Пётр Никитин
Изощренная месть

ИЗОЩРЕННАЯ МЕСТЬ

Каждый вдумчивый судья, врач и священник должны знать по опыту своей профессии, что жизнь представляет такие драмы и трагедии, которые нередко превосходят самый смелый полет фантазии.

Анатолий Фёдорович Кони, «Записки судебного деятеля»

Эта история началась весной 1999 года. События происходили в крупном портовом городе с полумиллионным населением.

На городских рынках того времени шла бойкая торговля изделиями из кожи, шерсти, хлопкового трикотажа турецкого производства, а также привозимыми неутомимыми «челноками» из Китая обувью, джинсами и мелким ширпотребом. Процветала торговля с рук золотом и иностранной валютой – наибольшим спросом пользовались американские доллары и немецкие марки. К «менялам» народ обращался потому, что обменных пунктов в городе было очень мало, а в имеющихся точках не всегда присутствовало достаточное количество валюты, к тому же, заявлялся грабительский курс обмена.

О рыночной торговле речь зашла не случайно – торговцы золотом и валютой будут иметь прямое отношение к нашему дальнейшему повествованию.

1

Вечером семнадцатого апреля 1999 года в тихом городском районе под названием «Дзержинский» в собственной квартире был обнаружен труп 55-летней Грибановой Валентины. На место обнаружения мертвого тела выехала следственно-оперативная группа во главе с дежурным следователем районной прокуратуры.

Труп лежал в прихожей. Входная дверь квартиры была притворена, но не заперта на замок. Следов взлома на двери, замке и дверных косяках не наблюдалось.

Смерть женщины последовала в результате ранения головы, причиненного выстрелом из огнестрельного оружия, поэтому с первых минут осмотра места происшествия для правоохранителей стало очевидно, что они имеют дело с умышленным убийством.

Погибшая проживала в квартире одна. Ни пальцевых отпечатков, ни каких-либо иных следов пребывания в жилище посторонних лиц в ходе осмотра места происшествия обнаружить не удалось.

По словам родственников Грибановой, вызванных на место событий, следовало, что из квартиры пропала одна тысяча долларов США. Личные вещи потерпевшей и другие ценные предметы остались нетронутыми.

Большие надежды криминалисты возлагали на пулю, застрявшую в черепной коробке убитой женщины. Нередко, потянув за эту ниточку, удавалось размотать клубок тайн. Но заполучить указанную улику можно было лишь после судебно-медицинской экспертизы трупа.

Сотрудники уголовного розыска и участковый уполномоченный провели в подъезде поквартирный обход, однако никто из жильцов не видел в тот день в подъезде посторонних людей. Дом относился к жилому фонду старой застройки, межквартирная звукоизоляция в нем была никудышной, но только никто из соседей Грибановой не слышал звук выстрела. В силу этого определить точное время совершения преступления оказалось делом затруднительным.

По расчетам судебных медиков смерть потерпевшей наступила в районе 17-19 часов, то есть вскоре после возвращения её с работы. Относительно дистанции выстрела их выводы были более конкретными: выстрел в жертву произведён с близкого расстояния, не превышающего полуметра.

Извлеченную из тела погибшей женщины пулю, несколько деформированную, передали в работу специалисту по баллистическим экспертизам. В его заключении указывалось: на исследование представлена пуля от 9-миллиметрового стандартного пистолетного патрона к ПМ, которая была выпущена из короткоствольного огнестрельного оружия, сходного по своим характеристикам с пистолетом системы Макарова. Помимо того, эксперт констатировал, что использованное преступником оружие является атипичным, так как имеет в канале ствола пять нарезов, тогда как у стандартного пистолета Макарова таких нарезов только четыре.

Необходимо отметить, что при изготовлении некоторых видов оружия в канале ствола производителями делаются винтовые нарезы, которые в момент выстрела придают пуле вращательное движение. Благодаря этому обеспечивается устойчивость пули на траектории, дальность её полета, кучность стрельбы.

– Скажите, а этот атипичный пистолет отличается от обычного ПМ своими боевыми свойствами? – поинтересовался следователь у эксперта-баллистика.

– Нет, они практически ничем не отличаются, – ответил тот – Разве что, пистолет с пятью нарезами при производстве выстрела имеет более мягкую отдачу.

