Дарья Сорокина
Не смей меня отпускать

Глава 1

Вика

Уже даже не стеснялась сидеть с высунутым языком, монотонно слюнявила указательный палец и листала страницы пухлого дела, не забывая ставить карандашом цифры в углу. Двести одиннадцать. Двести двенадцать… Глаза сами собой закрывались, но работы было ещё много, и вряд ли я уйду домой пораньше.

– Доделай завтра, время позднее, – мягко советует мой начальник. – Хочешь, довезу до дома, там дождь начался.

Повернула голову к окну. И когда погода успела испортиться?

– Я ещё поработаю немного, Максим Сергеевич.

Бедный язык еле ворочается во рту. Завтра обязательно куплю подушечку для смачивания пальцев.

– Ну, смотри. Закрой контору на сигнализацию.

– Угу, – киваю и вычерчиваю на уголке листа следующее число.

На сигнализацию я сегодня ничего не поставлю. Идти мне некуда. Вот уже с неделю, как меня выселили из съёмной квартиры, и я никак не найду новую. Вещи оставила на балконе у подруги, а сама ночую в конторе. На счастье, тут есть душ и кухня. Надеюсь, Максим Сергеевич не узнает о моём плачевном положении. Пока он считает, что я отчаянная трудяга его нотариальной конторы и грозится мне премией за отличную работу. Не то чтобы я её не заслужила, просто…

Листы в деле закончились. Тяжело вздохнула. Теперь нужно сшить папку и сложить к остальным. Аккумулятор шуруповёрта успел зарядиться, и я с улыбкой запихнула его на место. Люблю делать это, словно защёлкиваешь магазин в пистолет. Нажала на кнопку, и сверло завращалось и наполнило контору приятным жужжанием.

Папку так и не дошила, уснула, сжимая инструмент в руках, и чуть ладонь себе не просверлила, когда что-то с грохотом упало в кабинете начальника. Вскочила на ноги и испуганно огляделась. Темно. Пробки опять вырубило. Дело обычное, гроза, древний дом, старая проводка, зато центр города, и у нас всегда много клиентов…

Всполохи за окном на мгновения охватывали комнату холодными вспышками, и лежащие на столах наряды дел отбрасывали на стенах пугающие тени. Медленно двигалась к щитку, держа в вытянутой руке шуруповёрт. Ума не приложу, кто может испугаться этого оружия, картонная папка? Стопка листов из принтера?

Отклеивающаяся плитка под ногами предательски хрустела, выдавая мои осторожные шаги.

Здесь никого нет. Здесь никого нет! Вот же параноидальная идиотка!

Новая вспышка подсветила приёмную и закрытую дверь. Дёрнула её на всякий случай. Ну вот и всё. На окнах решётки. Я в безопасности. Нет тут никого!

Сделала шаг назад и упёрлась затылком во что-то твёрдое. Там же стоял стеллаж, да? Твёрдый стеллаж. Который глубоко дышит. Именно так. Особая модель. Максим Сергеевич купил его и ничего не сказал. А ещё этот стеллаж носит одежду, которую я нащупала рукой. И у него ремень на джинсах с массивной пряжкой.

Я очень долго изучала внезапное препятствие и продолжала убеждать себя, что всё в порядке и позади не стоит незнакомец.

Он же не мокрый! А за окном дождь! Вот оно. Логика сильнее страха. Мне это только грезится.

Повернулась, и в этот же миг молния озарила жуткого парня с повязкой на глазу. Заверещала от ужаса, вжала кнопку шуруповёрта и вдавила его сверлом незнакомцу в живот.

Всё ещё крича понеслась вглубь конторы, пока не встретила лбом настоящий стеллаж, который тут же рухнул на меня и завалил свежесшитыми делами. Это фиаско, Вика… Победительница по жизни.

Алекс

Судя по оглушительному грохоту и стонам, моё задание доставить объект до академии Штормов в целости и сохранности оказалось на грани срыва. Рванул следом за девчонкой. Её придавило массивным стеллажом, и я уже начал подозревать самое худшее. Поднял тяжёлые полки, а потом своё бедовое поручение по имени Вика и отнёс на диван в приёмной.

Пока она медленно приходила в себя, пытался разобраться в щитке и кое-как включил свет. Неужели у них денег нет на нормальные автоматы? Я думал, нотариусы хорошо зарабатывают. Или всё дело в лени?

– Да не лень. Просто в этом доме проводка старая, начнёшь одно менять, сломается другое.

О, как. В голову мне влезла. А с ней надо осторожнее.

Вика села на диване, потирая лоб с красной полосой от металлической полки. Ну, вроде жива. Щурится от ярких ламп дневного света и медленно оглядывается.

– Привет, – первое, что мне приходит на ум. Хотя, после того как она меня облапала в темноте, можно уже не здороваться.

– А! – она вдруг облегчённо вздыхает. – Вы электрик, да? Боже, как напугали. Нельзя же так. Спасибо, что свет починили. Давайте чаю вам сделаю.

Она резко встала и тут же схватилась за голову. Пришлось поддержать её, пока окончательно не зашиблась.

– Спасибо ещё раз, что-то мне нехорошо.

Неслабо её приложило. Явно дезориентирована и с трудом понимает, что происходит. Объяснять ей что-то сейчас, смысла нет. Может, правда, электриком прикинуться, а под шумок пихнуть её в портал? Сопротивления при переходе чреваты проблемами для путешественников, а я и так уже подпортил девчонке мозги.

– Погодите-ка, – шарит взглядом по полу, пока не останавливается на своём шуруповёрте. – Я же вас…

Быстрее, чем успеваю среагировать, она задирает мне майку и начинает ощупывать живот.

– О! А где рана?

Серьёзно? Она думала, что просверлила меня этой игрушкой. Качаю головой и пытаюсь убрать её руки, потому что девчонка явно вошла во вкус и лапает меня уже просто так.

Поднял с пола шуруповёрт, включил и ткнул себе в ладонь.

Вика зажмурилась, а потом открыла глаза и выдохнула.

– Надеюсь, вы ничего подобного со своим глазом не делали на спор? – она хрюкнула со смеху, а потом вдруг резко осознала сказанное и зажала себе рот. Сделать ей скидку на упавший стеллаж или уже начинать обижаться?

– Простите, я не это имела в виду.

– Всё в порядке.

– Вам очень идёт повязка. И, вообще, вы весьма привлекательный мужчина, – она зачем-то ткнула меня локтем в бок. Терпи, Алекс! Всего один переход, и сдашь это чудо ректору

– Говорю же, в порядке я, – огрызнулся, а мой отбитый объект вылупился на меня испуганными глазами.

– А где ваши инструменты, кстати?

– Какие инструменты?

– Вы же электрик. А как вы внутрь конторы попали? – продолжала свой расспрос Вика и медленно пятилась к ещё одному стеллажу.

Быстро же она очухалась. Дёрнулся к ней, пока она снова не искалечилась, но девчонка отпрыгнула и вставила руки вперёд.

– Не подходи! И шуруповёрт брось?

