Звезда по имени Бастет
Юрий и Аркадий Видинеевы

© Юрий и Аркадий Видинеевы, 2024

ISBN 978-5-0064-2461-6

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Глубоко сидящие страхи

«Я знаю, чего ты боишься», – услышал Яков голос из ниоткуда и похолодел от страха, швырнувшего его сознание на край пропасти.

Стах был подобен напору ветра, выдавливающего Якова с последних пядей реальности в чёрную пропасть безвременья.

Яков не знал, что ждёт его в том безвременьи, но оно пугало его, как всякая неизвестность, сильнее всех известных ему страхов, поэтому он инстинктивно двинулся навстречу ветровому потоку страха, охватившего его в нашем мире, не понимая, что этот поток и есть порождение бездны, что, удаляясь от края пропасти пугающего безвременья, он попадает вглубь её ветрового потока, в её гибельную пасть.

«Добро пожаловать в безвременье», – услышал Яков тот же голос, который сообщил, что ему известно о глубинных страхах Якова.

Страх Якова взорвался в нём с новой силой.

Резко обернувшись на голос, Яков увидел огромного чёрного истукана с улыбкой, внушающей ужас.

*

Чёрный истукан возвышался над центром широкой скалистой площадки. Большая кроваво-красная «луна» освещала пространство безвременья зловещим багряным цветом. Все предметы этого мира в свете багрово-красной «луны» казались двухцветными: чёрными с кроваво-багряным отливом. Уже одно это внушало страх и мысли о неминуемой смерти.

«Если „луна“ даёт отражённый свет, значит здесь есть своё „солнце“, но нет времени, следовательно, не будет ни рассвета, ни светового дня, одна лишь вот эта жуткая, кроваво-красная ночь», – понял Яков.

Вокруг громоздкой фигуры чёрного истукана с устрашающей медлительностью зомби передвигались гиганты: люди с головами животных, птиц, рыб и насекомых, как встречающихся в прежнем мире Якова, так и совершенно невиданных, обезображенных чудовищными мутациями. В руках у них были большие чёрные свечи явно оккультного предназначения, а их взгляды, обращённые к Якову, были наполнены трудно сдерживаемой агрессией. Так смотрят людоедских пород собаки, готовящиеся по команде хозяина растерзать попавшегося им человека.

Время для Якова остановилось. Вернее, Яков почувствовал весь ужас того безвременья, в котором он оказался. Этот ужас всё нарастал, разрывая Якова изнутри, и Яков понял, что только смерть избавит его от этого непереносимого чувства. Все дремавшие в нём страхи, унаследованные им на глубинном генетическом уровне, пробудились и дружно заявили о себе предсмертным пронзительным воем.

За спиной Якова раздалось громовое раскатистое рычание. Яков догадался, что так может рычать только монстр с львиной головой. У льва есть много звуковых сигналов, имеющих коммуникационные функции. Самый страшный из них адресуется смертельно опасным врагам и объектам его охотничьей агрессии. Этот рык проникает в среднее ухо жертвы и парализует её.

Такое же парализующее воздействие произвёл на Якова звук, раздавшийся у него за спиной.

*

Спасение пришло неожиданно.

На рефлекторном уровне Яков вырвался из обуявшего его ужаса в состояние транса, в мир квантовой нестабильности, в котором не действуют правила и законы привычного для Якова мира. Яков вновь оказался на тех последних пядях реальности, где он пытался найти спасение от попадания в пропасть безвременья. Ему вдруг вспомнилось, как должен действовать пловец, подхваченный морским течением, уносящим его от берега:

К берегу плыть нельзя. Течение сильнее человека. Оно обессилит его в борьбе и поглотит в своей пучине. Нужно плыть не к берегу, а вдоль него, до тех пор, пока не выплывешь из захвата гибельного течения. Только тогда можно направиться к берегу и получить спасение.

И Яков, сопротивляясь силе ветрового потока, пошёл не навстречу ему, а вдоль края пропасти безвременья.

Яков вернулся домой после схватки в тем ветровым потоком постаревшим на много лет, поседевшим и с иным пониманием жизни.

