# Черные георгины

Ребекка Дзанетти

ПРОДОЛЖЕНИЕ БЕСТСЕЛЛЕРА «ОДИННАДЦАТЬ ПОДСНЕЖНИКОВ».

ОТ АВТОРА БЕСТСЕЛЛЕРОВ NEW YORK TIMES, AMAZON, USA TODAY, PUBLISHERS WEEKLY.

Агент ФБР Лорел Сноу – гениальный профайлер, специалист по аномальной психике, нейробиологии, теории игр, биоинформатике и обработке данных.

РИТУАЛ ЭТОГО МАНЬЯКА НЕ ТОЛЬКО ОЧЕНЬ ЖЕСТОК, НО И КРАЙНЕ ЗАГАДОЧЕН…

Его первая жертва, психиатр Шарлин Рокс, попыталась спрятаться в уединенной хижине. Безуспешно. Она задушена, лицо разбито до неузнаваемости, кисти рук отрублены, а вокруг разбросаны цветы – ЧЕРНЫЕ ГЕОРГИНЫ, СИМВОЛ ПРЕДАТЕЛЬСТВА.

Профайлер ФБР Лорел Сноу должна разгадать, какое предательство имеет в виду убийца. Точнее, серийный убийца. Потому что двор сводной сестры Лорен тоже оказался усеян черными георгинами. А это значит, что преступник уже выбрал новую цель. Что же объединяет первую жертву и намеченную? Неужели докторская степень в области психических патологий? Но в таком случае

ПОД ПРОФИЛЬ ЖЕРТВЫ ПОДХОДИТ И САМА ПРОФАЙЛЕР…

«Дзанетти – просто мастер». – Kirkus Reviews

«Насыщенный роман, полный действия и интриги… Дзанетти ловко соединяет увлекательный сюжет, динамичное повествование и глубокую проработку персонажей». – Publishers Weekly

«Дзанетти мастерски создает напряженную атмосферу. Будьте готовы, вам захочется читать всю ночь!» – Кристин Фихан

Rebecca Zanetti

You Can Hide


© 2022 by Rebecca Zanetti

© Самуйлов С. Н., перевод на русский язык, 2024

© Издание на русском языке, оформление. ООО «Издательство Эксмо», 2024

* * *

Эта книга посвящается преподавателям английского языка и писательского мастерства.

Мне посчастливилось учиться у них на протяжении многих лет, и хотя я забыла многие имена, эти по-прежнему со мной: доктор Кен Уотерс, научивший меня доверять своим инстинктам, когда дело доходит до письма; Эйлин Бибер, научившая структурировать произведения; Майк Рускович, научивший давать волю воображению при написании текстов; Ардис Пламли, научившая останавливаться и наслаждаться творческим процессом; мисс Райт, научившая составлять схемы предложений и понимать важность этого.

Спасибо, что делитесь своей любовью к чтению и письму.

## Благодарности

Спасибо Тони Дзанетти за терпение, юмор и магическую способность отыскивать в доме утерянные бумажки с моими идеями для книг. Спасибо Гейбу Дзанетти за своевременные звонки – ровно в то время, когда мне нужен синоним слова «зеленый», – а также Карлине Дзанетти за ее креативность и вдохновляющие истории.

Спасибо моему агенту Кейтлин Блэсделл за четкое понимание того, что именно нужно добавить в повествование, чтобы оно засияло, и за помощь в перекройке моего режима после операции на руке. Спасибо за разговоры в моменты стресса и кучу организационных и творческих идей.

Спасибо редактору Алисии Кондон за тонкое чувство градуса, которым должен обладать триллер, за понимание и за активную работу по планированию моих серий в период, когда я восстанавливалась после операции.

Спасибо остальным членам «Кенсингтонской банды»: Александре Николайсен, Стивену Захариусу, Адаму Захариусу, Россу Плоткину, Линн Калли, Виде Энгстранд, Джейн Наттер, Лорен Джерниган, Кимберли Ричардсон и Ребекке Кремониз.

Особое спасибо Пэм Джоплин за совершенно феноменальную вычитку.

Спасибо моей помощнице и эксперту по социальным сетям Аниссе Битти, которая то и дело шлет в ночи сообщения с прекрасными идеями и всегда готова хорошенько подурачиться.

Спасибо Линне Физел, Мэдисон Фэрбэнкс, Джули Элкин и Кейти Нильсен за дружбу, поддержку и потрясающие тусовки «Смутьянок» по «Зуму». Вы и понятия не имеете, насколько люблю я наше общение онлайн.

Спасибо участницам «Смутьянок» Джессике Моббс, Хэзер Фрост, Кимберли Фрост, Мэдисон Фэрбэнкс, Сьюзи Зьюбер, Асмаа Наде Кайюм, Аманде Ларсен, Карен Клементи и Карен Фишер за помощь с этой книгой.

И спасибо моей постоянной «опорной системе»: Гейл и Джиму Инглиш, Кэти и Хербу Дзанетти, Дебби и Трэвису Смит, Стефани и Дону Уэст, Джессике и Джоне Намсон, Стиву и Лиз Берри, Джиллиан и Бенджи Стейн и всей семье Йонкер.

## Пролог

Поздний январь еще показывал острые зубы, но он не чувствовал морозных укусов, хотя и провалился в густой снег по колено. Волнительный трепет предвкушения разливался по венам жаром первой любви. Нет, женщина в затерянном в лесу домишке не была ни его любовью, ни его первой – сейчас она была целью. Несколько последних недель он не спускал с нее глаз и теперь больше не мог ждать. Не мог довольствоваться мечтами. Внутри него бушевала ярость, и он знал, как ее унять. Сейчас такая возможность появилась, и все стало ясно как день. Путь был указан, и теперь, зная цель, он снова обрел цельность, стал самим собой.

Холодный ветер нашептывал песнь другой сирены, той, которой он уже оставил свою визитную карточку, что означало начало нового проекта. Вообще-то ему нравилось заниматься двумя проектами одновременно, но под этим пришла пора подвести черту.

Она обманула его, лишив того, в чем он нуждался, и теперь ей придется заплатить за это. Она предала его, перечеркнула ту жизнь, которая могла бы быть у них. Улизнула и даже не попрощалась. Укрылась в глуши – неужели думала, что сможет спрятаться от него? Избежать тех ролей, которые они оба должны сыграть? Те подарки, которыми планировал осыпать ее, они не значили для нее ничего. А ведь ей бы следовало знать, что у него есть на нее планы.

Он не значил для нее ничего.

Он нашел ее убежище, а потом немного поиграл. Оставил знаки – странные, непонятные, пугающие. Чтобы охнула, растерялась, а потом все же убедила себя, что ей померещилось. Он умнее, и ей бы стоило понять это и признать. И не только умнее, но и могущественнее.

Жизнь – это власть, не так ли? Он усвоил этот урок на собственном горьком опыте.

Тьма нависла над горами тяжелым небом, ветер хлестал деревья. Снег пригибал ветви, заносил сковавший ручей лед. Его женщина – а сейчас она была его женщиной – появлялась обычно в это время и пробиралась между камней к своему убогому домишке. Однажды ночью он открыл дверь и полил водой петли.

Как она мучилась на следующее утро, пытаясь закрыть ее.

Он наблюдал за ней с удобной позиции на другом берегу ручья, едва не корчась от беззвучного смеха. В конце концов она сдалась и просто сходила в туалет, и ему удалось сделать несколько снимков своим дальнобойным объективом. Воспоминание отдалось напряжением в промежности.

