Полина Змееяд
Гувернантка в драконьем поместье

Глава 1

Полуденное солнце раскаляло дерево паркета, высвечивая в воздухе частички пыли. Я перемещала взгляд от обитого зеленым бархатом дивана к камину, украшенному резным камнем, потом к распахнутым бежевым шторам, пускающим в комнату слишком много света, который слепил меня. Потом глядела на свои простые коричневые туфли и подол поношенного изумрудного платья, на дорожный багаж, стоявший под ногами, в общем, куда угодно, только не на Дракона, не на Райана Келбера.

– Трейсил Вилберг, – в его устах мое имя прозвучало как оскорбление, – как вы посмели заявиться сюда?

– По вашему приказу и с одобрения Академии классических искусств, – отчеканила я холодно, все же осмелившись поднять взгляд на аристократа.

Его светлые волосы в солнечных лучах горели, как расплавленное золото, в карих глазах сверкали яркие искры. Казалось, он готов испепелить меня на месте.

– Убирайтесь отсюда немедленно, я ни за что не доверю вам свою сестру! – почти прорычал он, острые скулы напряглись, на них начали проступать золотые чешуйки.

Я вздрогнула, но не отступила. Я не могу уйти, по крайней мере без очень веской на то причины. Если покину поместье раньше, чем через год, оговоренный в контракте, то обязана буду выплатить Академии огромную сумму в качестве компенсации. Ни у меня, ни у моей семьи таких денег нет, такой долг пустит меня и мою бабушку по миру. И хоть оставаться в доме злейшего врага моего рода – почти самоубийство, мне придется рискнуть.

– Согласно правилам Академии, вы выбрали меня на должность гувернантки для своей младшей сестры. Контракт заключен, вы не имеете права выгнать меня без серьезной на то причины, – я очень старалась, чтобы голос звучал ровно, но в нем все же слышались нервозные нотки. Я редко теряла самообладание, но сейчас, глядя на напряженную фигуру дракона, который и в человеческом облике выше меня едва ли не на пол метра, мне впервые за долгие годы стало действительно страшно.

– Это обман! Академия не предоставляет полных имен кандидаток, только их характеристики! – голос Райана уже больше походил на рык.

– Вы вправе обратиться с претензией в совет Академии, но до тех пор я обязана выполнять свою работу, – смотреть в карие с золотыми искрами глаза, которые пытались меня испепелить уже целую минуту, оказалось очень сложно, но я сжала ручки чемодана покрепче и выдержала это испытание.

Мы боролись взглядами лишь несколько мгновений, но мне казалось, что я целый год стояла под обжигающей рекой лавы, едва выдерживая ее напор. Спорить с драконом огня – то еще удовольствие.

– В случае, если вы все же выгоните меня, вам придется объяснить свои действия совету Академии и комитету по трудоустройству, – тихо добавила я, не опуская взгляда.

– Ладно, – наконец, прошипел сквозь зубы он. Звук вышел такой, будто на пылающие угли вылили ведро с водой. Затем на его лице появилась ядовитая улыбка, обнажившая совершенно нечеловеческие клыки. – Так уж и быть, исполняйте свои обязанности. А я посмотрю, как быстро появится достаточно весомый повод, чтобы избавиться от вас.

Райан произнес это так, что сомнений не оставалось: повод он найдет. Но первый раунд все же оказался за мной, меня не выгнали с порога и появился хотя бы крохотный, но шанс избежать выплаты компенсации за неисполненный контракт.

– Проводи нашу гостью в комнату, откуда недавно выехала мисс Детри, – окончательно успокоившись, бросил Райан Келбер одной из горничных. Девочка присела в столь низком поклоне, что юбка ее коричневого платья коснулась раскаленного солнцем паркета, и, пролепетав «прошу, следуйте за мной», двинулась к неприметной лестнице в дальнем углу холла.

Я откланялась Келберу по всем правилам этикета и последовала за служанкой. Буквально затылком чувствовала, как хозяин особняка пытается проделать во мне дыру обжигающим взглядом, но усилием воли заставила себя не оборачиваться и прямее держать спину. Пусть я теперь почти прислуга в его доме, но это не значит, что буду вести себя как забитая, запуганная девчонка. Я не опозорю род Вилберг.

Я, конечно, не ожидала, что мне выделят просторную гостевую, но по крайней мере надеялась на сносный прием и не подозревала, что отведенный мне угол будет настолько маленьким. Старая узкая кровать, жестяной таз с кувшином на табуретке, зеркало над ним, деревянный шкаф и маленькое окно – вот все, что мне предназначалось. Негусто.

Отослав горничную, я поставила чемодан у входной двери и опустилась на кровать, она противно скрипнула. Дотянулась до шторки на окне и задернула ее – яркий свет утомил меня еще в холле, хотелось немного прохлады, но спрятаться от всепоглощающего зноя предгорий было негде.

Осознала, что плачу, только когда слезинка упала на ладонь. Крепче стиснула зеленую ткань платья, но тут же выпустила – ни к чему мять одну из немногих приличных вещей. Пыталась остановиться, успокоиться, но слезы все катились и катились, я только сейчас, немного расслабившись, в полной мере прочувствовала всю отчаянность своего положения.

Нестерпимая жара – меньшая из моих проблем. Куда хуже, что я не где-нибудь, а в доме дракона из рода Келбер. Из рода, который уничтожил репутацию моей семьи и стал причиной того, что мои родители оказались на грани нищеты. Теперь огненным драконам принадлежит наше поместье, наш капитал и большая часть наших активов в королевском банке, мне же и моей бабушке после смерти родителей остались только долги и старое здание, которое моя единственная оставшаяся в живых родственница оборудовала под трактир.

При мыли о том, как сильно мне не повезло, сами собой сжались кулаки. Ну почему, почему из всех кандидаток на роль гувернантки для его сестры этот дракон выбрал именно меня?! Академия, предоставляя кандидатуры девушек, указывает только их личные достижения, оценки и опыт, оставляя за скобками имя, чтобы наниматель мог оценить заслуги выпускниц беспристрастно. У меня множество талантливых сокурсниц, он мог выбрать любую из них, так какой же злой рок или демон заставил его указать на меня?!

Самое мерзкое, что и я не заподозрила подвоха. Мне сказали только, что я буду работать в поместье Перроу в предгорьях. Семья Келбер, видимо, завладела им недавно, и новость об этом не успела достичь столицы, когда я отправилась в путь. Судя по тому, насколько необжитые здесь коридоры и комнаты, похоже, и сам Райан перебрался сюда не больше месяца назад.

Наверняка Келбер сделает все возможное, чтобы побыстрее выставить меня с отвратительной рекомендацией. А если я не справлюсь с работой, то вряд ли уже найду другую. Меж тем долг за свое обучение перед Академией мне придется закрывать самой, а как я смогу это сделать, если никогда больше не устроюсь в приличное место? Бабушка будет в ярости, если я вернусь ни с чем. Ее заведение едва сводит концы с концами – она все же аристократка и торговка неважная. Наверняка пристроит меня подавальщицей и предложит побольше улыбаться, чтобы получать чаевые.

При мысли о сальных улыбках завсегдатаев бабушкиного трактира меня передернуло от омерзения. Нет уж, либо я сумею отработать этот год, либо умру здесь! Что угодно, но не уеду по собственной воле. Разве что за ворота выбросят мой труп!

У самого хозяина поместья я не в чести, значит надо заручиться поддержкой его младшей сестры.

Приободрившись, я поднялась с кровати и открыла чемодан, полная решимости сделать эту комнату если не уютной, то хотя бы сносной. Пока развешивала в шкафу старые, но еще вполне приличные платья, вспоминала, что мне известно о сестре Райана Келбера.

Выходило плачевно мало. Знала я только, что «сестрой» он ее именует для простоты, на самом деле девочка – дочь какой-то дальней родственницы, рожденная вне брака. Ее мать умерла, обстоятельства трагедии мне неизвестны, но в тот же день у девочки пробудился дар огня. А так как родные младшие братья и сестры Райана даром не обладают, он решил воспользоваться этой возможностью и обучить девочку. Назвал ее сестрой и приблизил к себе, очень беспокоился о ее безопасности, поэтому о «маленькой огненной госпоже» мало что известно. Информация, которой владею я – не более чем слухи, которые моей бабуле стали известны от недоброжелателей рода Келбер. К их кругу она, разумеется, и сама принадлежала. Если смогу сделать так, чтобы меня полюбила девочка, Райан наверняка будет вынужден оставить меня при ней. По крайней мере на год.

Закончив с платьями, я добралась до дна чемодана, где лежали несколько памятных вещиц: носовой платок с родовыми инициалами, расшитыми на шелке зелеными нитками, и серебряную монету – результат моего первого в жизни успешного опыта подчинения магии. Их я решила оставить на дне сундука.

Последняя мелочь – янтарная статуэтка в форме змеи, обвивающей тонкий девичий стан – фамильная реликвия, которая почти ничего не стоит на рынке, зато хранит в себе отголоски могущества моих предков. Ее я решила поставить на чемодан, который будет служить мне чем-то вроде прикроватной тумбы за отсутствием оной.

Распаковав нехитрые пожитки, я подошла к тазу с водой. Попыталась смыть с лица дневной зной, но влага лишь ненадолго помогла избавиться от противного чувства, будто я плавлюсь от духоты. Да уж, бабушка предупреждала меня, что маги камня и металла плохо переносят теплый климат, но я не думала, что будет настолько трудно.

Тем не менее, я немного освежилась к тому моменту, как в дверь постучала горничная.

– Господин Келбер хочет видеть вас, чтобы познакомить с юной госпожой, – отрапортовала худенькая девица с длинной черной косой, поглядывая на меня с опаской. – Мне велено вас проводить.

– Идем, – глянув в зеркало, чтобы убедиться, что с моей прической все в порядке, я тут же поднялась и направилась за служанкой, полная решимости во что бы то ни стало понравиться своей воспитаннице.

Горничная провела меня длинной чередой полупустых проходных комнат, во многих из которых мебель еще была накрыта пропыленной тканью, в более-менее обжитой уголок. Маленькое помещение перед дверьми в столовую, которые сейчас оказались наполовину распахнуты, выглядело куда лучше, чем весь остальной дом: здесь уют создавали несколько мягких диванчиков, распахнутые бархатные шторы впускали яркий свет, который пятнами оседал на пушистом ковре. На низком столике в беспорядке лежали яркие книжки с картинками, и судя по ним, а также по куклам, которые нестройным рядом сидели в одном из кресел, сегодня именно здесь проводила время маленькая леди Келбер.