– Ты шутишь, что ли? Ладно, мне надоело. Слушай сю…

Она выхватила с полки тяжёлый наряд и швырнула им в меня. Металлическая скоба в папке расцепилась, и бумаги рассыпались по полу.

Вика на мгновение замерла со второй папкой руках и с сожалением разглядывала беспорядок, после чего убрала наряд на место.

– Знаешь, сколько мне потребовалось времени, чтобы разложить все по номерам реестра?

Это она сейчас мне претензию выкатывает? Нормальная, вообще?

– Вика, послушай. Тебе как можно скорее нужно покинуть этот мир. Доверься мне.

– Что?! Покинуть мир? Это ты так «умереть» другими словами называешь?

– Да, нет же! Я открою портал и отведу тебя в свой мир. Понимаешь?

– Ааа, – она медленно закивала. Чудо! Неужели, поняла меня? – Это надолго? В другой мир-то…

– Год, два. Зависит от твоих успехов в учёбе. Но медлить нельзя, это чревато катаклизмами, даже сегодняшняя гроза неслучайна.

А я очень даже неплох. Она внимательно слушает меня, продолжает кивать и, главное, оставила попытки драться.

– Это всё хорошо, но есть одна проблема, как тебя зовут, кстати?

– Алекс, и я странник.

– Так вот, странник-Алекс. Я не могу просто так уйти с работы. Я должна написать Максиму Сергеевичу заявление. На это-то время у меня есть?

– Думаю, да. Я пока подготовлю всё к переходу.

– Спасибо, я буду в кабинете. Там печати для справок, ручки, один момент. И шуроповёрт на место отнесу, – засуетилась Вика и бочком юркнула за дверь.

Не успел я даже дёрнуть за края пространства, как контору оглушило сиреной, а в меня полетел дырокол.

– Тревожная кнопка! Шах и мат, психопат. Сейчас здесь будет ОМОН. Им расскажешь про другие миры и порталы, – Вика снова вооружилась шуруповёртом и направляла его на меня.

С меня точно хватит. Миры спасать подписался от опасных элементов. И вот теперь один из них угрожает мне сверлом.

Рубанул ладонью по воздуху и пространство пошло рябью. Не моё это всё, но делать уже нечего. Схватил упирающуюся девчонку за руку и потащил в портал, стараясь не обращать внимания на её попытки просверлить мне бок.

– Вперёд, – грубо толкнул объект и прыгнул следом.

Передо мной запестрило от радужных переливов, а к горлу подступила тошнота. Никак не привыкну к переходам. Когда нас, наконец, выплюнуло на другую сторону с ужасом обнаружил, что никаких нас больше нет. Девчонка с шуруповёртом исчезла. Зашибись, я выполнил задание. И куда её теперь забросило?

Вика

Прокатилась о сухой листве и врезалась в ствол дерева, попутно пересчитав все рёбра о выступающие корни. Сегодня точно не мой день. Сначала в контору вломился психопат, потом либо я ударилась, либо он приложил меня чем-то тяжёлым, а закончилось всё, видимо, тем, что меня вывезли в лес в багажнике. Должно быть, хотели украсть печати Максима Сергеевича или что-то важное из архива. Жаль, что ОМОН не успел приехать и схватить этого гада.

Поднялась на ноги, придерживая ушибленный бок. Нащупала в кармане пиджака телефон. Даже не знаю, кого лучше вызвать: такси, полицию, или маме позвонить для начала? Хотя наверно лучше не портить им с папой отдых. Первый раз за десять лет выбрались на море, а тут я звоню из леса. Ничего страшного не произошло. Выселили из квартиры – не побеспокоила, и сейчас справлюсь. Решено! Полиция! Потянулась большим пальцем к списку контактов, и мобильник оповестил о критически низком уровне заряда, а затем мгновенно вырубился. Да блин! Он на это предупреждение и сигнал потратил больше, чем у меня на звонок бы ушло. Зато шуруповёрт я заряжаю исправно, а вот телефон нет. Аукнулось.

Без паники. Главное, мыслить трезво и отбросить всю ту фантастическую муть, что успела мне привидеться в травматическом бреду: радужные всполохи, волшебный портал, сексуальный парень с повязкой на глазу. Хотя он-то как раз реален и провернул со мной всё это. Жаль, что мощности шуруповёрта не хватило пропороть ему брюхо. Сейчас приду в себя, доберусь до города или заправки, позвоню в полицию и дам ориентировку на странника-Алекса.

Кряхтя, наклонилась и подобрала свой шуруповёрт, отряхнула от ельника. С ним в руках как-то спокойнее, приятная умиротворяющая тяжесть в ладони. Жаль сверло сломалось, наверно застряло между кубиками пресса мерзавца. Мотнула головой, чтобы побыстрее забыть завораживающую твёрдость мышц под пальцами. Топать отсюда надо и поскорее. Вот только стоило сделать всего один шаг вперёд, как меня парализовало от ужаса.

Кто-то разговаривал совсем рядом. Подельники одноглазого пришли прикончить свидетельницу?

Попятилась обратно к дереву и прижалась к шершавой коре, стараясь не дышать.

– С чего ты взял, что портал открылся где-то здесь? – поинтересовался сиплый неприятный голос.

– Потому что из вас двоих, только я умею раскалывать пространство, – огрызнулся другой.

Двое плюс этот. Сколько их там в итоге, трое? Это вместе с блондином, или без? Тогда четыре… Шансов почти нет. Хотя их не было даже с одним. И опять они про какие-то порталы говорят. Жаргон маргиналов?

– Ты падальщик, Данрей. Ты ничего не раскалываешь, а пытаешь расковырять уже открытый портал, – с издёвкой отметила девушка. – Недоделанный странник.

А вдруг она из женской солидарности не даст меня расковырять и расколоть?

– Вы и этого не можете. Если бы не я, так и тухли бы в подмастерьях.

– А сейчас мы не тухнем? Уже две недели бродим по Осенней Пустоши и не можем найти выход отсюда. Жрём коренья. Ещё несколько дней, и точно загнёмся.

– Терпение, уже совсем близко я чувствую. В том мире нет магии, наших способностей хватит, чтобы жить безбедно, – мечтательно проговорил Данрей, похрустывая сухими ветками в опасной близости от моего дерева.

– А ты не думал, что у людей по ту сторону может оказаться оружие пострашнее магии. Чем-то же они должны компенсировать свою ущербность? – продолжала высказывать недоверие единственная девушка в отряде.

Магия, оружие. Я испуганно прижимала к груди разряженный телефон и шуруповёрт. Вот и все мои технологии. Спасайте меня! Компенсируйте ущербность моего положения. Зажмурилась от ужаса, и мобильник в моих руках вдруг стал невыносимо горячим. Чуть не выронила его, с удивлением глядя на полный заряд и четыре деления сигнала. Даже интернет ловил. Самое время погуглить как справиться с тремя противниками.

Мой палец дрожал над кнопками в попытке набрать службу спасения, и в этот самый миг из динамика вырвался оглушительный рингтон. Ну, спасибо вам, Максим Сергеевич, вы только что выдали бандитам моё местоположение.

