конец сезона? На поле или на скамейке запасных? – парирует он. – Сам знаешь: как только студент опускается ниже проходного минимума, я уже не в силах помочь.

Провожу языком по задней поверхности зубов.

Молодец, Тобиас! Справился сам…

Спокойно. В запасе два дня. Все в порядке.

– Обещаю, что к пятнице буду в строю. А в следующий раз сдам долги пораньше. – Из моего рта вырывается нервный смешок.

Трудности закаляют, это полезно.

Тренер откидывается на спинку стула с ухмылкой:

– Сынок, все получится. Окончишь университет, и твоя жизнь наладится, а у меня будет легенда, поддержавшая мою программу.

Киваю и стучу костяшками пальцев по его столу.

Почти никто не знает, что Томас Рид спас мою задницу, а я спас его. Дела у него шли, мягко говоря, не очень. В то время как большинство видов спорта в Авиксе продолжали процветать, бейсбольная программа терпела крах. Финансирование сократили из-за провальных сезонов и отсутствия прогресса. Однако тренер продолжал самостоятельно искать перспективных ребят. Но тут его ждала неудача, потому что крупные университеты переманивали игроков, обещая лучшие условия. Рид готовился потерять работу, а я мог потерять свой единственный шанс.

В выпускном классе родители поставили мне ультиматум. Со своими оценками я не мог рассчитывать на стипендию, и для поступления мне нужны были деньги. Но мои предки заявили, что не позволят использовать сбережения, отложенные на учебу, если я выберу спортивное направление. А бейсбол – это все, чего я хотел.

Я начал ввязываться в бессмысленные драки, хотя всегда предпочитал защищать слабых, и меня выгнали из школьной команды, хотя это означало, что шансов на победу в сезоне у них нет. Все в моей жизни рушилось. Университеты, которые проявляли ко мне интерес, вычеркнули меня из списка претендентов, а в довершение всего я оказался на грани исключения из школы, рискуя провалить выпускной год.

И тут появился Рид.

Он протянул мне руку помощи, поддержал, когда все отвернулись от меня, даже родители. С того момента он всегда был рядом, хотя иногда я этого не заслуживал.

Стыдно вспомнить, но и здесь, в Авиксе, я совершал те же ошибки. Но вместо того чтобы выгнать, тренер спокойно поговорил со мной и сказал, что все понимает. Никто не меняется в одночасье, и мне просто нужно продолжать работать над собой. Что бы ни случилось, он всегда прикрывал мой зад. Как и в тот раз, когда я переборщил с алкоголем. В университетской газете эта новость блистала на первых страницах.

Они то и дело норовят осветить негативные черты личности Тобиаса Круза – вот что на это сказал Рид.

Да я расшибусь в лепешку ради тренера, и знаю, что он сделает то же самое ради меня.

– Я не подведу вас. – Киваю в подтверждение слов. – Я сделаю все ради общей цели.

– Не сомневаюсь, сынок, – сдержанно улыбается он и продолжает: – Соберись и позвони репетитору. Подними свой средний балл выше семидесяти к пятнице и выше восьмидесяти к Бостону.

– Сделаю все, что в моих силах.

– Вот это по-нашему! Используй мозги девчонки, занимайся все время, если нужно. За это она и получает деньги, это ее работа.

– А если у нее не будет времени?

– Ты – мой лучший спортсмен, она – лучший репетитор в университете.

– И чью же академическую жизнь она спасла, чтобы удостоиться такого титула? – шучу я.

Тренер смеется.

– Лучший проходной балл, самая востребованная зубрила со списком ожидания длиной в километр. Потребовалось немало усилий, чтобы заполучить ее на наш факультет. Но теперь она работает только со спортсменами и отвечает за их успеваемость.

– Звучит неплохо, – соглашаюсь я.

– Послушай, за каждое занятие с тобой девчонка получит в три раза больше, чем с любым другим студентом. – Он бросает на меня пристальный взгляд. – Никогда не говори ей, что знаешь об этом. Но помни: она еще как заинтересована.