Ее саму – златовласую девочку лет семи в голубом платье с мятым подолом – я разглядела не сразу из-за обилия ярких цветов и тканей. Она сидела на диване спиной ко мне, и, судя по нахохленному виду, злилась. Райан устроился напротив нее и тихо что-то говорил, пока я в сопровождении служанки приближалась к их компании.

Мы подошли достаточно тихо, но от Келбера наше приближение не укрылось. Он поднял взгляд и на миг мне показалось, что у него очень усталое лицо. Но спустя мгновение я уже готова была думать, что у меня галлюцинации – Райан выглядел собранным и спокойным. Под его презрительным взглядом мне захотелось поежиться, но что самое печальное – пренебрежение старшего брата не укрылось от его маленькой сестренки, и уже в этот момент я поняла, что с ней будут проблемы: зачем малышке уважать меня, если пренебрежение показывает ее опекун и нынешний глава ее рода? Она наверняка последует его примеру.

– Лорд Келбер, леди Келбер, – я присела в не слишком низком реверансе.

Услышав мой голос, златовласка обернулась, скользнула по мне заинтересованным взглядом, и увидев что-то, что ей не понравилось, надула щеки.

– Луиза, знакомься, это мисс Трейсил Вилберг, она будет преподавать тебе историю, математику, теорию искусств, музицирование, танцы, а также этикет, – в голосе лорда сквозило отчетливое презрение и даже издевка. Он назвал меня «мисс», и тем самым пренебрег древностью моего рода, показал, что мое происхождение теперь ничего не значит!

Я почувствовала, как щеки заливает краска от возмущения, но сдержалась. Сейчас не время скандалить. Напомнила себе о долге за неисполнение контракта, из-за которого могу оказаться либо в борделе, либо побирушкой в порту, и медленно выдохнула.

Тем временем Луиза сползла с дивана и неуклюже поклонилась, растянув руками края юбки. На реверанс ее жест не походил абсолютно. С ней что, тут вообще никто не занимался? Или может, просто предыдущая гувернантка не успела ничего сделать? Келбер ведь взял девочку в семью совсем недавно, не больше шести месяцев назад, если я не ошибаюсь. Что ж, значит, работы предстоит много.

Судя по насупленному личику девочки, учиться она совершенно не хотела. В отличие от брата, который маскировал свою неприязнь под вежливость, она глядела волчонком. Да уж, непросто нам будет.

– Прежде, чем я позволю вам войти в классную комнату вместе с моей дорогой сестрой, хочу, чтобы вы ответили мне на несколько вопросов, – улыбка лорда показалась мне змеиной, хищной. Мне стало не по себе, но опасений я не выказала. Лишь кивнула, показывая, что согласна побеседовать.

– Итак, вы закончили Академию классических искусств по целевой программе обучения. Объясните-ка мне еще раз ее суть, – начал он.

Я сглотнула. Сразу поняла, к чему он клонит: хочет подробнее разузнать об условиях, чтобы найти в них лазейку и избавиться от меня.

– Целевой контракт предполагает обучение в долг. После получения диплома я обязана устроиться на ту работу, которую мне предложат в академии, чтобы частью своего заработка или, если это возможно, его полной суммой, покрыть затраты на свое обучение. Трехсторонний контракт, который заключается между академией, работодателем и студентом, предусматривает защиту всех сторон сделки: студент получает гарантированную работу на год, работодатель может отказаться от него в случае, если обнаружит какие-либо явные нарушения со стороны исполнителя, академия же назначит большие проценты на долг в случае, если контракт будет нарушен. Выплачивать его будут частично студент, частично – работодатель, – протараторила я, делая особенный акцент на последние слова. – Помимо этого, лица, нарушившие контракт, обязуются лично объяснить ситуацию совету Академии и могут понести наказание в случае, если это предусмотрено законом.

Я позволила себе едва заметно улыбнуться. Заметив мое торжество, Райан сжал зубы так, что желваки заходили. Злись сколько угодно, дракон, но я точно знаю, что тебе не нужны проблемы с законом. Ты – глава рода и просто не можешь позволить себе запятнать честь фамилии Келбер какими-то мелкими дрязгами.

– Что ж, ваше положение мне понятно, – очевидно, найдя какие-то свои выгоды в ситуации, Келбер снова улыбнулся. – Теперь я хочу проверить, достаточно ли хорошо вы знаете историю.

Я вся подобралась и напряглась. Судя по тому, как елейно вдруг зазвучал голос лорда, вопрос он придумал не из приятных.

– Расскажите мне в общих чертах, что произошло во время третьего раскола Империи в три тысячи шестьсот семидесятом году после ее основания?

Я сжала зубы от досады. Вот подлец! Именно в эти годы, тридцать лет назад, мой род оболгали и лишили всяческих привилегий. Но очевидно, Келбер хотел услышать от меня официальную версию событий, выгодную его семье. Что ж, я его не разочарую.

– Согласно данным официальной хроники Империи, ровно тридцать лет назад род Вилберг был уличен в попытке отделить свои территории и вывести их из-под власти Империи. Предотвратить предательство удалось главе рода Келбер, после чего враги короны были лишены имущества и титула, – тихо и спокойно ответила я. Именно так написано в учебниках, именно эту версию знают все, кто презирает меня и мою бабушку. Вот только я уверена, что мою семью оклеветал лорд Рейнольд Келбер – отец того, кто с таким упоением сейчас испытывает мою выдержку. И быть может, раз я здесь, мне удастся найти доказательства обмана? Может, мое появление тут – не злой рок, а благосклонность судьбы?

Мысль о возможном восстановлении чести, вероятно, преобразила мое лицо, потому что Келбер нахмурился. Я подготовилась к очередному вопросу, но к лорду подошел дворецкий. Он что-то тихо сказал своему господину, тот беспристрастно кивнул, не сводя с меня полного подозрений взгляда.

– В остальных ваших знаниях я не сомневаюсь, о них красноречиво говорит ваш аттестат, мисс Вилберг, – процедил он сквозь зубы. – Теперь прошу вас, продемонстрируйте свои навыки столового этикета и составьте нам компанию за обедом.

Райан кивнул маленькой сестренке и направился в сторону столовой. Девочка скривилась, но все же последовала за ним. Заинтригованная этой странной сценой, я подалась вперед, но перед распахнутыми створками остановилась. Мысль о том, что мне придется делить не только кров, но и стол с врагом моего рода, неприятно резанула по сердцу. Но отказывать я по-прежнему не имела права.

Усаживаясь на услужливо отодвинутый пажом стул, я думала о том, что лучше бы Келбер вовсе не позволил мне трапезничать с ним, лучше бы выгнал. Так мне не пришлось бы наступать на горло гордости уже и не счесть в какой раз за этот проклятый день! Могла бы ведь и в своей комнате перекусить, или вечером на кухне.

Но теперь я вынуждена, как дрессированная обезьянка в цирке, демонстрировать все, чему меня научила не столько академия, сколько строгая и придирчивая бабушка. От напряжения кусок в горло не лез, и я даже не чувствовала вкуса мяса и тушеных овощей. Жевала механически, следя не столько за вкусом, сколько за тем, правильно ли держу локти и ту ли вилку взяла для следующего блюда. Обычно проблем с поведением за столом я не испытывала, но сейчас, под пристальным взглядом Келбера, который целенаправленно искал любые изъяны в моих манерах, я всерьез начала сомневаться в собственной воспитанности.

Впрочем, пытка не продлилась долго. Наблюдать за моими точно выверенными, идеальными движениями Райану вскоре надоело, и он погрузился в собственные мысли. Я же, выдохнув с облегчением, стала наблюдать за маленькой леди, которую мне предстояло учить.

Девочка ела не слишком аккуратно, и, хотя старательно выбирала нужные приборы, необходимость прижимать локти к телу и общая скованность, которую предполагал столовый этикет, явно ей мешали. Несколько капель жира уже попали на лиф пышного платья, когда она откусывала очередной – слишком большой – кусок мяса, и когда неловко орудовала ножом, дважды едва не выронив его. Келбер в ответ на ее неуклюжесть лишь вздыхал, качал головой и отводил взгляд, от этого малышка еще сильнее смущалась и допускала все новые и новые ошибки. Недовольство лорда усиливалось, златовласка нервничала еще больше и круг замыкался.

После второй смены блюд щеки Луизы уже раскраснелись от напряжения, в глазах стояли слезы. Я ждала, что малышка вот-вот разревется, но вместо этого она вдруг вскочила, опрокинув тарелку. Дорогой фарфор разлетелся вдребезги с мерзким звоном, я едва успела поджать ноги, но часть сырного супа все равно плеснула на подол платья. Великолепно!

Когда я подняла взгляд, маленькая леди уже неслась из столовой, прикрывая личико ладошками. Мне стало ее жаль, но я не решилась подняться вслед за малышкой.

Разочарованный вздох Келбера вывел меня из ступора. Хотелось обругать этого мужлана и научить манерам в первую очередь его: ну разве можно смотреть на ребенка с таким давлением? Девочка наверняка еще не успела адаптироваться, а тут он со своими вилками-ножами! Но свое мнение я пока решила придержать при себе.

– Разрешите спросить, ваша светлость, – тихо обратилась я, отложив столовые приборы.

– Все потом. Сейчас верните ее за стол, – Келбер кивнул в сторону двери.

Я поднялась и, едва не забыв сделать полагающийся случаю реверанс, почти бегом направилась за Луизой.

Глава 2

За те несколько секунд, которые я еще оставалась в столовой, малышка успела убежать далеко. Пришлось спрашивать дорогу у слуг. В итоге я нашла девочку под лестницей, в темном пыльном углу. Она сидела, уткнувшись лицом в серую обивку старого кресла, маленькие плечи вздрагивали, но всхлипов я не слышала.

Подходила медленно, стараясь нарочито громко стучать каблуками ботинок, чтобы оповестить девочку о моем присутствии. Рядом с креслом замерла, не зная, что сказать. Хотелось обнять малышку и погладить по голове, но боюсь, от таких проявлений нежности она может еще сильнее закрыться. Но и обращаться к ней официально – значит сразу пресечь между нами любое возможное доверие.

– Луиза… миледи, – настолько мягко, насколько позволял подрагивающий от напряжения голос, начала я.

Девочка еще сильнее вжалась в кресло, я заметила, как от него начал подниматься легкий дымок. Этого еще не хватало! Спонтанные всплески магии норма в таком возрасте, но в случае с огненными драконами они могут быть опасны.