Обречённо прижала трубку к уху, стараясь не смотреть на довольные оскалы странно одетых незнакомцев, окружавших меня. Сиплый подкидывал в воздухе огненный шар, полуголая девица встала на четвереньки и начала покрываться густым мехом, а Данрей победно сложил руки на груди.

– Алло? – упавшим голосом ответила на звонок, надеясь услышать своего понимающего начальника, который спасёт меня.  Он теперь последний оплот разваливающейся на части реальности.

– ВИКА! ТЫ УВОЛЕНА!

Шутит же? Реальность продолжала осыпаться на меня крупными кусками штукатурки.

– Я написал на тебя заявление в полицию. У тебя большие неприятности, воровка. Где ты сейчас?

Похоже не шутит. Что я украла-то? Шуруповёрт? Так его я купила за свои деньги…

Глава 2

Вика

Что случается, когда критически обрастаешь таким количеством проблем и разочарований, что выдержать это ты уже не в состоянии? Правильно, в какой момент срывает невидимую крышечку, и у тебя начинается самая настоящая истерика, подкреплённая галлюцинациями. Вот и сошла я с ума. Оборотень, стихийный маг и какой-то разрыватель пространств.

– Назад, или мне придётся применить его на вас.

Я сама своего крика испугалась. Господи, я угрожаю трём бандитам шуруповёртом. Сиплый и волчица покосились на своего главаря, который заметно растерялся, но старался держать лицо.

– Мы не причиним тебе вреда, иномирянка.

Ответила ему презрительной усмешкой:

– Вы? Мне? Кажется, кто-то не понимает всей серьёзности своего положения.

Только не переигрывай, Вика. Прошлый опыт показал, что на этот инструмент надежды мало, и лучше не доводить до открытого противостояния. В общем, не надо ни в кого тыкать – не поможет.

Троица всё ещё нерешительно стояла поодаль, а я держала их на прицеле.

– Хорошо, чего ты хочешь? – сдался Данрей, сделал своей шайке знак щелчком пальцев. Сиплый развеял пламя, а волчица снова приняла человеческий облик и совсем не смущалась своей наготы.

Серьёзно? Сработало?

– У моего хозяина пропало кое-что ценное, и он очень зол, – не знаю, почему я назвала Максима Сергеевича хозяином, но это определённо звучит более грозно, чем начальник или работодатель.

– Мы ничего не брали, скажи ей, Данрей! – нервно взвизгнул сиплый.

– Что именно пропало у твоего хозяина? – главарь сохранял спокойствие и пытался выглядеть покорным. Какая прелесть.

А что пропало из конторы, кроме меня и шуруповёрта, Максим Сергеевич так и не сказал.

– Степлер, дырокол, скоросшиватели, – перечисляла первое, что приходило в голову, а троица начинала усиленно бледнеть.

– Это артефакты твоего мира? – с нескрываемым благоговением спросила девушка.

– Страшные артефакты, в неумелых руках они могут привести к ужасающим последствиям, – я перешла на торжественный шёпот.

Ну да. Дыроколом можно не с той стороны документ проколоть, на скобу от степлера сесть случайно, однажды я вообще воткнула шило себе в бедро. Работа в архиве – дело опасное.

– Нам ничего не попадалось здесь.

– Ещё важные бумаги пропали, – добавила уже без особой надежды вернуть своё доброе имя перед начальником.

– Бумаги видели. На них демонические письмена и кровавые печати.

– А поподробнее?

Со слов Данрея поняла, что они нашли пропажу в этом лесу. Листы, исписанные идеально ровными одинаковыми символами. На некоторых были красные отметины.

– Это знаки, сдерживающие демонов моего хозяина.

Их что, реально, напугала наклейка-звёздочка для опечатывания документов?

– Вот они, – сиплый кивнул на поляну, усеянную разлетевшимися бумагами.

Это катастрофа… Неудивительно, что Максим Сергеевич так орал. Сюда половину его архива утянуло.

– Собирайте!

У меня уже рука устала держать шуруповёрт и целить им в этих психов.

Троица с сомнением посмотрела на листы и не торопились выполнять приказ.

– А нас не проклянёт? – поинтересовался сиплый.

– Если сделаете всё осторожно и разложите по номерам реестра, а согласия и доверенности отдельно, то всё будет хорошо, – сжалилась над бандитами и после короткого инструктажа и объяснения, что такое реестр, они приступили к работе.

Жаль, что их всего трое. Зато, пока можно позвонить хозяину, то есть начальнику, и успокоить его.

Алекс

Вариантов у меня немного. Я могу неделю бродить по пустоши и искать Вику. Как бы жалко не было расставаться с одеждой, но взять с собой что-то, кроме белья, я не смогу. Надеюсь, это недоразумение в порядке, а не встретилось лбом с толстой веткой. Неуверен, что её голова настолько ударопрочная.

Размял плечи. Сколько я не летал уже? Месяца три? С одним глазом на птичьей морде это стало очень проблематично, но выбора нет.

Первые минут пять кружил в небе, привыкая к хорошо забытым ощущениям полёта. Главное, приноровиться, поймать восходящий поток и можно расслабленно искать мой объект. Справлюсь, только с трусами и повязкой в когтях чертовски неудобно парить, хлопают на ветру, как императорский штандарт, благо что без герба на заднице.

А вот и следы моей Вики: рассыпанные по лесу листы. Вот где второй прорыв случился, и эхо от портала всё ещё резонирует. Отлично! Мысленно отговариваю себя и не отшлёпать её по заднице за устроенную нервотрёпку. Сам виноват, надо было с ней помягче, но я малость растерялся, когда выяснилось, что моё внушение не работает на девчонку. Ну не должна была она пырнуть меня сверлом и долбануться об полки!

Спикировал на поляну, и чуть дар речи не потерял. Хорошо знакомая мне шайка, во главе с недоделанным странником Данреем собирала бумаги и бережно раскладывала их по ровным стопочкам. Мой объект же расслабленно восседал на пеньке, давая этим идиотам инструкции, и не сводил с них шуруповёрта.

Я стоял с открытым ртом и смотрел на эту кипучую деятельность, забыв что неплохо бы одеться.

Вика заметила меня раньше своих подручных. Вскочила на ноги, покраснела, попятилась и перелетела через пень. О, боги…

Прыгая на одной ноге, натянул на себя трусы и пошёл за своим заданием. Не наказывать её, она по жизни ушибленная. Будь нежен и ласков, Алекс.

– Не подходи, – взвизгнула моя проблема и поднялась с земли.

В волосах ельник, во рту тоже. Смешно отплёвывается и всё ещё держит меня на мушке.

– Вика, давай поговорим, как взрослые люди.

– Это Алекс! – АЛЕКС!

Шайка побросала документы и бросилась мне за спину.

– Она чокнутая. Спаси, она заставляет нас сортировать доверенности, а ещё там завещания, Алекс. Много! Все эти люди мертвы?!

Система образования в нашей стране явно нуждается в реформе, а то таких недоучек становится всё больше.

– Твои друзья? – испуганно спрашивает Вика, а я вот даже не знаю, что ей ответить. Не поверит же, они жмутся ко мне, как к любимой мамуле.

– Вика, позволь объясню.

– Меня уволили. Из-за тебя. Посмотри что стало с архивом?

