Людмила Галыгина
Не жена

Глава 1

Глава 1

– Вот этот лакомый кусок. Даже сейчас с этим старым домом в глубине двора он мне нравится. А представляешь, что здесь будет, когда исполнится моя мечта?

– Да, если твой роскошный особняк будет стоять на самом виду, преобразится вся улица не только участок. Хорошее место ты выбрал.

– Я хожу вокруг него уже две недели. Пора начинать действовать…

Такой разговор вели двое высоких крепких мужчин в длинных модных пиджаках, разглядывая частный дом и участок в центре города. Рядом стояла дорогая иномарка, из салона звучала музыка.

Вадим, положивший глаз на этот участок садился за руль и давал Александру, так звали второго распоряжения:

– Узнай всё о жильцах, даю тебе три дня на разработку вариантов об их выселении. Предлагать можешь квартиру со всеми удобствами, деньги, дом в другом районе. Я хочу эту землю, – властно сказал Вадим и захлопнул дверцу. Машина плавно отъехала.

               А у хозяев дома Переверзевых царило оживление и веселье. После окончания пединститута вернулась Светлана. Единственная и любимая внучка. Для Бориса Николаевича и Марии Антоновны их она была светом в окошке, их надеждой в старости. Бабушка Мария всегда мечтала стать учительницей, у неё не получилось, о вот внучке свою мечту она смогла передать. И вот настал день, когда их Светлячок вернулась домой. Счастливая, наивная и нежная, она очень была похожа на свою мать, погибшую вместе с мужем в авиакатастрофе. Мария Антоновна подумала о том, как бы сейчас радовались их дочь и её муж, что их такая тихая  и всегда послушная девочка стала учителем.

Повзрослела, посерьёзнела, но всё еще была по-детски порывистой  и смешливой.

      Вечером Переверзевы за чаем рассматривали старые альбомы, вспоминали родителей Светланы, грустили и строили планы на будущее.

– Дом наш большой и прочный. Ещё дед инженер строил. Хватит тебе и твоим детям,– храбрясь и прохаживаясь по залу, говорил Борис Николаевич.

– Ну что ты, старик, о детях. Рано ей ещё об том думать. Замуж сейчас торопиться нельзя. Мужчины почти все порченые нынче. Ты бы лучше подумал, чтобы в хорошую школу её взяли, – вступила в разговор бабушка.

– Об этом я позабочусь. Никогда не бряцал своими наградами, а для этого надену все и в ГОРОНО пойду. Найдём приличное место.

               Потом они перешли на веранду и продолжили разговор. Светлана слушала, мягко улыбаясь, ей было тепло и радостно от их любви. Был замечательный  вечер, с красивой полной луной и яркими звёздами на небе. А впереди – время отдыха перед началом учебного года и не думалось ни о чём плохом.

      Утром следующего дня Светлана проснулась поздно. Так приятно было нежиться в постели дома. Она полежала немного ещё, встала, подошла к зеркалу. Критически посмотрела на себя. Длинные, чуть запутавшиеся пепельные волосы, бледные щёки, серые огромные глаза на худом лице, и вся худая и высокая…

– Ну никакой фигуры,– с досадой сказала о себе.– Ни один стоящий парень в институте не обратил внимания. Ведь двадцать три года уже, а я как доска, никаких форм.

Светлана действительно была худенькой, но уж не без форм – точно. Под ночной рубашкой отчётливо выделялись небольшие упругие груди, ещё девичьи бёдра  были тоже заметны, высокие ноги, плоский живот. Не так уж и плохо, подсказывало что-то внутри. Но этому ей не верилось. Скромница в ней всегда побеждала.

      Она показала своему отражению в зеркале язык, потом быстренько оделась и побежала на кухню варить кофе. Старики сей напиток не уважали, а Светлана привыкла, живя в общежитии, укрощать чашечкой кофе иногда нестерпимый голод. Во дворе она услышала голоса и выглянула в окно. С дедом разговаривал представительный мужчина. Пришедший улыбался, а дед слушал его, поджав губы, и смотрел на непрошеного гостя негодующим взглядом. Светлана выскочила на крыльцо и услышала конец разговора.

– Подумайте, это хорошее для вас предложение. Вы люди старые, дом ветшает, я предлагаю вам выгодный вариант,– говорил молодой человек.

– Не надо мне от вас предложений. Этот дом ещё два века простоит. И моя внучка в нём детей нарожает,– отвечал обиженно дед.

Молодой человек поднял голову и увидел на крыльце Светлану. Он галантно поклонился ей, и с издёвкой сказал:

– Это надо ещё найти, от кого рожать такой красавице.

Дед побагровел и грозно двинулся на мужчину. Тот усмехнулся и пошёл по дорожке к калитке. Светлана ушла в дом, прекрасное утро было испорчено.

А Александр шёл по тротуару размашисто и зло, понимая, что задание шефа он не выполнит

– Подумаешь: история семьи, родные стены.., им жизнь без проблем на старости предлагаешь, а дед выкаблучивается.

   Ругаясь так, он знал, что надеяться им не на что. Деда уговорить будет невозможно.

      Вечером, обсуждая разговор с Переверзевым, он говорил Вадиму:

– Хоть бы девка была не уродина. Женился бы ты на ней, сделал бы своё дело, а потом развёлся, купил бы ей квартиру. А старики… они помереть скоро могут.

     Вадим долго смотрел на Александра и начал улыбаться, а потом засмеяться уже во весь голос.

– Слушай, это идея. Женюсь! Я устрою им такую жизнь, что они сами запросятся к чёрту на кулички.

Они распечатали бутылку коньяка и начали обсуждение деталей.

Глава 2

 А Светлане везло. Без помощи деда ей дали место учителя русского языка и литературы в школе-гимназии. От хорошего настроения, домашнего ухода, летнего солнца она незаметно расцветала. Ни ей самой, ни посторонним перемены не были видны, зато старики примечали всё и радовались за свою любимицу.

     Наблюдали за Светланой и другие глаза. Эти глаза тоже не замечали ничего хорошего в её внешности. Охотник следил за жертвой, искал возможности поймать её в свои сети. Он не привык откладывать надолго исполнение своих желаний, поэтому, несмотря на предупреждение Александра о необходимости специальной подготовки, Вадим поступил по-своему.

     Он выследил Светлану, когда она вышла из калитки и направилась в город, сделал на повороте дороги крутой вираж на машине и, чуть не сбив её с ног, круто затормозил. Светлана испугалась до такой степени, что ноги стали ватными, и она прислонилась спиной к стене пятиэтажного дома, чтобы не упасть.

   Вскочив из машины, Вадим подхватил её на руки, посадил на сидение рядом с собой и понёсся на полной скорости в больницу. Он знал, что не причинил ей вреда, вираж был точно рассчитан. Но всем своим видом старался показать, как он испуган сам и озабочен её состоянием. Он старался говорить с ней ласково и нежно.

