Глава 1 "Эксперимент"

Тёплым июльским утром я, как всегда, прогуливался по улицам родного Петербурга в поисках хоть какого-то занятия. Я метаюсь так уже полгода, ищу постоянную работу, однако мне либо очень не везёт, либо в современном мире фраза "без бумажки ты – букашка" и правда возымела смысл.

С того момента, как я был отчислен из универа жизнь пошла по наклонной. Сначала армия, год срочной службы в балтийском флоте и ещё год служил по контракту, поскольку не видел никаких достойных перспектив на гражданке. Однако уже спустя год решил отказаться и от жизни военного. Не испугался, нет. Просто не моё это. В офицеры без образования всё равно не выбиться, а прозябать остаток жизни сначала на палубе, а потом на скудной, по современным меркам, военной пенсии не было никакого желания. Вот и метаюсь я, двадцатилетний парень, уже полгода, зарабатывая как придётся. Не жалуюсь, конечно, на жизнь мне в целом хватает. Иногда даже родителям получается отправить немного.

И сегодняшний день не исключение. Я гулял по оживлённому городу. Карман ещё грело несколько купюр и можно было позволить себе один день выходного. Я решил зайти в свой любимый спорт бар. Не то чтобы я являлся большим любителем выпить, да и на ставках никогда не играл. Просто нравилась эта атмосфера просмотра напряжённого матча не дома в уютной обстановке, а в компании абсолютно незнакомых мне людей. Как и ожидалось, народу в баре было не много. До вечернего ажиотажа ещё далеко, из-за чего заведение оказалось почти пустым. Лишь пара человек одиноко расселась по углам.

Я решил не налегать на спиртное по середине дня, поэтому ограничился лишь стаканом капучино и чизкейком. А вы думали в спорт барах только пиво с закусками подают? Ан нет, в дневное время это полноценное кафе. По телевизору крутили какой-то баскетбольный матч, скорее всего в записи.

Я уже хотел направляться к выходу, как вдруг в бар завались два человека недвусмысленной наружности. Отголоски девяностых, чтоб

их… Меня такие обычно обходили стороной. Ещё бы, ВМФ – это, конечно, не десантура, но и там могут человека на ноги поставить. Так вот, эти двое, бросив на меня косой взгляд, последовали в самый конец заведения и подсели к щупловатому очкарику. Что же, выбрали соперника по уровню. Хотя почему же сразу соперника? Может это их подельники и они сейчас пойдут банк грабить? Ага, ограбление на миллион. Как и ожидалось, диалог у них не заладился. Однако это не Дикий Запад и даже не лихие девяностые, поэтому решать конфликт прямо в баре они не решились. Что ж, ещё не в конец деградировали. Блатные ещё немного побеседовали с очкариком, после чего быстро вышли из бара и стали ждать с наружи. Мне даже стало интересно. Я вышел за ними, перешёл дорогу, чтобы не вызвать подозрения и, встав за углом квартала, стал ждать. А жертва рэкета, похоже, особой смекалкой не отличается, поскольку буквально через пару минут он решил выйти из бара. И на что он, блин, надеется?! М-да, слабоумие и отвага. Бар находится на отшибе, можно сказать, что буквально на окраине не самого оживлённого и благополучного района города. Не удивительно, что этим двум бугаям не составило труда под оживляющие возгласы оттеснить очкарика на ближайший пустырь. Так, ну это уже совсем беспредел. Средь бела дня такое себе позволять. Ну что же, вот и нашёл я себе интересное занятие. Прильнув к забору, стал прислушиваться и смог без труда различить диалог на повышенных тонах. Ну как диалог? Говорили, в основном, жертвы перестройки, а бедный парень скорее невнятно отвечал. Что ж интересно:

– Я в последний раз спрашиваю: ты будешь платить или как?!

– Я же вам объяснил, у меня сейчас просто нет таких денег! Да и к тому же условия контракта не были полностью выполнены, но я уверен, что мы…

– Так всё, достал!

Похоже, пора обламывать этот спектакль. Уж больно далеко зашли эти отбросы общества. Как бы не зашибли очкарика. Выхожу из-за стены и окликаю их:

– Э, мужики, вы чего до человека докопались?

– Чё?! Ты чё там… – Договорить он не успел, так как его противный голос очень быстро потух в серии простых, но довольно эффективных

ударов. Огромная туша повалилась на землю. Между тем второй после секундного замешательства отскочил и достал из кармана складной нож, неумело выставив его перед собой.

– Ты аккуратней с этой игрушкой. Порежешься ещё. – Однако шутку тот не оценил и ринулся в атаку совершая замах с верхней полусферы. Эх, что за люди пошли без чувства юмора. – Дамы и господа! – Я резким движением сместил центр тяжести, уходя от незамысловатого удара. – На арене нашего цирка неподражаемый, – Уворот в сторону, – Обворожительный, – Обманное движение и захват запястья, – Великолепный, – Выворачиваю руку с ножом и со всего размаха пинаю нападавшего под зад, от чего тот кубарем летит в пыль пустыря. – Клоун! – И тут я сам рассмеялся своей шутке, которая, впрочем, такое влияние оказала лишь на меня.

Простоял на ногах второй бандюган чуть дольше своего друга, однако вскоре полетел вниз не хуже первого. Складной нож, как оказалось, паршивого качества, в свою очередь полетел в ближайшие кусты. Я вспомнил, что вообще-то ввязался в это дело из-за прижавшегося к забору очкарика, который был не в силах сдвинуться с места.

– Спокойно, жертва науки, кино закончилось. – Тот, похоже, начал приходить в себя и отклеился наконец от стены:

– Спасибо вам большое! Меня Аркадий зовут. Аркадий Семёнович. – Тут же поправился очкарик и протянул мне руку. Я ответил на рукопожатие и в свою очередь так же представился.

– Александр. Можно просто Саша.

Как оказалось, Аркадий Семёнович – учёный–физик, который изучает магнитные поля, разного рода аномалии, от них зависящие и всё, что с ними связано. Меня это не очень заинтересовало, однако когда он предложил мне работу в лаборатории и солидную плату мой интерес к нему резко увеличился:

– А чего делать-то надо? Если убраться помочь или принеси–подай, то за такие деньги я, конечно, согласен.

Аркадий Семёнович усмехнулся и сказал:

– От вас потребуется участие в одном эксперименте в качестве… Хм… Подопытного. – Он поймал мой свирепеющий взгляд. – Однако не переживайте – это полностью безопасно!

– И в чём заключается суть эксперимента? – Мне хотелось сорваться на учёного за предложение стать в буквальном смысле

подопытной крысой. Однако я сдержался. Все-таки предлагал он уж слишком заманчивую сумму.

– Ничего такого, мы просто подключим вас к разным измерительным приборам и подадим в ваш мозг цепочку сигналов, которые…

– Достаточно. Я, пожалуй, откажусь. – Я отвёл взгляд, давая понять, что разговор окончен.

– Я понимаю. – Закивал Аркадий. – Но вот, возьмите визитку нашей организации, если вдруг передумаете. Кстати, мы получили добро на испытания от государства, – С гордостью заявил он. – Поэтому беспокоиться вам всё же не о чем.

– Я подумаю. – Неопределëнно буркнул я. – До свидания. – обнадёжил я физика, а сам пошёл к себе домой. Меня почему-то жутко клонило в сон и я, сам не ожидая, провалился в объятия Морфея.

Проснулся я очень рано, аж в семь утра. Ещё бы, я ведь лёг спать в фактически детское время! Однако только сейчас я осознал, что над предложением Аркадия стоит задуматься. Тех денег может хватить на небольшой бизнес… А я боюсь каких-то проводков и присосок на своём теле!

После нескольких минут колебания, я всё же решился набрать номер, указанный на визитке. После двух протяжных гудков мне ответил приятный женский голос. Я сказал, что этот номер мне дал Аркадий Семёнович и я хочу принять участие в эксперименте. Девушка уточнила мои данные, после чего сказала явиться в лабораторию по указанному адресу в восемь часов вечера. Вот так просто. Ну что же, хорошо. Надеюсь, что бесплатный сыр будет лежать не в мышеловке.

Я подошёл по указанному адресу в нужное время и удивился тому, что раньше я не обращал на это здание никакого внимания. А это, как оказалось, навороченный исследовательский центр. Ну что же, пойдём посмотрим, что за эксперименты тут ставят на людях. Приняли меня с готовностью. Выдали белый халат, бахилы. Ну прямо как в больнице. Мне указали направление, куда я должен идти

– Я вижу, вы передумали, Александр. – Меня окликнул Аркадий, когда я нашёл нужную мне дверь.

– Ваше предложение показалось мне уж очень заманчивым. – Сдержанно оправдался я.

– Вам не стоит волноваться, это абсолютно безопасно. – В который раз подметил учёный.

– Что ж, надеюсь. – Пожал я плечами.

– Вот, садитесь сюда. – Он указал в сторону белого кресла, чем-то напоминавшее стоматологическое. Меня в полу лежачем положении усадили в него, после чего стали покрывать мою голову большим количеством проводов, а венцом этого всего стал увесистый шлем, который также был надет на меня.

– Вы готовы? – Поинтересовался Аркадий

– Всегда готов. Поехали! – Голосом Гагарина сказал я. Что-то зажужжало, запищало, после чего перед глазами появилась резкая вспышка и я отключился.

Пробуждение оказалось таким же резким, как и отключение. Передо мной стоял взволнованный Аркадий и ещё несколько людей в белых халатах.

– Александр, как вы себя чувствуете? – спросил учёный дрожащим голосом.

– Голова болит… Это что, чёрт возьми, было?!– Оклемавшись, выкрикнул я.

– Спокойно, Александр, это лишь непредвиденный скачок напряжения, с вами всё будет хорошо! – Поспешил успокоить меня другой человек в белом халате.