Забавно. Она в самом деле думала, что сможет спрятаться от него. Нет, ума ей не занимать, и найти ее в этой глухомани было бы невозможно, если бы кое-кто заранее не установил маячок на ее машину. Когда она ехала сюда от пустующей в это время года лодочной станции, он уже был у нее на хвосте и легко прошел по следу до вот этого ее убежища.

Он не считал себя богом, но для нее вполне мог им быть.

Взгляд зацепился за топор под карнизом рядом с прикрытой поленницей дров.

То, что надо.

## Глава 1

Кисти рук жертвы были отрублены – скорее всего, топором, оставленным у заледеневшей сосны. Окровавленные обрубки лежали на бревнах, которые убийца, должно быть, использовал в качестве плахи. Разложенные вокруг тела бордовые цветы прекрасно сохранились на морозе; несколько лепестков намертво примерзли к камням на берегу скованной льдом речушки. Яркие пятна на белом снегу выглядели застывшими лужицами замерзшей крови.

Кожа жертвы, полностью обнаженной женщины, приобрела серовато-голубой оттенок; лицо ее было изуродовано до неузнаваемости. Снег вокруг был забрызган кровью. Техническая группа работала все утро, расчищая место преступления так, чтобы не уничтожить возможные следы.

Лорел Сноу скользнула взглядом по скалистому берегу Ведьминого ручья, притока реки Саук в северной части штата Вашингтон. Колючий ледяной снег цеплялся за ее вязаную шапочку и соскальзывал с водонепроницаемых зимних ботинок.

– Крови не так уж много, – пробормотала она, поднимая глаза на агента ФБР Уолтера Смаджена, рассматривающего прислоненный к дереву топор.

– На топоре тоже. – Он выпрямился и повернулся к ней. Его широкие щеки покраснели на морозе, живот нависал над ремнем. – Разбитое лицо, отрубленные кисти. Кто-то определенно не хотел, чтобы ее опознали.

Лорел опустилась на корточки и внимательно изучила темные отметины на шее женщины.

– Странгуляционная борозда – ее задушили. Узнаем больше после вскрытия. – Она посмотрела на волосы жертвы – черные, с седыми корнями трех- или даже четырехнедельной давности. – Должна была записаться к парикмахеру.

– Что ты имеешь в виду? – прохрипел Уолтер.

Лорел выпрямилась.

– Мысли вслух. – В кармане у нее зазвонил телефон, но она не стала отвечать. Телефон зазвонил снова.

– Что это за цветы? – спросил Уолтер.

– А вот это интересно, – сказала Лорел, отворачиваясь от обжигающего щеки ветра. – Думаю, черные георгины.

– Черные? Они же красные. – Уолтер потянул вниз зимнюю куртку, чтобы прикрыть расползшийся над ремнем живот.

– Не красные – бордовые; и называются «Черные георгины», – повторила Лорел. Хотя рядом работали эксперты из криминалистической службы штата, ее вдруг охватило странное ощущение изолированности. Повернувшись, она посмотрела на капитана Монти Бакли, фотографирующего лепестки у берега ручья. – Персональный маяк-локатор уже нашли?

Жертва успела активировать ПМЛ, который и отправил сигнал бедствия через спутник в экстренные службы около полуночи. Вот только из-за метели, утихшей лишь совсем недавно, поисковикам пришлось ждать до рассвета. Вторая поисковая группа обнаружила тело, уже почти скрытое снегом и льдом, за исключением ног, лежащих в воде и небрежно засунутых под кромку льда.

Монти поднял голову. Глаза у него были голубые, а серебристо-седые волосы еще больше побелели после недавнего курса лечения от рака.

– Пока нет. – Капитан огляделся – падающий мягко снег неустанно накрывал землю. – И вряд ли вообще найдем. – Он бросил взгляд на цветы и скорчил гримасу. – И эти красные лепестки. Они что-то символизируют?

– Я думаю, они символизируют предательство, – сказала Лорел, вспоминая книгу, которую читала много лет назад. – Займемся этим чуть позже.

Внушительных размеров мужчина прошел между двумя деревьями, раздвигая ногами снег и оставляя за собой цепочку следов ботинок четырнадцатого размера.

– Гек, – удивилась Лорел. – А ты откуда взялся?

– Монти позвонил. Севернее есть старая тропа, которой пользуется лесная служба, вот я и проехал этим маршрутом на своем снегоходе. Теперь дорожка есть. Тебе надо посмотреть, – сказал Гек Риверс, великан с карими глазами цвета виски, двухдневной щетиной и шляпой, частично прикрывавшей густые черные волосы. Эней, пес карельской медвежьей породы, прыгал вслед за хозяином, виляя хвостом и высунув язык.

Лорел моргнула. Они с Уолтером приехали к ручью от реки Саук на квадроцикле Службы охраны рыбных ресурсов и дикой природы, и она никак не предполагала увидеть Гека Риверса на месте преступления. С тех пор как они работали вместе, прошло больше месяца, и она частенько думала о нем. Где и с кем он провел Рождество? Неужели один в своей хижине в лесу? Сама Лорел почти весь январь пробыла в столичном округе, где работала над другим делом, и в город вернулась всего пару дней назад.

– Ладно, – бесстрастно сказала она и, осторожно переступая через обледенелые камни, направилась к нему. – Ведите, капитан.

Он окинул ее непроницаемым взглядом и повернулся, закрыв широкими плечами проложенную им же тропу.

– Ступай за мной.

Лорел уже успела забыть, какой он высокий, и теперь шагнула поближе, чтобы укрыться за его широкой спиной от пронизывающего ветра. Руки мерзли в резиновых перчатках, но в карманы она их не прятала, стараясь балансировать и не оставлять лишних следов, хотя снег не прекращался и, падая на нее, таял.

Минут десять они шли между сугробов по обе стороны от тропки, обходя кусты и пригибаясь под обледенелыми ветками. У нее уже болели ноги, и ветер пробирал до костей.

Наконец Гек остановился и повернулся вполоборота. В профиль черты его лица казались суровее даже окружавших их гор.

– Посмотри туда – следы жертвы все еще видны на снегу, их прикрывают деревья. Я сфотографировал – через час их уже занесет.

Лорел прищурилась – действительно, за густыми деревьями виднелась цепочка следов. За отпечатками поменьше шли другие, побольше.

– Твои?

– Нет. Мои на ярд в стороне. Я, когда фотографировал, шел параллельно. – Гек сделал знак, и сопровождавший его Эней послушно сел. – Судя по длине шагов, оба, жертва и охотник, бежали и сломали несколько веток. – Он вытянул руку. – Она дважды упала, но поднялась и продолжала бежать.

Лорел могла представить ужас несчастной женщины.

– Откуда она бежала?

– Оттуда. – Гек снова повернулся.

Эней сидел на месте, приподняв одно ухо, как будто хотел задать ей вопрос.

Она не могла погладить его, чтобы не испачкать мехом перчатки, поэтому только улыбнулась.

– Привет, Эней. Скучал по мне?

Ей показалось или плечи Гека действительно слегка напряглись? У них была одна ночь близости и больше ничего. Она думала, что они, возможно, станут друзьями, но потом он исчез. Пес тявкнул, развернулся и запрыгал за хозяином.