– Девушка, милая, поверьте, я не хотел Вас напугать и тем более причинить боль. Успокойтесь, сейчас Вас осмотрит врач. Господи, какая Вы бледная. Потерпите, пожалуйста, мы уже приехали.

– Не надо в больницу, Вы меня совсем не задели. Я просто испугалась, – слабо сопротивлялась Светлана.

– Как это не надо? Вы ведь вся дрожите. Если я Вас сейчас отпущу, будете вспоминать обо мне как о каком-то чудовище, – звучал красивый голос Вадима.

Он знал, что его голос нравится женщинам, и думал, что если она с испугу не запомнит его лицо, то голос будет вспоминать уже сегодня ночью.

Светлана понемногу приходила в себя, когда «Вольво» въехал в ворота городской больницы. По мобильному телефону Вадим попросил своего друга травматолога спуститься к нему или прислать кого-нибудь. Войченко спустился сам, он знал, что услуги таким людям хорошо оплачиваются. Вадим отвёл врача немного в сторону от машины, коротко переговорил с ним, и  тот с широкой улыбкой на лице помог выбраться из машины Светлане. В сопровождении двух мужчин девушка поднялась в отделение. Войченко налил в стакан воды, накапал каких-то капель и, переглянувшись с Вадимом, сказал:

– Выпейте, девушка, сразу станет веселее.

 Светлана покорно выпила и через пять минут уже спокойно разговаривала, соглашалась на то, чтобы Вадим отвёз её домой. Он подвёз её к самой калитке и, слегка поддерживая, довёл до самого крыльца. Светлана познакомила его с дедом и бабушкой. Ей уже казалось, что он спас её, и она сама была невнимательна при переходе улицы. Дед сдержанно благодарил молодого человека, бабушка пригласила выпить чаю.

– Спасибо, мамаша, я обязательно выпью чаю с вами в следующий раз. Ведь теперь я не смогу жить спокойно, не зная, как чувствует себя Светлана.

   Он пожал руку деду, помахал Светлане, обольстительно улыбнулся на прощанье и ушёл. Через минуту взревел мотор «Вольво» и всё стихло.

           А Переверзевы стояли и смотрели на тропинку, по которой только что ушёл высокий, сильный, уверенный в себе мужчина. У каждого в душе родилось напряжение. Ещё пока ничем не объяснимое.

       Расчёт Вадима был прост и точен. Вечером, рассказывая всё Александру, он был уверен, что попал в цель. Александр сомневался только до того момента, когда речь дошла до успокаивающих капель. Потом они выпили за успех начатого предприятия, Александр посоветовал всегда держать при себе «успокаивающие» капли для общения со Светланой. Расстались они рано, назавтра предстояло много работы по отправке металлолома, а также на объектах строительства коттеджей для отцов города.

       Вадим Чернов возглавлял несколько фирм и ИЧП, расписанных на своих родственников. Тесные связи во властных структурах и криминальных кругах давали ему возможность делать большие деньги.  Он жил на широкую ногу. Даже Александр не знал всех его источников доходов. Чернов был осторожен, он был не жертва, а охотник и во всём следовал правилам жизни хищной стаи. Умел жить по этим правилам и хорошо знал, что доверять никому нельзя. На ближайшие дни ему предстояла большая работа, маячили огромные деньги, а значит про Светлану необходимо было забыть на несколько дней. Это было вовсе не трудно, он любил ярких женщин, смелых в своих желаниях, необузданных и любвеобильных. И таких у него было много. С ними он мог делать всё, что угодно и никто ему ни в чём не отказывал. Если женщина начинала надоедать ему, докучать или клянчить о встречах, он передавал её кому-нибудь из своих шестёрок и больше не заботился  о её судьбе.

Светлана была не в его вкусе, а любовь была ему неведома. В эту ночь он спокойно спал после спектакля, устроенного им самим, и был весьма собой доволен.

   А она спала и не спала в эту ночь. Что-то тревожило её, слегка замирало сердце, вспоминался мужественный голос Вадима, виделась его широкая спина и уверенная поступь. Говорила себе, что он больше никогда не появится в их доме, что такой мужчина, конечно, имеет красавицу жену и любовницу. Что ей нельзя забивать всем этим голову. Но ничего не помогало. Наутро она встала с головной болью, выглядела усталой и какой-то заброшенной. Старики не на шутку разволновались и стали расспрашивать: может она что-то скрыла от них, её всё-таки ударило машиной. Только ради них Света взяла себя в руки, начала хлопотать по дому, возилась в саду и постоянно ловила себя на том, что прислушивается к шуму подъезжающих машин.

– Не приедет он, не нужна я ему, – твердила она как потерянная, – ходя взад вперёд по своей комнате по вечерам.

             Спала плохо. А по утрам и днём прислушивалась снова и снова к звуку моторов. С большим трудом ей удавалось скрыть своё ожидание от родных. Однажды днём Мария Антоновна позвала её и попросила сходить на рынок и купить домашнего молока для закваски.

– Прогуляешься заодно, отдохнёшь, а то уже все дела в саду за эти дни переделала, помощница ты наша, – ласково погладила её по плечам бабушка.

Света запаниковала: «А вдруг он приедет, а я рынке»,– билась мысль в мозгу и не давала покоя. Потом она пристыдила себя, быстренько оделась и пошла на рынок.

– Господи, да я почти бегу, – шептала она. – Нельзя же так себя мучить, что же я за девушка, где же моя гордость? Увидела первого попавшего мужчину и уже думаю о нём днём и ночью. Хватит… Хватит…,– Она не замечала, что говорит это уже  почти вслух.

     Чтобы отвлечься от мыслей о Вадиме, Света загружала себя домашней работой. Вот и сегодня она решила сделать генеральную уборку, постирать шторы.

– Скоро начнётся учебный год, тогда я мало буду вам помогать по дому, а пока ещё могу, нужно сделать как можно больше,– сказала она Марии Антоновне,– и начал большую уборку.

   Всё было уже сделано и она, выкупавшаяся под летним душем, сидела на веранде и просушивала волосы. Заодно с аппетитом уплетала арбуз. Она сидела спиной к дорожке и не видела того, как Вадим вошёл в калитку, как тихонько подошёл сзади и положил через её голову  на стол букет прекрасных роз. Душа её замерла, сердце затрепетало, она вскочила и смотрела на него широко открытыми глазами.

– А я не слышала, когда Вы подъехали.

– А я не подъехал, я пришёл,– сказал Вадим, отмечая про себя, что ждала она его, ждала и прислушивалась. «Попалась птичка»,– подумал он удовлетворённо, но сказал совсем другое.

– А знаете, почему я пришёл пешком?

– Нет,– простодушно ответила Света.

– Я побоялся, что на машине Вы не захотите со мной прогуляться, а пешком быть может не побоитесь.

«Да ведь он же не хочет меня компрометировать и начинать знакомство с поездок на машине», – благодарно подумала девушка. Но стояла Светлана молча, она не знала, что ему ответить.