Я встал, немного шатаясь, но мне было уже заметно легче. Вскоре я окончательно пришёл в себя.

– Аркадий Семёнович, я надеюсь, эксперимент удался? – Учёный замялся, однако довольно быстро сумел найти ответ.

– Результаты не соответствуют тем, что мы ожидали, однако… – Я получу свои деньги? – перебил я его.

– Конечно, конечно! Деньги будут переведены на ваш счёт. Всё же мы подвергли вас риску, поэтому вы должны получить своё. – Я с недоверием посмотрел на Аркадия, после чего попрощался с ним и пошёл домой. Уже лёжа в кровати я получил сообщение о начислении на мой счёт кругленькой суммы заветных рублей, после чего облегченно выдохнул и лёг спать.

Интерлюдия.

– Аркадий Семёнович, что вы можете сказать о результатах эксперимента?

– Операция прошла успешно, испытуемый поверил в легенду о скачке напряжения.

– Отлично. Какие у вас прогнозы?

– Мы следим за его состоянием, однако точно предсказать конечный результат не представляется возможным.

– Хорошо, работайте над этим. Вы свободны.

Глава 2. "Последствия"

Я проснулся от звона будильника и тут же проклял себя за вчерашнюю идею встать пораньше. Со дня эксперимента прошла неделя. На протяжении всего этого времени я нещадно прожигал полученные деньги, которых, как мне показалось, если и стало меньше, то не сильно. Однако сегодня я решил разнообразить скучную жизнь в большом городе и поехать к родителям. Они уже третий год как живут в Великом Новгороде, что находится примерно в ста пятидесяти километрах южнее Питера. Машины у меня не было, однако права я успел получить ещё в восемнадцать лет, поэтому решил поехать не на такси а взять машину в прокат. Новенькая Лада с автоматической коробкой передач попала ко мне в руки на трое суток. Этого мне более чем хватит для моего небольшого путешествия. Вообще я не большой любитель АвтоВАЗа, да и техникой никогда особо не увлекался. Но эта машина производила на меня пока только лишь положительные впечатления. После завершения утренней рутины я собрал свои немногочисленные вещи и хотел уже выходить из квартиры, как вдруг мою голову пронзила резкая боль. Я чуть было не отключился прямо на пороге. Через пару минут я всё же пришёл в себя. Хотел уже отложить поездку, но быстро отказался от этой затеи. Аренда уплачена, родители ждут. Не стану откладывать.

Уже на пол дороги мне позвонила мама и попросила взять в магазине картошки. Мы собирались выбраться на шашлыки как в старые добрые времена. А какие шашлыки без жаренной картошечки с лучком? Заехав в ближайший супермаркет в какой-то деревушке близ Великого Новгорода, я затарился конкретно. Благо денег у меня теперь – куры не клюют. По мимо разного рода овощей взял большой букет перцев. Не знаю, зачем мне почти килограмм разного рода перцев, но деньги-то есть, почему не взять? Набрал так же разного рода барахла по типу семечек, орешков, даже чипсов взял, хотя был не большим любителем. Взял пачку дорогих сигарет со всякого рода кнопка–фильтрами, в которых я, конечно, нисколько не разбираюсь, но вот мой отец в свои сорок лет является любителем "подымить". Но исключительно      качественный      продукт! Всё-таки воспитание

сказывается. И, конечно, венцом моей закупки стала бутылка десятилетний армянского коньяка. Вот отец удивится такому презенту! Он-то реальный ценитель, не то что я. Вначале по привычке стал складывать мытый картофель в рюкзак, но потом всё же пожалел своего старичка, походного рюкзака и взял для этого железное ведро.

Все покупки, кроме ведра картошки, и пакетов с огурцами и помидорами полетели в мой походный рюкзак, с которым я в последние годы хожу за покупками. Не знаю, как сложилась такая традиция. Просто внезапно я понял, что это чертовски удобно.

Дальнейший мой путь проходил не по трассе М–11, которая вела мимо Великого прямиком в Москву, а по старой пересечённой дороге, мало кому известной, которая то и дело сворачивала в лес и норовила оставить бедный седан без подвески. Однако эта дорога была гораздо короче и вела практически прямиком к дому родителей, которые жили не в самом городе, а на его Северо–Западной окраине.

До старинной столицы Руси оставалось не больше десяти километров, как вдруг мне ну очень резко приспичило остановить машину и трусцой рвануть к близлежащим кустам. Туалетная бумага лежала в глубине рюкзака и рыться в нём было в моём положении, мягко говоря, чревато последствиями. Поэтому я схватил изрядно потяжелевшую ношу и быстрым шагом направился в лес.

Сделав своё бренное тело на добрые полкило невесомее, я наклонился, чтобы поднять рюкзак, как вдруг меня буквально скосило волной мощной головной боли. Не знаю, кричал ли я или беззвучно стонал, но продолжались мои конвульсии не долго, поскольку вскоре я вырубился и неизвестно сколько пролежал так в обнимку с рюкзаком, защищённый от комаров и мошек мощным шлейфом своей недавней проблемы.

Очнувшись, я понял, что сейчас утро, часов девять утра, судя по расположению солнца. Так, стоп! Какие нахрен девять утра?! Я что тут, двадцать часов в отключке провалялся? Нет, ну это уже не в какие ворота! Судиться буду я с этими лаборантами! Да я их лабораторию к чертям собачьим… Стоп. А почему это я не чувствую этого божественного аромата, которым я должен был провонять с ног до головы? И правда, никаких следов недавней жизнедеятельности… Что за чертовщина? Лес вроде тот, а где… Где машина?! Тут меня чуть инфаркт не хватил. Машины не было! Нет и всё! Как испарилась!

Угнали? Да быть того не может. Здесь в лучшем случае пара тройка машин проезжает за весь день. Но где тогда новенькое чудо АвтоВАЗа, на котором я приехал? Это ж сколько он стоит… Так, ну денег мне хватит, но это ж какой удар по бюджету! Найду козлов. Найду и… Пока я поднимался с земли и тихо ругался себе под нос я совершенно не заметил, как недалеко от меня остановилась телега, а мужик, сидевший в ней с интересом меня разглядывал. Я понял, что это мой шанс добраться до города, поэтому, поняв всю перспективу пешей десяти километровой прогулки, я стремглав направился      к своему потенциальному извозчику:

– Здорово, мужик! – Начал я как можно дружелюбнее.

– И тебе не хворать. – Уже не так дружелюбно, но вполне без негатива ответил он.

– Ты с деревни какой что ли? – Только сейчас я заметил откровенно плачевное состояние как телеги, так и лошади, которая явно страдала от регулярного недоедания.

– Отчего ж это с деревни? – С явным акцентом возразил он – С самого Новгорода! – Уж очень горделиво произнёс мужик. Ему было явно под сорок лет. Он имел неопрятную бороду и откровенно бомжеватый вид. Хотя был вполне себе упитанным и крепким.

– Да ну? – С недоверием покосился на него я. Хотя чего это я ломаюсь? Какая мне разница, откуда этот мужичок? Главное, чтобы довезти смог. – А не подбросишь до города?

На слове "подбросишь" он состроил явно непонимающую мину, однако вскоре, видимо, почуяв возможность заработать, охотно согласился:

– Довезу, конечно. Ты уж не сомлевайся, прямо до ворот довезу.

Я не обрати внимания на странное выражение. Ну мало–ли, старообрядец какой. Таких в наше время не мало по стране ходит. Правда, я слышал, они в основном в Сибири обитают, да где подальше от цивилизации. Но да ладно, они обычно мирные ребята. Надеюсь.

Мы медленно тронулись вдоль лесного массива, как вдруг мужик спросил:

– А тебя как звать-то? – Александр, а тебя?

– Митрофаном кличут.

Мы ещё немного помолчали, но вскоре любопытный Митрофан сказал:

– Дивная одёжка на тебе, да и мешок я гляжу богатый. Никак купец аль немец?

Эта фраза буквально выбила меня из колеи, однако я быстро сориентировался. Вспомнив, что немцами раньше называли всех иностранцев, я подтвердил теорию старовера:

– Немец, издалека я прибыл, но язык ваш хорошо выучил. Родители у меня из ваших.

– А–а, вона чего. А я уж думал дразнишь меня, мужиком кличешь. Так вот запомни – у нас так нельзя говорить!

– А… – Я хотел было возразить, однако вовремя вспомнил, что слово "мужик" в старославянском имело уменьшительно–ласкательный смысл и для взрослого считалось оскорблением. – Извини, запамятовал я слово это. – Отведя взгляд в сторону, пробубнил я.

– Это ничего, уразумеешь. – Смилостивился мой спаситель. – А всё же откуда будешь?

– Ты таких мест и не знаешь, уж прости. – Понимаю. А родичи твои?

– С Петербурга. – Непринуждённо ответил я.

– Хм… Дивно, не слыхал. Деревня что ли какая? Али на юге где крепостица?

И тут я во второй раз впал в ступор. Ну ладно говор его необычный, ладно повадки старинные, но чтобы Санкт–Петербург не знать…

– Э… Как же?! – Сконфуженно воскликнул я. – Санкт–Петербург, город на Неве. Заложен Петром Алексеевичем Романовым. –Разразился я заученными на уроках истории фактами.

– На Неве? Нет, по Неве я много раз ходил, нет там городов больших. Ежели токмо Ладога. Да и не было князя такого – Петра, да ещё и Алексеича. – Почесал затылок мой таксист на минималках. – А когда заложили-то его?

Я на мгновение задумался, но почти тут же отчеканил: – В марте одна тысяча семьсот третьего!

Тут уже извозчик впал в ступор.

– Это ежели сейчас семь тыщ семьсот тринадцатый, то… – Мужик задумался, а я поспешил его опередить, вспомнив про старую моду

вести летоисчисление от сотворения мира, то бишь от рождества Христова, да ещё пять тысяч пятьсот восемь лет.