Прошло еще несколько мгновений, в воздухе появился запах гари. Надо было действовать, причем срочно. Я осторожно коснулась плеча малышки, и убедившись, что она не собирается меня отталкивать, провела рукой по золотым волосам.

– Расскажешь мне, почему ты решила уйти? – подумав, что слово «убежала» только лишний раз напомнит маленькой леди о ее трусости, я решила подобрать другую формулировку.

Малышка всхлипнула и, прикрыв ладошками раскрасневшиеся щеки, повернулась ко мне. В том месте, где она касалась руками пыльной обивки кресла, остались темные следы, но открытого огня нет – уже хорошо.

– Его светлость злится, когда я плохо веду себя за столом, – наконец, тихо сказала она, обхватывая руками худенькие плечи.

– Ты вела себя не плохо, тебе просто нужно больше тренироваться. А как это сделать, если не есть? – ощутив, что контакт налажен, я присела на корточки и, пренебрегая всеми правилами этикета вместе взятыми, облокотилась локтями на сидение.

Малышка снова всхлипнула, ее взгляд по-прежнему оставался испуганным.

– После того, как Его Светлость так смотрел на меня за обедом, мисс Детри на занятиях била меня по рукам линейкой и связывала локти за спиной, чтобы я училась сидеть правильно, – выдала малышка, подняв на меня кристально-чистый взгляд голубых глаз. – Ты тоже будешь меня бить?

Святые боги и их порождения… да, нас всех, в том числе и эту мисс Детри, кем бы она ни была, учили этикету именно так, но разве это правильно? Разве это повод так же издеваться над другими детьми? Увы, для многих гувернанток старой школы – да.

– Не буду, – я накрыла своей ладонью маленькие ручки Луизы, которые все еще оставались очень теплыми после выброса магии и немного подрагивали.

Во взгляде малышки читалось недоверие, но слишком сильно потакать ей я тоже не хотела, так что ограничилась одним обещанием.

– Но столовым этикетом придется заниматься больше, – добавила я и продолжила наблюдать за реакцией малышки. Она скривилась – уроки правильного поведения явно не доставляли ей удовольствия. – Ты же не хочешь снова расстраивать Его Светлость? – прибегла к запрещенному приему я.

Мордашка златовласки при упоминании ее брата стала испуганной, малышка активно замотала головой, превращая в воронье гнездо и так растрепанную прическу. Ясно, именем Келбера в разговорах с ней больше не пользуемся, запугивание – не мой метод воспитания. Как бы самом лорду намекнуть, что девочка не должна его бояться? Ладно, об этом потом.

– Н-но можно сегодня без тренировок? – похоже, малышка совсем успокоилась, но мысль о возвращении в столовую ее все еще пугала. Пожалуй, сегодня ей и в самом деле лучше не браться за эти многочисленные вилки и ножи, иначе от волнения она еще больше запутается.

– Сегодня – так уж и быть. В любом случае в таком виде приличная леди не должна показываться за столом – запомни это, – с показной неохотой согласилась я. – Но с завтрашнего дня будем практиковаться.

Я прекрасно помнила, что Келбер просил вернуть девочку за стол, но какой от этого сейчас толк? Да и жалко ее – она явно боится своего «дорогого братца» и называет его даже за глаза только «Его светлостью». Не очень-то это похоже на теплые родственные отношения.

Вместе с малышкой мы вышли из закутка, я передала ее с рук на руки ее горничной – молодой пухленькой блондинке, которая дожидалась нас в коридоре, и, подозреваю, внимательно слушала наш разговор. Когда я поручила служанке отвести Луизу в спальню, прочла на ее лице явное неодобрение, но спорить она все же не стала.

А я направилась обратно в столовую, попутно составляя в уме убедительную речь о том, почему не выполнила поручение лорда. На подходе к дверям поджилки тряслись, и хоть внешне я оставалась спокойной, мысленно уже паковала чемоданы. А заодно ругала себя за жалость к малышке Луизе, но не слишком искренне. Разве могла я силком потащить ее обратно за стол или надавливать авторитетом Келбера? Нет, пожалуй, и с мечом у горла не пошла бы на такое, девочке и так нелегко тут пришлось.

– Где Луиза? – холодный голос лорда окатился меня как ледяная вода. Даром, что Келбер – огненный дракон, его интонациями можно спокойно заморозить даже кипящий вулкан.

– Платье юной леди испорчено, в таком виде она не может вернуться за стол, – выдала я. Ничего более убедительного по пути сюда придумать не удалось.

– Вы не выполнили мое поручение, – отчеканил дракон.

Он все еще сидел за столом, а я стояла перед ним, как провинившаяся гимназистка перед учителем. Но спину по привычке держала ровно и взгляд не опускала. Я должна по крайней мере показать, что считаю свои действия правильными.

– Вы поручили мне продемонстрировать знание столового этикета. Именно это я и делаю, – не осталась в долгу я.

– В таком случае, надеюсь, вы будете следовать им беспрекословно и впредь, – Келбер выразительно покосился на мой подол.

Я на провокацию не повелась и голову не опустила. Впрочем, и так можно догадаться, что следы сырного супа и пыль плохо сочетаются с белой скатертью и столовым серебром.

– Разумеется, Ваша Светлость. Позвольте откланяться, – я присела в реверансе, стараясь не слишком демонстрировать пятна на юбке.

– Будем считать этот случай первым. Если вы еще дважды не выполните мой приказ, будете уволены, – сообщил Келбер, при этом смотрел он уже не на меня, а куда-то в глубины собственных мыслей. – Идите.

Я поспешила развернуться и направилась к двери, и уже на выходе из обеденного зала услышала, как Келбер тихо распорядился подать Луизе ужин в комнату. Ну что ж, по крайней мере девочка не останется голодной.

Райан

Когда за мерзавкой Вилберг захлопнулась дверь, я позволил себе откинуться на спинку кресла и прикрыть глаза. От собственной слабости хотелось выть. После смерти родителей я все еще остаюсь главой рода Келбер, но в таком упадке, как сейчас, моя семья не находилась никогда. Пока что мне удается сохранить хотя бы вид былого величия, но наши земли уже несколько лет дают плохой урожай, ни один из моих кровных братьев не получил дар, в наших плавильных мастерских в прошлом году разом, как по чьему-то заказу, стали неисправны почти все печи. На покупку удобрений и нового оборудования ушли слишком большие средства – вложения не окупятся, даже если в конце лета удастся получить хорошую прибыль. Так что сейчас я даже не могу выставить Трейсил, не напоровшись на скандал. В другое время просто уплатил бы ее долг, лишь бы не видеть в своем доме, но сейчас любой, даже мелкий шум, может вбить клин в идеальную репутацию рода.

Еще и Луиза… По возрасту ей уже пора как минимум познакомиться со своими ровесниками на каком-нибудь неофициальном приеме, но она совершенно не готова. Я лишком долго держу ее в затворницах, еще год, максимум полтора – и поползут грязные слухи, люди начнут думать, что с одаренной наследницей рода что-то не так. Но разве можно просто взять и вытолкнуть эту беззащитную малышку в общество, где остальные дети впитывали манеры и презрение к низшим по положению с молоком матери? Если ей так тяжело даются даже простые домашние обеды, что с ней станет после насмешек ровесников? Дети ведь гораздо более жестоки, чем взрослые.

– Ваша Светлость, пришли отчеты из плавильных мастерских, – сообщение дворецкого вывело меня из задумчивости.

Десерт на столе не вызывал аппетита, так что я отложил вилку, которую все это время крутил в пальцах. Поднимаясь, заметил, что серебро оплавилось. Но я ведь не применял дар, даже не почувствовал его всплеска на коже. Что произошло?

Списав все на случайность и задумчивость, попытался отделаться от неприятных мыслей, но легкое беспокойство никуда не пропало. Пока шел до кабинета, не раз вспомнил слова отца, сказанные им незадолго до смерти. Он подозревал, что кто-то из членов знатной семьи нас проклял. Наверняка под «кем-то» он имел в виду Вилберг.

В самом деле, все происходящее теперь походило на злой рок или исполнение чьей-то недоброй воли: меньше одаренных Келберов, проблемы всюду, куда ни посмотри. Когда отец впервые высказал свои подозрения, я счел, что он ослаб умом на старости лет. Но теперь понимаю: он мог быть и прав. Доказательств до сих пор найти не удалось, но после того, как он прижал к стенке предателей Империи, все в самом деле пошло наперекосяк.

Еще эта Трейсил маячит перед глазами, раз за разом напоминая, чего нашему роду стоила верность Императору. У этой мерзавки нет при себе ни амулетов, ни свитков с заклинаниями – я проверял. Дар ее слаб и не опасен, так что же она тут делает? Решила закончить то, что начали ее родители, и полностью разрушить мое благосостояние? Или покуситься Луизу? В любом случае, что бы она не планировала, ее ждет провал: мои магические щиты и охранные чары на Луизе не дадут причинить ей вред, у младшей Вилберг не хватит сил, чтобы через них пробиться. Но как только она попытается это сделать, у меня появится повод с чистой совестью вышвырнуть ее из поместья, и со своими долгами пусть разбирается сама.

Просматривая отчеты о доставке и установке новых печей в плавильнях и маршруты, по которым будут распределены ресурсы, необходимые земледельцам, я тщетно пытался избавиться от беспокойства, но оно не уходило. Едва прочитав строку текста, я тут же ее забывал – никогда прежде не был так рассеян. Пришлось отложить дела.

Отдернув плотные шторы и впустив в кабинет больше света, я вспомнил, с каким трудом переносит жару молодая Вилберг. Мысль о том, что она будет мучиться все недолгое время, которое проживет под моей крышей, вопреки логике не доставила никакого удовольствия. Я бы предпочел, чтобы ее просто здесь не было.

Взгляд упал на шкатулку со стопкой старых писем, которую я после переезда оставил на подоконнике, да так никуда и не убрал. Ничего ценного в них не содержалось, но отец ими дорожил. Эти послания напоминали о тех временах, когда Келберы и Вилберги составляли мощный, верный стране союз. Семьи не смешивались, но регулярно заключали укрепляющие партнерство браки. Маги камня и металла составляли неплохие пары с драконами, хоть и не увеличивали сил ни одного их супругов. Однако со временем сила обоих родов крепла, влияние росло, так почему же покойный герцог решился на предательство? Да еще и такое нелепое.