– Ну что же Вы молчите? Вы против?

– Нет, но я не готова, волосы не просохли, – смутилась она.

– Это не беда, пока мы доедим с Вами арбуз, они досохнут,– засмеялся Вадим. Он с удовольствием стал есть арбуз, а Света пошла в комнату за вазой, налила воды и поставила в неё цветы. На веранду вышли дед и бабушка и застыли: Света и Вадим, весело разговаривая, доедали арбуз, в вазе стояли великолепные цветы. Мария Антоновна ахнула, она знала, что на рынке такой букет стоит половину её пенсии.

          Вадим привстал, поздоровался с Борисом Николаевиче за руку, поцеловал руку Марии Антоновне.

– Не удивляйтесь, я бы раньше приехал, но был в отъезде, а за внучку вашу очень беспокоился. Она у вас прелесть, о такой девушке забыть нельзя, – входил в роль галантного кавалера Вадим.

– Сегодня мы с ней прогуляемся по вечернему городу. Пока есть у неё ещё время немного развлечься. Учителя люди занятые по вечерам. Я думаю, вы не будете против.

– Да кто нас сейчас спрашивает…,– пробурчал Борис Николаевич.

   А Светлана отметила, что он тоже думал о ней и интересовался, иначе, откуда он узнал, что она учительница.  Она вся раскраснелась, засветилась даже, а у стариков, наблюдавших за ними, на душе было тревожно. Мария Антоновна смотрела вслед  убежавшей собираться внучке и  думала: «Что принесёт нам этот человек, радость или беду, счастье или горе нашей девочке?»

   Светлана собралась быстро, в лёгком бирюзовом платьице, в замшевых босоножках на каблуках и с подобранными заколкой волосами она выглядела очень мило. Это отметил про себя Вадим и был удовлетворён: если встретятся друзья: хоть потом издеваться не будут.

   Они вышли в город на заходе солнца, спускались сумерки, на улицах зажигались огни, было красиво и романтично. Молодые люди долго бродили по парку, посидели у фонтана, разговаривали о звёздах, о цветах, о будущей работе Светланы.

     Вадиму было немного смешно. Даже в юные годы он не ухаживал за девушками. Ему нужно было от них только одно. И он всегда получал желаемое без труда. А вот сейчас он впервые ведёт беседы при луне.

«Это надо запомнить», – насмехался над собой Чернов. О себе он рассказал Светлане коротко:

– Я предприниматель, работаю много, потому не беден. У меня есть квартира, мама, которую я очень люблю, младший брат. Он учится за границей. Приедет, будем работать вместе.

   Немного помолчав, Вадим осторожно привлёк к себе Светлану и, видя её смущение, сказал:

– Не бойся меня, я ничего тебе не сделаю против твоей воли. Знаешь, я не говорил о тебе ещё своей маме, но у меня уже появилось такое желание.

– Зачем говорить, мы ещё так мало знакомы, вернее совсем не знакомы. Я даже не знаю как себя вести с тобой. У меня не было парней, – покраснев, сказала Света.

– И не будет, об этом позабочусь я, – очень уверенно и чистую правду сказал Чернов. Потом продолжал: – Я не просто пришёл сегодня. Ты сразу мне понравилась, я всё время думал о тебе. Не знал, что так бывает и не поверил бы, если бы мне кто-нибудь такое рассказывал. Но это случилось со мной. Себе я не могу не верить. А теперь расскажи мне ты, как ты ко мне относишься?

   Светлана молчала, не могла же она рассказать ему, что ждала его все эти дни. И что сегодняшний день – самый счастливый в её такой ещё короткой жизни. Вадим заговорил снова, отмечая мысленно, что ему хорошо удаётся быть правдоподобным.

– Я не буду тебя торопить , но и не хочу, чтобы ты излишне медлила с ответом. Мне предстоит далёкая и долгая поездка, у нас не так много времени, а намерения у меня серьёзные.

   Светлану от волнения или от прохлады стало  немножко знобить, она предложила пойти домой. Было уже поздно, Вадим согласился, и они не торопясь пошли по освещённым улицам. У калитки Вадим привлёк Свету к себе. Прижал палец к губам, потом дотронулся до её губ. Такой невинный жест тронул Светлану, она чуть- чуть прижалась к нему в ответ, затем быстро отстранилась и убежала во двор.

   Дома не спали. Старики сидели за столом и смотрели на сияющую внучку. Все слова предостережения, которые они хотели ей сказать, остались несказанными. Они поняли: девочка выросла, к ней пришла любовь. Какие слова могут остановить её? Света чмокнула их в щеки и убежала спать к себе. Сегодня она не металась по комнате. Сегодня она, немного помечтав на сон грядущий, заставила себя уснуть. Ей теперь хотелось хорошо выглядеть, а для этого надо высыпаться… Вадим не сказал, приедет или нет, но теперь она знала – он приедет!

Глава 3

На следующее утро Вадим поехал к матери. Галина Михайловна должна была знать о его плане. Она всегда поддерживала сына и могла дать ему дельный совет. И матушка дала ему много ценных советов. Раз старики без ума любят свою внучку, значит пойдут ради её счастья на всё. Надо купить им однокомнатную квартиру и предложить пожить в ней, пока молодые супруги будут привыкать друг к другу. С предложением руки и сердца тянуть не надо. Ещё осенью можно будет завести стройматериалы, а к весне уже будет стоять его особняк.

– Рабочих на домах боссов поснимаешь, летом закончишь отделочные работы. Да не забудь предусмотреть комнаты для меня и для брата. И самое главное, помни, что детей тебе от неё не нужно. Не хватало нам ещё наследников от нищей плебейки.

– Ну, родословная у неё положим есть. Они-то как раз из бывших…

   Ее предки Питерские аристократы. Это её пра-прадед  основывал наш город. Его сюда прислали строить железную дорогу и депо. Они гордятся  этим. Светлана мне рассказывала историю семьи.

– Всё равно, из бывших или нет, а не нужны нам от неё наследники, ещё делиться с ней придётся.

 «Во, хищница», – подумал Вадим, – мне до неё далеко.

   Прошло несколько недель, Светлана работала уже в школе, встречаться времени почти не было. Вадим решил, что пора делать предложение. Подготовив свою мать заранее, он привёл Светлану для знакомства. Галина Михайловна хлопотала вокруг девушки, была само внимание, но неискренность будущей свекрови Света все же почувствовала. Она стала грустной, и Вадим постарался до минимума сократить вечер их знакомства.

   Уже в машине он объяснил Светлане:

– Пойми, она у меня сложный человек и очень меня любит. Пока не убедиться, что и ты, как она, ради меня готова на всё, будет относиться с тебе с настороженностью. По-моему матери все такие.

– Я постараюсь это понять, но сегодня мне стало неуютно. Я пока не могу тебе объяснить в чём дело, сама не разберусь.

