Живопись и графика Глухова Александра
Елена Викторовна Колобова

Иллюстратор Александр Глухов

© Елена Викторовна Колобова, 2024

© Александр Глухов, иллюстрации, 2024

ISBN 978-5-0064-2508-8

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

1. А. В. Глухов. Автопортрет. 2019. Бумага, чернила. 30Х21.

2. А. В. Глухов. «Небесное дыхание» тануры. 2020. Акрил, холст. 20х20.

В декабре 2021 года петербургский искусствовед, наиболее известный в России и за рубежом как знаток и собиратель ленинградского неофициального искусства второй половины XX века Николай Иннокентьевич Благодатов в одном из писем Глухову А. В. написал следующее:

«Творчество Ваше кажется серьезным, разнообразным и интересным. А почувствовать его можно будет посмотрев и пережив подлинники».

3. А. В. Глухов. Ad patres (к праотцам). 2017. Бумага-картон, акрил. 30Х21. Частная коллекция Колобовой Е. В. Отправлена в дар Художественному музею Милуоки в США.

4. А. В. Глухов. Чёрное сердце поэзии. 2022. Холст, акрил. 25х20.

В начале 2021 года в печать вышла моя библиографическая книга: «Прошлое, далекое-близкое: записки из дневника о художниках, поэтах и других деятелях искусства». В этой монографии я написала о многих художниках и деятелях искусства последней четверти ХХ века, в том числе я написала и о творчестве Глухова А. В.

5. А. В. Глухов. Свет утра Венеции. Холст, акрил. 40х30. 2021.

А написала я буквально следующее: «В 2011 году в интернете на художественном сайте Артлиб я познакомилась с художником-авангардистом из города Ногинска Московской области Глуховым Александром Владимировичем. У него в основном камерные работы в своеобразной технике.

Последнее десятилетие ХХ века вышло непростым. В связи с политическими изменениями, наметилась и трансформация духовной жизни общества: постулаты так называемого соц. реализма стали уходить в прошлое, и дух свободы творчества внёс свежую струю в изобразительное искусство. Именно с такими реалиями пришлось столкнуться и начинающему в свое время художнику Александру Глухову.

Он закончил местную художественную школу в небольшом подмосковном городе Ногинске, а затем продолжил обучение в педагогическом училище с дополнительной подготовкой как «руководитель изобразительной деятельности в общеобразовательной школе», однако, дальнейшую свою судьбу продолжил в чисто педагогической сфере, продолжив обучение в Московском Педагогическом университете на факультете истории, политологии и права и затем четыре года в аспирантуре.

В дальнейшем он работал в качестве преподавателя истории и философии, став профессионалом как учитель, но будучи человеком искусства с самого раннего детства, Александр оставался художником, создавая свои графические и живописные композиции в конце рабочего дня или в свободное от работы время.

6. А. В Глухов. Я есть… 2019. Холст, акрил. 50Х30.

7. А. В. Глухов Предутренняя ночь в горах. 1991 – 1992. Бумага, гуашь. 30Х40.

Продолжает свою творческую деятельность и поныне, вот уже на протяжении более тридцати лет, творя вдали от бурных страстей современного мира искусства. Тем не менее, но всё же одна персональная выставка его творческих работ имела место быть, и произошло это событие в стенах Ногинской художественной школы. Большинство его работ были выполнены в нетипичной для академического искусства манере. Всевозможная поддержка тогдашнего директора, Исаева Юрия Александровича, который до сих работает в стенах данного учреждения, не позволила отступить от выбранного творческого пути.

Большинство его работ выполнено авторской творческой манере. Беглый взгляд на его работы свидетельствует об абстрактной стилистике его творчества, но, в тоже самое время, они не лишены романтики, что проявилось в последних его работах. Обывателю может показаться, что его работы отчасти вычурны и перегружены хитросплетением линий и геометрических фигур, но при более внимательном осмотре эти линии сливаются и переплетаются в беззвучной гармонии и незримого безмолвного движения».

8. А. В. Глухов. Cogito ergo sum (Мыслю, следовательно, существую). 2016. Картон, акрил. 30Х21. Частная коллекция Колобовой Е. В.

9. А. В. Глухов. Аллегория юности души. 2020. Холст, акрил. 40х40.

В творчестве Александра Владимировича я особенно бы выделила его пейзажи, например «Свет утра Венеции» или «Предутренняя ночь в горах», так как мне самой близок этот жанр изобразительного искусства.

Я очень часто люблю говорить, что главное в пейзаже – построить композицию, планы (первый, второй, третий), определить, что такое пятно, организующее композицию в пейзаже, что создаст настроение в картине и как это настроение выразить… Весь пейзаж сформулирован в голове у преподавателя как идея, и только потом эта идея воплощается на листе. И всё это я нашла в пейзажных композициях Александра.