Устало щёлкнул пальцами, над поляной открылся разлом и мгновенно всосал все документы обратно в контору. Виноват. Исправляю.

– Довольна? Тебе всё равно нельзя возвращаться. По крайней мере, сейчас. Просто послушай.

– Верни меня домой!

Может, чтобы внушение сработало надо ближе подойти? Сделал шаг вперёд, а мои прилипалы вцепились мне в резинку от трусов и потянули обратно.

– У неё может быть дырокол, Алекс, не стоит!

Знаю я, с ним я тоже познакомился. К чёрту. Просто перекину её через плечо и отнесу до академии. Хватит с меня! Убрал руки троицы и пошёл за Викой. Быстрее справлюсь – быстрее всё это закончится.

Вот только на полпути, я ощутил неприятные вибрации в воздухе, а исходили они от моей отшибленной и её оружия. Пустой патрон шуруповёрта начал вращаться с бешеной скоростью в центре нагнетался электрический заряд.

– Ложись! – я едва успел утянуть за собой на землю своих недалёких знакомых, как чудовищный треск оглушил нас, а макушки деревьев вспыхнули и загорелись. Поднял голову и встретился с ошарашенной Викой взглядом. В сопле готовился новый залп, а моё бедовое создание развернуло его к себе, чтобы посмотреть!

Да, боже ты мой…

Бросился спасать недалёкую и в последний момент направил дуло вверх, а девочку вдавил в землю, закрывая собой от громового раската и посыпавшегося на нас пепла.

Дура! Опасная, неуправляемая дура!

Взглянул на девчонку, надеясь увидеть её перепуганное до смерти лицо, но вместо этого подо мной лежал пушистый зверёк и держался когтистыми лапами за смешную вытянутую морду.

Это уже слишком. Почему?! Почему она превратилась именно в муравьеда, животное которое стало моим самым первым в жизни оборотом? Потянулся к ней пальцами, чтобы убедиться, мне не грезится это, но в этот самый миг мой здоровый глаз залило кровью, а голова взорвалась от невыносимой боли. На нас упала огромная ветка, а со всех сторон по сухой траве подступал огонь.

Вот и всё… Пронеслось в угасающем сознании. Меня убила идиотка.

Глава 3

Алекс

Один. Два. Три.

А, нет… К чёрту! Не хочу я глаза открывать. Кажется, сделай я хоть мизерное движение веками, голова у меня треснет пополам. Мысленно прокручиваю в пульсирующем от злости и боли мозгу события, которые привели к тому, что я лежу и подыхаю.

Несколько месяцев назад я не знал куда прислониться. Не домой же возвращаться? Слухи о том, что я был на побегушках у суккуба, мечтавшего заманить жителей империи в свой мир кошмаров, быстро добрались до отца. И теперь из неугодного императорскому двору бастарда, я превратился в «этого урода одноглазого, сюда больше не пускать». Не казнили показательно, и на том спасибо.

Не то чтобы я сильно расстроился, что папенька решил дистанцироваться, но немного понимания и отцовской любви не помешало бы.

Ладно, шучу. Плевал я на тот карнавал лицемеров и даже рад попасть в немилость императорской семьи, зато теперь точно никто не попытается через меня заслужить расположение двора.

В итоге, после пары меланхоличных дней и чёрт-его-знает-скольки пинт выпитого тоже-не-знаю-чего я захотел последовать примеру Тео и стать странником. На трезвую голову такие решения не принимаются, разумеется. Но советников на тот момент у меня не было, кроме жутко смердящего мужика, с которым мы пили из одной бутылки. На мою озвученную вслух идею, он издал одобрительное хрюканье. Заручившись такой мощной поддержкой, я вышел на улицу и… Расколол свою душу.

Это было несложно, учитывая всю боль, что я уже перенёс. Я просто стоял и смотрел, как крохотные осколки меня разлетаются искрами похожими на звёзды. Я увидел другие миры и способы открыть в них двери, я понял, что могу дотянуться до самых отдалённых уголков вселенной, а потом я протрезвел. С похмельем пришли и осознание собственной глупости, а ещё и первое задание. С тех самых пор жизнь моя превратилась в бесконечное подай-принеси. Я мотался из мира в мир за артефактами, диковинными зверьми и людьми. Разумеется, я не мог шастать куда хочу по собственному желанию, на переходы мне давали разрешения, и в целом моя жизнь начала напоминать работу бортпроводника. Ты можешь летать в экзотические страны, но только очень редко у тебя получится понежиться на курорте. Привели в порядок самолёт, и обратно. Особо я ничего не увидел, а измотаться от рутины успел.

Сегодняшнее задание, отданное мне ректором северной академии Штормов, вьюг и чего-то там ещё, должно было занять от силы несколько часов. Я подготовил переходы, всё рассчитал. Всё! Кроме того, что моё внушение не сработает, а объект окажется сильным погодным магом.

Разумеется, об этом меня не предупредили. Радует одно – оправдываться не придётся, я уже на полпути на тот свет. Можно даже обратный отсчёт себе дать. Три, два, один!

– Данрей, он очнулся! – заорал мне в лицо недо-стихийник Галлокс. Как это чудо себя не спалило до сих пор, а я ведь помню, как его одногруппники тушили. Ногами… Тот случай, когда парень загремел в лазарет не от ожогов, а от переломов. Любили его в академии.

Вот нахрена я глаза открыл?

– Алекс!

О, боги, мой коллега сейчас слезу пустит на радостях. В этой компании только у Мивриды есть яйца, хоть она и девушка.

– Чего тебе?

– Живой… Ты живой!

– К сожалению.

– А я тебе рану обработал, – хвалится, так словно сдал выпускной экзамен.

– Это пугает меня ещё сильнее, – дотронулся до затылка, действительно, какие-то тряпки, а ещё запах медикаментов. Странно… Откуда, мы же в Осенней Пустоши были.

– Но это ещё не всё! – он выпятил грудь колесом, точно я его папочка, а он мне сейчас табель с отличными оценками покажет.

– Я даже боюсь спросить…

Реально боялся. От этих чего угодно ожидаться можно.

– Я портал открыл домой.

– Ты, что сделал?!

Резко вскочил с кушетки, и с трудом устоял на ногах от боли. Держись, Алекс. Ничего не кончено ещё.

Ну точно. Знакомая халупа. Здесь и живут эти отчисленные из академии. Только это в другой части страны от места, куда мне нужно отвезти Вику. А где она, кстати? Они же не оставили девчонку в эпицентре пожара?

– Мы и служанку тёмного хозяина забрали с собой, – торжественно сообщил Галлокс.

– Мы? Вы к ней прикоснуться боялись, – хмыкнула Миврида. – Я её тащила. Вон она.

Оборотница кивнула на небольшую клетку, в которую они заперли муравьеда и даже стопку книг сверху поставили для надёжности. Лучше бы уж читали их.

– А я нёс артефакт, – не сдавался стихийник и поднял двумя пальцами злосчастный шуруповёрт. Они сейчас что, выслужиться передо мной пытаются? Так это лишнее.