Отец рассказывал, что даже на суде Трэвис до последнего отрицал вину, но все факты свидетельствовали против него. Ему как аристократу сохранили жизнь, но для такого гордеца лишение титула, пожалуй, оказалось страшнее смерти. Я был совсем мальчишкой, когда видел его в последний раз – сухой, высокий, бывший военный офицер, он всегда оставался невозмутим, и, по словам отца, не изменял себе, даже стоя перед разгневанным Императором. Что же могло заставить такого человека пойти на подлость? И что могло привести сюда его единственную дочь? Неужели она не унаследовала ни капли его гордости?

На этот раз от размышлений меня отвлек запах гари. Подняв ладонь с деревянного подоконника, я увидел на темном фоне черные подпалины от пальцев. Да что со мной? Не хватало еще, чтобы сила вышла из-под контроля, как у подростка. Самое странное, что для этого нет никаких видимых причин, чужого магического влияния я не ощущаю, да и сам дом, зачарованный еще до окончательного переезда, выдал бы мне злоумышленника.

Стоило только подумать о недоброжелателях, как я ощутил холодок чужеродной силы, которая кралась по камням. Трейсил, маленькая интриганка! Решила проверить замок с помощью магии? Думаешь, я тебе это позволю?

Сосредоточившись, быстро отыскал источник сил, конечно же в комнате мерзавки Вилберг, и обдал ее руки жаром защитной магии. Не больно, но достаточно поучительно. Пусть запомнит, что ей не следует совать нос в мои дела.

Трейсил

Я смотрела на обожженные руки, от досады хотелось ругаться. Но в коридоре суетились слуги, и мне оставалось только сжимать зубы, глядя на покрасневшую, саднящую кожу.

Я ведь просто задумалась! И вовсе не собиралась шпионить за Келбером – этого мне еще не хватало! Моя сила всего лишь немного вышла из-под контроля и отправилась на прогулку по родным прохладным камням. Вот только спонтанных всплесков со мной не приключалось лет с семнадцати, кажется. Что же произошло?

Я сжала и разжала пальцы, но ничего необычного не ощутила, кроме легкого покалывания от ожога и нового приступа раздражения.

Наверное, Келбер подумал, что я пыталась найти что-то в замке или кого-то выследить. Я бы на его месте тоже так решила. Плохо дело.

Впредь надо постараться быть поаккуратнее, чтобы подобные инциденты не повторялись, ведь положение мое и так хуже некуда: Луизу еще учить и учить до приемлемого результата, а ее брат отдает неразумные распоряжения, за неисполнение которых я могу вылететь из поместья. Слуг иногда отстраняют за излишнюю строптивость, такой аргумент вкупе с плохим образованием моей воспитанницы станет вполне убедительным для комиссии в Академии.

В тщетных попытках придумать выход из ситуации я заметалась по комнате. Идея воздействовать на лорда через его сестру оказалась провальной – они гораздо менее близки, чем я предполагала. Необходимо придумать новый план.

Солнце уже склонилось к горизонту и жарило землю менее неистово, чем пару часов назад, стало прохладнее и я начала соображать быстрее. Чтобы не поддаваться панике, составила предварительный план действий, исходя из самого худшего предположения.

Итак, на случай, если Келберу все же удастся найти способ меня отстранить, я должна быть уверена, что в ходе рассмотрения дела в Академии он не сможет упрекнуть меня в неподобающем поведении. Помимо этого, я должна продемонстрировать результаты в обучении его сестры, они точно сыграют в мою пользу…

– Мисс Вилберг, – служанка, вошедшая в комнату, держала в руках поднос с едой. Она даже не постучалась, перед тем как открыть дверь, и под моим вопросительным взглядом поежилась. – Я стучала, но вы не открывали. Его Светлость приказал подать вам ужин в комнату.

Что? С чего бы ему меня кормить? Может, отравить хочет?

Все же отказываться от милости хозяина дома без видимой причины было бы невежливо, так что я кивнула служанке, гадая, куда же она пристроит поднос. Однако вслед за ней в мою комнатушку вошел еще и ловкий юноша, который, несмотря на низкий рост, быстро втащил через узкий дверной проем столик и пристроил его у окна. После выбежал в коридор и вернулась с табуреткой, затем откланялся и поспешил уйти.

Пока горничная расставляла тарелки и приборы, я еще раз оглядела комнату. Теперь она казалась еще меньше, но гораздо более уютной. Или, может, такое ощущение у меня появилось из-за аппетитного запаха мяса с пряностями?

Служанка уже собиралась меня покинуть, но я окликнула ее.

– Скажи, Его Светлость давал какие-то еще распоряжения на мой счет? – на всякий случай уточнила я у замершей на пороге девушки.

– Нет, – покачала головой она. – Только велел кому-нибудь из слуг сопровождать вас, если решите выйти в сад.

Когда горничная все же выскользнула за дверь, я уселась за стол и, взглянув на тарелку, сосредоточилась. Добавок из неорганических компонентов типа цинка, серебра, ртути или меди, в ней точно нет – я бы заметила и мельчайшие частицы. А вот с проверкой на ядовитые травы сложнее. По запаху ничего подозрительного я не заметила, но чтобы окончательно убедиться в безопасности еды, вырастила на поверхности тарелки тонкий слой серебра. Это почти полностью истощило мой магический резерв, зато яркий свет драгоценного металла показал, что бояться нечего.

На какую-то долю секунды мне даже стало стыдно за свою подозрительность, и чтобы успокоиться, я принялась за еду, попутно размышляя о своем положении. Чем дальше, тем страннее оно мне казалось: гувернантка в доме врага, при этом я не чувствую на себе никаких сковывающих магию чар. Зато на доме, на самом Келбере и на Луизе защитных заклинаний, пожалуй, даже больше, чем нужно для обычной предосторожности. Может, глава великого рода чего-то опасается? Вряд ли меня – если бы чувствовал во мне угрозу, не оставил бы под своей крышей, да и свободы перемещения по поместью бы не дал. Но слуги обязаны лишь сопровождать меня в саду. Наверное, снаружи защиты не такие сильные и лучше приставить ко мне хотя бы одного соглядатая?

С другой стороны, при всей своей неприязни Келбер не проявляет и открытой враждебности: хмурые взгляды и один нелепый приказ – не такая уж и пытка, если подумать. Я наслышана от своих сокурсниц о том, как господа могут издеваться над слугами, при этом и пальцем их не трогая, так что тут вроде бы все не слишком плохо. С другой стороны, от мысли о том, что Келбер просто ни во что меня не ставит, считает пешкой в шахматной партии, которую противник ему уже проиграл, раздражало. Он не видит во мне не то, чтобы угрозы, а даже равной себе аристократки.

Перед первым занятием я волновалась едва ли не больше, чем моя маленькая ученица. Заранее разложила книги и повесила карту – планировала начать с урока географии – потом попросила горничную принести полный комплект столовых приборов, которые понадобятся в обед. Если все пройдет хорошо, то первые результаты моей работы будут видны уже сегодня.

Луиза вошла в классную комнату, когда я задвигала шторы так, чтобы свет падал на ее маленький столик, но меня хотя бы немного скрывала тень. Сегодняшняя жара не уступала вчерашней, и мне становилось труднее дышать всякий раз, когда я слишком долго оставалась на солнце.

Когда вслед за моей маленькой ученицей в классную комнату вошел Райан Келбер, я не слишком удивилась, но и воодушевления его визит не добавил. Предпочла бы заниматься наедине с воспитанницей, но он, выслушав мое формальное приветствие, с поистине императорским величием прошел к окну и опустился в глубокое кресло.

– Я намерен присутствовать на сегодняшних занятиях, чтобы окончательно убедиться в их качестве, – безапелляционно заявил Келбер.

– Как пожелаете, Ваша Светлость, – ответила я спокойно.

Нельзя показывать ему, насколько мне неприятно его присутствие. Он наверняка пытается вывести меня из равновесия, заставить ошибиться, но я ему этого не позволю!

Луиза прошла к своему столу, созданному специально под ее небольшой рост. К себе она прижимала изящную куклу с золотыми кудрями, наряженную в голубое платье с белыми оборками. В детстве я глядела на похожих кукол в витринах магазинов, но даже не осмеливалась спросить у родителей, купят ли мне когда-нибудь такую: слишком хорошо понимала, насколько плачевно наше положение. По крайней мере, проблем с игрушками у Луизы точно не возникнет, с другой стороны, у меня вместо дорогих кукол была любящая мать, заботливый, пусть и погруженный в величие прошлого отец и хорошо образованная бабушка, которая утерла нос всем самым лучшим гувернанткам.

– Луиза, оставь куклу, – велел герцог, флер печальных воспоминаний тут же развеялся.

Малышка насупилась и прижала игрушку к груди еще крепче. Сегодня она и сама походила на эту куклу, правда, ее платье выглядело гораздо проще, чем праздничный наряд на тонком фарфоровом тельце. Начинать уроки с такого противостояния – плохая идея, так что я, собравшись с духом, решила поддержать Луизу.

– Ваша Светлость, в этом нет необходимости. Думаю, маленькой подруге нашей леди тоже будет интересно узнать, в какой замечательной стране она живет и какие государства находятся по соседству, – мягко, почти так, как говорила бы с ребенком, обратилась я к герцогу.

Он опешил от такой наглости, я мысленно ликовала уже от того, что мне удалось ошарашить его и сбить с толку. Запоздало подумалось, что сейчас он во второй раз может обвинить меня в неисполнении своих приказов. Но не устроит же он балаган из-за такой мелочи, как детская игрушка. Или устроит?

Луиза смотрела на меня со смесью восхищения, благодарности и интереса. Ее голубые глаза буквально светились от радости, когда она шагнула к столу вместе с любимой игрушкой.

– Что ж, надеюсь, ваш урок достаточно интересен и эта игрушка не будет отвлекать мою дорогу сестрицу от учебы, – удивил меня Келбер.

Хотелось на месте запрыгать от осознания того, что в этот раз я победила. Да, отвоевала игрушку для ребенка, но чем не первый шаг? Пусть этот напыщенный идиот и думает, что я ничего не стою, пусть считает меня хоть шпионкой, хоть интриганкой, но теперь он будет иметь в виду, что я не стану тупо склонять голову и раболепно повторять «Да, Ваша Светлость» при любом его слове!

Занятие началось, и я стала показывать Луизе очертания границ Империи. Моя ученица выглядела напряженной и на вопросы отвечала скованно. Подозреваю, дело не столько в волнении из-за меня, сколько в ее брате, который не сводил с нас обеих тяжелого взгляда. При этом я все никак не могла понять, что же выражают его ореховые глаза и нахмуренные темные брови: то ли он так ненавидит меня и мой род, что просто не может вести себя нормально в моем присутствии, то ли его печаль какая-то более всеобъемлющая. Чем дольше я наблюдала за хозяином поместья, тем больше мне казалось, что верно второе предположение. Но и мое присутствие радости в жизнь Келбера определенно не добавляло.