– Ну ладно, я же не собираюсь приводить тебя к ней жить, в её дом. Мы будем жить отдельно или с твоими стариками, если захочешь, – успокаивал он Свету. – Теперь надо решить с дедушкой и бабушкой. В воскресение я приеду просить твоей руки. Приеду сам, не люблю, когда в этих делах участвуют посторонние люди. Твои родные случайно не ярые сторонники обрядового сватовства?

Вадим беспокоился об этом по-настоящему. В его деле не нужны были лишние свидетели. Ещё кто-нибудь заметит, что он лицемерит. Ему и так это притворство порядком надоело. Одно дело облапошить  этих троих, а другое, когда все родственники съедутся.

«Я не артист,– думал Вадим,– и на такой творческий взлёт не способен. Но Светлана успокоила его, рассказала, что дед не любит шумных торжеств и будет только рад, если всё пройдёт очень скромно.

– Если это так, то мы с ним очень похожи, – говорил Вадим, останавливая машину у калитки. Высаживая девушку из машины, он уже по-мужски сильно и требовательно поцеловал её в губы. Почувствовал, как она задрожала в его руках, как потянулась к нему навстречу и вся ослабла от первой по-настоящему мужской ласки. Но Вадим не дал себе увлечься, отстранился и сказал:

– Не соблазняй меня. Всё  должно идти своим чередом.

Ночью Светлана лежала и думала, неужели всё это происходит с ней. Ведь такого в наши дни не бывает. Но раз он так поступает, ни на чём не настаивает до свадьбы, это означает только одно – он её любит. От осознания предстоящего счастья сердце девушки замирало в груди, какой-то комок подступил к горлу и она заплакала. Слёзы тихо скатывались по щекам на подушку, она не удерживала их, понимая, что сама её душа плачет от счастья.

Вадим же в это время въезжал в ворота частного дома, где жила его пассия Лидия, с которой последнее время утолял свой сексуальный голод. Лидия знала о его предстоящей свадьбе, но не боялась, что Светлана станет ей соперницей. Она видела её только дважды на вечеринках с Вадимом и поняла всё. Эта скромная девушка Чернова не интересует, ему нужно от неё что-то другое. Но что она не знала, Вадим не делился своими планами с женщинами. Лидия боялась задавать ему лишние вопросы, она знала: любопытных он бросает. Она же была от него без ума, но старалась не показывать этого. Получала от него дорогие подарки, деньги и могла позволить себе жить, не работая, занималась только собой.

   Сегодня Вадим был неукротим в своей страсти, но не разу не сделал ей больно. За это она ласкала его нежно и самозабвенно. Иногда возникала мысль, почему он сегодня другой, немножечко, но всё же другой. А ответ был прост, и, зная его, Лидия была бы приятно удивлена.

Чернов сравнивал худосочную неумелую Светлану с полной жизни и страсти Лидией. И ему всё больше и больше хотелось её тела, её губ и её ласк. Она проводила сосками по его губам, и у него вспыхивал жар в крови, касалась губами его самых сокровенных мест, и он снова был готов любить её хоть до утра. Уже глубокой ночью, ослабленные и довольные друг другом, они выкурили по сигарете и забылись сном до утра.

   Лидия ещё спала, когда Вадим уходил от неё. Она проснулась от звука отъезжающей машины и увидела на подушке подарок: в красивом футляре лежали темные очки в золотой оправе, именно такие, о которых она мечтала всё лето. Она вскочила, примерила их перед зеркалом. Очки ей шли. Вадим знал, что ей к лицу и ни разу не ошибся в своих подарках. Она пожалела только о том, что лето уже прошло. Но потом решила:

– Всё равно надену, ещё будут солнечные дни в бабье лето!

                В бабье лето должна была состояться и свадьба Светланы. И Света тоже надеялась на хорошие солнечные дни бабьего лета.

 Не повезло Лидии, ей так и не пришлось похвастаться подарком Вадима, ни одного солнечного дня не было в это бабье лето. Не повезло и Светлане, её свадьба состоялась в непогоду, слякоть, с неба сыпал мелкий и какой-то колючий  холодный дождь.

– Ну прямо несчастье какое-то, моросит и моросит, – надевая свадебный наряд говорила девушка.

       Она ещё не знала, что это самое маленькое несчастье в их совместной жизни с Вадимом.