– Подожди, то есть как семь тысяч семьсот тринадцатый?! Ты хочешь сказать, что от рождения господа нашего, Иисуса Христа, прошло… – Я задумался, проводя вычисления – одна тысяча пятьсот пять лет?!

– Ну, так получается. – Вновь почесал он лохматый затылок.

Что говорил дальше Митрофан, я не слышал, ибо второй раз за сутки упал без памяти. Только в этот раз не от странной головной боли, а от навалившегося шока.

Интерлюдия.

– Аркадий Семёнович, доложите о состоянии испытуемого. – Человек в костюме незаметно вошёл в лабораторию.

– Я ничего не понимаю. Датчики жизнедеятельности по нулям, а GPS система вышла из строя. При этом последнее, что мы получили от него – мощный импульс квантовой энергии. – Суетливый учёный перебирал бумаги с кучей данных.

– Какие прогнозы?

– Он либо умер в лесу, где в последний раз его засекли, после чего его съели дикие звери, либо… – Аркадий многозначительно покачал головой.

– Либо что?

– Либо наши опасения подтвердились, и квантовая энергия в голове      человека      может      создавать      пространственно–временный аномалии.

– А может, он всё же умер от скачка энергии? – С надеждой спросил голос.

– Маловероятно. Он силён не только телом, но и духом. Поэтому я его и выбрал. В этом деле кого попало не возьмёшь. Человек нужен особый для эксперимента. – Мужчина в ответ лишь нервно зашагал по комнате, держа руки за спиной.

– Хорошо, вы свободны, Аркадий Семёнович. – Наконец выпалил он.

Глава 3. "Адаптация"

Второй раз подряд моё пробуждение не вызывает у меня ничего, кроме раздражения. Митрофан расталкивал меня, пытаясь привести в чувство. Черносошный крестьянин, а именно такой статус, как я понял, имел мой недавний собеседник, не на шутку перепугался, когда я чуть было не свалился с телеги.

– Эй, Александр! Живой?! – Похоже, он уже долго пытался восстановить моё самочувствие.

– Да живой, живой, не тряси ты так! – В первую секунду, я не понял, кто и зачем пытается меня разбудить, но буквально в следующее мгновение вспомнил. Вспомнил всё, что произошло со мной за последние сутки. Как я планировал поездку к родителям, как свернул на дорогу, ведущую в Великий Новгород окольным путём и как словил очередной приступ невыносимой головной боли, от которой свалился прямо на месте.

Если это не глупая шутка и Митрофан не сумасшедший старовер –влип я конкретно. Начало шестнадцатого века, мать его! Историю родной страны я знал сравнительно неплохо, поэтому, пусть и с трудом, но смог определить текущую ситуацию. Новгородское княжество, а именно на его территории я находился, входило в состав Московского государства. Это я знаю точно, поскольку присоединили его в реальной истории ещё в пятнадцатом веке. Так, с эти разобрались. А кто сейчас у власти? С этим проблема. В тысяча пятьсот пятом, если мне не изменяет память, скончался Иван третий, а к власти пришёл тоже третий, но уже Василий. Особой разницы мне до этого нет, ведь я абсолютно не знаю их личностей и, тем более, свершений. Да и далеко не факт, что доведётся с ними повидаться.

К сожалению, на этом мои знания обрываются вплоть до взятия Казани в тысяча пятьсот пятьдесят втором. Хм, а спрошу–ка я у Митрофана по поводу ситуации в стране.

– Слушай, Митрофан, а кто сейчас землёй русской правит?

– Так вестимо кто. Великий князь Иоанн свет Васильевич. – Ага, значит жив ещё Иван третий. Хорошо это или плохо я не знаю, потому как никакой информации по поводу его личности не имею.

– А воюет сейчас с кем-нибудь Великий князь?

– Этого я не ведаю. Но мнится мне, что на вряд ли это. Стар он уже, не до войны, наверное. Хотя люди говорят, что на юге Казанские татары снова что-то учудили.

Мы ехали в гордом молчании порядка десяти минут. Окружение ничем не выдавало разницу в пол тысячелетия. Ну лес и лес. Что я, лесов не видел? И этот, вроде, такой же и ничем не отличается. Хотя, если приглядеться, то можно заметить, что листва какая-то более яркая, а травка значительно зеленее той, в которой я недавно валялся.

Ещё долго я раздумывал над сложившейся ситуацией. Похоже, я провалился в прошлое. Фактически в другой мир. В своё время я увлекался разного рода книжками про попаданцев, но они для меня были скорее досугом, а не учебными пособиями по выживанию в прошлом. Я здесь чужой, абсолютно никому не нужный и неизвестный. Велик риск спалиться на мелочи и отправиться на костёр или в темницу. Средневековье, мать его. Или уже Новое время? А чёрт его знает, Америку уже открыли, так что скорее всего второе. В голове проносилось огромное количество самой разной информации. От конструкции доменных печей и пистолей, что так подробно описывались в романах отечественных фантастов писателей, до того, а не сошёл ли я с ума. Вполне вероятно такое развитие событий. Упал в кому на обочине, моё бренное тело лежит где-то под капельницами, а сознание – вот тут, едет на телеге в Новгород. Идиллию тишины оборвал Митрофан:

– Слухай, Александр, а чего это с тобой было? – Не без доли страха спросил он. Ещё бы, традиционное общество относится к таким вещам очень серьёзно. Для них религия и высшие силы – это явь, самая настоящая и неискоренимая в их сознании.

– Да это… Переутомился я, устал сильно. Вот и упал без памяти. Слушай, а ты неужто в самом Новгороде живёшь? – Я знал, что черносошные крестьяне обычно не жили в городах, а расселялись на окраинах.

– В нём самом! – С гордостью заявил он.

Ага, значит не черносошный. Получается он либо очень сильно обедневший дворянин, либо купец. Хотя на второго он мало смахивает. Я решил не спрашивать у него о его положении, а вместо это поинтересоваться на счёт местных денег. У меня в сумке скопилась

пара десятков монет мелочью разного номинала. Я достал пять рублей одной монетой и как бы невзначай продемонстрировал ему:

– Смотри, Митрофан, у меня на родине такие деньги чеканят. Как думаешь, можно за такие в Новгороде что-нибудь купить? Митрофан внимательно осмотрел монету и задумчиво сказал:

– Ну, так сразу, конечно, не скажешь. Узоры вельми красивые, форма ровнёхонькая. Да и вообще дивная штуковина. Не знаю, тут нужно у купцов поспрошать.

Что ж, не густо. Ну, надеюсь, местные не поскупятся на заморские украшения и дадут достойную цену. М-да, пока что моё положение оставляет желать лучшего. В прочем, в рюкзаке ещё полным полно всякого барахла, которое можно выгодно продать и пытаться хоть как-то раскрутиться. У меня нет практически никаких теоретических знаний в области химии, физики, экономики и прочего, чем так умело блистали попаданцы в прошлое из книжек моего времени. Но у меня есть очень развитое по местным меркам тело, ведь в этот период истории занятия физкультурой были не в моде, а боевые искусства, хоть и существовали, но настоящих мастеров своего дела были лишь десятки, если не единицы. У меня также было нестандартное по местным меркам мышление. Я ведь мог увидеть выгоду там, где её не увидит основная масса местных. Да, не ожидал я от себя такой прыти. Без пяти минут в новом мире, а уже наполеоновские планы строю. Я слышал, в подобной ситуации люди в падают в шок, панику и просто физически не способны к здравому мышлению. Значит либо я сверхчеловек, либо врали эти статьи из социальных сетей. А я ещё и шутить успеваю. Ну точно сверхчеловек, не иначе. Вообще уж больно нездоровый      интерес      у      русского      читателя      к      подобного      рода произведением, в которых описываются приключения всемогущего, по меркам прошлого, человека. Возможно, это связано с тем, что в нашей истории было уж очень много спорных моментов, которые так и напрашиваются на сюжет с очередным гостем из будущего, который всё разрулит. Будь то нашествие Мамая или пресловутая операция «Барбаросса».

Решил проверить свой телефон. Митрофану сказал, что прилягу отдохнуть на телеге. Тот возражать не стал. Я же прикрылся собственной широкой спиной и включил чудо из двадцать первого века. Телефон поприветствовал меня привычным экраном блокировки,

а в правом верхнем углу я обнаружил последнее подтверждение своего временного переноса. Связи не было, а ведь на этом участке всегда ловило заветное 4G. Что ж, придётся смириться и выключить агрегат. В принципе у меня было не мало идей, как использовать его в своих целях. Однако сейчас, кроме как напугать до смерти бедного Митрофана, я не мог ничего. Поэтому, дабы не просаживать заряд батареи, который я успел полностью зарядить от прикуривателя в машине ещё до переноса в это богом забытое прошлое, я решил выключить его. Принять меня за колдуна теперь будет сложнее, ведь сейчас телефон выглядит как простое зеркало. Довольно дорогое по местным меркам, но всё же зеркало. Мысли путались, голова трещала по швам, поэтому очень скоро я вырубился под мерное поскрипывание отродясь не смазанных осей колёс и ритмичный топот дохленькой лошадки.

Моё пробуждение на этот раз было значительно более лёгким и не сопровождалось взволнованными вздохами Митрофана. Ему было достаточно один раз окликнуть меня, как я резко вскочил и стал озираться по сторонам. А смотреть было на что. Вдалеке высилась знакомая мне по недавней экскурсии ещё в моём времени Новгородская крепость, которая на фоне остального "города" и правда внушала уважение. Назвать городом то, что находилось за пределами алых стен можно было лишь с большой, прямо-таки километровой натяжкой. За крепостью виднелся купол Софийского собора. Да, это точно Новгород, и все мои сомнения по поводу неудачного и затянувшегося розыгрыша тут же развеялись в прах. Я по настоящему попал. И о том, что делать в этой ситуации, мне предстояло очень крепко задуматься.