Завершив рассказ, я заметила, что Луиза локтем отвернула куклу, сидевшую все это время на краю стола.

– Луиза, кажется, твоя маленькая подруга не увидела, как я показываю на карте крупные города, – мягко начала я, чтобы не пугать девочку, но малышка все равно напряглась и взглянула на меня исподлобья. – Давай ты ей все еще раз объяснишь?

Златовласка с опаской встала со стула, подошла к карте и не слишком уверенно указала деревянным прутиком, который я передала ей, в столицу Империи, находящуюся севернее этого поместья.

– Смотри, Лили, это Пембер… – тихо начала она, но заметив мою одобряющую улыбку, поверила в свои силы еще больше и назвала почти все значимые для страны населенные пункты.

– А теперь покажи, где находится ваше поместье, – попросила я, косясь на Келбера. Его лицо по-прежнему не выражало ничего, кроме то ли презрения, то ли усталости. Впрочем, теперь уже не так явно, как в начале занятия.

Луиза уже вполне уверенно, даже приосанившись, ткнула указкой в пятачок степей в предгорьях, которые резко переходили в почти отвесные скалы. Неподалеку от этих скал и стояло поместье, окруженное искусственно выращенным садом. И именно горы скрывали долину от ветра, но позволяли солнцу беспрепятственно нагревать ее. Таким образом она становилась идеальным пристанищем для магов огня и настоящим адом для всех остальных живых существ.

– Молодец, можешь отдохнуть, – я забрала у Луизы указку и она, со счастливой улыбкой схватив куклу, отправилась с ней на диван.

Прислушавшись, я поняла, что маленькая хитрость сработала: юной леди понравилось самой выступать в роли учительницы, и она охотно пересказывала своей игрушечной подруге и обо всем остальном, что узнала на занятии.

Убедившись, что с малышкой все в порядке, я подошла к приоткрытому окну, чтобы вдохнуть хоть немного свежего воздуха. Голова от яркого света закружилась, но я чувствовала себя вполне сносно и готовилась повторить с Луизой еще и основы столового этикета.

– Думаете, вам удастся? – голос Келбера, раздавшийся прямо за спиной, едва не заставил меня потерять самообладание. Но я все же осталась внешне невозмутима.

– Что удастся? – искренне не понимая, о чем он говорит, уточнила я.

Глава 3

– Навредить Луизе, мне или репутации моего рода. Что бы вы не замышляли – отступитесь. Я не хочу ворошить прошлое и вам не советую, – спокойно, будто ожидал моего вопроса, пояснил Келбер.

Ну каков самоуверенный стервец! Можно подумать, его слова могли бы на меня повлиять, если бы я и правда замыслила что-то недоброе.

– И что же вы сделаете, если я не послушаю вашего совета? Что было бы, если бы я действительно что-то замышляла? – я иронично улыбнулась. Ситуация, вопреки логике и кипящему в груди раздражению, казалась забавной.

– Мне по силам добиться не только вашей казни, но и исчезновения имени вашего рода из истории страны, – невозмутимость Келбера уже начала раздражать.

Он что, в самом деле решил запугать меня? Будь я злодейкой-заговорщицей, может, и впечатлилась бы немного, но моя совесть перед ним чиста, поэтому мне совершенно нечего опасаться. А вот ему бы задуматься о том, что его отец сделал с моей семьей ради своего и сыновьего благополучия. Это он передо мной виноват и ему бы следовало вести себя осторожнее. Но увы, хоть правда и на моей стороне, но сила – на его. Такой неравный, несправедливый баланс.

Мы вместе смотрели в окно, на цветущий сад, который, наверное, трудно растить в этой жаркой равнине. Мне казалось, я закипаю то ли от злости, то ли от духоты, хотелось как-то поддразнить герцога, хоть немного сбить с него это холодное, отстраненное выражение, заставить слегка понервничать. Я сдерживалась, но чем более мрачным становился вид Келбера, тем быстрее таяло мое самообладание.

– А, впрочем, вы правы, я вынашиваю действительно крайне грандиозный план. Вам следовало бы опасаться, – с язвительной улыбкой заговорила я.

В отражении на стекле я видела, как на миг изменилось выражение лица Келбера. Взгляд ожесточился, черты заострились, на скулах наметились золотые чешуйки. Но он довольно быстро справился с собой. Как только буря эмоций в его душе схлынула, я продолжила, как ни в чем не бывало.

– Я намерена проработать здесь год, оговоренный контрактом, и дать достойные знания юной леди Луизе, после чего спокойно покинуть ваш чрезвычайно гостеприимный дом. Вам следовало бы опасаться, что ваше мнение обо мне окажется ошибочным.

Когда Келбер от злости сжал зубы, я едва не задохнулась от восторга и страха. С одной стороны, меня почему-то радовало, что я смогла вывести его хоть на какие-то эмоции, с другой я понимала, что хожу по очень тонкому льду. Но его взгляд стал таким острым и внимательным, поза – такой напряженной в этот момент, что я быстро решила: вид раздосадованного хозяина поместья стоил небольшого риска. Вряд ли на свете много людей – или нелюдей – которым удавалось довести его до подобного состояния.

– Изволите шутить, – выдохнув сквозь зубы, констатировал герцог. – Значит, уверены, что поведение Луизы за ужином меня не разочарует. Если она снова сбежит или запутается в приборах, вы получите второе предупреждение.

Я кивнула со всей возможной торжественностью. Да, так и знала, что за моей выходкой последует ужесточение правил, но раз Келбер прибег именно к такому методу, значит, крыть ему нечем. То ли у него врожденное отсутствие чувства юмора, то ли он и в самом деле меня опасается – не так уж и важно. Важно, что и у него, как у любого живого существа, есть слабости. И чем больше несовершенств в главе драконьего рода я подмечаю, тем сильнее крепнет моя уверенность в том, что и его отец обладал какими-то недостатками. И мог ошибиться, обвиняя в преступлении моего отца.

Не желая провоцировать продолжение разговора, я вернулась к Луизе и нашим занятиям. Герцог еще какое-то время мешал нам своим присутствием и тяжелым выражением лица, которым сваи можно было забивать, но вскоре к нему пришел дворецкий и что-то тихо сообщил. Райан нас покинул, и атмосфера на сразу стала свободнее.

Луиза с удовольствием показывала своей маленькой кукле-подруге, как правильно держать локти, какую вилку или ложку брать для определенного блюда. И, глядя на изящное фарфоровое тельце, сама невольно начинала подражать его осанке и царственному повороту головы. Я следила за тем, чтобы занятие окончательно не скатилось в игру, но и не превратилось в тупое зазубривание правил, и через пару часов мы с моей юной ученицей уже неплохо подготовились к предстоящему обеду.

К столу молодая госпожа Келбер подошла царственной походкой, аккуратно, как настоящая леди, придерживая юбку изумрудно-зеленого платья. Она гордо вздергивала носик, светились в солнечных лучах милые кудряшки, собранные в незамысловатую прическу, и весь вид маленькой гордячки казался мне настолько комичным, что я с трудом сдерживала смех. И конечно же подыгрывала ей, обращаясь к преувеличенно-вежливо, как к взрослой аристократке.

– Сегодня замечательная погода, не правда ли, леди Луиза? – спросила я, пока проходила первая перемена блюд. С овощным супом моя ученица справилась прекрасно.

– Вы правы, мисс Вилберг, – в тон мне отвечала малышка, но я заметила, что она краем глаза косится на брата.

– Не хотите ли прогуляться по саду после полудня? – продолжила маленький фарс я, теперь тоже аккуратно наблюдая за герцогом.

Ему, казалось, до нашего маленького спектакля нет никакого дела. Погруженный в свои мысли, он вяло ковырялся в тарелке и что-то обдумывал. Все внимание он сосредоточил на какой-то одному ему известной проблеме, и старания сестры полностью игнорировал. Ну каков наглец! Как бы плохи ни были дела, ребенка можно и похвалить. Луизе ведь всего пары слов и ласкового взгляда будет достаточно для счастья.

Малышка тоже замечала, что ее старания не производят на брата ни малейшего впечатления, и заметно расстраивалась.

– Да, с удовольствием, мисс Вилберг, – ответила она и уткнулась носом в тарелку с вторым блюдом, как только паж поставил его на стол.

– Выходить за пределы сада вам обеим запрещено, – взгляд Келбера сосредоточился сначала на Луизе, потом на мне, но лишь на пару мгновений, затем дракон снова погрузился в свои печальные думы.

Нет, ну просто невозможный мужчина! Вроде бы огненный дракон, но равнодушия в нем на десяток ледяных. Чего бы мне это ни стоило, я обязана ему объяснить, что так нельзя. Пусть со мной разговаривает, как ему вздумается, пусть взглядом замораживает и цедит слова сквозь зубы, но с сестрой и наследницей рода он обязан вести себя иначе! Если не наладит контакт с девочкой сейчас, то через пару – тройку лет будет уже поздно, она окончательно перестанет ему доверять и уж тем более искать его расположения или слушать советы.

Я уже составляла мысленную тираду, когда дверь в столовую отворилась. Вошел дворецкий. Я уже даже не оборачиваясь узнавала бодрую поступь этого сухого, высокого, прямого как палка и всегда спокойного старика.

– К вам гостья, Ваша Светлость, – оповестил он.

Я, позабыв от удивления о собственной злости, тут же повернулась к дверям.

В столовую вошла – вернее, впорхнула – тоненькая и гибкая как стебелек лозы блондинка в голубом платье. Каждое ее движение, выверенное и текучее, рождало ассоциации со звонким ручейком. Тонкое, как паутина, золотое кружево прекрасно гармонировало с блеском сетки в прическе и изящными, но баснословно дорогими украшениями. По ним – вернее, по белому золоту с бирюзой, отделка которого имитировала рябь на воде – я и узнала в гостье представительницу семьи Ллойд, в которой по наследству передается водяной дар.

– Герцог Келбер, прошу прощения за вторжение, – проворковала леди Ллойд нежным, как трель соловья, голоском, и поклонилась. По тону становилось ясно, что раскаяния она вовсе не чувствовала.

Келбер уже поднялся и направился к ней, взгляд его заметно оживился, но я бы не сказала, что он выражал радость. Скорее удивление. Я тоже запоздало встала, показывая Луизе, что и ей следует вежливо поприветствовать гостью.

Малышка с любопытством рассматривала леди Ллойд, которая очень походила на ее любимую куклу.