Лорел потащилась за ними, осторожно переступив через корень дерева, высунувшийся из-под глубокого снега. Похоже, ветру удалось свалить сосну. За поворотом тропы она остановилась, заметив некое темное строение, почти сливающееся с каменной стеной за ним.

– Невероятно.

Гек кивнул.

– Да. Эта старая лесная хижина уже около десяти лет значится заброшенной согласно данным нашей службы. Никто и не знал, что здесь кто-то бывает.

Сложенный из старых бревен, домишко примыкал к каменной стене. Рассыпавшиеся доски обозначали место, где когда-то было крыльцо. Над ними, на высоте двух футов от земли, виднелась частично занесенная снегом дверь. Справа от хижины, рядом с двумя старыми голубыми елями, стоял, частично прикрытый брезентом, видавший виды внедорожник.

– Брезент приподнимал я, – объяснил Гек. – Проверял, что там под ним.

Лорел огляделась. Снова зазвонил телефон, но она опять проигнорировала звонок.

– Я так понимаю, добраться сюда можно только на внедорожнике.

– Или на снегоходе зимой. – Гек указал на свой черный снегоход с надписью «Служба охраны рыбных ресурсов и дикой природы». – Думаю, кто-нибудь мог бывать здесь в летние месяцы. Я проехал по старой лесной тропе, а вы все ехали вдоль реки, а потом свернули на восток, вдоль ручья.

Нависшая над брезентом ветка с треском обломилась – снег и ветер все же взяли верх над хрупким деревом. Лед и сосновые шишки дождем хлынули на землю, и Лорел вздрогнула от неожиданности.

– Думаешь, убийца или убийцы добрались сюда именно этим путем? Мы по пути никаких следов не заметили.

Гек смахнул со щеки снег.

– Если следы и были, метель уничтожила все, так что мы даже не знаем, каким путем пришел убийца.

Лорел огляделась и невольно поежилась.

– Уединенное место, чтобы спрятаться.

– Спрятаться?

– Да. – Лорел прошла по оставленным Геком следам к двери и, толкнув ее, переступила порог. Внутри хижина представляла собой одну комнату с надувным матрасом, накрытым несколькими одеялами, камином с растопкой в очаге и аккуратно сложенными поленьями рядом с ним. Другую полку занимали банки – лапша, суп, фасоль, овощи и фрукты и даже что-то с индейкой. Картину дополняли галлоновые бутылки с водкой и джином. Имевшихся запасов вполне хватало на месяцы.

Лорел подошла к неубранной кровати, подняла планшет, полистала книги.

– Как…

– Маленький переносной генератор, – объяснил Гек, указывая на единственное окно над кухонной полкой. – Газ неподалеку. Вполне достаточно для электрического нагревателя, электроплиты, зарядки планшета. – Он посмотрел на корзину возле кровати. – Бензина, похоже, хватит еще на месяц.

А ведь еще и январь не закончился.

– То есть ей пришлось бы снова выезжать, а в феврале погода может и не улучшиться. Из чего следует, что она хорошо приготовилась к такой ситуации.

– Может быть, не знала, сколько бензина ей понадобится, – задумчиво заметил Гек. – Там, за канистрами, есть старая пристройка. Чуть дальше место для пустых банок и контейнеров. Все чисто вымыто. Воду, наверное, брала в реке или растапливала снег.

Лишь теперь Лорел заметила стоящий рядом с кроватью шкаф и, включив фонарик, медленно подошла к нему и посветила внутрь.

– Там что-то есть. – Она открыла дверцу.

Гек присвистнул у нее за спиной. Он стоял так близко, что тепло его тела разлилось по ее спине, проникнув даже сквозь куртку.

– «Зиг-зауэр», – пробормотал Гек, заглядывая в шкаф через ее плечо. – И, похоже, много патронов.

Лорел повернулась и посмотрела на дверь.

– Воспользоваться оружием она не успела. Получается, он застиг ее врасплох, напав снаружи?

– Следы на снегу ведут со стороны пристройки.

Лорел попыталась представить сцену. Какой ужас.

– Значит, она взяла с собой ПЛМ, но не пистолет? Наверняка у нее было другое оружие. – Она наклонилась посмотреть на патроны.

Гек поджал губы.

– Ты права. Мы обыщем здесь все, и я пройду еще раз по ее следам.

Скорее всего, он застал ее врасплох и завладел оружием, но не увидел брелок, пока она не нажала на кнопку.

– Если она пряталась, то воспользовалась ПЛМ как последним средством, чтобы позвать на помощь. – Лорел посмотрела на планшет. – Нам нужно ее опознать. Это поможет.

Телефон зазвонил снова.

Гек вскинул бровь.

– Кто-то настойчивый.

Лорел достала из другого кармана пакет для улик, положила в него планшет и передала ему пакет.

– Похоже на то.

Она со вздохом вытащила телефон и увидела на экране знакомое лицо – Эбигейл Кейн.

– В чем дело, доктор Кейн? – спросила она вместо ответа.

– Лорел, разве так можно разговаривать с сестрой? – выпалила Эбигейл. Приправленный легким британским акцентом голос прозвучал раздраженно. – Ты вернулась в город целых два дня назад и ни разу не ответила на мои звонки.

Лорел закрыла глаза и постаралась сосредоточиться. Спрашивать Эбигейл, знакома ли она с ее расписанием, не имело смысла.

– Прямо сейчас я занимаюсь делом. Поговорим в другой раз.

– Нет, – отрезала Эбигейл. – Поговорим сейчас. Я в опасности, и ты, как моя сестра, должна мне помочь.

– Сводная сестра, – напомнила Лорел, не желая устраивать разборки в неподходящий момент. – Я позвоню тебе позже.

– Нет. Меня кто-то преследует, и это нужно остановить. Вернувшись домой вчера поздно вечером, я обнаружила на лужайке разбросанные цветы. Некоторые уже примерзли к земле, а другие еще нет. Странно, да?

Лорел замерла и бросила взгляд на Гека, который внимательно наблюдал за ней.

– Цветы? Какие именно?

Эбигейл вздохнула.

– Черные георгины. И их тут немало.

## Глава 2

Элитный район, где проживала Эбигейл Кейн, был в этот пасмурный день, как обычно, тих и спокоен. В домах из дерева, кирпича и камня преобладали высокие окна, и тупичок, в котором стоял особняк Эбигейл, соседствовал с лесом с одной стороны и еще одним, ныне пустующим, домом на приличном расстоянии. Деревья и благоустроенные дворики создавали здесь атмосферу приватности, так что местные жители, вполне возможно, и не видели, что у дома Эбигейл происходит что-то необычное.

Проехав по обледенелой подъездной дорожке, Лорел обратила внимание на множество темно-красных лепестков, покрывающих ближайшую к дому часть двора. Снег и лед покрыли их коркой, а значит, пролежали они здесь по крайней мере пару ночей.

Она заглушила двигатель своего нового, взятого напрокат «Ниссана Рог». Не зная, насколько долго придется задержаться в городе, покупать автомобиль не имело смысла. Некоторое время Лорел сидела в сгущающейся тишине, навалившейся на нее, как тяжелое одеяло, рекомендуемое для терапии тревоги и беспокойства. В отличие от многих других домов, из особняка Эбигейл свет проникал через тонкие занавески на высоких, от пола до потолка, окнах.

С потемневшего неба на лобовое стекло лениво падал снег. Стоило выключить обогрев, как холод почти мгновенно проник во внедорожник, и Лорел поежилась.