– Одна проблема. Она обратно не превращается, уже несколько часов в таком виде лежит, – задумчиво проговорил Данрей.

Я лишь устало потёр виски. Интересно, как Вика должна была превратиться, если в этой клетке она даже пошевелиться не может?

– Дайте мне ключи и выйдете из комнаты.

– Ты уверен, что тебе помощь не нужна, я могу остаться, – спросил странник в надежде, что я

откажусь.

– Уверен.

Вытолкал троицу за дверь. Убрал книги с клетки и сел на пол рядом с муравьедом-Викой. Вместе с пробуждением вернулись странные и пугающие мысли. Почему именно этот зверь? Насколько помню разговор шёл не о перевёртыше, а о погоднице. Откуда у неё этот дар? А как она умудрилась уговорить шайку маргиналов помогать ей?

Кусал губу. Ладно, с шайкой не убедительно, эти трое обделены интеллектом, тут магия и не нужна обыграть их, но вот муравьед!..

Я не верю в такие совпадения. Но ведь их легко проверить. Академия, где учится Аня в нескольких часах пути от этого места. Что мешает сделать небольшой крюк и попросить её посмотреть на нас. Я должен наверняка знать, что всё это бред моего воспалённого разума, а потом я отведу её на север, и мы расстанемся.

Отличный план. Так и поступлю. Она не может быть моей истинной!

– Вика, ты меня слышишь?

Крохотные глазки взглянули на меня, девушка даже ответить что-то попыталась, но вместо этого выкатила длинный липкий язык на пол, и к нему тут же пристали грязь и крошки. Ох, как знакомо и мерзко.

– Я открою клетку, и мы поговорим. Без драк, без шуруповёртов, без других твоих жутких фокусов? Хорошо?

Вика попыталась кивнуть, но длинная морда застряла между прутьев, и у неё ничего не вышло. Улыбнулся. Потешная она.

Осторожно вытащил зверя наружу, только превращаться обратно она не спешила. Слишком долго для первого раза провела в этом облике. Плохо.

– Вика сосредоточься, тебе нужно стать обратно собой.

Муравьед закрыл глаза и заметно напрягся, но ничего не вышло.

– Ты не оставляешь мне выбора, Вика, – вложил в голос побольше страсти. – Поцелуй истинной любви разрушит проклятье!

Потянулся к смешной морде, надеясь, что шок окажется достаточно сильным, и девчонка сама обернётся с перепугу.

Сработало. Вика повалилась на меня и теперь сидела верхом, зажимая обеими руками свой рот. Затем она резко скривилась и начала выплёвывать весь тот мусор что попал ей на язык, а я старался не смотреть на обнажённую девушку, корчащую смешные гримасы и ёрзающую на мне самым недвусмысленным образом.

Ох, Вика, Вика.

– Вы уже закончили? – голова Данрея появилась в проёме и тут же стала пунцовой.

Я же, повинуясь идиотскому собственническому бесконтрольному инстинкту, решил прикрыть свой объект обеими руками.

– Выйди! – рыкнул на странника и подготовился отбиваться от разъярённой девушки. Она же в бешенстве сейчас, да?

Вика странно разглядывала мои ладони, а потом жалостливо посмотрела на меня и выдохнула:

– Алекс…

От моего имени на кончике её языка по телу прокатилась предательская волна жара.

Да, я сам себе всё напридумывал! Нет никакого запечатления. Любой мужик так среагирует на голую девицу.

– М?

От жалобной мольбы в её голосе разрывало сердце, а похотливая часть меня рассчитывала расстояние до кушетки. Предварительные ласки нам уже не нужны, меня она облапала ещё в конторе, а я до сих пор свои руки не убрал.

– Скажи… Я сошла с ума, да?

Этот робкий вопрос выбил из меня остатки самоконтроля, заставил разум метаться в лихорадящем от внезапного возбуждения теле. Подхватил девчонку и усадил на проминающий лежак. Она даже не прикрывалась. Упёрлась ручкам в кровать и хлопала глазками, как перепуганный зверёк. Потребовалось немало усилий, чтобы убедить самого себя в том, что она совершенно несексуальна. Меня не заводят её спутанные длинные волосы, цвета переспелой пшеницы. Такие сочные, что рот мгновенное наполняется слюной, а нос начинает щекотать запах свежей выпечки. Она вся сейчас как подрумянившаяся булочка, только снятая с противня. В неё хочется впиться. Не зубами, конечно, но поцелуем. Просто попробовать на вкус, убедиться, что мне совсем это не понравится. Не нравятся её полуоткрытые губы, безумные голубые глаза, два бесстыжих розовых цветочка на груди, чёрт знает каким ветром занесённые на пшеничное поле. Её волосы лишь частично прикрывали наготу, и я пользовался этим. Любовался, пока мне позволяли. Компенсация за сорванное задание.

Смотри, но не трогай, Алекс!

– Вика, – хрипло, словно неделю бродил по пустыни без капли воды.

– М? – она вся подобралась, пшеничное поле колыхнулось, и я с силой заставил себя набросить ей на плечи дырявое покрывало.

– Жди здесь, я сейчас, – рванул к двери, несколько раз неуклюже споткнувшись о торчащие половицы и уже выходя из комнаты, бросил ей, не оборачиваясь: – Ты не сошла с ума, Вика. Всё будет хорошо. Обещаю.

Вика

С его уходом в комнате стало невыносимо пусто, хотя я слышала, что Алекс рядом. Шайка встретила его громкими одобрительными криками и улюлюканьем. Оставалось только гадать, чему так радуются эти бандиты.

А ещё нет смысла отрицать, что вокруг меня происходит не поддающаяся объяснению чертовщина. Хотя одно объяснение у меня всё же осталось. Меня накормили чем-то галлюциногенным. Буду пока придерживаться этой версии. Еду у похитителей не брать. Воду тоже. Как только меня немного отпустит, буду думать, как сбежать от них. Главное, подыграть и прийти в себя.

А ещё не думать об Алексе и его руках. Там в лесу он так самоотверженно бросился меня спасать и сейчас был ласков и осторожен.

Может, он не так плох? – испуганно пискнул гаденький голосок внутри, но я тут же мысленно придушила его.

Алекс виноват в моём теперешнем состоянии. Накачал наркотой, раздел, притащил в притон. Список можно продолжать до бесконечности.

И всё же. Он довольно мил, дай ему шанс объясниться?

Отлично. К галлюцинациям примешалась шизофрения, приправленная похотливыми мыслишками.

Дверь протяжно заскрипела, и на пороге появилась девушка-волк со стопкой одежды.

– Можно? – она неуверенно мялась на входе, не решаясь войти. Боится меня, что ли?

– Можно, – ответила, на всякий случай отодвинувшись подальше от края, как учили в детской колыбельной.

Волчица быстро положила вещи на кровать и почти отпрыгнула к противоположной стене.

– Алекс попросил принести это и поговорить с тобой, как…

– Как девушка с девушкой? – решила помочь заикающейся оборотнице.

– Как перевёртыш с перевёртышем скорее. В общем, это нормальная реакция, Вика. Наступает такой момент созревания, когда твоя внутренняя сущность начинает брать верх.