Интерлюдия.

Аркадий Семёнович нёсся по коридору, распихивая немногочисленных коллег в белых халатах. Наконец, найдя нужную дверь, он постучал и, дождавшись разрешения, буквально ввалился в кабинет:

– Товарищ полковник, товарищ полковник! Мы! Там! Александр!

– Успокойтесь, Аркадий Семёнович! – Полковник хлопнул по столу,      заставив затаить дыхание      и замереть ещё недавно порывавшегося что-то сказать учёного. – Давайте по порядку. Что вам удалось выяснить?

Задыхаясь то ли от эмоций, то ли от непривычных физических нагрузок, Аркадий Семёнович торопливо начал:

– Нам удалось установить причину исчезновения Александра. –Полковник нахмурился и раздражённо вздохнул.

– Пожалуйста, скажите мне, что его просто сожрал медведь…

– Нет! Он переместился, но не в пространстве, а во… Во… Во времени! – последнее слово явно далось ему с трудом.

– Вы уверены в этом? – С нажимным голосом особиста произнёс кадровый военный.

– Так точно! – По-армейски отрапортовал физик. – Мы засекли слабые электромагнитные и квантовые колебания в районе последнего местонахождения Александра. Что самое интересное, эти колебания передвигаются в район Великого Новгорода. Человеческому глазу они не заметны, их приборы-то с трудом замечают.

– Вы хотите сказать, что…

– Да! Мы можем отслеживать передвижения испытуемого в прошлом!

– Его нахождение… – Обычно суровый и решительный полковник неуверенно замялся – Там… Оно не опасно для нашего времени?

– Никак нет, товарищ полковник! – Продолжал передразнивать его Аркадий. – Нам удалось установить, что Александр находится в другой реальности. Проще говоря, своим перемещением он создал новую реальность и существует там отдельно от нашей.

– Значит американские режиссёры не ошиблись при съемке последней части своего блокбастера? – Явно расслабившись, с усмешкой спросил полковник.

– Они просто ткнули пальцем в небо и попали. – Отмахнулся учёный.

– Что ж, тогда поздравляю вас, Аркадий Семёнович. – Взаимно, товарищ генерал–майор.

– Полковник. – поспешил поправить его военный, но тут же осознал весь сумбур момента и вопросительно посмотрел на учёного.

– Уже нет. Эксперимент прошёл удачно. Поздравляю с повышением, командир.

Глава 4 "Новгород"

Откровенно говоря, столица знаменитого княжества не поражала. Домишки за стенами хоть и выглядели более–менее добротно, но почти что все под чистую являлись одноэтажными и, судя по всему, имели довольно низкие потолки. Хотя были и исключения. Таким, например, являлся местный кабак. Причём он, как я понял, не имел какого-то собственного названия, как это было модно в приблизительно в этот период в западной Европе. Говорили просто: "кабак". Здесь-то я и решил остановиться.

Долго думал, чем же заплатить Митрофану за неоценимую услугу. В конце концов решил отдать ему несколько монет из своего времени и пару цветных фантиков, завалявшихся на дне рюкзака. Ситуация, по современным меркам, очень комичная, однако мой извозчик охотно принял это, как ему показалось, предложение неслыханной щедрости. Я попрощался со своим спасителем и направился в кабак. Вошёл. И тут же понял, что сначала надо было зайти на местный рынок и бартером вырвать себе одежду, соответствующую эпохе. А то больно уж комично смотрелся я в средневековой таверне в синих джинсах и чёрной футболке, которая на моё счастье, была без всякого рода принтов и наклеек. А то бы точно меня тут за колдуна приняли. А так, просто косо глянули. Мне даже показалось, с некоторыми интересом и уважением. Оно и понятно. Цветную одежду в это время могла себе позволить только либо аристократия, либо богатые купцы. Синие же тона были особенной редкостью. Я подошёл к местному "бармену" и, тщательно подбирая слова, начал разговор:

– Здравствуй, мил человек.

– Ну здравствуй. – с подозрением глянул на меня человек за стойкой.

– Не будет ли у тебя койки для путника с дальней дороги? – Я старался вести себя как можно более естественно, хотя получалось, судя по всему, не очень хорошо.

– Да я и гляжу, явно не местный ты. Место есть, конечно, отчего ж не быть.

– Хорошо. – Я прислушался к своему организму и почувствовать, как неприятно заурчал живот. – Мне бы ещё поесть. Что у вас из горячего имеется?

– Ну выбирать тебе не придётся. – Усмехнулся уже явно немолодой трактирщик. – Похлёбка куриная есть, да хлеб ржаной. Берёшь?

– Беру. – С готовностью выпалил я. Сейчас нужно поесть, а то на голодный желудок империю не построишь. Как, в прочем и на сытый. Но последнем случае, по крайней мере, живот урчать не будет. –Сколько с меня?

– Три копейки. За всё. И за еду, и за комнату до завтрашнего обеда. – Медленно и рассудительно сообщил мой визави.

– Э–э, господин. Тут такое дело… – Я замялся, а мужчина за стойкой явно напрягся. – Видишь ли, я недавно на этой земле и пока не имею местных монет. Однако, у меня есть деньги моего народа. Может быть, они тебя заинтересуют?

Мужчина презрительно посмотрел на меня, но всё же решил глянуть на "заморские копейки". Результат был невероятен. Он был оглушающим и абсолютно неожиданным. Буквально за две рублевых и две двухрублевых монеты хозяин трактира согласился на сделку, так ещё и обещал мне завтрак. Это стало для меня неожиданностью, однако я вспомнил, что Митрофан, судя по его одежде и телеге, был не очень грамотным человеком, из-за чего вполне себе мог ошибиться. Ну да, этот простак, наверное, никогда больше ржавой полушки в руках не держал. Мне кажется, сыграли так же витиеватые узоры на монетах, их абсолютное сходство и ровная форма. Такие вполне себе можно продать, выдавая за ювелирные изделия тонкой ручной работы. Хотя, наверное, чеканка в этом времени так или иначе уже применяется и надурить всех на вряд ли получится.

Буквально через пять минут мне вынесли большую тарелку ароматно пахнущего бульона. В нём плавали довольно здоровые куски курицы. Я, к своему удивлению, также выловил деревянной ложкой пару кусков рыбы. Было видно многочисленные части лука. В принципе не богато, но вполне себе съедобно и сытно. К тому же к тарелке шёл здоровенный кусок ржаного хлеба, что не могло не радовать. Ещё бы – так поесть на три рубля! После еды я направился не в свою комнату, а на рынок. Сейчас, по моим расчётам, около четырёх часов вечера. Что ж, надеюсь, ещё остались открытые лавки.

Мне несказанно повезло, так как местные торговые ряды обосновались буквально в сотне метров от кабака. Как выяснилось, почти все торгаши уже закрылись. Сегодня было Воскресенье и допоздна никто не работал. Почти никто. По мимо мелких лавочников в городе так же имелся местный "универмаг" – купец по имени Мстислав. Он был обладателем одного из немногочисленных двухэтажных домов и считался ну очень зажиточным человеком, разбирающимся в торговле. По сути, мне сейчас нужна была лишь одежда, однако раз подвернулась такая возможность, я решил посмотреть на местный ассортимент.

Войдя в дом, я сразу ощутил некую атмосферу средневекового богатства. В доме было очень тепло, уютно и чисто. В прихожей меня встретил мужчина средних лет в простой, но весьма качественной одежде. Судя по всему, прислуга. Холоп поприветствовал меня со всеми почестями, раскланялся и, пообещав позвать хозяина, удалился. Не прошло и минуты, как в прихожей появился статный мужчина, возрастом не больше тридцати лет. Он внимательно осмотрел меня, после чего осторожно начал:

– Здрав будь, путник. Никак купец заморский в Новгород пожаловал? – С некой долей любопытства поинтересовался торговец.

– Здравствуй, Мстислав. Заморский, это верно. Но не купец, а путник простой. В ваших землях впервые, даже одежкой обзавестись не успел. – Поспешил определить я своё положения.

– Путник, значит. – Расстроенно сказал купец. – Ну с одежей я тебе помогу, у меня всякая водится. Али ещё чего хотел?

– Хотел. – Прямо сказал я. – Во сколько вот эту вещь оценишь? – Я протянул ему качественный швейцарский нож, который включал в себя крупное лезвие, штопор, пинцет, шило и даже крестовую отвёртку. Последняя тут на вряд ли пригодится, но вещица сама по себе уникальная, так что может что и выйдет. Мстислав вначале не разобрался в устройстве диковинки из будущего, однако после того как я показал ему, как работает это "чудо техники" – он буквально пришёл в восторг. Проведя железкой по лезвию, констатировал:

– Добрая сталь. Очень даже. А вещица – сплошное чудо! – А то, я его брал в элитном магазине за полновесные четыре тысячи! Так, это значит если по местным меркам, да ещё плюс немного за уникальность…

– Пятьдесят копеек. – Выпалил я.

– Беру! Ещё есть? – Эх, мало предложил, быстро согласился! Надо было семьдесят говорить. Ну да ладно.

– Таких – больше нет. Но есть другие вещицы. Только обещай, что не спросишь, откуда достал!

– Клянусь! – С готовностью сказал Мстислав и поцеловал нательный крест. Ого, а мужик серьёзно настроен.