Под покровом «величия»

У женщины была привлекательная фигура, надменное лицо и властный характер, замешанный на завышенном самомнении и нервической тяге к самоутверждению посредством самодурства.

Она была директором лицея.

«Мне поддержка подчинённых не нужна. У меня поддержка „наверху“», – говаривала эта дама тем коллегам-директорам, которые по-дружески призывали её воздерживаться от перегибов в проявлении самодурства, и кичливо продолжала «перегибать», раздражая в себе тягу к этой форме самоутверждения.

Имя её: Ираида Сергеевна. Подчинённые произносили его с боязливым придыханием.

Прозвище они дали ей: Ироида Великая (с намёком на имя царя иудейского Ирода, прозванного Иродом Великим, который приказал своим воинам убить всех младенцев в городе Назарете в возрасте до двух лет в надежде, что среди этих многих окажется тот единственный, которого он боялся как своего мнимого будущего соперника в борьбе за царский трон).

С подчинёнными эта спесивая директриса разговаривала так, что те при этом чувствовали себя, как под кнутом палача-садиста, который по приказу вздорной барыни терзал их обнажённое тело.

Дворником-садовником в том лицее работал мужчина «со странностями». По ассоциации с должностью напрашивается представление старика с длинной седой бородой и признаками тайного выпивохи, но этот дворник-садовник был сорокалетним мужчиной атлетического сложения «до странности» погружённого в свои мысли, далёкие от мира сего. Он тайно писал стихи. Стихи были яркие, лёгкие, самобытные. В лицее он их никому не показывал, а на стороне у него был узкий круг почитателей его поэтического таланта, которым он раздаривал рукописи со своими стихами и продолжал писать новые, забывая все предыдущие.

Строгую директрису «странности» дворника-садовника нервировали и она часто отрывалась на него безо всякого повода, как дурная дворовая собака, облаивающая всех, проходящих мимо охраняемого ею подворья.

– Василий! – голосом вздорной барыни проговорила Ираида Сергеевна. – Хватит метлой махать! Живо иди займись клумбой!!

Она и сама не знала, чем там надо заниматься.

Дворовая собачонка тоже не знает, зачем обгавкивать тех, кто не вторгается во владения её хозяев, а проходит по улице мимо.

И дурная дворняга, и строгая директриса руководствуются потребностью громко заявить о своём «праве» на эту форму самоутверждения.

Отдав пустопорожнее «распоряжение», Ираида Сергеевна величаво продефилировала в свой директорский кабинет.

Вслед за нею в её кабинет твёрдым, решительным шагом вошёл дворник-садовник Василий. Лицо его окаменело в несвойственной ему твёрдости, а взгляд излучал невероятную силу.

То, что он произнёс, могло показаться бредом, но, обомлевшая и обезволенная под этим взглядом Василия директриса, трепетно внимала его словам, растворяясь в них и безропотно им подчиняясь.

– Мой дед был очень сильным колдуном. Он давно уже умер, но его неупокоившийся дух неотступно оберегает меня от любого неуважения и хамства по отношению к моей персоне. Я увидел, как он вошёл сюда, вижу, что он направил свой карающий взор на большой палец Вашей правой ноги, поэтому сейчас Вам будет очень больно.

– Ой!!! Ой, как больно!!! – по-бабьи голосисто взвыла Ираида Сергеевна, повалившись на левое колено и обхватив ладонями область невыносимой боли.

– Есть одно только средство избавиться от этой муки: получить от меня прощение за проявленное по отношению ко мне хамство, – холодно произнёс Василий.

Директриса в эту минуту не была уже прежней неприступной и спесивой особой, охамевшей от своей иллюзорной «значимости». Сейчас это была безликая, аморфная, студенистая сущность без имени, без статуса и без воли. Она ползали перед дворником-садовником на коленях, обнимала его ноги и покрывала их шальными, горячечными поцелуями.

– Василий!!! Василий Алимович!!! Прости меня дуру малахольную!!!

А тем временем дворник-садовник Василий копошился в цветочной клумбе. Никакого срочного ухода там не требовалось, но всегда найдётся, чем улучшить и облагородить её вид.