Всё это напоминало дико смущающий разговор с мамулей о взрослении. К счастью, когда пришло время для посвящения меня в таинство девичьих штучек, я была уже хорошо подкована в этих вопросах, чем облегчила задачу маме, но вот сейчас я ничем не могла помочь полуголой незнакомке.

– Моя внутренняя сущность – муравьед?

– Вроде того. Тебе комфортнее всего в этом теле, потому ты приняла облик муравьеда, – обрадовалась девушка.

Что же я за человек такой, что мне по душе существо со странной удлинённой мордой и метровым языком. Поморщилась, вспоминая всю дрянь, что прилипла к нему и снова начала отплёвывать фантомные крошки.

– Хорошо тебе. Ты волком перекидываешься. Потянулась к одежде. И как это носить? То есть, какую часть тело оно должно защищать? Короткие шортики и неприлично открытый топ. Да у меня купальник более скромный, чем это?!

– Мой первый оборот был не в волчицу, – она покосилась на приоткрытую дверь и полушёпотом спросила: – ты не расскажешь Данрею?

– Клянусь! – подняла правую руку вверх. Данрею не расскажу, а следователю с превеликим удовольствием. Главное, чтобы меня за компанию с этим сбродом не обрядили в смирительную рубашку.

– Цыплёнок. Это случилось на первом практическом занятии, и я боялась, что у меня ничего не получится. Все вокруг уже умели превращаться, а я ничего не знала о себе. В итоге страх сделал своё дело. Но Данрею я сказала, что волк стал моей первой сущностью.

– Разве это так важно?

– Многие считают первый оборот основным показателем твоего характера. Но я не хочу в это верить. Хотя мне жутко интересно, кем был Алекс в самом начале. Он по-настоящему крут, – с благоговением выдохнула моя собеседница. – Вот бы с ним запечатлеться, тогда никакие академии не нужны, можно будет разделить его силу и знания.

– Погоди, Алекс тоже умеет превращаться?

Талантливый парень оказывается. Но мне даже полегчало, наверно и кубики свои наколдовал, а на самом деле он не такой привлекательный.

– Умеет. Ещё как. Хотя сейчас из-за травмы немного сдаёт.

– Ты про его глаз? – ткнула себя в закрытое веко.

– Да, но постарайся не поднимать с ним эту тему. Он не любит говорить о своём ранении. Хорошо?

– Хорошо, – оскорбить его я уже успела при нашей первой встрече, хуже уже точно не сделаю. – А что такое запечатление?

Тянула время, надеясь, что к концу нашего разговора я окончательно протрезвею.

– Это когда перевёртыш находит свою истинную пару. Тебя штормит в присутствии твоей половинки, и ты разве что из трусов не выпрыгиваешь, как хочешь своего суженого.

– У тебя было такое?

– Думала, что было. Когда увидела Данрея, то испытала похожее чувство, вот только ошиблась. Мы не были запечатлены, а я чуть не изнасиловала малознакомого парня, – нервно рассмеялась волчица.

– Как это знакомо, – соврала, отчаянно пытаясь поддержать беседу: – А у Алекса нет истинной пары?

– Ох, это ещё один вопрос, который не стоит ему задавать. Но если тебе интересно, могу узнать, есть ли у него подружка.

Нет. Мне совсем неинтересно!

Но я не успела остановить волчицу.

– Ей, Алекс, у тебя есть девушка сейчас?

– Миврида, ты не в моём вкусе. И полегче, Данрей уже на меня злобно смотрит, – отшучивался похититель, и моя новая знакомая густо покраснела.

– Это не для меня. Это Вика спрашивает. Ты ей вроде понравился. Только о тебе и говорит.

ЧТО?!

– Передай, что у нас с ней будет очень много времени поговорить об этом.

– Я тебя слышу, вообще-то.

– Ты оделась?

– Нет…

Лучше голой идти, чем в этом!

– Так поторопись! Чем быстрее соберёшься, тем скорее мы распрощаемся.

Аргумент. Схватила тряпки и принялась натягивать их на себя. Кожаные шортики облепили задницу, как две потные ладошки, и я вдруг вспомнила руки Алекса на своей груди… Не было этого! Показалось. В заявлении это указывать тоже не буду. И про своё секундное возбуждение тоже умолчу. С кем не бывает?

Топ оказался чуть свободнее, но совсем не прикрывал живот. Даже не одёрнешь его, вырез такой, что я рискую оголить всё чем богата, и тогда мне снова понадобится прикрывательная помощь похитителя.

А тебе понравилось, да?

Живучий голосок не сдавался и продолжал упорно сватать Алекса, а теперь воодушевлённый тем, что парень одинок, взялся за меня с утроенной силой. Хотя с чего я взяла, что у него нет девушки?

Ревнуешь!

Да, что со мной такое-то?

Слезла с кровати, начесала волосы на лицо и бесстрашно шагнула к шайке бандитов. Теперь я выгляжу, как член их группировки. Надеюсь, мы прямо сейчас не отправимся на рейд по нотариальным конторам?

– Вот это да! – присвистнул сиплый маг огня. – Неудивительно, что ты так быстро управился, Алекс. Извини, что посчитал тебя слабаком. А детка-то горяча, от одного только вида штаны раздувает. Ух.

С чем Алекс управился? И что там раздувает у этого извращенца? У меня на кончиках пальцев начало искрить, и я не знала, кого бы шарахнуть первым. Хама-волшебника, или блондина-хвастуна. Вот чего они так улюлюкали…

– Спокойно, Вика, – ледяным голосом приказал Алекс. – Я сам. По старинке.

Сиплый не успел увернуться и получил неслабый удар в челюсть. Алекс встряхнул руку с покрасневшими костяшками пальцев.

– Я предупреждал тебя. Надеюсь, штаны твои теперь в норме, Галлокс?

Маг простонал что-то нечленораздельное, держась за скулу, и искры на моих пальцах развеялись сами собой.

Алекс закрепил на ремне мой шуруповёрт и засунул в карман мобильник. Оглядев на прощание жилище бандитов, он задержал взгляд на мне и мило улыбнулся:

– Идём, Вика?

– Идём, – только и ответила своему заступнику, забыв спросить куда, хотя воодушевлённый голосок уже подкинул идейку:

Хоть на край света, да?

Глава 4

Вика

Обувь у Мивриды оказалась ещё хуже ультракоротких шорт и топа, а нереальных размеров каблуки, заставляли меня ковылять на полусогнутых, оттопырив задницу. Через десять минут нашего с Алексом путешествия я уселась на поваленное вдоль дороги бревно и вытянули ноги. Хватит с меня!

– Чего ты там делаешь? – недовольно спросил мой похититель.

– Снимаю этот ужас, пока кровавых мозолей не заработала. Ты когда-нибудь ходил на каблуках?

– А похоже?

Как же странно выглядит, когда он удивлённо поднимает бровь над своим повреждённым глазом. Как заставить себя не таращиться на его повязку, и не думать о ней?

– Чёрт вас пиратов знает.

О боже, я вслух это сказала? Судя по его нахмуренному лбу – да.