– Где посоветуете искать умельца, изготовившего этот пистолет? На оружейных заводах?

– Не только. Это может быть кустарь-одиночка, знакомый с технологией нанесения нарезов в канале ствола и имеющий доступ к соответствующему оборудованию.

Поскольку никто из соседей Грибановой не слышал выстрела, возникла версия об использовании убийцей пистолета с глушителем.

Пистолет – это не револьвер, у которого гильза после выстрела всегда остаётся в барабане, поэтому поиски стреляной гильзы велись в квартире Грибановой самым тщательным образом. Отсутствие гильзы на месте преступления нашло у криминалистов единственное объяснение – убийца подобрал её и унёс с собой.

Родственники и знакомые Грибановой первое время «темнили», утверждая, что Валентина торговала на Центральном городском рынке исключительно парфюмерией. Свидетели утаивали от следствия настоящий род её занятий – потерпевшая торговала на Центральном рынке иностранной валютой. Причина обмана была банальной: деятельность Грибановой, выражавшаяся в незаконном предпринимательстве и совершении сделок с валютными ценностями, являлась уголовно-наказуемой.

Однако этот факт недолго оставался тайной, вскоре следователь прокуратуры, ведущий дело об убийстве, безоговорочно установит истинный род деятельности потерпевшей.

Достаточно плотно следователь с операми отрабатывали версию о связи убийства с незаконными валютными операциями Грибановой. Велика была вероятность того, что преступник установил домашний адрес потерпевшей, проследив её путь с рынка домой после завершения дневной работы. Вот только не было понятно, почему женщина беспрепятственно открыла ему дверь в квартиру, об этом свидетельствовало отсутствие следов борьбы в квартире и отсутствие следов взлома на входной двери. Преступник, явно, попал в квартиру под каким-то предлогом. Но каким?

Уголовный розыск сколько ни напрягал агентуру, сотрудничающую с ним на условиях конфиденциальности, не смог добыть стоящей информации об опасном преступнике, вооруженном нестандартным пистолетом. Довольно скоро расследование убийства валютной торговки, проводимое прокуратурой Дзержинского района, забрело в тупик. Уголовное дело зависло в числе нераскрытых.

Следует заметить, что убийство Грибановой на момент его совершения не наделало в городе большого шума, не привлекло к себе особого внимания властей и городской общественности. Шёл восьмой год с момента, как Советская власть канула в Лету. Не стало и существовавших при ней порядков, при которых органы МВД внимательно отслеживали все факты похищения нарезного оружия, а случаи вооруженных нападений рассматривались ни много, ни мало – чрезвычайными происшествиями союзного масштаба. Теперь тяжкие преступления с применением огнестрельного оружия перестали быть редкостью, они уже не представлялись обывателю чем-то из ряда вон выходящим и удивительным.

Прошло немногим более двух месяцев.

Двадцать седьмого июня в Ильинском районе города произошло ещё одно преступление с использованием атипичного пистолета. В этот раз от действий убийцы пострадали три человека. Жертвами преступника стали члены одной семьи: Колотов Александр – тридцативосьмилетний капитан милиции, его жена Колотова Екатерина – тридцатидевятилетняя предпринимательница, а также Гаврилюк Галина – тёща Колотова, пенсионерка.

Неизвестный преступник действовал дерзко и безжалостно. Среди белого дня убийца подкараулил супружескую чету Колотовых и их родственницу на выходе из многоквартирного жилого дома, в котором они проживали. Супруги Колотовы выходили из подъезда первыми, их убили выстрелами из пистолета в голову. Александр, шедший впереди, был застрелен у подъездного палисадника, а его жена Екатерина – на бетонной площадке перед входом в подъезд. Галина Гаврилюк, которая чудом осталась жива, шла последней. После первых выстрелов, видя упавших зятя и дочь, пенсионерка повернула назад и побежала к лифту. Преступник, стреляя на бегу, бросился за ней. Три его пули, угодившие в различные части тела Гаврилюк, сбили женщину с ног. Она упала на бетонный пол у двери одной из квартир, но продолжала при этом оставаться в сознании. Подошедший убийца, а это был мужчина средних лет, одетый в спортивный костюм и бейсболку с большим козырьком, закрывавшим половину лица, вырвал из её рук дамскую сумку и пошёл прочь. В сумке находились доллары США – Гаврилюк и её дочь Екатерина так же, как и убитая двумя месяцами ранее в Дзержинском районе Грибанова Валентина, торговали на рынке иностранной валютой. Завладев дамской сумкой, преступник сделал несколько шагов в направлении выхода, но затем неожиданно развернулся на 180 градусов, решив добить свою жертву. Подойдя к Гаврилюк, убийца направил на неё пистолет и нажал на спусковой крючок… Но выстрела не последовало – в обойме закончились патроны, о чём свидетельствовала неистовая брань преступника. В приступе ярости мужчина резко взмахнул рукой, после чего поспешно удалился. Вероятно, у него не было при себе запасной обоймы, а может быть, он не захотел рисковать и задерживаться на месте преступления для перезарядки пистолета, поскольку существовала большая вероятность попасть на глаза жильцам подъезда.