Его дед не был колдуном. Он был предшествующей копией Василия из их рода, матрицей, переходящей от дедов к внукам: спокойным миролюбивым атлетом, вечно погружённым в свои думы, человеком не от мира сего. Пребывая теперь в ином мире, дед Василия создал в своём воображении картину того, как внук его, получив в хамском тоне приказ: «Хватит метлой махать! Живо иди займись клумбой!», едва не задохнулся от обиды (должен же он хоть однажды обидеться по-настоящему!). Директриса тот свой приказ выговорила так, что Василий просто обязан был почувствовать себя, как под кнутом палача-садиста, который по приказу вздорной барыни терзал его обнажённое тело.

И тогда дед Василия вообразил себе праведный бунт своего внука и ответные унижения директрисы.

Космический разум поведал деду, что именно так всё и было бы, если бы в мире людей реализовался этот сценарий. В нём эта высокомерная и насквозь фальшивая директриса обнажила бы свою суть: безликую, аморфную, студенистую, без имени, без статуса и без воли.

Надя

Улыбка сильнее слов.

Ослепительно красивая женская улыбка сильнее самых неприступных характеров.

Профессор Спесивцев был счастлив в браке, и это оберегало его от чар посторонних женщин. Его жизнь очень рано вошла в узкие тематические рамки: дом – работа – дом – работа – дом работа.

Географически эти рамки иногда раздвигались: общероссийские и международные симпозиумы, отбывание коммуникационных повинностей: редкие корпоративы, ещё более редкие юбилеи и тому подобные «мероприятия». Профессор испытывал облегчение, когда эти турбулентности заканчивались и он возвращался в свои узкие географические рамки «дом – работа».

*

«Вокруг нашего профессора так много умных и красивых женщин, что его супруга, наверняка, страдает приступами ревности и под видом «милых обнимашек» агрессивно обнюхивает его при каждом возвращении домой на предмет примеси женских запахов, – думал молодой аспирант Володя.

От проницательного взгляда Володи не укрывались едва уловимые знаки готовности к более приятному общению, исходящие от молоденьких сотрудниц, и адресуемые ничего не понимающему в этих тонкостях профессору.

Профессор был не молод, но и не стар, не смазлив, но вполне привлекателен своей суровой интеллигентностью. И было в нём что-то ещё, то, что невоспринимаемо на уровне ограниченного спектра мужской сенсорики, но подсознательно возбуждающе действующее на утончённое женское восприятие: некий «запаховый код сильного самца». Поэтому молоденькие сотрудницы, эти разрозненные и соперничающие между собою «бойцы невидимого фронта», держали своего профессора в осаде их «мягкой силы».

Володя с интересом наблюдал за этой сложной четырёхуровневой борьбой. Один гениальный военачальник ввёл в военную науку понятие об этих уровнях: тактический, оперативно-тактический, стратегический и политический.

Как это по-мужски!

Умно, наукообразно!

А женщины действуют по правилам этой четырёхуровневой заумности на интуитивной вдохновенности и переигрывают мужчин подобно тому, как советские офицеры переигрывали во время Великой Отечественной войны немецких генералов в тех случаях, когда «туман войны» ставил тех перед необходимостью долгих согласований принимаемых ими решений.

Глава 1

Путь к сердцу мужчины лежит через…

На эту тему есть много версий, потому что тема эта неисчерпаема, как и сама любовь.

Профессор Спесивцев на эту тему не думал. Она не входила в его узкие тематические рамки: «дом – работа», мешала его стремлению к очередным трудно доступным научным целям. Рядом с ним к этим целям следовало много умных и красивых женщин. Своим трудом они активно содействовали достижению выдающихся результатов, незримо окрыляли и ум, и душу профессора. Он ценил их вклад в общее дело. Он всегда говорил: «То, что нам удаётся сделать – это в меньшей степени моя личная заслуга. В большей степени это заслуга всего нашего коллектива». Но при этом понятие «всего коллектива» было у профессора настолько общим, что почти не визуализировалось поличностно. Он постоянно был как бы в том моменте, когда хочется обнять весь мир. А это можно только без поличностной визуализации, только «в целом».

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.