– Уверена, что босиком будет лучше? – Алекс явно пытался был вежливым, но у него это плохо получалось, вижу как он губу свою нижнюю жуёт и сам себя с трудом сдерживает, чтобы не ответить хамством на хамство.

– Лучше мне было дома.

– А у тебя был дом? Мне показалось, ты ночевала в конторе и там же в раковине волосы мыла.

Вот ублюдок. Подловил. Засунула ненавистные сапоги подмышку, встала с бревна и прошла мимо своего полуголого странника, грустно поглядывая на шуруповёрт у него за поясом, но Алекс следил за мной и положил ладонь на рукоять.

– Ну ты и коротышка, оказывается, – фыркнул мне в спину. Такими темпами мы уравняемся в обменах любезностями. Но он прав, с каблуками было чуточку увереннее, а теперь незнакомый мир кажется мне больше и страшнее, а одноглазый парень нависает ещё выше.

Смолчала. Упорно вышагивала перед ним, стараясь выбирать, куда наступить. Мелкие камешки больно впивались в ноги, и я пару раз громко ойкнула, вызвав у странника новый смешок.

– Знаешь, Вика, ты можешь просто попросить меня о помощи и не мучиться.

– Я просила вернуть меня домой. Я делала это недостаточно убедительно? – повернулась к нему лицом и подтянула руки к груди и изобразила жалобную физиономию.

– Что ты делаешь? – Алекс поморщился.

– Изображаю умоляющего котёнка, ты не видел этот мультик?

– Видел, только ты не на котёнка похожа, а на… даже не знаю… На грызуна. Зубы зачем выставила? Ужас какой. То муравьед, теперь это. Прекращай, Вика.

Поджала губы и отвернулась. Общение с ним как-то совсем не заладилось, или он пытается ту неловкость на кровати замять? Вспомнила. Боже… Прижала ладони к лицу. Это все, правда, со мной происходит?

– ВИКА!

Да что ему опять надо?! Спросить не успела, что-то острое вошло мне в пятку, и на глаза тут же навернулись слёзы, посмотрела вниз: осколок от глиняного горшка или типа того. Главное, не ночная ваза, иначе я точно помру от столбняка или гепатита.

– Тебе нужно было просто попросить, – рыкнул Алекс и оттащил меня от осколков.

– Я умру?

– Если не будешь под ноги смотреть – да. Ладно, до академии осталось всего полчаса, там обработаем твою ногу. А сейчас попроси меня о помощи.

Я сидела на заднице в пыли с проткнутой пяткой, и он серьёзно полагает, что мне не нужна помощь?

– Сам не видишь? – зло спросила его сквозь зубы, стараясь не реветь.

– Попроси меня. Прикажи.

– У тебя какие-то проблемы, Алекс? Не хватает женского доминирования в жизни?

Он сел рядом и уставился на меня своим голубым глазом:

– Попроси, или мы никуда не уйдём.

– Тебе это принципиально?

– А тебе?

Играли в гляделки несколько мгновений. Продавить меня пытается? Зачем ему всё это? Попробовала достать осколок сама, но даже прикоснуться к нему было страшно.

– Помоги мне, Алекс.

Он переменился в лице, словно в нём что-то перещёлкнуло, а затем потянулся к моей ноге и осторожно извлёк осколок.

– Что ещё?

Он реально ждёт моих команд? Продолжает смотреть в глаза, словно это очень важно поддерживать зрительный контакт.

– Донеси меня до академии.

– Хорошо, – быстро согласился Алекс. И к чему была эта показуха, хотел, чтобы я унижалась и умоляла его?

Он потянулся к ремню на брюках, а затем начал их стаскивать с себя. Та-ак. Это ещё зачем? Надеюсь, не плата за услугу?

– Не могла бы ты отвернуться ненадолго, а затем подобрать мои вещи.

С чего бы? Ты на меня вольготно таращился…

– Сразу предупреждаю, мобильник и шуруповёрт не трогай, пока мы не разберёмся с природой твоей способностей, договорились?

– Договорились.

Отвела взгляд, с замиранием сердца слушая звон пряжки и шелест одежды, а затем меня накрыло внушительной тенью. Медленно повернулась. Нет, я, конечно, за день успела насмотреться на всякое, но чтобы такое… Надо мной возвышался огромный скакун с лоснящимися на солнце белыми боками и золотистой гривой. Половину морды закрывали густые волосы. Видимо, Алекс и в облике зверя стыдился своего уродства. Ну я нелюбопытная, смотреть не полезу.

Собрала вещи, задержав взгляд на повязке.

Меня ранил суккуб, когда я пытался спасти студентов академии от страшной участи.

Появление знакомого голоса в голове заставило дёрнуться, и тут же в мозгу раздался смешок.

Не бойся, обычный фокус. Когда я в облике животного, то говорить могу только так.

– Понятно… Логично.

Залезай и поехали.

– Высоковато.

Я живо представила как Алекс закатывает глаза, то есть глаз, от моей беспомощности, когда он пригнулся к земле, позволяя забраться себе на спину.

Как твоя нога? – поинтересовался странник, когда мы не спеша двинулись по тракту, окружённому убранными полями и редкими деревьями. А тут осень, интересно, почему мне совсем не холодно?

– В свете всего произошедшего со мной, это не самое страшное. То есть, сначала ты напугал меня до ужаса в конторе, потом вытолкнул сюда, гром, молния и я в этих отвратительных шортах, в которых задница ужасно потеет.

Купим тебе новые.

Я вдруг улыбнулась его предложению. Купим? Мы? Вместе? Звучит как хороший план. Мне давно никто не говорил о совместных делах. Родители далеко и постоянно заняты, Максим Сергеевич обычно давал распоряжения, а подруга говорила лишь о себе. Так глупо… Ощутила себя совершенно одинокой всего от одного слова. Купим… Или дело не в слове, а в том, что я на самом деле одна?

– Слушай, Алекс, а чему учат в академии, в которую мы сейчас едем?

Много чему. Элементальная магия, ментальные влияния, теневые искусства, факультет иллюзий и трансформаций.

– А ты в чём специалист?

Трансформации и ментальные влияния, но мой профиль оборотничество. Ты, например, стихийный маг, имеющий талант к превращениям, но тут ещё надо разобраться…

– А зачем мне тогда ехать в академию Штормов, если в твоей альма-матер тоже обучают элементам. Может, я останусь тут?

Интересный вопрос, Вика. Скорее всего, твой дар носит уникальный характер, я никогда не видел ничего подобного, вероятно, с тобой справятся только в Штормах.

– Ну, если парень, сражавшийся с суккубом и превращающийся в коня, не видел ничего подобного, тогда доверюсь тебе. А зачем мы тогда едем в твою бывшую академию?

Дух перевести и кое-что узнать.

Я неплохо научилась чувствовать интонацию его голоса в моей голове, и фраза «кое-что узнать», меня немало насторожила. В это «кое-что» меня явно не собирались посвящать, иначе бы он назвал вещи своими именами. Или я излишне подозрительна? А как ещё я должна вести себя в незнакомом мире?

Поля сменились сельскими домиками, и с появлением людей я снова ощутила себя неловко, вспоминая, что одета не самым подобающим образом.