Я подумал, что ещё можно показать купцу и при этом не довести его до инфаркта. У меня в рюкзаке сейчас по факту целый кладезь вещей из двадцать первого столетия, половина из которых местных просто сведёт с ума. Сначала подумал продемонстрировать ему образец продукции фирмы "Зиппо". Но быстро отказался от этой идеи. Ага, щас. Меня потом этой же зажигалкой и сожгут заживо. Зато бензиновая. Решил остановиться на спичках у меня в сумке был десяток коробков обычных дешевых и ещё одна пачка военных –отрывных, которые будут гореть, даже если сам господь того не захочет. Но я всё же решил распаковать один из бюджетных вариантов. Знаменитые спички Кировского завода. Не все о них знают, но каждый русский человек в двадцать первом веке хоть раз держал их в руках. А вот для людей из шестнадцатого столетия это настоящее ноу–хау. Не удивительно, что Мстислав чуть со стула не свалился, когда я поджёг спичку. Когда же он осознал весь масштаб – понеслась волна коммерческих предложений:

– Пять копеек за коробочку! Нет, семь! Восемь! – И это прожженный      торговец      Великого      Новгорода, столицы      русской торговли. М-да, прогресс не щадит никого. В итоге сошлись на баснословных десяти копейках за коробок спичек. Обычных осиновых спичек. Только на их продаже я выручил целый рубль. А это, между прочим, неделя сытой жизни!

Сложно представить, какое состояние выложит бедный купец, когда увидит телефон. Хотя нет, его тогда сразу инфаркт схватит. И никто мне ничего не заплатит! А так не пойдёт. Да и не планировал я продавать свой смартфон. Он ведь может помочь мне в трудной ситуации. Разбойников там фонариком разогнать, или князю музыку включить. Хотя нет, это уже совсем фантастика. За такое прямая дорога на кол за колдунство и прочая, прочая.

Между тем я вспомнил, что вообще-то пришёл сюда за одеждой. Я выбрал себе красный сюртук и высокие сапоги из легкой кожи с меховой голенью. В общей сложности это обошлось мне в сорок пять копеек. Вообще-то выходило пятьдесят, но "щедрый" Мстислав отдал мне товар со скидкой и, как он выразился, "за бесценок". Ага, как же. Хотя если по-честному, это была красная цена за такой комплект. От всех щедрот он так же подарил мне два комплекта нательного белья, которые стоили значительно дешевле верхней одежды. Далее я решил взять себе большой и прочный кошель. Это не богатая хотелка сыграла. Просто я понимал, что таскать наличку придётся с собой, поэтому лучше сразу озаботиться покупкой купеческого символа.

Плюсом к этому я прикупил пару горстей зерна. Я, конечно, не учёный, но мысль по поводу грамотного его использования у меня имеется. Поблагодарив купца и пообещав зайти ещё, я направился назад в кабак. Сегодня я сумел не слабо прибарахлиться, а мой кошель теперь грел целый рубль, но не одним слитком, как было принято, а десятью гривнами, каждая номиналом в десять копеек. Вернувшись в трактир, я поспешил в свою комнату и плюхнулся на кровать. Я невероятно устал. Хотя, казалось бы, почти ничего не сделал. Это стресс, это все стресс. Так, надо бы провести инвентаризацию моего имущества. Всё моё нехилое богатство насчитывает:

Телефон, бензиновая зажигалка "Зиппо", пачка отрывных спичек, пачка жаренного арахиса, пачка чипсов, охотничий нож, фонарик с ручной дозарядкой, двадцать один Российский рубль мелочью, один Московский рубль, завалявшийся чайный пакетик, пара богом забытых картофелин с прошлого похода в магазин… Так, стоп… Что?! Картошка… Сырая картошка, мать вашу! Черт, да это же… Это же… Золотая жила! Я готов был кричать от радости, меня буквально разрывало чувство эйфории.

Хотя вскоре я понял, что картошка – это, конечно, круто, но в ближайшие годы она мне прибыли не принесёт и будет иметь реальный потенциал только через пару лет.

Я лежал на жёсткой полке трактирной комнаты и никак не мог уснуть. Нет, мне доводилось спать на жёстком и в этом нет ничего сверхъестественного. Просто я осознал, что вся моя жизнь, все двадцать лет остались там, в далёком будущем, а я здесь, в прошлом. Двадцать лет моего существования там сейчас по факту умножаются

на ноль. А родители? Чёрт, вот их реально жалко. Я в ярости зажмурился и тут случился очередной приступ головной боли. Я уже почти отключился, как вдруг боль ослабла и я услышал смутно знакомый голос:

– Александр! Александр, вы меня слышите?

– Аркадий, сука, это ты?! Да я тебя из прошлого достану, ты, учёный, на коллайдере кручёный!

– Спокойно, Александр, вы меня слышите – это уже результат!

– Да пошёл ты! – Я сильно зажмурился и противный голом вместе с болью исчез. Только спустя пару минут я осознал, что фактически звонил в прошлое. Так, а ну–ка ещё раз. Снова зажмурился, представил злополучного очкарика и, о чудо, я снова слышу его голос:

– Александр? Вы слышите? Вы выяснили, в какой год попали?

– Аркадий, я надеюсь, ты достанешь меня отсюда. Тысяча пятьсот пятый, сукин ты сын! Какого хрена я делаю в шестнадцатом веке?! – Эти слова отозвались болью, но я этого ожидал, поэтому стерпел.

– Мы делаем всё возможное! – Заверил меня физик.

– Я очень на это надеюсь. – Сквозь зубы процедил я и оборвал связь.

Это что, чёрт возьми, было? Квантовая связь, что ли? Было бы неплохо так назад себя закинуть. Но все попытки, увы, оказались тщетны. Вскоре я вырубился и окунулся в долгожданный сон.

Интерлюдия.

– Аркадий Семёнович, вы собираетесь вернуть испытуемого в наше время? – с сомнением произнёс человек в костюме.

– Нет, что вы. Это несёт угрозу для эксперимента! А если он пойдёт куда не надо и всё расскажет? Конечно, не факт, что ему поверят, но ведь у нас уже были прецеденты…

– Да, но тогда люди ограничивались частыми головными болями, а не проваливались в шестнадцатый век. – Всё так же спокойной возразил человек в костюме.

– Александр – сильный человек. Не удивительно, что он превзошёл все наши ожидания. В любом случае, у нас пока нет возможности вернуть его назад.

– Не забывайте, кто является спонсором вашего проекта, Аркадий Семёнович. – После этих слов человек в костюме удалился, а Аркадий остался в гордом одиночестве в своей лаборатории, названной недавно

в его честь. Государственная исследовательская лаборатория имени Александрова А.С.

Глава 5. "Из грязи в князи"

Ох уж эти чёртовы петухи, которые любят покричать с утра пораньше. В своём времени я довольно долго жил в сельской местности      и      вдоволь      успел      наслушаться      этого      прекрасного многоголосного хора. Однако тогда их крик казался мне менее оглушающим и раздражительным. Как бы то ни было, я не на шутку испугался, осознав себя в какой-то тесной каморке, на жёсткой полке, вместо уютной квартиры на окраине культурной столицы России. Лишь спустя, наверное, пол минуты бездумного вглядывания в полумрак этой, до ужаса тесной комнатки, до меня дошло, где я и, что важнее, когда я. Это что же, первое полноценное утро в прошлом? И куда же я теперь живу? Назад в будущее, что ли? Впрочем, философские рассуждения по поводу моей ориентации во времени можно оставить на потом и заняться, для начала, делами насущными.

Только сейчас я вдруг понял, что вчера разбирал свой походный рюкзак, который, подобно бездонной шляпе фокусника, вместил в себя целую гору артефактов из двадцать первого века. Я хотел было начать складывать вещи назад, но понял, что на внезапной находке трёх сырых картофелин, которые, без всякого сомнения являлись его главным богатством, я совсем упустил из виду пачку дорогих сигарет и бутылку      десяти      звёздочного      коньяку.      Сразу      же      возникло непреодолимое желание напиться до беспамятства. Однако эту, безусловно, соблазнительную идею я почти сразу отмёл как неразумную. Не нужно убегать от проблем. Если уж судьба занесла меня в такое захолустье, под названием шестнадцатый век, то я должен здесь как минимум свой след в истории оставить.

Замотивированный по самую макушку, готовый разом взять Казань, присоединить Крым и разбить шведов под Полтавой, я вышел из комнаты и отправился вниз. Сначала возникла идея поторговать коньяком и сигаретами. Однако я эту идею пока что отложил. Если алкоголь ещё может представлять интерес у местного потребителя, то вот к разного рода «дурман–травам» тут отношение резко негативное. Это в «цивилизованной Европе» уже сейчас сливки аристократии во

всю дымят разного рода травки. Не знаю на счёт табака, хотя, вообще-то, его должны были уже завести из Америки. Но на Руси, увы, еще лет двести курение не приобретёт популярности. Ну, здоровее будем.

Спустившись вниз, где по обыкновению, было не очень людно, для начала принялся за завтрак. Три жаренных яйца с кусочками ароматного мяса были утилизированы в кратчайшие сроки, после чего нещадно залиты парным молоком.

Я не рассматривал тесный чулан в качестве своего постоянного места жительства, поэтому решил поинтересоваться у кого-нибудь на счёт жилья. Собрав свои вещи, направился к Мстиславу. Тот, наверное, изрядно промариновался в ожидании, думая, что ещё я могу выкинуть, сколько ему за это придётся отвалить и сколько, соответственно, он заработает. Мне же, в свою очередь, по мимо информации были нужны деньги. Много денег. Для реализации всех моих планов нужно было чертовски много денег. В моих планах было дорваться как можно выше в этом времени. Ещё бы, я – человек из далёкого будущего, у меня в рукаве целая колода козырей. В такой ситуации я просто не могу не заявить о себе.

Войдя в дом знатного Новгородского купца, я встретил его чуть ли не на пороге:

– Александр! Рад снова тебя видеть, – Его глаза заблестели, выдавая явный азарт заядлого торгаша. – С чем пожаловал?

– Дела у меня к тебе есть, Мстислав. Да и товары заморские у меня ещё остались, – С недвусмысленным намёком сказал я.

–Конечно, конечно. Проходи, гостем будешь.