Правоохранители принялись активно искать убийцу.

Однако работа сыщиков «по горячим следам» не приносит сколь-нибудь заметных успехов, удача упорно обходит их стороной. Людей, видевших обстоятельства нападения на Колотовых и их родственницу, не нашлось. Звуки выстрелов тоже никто не слышал, хотя время было летнее, во многих квартирах форточки и оконные фрамуги были приоткрыты в момент совершения преступления. И это было странно – всё происходило в момент, когда утренний «час пик» ещё не миновал, а поэтому жильцы многоквартирного дома поодиночке и группами продолжали спешить на работу.

В ходе следствия выжившая Галина Гаврилюк неоднократно повторяла, что, по её убеждению, убийца действовал не в одиночку. В подтверждение своих слов потерпевшая ссылалась на следующее обстоятельство: через одну-две минуты после ухода убийцы над ней, лежавшей в луже крови на бетонном полу лестничной площадки первого этажа, неожиданно склонился незнакомый мужчина в светлой рубашке с коротким рукавом и большими залысинами на лбу, назвавшийся сотрудником милиции. Он спросил: «Вы видели человека, который в вас стрелял?», но женщина не смогла что-либо ответить ему, так как ощущала головокружение и находилась на грани потери сознания. Мужчина вскоре исчез. В дальнейшем Гаврилюк никогда больше его не встречала. Со слов потерпевшей был составлен фоторобот «милиционера», но поисковые мероприятия ничего не дали.

Тем временем в прокуратуру Ильинского района поступили результаты судебных экспертиз: медицинских и баллистических. В заключениях экспертов-баллистиков отмечалось, что убийца использовал атипичный пистолет с пятью нарезами в канале ствола.

Казалось бы, следователь мог сразу провести параллель между этим преступлением и убийством Грибановой в Дзержинском городском районе и догадаться, что в обоих случаях действовал один и тот же преступник, охотящийся на торговцев валютой. В пользу этой версии говорило использование преступником нестандартного короткоствольного оружия, а также способ совершения убийств – пистолетный выстрел в голову жертвы.

Но не всё обстояло так просто, не все выводы лежали на поверхности.

Факт занятия Гаврилюк и Колотовой сделками с валютными ценностями будет установлен значительно позже. А пока потерпевшая Гаврилюк на допросе у следователя упорно замалчивала то, что они с дочерью приторговывали валютой, при этом наличие долларов в похищенной сумке объясняла бытовыми обстоятельствами. Вероятно, женщине не хотелось компрометировать погибшего зятя, сотрудника милиции. А может быть, она лгала из боязни оказаться привлечённой к судебной ответственности за свой нелегальный бизнес. Кто знает?

Кроме того, имелась ещё одна, более существенная и весомая загвоздка.

Эксперты-баллистики, изучив под микроскопом следы на изъятых пулях, пришли к заключению о том, что выстрелы в супругов Колотовых и их родственницу произведены не из того оружия, из которого ранее была убита потерпевшая Грибанова. И эти выводы экспертов были категоричными.

Последовала отработка различных версий убийства. Проверялась возможность его совершения в связи с профессиональной деятельностью Колотова Александра, отрабатывалась версия совершения преступления на почве личной неприязни убийцы к кому-либо из членов семьи Колотовых. Не исключалась также вероятность ошибки преступника, который напал не на тех. Ни одна из отрабатываемых версий не подтвердилась.