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Старики заранее переехали в однокомнатную квартиру. Всё было так, как предсказала Галина Михайловна. Ради своей любимой внучки они пошли на всё, что предложил им Вадим. Теперь на свадьбе они сидели растерянные и забытые. Всё было не так как они себе представляли. Это пугало и тревожило, но видя счастливое лицо внучки молчали, понимая, что изменить что-то не в силах. Ушли они рано, пожелали молодым любви и счастья. Постепенно гости расходились… Светлана всё чаще поглядывала на Вадима, но он как-то отчуждённо смотрел в сторону. Очень часто переговаривался со своей матерью. Потом неожиданно взял начатую бутылку виски и через горло выпил её до дна. Светлана ахнула, а свекровь улыбнулась понимающе: – Волнуется жених, это бывает… Подхватив сразу отяжелевшего Вадима, она подозвала одного из его друзей и сказала: – Отвези сына ко мне домой, молодая жена ещё не умеет за ним ухаживать, я буду волноваться, – и обернулась к Светлане с лицемерной улыбкой. – Не обижайся, милочка, он сейчас ни на что не способен. Последние гости разъехались. Свекровь выпроваживала их на правах хозяйки и приглашала на второй день в ресторан «Центральный» для продолжения торжества. Последней уехала она сама с водителем Вадима. Уже одетая, перед выходом из дома, она сказала: – Ложись спать, милочка. Завтра я пришлю женщин, они всё уберут, вымоют, не утруждай себя, ты теперь жена богатого человека. Светлана поморщилась, она выражение «милочка» уже не могла слышать. За целый вечер это лицемерное обращение свекрови весьма надоело и раздражало. Между тем на улице хлопнула дверца, машина отъехала. И в доме наступила тишина. Светлана стояла в свадебном наряде посередине комнаты, ещё до конца не поняв, что произошло. Потом, почти автоматически походила по комнатам, поправила цветы в вазах, аккуратно сняла свадебное платье и уложила его в картонную коробку. Затем пошла в спальню и легла. Всю ночь она лежала, глядя в потолок. В голове не было никаких мыслей, она потеряла счёт времени. Очнулась, когда пришли женщины убирать и мыть посуду. Светлана вышла из спальни, женщины обернулись на неё и смотрели как-то странно. Потом одна из них всплеснула руками и бросилась к ней. – Голубушка, да на тебе лица нет! Как же так? Надо же готовиться на второй день. Светлана была безучастна ко всему происходящему, лицо её было воскового оттенка, поблекли даже глаза. Женщины засуетились, забегали, нашли её розовый костюм, приготовленный на второй день, уложили ей волосы, подкрасили и подрумянили на свой вкус. Светино лицо стало похоже на все накрашенные лица, исчезла индивидуальность и трогательность, только ей присущий трепетный и ласковый взгляд. Он потух, как потухли надежды на счастье. Свекровь заехала за ней на машине Вадима, водитель довёл Светлану до автомобиля, помог устроиться. Чисто автоматически она отметила, что ОН за ней даже не приехал. Веселье в ресторане было в самом разгаре. Вадим увидел Светлану, её нарумяненное лицо и поморщился. Жену усадили рядом с мужем, никто не обращал на неё внимания, и она была рада этому. А ещё была рада, что её любимые бабушка и дед не приехали на второй день и не видели её унижения. Отвез её домой уже один водитель. Вадим объяснил, что ему надо улетать на Кипр, он будет там две недели, этого требуют безотлагательные дела. И ещё он сказал, что за эти дни во двор будут завозить стройматериалы. Он будет строить для них большой дом. Светлана всё выслушала молча, она ещё была в каком-то шоке и никак не могла из этого состояния выйти. Дома было всё прибрано, чистота и порядок. И Светлана обрадовалась: всё как было раньше! Просто ничего не было. Не было! Жить она теперь станет с этой мыслью. Нельзя только об этом говорить дедушке и бабушке. Завтра она поедет к ним в гости и расскажет, что счастлива. Но им не повезло: прямо на второй день свадьбы мужу пришлось уехать в командировку. Утром Света привела себя в обычный вид, оделась по- праздничному, собрала все свои силы и отправилась в гости к родным, набрав полную сумку снеди из холодильника. Всё прошло благополучно. Борис Николаевич, хоть и хмурился, но отошёл сердцем. Мария Антоновна расплакалась. – Ну что ж, деточка, мы вмешиваться не будем. Вам жизнь жить, мы свою прожили. А пока его нет, я к тебе наведываться буду. Светлана по дороге домой зашла в магазин, купила мужские домашние тапочки, пару галстуков, мужскую пижаму и разложила всё это в доме на видных местах. Старики не должны знать, что их внучка брошена и Вадиму она не нужна, ему нужен был их участок. Это Светлана поняла, когда на второй день свадьбы увидела поздравляющих друг друга Вадима и Александра. Она сразу вспомнила разговор деда с Александром в саду и до неё дошёл смысл его оскорбительной реплики: – Это надо ещё найти, от кого рожать такой красавице. Сказка кончилась, пелена с глаз упала. Теперь нужно было делать вид, что у неё всё хорошо, чтобы не расстраивать вырастивших её деда и бабушку. – Родные, любимые, простите меня, – шептала она по ночам. – Хоть бы мне хватило сил вынести всё это и не насторожить вас. Она знала, что испытания её только начинаются. Теперь всё будет делаться для того, чтобы она сбежала из дому к своим старикам, а Вадим, сделав вид, что брак распался по её вине, завладеет участком. Борьба предстояла жестокая и неравная, в этой битве ей была отведена роль жертвы. Теперь всё для Светланы стало очевидным. – Что жаловаться на судьбу, если сама как кроик полезла в пасть к удаву, – думала Светлана, глядя в окно. На участок одна за одной подъезжали машины с кирпичом, плитами, песком. Всё сваливалось на грядки клубники, кусты смородины, заваливались тропинки и дорожки, протоптанные ни одним поколением семьи Переверзевых. Боль, возникшая в груди при виде всего этого уже больше не уходила. И Светлана старалась редко смотреть в окно. Она сама отомкнула боковую калитку, выходящую на другую улицу, выложила к ней дорожку привезённым кирпичом и перестала появляться в той части двора, где под руководством Александра рыли котлован для будущего особняка. Дважды её приходила проведывать Мария Антоновна, надолго не задерживалась. Очень удивлялась, что у них в холодильнике почти нет продуктов. На что Светлана, притворяясь беззаботной, отвечала: -Мы редко обедаем дома, только иногда ужинаем. -А где же вы обедаете? -В ресторане или у друзей. Мария Антоновна покачала головой, пожурила, что деньги бросают на ветер. Сказала, что часто приходить не сможет, а внучка пусть сама приходит почаще. Дед расхворался а ходить сюда наотрез отказывается. Светлана обещала и заходила к ним один раз в неделю, чаще не могла. Ведь с пустыми руками не придёшь, а зарплаты самой еле хватало. Свекровь предупредила, чтобы рассчитывала на свои деньги, все средства Вадима будут уходить на строительство. – Может даже кредит придётся брать в банке,– притворно вздыхала она, – а там проценты грабительские. Да ты и сама знаешь. Грамотная. Светлана молча отреагировала на такое известие. Она и не собиралась просить у них деньги. Вадим приехал, но во дворе не показывался. После свадьбы она его так и не видела. Самое страшное было в этой истории то, что она не могла выкинуть его из сердца. И страдала от этого ещё сильнее. По ночам, лёжа в постели, она вспоминала его голос, его ласковые руки, горячие губы и не хотелось верить, что это было притворством. Представляла себе, как бы он вёл себя в первую брачную ночь, как он был бы рад быть у неё первым. Она любила Вадима того, хорошего, которого знала до свадьбы. Пусть он был не настоящим, но он был, были её чувства. Не было только свадьбы. Просто он ушёл, а любить она от этого его не перестала. Так ей было легче думать и жить. Иногда она ругала себя, говорила сама себе, что это какая- то патология. Потом убеждала, что так бывает. Ведь даже злодеев любят… Всё перепуталось в её голове, в душе. Она жила сейчас сердцем. А сердце верило и болело, надеялось и ждало. Ум говорил одно, а сердце другое. Единственное успокоение она находила в своих учениках, она успела полюбить свою работу. Да ещё в том, что в своём старом доме создавала свой мир. Своими руками творила картины и панно из обрезков кожи, из сухих листьев, цветов и другого подручного материала. Так комнату за комнатой она преображала своё жилье. Доставала с чердака старинные подсвечники, шкатулки ручной работы, приводила их в порядок, раскладывала в них бабушкины и прабабушкины украшения.

Глава 5

На работу Светлана старалась одеваться элегантно, у неё было совсем немного вещей, но она умела дополнить одежду красивым шарфиком, бижутерией, накидками, сшитыми из панбархатных платьев Марии Антоновны. Не зная ничего о её жизни сотрудники завидовали ей. По возможности злословили, особенно женщины. И однажды Светлана услышала: – А видно муженёк ей дорогих украшений не дарит. Лидия-то, его любовница вся в перстнях, да в золоте ходит, каждый день драгоценности меняет, а у жены дешёвые побрякушки. Так Светлана узнала о Лидии и страдания её стали сильнее. К ним прибавилась ревность. В разгорячённом мозгу рождались картины любовных свиданий Вадима и этой неизвестной Лидии и становилось обидно до дурноты. И снова она ругала себя и говорила: – Ну кого я ревную? Он же не принадлежит мне. Он мне чужой и я ему чужая. Одно название – муж и жена.