Входная дверь открылась.

Лорел вышла из машины, закрыла дверцу и присмотрелась к обледеневшим лепесткам. Какого-либо различимого рисунка они не образовывали, а все возможные следы уничтожил снег. Эти цветы разбросали здесь раньше тех, что лежали вокруг тела у реки. Странно.

– Лорел? Заходи! – крикнула от порога Эбигейл, и ее дыхание поплыло в холодном воздухе белыми струйками. – И цветы, и лепестки разбросаны как попало, никакого узора я не нашла.

Лорел повернулась и направилась по недавно очищенной подъездной дорожке к ждущей ее на крыльце сводной сестре.

Эбигейл стояла у двери, частично загораживая собой проход. Чуть склонив голову набок, она пристально смотрела на Лорел своими разноцветными – один зеленый, другой голубой – глазами.

– Как будто вижу себя в зеркале. А у тебя нет такого чувства?

Лорел покачала головой.

– Нет. У нас обеих рыжеватые волосы и глаза разного цвета, но структура скелета и оттенок кожи разные. – По крайней мере, на взгляд того, кто почти три десятка лет видел в зеркале одно и то же лицо. Любой другой вполне мог принять их за близнецов. Но в этом она никогда бы Эбигейл не призналась. Не смогла бы.

Эбигейл усмехнулась и потащила Лорел в дом, строгость обстановки которого противостояла теплу, растекавшемуся по всему пространству. В интерьере преобладали бетон и камень, белый и серый цвета. Даже подушки на новом черном кожаном диване были ослепительно-белыми. Прежний диван попортили пули во время обстрела дома при расследовании дела Сноублад-Пик[1].

– У нас больше общего, чем только рыжие волосы, и ты это знаешь. Настоящие рыжие волосы встречаются только у десяти процентов людей, а у нас темно-рыжие. Каштановые с рыжим. Какой процент имеет этот цвет?

– Незначительный, – согласилась Лорел, стряхивая снег со своих, к сожалению, редкого цвета волос, и, прежде чем снять зимние ботинки на коврике у двери, передала Эбигейл куртку, которую та повесила в шкаф. – Я не говорю, что у нас нет редких генов. – Учитывая, что у них были совершенно одинаковые гетерохроматические глаза – один голубой, другой зеленый – и крапинки зеленого в голубом, они обе явно подходили под определение «необычные», гораздо более мягкое в сравнении с теми, которыми ее награждали некоторые одноклассники.

Конечно, тогда она не знала ни об Эбигейл, ни даже о том, что у нее вообще есть сводная сестра. Правда всплыла во время расследования первого дела Лорел в Дженезис-Вэлли, когда на нее вдруг, как лавина с горы, обрушилось известие о том, что в городе живет ее сестра по отцу, которого она никогда не знала. Мать Лорел наотрез отказывалась называть дочери имя ее родителя. Дейдра была несовершеннолетней, а ее соблазнитель – пастором в церкви, и все случилось без ее согласия. Дейдру до сих пор мучили кошмары.

– Расскажи мне о цветах на лужайке перед твоим домом.

Эбигейл указала на дорогой кожаный диван напротив газового камина:

– Садись, я сейчас его включу. Ты, должно быть, замерзла. – Она нажала кнопку, и в камине с ревом полыхнул огонь.

Лорел села, хотя предпочла бы поговорить за обеденным столом или даже за барной стойкой, отделяющей кухню от большой комнаты, что было бы не так непринужденно. Из широких задних окон открывался вид на далекие, покрытые снегом зубчатые горы. Никаких штор на окнах не было, и сами по себе они служили идеальным обрамлением пейзажа замерзающего мира снаружи.

– Цветы, – напомнила она. – Георгины.

Эбигейл не спешила с ответом.

– Могу я предложить тебе что-нибудь выпить? Как насчет кофе с капелькой «Бейлиса»? Ты, похоже, совсем окоченела.

– Я в порядке. – Лорел указала на кожаное кресло в тон дивану. – Это официальное дело. Мне нужно знать все об этих цветах – прямо сейчас.

Эбигейл закатила глаза, но возражать не стала и грациозно опустилась в кресло, так что горы оказались у нее за спиной. Тающий снег, вливаясь через окна, ласкал ее рыже-каштановые волосы, которые она подстригла коротко, чтобы они не падали на плечи, как у Лорел. Черты лица у нее были нежные, кожа скорее кремовая, чем персиковая, из-за чего ее удивительные глаза выделялись еще сильнее. Сегодня на ней были черные брюки и зеленый свитер, стоивший, наверное, столько же, сколько весь гардероб Лорел.

– Вчера поздно вечером, вернувшись с медитации, я не увидела цветов и заметила их только сегодня утром, когда проснулась. Очевидно, они пролежали там несколько дней.

Откинувшись на спинку дивана, Лорел наблюдала за нюансами в выражении лица Эбигейл. Обладая эйдетической памятью[2], она могла, не делая никаких заметок сейчас, позже записать весь разговор.

– Твоих соседей дома, похоже, нет. Возможно ли, что они что-то видели?

– Нет. – Эбигейл изучала сестру так же внимательно, как и Лорел ее саму. – Нортертоны – перелетные птицы. Переезжают в Аризону в октябре и не возвращаются до мая или июня. Как и большинство живущих здесь.

– Они на пенсии? – спросила Лорел.

– Да. Он работал в Силиконовой долине, а она владеет сетью офтальмологических клиник по всей стране. Вышли на пенсию три года назад и приехали сюда, потому что их дети, двое из них, живут в Дженезис-Вэлли. Летом навещают детей здесь, а на зиму все вместе отправляются в Аризону. – Эбигейл стряхнула ворсинку с брюк. – Как предсказуемо, правда?

– Многим такая жизнь может показаться идеальной, – пробормотала Лорел. – Зачем кому-то разбрасывать цветы по твоей лужайке?

Эбигейл всплеснула руками. Обе украшали серебряные кольца, одно с потрясающим рубином в центре.

– Я не знаю. Черные георгины, как, я уверена, тебе хорошо известно, символизируют предательство.

– Кого ты предала?

Эбигейл замерла.

– Я бы на твоем месте выбрала другой тон, сестра. – В ее предупреждении слышался приглушенный британский акцент, оставшийся после долгих лет учебы в школе в Великобритании.

– Почему это? – мягко спросила Лорел.

– Ты ведь не хочешь оскорбить мои чувства. – Эбигейл подалась вперед. – Кстати, о чувствах: как поживает наш герой, капитан Гек Риверс?

Гек участвовал в расследовании, в ходе которого выяснилось, что сводный брат Эбигейл, не имевший отношения к Лорел, и есть серийный убийца, совершивший ряд преступлений в районе Дженезис-Вэлли. Эбигейл застрелила его, защищая Лорел. Ее брат убивал молодых блондинок и сбрасывал их с пика Сноублад в долину. В том расследовании два агентства работали сообща.

– Понятия не имею, – сказала Лорел.

Эбигейл улыбнулась, сверкнув белыми зубами.

– Ох, сестричка. Мы обе знаем, что этот красавчик с упругой задницей кувыркался с тобой в постели в прошлом году. Наверняка вы поддерживали связь.

– Кто думает, что ты предала его, Эбигейл? Это не шутка – тебе может угрожать опасность.

Эбигейл посмотрела на сестру в упор, и глаза ее блеснули.