– Я всегда рад видеть тебя, Илена, – ответил Келбер, склоняясь к руке гостьи, но никаких эмоций в его голосе так и не прорезалось. – Что привело тебя сюда?

– Ах, разве нужен особенный повод, чтобы повидать старого друга? Тем более теперь ты живешь совсем рядом – всего-то четыре дня пути! К тому же, быть может, тебе не помешает помощь с обустройством дома? Да и красавице-Луизе необходим пример настоящей аристократки, – сделав упор на последних словах, Илена Ллойд попыталась заморозить меня взглядом. Но после общения с Райаном у меня на такие взгляды иммунитет, она может даже не пытаться меня впечатлить.

– К слову, пример вполне пристойного поведения у Луизы теперь есть, – улучив минутку, Келбер поспешил перевести разговор с обустройства дома. – Это Трейсил Вилберг, гувернантка из Академии классических искусств. Я, кажется, писал тебе, что намерен нанять выпускницу. Мисс Трейсил, – герцог повернулся ко мне, – это Илена Ллойд, дочь герцога Ллойда и его второй супруги.

– Для меня честь познакомиться с вами, – так же церемонно, как Келбер, и не менее холодно ответила я.

Уточнение на счет второй жены явно не случайное. Если мне не изменяет память и бабушка все верно рассказывала, именно от второй супруги у герцога Ллойда родились два наследника водной магии, между которыми сейчас идет активная борьба за главенство в доме. Отец Илены еще вполне здоров, но разве ей не следовало бы быть поближе к нему и зарабатывать бонусные баллы вместо того, чтобы трястись в карете под палящим солнцем?

– Вилберг? – Илена выпучила глаза и картинно прижала ладонь к сердцу. – Из того самого рода? – она бросила на Келбера возмущенный взгляд, но напоровшись на его полную невозмутимость, тут же опустила глаза. – Впрочем, если ты считаешь, что это разумно…

– Мисс Вилберг показывает себя вполне достойно, – с нажимом произнес герцог. Судя по тому, как на мгновение скривились пухлые губки леди, она поняла намек. – Пока что, – добавил Келбер, эта фраза вместе с колким взглядом предназначалась уже мне.

Пока мы беседовали, слуги уже успели выставить на стол дополнительные приборы. Как только они закончили возню, Келбер поспешил занять едой рот гостьи, которая без умолку болтала то о дороге, то о жаре, то о еще каких-то незначительных вещах.

Когда мы принялись за новые блюда, я тут же посмотрела на Луизу. Она сидела напротив меня и в присутствии нового для нее человека явно нервничала. Но мы с ней достаточно занимались, так что пока все молча жевали, ей вполне удавалось сохранять самообладание.

Когда нам подали десерт – воздушную пастилу, политую клубничным джемом, – глаза малышки загорелись при виде любимых сладостей. Она довольно быстро выбрала правильную ложку и принялась за еду. Я уже расслабилась, рассчитывая, что хотя бы окончание обеда пройдет без сюрпризов, но леди Ллойд решила, что ей в этом случае будет слишком скучно.

– Луиза, милая, не стоит так спешить, – с медовой улыбкой и легким укором сказала она, наклонившись к малышке. – Разве твоя наставница не рассказывала об этом?

Луиза сникла и замерла с поднесенной ко рту ложкой. И надо было этой рыбине портить ребенку аппетит?!

– Предпочитаю не понукать воспитанниц во время еды. Таким образом невозможно добиться ничего, кроме несварения желудка, – невозмутимо ответила я.

Илена на мгновение растерялась, но будто в отместку мне снова переключилась на Луизу.

– Не сиди с открытым ртом, дорогая. Кушай, раз уж подняла ложку, – леди Ллойд ободряюще улыбнулась, но от ее акульего оскала даже у меня кусок поперек горла встал.

– Леди Илена права, – не выдержав, добавила я. – Сколь бы неприятной или напряженной не была беседа, не позволяй себе терять лицо.

Я заработала сразу два уничтожающих взгляда в свою сторону – и от Келбера, и от его гостьи. Зато подбодрила Луизу. Малышка кивнула и через силу все-таки заставила себя проглотить сладость, к которой уже потеряла всякий интерес. Глазки девочки покраснели, казалось, она готова вот-вот расплакаться и убежать, но все же осталась.

Взглянув сначала на брата и не найдя в нем поддержки, она переключилась на меня. Я мягко улыбнулась ей одними уголками губ, приосанилась и, зачерпнув ложечкой совсем маленькую часть лакомства, медленно поднесла ее ко рту. При этом вид сохраняла такой, будто ем не редкий деликатес, а обычный куриный суп.

Кажется, мое поведение приободрило малышку. Она, подражая мне, продержалась еще какое-то время, при этом все мы сидели в напряженном молчании. Я глядела прямо перед собой: даже смотреть не хотела в сторону Келбера, который и не подумал вступиться за собственную сестру.

Ладно я – гувернантка, да еще из рода предателей, по его мнению, но ведь Луиза еще совсем малышка! Мне казалось, стоит только увидеть холодный и безразличный взгляд герцога, как я наброшусь на него с руганью и кулаками. Но сейчас выдать свои эмоции – значит проиграть. Я чувствовала, что мой наниматель пристально за мной наблюдает, и старалась, не обращая на это внимания, подавать воспитаннице достойный пример.

Наконец, Луиза не выдержала. Но вместо того, чтобы убегать, как в прошлый раз, она поднялась со стула и, сделав вполне неплохой реверанс в сторону Келбера, пролепетала «разрешите откланяться». Тот кивнул, и девочка удалилась, держа спину как можно ровнее. Молодец, малышка! Надо будет обязательно похвалить ее за правильный и вежливый уход. Конечно, не все идеально получилось, но наметился явный прогресс.

– В списке ваших достоинств сдержанность не значится? – спросила Илена, когда слуги закрыли дверь за Луизой.

Только моя сдержанность и спасает тебя от потери скальпа! Если бы не это прекрасно развитое качество, я бы уже выдирала твои волосы, накручивая их перед этим на раскаленную вилку для пущей вони.

– Осмелюсь предположить, что о сдержанности я все же знаю чуть больше, чем вы – о воспитании юных барышень, – ответила я и отвернулась, не желая продолжать пикировку.

Илена вспыхнула, сжала в руках десертную ложку, ее глаза вмиг, как по заказу, наполнились влагой. Интересно, вызывать слезы по собственному желанию – это какая-то особая способность водных магов или она просто хорошая актриса?

– Райан, ты слышал, что сказала эта мисс? – на последнем слове Илена показательно скривилась.

– Ты упрекаешь Трейсил в отсутствии сдержанности, но и сама не стремишься демонстрировать это качество, – осадил приму самопального театра Келбер, после чего повернулся ко мне. – Мисс Вилберг, я хочу, чтобы вы сегодня позанимались с Луизой дополнительно. Начните как можно раньше.

Намек я поняла. Поднялась, откланялась и поспешила уйти, пока не началась новая пикировка с гостьей Келбера. Зачем эта пиявка вообще заявилась сюда? Не похоже, чтобы их с герцогом объединяли какие-то романтические тайны.

Я раздумывала и так, и эдак, но не могла найти никаких логичных причин, по которым Илена могла тут находиться. Нестерпимая жара для нее еще более губительна, чем для меня, к тому же она тут явно не с официальным визитом: слуг с ней почти нет, только одна горничная и пожилая компаньонка, которым впопыхах искали пристанище в необжитом особняке. Силы леди Ллойд и Келбера противоположны по своей сути, брак между ними мог бы быть возможен, не будь Райан главой огненного рода. Но связь бы сильно ослабила обоих, так что в ней нет никакого смысла. Тогда в чем же дело?

Решив, что у меня слишком мало информации для правдоподобных теорий, я отбросила рассуждения. К этому моменту как раз почти добралась до классной комнаты, куда Луиза должна была вернуться после обеда – мы договорились, что обсудим ее успехи и неудачи сразу после того, как покинем столовую.

Пока я подходила к дверям, в коридоре стояла мертвая тишина. И это казалось странным. Я все ждала, что услышу тихий голос маленькой леди, которая что-нибудь рассказывает своей игрушке, но с каждым шагом ее молчание все сильнее давило на уши.

Деревянную створку я распахнула едва ли не рывком, чувствуя, как под волей, заключенной в пальцах, прогибается металл ручки. Быстро оглядела комнату и от страха едва не вскрикнула. Малышка лежала на ковре, широко распахнув глаза, от ее горла поднимался едкий черный дым. Она пыталась вдохнуть, но никак не могла зачерпнуть побольше воздуха, и в испуганном взгляде, устремленном в потолок, стояли слезы._________________

Дорогие читатели, предлагаю вашему вниманию свою новинку!

"Нормальные попаданки в княжон получают в придачу мужа-дракона или, на худой конец, старый особняк. Мне же достались две юные сестры, пустой кошелек, старая хрущевка и магия, от которой вреда больше, чем пользы. Ах да, еще и испорченная репутация рода и туманные перспективы в какой-то совсем неправильной Российской Империи."Читать: https://author.today/reader/382289/3525582

Глава 4

Я тут же бросилась к малышке и опустилась перед ней на колени. Луиза оставалась в сознании и наблюдала за мной, но дышала мелко и часто, ее взгляд застилала пелена слез.

Так, не паниковать! Всего лишь магический выброс, который она очень старательно блокирует. Или он заблокирован чем-то другим?

Я коснулась ладонями щечек девочки – они горели, будто она около часа стояла у костра. Провела ладонью по волосам и, стараясь выглядеть как можно более спокойной, чтобы не пугать малышку, огляделась. Заметив на тумбе неподалеку серебряный подсвечник, схватила его и всучила малышке.

– Нагревай, – велела я уверенно, но не слишком жестко, чтобы не нервировать.

Луиза послушалась, я ощутила жар, который сосредоточился в маленьких ладошках, увидела бездымное пламя, тут же охватившее металл, и выдохнула. Все будет в порядке.

Я уже видела раньше нечто подобное: мальчик, который жил на соседней улице, однажды ощутил спонтанный выброс силы посреди двора. Он попытался сдержать магию, задымил все вокруг и сам чуть не задохнулся, но его удалось спасти какому-то водному колдуну, который оказался неподалеку. Сейчас я понимала, что, должно быть, парнишка был бастардом какого-то аристократа, но тогда лишь смотрела на копоть на стенах и радовалась, что моя сила менее опасная.

– М-мисс Вилберг, – неуверенно позвала Луиза.