Но легче от этого не становилось. А жить было нужно, да так, чтобы злые языки замолкли, а сплетни застревали во рту любительниц обсудить чужие проблемы. И Светлана достала украшения прабабушки Веры Александровны. «Бывшей», как назвал её Вадим. Осталось от них немного. В трудные годы войны и разрухи многое было продано. Но даже то, что осталось представляло собой большую ценность. Светлана, открыв шкатулку, стала рассматривать прекрасные вещицы. Нитка жемчужного ожерелья сказочно блестела на чёрном бархате коробочки, кольцо тончайшей работы ювелира прошлого века, перстень с изумрудом, обрамлённый в золото и платиновое колечко,– вот и всё, что осталось от счастливой прабабки несчастливой внучке Светлане. Бабушка Мария Антоновна жила в другое время и имела обычную цепочку с кулоном, золотые часы, колечко с искусственным рубином, серьги с таким же камнем. Рассматривая всё это, девушка решила, что она сказочно богата. Ведь такого не было ни у кого из женщин её окружения. – Настало время показать кумушкам, что я жена богатого человека, – вспомнила она с горечью выражение свекрови. Случай представился на новогоднем празднике, который было решено отметить в коллективе школы-гимназии. Светлана решила надеть студенческое выпускное платье из велюра цвета морской волны, а к нему золотую цепочку с крестиком и серьги, которые подарил ей дедушка на 18-летие. Простые золотые бусинки хорошо смотрелись в её маленьких ушах. К платью прекрасно подошёл перстень с изумрудом. Примерив всё это, Света осталась довольна. На её вкус она надела бы что-то одно, но нужно было поразить воображение сотрудниц, и она собралась сделать это с размахом. Одеваясь на новогодний вечер, она долго и тщательно укладывала волосы, создавая впечатление, что её причёсывал лучший парикмахер города. Но поняла, что умения у неё на это не хватит. Поэтому решила сделать обычную свою причёску, чуть-чуть подняв выше узел на затылке. Накрутила завитки по сторонам лица и несколько локонов на шее. Глаза и ресницы подкрасила очень искусно. Ей самой созданный образ понравился. Но отступив немного от зеркала, она критически оглядела себя и увидела привлекательную молодую особу с несчастным лицом. Света решила, что надо чаще улыбаться, чтобы никто не заметил, что на самом деле творится в её душе. Так как она уже опаздывала, а прийти пешком было неудобно, она по телефону вызвала такси. Назвала адрес и, когда уже положила трубку, поняла, что забыла предупредить, чтобы машина подошла к боковой калитке. Попробовала исправить положение, но дозвониться не смогла. Такси подрулило к главному входу, туда, где работали люди на строительстве, и как назло сегодня здесь же околачивалась свекровь. Светлана решила обойти через боковую калитку, чтобы её не увидели. Но зоркие глаза Галины Михайловны заметили невестку, когда та садилась в машину. Свекровь отметила про себя неброскую крастоту девушки, увидела подкрашенные глаза, высокую причёску под лёгким шарфом и прочие детали, которые подсказали ей, что брошенная жена сына отправляется на гулянку. – Ага, птичка вылетела из клетки, на этом можно построить какую-нибудь интрижку, – решила она.– И в этом мне может помочь Лидия. Галина Михайловна хорошо знала Лидию. Она понимала , что сын только развлекается с ней. Презирала как всех продажных женщин, но выбрала именно её в помощницы для осуществления задуманного плана. Немедленно пригласила Лидию к себе на обед по телефону. Женщина была несколько ошарашена и польщена приглашением. Терялась в догадках, зачем Галина Михайловна, зная о её прошлом, старается с ней сблизиться? Разволнованная и неуверенная правильно ли она поступает, Лидия все же в точно назначенное время позвонила в квартиру Галины Михайловны. Та, открывая ей дверь с притворной улыбкой на лице говорила: – Здравствуй, здравствуй, милочка, вот и свиделись мы с тобой. Скажи честно, не ожидала, что я тебя приглашу? – Нет,– честно призналась Лидия. – Но что не сделаешь ради счастья собственного сына. Сегодня мы с тобой выпьем и поговорим обо всём. Ты ведь тоже не хочешь, чтобы его брак с этой плебейкой продолжался долго. Чем быстрее он от неё отделается, тем тебе же лучше. Больше внимания будешь получать от Вадима. – Я и так не жалуюсь на недостаток вниамания, он о жене и не вспоминает, говорит и не живёт с ней вовсе,– отвечала Лидия, всё ещё не понимая, к чему клонит мать Вадима. – Может это пока и так, но вижу я, что всё скоро перемениться может,– стращала Галина Михайловна. – Ты давно Светлану-то видела? – Нужна она мне больно, чтобы я за ней следила,– надула губы Лидия. – То-то я и смотрю, ты очень спокойная. А зря. Она расцветает потихонечку. Вадим уже приглядываться к ней стал, смекаешь о чём я говорю?, – врала напропалую Галина Михайловна, – Не хватало, чтобы жить ещё с ней начал, да детей нарожал. Что тогда тебе и мне достанется, да и об Алексее душа болит. Приедет из-за границы, надо ему на собственные ноги становиться. Без Вадимовой поддержки не получится. А какая брату помощь будет, если своя семья появится? Короче ни тебе, ни мне не выгодно, чтобы этот брак долго продолжался. – А что мы сможем сделать?– спросила Лидия. – Я-то – ничего, я старая, а ты сможешь. – Это каким же образом? – Связи прошлые остались с барыгами разными. Вот и подговори их, заплати, пусть с ней поиграются. Вадим такого ей в жизни не простит. Я его хорошо знаю. Да и момент настал, раньше никак нельзя было, сидела в своей келье как монашка. А вчера в такси укатила, разнарядилась. Лицо как у кинозвезды, холёное и ухоженное. Вот я и позвала тебя. Ты – баба битая, пошевели мозгами и что-нибудь придумаешь. Лидия сидела задумавшись, и только представила, что Вадим будет ласкать Светлану также, как и её, ревность мгновенно затмила разум. План вырисовался моментально и она зловеще улыбнулась. Галину Михайловну напугала эта злоба и она предупредила: – Только без трупов, а не то тюрьма и тебе, и Вадиму. – Ну что Вы, Галина Михайловна, я с ней по-другому, так, чтобы удовольствие испытала. Галина Михайловна удовлетворённо подумала: «Всё поняла, стерва, только бы меня не продала». Вслух сказала: – Смотри, я в деле не участница. Откажусь, да и Вадим тебе не поверит, он мне доверяет. – Потом предложила, – Пойдём выпьем. Открыли бутылку коньяку, выпили почти всю, но разговор больше не клеился. Лидия поднялась и стала прощаться. Проводив её за дверь, Галина Михайловна сплюнула и сказала: – Шлюха она и есть шлюха: для грязных утех и для грязных дел.