– Ты проигнорировала все мои звонки и сообщения после похорон моего брата, которые ты любезно посетила перед праздниками. Признаюсь, я удивлена, что ты отнеслась к этому серьезно. Что не думаешь, будто это я разбросала цветы и лепестки по всей лужайке, чтобы привлечь твое внимание. Почему, Лорел?

– Я не могу обсуждать это с тобой. Теперь так. Либо ты сотрудничаешь со мной, либо я пришлю кого-нибудь другого взять показания. – Лорел откинула с плеча влажные волосы.

Эбигейл едва заметно кивнула.

– Хорошо. Я никого не предавала. Кроме того, я проверила камеры и загрузила для тебя соответствующее видео. Он прошел по подъездной дорожке, что объясняет, как ему удалось проникнуть на закрытую территорию. Проехать на машине он не мог. Ночь была темная, шел снег, и рассмотреть его черты невозможно, потому что на нем чертова маска. Хотя, судя по фигуре, это мужчина. – Она сунула руку в карман брюк и вытащила флэшку. – Держи.

– Спасибо. – Лорел взяла устройство. – Что-то еще было? Тебя пытались как-то запугать? Письма, звонки, странные происшествия?

– Нет. Ничего, и ты знаешь, я бы запомнила, если бы что-то было, – сказала Эбигейл. – Почему ты относишься к этому так серьезно?

Лорел покрутила флэшку в руке. У нее даже не было описания убитой в лесу женщины, лицо которой преступник изуродовал до неузнаваемости. Также Эбигейл никак не могла знать о жертве, потому что ее обнаружили только сегодня утром. И цветы на ее лужайке разбросали до убийства.

– Возможно, ты в опасности. Прямо сейчас я не могу сказать ничего больше, но тебе нужно быть осторожнее. И постарайся составить список тех, кто может желать тебе зла. Кто может считать, что ты его предала. Кто проявлял к тебе избыточный интерес. Кто навязывал свое присутствие в твоей жизни…

Эбигейл кивнула.

– Я работаю в университете в области, где большинство преподавателей – мужчины. Я умна и красива и кажусь неприступной, хотя на самом деле мне просто скучно с большинством людей. Они этого не знают. Список был бы слишком длинным, чтобы быть полезным.

Заявление во многом соответствовало действительности.

– Если хочешь, я могу поместить тебя в конспиративную квартиру ФБР, – предложила Лорел. Больше всего ей хотелось бы дистанцироваться от этой женщины. – Или попросить местную полицию присмотреть за твоим домом. Сомневаюсь только, что они смогут из-за недостатка ресурсов обеспечить тебе постоянную охрану.

– Так что все-таки случилось? – снова спросила Эбигейл.

– Я не могу пока говорить об этом. Какой вариант ты выбираешь?

Эбигейл покачала головой.

– Как насчет того, чтобы ты осталась здесь?

– Нет.

Эбигейл вздохнула и сделала большие глаза, изображая слабую, беззащитную бедняжку.

– Но мне нужна помощь. Ты имеешь соответствующую подготовку. Я боюсь…

– Нет, неправда, – пробормотала Лорел.

– Ты права, я не боюсь. – Эбигейл перестала притворяться. – Но другие на моем месте испугались бы, и ты обязана меня защитить. Не только по долгу службу, но и потому, что я однажды защитила тебя. От моего собственного брата, никак не меньше.

Да, Эбигейл убила своего брата, чтобы защитить Лорел. Лорел, конечно, была благодарна ей за то, что осталась жива, но у ее сестры, похоже, имелся двойной мотив для каждого действия.

– Я предложила тебе защиту. Скажи только слово, и я укрою тебя в безопасном доме в Сиэтле. – До Сиэтла было недалеко – пара часов езды, так что Лорел могла бы связаться с ней в случае необходимости.

– Значит, мне определенно угрожает опасность, – задумчиво сказала Эбигейл. – Интересно. Ты уже сталкивалась с чем-то похожим раньше. Преследование? Убийство?

Лорел встала.

– Конспиративная квартира?

– Нет.

– Очень хорошо. – Лорел ничуть не удивилась. – Я попрошу местных присмотреть за этим комплексом. Пожалуйста, свяжись со мной, когда будет готов список, и обязательно проверяй, включена ли сигнализация. Даже когда ты дома. – Она помолчала. – Почему ты брала недельный отпуск? Разве в университете не было занятий? – Эбигейл вела несколько курсов в престижном учебном заведении.

– Каникулы были запланированы. – Эбигейл тоже поднялась. – Мои студенты всю неделю выполняли лабораторные задания или работали над рефератами.

– И куда ты ездила?

Эбигейл приподняла бровь.

– Ты же знаешь куда. Я тебя приглашала.

– О… – Придется просмотреть сообщения от сестры, многие из которых она даже не открывала. Лорел прошлепала в своих толстых носках к двери и сунула ноги в зимние ботинки.

– Твое откровенное невнимание ко мне довольно оскорбительно. – Эбигейл достала из шкафа и развернула куртку Лорел. В ее тоне явно прозвучал намек на предупреждение.

Лорел ничего не оставалось, кроме как принять помощь и просунуть руки в рукава. Застегивая молнию, она повернулась к сестре.

– Ты просто не хочешь, чтобы я присутствовала на твоем уютном домашнем видео. – На этот раз в ее глазах промелькнуло что-то похожее на неподдельные эмоции.

Лорел вздохнула.

– Моя жизнь не идеальна, и я не знаю тебя. То, что нас объединяет, не очень хорошо.

Эбигейл поморщилась.

– Наш засранец-папаша, пропавший много лет назад? Ты его имеешь в виду? Но ты даже не встречалась с ним никогда. Ты знаешь, что он негодяй, только из того, что тебе рассказала я и, вероятно, твоя мать. Нам нечего делить. Только я знала его, и я возьму на себя это бремя за нас обоих. У каждого из нас своя жизнь, но я твоя сестра.

Лорел опустила руку в карман, где лежал телефон. В животе у нее как будто образовался комок, от которого ее тошнило.

– Я не могу этого доказать, но я знаю, что ты пыталась скрыть преступления своего брата до того, как поняла, что мы сводные сестры. Я – агент ФБР, Эбигейл. – Она открыла наружную дверь и, ступив за порог, повернулась лицом к сестре.

Даже без обуви Эбигейл была на несколько дюймов выше.

– Я не помогала ему. А если сделала что-то, что помогло Роберту в его отвратительных убийствах, то очень сожалею.

– Нет, не сожалеешь, – вздохнула Лорел.

Эбигейл нахмурилась.

– Ты не права. Но поскольку я не сделала ничего, чтобы помочь своему брату, то тебе стоит забыть об этом. И подумай, что бы ты сделала, чтобы защитить свою мать. Эту милую, пребывающую в дзэне, взбалмошную мать.

– До свидания, Эбигейл. – Лорел повернулась и осторожно зашагала по дорожке.

Несколько раз она останавливалась, чтобы сделать снимки газона и почти занесенные снегом цветы. Забравшись наконец в машину, она набрала номер капитана Монти Бакли.

– Привет, капитан, – сказала Лорел. Из открытого дверного проема за ней наблюдала Эбигейл. – Вы определились с юрисдикцией? – В принципе, они легко достигли соглашения еще на месте происшествия у реки, но ей было нужно получить официальное подтверждение.