Я опустила глаза и заметила, что подсвечник стал очень мягким и начал сгибаться. Ничего себе! Она нагрела его до температуры плавления! Отдавая ребенку металл, я и подумать не могла, что такое может произойти.

– Продолжай греть, со мной все будет в порядке, – распорядилась я, отбирая у девочки мягкое серебро. Металл, даже расплавленный, не может причинить мне серьезного вреда. Ну если мне его в глотку не зальют, конечно.

Пока малышка продолжала выплескивать силу, выставив вперед круглые ладошки, я, дождавшись, когда серебро станет еще немного мягче, задумалась. Но быстро решила, по что хочу превратить этот спонтанный всплеск, чтобы не оставлять о нем только плохих воспоминаний.

Несколько простых жестов, и металл, растекаясь вдоль воображаемых линий, начал менять форму. Он становился тонкой ножкой, легкими складками юбок, изящными пальчиками на руках, взметнувшихся в незамысловатой фигуре танца, и узорчатой вязи крыльев во весь рост маленькой феечки, которая вся от макушки до пяток в длину оказалась примерно с мою руку по локоть.

– Ого! – когда я отставила статуэтку на пол и взглянула на Луизу, малышка таращилась на меня, как на ожившую картинку из ее старинных книг.

– Сила успокоилась? – мне же было не до хвастовства собственными навыками. В юности даже я, несмотря на довольно посредственный дар, могла покрыть серебром всю поверхность кухонного стола, если злилась – при этом бабушка каждый раз жалела, что магически выращенные камни и металлы нельзя выгодно продать. Но что же может вытворить Луиза, которая поручила в наследство магию сильного рода?

– Да, – Луиза посмотрела на свои руки, чуть покрасневшие от напряжения.

Я хотела спросить у малышки, почему она решила подавлять магию вместо того, чтобы направить ее к ближайшему безопасному месту вроде таза с водой или окна, но не успела. Потому что, подняв взгляд, заметила, что за нами наблюдает Келбер. Его хмурый вид не предвещал ничего хорошего.

– Мисс Вилберг, идите за мной, – скомандовал дракон, как только я обратила на него внимание.

С беспокойством глянув на Луизу, которая тут же поднялась, услышав голос брата, я встала и медленно направилась к дверям.

– За моей сестрой присмотрит горничная, вам не о чем беспокоиться, – эти слова, брошенные с явно издевкой в ледяном голое, навели на неприятные мысли: Келбер подумал, что я виновна во всем, что случилось. И теперь, если не хочу, чтобы он меня выставил, придется доказывать обратное.

Перед тем, как я ступила за порог, Луиза подбежала ко мне и порывисто обняла. Я не успела ответить на этот жест доверия, потому что малышка тут же отстранилась и выскочила в коридор, под опеку уже спешащей к нам горничной. Однако я успела заметить, что девочку слегка потряхивает, и взгляд у нее по-прежнему испуганный. Интересно, чего она теперь боится? Еще не привыкла к всплескам силы, или может Келбер ее запугал?

– Мисс Вилберг? – в его коротком вопросе, намекавшем, что я слишком задержалась у порога, уже слышалась неприкрытая угроза.

Опасаясь вызвать гнев еще большим промедлением, я поспешила вслед за драконом по коридору.

Вопреки моим ожиданиям, для разбора полетов герцог повел меня не в кабинет, а на задний двор. Я еще не видела эту часть дома, и когда он в безупречно-вежливом, но как всегда холодном жесте распахнул передо мной дверь, удивленно огляделась.

Общая заброшенность сада здесь сильно контрастировала с тем ухоженным, даже прилизанным видом, который открывался перед домом. Кованая ограда отделяла поместье от небольшой рощицы, но, кажется, природа постепенно поглощала чужеродный элемент: металлические прутья давно заржавели и кое-где погнулись, их обвивал плющ и покрывал мох. Внутри сада хоть и царил относительный порядок, но разбирая чаша фонтана, полное отсутствие белых статуэток, так любимых богатыми модницами, да и в целом вид хаотичный, не свойственный саду богатого дома, наводил на мысль, что Келберу пришлось переехать из прежнего особняка в спешке. Но с чем она могла быть связана?

Ответа у меня, как всегда, нет, так что отложив вопросы на потом, я просто наслаждалась видом раскидистых крон деревьев, которых еще не коснулись инструменты садовника, и запахом полевых цветов, скромно мелькавших меж высоких трав.

Когда мы остановились возле секции ограды, которая покосилась и, кажется, готова была вот-вот рухнуть, я вопросительно посмотрела на Келбера. И чуть не отпрянула: он не сводил с меня внимательного, изучающего взгляда. Нет уж, этом дракону меня не запугать!

Я выпрямилась, ожидая упреков.

– Для начала хочу поблагодарить вас за помощь, которую вы оказали Луизе, – начал Келбер, и я едва рот не разинула от удивления. Его Светлость соизволили заметить, что я здесь не со злым умыслом? – Однако это не значит, что после сегодняшнего инцидента я начал вам доверять.

Ах нет, показалось. Такой сухарь, как Келбер, наверняка всех по себе судит: у самого за пазухой камень, и от других подобного ждет.

– Я не могла бы поступить иначе. Даже будь я на самом деле заговорщицей, меня интересовали бы вы, а не ребенок, – я повела плечами с видимым спокойствием, но мысленно уже обругала себя за длинный язык. Так хотелось поддеть этого самоуверенного аристократа, выбить из него эмоции еще хотя бы на пару мгновений, чтобы он перестал копировать повадки каменной статуи, но увы, на этот раз мне не удалось.

– Может, вы и честны, но ваша способность управляться с серебром вызывает подозрения, – невозмутимо ответил Келбер. – И потому прежде, чем вы снова подойдете к моей сестре, я хочу знать, на что вы способны. Вы говорили, что не слишком сильны, однако только что продемонстрировали обратное.

Хочет устроить мне проверку? Я покосилась на ограду, судя по виду – чугунную. Взгляд графа тоже переметнулся на нее.

– Я расплавлю, а вы покажете, что умеете. Если будете работать не в полную силу, я почувствую, – предупредил он.

Глупец!

– Я не смогу управляться с чугуном, моих сил для этого недостаточно. Он слишком прочный. Самое большее, что я могу – это немного деформировать железо, но с ним не пройдет такой же трюк, как с серебром или более легкоплавкими составами, – с трудом сдерживая раздражение, пояснила я.

– И все же, – не унимался Келбер, подходя к ограде почти вплотную. – Я хочу лично убедиться, что вы мне не лжете.

Я сжала зубы, чтобы не выругаться. Ладно, если он хочет тратить время на наблюдение за тем, как я облажаюсь, пожалуйста, пусть смотрит.

Я кивнула и тоже шагнула ближе, но в следующий миг уже отпрянула. Огонь, которым Келбер окружил сразу несколько чугунных прутьев, обжигал гораздо сильнее, чем пламя Луизы или любых других магов, которых я встречала прежде. В считанные мгновения прутья погнулись еще сильнее. Если я сейчас не удержу металл, он растечется по траве.

Заранее зная, что мои попытки безуспешны, я все же сосредоточилась и даже выставила вперед руки, чтобы лучше чувствовать стихию. Попыталась собрать ее в компактный шар так же, как могла собрать серебро – самый податливый для меня материал, несмотря на его довольно высокую плотность – и ждала, когда тяжелый состав, вопреки моим попыткам, упадет.

Однако, к моему удивлению, чугун повиновался. Он принял форму не слишком ровного, но все же шара, а я ощутила, как на лбу выступает испарина от напряжения. Но что происходит? Я ведь уже пыталась раньше, экспериментировала с самыми разными материалами, и мало какие мне поддавались, кроме самых простых! Так почему же сейчас…

Додумать я не успела. Огонь, поддерживающий температуру вокруг металла, вдруг взметнулся вверх, несколько раз полыхнул, затем один из его языков ринулся прямо на меня.

Я резко развела руки в стороны, чугун встал передо мной жидкой стеной, принимая на себя большую часть жара. Но кожей я все равно почувствовала его и, закашлявшись от духоты, ослабила контроль. Металл шлепнулся на землю и начал быстро остывать, лишенный тепла, я отступила назад, все еще пытаясь прийти в себя.

Как только первый шок схлынул, его место заняла злость, даже ярость.

– Как вы посмели?! – я шагнула к Келберу, который выглядел таким же невозмутимо-холодным, как и всегда.

– Что тут происходит? Райан! – раздалось откуда-то из-за спины одновременно со мной. – Она что, пыталась тебя убить?!

Илена, придерживая юбки, подбежала к нам. Она глядела на Келбера с наполненными влагой глазами и не обращала на меня ни малейшего внимания.

– Ох, что с тобой? – Илена опустила взгляд ниже, куда-то на одежду герцога, я невольно повторила ее жест.

На рукавах и воротнике дракона виднелись подпалины от пламени, но сам он стоял так, будто ничего не произошло.

– Все в порядке, Илена, вернись в дом, – велел он таким тоном, что, кажется, его послушался бы сейчас даже сам Император.

– Я велю подготовить воду и новую одежду, – пролепетала Илена, с показной покорностью присаживаясь в реверансе.

Развернувшись, аристократка прошлась по мне взглядом, наполненным смесью презрения и подозрения, поджала губы, но ничего не сказала. И что она вообще делала здесь, на заднем дворе? Если ей приспичило погулять, ходила бы по дорожкам перед особняком!

Мы с Келбером синхронно проследили за тем, как за Иленой захлопнулась дверь, и обменялись враждебными взглядами.

– Вы едва не убили меня! Я прежде никогда не могла контролировать чугун! А если бы и в этот раз не удалось?! – ощутив, как дрожит голос, я замолчала и отступила на шаг. Мало ли, что еще взбредет в голову этому полоумному дракону?

– Я контролировал ситуацию, – спокойствие Келбера уже начинало не на шутку меня раздражать, но я все же молчала, не желая выглядеть истеричной бабой, – я лишь хотел проверить, что вы можете на самом деле. Впрочем, признаю, несколько… перестарался. Прошу прощения.

«Прошу прощения»?! Это все, что он может мне сказать? Подлец! Самоуверенная скотина! Да как он может?! Я не сделала ему ровным счетом ничего плохого, из шкуры своей готова вылезти, чтобы чему-то научить Луизу, и даже с этой леди Иленой больше и парой слов не перемолвилась, лишь бы не нарушать царственный покой его дома. А ему все мало!

– Надеюсь, теперь вы получили полное представление о моих способностях, – процедила я, чувствуя, как мир плывет перед глазами.