Мои брови подскакивают, но тренер отмахивается от меня, отвечая на звонок.

Иду в раздевалку, размышляя над тем, что он только что сказал.

Неудивительно, что эта штучка не выполнила мои задания. Знает, что в конце концов я ей позвоню, и когда это произойдет, она получит деньги за нашу встречу.

Схватив с полки телефон, плюхаюсь на скамейку и отправляю ей сообщение:

> Hola[10], малышка-репетитор. Мне нужны твои услуги. Сегодня вечером. Управимся за два часа.

Ухмыляюсь выбору слов и подумываю добавить значок доллара, но вспоминаю просьбу тренера. Так что нет, буду хорошим мальчиком и просто подожду ее ответа.

Открываю «Тик-Ток», пролистываю пару комментов, в которых меня отметили после вчерашней игры, затем возвращаюсь к своему сообщению. Вижу, что она уже прочитала его, но в ответ тишина.

Делаю скриншот, обвожу красным значок «прочитано», добавляю маленькую рожицу и отправляю ей.

Хватаю свою сумку из шкафчика и перекидываю ее через плечо как раз в тот момент, когда звучит песня Power Ranger. Такая стоит у меня на уведомлениях. Ответила.

Ухмыляюсь. Пусть подождет, пока я выйду на улицу, чтобы открыть и прочитать месседж.

Моя улыбка испаряется, как только я смотрю на экран.

> Пожалуйста, обратись в студенческий центр для записи на занятие. Информацию с моими часами работы отправлю следующим письмом.

# Сноски

1

Питчер – подающий, один из основных игроков бейсбола. Бросает мяч со специальной горки в сторону кэтчера (ловящего); питчеру противостоит бэттер (отбивающий), чья задача создать возможность атаки для своей команды. – Здесь и далее примеч. пер.

2

Основной механизм поступления бейсболистов-любителей из школ, университетов и любительских бейсбольных команд в клубы главной лиги бейсбола.

3

Бейсмены – игроки, которые стоят на базах. Они пытаются ударить мяч и продвигаться по базам, чтобы набрать очки. Первый бейсмен стоит на первой базе и отвечает за прием бросков со стороны внутреннего поля. Третий бейсмен стоит на третьей базе и является защитником на внутреннем поле.

4

По традиции во всех американских колледжах и университетах есть свои студенческие братства и сестринства по интересам. Члены братства или сестринства могут поселиться в Домах братства (сестринства) на территории кампуса. Тобиасу Крузу и его приятелю Эчо, перспективным игрокам, руководство университета предоставляет сказочные условия – по сути, отдельную квартиру на безвозмездной основе (как правило, проживание в Доме братства или сестринства стоит приличных денег).

5

Страйк – ситуация в бейсболе, когда бэттер не ударяет по мячу, поданному питчером. Если бьющий набирает три страйка – это называется страйк-аут, и бьющий выбывает из игры.

6

В национальной студенческой лиге США существует разделение всех университетов на три уровня дивизионов: Дивизион-1, Дивизион-2 и Дивизион-3. Разделение основывается на ряде факторов, таких как престиж университета, финансирование и материально-техническая база. Дивизион-1 считается высшим и наиболее сложным, на этом уровне проходят самые крупные соревнования и соревнуются лучшие команды. Студенты-спортсмены этого дивизиона большую часть времени уделяют спорту. Самые успешные из них могут перейти в главную лигу бейсбола.

7

Назначенный хиттер – это игрок, который выходит на замену питчеру, когда команда атакует. Назначенный хиттер не играет, когда команда защищается. Такая тактика позволяет главному игроку (питчеру) отдыхать во время атаки своей команды и готовиться к следующему периоду игры.

8

Молодая девушка (исп.).

9

В бейсболе – игра без единого пропущенного рана; ран – очко, заработанное игроком нападения (бэттером).

10

Привет (исп.).