– Да, – сказал Монти. – ФБР ведет расследование, потому что тело найдено на федеральной земле, но наша служба будем вам помогать, поскольку лучше всех знаем этот район. Сейчас мы координируем действия с местными, чтобы привлечь еще и их.

– Хорошо. – В штате Вашингтон сотрудники Службы охраны дикой природы имели все необходимые полномочия для ведения уголовных расследований. – У меня есть второе место происшествия, которое нужно обработать. Здесь также необходимо опросить жителей. – Она включила зажигание, продолжая наблюдать за сестрой. – И давайте посмотрим, удастся ли уговорить доктора Ортегу провести вскрытие и, надеюсь, идентифицировать жертву. В прошлый раз он поработал хорошо.

– Вы правы. Кроме того, имейте в виду, что с нашей стороны старшим будет Гек Риверс. Я каждый день прохожу лучевую терапию и, возможно, сам с руководством не справлюсь.

Лорел помолчала. Несколько недель назад она узнала, что у Монти рак простаты.

– Надеюсь, вам полегчает. Если я смогу что-нибудь сделать, дайте знать.

– Просто поймайте этого психа, пока он не убил кого-нибудь еще, – мрачно сказал Монти. – Если только не думаете, что это было единичное убийство и парень охотился только за этой бедняжкой.

Лорел оторвала взгляд от сестры и еще раз посмотрела на стынущие подо льдом черные георгины.

– Нет, я так не думаю. Это только начало.

## Глава 3

После странного разговора с Эбигейл Лорел отправилась в офис. Заезжая на свое парковочное место, она немного не рассчитала и задела передними колесами бордюр. Чтобы не загораживать часть тротуара, пришлось сдавать назад. На фасаде здания в первую очередь бросалась в глаза большая, частично занесенная снегом вывеска «Мороженое Стэггерса». Кафе-мороженое занимало центр первого этажа, а над ним располагался офис ФБР. Служба охраны дикой природы располагалась на двух этажах справа, а слева помещалась «Школа красоты Марджи».

Выйдя из «Ниссана», Лорел не без труда открыла тяжелую деревянную дверь, которая вела в небольшой вестибюль. Справа над дверью Службы охраны дикой природы висела грубовато выполненная табличка с надписью «ПАРКИ И ДИКАЯ ПРИРОДА». О причине несоответствия надписи названию службы Лорел не спрашивала. Очевидно, личное отношение взяло верх над официальным.

Отряхнувшись от снега, Лорел потопала по резиновому коврику и толкнула другую дверь, за которой обнаружилась лестница, ведущая на второй этаж. Поднимаясь по ступенькам, она старалась не обращать внимания на обои с изображением полуобнаженных танцовщиц на стенах. Наверху ее уже встречала верная помощница, стоявшая за стеклянной витриной с глазированными пирожными в правом углу площадки.

– Привет, – сказала Кейт Виттрон, раскладывая на стекле стопки бумаг.

– Привет. – Убирая с лица влажные волосы, Лорел заметила, что Кейт положила папки на полку в витрине. Теперь, скорее всего, весь следующий месяц документы будут пахнуть корицей. – Ты же вроде бы приобретала письменный стол.

Кейт пожала плечами.

– Поскольку мы здесь, возможно, временно, мне стол не нужен. – Она улыбнулась. В свои сорок с небольшим Кейт выглядела моложе благодаря свежему цвету лица, отсутствию морщин и песочно-светлым волосам до плеч. – Единственная мебель, которую нам пока удалось раздобыть, – это тот потрясающий стол для совещаний и стулья, конфискованные ФБР с правительственного аукциона в Сиэтле. Они вполне могли бы стоять в конференц-зале элитного журнала вроде «Пипл» и «Космополитен». Согласна?

– Как скажешь. – Лорел прошла мимо Кейт к открытому дверному проему в середине стены.

Кейт откашлялась.

– Так что, есть шанс, что этот офис станет постоянным? Я думала, после того дела с серийным убийцей ты возглавишь новое отделение, базирующееся в Дженезис-Вэлли.

Лорел вздохнула. Кейт имела право знать о планах, какими бы они ни были.

– По правде говоря, не знаю. У меня неплохо получилось разобраться с убийствами в столичном округе, и теперь Джордж передумал оставлять меня на Северо-Западе.

– Джордж?

– Да. Извини. Заместитель директора Джордж Маккромби. Он мой наставник. – «Дровяной убийца», как его называли, забивал поленьями пожилых людей. Лорел, успешно проанализировав его поведение на месте преступления, дала рекомендации, позволившие арестовать преступника. Наверное, она могла бы повлиять на решение своего босса, но не была уверена, что готова вернуться домой навсегда.

– Просто дай мне знать, когда что-то определится, ладно? Если придется искать новую работу, я бы хотела заняться этим заранее. – Кейт потянулась за ручкой.

Что ж, справедливо.

– Ну, пока я здесь и у нас есть новое дело, я хотела бы назначить небольшое совещание. Примерно через час. Где Уолтер?

– Пошел за поздним ланчем для всех и должен вернуться с минуты на минуту. – Кейт быстро печатала что-то на ноутбуке. – Что за дело?

– Убийство, вероятно ритуальное. – Лорел помолчала. – Не могла бы ты пригласить капитана Риверса? В этом расследовании нам придется координировать наши действия со Службой охраны дикой природы.

Кейт потянулась за старым на вид офисным телефоном.

– Конечно. – Она по-прежнему выдерживала профессиональный тон.

Будет приятно снова поработать с капитаном Секси. И почему только эти сердитые мужчины с точеным профилем так привлекательны?

Это была одна из тех загадок, разгадывать которую у Лорел не было никакого интереса.

– Спасибо, Кейт. – Она прошла по центральному коридору между кабинетами, конференц-залом и компьютерным залом к своему рабочему месту в самом конце. На этаже было тихо. В случае придания отделению постоянного статуса ей пришлось бы заполнять штат, искать кого-то в дополнение к Уолтеру и Кейт. Да, три дочери-подростка Кейт всегда были рады помочь, но у них только начался очередной семестр в школе, и им хватало дел поважнее.

Она остановилась при виде двух стильных белых кресел на колесиках, стоящих рядом с ее столом, и еще одного за ним.

– Кейт?

– К тому великолепному столу для совещаний прислали четыре дополнительных кресла, так что я поставила три в твой кабинет. Они получше, чем те табуреты из кафе-мороженого, которыми ты пользовалась раньше! – крикнула в ответ Кейт. – Четвертый хочу взять себе, но пока еще не обкатала как следует.

Лорел поставила сумку с ноутбуком и повесила пальто на гвоздь, торчащий из стены. Дорогие стулья выглядели комично вокруг ее письменного стола, который представлял собой старую, обшарпанную дверь, положенную на шлакоблоки. Не то чтобы она возражала против старой двери, но не помешала бы и пара выдвижных ящиков. Она села, вставила в ноутбук флэшку и замерла, услышав тяжелые шаги в коридоре, а потом и раскатистый низкий голос.

Сердце забилось быстрее.

– У себя, в конце, – сказала Кейт, повысив голос и тем самым предупреждая Лорел о появлении Гека.

Ждать не пришлось – уже через несколько секунд он возник в дверном проеме.

– Капитан Риверс… – Лорел выпрямилась, не в первый уже раз сожалея, что училась в колледже в раннем подростковом возрасте и не усвоила основы общения с противоположным полом. – Что я могу для вас сделать?