В этот раз приём Мстислава был гораздо более тёплым. Наверное, прочухал торговец, что у меня имеются товары, способные принести ему большую выгоду. Я даже испугался, что, пожелав получить всё сразу, Мстислав решит ограбить меня, угрожая расправой. Нет, проблемой для меня в честном бою он не станет. Но в таком случае о хорошей репутации в городе можно будет забыть. Слишком уж велико влияние купца. Да и далеко не факт, что он станет вызывать меня на честную дуэль. Однако, эту мысль я довольно быстро отмёл. Простые, не приближенные к знати люди в этом времени особым влечением к интригам не славятся. Они пока ещё остаются довольно набожными и наивными, по сравнению с людьми из моего времени.

– Ну, Александр, с чем пожаловал в этот раз? – Интересу, который прямо-таки излучал купец, казалось, не было предела.

Я решил для начала скинуть ему все Российские рубли. Сначала сомневался: а вдруг Мстислав переведёт написанное на монетах? Тогда пойдут ненужные вопросы, подозрения. Но всё же я решился. Уж слишком велико было различие в языках, а точнее в письменных их вариантах поэтому риск был минимален. Что удивительно, на слух мне всё воспринималось вполне легко.

– Для начала, посмотри на это, – я выложил перед ним одну десяти, одну пяти, две двух и две одно–рублёвые монеты. – Сколько дашь за это?

Мстислав брезгливо взял пятирублёвку пинцетом из того самого швейцарского ножа и стал рассматривать. После чего взял ещё оду монету, третью, четвёртую. Весь процесс длился порядка трёх минут. Не нужно быть дипломированным психологом, чтобы увидеть, как меняется выражение лица Мстислава. От брезгливого к удивленному, потом к заинтересованному, снова к чрезмерному удивлению и в конце концов пришло к состоянию полной подавленности. А то, он же увидел результат идеально точной, повторяющейся чеканки. Таких во всём мире не будет ещё триста с лишним лет. Так что его удивление мне понятно. Ещё где-то минуту мы сидели в полнейшей тишине. Мстислав в задумчивом астрале, а я лишь с глупой ухмылкой на лице. Получилось. Объект на крючке, осталось додавить.

– Ну и сколько знатный Новгородский купец даст за диковинные украшения?

– Три Рубля, – Тихо прошептал Мстислав. – За всё.

Я чуть не упал со стула от такого поворота событий. Триста грамм серебра за горсточку железок! Хотя, говоря откровенно, железки это сейчас только для меня. Мстислав же, вероятно, выручит за них раза в два больше где-нибудь на западе, где подобные изыски уж очень ценятся. Не удивлюсь, если в будущем археологи откопают скелет с рублями Российской Федерации в роли каких-нибудь серёжек. Я решил не останавливаться на достигнутом и окончательно добить Мстислава. Достал из рюкзака, пачку чипсов с солью, открыл и положил на стол таким образом, чтобы часть вывалилась из пачки и показалась купцу. Его глаза тогда чуть не вылетели из орбит, но пиком удивления стал момент, когда я, со словами: «Угощайся, друг мой» –

отправил одну из чипсин себе в рот. Нужно было видеть лицо некогда непроницательного торговца, повидавшего на своём веку многого, но точно не такого. Он ещё мгновение помедлил, после чего всё же трясущимися руками взял небольшой кусочек и судорожно положил себе в рот. Медленно пережёвывая, он не смог скрыть своего удивления и восторга.

– Любо? – С улыбкой спросил я у него. – Любо, Александр, но…

– Хочешь узнать, откуда у меня всё это? – Предугадал я его вопрос.

– Д–да, – Запинаясь, выдавил Мстислав.

– Ты ведь обещал не спрашивать. – Напомнил я про его клятву данную мне. – Не найти тебе этого места. Ни тебе, ни кому либо ещё. И больше эту тему поднимать не следует. Иначе я свой товар лавочникам скидывать буду. Да и, честно говоря, немного у меня его осталось.

Спорить купец не стал и смирился, мерно похрустывая чипсами. А мужик явно втянулся.

– Слушай, Мстислав, а можно у вас тут избу в… – Я вспоминал нужное слово, эквивалентное современному «аренда». – В ренту взять?

– Это можно, отчего ж нет. – Сухо ответил он.

– И сколько обычно берут? – Поинтересовался я.

– Ну… – Купец крепко задумался. – Пол рубля в седмицу, но это токмо примерно.

– Хорошо, а у кого можно спросить на счёт этого?

– У меня есть свободная хата, можешь там пока поселиться. А за дивный заморский товар я у тебя даже за первую седмицу ренту брать не стану, – Расщедрился купец.

– Вот спасибо, Мстислав, век не забуду твоей щедрости – решил подсластить я свою и без того хорошую репутацию.

– Александр… – Замялся мой собеседник.

– Просто Саша, – Поспешил я поправить купца.

– Саша, тут про тебя отец Афанасий спрашивал. Пастырь наш. – Купец говорил с явной недосказанностью

– Да? И что же он говорил?

– Беспокоился, что иноверец ты какой, а то и вовсе язычник. Одёжка на тебе вчера уж больно странная была. Но я его заверил, что ты крещёный и крест носишь. Это ведь так? – Тут у меня сладко засосало под ложечкой. Сам я никогда свято верующим не был, однако при рождении был крещён и с детства носил крест. Вспоминал я о нём не часто, однако сейчас он, возможно, спасал мне если не жизнь, то репутацию точно.

Я с хорошо, как мне показалось, выявленной гордостью достал тяжёлый металлический крест на железной блестящей цепочке. На кресту было нанесено распятие довольно тонкой, а по местным меркам так вообще невообразимой работы.

– Да… И крест у тебя явно не на земле Русской сделан. – Поразился Мстислав, имеющий явно намётанный глаз.

– Пусть не на Руси, но бог у нас единый и в него я свято верю. Хоть и не привык свою веру всем подряд показывать. Потому что вера, она вот здесь, – я ткнул указательным пальцем в левую часть груди Мстислава – И вот здесь, – показал этим же пальцем себе на висок.

– Истину глаголешь, Саша, – Явно проникнувшись моментом, сказал купец.

Долго сидеть в гостях я не планировал. А потому, обговорив все важные дела, поспешил попрощаться с моим торговым партнёром. Следующим пунктом на моём пути стала кузница. Я долго объяснял местному кузнецу Григорию, то, что мне нужно. Хоть я и не имел каких-то прикладных знаний в области ковки, но с горем пополам сумел заказать ему полую трубку, сильно изогнутую в конечной части и две небольшие ёмкости с нужными видоизменениями. Кузнец поворчал, сказал, что никогда таким не занимался, но за два рубля согласился взяться за заказ. А я, с чувством выполненного долга, поспешил в свою новоиспечённую резиденцию. По пути меня чуть было не сшибла группа подростков, которые, в судя по всему свободное время играли в простенькие игры. Тут меня посетила уже вторая идея по раскрутке своего капитала. Можно будет и детишек занять, и людям местным показать, как в двадцать первом веке развлекается «приличный» люд. Мои апартаменты ограничивались простой избой–пятистенкой с крытым двором и огородом, не внушающим своими размерами. Сажать картошку сейчас я посчитал

рискованным, ведь сезон посадок уже давно прошёл и она может просто погибнуть, не успев дать урожая.

Решил выбираться наконец на рынок. Шёл июль и лавки работали на пике своих возможностей. Торговали всем подряд. Начиная от репы местного производства, заканчивая шёлком чуть ли не с самого Китая. Однако меня интересовала лишь продовольственная часть этого большого «торгового центра» Руси. Понимая, что холодильников в этом времени нет, а ледником мой новый дом не оборудован, закупился только на сегодня. Когда уже захотел уходить с этого подобия рынка, который на самом деле являлся свистяще–кричащим цыганским табором, заметил странную лавку. Чем это тут торгуют?

Выяснил, оказалось – рабами… То есть, конечно, здесь их называли холопами, но я-то знал, что этот хитрый калмык имел ввиду. Я понимал, что в этом времени без прислуги не то что не солидно, так ещё и жутко неудобно. Поэтому решил купить себе двух «холопов». К моему удивлению, почти все оказались славянами. Ну это и хорошо, я ведь как раз их и искал. Остановился на девочке шестнадцати лет, которую      легко      можно      было принять и за двадцати и за двадцатипятилетнюю. Такой у неё был неподобающий вид. Но что поделать, такова рабская доля. Ничего, у меня вы будете жить в сытости, это я вам гарантирую. Когда я показал на неё, узкоглазый торговец понимающе улыбнулся, а девушка обречённо всхлипнула. Я сначала не понял, с чем связана такая реакция обоих, но вскоре до меня дошло. Ну, грязный басурман! Я положил руку на рукоятку охотничьего ножа, после чего его презрительный взгляд резко сменился на извиняющийся. Как оказалось, у девочки есть младший брат, который всего на год младше неё. На редкость крепкий и рослый парень, который шёл мне по принятой тут скидке за покупку двух родственников. Акция, блин. Ну да ладно. Освободив своих новых спутников, и нагрузив парня покупками(отчего тот даже не пошатнулся), двинулся к дому. Как оказалось, девушку звали Светлана. Маленькая и хрупкая, с русыми длинными волосами она была полной противоположностью своему брату Ивану. Они росли в семье кузнеца на самом юге Руси, на границе с Казанским Ханством.

Однажды на их деревню напал большой отряд налётчиков и взял большой полон, в который попали и они. Отец их погиб, сражаясь с татарами, а судьба матери неизвестна. Интересно, что Иван очень ярко

расписывал все события, а Света же лишь изредка вставляла слова в его рассказ. Мы быстро с ними сдружились, они, как мне показалось, нашли во мне спасение. Я не планировал относиться к ним, как к рабам. От них я буду требовать лишь работу по хозяйству и помощь мне в случае необходимости. В походах по рынку наступил вечер. Я дал Светлане поручение готовить ужин на троих, с которым она справилась меньше, чем за час. И это с местной-то печью! Каким-то конкретным блюдом назвать её произведение было сложно. Это была смесь всего того, что я купил на рынке. Овощи, разное мясо, крупа. Однако получилось неожиданно съедобно и даже вкусно. К удивлению холопов, они ели со мной за одним столом. Однако я поспешил обрадовать их, сказав, что в их жизни наступила новая пора.