А потом расследование начало буксовать и застопорилось, поскольку следователь, работавший по данному убийству, зашёл в тупик, исчерпав все свои поисковые возможности.

Время неумолимо утекало. Истекли сроки, отведённые законом на проведение расследования, а преступление так и оставалось нераскрытым. Районная прокуратура вынуждена была приостановить «глухое» уголовное дело по мотивам неустановления личности человека, совершившего дерзкое двойное убийство и покушение на третье убийство в купе с похищением материальных ценностей.

2

В просторной четырёхкомнатной квартире на улице Менделеева, всё в том же Ильинском городском районе, тихо проживала семья Долженко: 58-летняя Людмила Николаевна и её 27-летний сын Сергей. Вместе с ними временно проживали дальние родственники – молодая супружеская пара, недавно перебравшаяся в город из сельской глубинки.

Вечером 10 сентября 1999 года, придя домой с работы, родственники попытались отпереть входную дверь квартиры имеющимися у них ключами, но у них ничего не получилось, так как замок оказался повреждённым. На настойчивые звонки и стук в дверь из квартиры никто не отзывался, хотя дома в это время должны были находиться и Сергей, пребывавший в плановом производственном отпуске, и его мать-пенсионерка, редко покидавшая своё жилище. Был вызван слесарь, который принес необходимые инструменты и вскрыл дверь. В гостиной комнате на полу, рядом с сервантом, был обнаружен труп Сергея с огнестрельным сквозным ранением головы. В дальней комнате на кровати лежал труп его матери, Людмилы Николаевны, также с огнестрельным ранением головы, входное отверстие которого располагалось на затылке.

О преступлении было сообщено в милицию.

Прибывшие следователь районной прокуратуры и эксперты тщательно осмотрели жилое помещение и трупы его владельцев. Следов борьбы в квартире не было замечено. Судя по характерным признакам, в том числе по отложениям копоти и несгоревших зерен пороха на телах жертв преступления, выстрелы в Сергея и его мать были произведены с близкого расстояния. Непосредственно в хозяйку квартиры, вообще, стреляли в упор. По позе убитой нетрудно было понять, что преступник выстрелил в женщину в момент, когда она спала. На полу в прихожей лежало скомканное кухонное полотенце с помарками крови. Гильз в квартире обнаружено не было. Пулю, которая навылет пробила череп Сергея, тоже не нашли.

В ходе осмотра квартиры эксперт-криминалист выяснил: замок на входной двери не отпирался по той причине, что его кто-то плотно забил обломками спичек.

– Простой и действенный способ создать помеху для ключа и затруднить проникновение в квартиру, чтобы преступление подольше не могли обнаружить, – прокомментировал свои наблюдения эксперт. – К подобным нехитрым уловкам обычно прибегают квартирные воры. Так что убийцей мог быть как опытный уголовник, так и сотрудник правоохранительных органов, сведущий в воровских методах…

Квартировавшие у Долженко родственники заявили, что из квартиры пропала дорогостоящая видеокамера японского производства, объявление о продаже которой сын хозяйки накануне разместил в городской газете.

Следователь попытался смоделировать картину преступления. По его представлению, преступник позвонил в дверь и после слов: «Я пришел по вашему объявлению!» был впущен Сергеем в квартиру. Мнимый покупатель попросил показать ему продаваемую вещь. Когда Сергей прошел к серванту и потянулся за видеокамерой, убийца настиг его и произвел выстрел. Обходя комнаты, преступник обнаружил спящую хозяйку квартиры и застрелил её. Вероятно, не хотел оставлять свидетелей, хотя никаким свидетелем Людмила Николаевна Долженко не была, женщина просто-напросто тихо спала. Подтолкнуть ко второму убийству душегуба также могли разочарование и злость по поводу скромного достатка семьи и невозможности разжиться какими-либо еще дорогостоящими предметами, помимо видеокамеры.

В квартиру Долженко вернулись оперативники угрозыска, опрашивавшие соседей.

– Жильцы подъезда в один голос называют погибшую семью глубоко порядочной и истинно верующей, – доложил следователю старший оперуполномоченный. – Были они людьми неконфликтными, миролюбивыми и покладистыми. Народ теряется в догадках по поводу мотивов убийства. Подозрительные личности в подъезде не были замечены, звуки выстрелов никто не слышал…

– Пока вы работали с соседями у нас начала прорисовываться рабочая версия по мотивам убийства, – сказал следователь и поделился с оперативниками сведениями об исчезновении видеокамеры непосредственно после убийства матери и сына Долженко.