Глава 6

Удовлетворённая сделанным, Галина Михайловна прилегла на диван, включила телевизор. Она очень любила смотреть сентиментальные телесериалы. Иногда сильно расстраивалась и даже плакала, сочувствуя чьей-то незадачливой женской доле и горькой судьбе очередной героини сериала. А Светлана веселилась на празднике, оказалось, что никаких особых усилий прилагать не надо. Уставшей от печали душе хотелось немного тепла и радости. Ошарашенные её видом сотрудники говорили ей комплименты, мужчины бросали на неё заинтересованные взгляды. Это было приятно и она стала вести себя естественно, без напряжения и оглядки. И даже задуманная цель поразить воображения осуществилась. Преподаватель истории искусств, только что введённой программы в школе-гимназии, оказался знатоком ювелирных украшений. Он-то и обратил внимание всех на перстень с изумрудом. – А вы знаете, господа, какое редкостное украшение на этой очаровательной ручке. Это прошлый век, по-моему я даже знаю имя ювелира, сотворившего это чудо. Он делал драгоценности для великосветских дам и никогда не повторялся. Этому перстню сегодня нет цены. Вот это подарок сделал Вам муж, Светлана Петровна. Хорошо, что все вокруг загалдели и Светлане не пришлось ничего комментировать. Она была не готова к такому повороту событий. Хотя это было кстати. Теперь никто не скажет, что Вадим не дарит ей дорогих украшений. Веселье продолжалось до самого утра. Утром все разъехались по домам, подвезли и Светлану. До обеда следующего дня она проспала, потом поехала к своим старикам. Привезла им мандарины, яблоки, помогла приготовить обед и сама пообедала с ними. Борис Николаевич прибаливал, но храбрился и даже выпил немного ради праздника. Они хорошо по семейному посидели и только к вечеру Светлана засобиралась домой. Так не хотела она покидать своих родных, что еле сдерживалась, чтобы не разрыдаться. Она знала, что придёт в пустой дом и будет там одна все праздничные дни. Она не ходила ни к кому из своих знакомых, потому что все любили задавать много вопросов, а складно врать она не умела. Светлана потихоньку шла по улице и думала, как хорошо бы иметь дома какую-нибудь живую душу. Хотелось, чтобы кто-то её ждал, нуждался в ней. Она решила, что завтра пойдёт на рынок и купит себе щенка маленькой породы. Она его вырастит и будет у неё свой любимый и преданный друг. С мыслями о завтрашнем дне, она не спеша дошла домой. Разделась, уютно устроилась у телевизора и долго смотрела новогоднюю программу. На следующий день она пришла на рынок, ходила, ничего не спрашивая. Рассматривала щенят, все они были такие милые и славные, что казалось, что она никому не сможет отдать предпочтение. Потом все же остановилась у коробки, закутанной в тёплый пуховый платок, откуда выглядывали черненькие мордашки с печальными выпуклыми глазами, с пуговками вместо носа и большими стоячими ушами. Щенята были похожи на летучих мышей. И Света рассмеялась. Улыбнулась и хозяйка. – Что, нравятся? – спросила она. – Очень. Какая это порода? – Французские бульдоги. Есть мальчик, есть девочки. Светлана протянула руку за самым маленьким и испуганным щенком. Но хозяйка остановила её. – Этот у нас слабенький, без умелого ухода не выживет, покупайте лучше девочку, они покрепче. Но Светлана вдруг почувствовала, что этот щенок нуждается в ней, у неё защемила сердце, на глазах выступили слёзы Она осторожно вытащила щенка из коробки, прижала к своему лицу и слёзы покатились градом. Другой рукой, торопясь, она стала расстёгивать сумку и достала деньги. – Сколько, – спросила она у хозяйки. Женщина неуверенно качала головой, её глаза тоже увлажнились. Потом она взяла у Светланы кошелёк, высыпала на ладонь себе мелочь, вернула кошелёк Светлане, не взяв из неё ни одной купюры. Погладила щенка и сказала: – Ну вот и ты нашёл себе мамку. А мелочь… Это так положено, чтобы выжил. Достала из коробки обрывок старого детского одеяла, завернула крохотного щенка и дала записанный на бумаге адрес и телефон. Коротко сказала: – Звоните, всегда поможем. Домой Светлана почти бежала, боялась, что живой комочек застынет, укрывала его на груди и радовалась, что решилась приобрести собаку. Дома утроила щенка в картонную коробку с тёплой подстилкой. И приготовила ему кашу из детских смесей. Наевшись, щенок уснул, а она сидела над коробкой и с умилением смотрела на это чудо. Просыпалась ночью, подходила к щенку и думала, как же она раньше жила без него. – Буля, Буленька,– тихонько приговаривала она над ним,– как же славно мы с тобой заживём. Когда закончились зимние каникулы, щенок уже настолько освоился, что его спокойно можно было оставлять дома. Он знал, где стоит миска с едой, где его туалет. И вообще был очень сообразительным. Она купила ему игрушек, по вечерам играла с ним, укладывала спать, даже песенки ему пела. Света знала, что нарушает все правила собачьего воспитания, но не могла иначе. Джимми, так она назвала бульку, был для неё не просто будущей собакой. Это был её маленький ребёнок, её утеха и радость. Так они дожили до весны. Щенок носился по дому и веранде, а во двор она выводила его на поводке и не отпускала, боялась, чтоб не зашибли ненароком строители. Дом уже стоял, была накрыта крыша, велись и внутренние работы. Всё делалось с претензией на роскошь. Александр и свекровь часто появлялись на участке. Бывал здесь и Вадим, но Светлана сразу уходила в дом, да и он не обращал на неё никакого внимания. Но спокойствия у девушки не было и дома, когда во дворе был Вадим. Она ничего не могла с собой поделать и украдкой наблюдала за ним из окна. Видела,как размашисто он ходит по участку, слышала как отчитывал за небрежность строителей, смотрела как долго курил, стоя возле дома и лицо его было всегда озабоченным.

После таких тайных подглядываний, она целую неделю не могла успокоиться, не стесняясь слёз плакала, а щенок слизывал с её щек горькие слёзы. Даже он понимал, как плохо было Светлане. В конце лета дом был готов полностью. Стелили во дворе асфальт, делали площадку перед воротами для стоянки машин. У Вадима появился новый автомобиль «Мерседес».