Подходил к концу второй день моего нахождения в шестнадцатом век, а я уже чуть ли не помещик… Нет, конечно, дом мой арендован, состояние моего бюджета нестабильно. Но это только второй день. Это только начало моего пути в тернистом и непонятном прошлом.

Интерлюдия.

Письмо Мстислава в Москву своему близкому другу и торговому партнёру.

"Здравствуй, Олег. Пишет тебе Мстислав, друг твой и купец Новгородский. Пишу тебе, чтобы поведать о дюже странном отроке, что недавно пожаловал в мой дом. Звать его Александром. Человек он, мнится мне, не плохой, однако ж больно дивные вещи глаголет и не менее дивные при себе имеет. Крест носит, святой воды не боится. Потому смелюсь говорить, что не бес он, а дальний заморский гость. Говорит по-нашенски он сносно, однако ж говор немецкий в нём я подметил. И глаза у него – точно князь какой али старец. Мудрые и бесстрашные. В общем, мнится мне, тебе самому следует глянуть на него. У тебя-то уж глаз намётан."

Глава 6. «Обоснованные подозрения»

Впервые за долгое время мне удалось нормально поспать. Да, в не очень комфортных условиях, в душной избе, труба которой не имела нормальной тяги. Но всё же я впервые в новом(или скорее в старом?) времени проснулся только лишь потому, что выспался. Следует отдать должное Мстиславу – дом, который он сдал мне в аренду поражал. Да, это всё ещё была классическая русская изба с, по факту, одной комнатой и печью в центре. Но печь в ней имела дымоход! Это была чуть ли не единственная домушка за пределами крепостной стены, которая топилась по-белому! Ну, почти по-белому. Всё-таки пока что даже самые новые русские печи не могут опережать в этом параметре своих Голландских конкурентов. Вот там действительно – чистое отопление. Ну да ладно, имеем то, что имеем. В моей ситуации вообще грех жаловаться. Кстати о грехах. Помнится мне, Мстислав рассказывал о нездоровом интересе к моей персоне со стороны местного священника. М-да, это, конечно, проблема. Надо бы в церковь сходить, исповедаться, подозрения отвести. Ну это всё после завтрака. Так, а где же мои новые спутники, буквально вчера освобождённые от оков татарского рабовладельца. Ах, ну конечно, в этом времени не принято вставать поздно. Наверняка встали ни свет ни заря, удивились, чего это барин их спит так долго, проверили, не помер ли и пошли дела делать. Ну а что, правильно. Я такую инициативу поощряю. Конечно, времена сурового закрепощения крестьян Иваном четвертым, которого за миролюбие прозвали «Грозным» ещё не настали. Но мои «холопы» судя по всему уже смирились со своей судьбой. Ну да, нравы в этом, насквозь религиозном, времени уж очень банальны: «На всё воля Господа, а против его воли лучше не идти». Вот и не рыпаются даже самые бедные, считая, что после смерти им конечно же воздастся. Конечно, были и исключения. И особо строптивых, по типу какого-нибудь Булавина или Пугачёва, со временем станет только больше. Религия в масштабах страны – палка на двух концах. Если её слишком много – люди даже по уши в дерьме будут ходить довольные. Однако в этом случае можно забыть о каком-то массовом и безудержном прогрессе в

экономике. Люди просто не будут видеть смысла в быстром прогрессе. А когда их захватят менее религиозные, но более зубастые «иноверцы» – будет уже слишком поздно. Такой была Индия в моей реальности и такой же могла стать и Россия, если бы история пошла немного по менее благоприятному сценарию. И снова я философствую по утру. Пора это прекращать. А может и не стоит, всё-таки мозги нужно держать в тонусе.

Спрыгнув с печи, направился во двор. Там уже во всю крутилась моя немногочисленная прислуга. И вот вроде не давал я им вчера никаких указаний, а они и огород расчистили, и подмели, и, казалось бы, бесконечную гору всякого хлама разгребли.

– Ну, товарищи трудоголики, хорош работать, айда в дом! – Некоторых слов они явно не поняли, но смысл фразы уловили. Они зашли и с каким-то то ли страхом то ли с верностью стали смотреть на меня.

– Значит, слушайте мою команду. С этого дня без моего указания вы не встаёте с утра пораньше и не начинаете бездумно работать, – Весело и непринуждённо сообщил им я. Мне понравилась их инициативность, но всё же перегружать их я не хотел.

– Теперь, как только проснётесь – будите меня. А я уж вам работу найду.

– Прости нас, барин, не ведали мы… – Начал было Иван, но я тут же пресёк попытку раскаяться.

– Не извиняйся, Ваня. Вы молодцы, что сами за работу взялись. Но жалко мне вас, а потому бросаться не жалея сил на всё подряд не надо.

Удивлению подростков, исключительно по меркам моего времени, не было предела. Да сколько ж можно удивляться-то, как можно быть такими наивными?

– Я же сказал, у вас начинается новая жизнь. Сытая и тёплая. Запомните: так, как живёте вы сейчас не живёт ни один раб на этом свете. Да и рабами вы себя можете не считать. Вы – мои верные слуги. Служите мне верой и правдой – и никогда не будете нуждаться в еде и постели.

И вновь не верящие своим ушам лица. Ещё бы: это где это видано, чтобы рабы почти на ровне с хозяином жили? А вот так вот. Перспектива обзавестись целым стадом послушного скота, конечно,

была заманчивой. Тут тебе и производственные возможности и дешевле некуда труд. В общем, сплошная выгода. Но я решил от этого отказаться. Мне нужны в первую очередь хорошо замотивированные, сытые и довольные люди. Только так я могу рассчитывать на их безграничную преданность. Ну, вот и решили вопрос. Теперь можно и в церковь сходить.

Однако церковь решила прийти в мой дом сама. Здоровый поп с массивным металлическим крестом на шее вместе с большой делегацией встретил меня чуть ли не на пороге. Его сопровождал Мстислав,      какой-то бывалый казак с саблей в ножнах и гладковыбритый, но при этом усатый человек явно не русской наружности:

– Здравствуй, сын мой, – С наигранным добродушием сказал священник.

– И тебе не хворать, отче. Неужто моя маленькая персона смогла отвлечь столь важного человека от его дел?

– А ты не язви мне, отрок!

– Извини, отче, плохо знаю я пока ваш язык. Но учу его со всем рвением, как ты видишь.

– Вижу, – брезгливо бросил поп. – Ну, впустишь гостей? Али так и будем на пороге стоять?

– Да, конечно, отец.

Откровенно говоря, не было никакого желания общаться с этим священником, имеющим явные особистские наклонности. Он ведь явно так просто от меня не отстанет.

– Отец, а что это за люди с тобой? – Решил я узнать о личности двух других непрошенных гостей. – С Мстиславом мы уже знакомы, а вот этих двух мужей я не помню.

– Это, – Нехотя начал он, показав на статного мужчину лет сорока с саблей на поясе. – Сотник Новгородский, Алексей. – Ага, значит большая шишка в местном гарнизоне. Что ж, с такими надо дружить не смотря ни на что. На такие должности в этом времени обычно не ставили разного рода оболтусов. Да и выглядел он, как человек адекватный. – А это – Генрих фон Майер, наш гость из Германских Земель. – По интонации было заметно, что священник гораздо больше расположен к немцу, нежели чем к сотнику.

– Ах, Германские княжества…

– Истинно так, – Горделиво подтвердил поп

Мы вошли в избу, где я впервые за всю свою жизнь применил с таким рвением полученные знания немецкого языка:

– Herr Mayer, können Sie mir sagen, woher Sie genau kommen? Berlin? München? Hannover?

– äh… Ja, natürlich. Ich bin aus Köln zu dir gekommen. Aber…

– Willst du wissen, wie ich Deutsch kann? Sagen wir einfach, ich hatte gute Lehrer.

На протяжении всего диалога остальные присутствующие смотрели на нас прямо-таки круглыми глазами. За исключением Мстислава. Он, похоже, просто устал удивляться.

– Александр, это что сейчас было?! – Грозно спросил меня пастырь.

– Ничего такого, отец. Просто, как выяснилось, я неплохо знаю язык Генриха.

– Но откуда?! – Не останавливался поп

– В моей… Стране, – Уклончиво начал я – Этот язык учат в школах.

– Ах в стране! – Взвился Афанасий – Ну давай, покажи, где твоя страна! – Он дал отмашку сотнику и тот нехотя разложил на столе самую настоящую карту мира. Ну как сказать карту… От неё там было скорее название. Да, вполне правдоподобно нанесены берега западной Европы и северной Африки, чуть хуже берега «враждебной Малой Азии» и совсем уж размыто – остальной мир. От Америки была прорисована лишь центральная часть и немного Северного материка. Об Австралии вообще можно не говорить. Впрочем, как и обо всей Азии, за исключением, разве что, берегов Индии и очень уж примерных очертаний Японии. Однако, даже такая карта сейчас стоила больших денег. Хотя бы потому, что вела в манящий всех Новый Свет. В моём же понимании эта карта годилась разве что на растопку. Но виду я не подал и сохранил непроницательное выражение лица:

– На этой карте нет моей страны, – С готовностью сказал я.

– Значит, ты не от мира сего?! – Начал старую тираду пастырь.

– Остынь, отче, – Миролюбиво начал я – На этой карте нет моей страны потому, что это не карта мира.

–Но… – Хотел было возразить толстый священник, но я его перебил.

– Господин Майер, вы человек явно начитанный в этом плане. Скажите, это ведь не весь наш мир?

– Не весь, – Согласился немец. – Но здесь нанесены все территории, известные цивилизованной Европе. – Пожал он плечами.