Казалось диким, что кто-то способен застрелить двух человек из-за видеокамеры. Однако история человечества с полной очевидностью свидетельствует, что во все времена находились индивиды, способные отнять жизнь у себе подобных ради менее ценных вещей. Вот и в данном деле всё указывало на то, что преступник попал в квартиру, выдав себя за покупателя. В пользу этого говорило отсутствие следов борьбы в квартире, объявление о продаже видеокамеры и сам факт пропажи видеокамеры. К тому же труп Сергея был обнаружен рядом с сервантом, где видеокамера хранилась.

Возникло предположение об использовании злоумышленником пистолета с глушителем или с какой-то иной «приспособой», гасящей звук выстрела. В противном случае грохот первого выстрела наверняка разбудил бы спящую хозяйку. Использование глушителя могло объяснить причину, по которой соседи по этажу, а также соседи сверху и снизу не слышали выстрелов в квартире Долженко.

Родственники помимо прочего сообщили следствию, что накануне Сергею Долженко звонил незнакомый мужчина, высказавший желание приобрести японскую видеокамеру, что после короткого разговора продавец и покупатель договорились о встрече. У правоохранителей появился шанс выйти на преступника через телефонный звонок, и в последующие дни они начали разматывать эту ниточку. На городской телефонной станции были запрошены сведения о всех звонках на квартиру Долженко в дни, предшествующие убийству. По получении с ГТС необходимых данных звонившие лица были установлены и опрошены. Ими оказались знакомые и родственники погибших, у каждого имелось крепкое алиби. Лишь один телефонный звонок оставался загадкой – он был сделан из таксофона, расположенного на улице Щорса у здания супермаркета «Восток».

Чтобы собрать максимум сведений об орудии убийства и понять, не использовалось ли оно при совершении других преступлений, ведущий дело следователь назначил судебно-баллистическую экспертизу по пуле, извлеченной из тела Людмилы Долженко. Каким бы хитрым и изощренным не был злоумышленник, а следы после себя он все равно оставляет – в большем или меньшем количестве. Вот и в момент прохождения пули по стволу оружия на ней остаются царапины от внутренней поверхности ствола, в том числе от нарезов – криминалисты называют эти следы визитной карточкой оружия.

«Орудие убийства – это, предположительно, аналог пистолета Макарова, имеющий пять нарезов канала ствола, – указал в своём заключении эксперт. – Следы на представленной пуле существенно отличаются от следов на пулях, которые изъяты по делам об убийствах Колотовых и Грибановой».

Указанные экспертом-баллистиком отличия хорошо прослеживались визуально: к экспертному заключению прилагались фототаблицы с изображением развёртки поверхности исследуемой пули и её совмещение с другими фоторазвёртками.

Направляя в биологическое отделение областного бюро судебно-медицинских экспертиз кухонное полотенце со следами крови, следователь не строил особых иллюзий. Велика была вероятность того, что, собирая перед уходом улики (пулю, гильзу) у тела Сергея Долженко, злодей перепачкался в его кровь, которую не преминул стереть с кистей рук принесенной с кухни тряпицей. Шанс обнаружить на ней кровь убийцы был ничтожно мал. Но в следственном деле все догадки требуют обязательной проверки, поскольку история криминалистики знает массу нелепостей и курьезов – например, внезапно открывшееся у преступника носовое кровотечение… Однако чудес не произошло: биологи обнаружили на ткани кухонного полотенца кровь человека, но её количество было столь незначительно, что определить групповые характеристики не представлялось возможным.

Наработанные десятилетиями эффективные методы раскрытия преступлений в этот раз не срабатывали. Милицейская агентура в уголовной среде не располагала сведениями об убийце. Изъятая по делу пистолетная 9-миллиметровая пуля по учётам МВД не проходила. Кропотливое изучение криминалистами папиллярных узоров на пальцах рук погибших и их родственников, проживавших в квартире, ничего не дало – на месте преступления не было найдено пальцевых отпечатков посторонних лиц. По всему выходило, что убийца орудовал в перчатках либо протёр перед уходом дверные ручки и места на мебели, к которым прикасался.