– Гек. Эти формальности только раздражают, учитывая, что мы видели друг друга без одежды. – Он стоял в дверном проеме, полностью заполняя его своим подтянутым жилистым телом с широкой мускулистой грудью.

Лорел постаралась сохранить невозмутимое выражение лица. Какой должна быть ее реакция в такой ситуации? Раздражение, смущение, юмор? Она не знала, как себя вести.

– Каким ветром занесло?

На его щеках и подбородке лежала густая тень двухдневной щетины, в черных, завивающихся за ушами волосах еще белели снежинки, и в глубине карих глаз мерцал топазовый блеск. Из кармана куртки выглядывала пара черных перчаток.

– Монти передал это дело мне, и я подумал, что нам надо побыстрее с ним разобраться. Что-то не так?

– Да. – Она указала на одно из белых кресел по другую сторону стола.

Гек шевельнул темной бровью и, пройдя в комнату, сел в кресло. На нем были выцветшие джинсы, черная рубашка и зеленая форменная куртка с нашивкой F&W.

– Доктор Ортега пообещал заняться вскрытием в первую очередь, так что предварительные результаты мы получим уже к завтрашнему утру. По-моему, он вообще не спит.

– Хорошо. – Лорел повернула ноутбук так, чтобы они оба могли видеть экран. – Если мы не найдем его быстро, выспаться в ближайшее время никому из нас не удастся. – Собственные слова отдались эхом в голове, и она вздрогнула. – Это видео с камер наблюдения возле дома доктора Эбигейл Кейн.

Гек нахмурился.

– Какое отношение оно имеет к нашему делу?

Лорел нажала кнопку воспроизведения.

Экран заполнила ночь и моросящий дождь со снегом. Запись, похоже, вела камера, установленная рядом с гаражом Эбигейл и направленная на подъездную дорожку и лужайку. По дорожке, а затем по заснеженной траве уверенно двигалась фигура с темным рюкзаком на плече.

– Не очень удачная картинка, – пробормотал Гек.

Само инфракрасное видео было хорошего качества, но из-за дождя со снегом изображение получилось смазанное.

– Плечи широкие, – сказала Лорел, всматриваясь в картинку. – Рост, думаю, пять футов десять или одиннадцать дюймов, да? – Голову и лицо неизвестного скрывала маска из чулка, а объемная одежда, перчатки и массивные ботинки маскировали все остальное.

– Может быть и женщина. – Гек прищурился, внимательно наблюдая за происходящим на экране. – Хотя, скорее, все же мужчина.

– Согласна. – Лорел откинулась на спинку кресла. Человек на экране достал из рюкзака какие-то предметы и принялся разбрасывать их во все стороны.

Гек громко выдохнул.

– Только не говори мне, что это… Черные георгины?

– Да. Запись сделана три дня назад, и цветы все еще видны под снегом и льдом на ее лужайке. – В конце видеофрагмента незнакомец, разбросав цветы, вышел из зоны обзора камеры. – Ты не мог бы попросить свою команду проверить все камеры видеонаблюдения в том районе? Может быть, они засекли его где-то еще.

Гек кивнул.

– Конечно. Без проблем. Такое совпадение мне совсем не нравится.

– Мне тоже. – Она побарабанила пальцами по старой двери и изучающе посмотрела на него. – Не перечислишь известные нам факты? Иногда услышать полезнее, чем просто записать.

Он положил широкие ладони на обтянутые джинсами бедра.

– Две женщины. Обе получают подарок – черные георгины. Одна после смерти, другая до. Мне это не понравилось с самого начала и еще меньше нравится, что одна из этих женщин – твоя недавно обнаруженная сестра. Ты в городе – новый профайлер. Это твое второе дело. И вот уже дважды твоя сестра оказывается замешанной. Каковы шансы, что это совпадение?

Лорел покачала головой.

– Не знаю. Многое зависит от личности жертвы, которую мы нашли. Знала ли она мою сестру? Если да, то более вероятно, что Эбигейл также знает убийцу. Если нет, то что? Могла ли Эбигейл убить ту, другую женщину и выставить себя жертвой… для чего? С какой целью?

– Чтобы привлечь твое внимание? – предположил Гек. – Твоя сестра – злобная нарциссистка. Или психопатка. Или социопатка. Короче, подойдет любой из тех многочисленных ярлыков, которые в данном случае не имеют никакого смысла. Полагаешь, она настолько чокнутая?

– Я не могу ответить на этот вопрос. – У нее уже кружилась голова и сводило желудок. – Возможно, она действительно больна и у нее одно из перечисленных состояний. Или даже все. Я ее не знаю. – Чтобы изучить человека и вынести заключение, потребовались бы годы наблюдений и консультаций, а с такой незаурядной женщиной, как Эбигейл, и того больше. Эбигейл знает, как отвечать на вопросы тестов, чтобы соответствовать любому ярлыку, который она пожелает выбрать. С равным успехом она может притвориться вполне психически нормальной. – Я не думаю, что она убила женщину в лесу только для того, чтобы привлечь мое внимание.

– Почему нет?

Лорел глубоко вздохнула.

– Потому что там было так много… ярости. Разбитое до неузнаваемости лицо – это свидетельство особой жестокости.

– Это же обстоятельство затрудняет нам опознание, а значит, можно говорить об определенной стратегии. – Он почесал щетинистый подбородок.

– Нет. – Лорел покачала головой. – Там было нечто большее. Продолжать бить по лицу, по телу после смерти… это чистая ярость. Животная ярость.

Гек посмотрел на обшарпанную дверь, служащую письменным столом.

– Ты не против работать по этому делу вместе со мной?

Она напряглась.

– Нет. А с чего бы мне возражать? – Ей предстояло важное расследование, и он мог быть полезен.

Он ухмыльнулся, и ухмылка получилась немного кривая, но удивительно милая и обаятельная.

– С чего бы возражать? Ладно. Я уже и забыл про эту твою черту.

Она с любопытством посмотрела на него и, слегка склонив голову набок, спросила:

– Какую же это черту?

– Ты не играешь в игры и невыносимо логична во всем. – Его широкие плечи заметно расслабились.

– Невыносимо? – Что, черт возьми, он хочет этим сказать? В поиске убийцы именно логика имеет решающее значение.

Гек вздохнул.

– Невыносимо для самолюбия, Лорел. Только для самолюбия. Не беспокойся из-за этого.

Она и не беспокоилась. В первую очередь потому, что понятия не имела, о чем он говорит, и к делу это не имело никакого отношения.

– Хорошо. Итак, мы знаем, что черные георгины символизируют предательство, но нам не следует исходить из того, что убийца тоже это знает.

Гек попытался положить ногу на ногу, но кресло развернулось под ним.

– Зачем вы поставили здесь кресла на колесиках?

– А почему бы и нет? – Лорел постучала пальцем по губе. – Где в это время года можно купить черные георгины?

– Поручу выяснить это кому-нибудь из наших. – Гек оглянулся через плечо на тихий коридор. – Раз уж вы стали постоянной командой, почему бы не расширить штат, набрать агентов?

Чтобы справляться с работой, люди, конечно, были нужны, но ей нравилась команда, которую она собрала сама. Маленькая и простая в управлении.

– Это зависит от того, станет или нет отделение постоянным. Заместитель директора ФБР, похоже, передумал.

Он вскинул бровь.