Сжала кулаки, пытаясь привести себя в чувство: не хватало только грохнуться в обморок перед этим самовлюбленным идиотом. Но мою попытку взять себя в руки Келбер воспринял иначе.

– Пожалуй, теперь да. Если бы вы умели создавать оружие, то уже набросились бы на меня с сотней чугунных спиц, – он ехидно улыбнулся, усиливая мое желание если не чугунной спицей, так кулаком приукрасить его лицо.

Хотелось плакать и ругаться, и конечно же, хлопнув дверью, просто уйти отсюда. От кредиторов и академии я могла бы просто сбежать, сменить имя, устроиться где-нибудь в маленьком городке на границе учительницей в провинциальную гимназию… Но бабушка – что будет с ней? Она вряд ли сумеет перенести очередное долгое путешествие, обустройство на новом месте, да и сбегая с ней, я навлеку на себя слишком много подозрений.

Будь у меня свидетели, обвинила бы герцога в нападении. Но Илена поддержит его, а мое слово против слова двух аристократов с хорошей репутацией ничего не стоит. Какая же я беспомощная!

– Возвращайтесь в особняк, – на этот раз в голосе Келбера слышался не приказ, а усталость. Но мне плевать. Все лучше, чем глядеть на его самоуверенную рожу.

Я развернулась, подобрав юбки, и уже собиралась уйти, но слова герцога заставили меня замереть.

– Примете ли вы от меня подарок в качестве извинений?

Что?! Да как ему вообще в голову такое пришло?!

Видимой, мое искаженное яростью лицо выглядело достаточно красноречиво, слова не требовались. Но я, вздернув подбородок, все же пояснила:

– Мне не нужно от вас ничего, кроме жалования, оговоренного в контракте, и возможности спокойно исполнять свои обязанности, прописанные там же.

Не давая ему и мгновения, чтобы вставить хоть слово, я направилась к особняку. И хотя чувствовала, как между лопаток жжет от тяжелого взгляда, ни разу не обернулась.

Райан

Я смотрел в спину удаляющейся леди… мисс Вилберг и сжимал кулаки от злости. Идиот, что на меня нашло? Хотел немного испугать девчонку, но едва ее не убил! Как только понял, что происходит, большую часть огня оттянул на себя, но не успей она выставить перед собой металл, и ей бы порядочно досталось.

Взглянул на руки, на подпалины одежды в попытках понять, что же произошло, но ничего дельного на ум не приходило. Последний спонтанный выброс магии произошел в день моего совершеннолетия. Тогда я случайно поджег пышный парик какой-то престарелой дамы, которая очень уж активно прочила мне в невесты свою то ли дочку, то ли внучку. С тех пор я всегда прекрасно контролировал собственные силы. Может, это из-за усталости? В последнее время и впрямь много всего навалилось.

С другой стороны, Трейсил тоже хороша. Говорила, что не умеет обращаться с тяжелыми металлами, и при этом выставила щит без колебаний! Если бы не мой спонтанный выброс, я бы и не узнал о полных ее возможностях. Да что там, я их даже не почувствовал! Неужели она так тщательно и умело их скрывала? Но мне неизвестны никакие заклинания или амулеты, которые могли бы действовать совершенно без следов. Может, какие-то новые чары?

Выждав несколько мгновений после того, как за Вилберг захлопнулась дверь, я тоже направился к особняку. Сегодня еще предстояло ответить на письмо из плавилен: у рабочих появились какие-то проблемы с новыми печами. Если не удастся решить вопрос быстро, придется ехать в цех самому и уже на месте разбираться, что не так.

Войдя в малый холл, успел заметить, как мелькнула на втором этаже юбка и каштановые локоны, в свете солнца отдающие золотом. Образ разъяренной Трейсил, казалось, готовой всадить в меня чугунный прут, очень живо встал перед глазами. Красивая как демоница! Ни грамма той наигранной легкости, которую демонстрируют девицы, воспитанные в знатных домах.

Безукоризненно вежливая, слегка скованная этикетом, который ей совершенно не идет, но может так взглянуть, что пламя по спине прокатится. Сдержанная, но обладающая той свободой, которую может себе позволить владелица лавки или незнатная студентка захолустной магической академии – тем все нипочем. Она, наверное, среди таких девиц и росла, бабушка лишь слегка пообтесала ее горячий характер хорошими манерами.

Любопытно было бы увидеть, как ее пухлые губы, обычно брезгливо сжатые, приоткрываются в порыве страсти, как она запрокидывает голову, и как каштановые локоны рассыпаются по тонким плечам… Так, стоп. Не хватало еще слюной капать при виде дочери предателя Империи. Она, судя по сегодняшним событиям, от отца недалеко ушла.

Я очнулся от туманных размышлений на пороге собственной спальни. Возле которой меня дожидалась Илена.

– С тобой точно все в порядке? Быть может, мне стоит отправиться в город и пригласить следователя, чтобы он во всем разобрался?! Нападки этой наглой Вилберг нельзя оставлять без внимания, она наверняка хочет отомстить тебе за то, что твои предки честно выполнили долг перед короной! – тараторила она, не давая мне проходу.

И только заметив мой усталый и потрепанный вид, наконец отступила.

– Я велела подготовить ванну и свежую одежду. И, наверное, стоит распорядиться об ужине, – пролепетала она, опуская голову. И почему меня так раздражает это нелепое поведение? Она сильный маг, при желании может даже пользоваться боевыми заклинаниями, так к чему эта показная слабость и покорность?

– Спасибо, но не забывай, что ты здесь не хозяйка, а гостья. Ужин подадут как обычно, тебе незачем об этом беспокоиться, – сказал я и поспешил скрыться за дверью от раздосадованного взгляда «давней подруги».

– Ах да, конечно, – изобразила обиду Илена, но мне до ее спектаклей уже давно нет никакого дела.

Быстро приведя себя в порядок, я направился в кабинет и перечитал письма, но из объяснений управляющего ничего не понял. Решил, что на всякий случай надо написать разъяснения к инструкциям по установке печей – я все же разбирался в их магической составляющей немного больше – но мысли путались и все время возвращались к Трейсил. Вернее, к ее необычным способностям.

Вспомнилась серебряная статуэтка, и не в силах думать больше ни о чем другом, я отложил перо. Если из заклинания, с помощью которого она создала такую фигурку, сделать штамп, то можно фабриковать сколько угодно таких украшений.

Монополия на производство оружия находилась в руках короны, так что нашему роду оставались только изделия, которые можно произвести для мирных целей. Но много ли заработаешь на вилах и топорах? Украшения могли бы быть гораздо более востребованными.

Мысль о сотрудничестве навела меня на смутное воспоминание и, немного покопавшись в памяти, я все же понял, где недавно читал о нем. Документы отца! При переезде я перебирал их, оставляя только самое нужное, и кажется, находил черновики договоров между фабриками Келберов и младшими членами рода Вилберг. Решил оставить на всякий случай, но не вчитывался. А стоило бы.

Времени до заката еще оставалось предостаточно, так что я, сгорая от любопытства, направился в библиотеку.

Глава 5

Трейсил

Я влетела в свою каморку, едва не сбив горничную, которая успела отшатнуться в последний момент и таки не пролила воду из кувшина. Видя, что я вовсе не в настроении любезничать, она оставила свою ношу возле таза и спешно удалилась.

Все еще вне себя от гнева я умыла лицо в попытке хоть немного успокоиться, и, пару раз глубоко вдохнув, почувствовала, что наконец начинаю приходить в себя и соображать.

Нет, но каков подлец! Так напасть на беззащитную женщину! Конечно, я не леди, а безродные по меркам драконов мало стоят, но я все-таки обучаю его младшую сестру. Подумал бы хоть о том, как объяснит ей мой обгоревший труп.

Вспомнив еще раз хорошенько все, что произошло на поляне, я в шоке опустилась на кровать.

Чугун! Я управляла чугуном! Но почему? В годы, когда магия выходила из-под контроля, я много с ней экспериментировала – очень уж было любопытно, да и чего уж – приятно осознавать, что я на что-то способна. И пусть серебро, созданное мной, начинало исчезать, как только лишалось магической подпитки, но вещи из реального металла, форму которых мне удавалось изменить, оставались такими, какими их сделала я. Это работало только с мягкими сплавами, чугунную решетку я пыталась погнуть лишь раз – безуспешно. Я даже не почувствовала ее, как ощущала более легкие металлы. Что же произошло? Не могла ведь моя магия выйти из-под контроля?

А даже если и так, то Келбер наверняка решил, будто я скрываю от него свои способности. Час от часу не легче, и как ему объяснить, что я ни в чем не виновата?! Не поверит же, что бы я ни говорила.

Осознав, что мне здесь надолго не задержаться, я спрятала лицо в ладони, стараясь не зареветь. В этот момент вспомнилось внимательное лицо Райана, подпаленный воротник его рубашки… Подпаленный! Неужели в тот момент он тоже перестал контролировать свои силы? Но тогда я совершенно ничего не понимаю. Ни разу не слышала, чтобы взрослые обученные маги не справлялись с родной стихией.

Немного подумав, я решила, что можно попытаться воспользоваться библиотекой Келбера – если здесь, конечно, есть хоть какие-то книги. По крайней мере, читать он мне не запрещал. Даже хотела разыскать горничную и спросить, перевозил ли герцог что-нибудь из печатных изданий – желательно новых, но служанка сама постучалась в дверь.

– Что случилось? – по ее встревоженному лицу я сразу поняла, что что-то не в порядке.

– Горничная леди Луизы просила вас прийти, – будничную, казалось бы, новость она сообщала с таким видом, будто мне предстоит подняться на эшафот. Заметив, что я все еще смотрю на нее в недоумении, ожидая разъяснений, она шагнула ко мне ближе и шепотом добавила. – Юная госпожа отказывается разговаривать, не реагирует ни на кого и ни на что, не хочет переодеваться, только смотрит на свою куклу и все. Если Его Светлость увидит ее в таком состоянии, нам всем несдобровать. Сделайте что-нибудь, пожалуйста!

Я от удивления и легкого испуга не нашлась, что ответить, и только кивнула.

– Веди, – попросила на всякий случай, так как еще не слишком хорошо запомнила местные коридоры.

Вместе мы быстро добрались до комнаты Луизы, личная служанка которой встретила меня с таким же испуганным взглядом.

– Прошу вас, мисс, – дрожащими губами сказала она, и судя по тому, как от слез блестели глаза, пугал ее вовсе не гнев хозяина, а состояние самой малышки. – Я не понимаю, что произошло. После того, как вы отправились с Его Светлостью на задний двор, она вернулась в комнату и вот…

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.