Глава 7

В один из августовских вечеров Вадим приехал вместе с матерью и молодым парнем. Они вошли в дом, долго не выходили оттуда. Потом Вадим вышел из особняка и направился в сторону её домика. Света как всегда наблюдала за мужем из-за занавески. Сердце у неё билось испуганно и гулко, ноги от волнения приросли к полу. Она не успела отойти от окна, а он уже стоял в дверях зала. – Что подглядываешь?, – насмешливо спросил муж. Светлана ничего не ответила, а Вадим продолжал.– Брат приехал. С тобой желает познакомиться. Для него ты моя жена, он ничего не должен знать о наших отношениях, вернее о том, что их нет. Алёшка у нас романтик, может и не понять моих поступков. Но для меня дороже его нет никого. Поэтому советую даже вида не подавать и обманутую из себя не корчить. Светлана не выдержала, впервые за всё время она разрыдалась, закрыв лицо руками. Но даже через плотно сжатые пальцы слёзы капали как дождь. Тело её сотрясалось, несчастная женщина почувствовала, что ноги не держат её и, потихоньку сползая по стене, села на пол. Муж не подошёл поддержать её, он не сделал и шага от порога. Глядя на неё с недовольством, сказал: – Так, сегодня знакомство отменяется, скажу, что плохо себя чувствуешь. Но помни: новоселье будет в воскресенье, чтобы была в форме при гостях и брате. Начало в четыре дня, но ты придёшь раньше. Да, купи себе что-нибудь приличное. Придут богатые люди, не хочу, чтобы меня осудили. Он бросил на пол пачку долларовых купюр. И видя, что она не в силах понять всё, что от неё хотят, добавил. – Что сейчас не поняла, мать пришлю – объяснит. Постарайся не выводить меня из себя. А то тебе нынешняя жизнь раем покажется по сравнению с той, какую я тебе устрою, если ошибёшься. Слова прозвучали грозно и нешуточно. Светлану била истерика, но Вадим уже потерял всякий к ней интерес и вышел за порог. За закрытой кухонной дверью лаял и стонал как человек маленький бульдог. Он чувствовал: там в комнате обижают его хозяйку и ей нужна помощь. Светлана потихоньку встала, села в кресло, потому что ей нелегко было стоять, хотела пойти и выпить успокаивающих таблеток, но не могла сделать и шага. Свекровь влетела в комнату вихрем. Света вздрогнула и вжалась в кресло. – Это же надо, деньги разбросал. Да что она себе купить-то сможет?! Я сама всё куплю!,– собирая доллары, кричала свекровь. Убежала она также быстро, как и появилась. А Светлана неожиданно успокоилась и даже улыбнулась. Было жалко и смешно смотреть, как Галина Михайловна хватала с пола зелёные бумажки и даже заглядывала под шкаф. Не дай Бог, хоть одна потеряется. – Что же, – сказала Света вслух,– на новоселье я буду. Усложнять себе жизнь не хочу. Она выпустила из кухни бульдога, щенок, увидев хозяйку в нормальном состоянии, радостно запрыгал, схватил мячик и стал гонять его по дому. А Светлана открыла шифоньер, достала чёрное бархатное платье матери, прижалась к нему лицом, приговаривая: – Милая, любимая мамочка, я совсем не помню тебя и папу. Мне было только два года, когда вас не стало. Если бы вы были живы, моя судьба сложилась бы иначе. Я это знаю. Она надела платье и посмотрела на себя в зеркало. Платье ей было впору, облегающее, подчёркивающее фигуру, оно замечательно шло Светлане. Только воротник был старомодным, да и длину такую теперь не носили. – Два вечера работы и платье будет как из журнала мод, а замшевые туфли-лодочки у меня есть,– заключила Света. Следующие вечера она занималась платьем. Длину сделала чуть выше колена, с небольшими вырезами над коленками. Отпорола воротник, перешила лиф, сделала небольшие тонкие бретельки. Вырез сделала таким, что немного была видна ложбинка между грудей. Получилось маленькое чёрное и очень элегантное платье из натурального тонкого бархата. Светлана знала, что в сочетании с её светлой кожей, пепельными волосами и жемчужным ожерельем прабабушки, наряд будет смотреться великолепно. Примерила и замшевые туфли с застёжками в виде позолоченных булавок и осталась довольна. Всё было так, как она и хотела. Свекровь привезла купленную одежду в субботу. Это было синее платье из натурального шёлка, синие кожаные туфли и комплект украшений из бирюзы. – Неплохо,– сказала Света,– пусть будет. Пригодится. В воскресенье Светлане предстояло заняться собой. Она решила пойти в салон красоты. До этого она никогда не бывала в салонах и шла сюда с опаской. Боялась, что её раскрасят здесь так, что ей не понравится, а исправить всё не хватит времени. В салоне была очередь и она хотела уйти, но её заметили, и представительная дама поспешила ей навстречу. – Проходите, проходите, Светлана Петровна. Ваш мастер скоро освободится. – Но я… – Не надо объяснений. У вашей семьи есть свой мастер и она Вас сейчас примет. Светлана прошла в уютный кабинет, где от запахов кружилась голова, а от фотографий было пёстро в глазах. К ней подошла полная миловидная женщина и спросила: – Что бы Вы хотели усовершенствовать в своей внешности. – Я не знаю, я первый раз, – растерялась Света. Женщина кивнула и начала свою работу. Казалось, что она и не делает ничего, только слегка касается то кисточкой, то какими-то щеточками. Но когда она закончила свою работу, Светлана замерла и некоторое время сидела просто очарованная. Из зеркала на неё смотрела красивая женщина. «Вот я какая, оказывается»,– она широко улыбнулась женщине и полезла в сумочку за деньгами. Мастер остановила её. – Что вы, мне достаточно платит Ваш муж. Когда Светлана вышла из кабинета, к ней опять подошла представительная женщина и сказала: – За Вами прислали машину. – Но я никому не сказала куда я пошла,– удивилась Света. – Я так и поняла. Вам же нельзя идти по улице или ехать в душном автобусе, поэтому я позвонила вашему мужу, и он прислал машину. Света поперхнулась от неожиданности, но дама взяла её за руку и повела к автомобилю, водитель услужливо открыл дверцу. Она села на заднее сиденье, и машина плавно тронулась с места. Удивлённая неожиданным вниманием со стороны мужа, Светлана всё же не решилась зайти в особняк с главного входа. Попросила водителя подъехать к боковой калитке. Зашла к себе домой, приготовила лёгкий обед, покормила Джимми. Потом подошла к бару и выпила немного венгерского вина «Кокур». Любимое вино всегда поднимало ей настроение, а оно ей было необходимо сегодня. Время настало: Светлана надела колготки почти совсем незаметные на её слегка загорелых ногах, потом платье. Делала всё осторожно, чтобы не повредить причёску, застегнула жемчужное ожерелье, обула туфли и пошла в бывшую спальню бабушки и дедушки. Там на стене висели портреты всех её предков. Она опустилась перед портретами на колени и зашептала как молитву. – Родные мои, я стою перед вами последняя из рода Переверзевых и прошу вас о помощи. Если судьбе угодно, чтобы я была несчастлива, то я молю оградить меня от еще больших бед и унижений, что выпали на мою долю. А если вы можете и хотите моего счастья, то пусть сегодня мне будет знак о том, что моя жизнь изменится, и тогда я буду жить надеждой.