– Наверное, ты чересчур хорошо справилась с тем делом в столичном округе.

Значит, он все-таки в курсе того, чем она занималась весь прошлый месяц.

– Получается, что так. Если отделение сделают постоянным, ФБР пришлет дополнительных агентов. Пока же мне приходится рассчитывать на помощь других государственных агентств и моих федеральных коллег.

– Что ж, держи меня в курсе своих планов. – Гек отодвинул кресло и поднялся, нависнув над ее столом. – Начиная расследовать серийные убийства на Тихоокеанском Северо-Западе, ты хотя бы представляла, что их будет так много рядом с твоим домом?

– Я предполагала, что больше преступлений совершается в Сиэтле или даже Эверетте, но серийные убийства часто происходят в таких местах, как это, холодных, удаленных, где легко найти добычу. – Она слышала это несколько лет назад от одного агента. – Давай не будем забывать, что в данном случае мы, возможно, имеем дело не с серийным убийцей. Для каких-либо предположений у нас нет оснований. – Возможно, преступник изначально нацеливался именно на ту женщину в лесу, и только она его интересовала. – Вполне может быть, что, оставляя цветы возле дома Эбигейл, он всего лишь хотел отвлечь нас. Сейчас нам прежде всего нужно опознать жертву.

Гек шагнул к выходу, но в проеме остановился, обернулся и посмотрел на нее.

– Ты сказала кое-что, о чем я теперь не могу не думать.

Ее обдало жаром.

– Что именно?

– Насчет твоей сестры.

Она выдохнула. Разумеется.

– И что же я сказала?

– Ты сказала, что жертва у реки была избита с яростью, которой нет у доктора Кейн.

Лорел кивнула.

– Да, я так думаю.

Он кивнул.

– Но кем бы она ни была – социопатом, злобным нарциссом или кем-то еще, – какие-то эмоции она все равно испытывает, так?

– Да. И ее чувства могут быть сильнее, чем у большинства, пусть даже не всегда понятны нам.

Гек хмыкнул.

Лорел приподняла бровь.

– Почему ты спрашиваешь?

– Потому что единственный человек, к которому она, вероятно, испытывает сильные чувства, это ты. – Он застегнул молнию на куртке. – Если бы в ней вспыхнула ярость, разве не на тебя она была бы направлена?

По спине у нее пробежал холодок.

– На меня.

## Глава 4

По дороге домой после работы Лорел позвонила заместителю директора со своего телефона. Словно пытаясь убаюкать мир перед очередной метелью, лениво падал снег. Связь обеспечила гарнитура, так что обе руки оставались на руле.

– Джордж Маккромби, – рассеянно ответил заместитель директора.

– У нас новое дело, сэр, – сказала Лорел и притормозила, увидев двух оленей на обочине дороги.

Он вздохнул.

– Я поживаю хорошо, агент Сноу. А как дела у вас в этот прекрасный вечер?

Она нахмурилась, стараясь не выпускать из виду ближайшую олениху и не прозевать момент, если животное вздумает перебежать дорогу.

– Я еду в машине, сэр. У нас снег. Что у вас?

– Очень любезно с твоей стороны, что интересуешься, – сказал Джордж. – Прямо сейчас я по уши в переговорах насчет бюджета, а жена хочет, чтобы я сходил с ней в оперу.

– Вам же вроде бы не нравится опера. – Лорел прибавила газу. Джордж нечасто прибегал к сарказму, так что в данный момент он, по-видимому, находился под стрессом.

На линии послышался хлопок ладонью по степлеру.

– Черт, почему они не делают степлеры побольше?

– Думаю, делают, сэр. – Лорел сбросила скорость перед поворотом. Никакого движения на проселочной дороге не наблюдалось, если не принимать за таковое комья снега, падающие время от времени с елей и сосен. Что это за разговоры о степлерах и опере?

– Расскажи мне о твоем случае.

Она расслабилась, заговорив на привычную тему, рассказав об убийствах и статистике и закончив выводом о том, что они ничего не знают.

– Завтра утром у нас должен быть отчет судмедэксперта округа Темпест, и, надеюсь, он поможет каким-то образом идентифицировать жертву. Ее стоматологическая карта никакой ценности не представляет, потому что убийца выбил ей зубы. Сомневаюсь, что их удалось собрать на месте преступления, но доктор Ортега свое дело хорошо знает.

– Прекрасно, – сказал Маккромби. – Ты отлично поработала: решила вопросы, связанные с юрисдикцией, собрала команду. Может быть, мне следует назначить тебя руководителем департамента по борьбе с насильственными преступлениями Тихоокеанского Северо-Запада, имея в виду полное отсутствие у тебя амбиций.

При чем тут амбиции?

– Я просто хочу найти маньяка, который убил женщину и изуродовал ей лицо. – Лорел убавила температуру обогревателя сиденья. – Вы уже приняли решение или, может быть, подписали документы?

– Нет. Я жду отчеты из трех других отделений Бюро, где ты можешь быть полезна, и также жду, когда ты сделаешь запрос. Где ты хочешь работать?

Обычно Лорел быстро принимала решения, основываясь на эмпирических данных. Но не сейчас.

– Не знаю, – призналась она.

Его короткий смех напоминал отрывистый лай.

– Ничто так не влияет на логику, как семья, а?

К сожалению, спорить с этим утверждением она не могла. Ей нравилось быть рядом со своей матерью и дядьями, и она уже обзавелась друзьями, что обычно давалось ей трудно. Но жить неподалеку от Эбигейл – удовольствие малоприятное, и Лорел до сих пор не придумала, как оградить свою семью от внимания сводной сестрички. Ради привлечения внимания к своей особе она без малейших колебаний оказала бы давление на мать Лорел или ее дядей.

– С запросом тянуть не стану – вы получите его в ближайшее время, и, надеюсь, мы придем к одному выводу. А пока я займусь поиском убийцы.

– Хорошо. И, пока не забыл… На время расследования предоставлю тебе компьютерного техника. Парня зовут Нестер Льюис. Он из вашего захолустья и только что окончил нашу академию, а до этого получил квалификацию в техническом училище, которое у вас там есть.

Отлично. Компьютерный гуру ей нужен.

– Когда он приезжает?

– Должен приступить к работе завтра. Я с ним не встречался, но парень немного похож на тебя, и я подумал, что вы составите неплохую пару.

– Похож на меня?

– Да. Пугающе умен, – сказал Джордж.

Лорел вовсе не считала свой интеллект пугающим, но некоторые действительно разделяли точку зрения Джорджа, и это было забавно.

– Его подвезти из аэропорта?

– Нет. Он заранее взял месячный отпуск и все последнее время находился, как я думаю, дома. Его семья живет где-то в районе Эверетта, вероятно, ближе к Дженезис-Вэлли. – Далеко в Вашингтоне скрипнул стул. – А теперь скажи-ка мне, каков средний рост людей, с которыми ты непосредственно разговаривала в последние тридцать дней? И на этот раз не называй мне средний показатель по стране. Это должны быть люди, с которыми ты вербально общалась.

# Примечания

1

См. роман Р. Дзанетти «Одиннадцать подснежников».

2

Эйдетическая память – научное название особого вида памяти, при котором объекты вспоминаются примерно так, как если бы они были непосредственно воспринимаемыми (часто не только зрительно) в момент воспоминания; в обиходе часть проявлений эйдетической памяти или это явление как таковое часто обозначают как фотографическую память.