10. А. В. Глухов. Ночная симфония луны. 2020. Бумага, акварель, гуашь, чернила. 41Х31.

11. А. В. Глухов. Прощальный образ Венеции (Церковь Сан-Симеоне Пикколо). 2020. Холст на картоне, акрил. 30Х40.

Я также считаю, что сначала пейзаж на бумаге должен был скомпонован, где должно присутствовать сразу две темы: это тема небес и тема земли. Далее делаем рисунок, чтобы лист был разделён на два участка (небо и земля), находим зоны напряжения на листе. Также должна присутствовать тема света, потому что свет диктует всю работу в целом, что является основанием всего пейзажа, чтобы работа получилась гармоничной.

В пейзажах «Ночная симфония луны» и «Прощальный образ Венеции» свет как бы приглушен темнотою ночи, но он есть, что придаёт этим работам особенною загадочность.

12. А. В. Глухов. Лето в осени. 2019. Бумага, гуашь.29Х42.

13. А. В. Глухов. Экспромт по ушедшему. 2021. Бумага, карандаш. 30Х40.

В своей книге «Прошлое, далекое-близкое: записки из дневника о художниках, поэтах и других деятелях искусства» я написала:. «Вот интересно, что значит в живописи создать образ?

А что главное в живописи? …с брезгливостью ангела, посланного по земным делам, художник ограничивается основой формы, сутью цветовых отношений. И здесь как нельзя более помогает та самая неудобная субстанция масленых красок, приручаемая художником, как приручается человеком материальный мир. так, как хотелось бы приручить бытие – царственным жестом – и древним мановением царей, и футуристическим жестом киногероев, на который, как кажется, будет отзываться в пространство».

Когда я училась в институте моим преподавателем был знаменитый ленинградский коллекционер Николай Иннокентьевич Благодатов. Как-то раз мне удалось побывать в его квартире и увидеть его коллекцию картин. Я запомнила работы Рихарда Васми, Александра Арефьева, Шолома Шварца, Валентина Громова. Эти встречи во многом на меня повлияли, на мой вкус (я сама занималась живописью) и выбор работ при покупке, таким образом стала формироваться моя собственная коллекция, в которую ныне вошли несколько десятков работ Глухова Александра Владимировича. Несколько десятков работ Александра также находятся в коллекции Николая Иннокентьевича Благодатова, с которым я его познакомила.

14. А. В. Глухов. Полиптих: Vade mecum I. 2017. Бумага, чернила. 21Х21. Работа находится в коллекции журнала «Русская Галерея XXI век» в городе Москва.

Вот что сказал Николай Иннокентьевич по поводу присланных ему работ Александра Глухова:

«Работы интересные, разнообразные, творческие, живые. В коллекции они особняком, но будет оттенок непосредственной современности».

15. А. В. Глухов. Автопортрет. 2018. Бумага, чернила. 30Х21. Коллекция Благодатова Н. И. Санкт-Петербург.

В советской и современной России к нонконформистскому искусству относились и относятся с повышенной степенью настороженности, а в бытность СССР и вовсе преследовалось, достаточно вспомнить для начала моего друга-художника Анатолия Зверева, которого советская власть расценивала как антисоциального типа и даже поставила его на учёт в психиатрическую больницу.

16. А. В. Глухов. Абстракция. 1988. Бумага, гуашь.30Х40.

Звереву ничего не оставалось, как податься в маляры. Он продолжал заниматься живописью, но на приобретение красок денег часто не хватало, и он удивительно ловко зарабатывал их игрой в шашки. Судьба наградила его почему-то ещё и этим талантом. Может быть, чтобы помочь реализоваться таланту живописному? С другой стороны, люди, имеющие шизоидный радикал, часто отличаются повышенной способностью к подобного рода стратегическим играм, и в прежние (докомпьютерные) времена можно было нередко наблюдать «чудаковатых индивидуумов» с шахматной доской подмышкой, идущих в сквер в поисках партнёров по игре.

Мне особенно запомнился один разговор с участием Анатолия Зверева, который характеризует жизнь художника-авангардиста в российском обществе.

17. А. В. Глухов. Часовня Богоявленского собора в Ногинске. 1989. Бумага, акварель, гуашь, чернила. 30Х21. Коллекция Благодатова Н. И. Санкт-Петербург.

18. А. В. Глухов. Чувство зимы… 2020. Холст, акрил. 20Х20.

Я пошла на кухню и поставила чайник, сказала Анатолию, чтобы он сходил умылся и вымыл руки с мылом, он послушно пошел в ванную, я у него спросила: – Анатолий почему от тебя так сильно пахнет? – (меня даже затошнило)

– Старуха… жарко, а я не мылся уже полгода, ничего удивительного (ответил он и опустил глаза в пол, ему было неловко передо мной).