Прошло еще немного времени и расследование убийства матери и сына Долженко окончательно зашло в тупик, работу по уголовному делу приостановили. Прокуратура Ильинского района пребывала в замешательстве. Неужели в городе появилась подпольная оружейная мастерская, клепающая нестандартные пистолеты с пятью нарезами?

Руководство городского УВД свирепствовало от того, что в Ильинском районе в течение трёх месяцев произошло уже два двойных убийства и ни одно из них не было раскрыто. Виновниками неудач с раскрытием сочли сотрудников районного отделения уголовного розыска. «В обоих случаях убийцы действовали не в вакууме, – заявило начальство, – горожане должны были их видеть, а то, что уголовный розыск не сумел обнаружить и опросить этих свидетелей, говорит только об одном – розыск обленился и перестал «ловить мышей», следовательно, должен получить взбадривающие «пилюли» в виде строгих взысканий».

3

Наступил декабрь 1999 года.

В одной из многоэтажек Дзержинского района проживал 32-летний инженер Игорь Викулов, жил не один, а с женой и маленьким сыном-школьником. На хлеб Игорь зарабатывал тем, что закупал комплектующие компоненты, из которых у себя дома производил сборку персональных компьютеров. По мере готовности сбывал аппараты землякам, публикуя соответствующие объявления в городской газете. Продукция Викулова пользовалась у горожан спросом.

Решив продать очередной подготовленный к работе компьютер, Викулов дал объявление в газете, по которому вскоре позвонил мужчина, высказавший намерение приобрести реализуемый аппарат. Они договорились встретиться на следующий день в квартире Викуловых.

Утром 13 декабря супруга Викулова отвела ребёнка в школу, после чего уехала на работу. Чуть позже к Игорю приехал его отец, которого он попросил поприсутствовать в квартире при заключении сделки купли-продажи… для безопасности.

В обеденное время домой из школы вернулся сын, у которого имелись свои ключи от входной двери. Он обнаружил, что дверь в квартиру слегка приоткрыта, но полностью отворить её у мальчика не хватило сил – с внутренней стороны около неё лежало что-то тяжёлое, что именно, ребенок не разглядел. Испугавшись, мальчик позвонил на работу матери. Приехавшая домой жена Викулова сумела отворить входную дверь и обнаружила в прихожей труп свёкра. В жилой комнате рядом с пустой коробкой из-под компьютера лежал труп хозяина квартиры. Отец и сын Викуловы были убиты огнестрельными выстрелами в голову. Из квартиры пропали триста долларов США и персональный компьютер, собранный Игорем для продажи.

Не требовалось быть человеком семи пядей во лбу, чтобы понять: убийца вошел в квартиру под видом покупателя дорогостоящего бытового предмета, реализуемого через объявление в городской газете. О двойном убийстве, совершенном явно не на бытовой почве, незамедлительно доложили в следственное управление прокуратуры области.

С началом осмотра места происшествия пришлось немного повременить, так как для участия в нём областная прокуратура направила своего представителя – Виктора Алексеевича Ларикова, лучшего из местных следователей прокуратуры, переведённого несколько месяцев назад в областной центр на должность прокурора-криминалиста.

Имеет смысл уделить прокурорам-криминалистам несколько отдельных строк.

Указанные должности были введены в штат органов прокуратуры Союза ССР в 1954 году. Основной задачей, которую призваны были решать прокуроры-криминалисты, являлось оказание методической и практической помощи прокурорским следователям. Методическая помощь – это подсказки следователю по вопросам тактики и методики проводимого расследования, корректировка допущенных ошибок. Практическая – участие в проводимых следственных мероприятиях, содействие в разработке планов по конкретным делам и в выработке следственных версий. На должность назначались люди с большим следственным опытом. Они в скором времени, благодаря обширным познаниям в области криминалистики и практическим навыкам в использовании гигантского технического арсенала, становились учителями и «старшими братьями» молодых следователей.

Прокуроры-криминалисты обладали правомочиями самостоятельного проведения следственных действий по письменному поручению вышестоящего прокурора. Обычно это происходило при расследовании сложных уголовных дел о тяжких преступлениях, совершенных в условиях неочевидности.