– Ах, ну конечно, цивилизованная Европа! – Я начал медленно закипать.      –      Париж,      Мадрид,      Лиссабон,      Лондон,      Стокгольм, Константинополь и, конечно, Берлин! – Я назвал крупнейшие города континента, тыкая пальцем в те места, где должны находиться города, которые я назвал и которые, почему-то были не помечены на этой бумажке. Все выжидающе посмотрели на немца, а тот судорожно сверял полученные сведения с теми, что он имел в голове. После полуминутных раздумий он выдавил:

– Вынужден признать, что вы абсолютно правы, господин Александр. Вы… Точно назвали все крупнейшие города Европы, но…

– А мы с вами находимся примерно вот здесь – тыкаю пальцем чуть южнее места, где должен находиться Петербург в моём времени.

– Да… – Выдавливает из себя бедный немец.

– А вот здесь – стоит Москва. А вот тут – Киев. Все снова в ожидании смотрят на Майера.

– Э–э… К сожалению, я не знаю, где находятся эти города. Но я почти уверен, что герр Александр не врёт.

Я уже хотел разразиться тирадой обо всём, чему меня научили на уроках географии, на смеси немецкого и русского. Но сдержался. Не хватало ещё за колдунство отлететь.

– И после этого вы смеете утверждать, что моя страна «нецивилизованная», а потому не нанесена на карту?

– Прошу меня простить, Герр Александр. Вы достойны умов Европы. Так почему же вы решили поселиться именно здесь, а не в Париже или Лондоне? – Поинтересовался Майер.

– Мои родичи родом с этих земель. И я хочу прожить остаток жизни здесь.

– Довольно, – Властно сказал Афанасий. – Александр, пока мне не в чем тебя обвинить. Благодари Государя нашего, что ко всем немцам хорошо относится. Была б моя воля – я бы всех вас с земли Русской…

– И остался бы на земле Русской один, – Остановил я его. – Ибо без иноземцев Русь погибнет быстрее, чем с ними.

На лицах Майера и Мстислава появились улыбки, а лицо Алексея стало задумчивым. Афанасий взглянул на меня своим не по-христиански волчьим взглядом и быстро удалился из избы. После его ухода прямо дышать стало легче. Ох уж эти средневековые особисты.

– Светлана, иди сюда! Гостей накормить надобно!

– Не стоит, Александр. – Алексей впервые на моей памяти заговорил. Голос его был невероятно твёрд и при этом мудр. – Нам всем уже пора. А об Афанасии ты не волнуйся. Его власть здесь не велика, поэтому более, чем покричать, да погрозить он ни на что не способен.

– Спасибо, Алексей. А то я уж было думал, в служении дьяволу меня обвинят.

– Отчего ж это? – Усмехнулся он. – Святой воды не боишься, крест носишь. Значит наш ты, православный.

Проводив нежданных гостей я уселся на лавку и стал раздумывать, правильно ли я поступил. В целом, если верить Алексею – мне ничего не угрожает. Но почему-то меня преследовало странное предчувствие по поводу этого, так называемого, пастыря.

Глава 7. «Опережая лаймов»

Ещё некоторое время после ухода непрошенных гостей я сидел в задумчивости, переваривая информацию и думая, что же мне теперь делать. Да, с одной стороны, если верить местному «офицеру», мне бояться нечего. Но с другой – мне откровенно не хочется переходить дорогу Новгородской религиозной шишке. Я уже понастроил планов о том, как раскручусь на массовом, никому здесь неизвестном, производстве самых разных вещей. Но сейчас эта идея уже не кажется мне такой уж идеальной. Ведь сейчас за любым моим шагом будет следить скрупулёзный священник. Да, может сам он здесь власти и не имеет, но ведь это не означает, что не в его силах докричаться до более высокопоставленных чинов. Причём не обязательно церковных. До князя с митрополитом, конечно, дело не дойдёт. У них и без меня забот хватает. А «убрать» мою невзрачную персону способны и менее влиятельные люди.

Думал я, думал и в итоге пришёл к тому, что с экономическим бумом можно пока и повременить. В конце концов, делать деньги можно и менее подозрительным способом. Сначала на ум пришло пойти и исполнить для местного люда пару тройку песенок или стишков из своего времени. Точнее сказать, не совсем из своего. Так уж получилось, что я не увлекался разного рода современниками–музыкантами. Да и, говоря откровенно, для меня они никогда не были реальными музыкантами. Никогда не понимал любителей подобных «произведений». И всё же я решил не рыпаться и не вносить такого рода инноваций в жизнь местного люда. Сейчас я был счастливым обладателем четырёх рублей. Этого хватит примерно на пару недель сытой жизни с моими холопами. Но я же не классический представитель местного дворянства. У меня голова на плечах вон какая большая! Аж из двадцать первого века! Неужели я не смогу придумать ничего, что сделает меня на пару ступеней повыше в этом обществе? Три раза ха! Ведь я уже придумал.

Выйдя на улицу, я направился на рынок. Но далеко не за покупками. Ещё вчера я заметил на окраине большой торговой площади что-то вроде крупной утоптанной площадки, огороженной

невысоким заборчиком. Тогда, заметив лавку работорговца, я не обратил внимания на этот «средневековый плац». Сейчас же, в разгар дня, там толпилось порядка нескольких дюжин человек. Подойдя поближе, я понял, что это как раз то, чего я и искал. Бойцовский клуб, мать      его!      Хотя,      конечно,      это      громко      сказано.      Просто импровизированный ринг, площадью раза в два больше классического. Сейчас там как раз проходил внеочередной бой. Однако, честно признать, это было больше похоже на побоище: один здоровяк мутузил второго, который был чуть поменьше первого и уже готов был упасть в нокаут. Наконец, после очередного «удара», значимого по силе, но абсолютно никакого в плане техники и скорости, побеждённый рухнул на землю. Хотя лежачему было уже явно не до правильности исполнения ударов, которые почему-то резко прекратились. Ага, бить оппонентов на земле тут было явно не в моде. Ну это правильно, это я уважаю.      Победитель, меж      тем,      поднял      руку      и      толпа      вяло зааплодировала. Что ж, похоже, пора продемонстрировать местным любителям мордобития и сообразить так называемый, шоу–матч из будущего. Однако, я же поставил себе цель – заработать на данном мероприятии как можно больше. Этот момент я обдумал заранее. Нашёл глазами нужный контингент – группу парней лет шестнадцати и предложил им заработать. Как ни странно, ребята охотно согласились. Каждый получил по пять копеек и внимательно выслушал свои обязанности. После чего я подошёл к низкорослому мужичку, явно отвечающему за «регистрацию участников».

– Здрав будь, любезный. – Начал я было свою тираду, но мужичок оказался проворнее.

– Здорово, здорово, – засеменил он непривычным для этого времени говором. – Неужто силами хочешь померяться?

– Хочу. – Коротко и ясно отрезал я. Он внимательно осмотрел меня с ног до головы, лишь восхищённо цокая языком .

– Да–а, хорош богатырь. Ну, будь добр, покажи честному люду, что умеешь. – Он открыл скрипучую калитку передо мной.

– Погодь, а правила есть какие-то? – Решил на берегу уточнить я. – Да, конечно. Значит, в пах не бить, не кусать, в глаза песок не

кидать. – С готовностью выпалил он.

– Ага, понял. – Годы пройдут, а правила в подобных боях почти не изменятся. Удивительно.

Я сбросил с себя сюртук и остался практически в исподнем. Но это никого не смутило – оно и понятно, в таком халате идти в рукопашку – дело сомнительное. Наконец, я шагнул на утоптанную сотнями ног площадку, в местный октагон.

Только сейчас я смог рассмотреть своего противника во всей красе. Им оказался здоровяк явно нерусской национальности. Глаза узкие, кожа смуглая. Однако это не мешало ему превосходить большую часть присутствующих как в росте, так и в габаритах. Всех, кроме меня. Я был выше него почти на голову, в плечах же мы были примерно равны. Как я понял, он, вопреки всем предрассудкам касательно восточных боевых искусств в связке с людьми его размерами, предпочитает ударную тактику за место борьбы. Мне было откровенно всё равно на это, ведь как в стойке, так и на земле, мне нужно будет не более десяти секунд контакта, чтобы уложить его в крепкий здоровый сон. И ещё десять, чтобы помочь ему больше не проснуться.      В      этом      мире      сейчас      практически      нет      мастеров рукопашного боя без оружия. Конечно, проходи сражение на условных саблях – мои шансы безумно резко бы сократились. Однако в битве без оружия я дам фору почти любому в этом времени. Я мог бы сделать лёгкие деньги и забрать обещанные мне десять копеек за победу очень быстро. Но тогда весь мой план пойдёт прахом. Нельзя сейчас показывать силу. Нужно хотя бы минутку с ним покружиться, а после, с наигранной трудностью, всё же вырубить татарина. Бой начался неожиданно. Никаких тебе предисловий и прелюдий. Здоровяк просто кинулся на меня, разъярённо вопя и замахиваясь для мощного удара с правой руки. Всё это было настолько медленно, что даже вызвало у меня улыбку. А что, давайте поиграем. Нужно же завести толпу. Я подождал, пока до момента контакта останутся доли секунды и сделал резкий подшаг влево, одновременно наклоняя всё тело, уходя из под удара. Рука бугая, не встретив препятствия, на которое он так надеялся, прошла дальше, рассекая воздух. Я для виду пошатнулся, мол еле ушёл. По толпе прошёлся восхищённый ропот. О, это только начало представления. Меж тем татарин опомнился и вновь ринулся в атаку. Только уже гораздо более расчётливо, не вкладывая весь свой вес в один замах. Однако, не такой уж он и дикарь. Я понял, что следующий удар станет скорее прощупывающим, а потому решил принять его в блок. Прямой с левой, который половину своего пути,

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.