Осуществление надзорной работы в компетенцию прокуроров-криминалистов не входило. Прокурор, надзирающий за следствием, изучает уголовное дело с целью выявления каких-либо нарушений норм уголовного процесса и норм уголовного права со стороны следователя, чтобы позднее дать ему указания по поводу устранения этих нарушений. Прокурор-криминалист тоже изучает уголовные дела, но изучает в части назначения и проведения экспертиз и, если обнаруживаются возможности проведения дополнительных экспертиз, которые следователь не использовал, дает ему соответствующие рекомендации.

Их иногда путают с экспертами-криминалистами. Смоделировать ситуацию, чтобы предположить, какие следы и где могли оставить преступники – это работа прокурора-криминалиста. А уж снятие следов, проведение криминалистических экспертиз и прочие технические действия – это «хлеб» эксперта.

Осмотр с участием Виктора Ларикова, проведенный с необходимой тщательностью, серьёзных зацепок для следственно-оперативной группы не дал. Преступник практически не оставил после себя каких-либо следов… помимо пуль, застрявших в слепых ранениях на телах жертв. Их пока еще никто не видел, поскольку к исследованию пуль можно было приступать лишь по завершении судебно-медицинской экспертизы трупов.

Никто из соседей звуки выстрелов не слышал, поэтому точное время нападения на Викуловых установить не удалось.

Лариков во время осмотра обратил внимание на любопытную деталь: в волосах убитого Игоря Викулова были обнаружены мелкие кусочки пористой резины. Прокурор-криминалист на основе собственного практического опыта высказал версию о том, что кусочки пористой резины могли быть фрагментами самодельного глушителя.

Пока судебные медики исследовали тела убитых мужчин и готовили заключения по причинам смерти, которые и без того были понятны правоохранителям, работники следствия проводили необходимые допросы. Жена Игоря Викулова смогла достаточно точно указать время телефонного звонка потенциального покупателя компьютера, который договаривался с супругом о встрече. Городская телефонная станция сообщила по запросу прокуратуры, что в названное время на квартиру Викуловых звонили с таксофона. Ниточка, ведущая к убийце через телефонный звонок, быстро оборвалась.

Городской уголовный розыск во весь голос заговорил об имеющейся связи между убийствами. Наиболее очевидной сыскари считали связь между убийством сына с матерью Долженко и убийством сына с отцом Викуловых – и те, и другие давали в газету объявления о продаже ценных вещей.

А судебно-баллистические экспертизы показали, что проводимые уголовным розыском аналогии, безосновательны.

«Пули, извлеченные из тел потерпевших Викуловых, выпущены из нестандартного короткоствольного оружия с пятью нарезами в канале ствола, – заключили эксперты – Однако они не идентифицируются с пулями, фигурирующими в других уголовных делах (убийства Грибановой, Колотовых и Долженко, где также использовался атипичный пистолет)».

Лариков продолжал исполнять поручение руководства об оказании практической помощи следователю прокуратуры Дзержинского района, работающему по убийству Викуловых. Об обстоятельствах совершения схожих убийств он был мало осведомлен, поэтому затребовал в районных прокуратурах города нераскрытые дела об убийствах, где применялось то самое нестандартное огнестрельного оружие. Внимательно изучив дела, скрупулезно проанализировав материалы баллистических экспертиз, прокурор-криминалист снова и снова задавался вопросом: «Почему различаются следы на пулях? Ведь способы убийств прямо-таки кричат о том, что орудует один и тот же человек. Пусть Грибанова и Колотовы связаны с торговлей валютой, а Сергей Долженко и Игорь Викулов – с продажей вещей через подачу объявления в газету. Но кто сказал, что преступник охотился только на валютчиков?»

В результате долгих раздумий в голове Ларикова родилось предположение относительно того, как могло обстоять дело в действительности. «Если преступник пользовался «самопальным» глушителем, то и оружие его могло быть изготовлено кустарем либо оказаться переделанным из неисправного стандартного пистолета системы Макарова. А самодельный пистолетный ствол вследствие использования некондиционного металла, слабой закалки или других причин мог после каждого выстрела существенным образом менять форму внутренней поверхности, в силу чего менялся характер следов на пулях, сбивая с толку следователей разными результатами баллистических экспертиз».

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.