Уже скоро. У меня здесь свой дом, заедем сначала туда, правда, я там два месяца не появлялся, может быть, немного пыльно.

Серьёзно? Он стесняется беспорядка у себя дома? Да, где угодно будет лучше, чем в лачуге троицы разбойников или в конторе на диване.

Алекс сошёл с основной дороги и немного ускорился, двигаясь по саду, объятому запахами прелой листвы и подгнивающих в корнях деревьев яблок. Давно я на природе не была. Хорошо здесь, и домик красивый. Двухэтажный со скошенной крышей. Я бы хотела в таком погостить, или пожить.

– А ванная у тебя есть?

Самая лучшая, с тёплой водой. Только котёл нужно… затопить…

– Что-то не так?

Дым из трубы идёт. В доме уже есть кто-то.

– Кто?

Сейчас узнаем.

Хлопок, и я оказалась в воздухе, а затем в объятьях голого странника. Не думать об этом. Какая у него твёрдая и горячая грудь, а сердце колотится прямо мне в ухо. Алекс злится или напуган?

Дверь коттеджа открылась и на пороге показалась милая девушка с растрёпанными каштановыми волосами. Она радостно улыбнулась, узнав гостя, а затем резко смутилась и прижала ладонь к глазам.

– Алекс, ты бы хоть прикрылся!

И Алекс прикрылся: поставил меня на землю и спрятался за моей спиной, а я не самое удачное прикрытие, балансирую на одной ноге и стараюсь не представлять, что сзади находится абсолютно голый мужик, который пару часов назад смотрел на меня плотоядно, словно я булка в с повидлом.

– Привет, Аня.

Аня? Не Миврида, какая-нибудь? Просто Аня? Какова вероятность, что в этом мире, кого-то зовут знакомым моему уху именем? Алекс не в счёт, я уже убедилась, что он необычный парень.

– Привет, а это с тобой?..

Девушка выдержала паузу, разглядывая меня. На её лице появилась лёгкая растерянность, а затем глаза Ани затянула чёрная поволока. Очень жаль, я надеялась, что она нормальная, а она тоже их клуба людей икс.

– Как такое возможно, Алекс?

– Ты мне расскажи, я сам в шоке. А ещё она перетянула на себя мой дар внушения и даже мне приказывает, я проверил. Можешь, нас разлучить?

– Конечно. Но ты знаешь правила, только по обоюдному согласию. Ты ей объясни последствия для начала…

Та-ак. Мне уже не нравится. Говорят о чём-то загадочном, и выглядят встревоженными.

– О, Алекс приехал, – из дома вышел ещё один полуголый житель этого мира. Ему бы расчёска не помешала, что у него с волосами: помыл голову и спать лёг, не высушив?

– Привет, Теобальд, – кисло поздоровался Алекс и притянул меня к себе за плечи.

Какие же тонкие у меня шорты… А на Алексе их вообще нет. Не думай об этом, Вика!

– Ух-ты, вы запечатлены, что ли? – лохматый теперь выглядел таким же ошарашенным, как и его подружка.

Запечатлены?! Как там говорила Миврида: тебя штормит в присутствии идеальной половинки, и что-то там про выпрыгивание из трусов?

– Алекс, объяснись, – повернулась к своему страннику, – только сначала надень трусы, хорошо?

– Давайте, отложим объяснения на потом, – очень вовремя вмешалась Аня, потому что Алексу явно нужно было собраться с мыслями. – Тебя как зовут? – обратилась уже ко мне знакомая моего похитителя.

– Вика.

– Вика, подозреваю, что ты влезла в эту ужасную одежду не по своему желанию? – она наградила Алекса неодобрительным взглядом. Но мой персональный оборотень этого не заметил, а смотрел, на меня словно впервые видит.

– Есть такое. Я превратилась в муравьеда, а потом мои вещи потерялись при пожаре в лесу…

– Как это знакомо, – улыбнулась Аня.

– Ты тоже спалила целую поляну, а потом с перепугу покрылась мехом?

– Ну, почти. Видишь этого парня, – она кивнула на Теобальда. – Он подстерёг меня у туалета в ресторане, а затем поцеловал, когда попыталась закричать о помощи. Оказалось, что на нас наложено что-то вроде проклятья. От поцелуя я мгновенно превратилась в мышь, а мой преследователь утащил меня в другой мир, совершенно не озаботившись оставленной на месте преступления одеждой. Стоит ли говорить, что вернув свой облик, я предстала перед ним в чём мать родила.

– И ты была безумно сексуальна, милая,– подытожил лохматый.

– Была? – девушка снисходительно посмотрела на Теобальда.

– И сейчас тоже сексуальна.

– Слишком поздно, Тео,– она нарочито обиженно отвернулась, схватила меня за руку и потащила вверх по лестнице. – Извини за беспорядок, мои подруги часто заваливаются без разрешения и берут что-то из вещей. Самой мне это за всю жизнь не сносить.

Аня толкнула меня в комнату, заваленную одеждой, она лежала везде: на полу, стульях, кровати, и даже на подоконнике.

– А футболки и джинсов нет? – взмолилась, разглядывая платья со шнуровками, короткие юбки и целую коллекцию сапожек каблуками.

– О, родственная душа. Я постоянно мотаюсь на рынок, куда странники притаскивают товары из моего мира. Сейчас подберём тебе что-нибудь. Хотя… Придётся подшивать, ты такая…

– Мелкая? – припомнила издёвку Алекса и поджала губу.

– Скорее милая и миниатюрная. Вот примерь, если подойдёт, я уберу длину.

Через полчаса я разжилась запасом одежды, который точно не унести в двух руках, даже если Алекса-коня навьючить половиной. Пришлось усмирять пыл моей новой знакомой, но на тёплой парке она всё же настояла, услышав, что мы собираемся в академию Штормов.

– Идеально, – Аня всплеснула руками, когда я переоделась и перестала выглядеть как девушка весьма свободных нравов, не в обиду Мивриде, но шорты, которые едва прикрывают задницу, явно не мой стиль. Зато джинсы и толстовка с логотипом группы Эпидемия прибавили уверенности в себе. Вот уж правда: пройди свой путь, возьми свой меч, или как там в песне было?

– Ага, и Алекс домогаться не станет. Наряд-антисекс. Это то, что мне сейчас нужно.

Дёрнула завязки капюшона на шее и затянула их потуже.

– Кстати, об Алексе. Ты решила, что делать с запечатлением? Извини, что я вмешиваюсь, но решение нужно принять, ты хочешь разорвать вашу связь?

Кивнула, не задумываясь. Чего мне сейчас точно не нужно, так это одержимости незнакомцем и слепой влюблённости в него. Мысль, что мной может овладеть чуждое чувство и лишить контроля, когда всё и так наполнено безумием, натолкнуло на единственно верное решение. Запечатление необходимо разрушить.

– Хорошо, переговорите с Алексом напоследок, это важный шаг для вас обоих, я приведу его к тебе, если что кричи, мы с Тео будем рядом и не дадим тебя в обиду.

Села на расчищенный от одежды край кровати и вцепилась себе в подрагивающие от нервов колени. У меня парня-то постоянного не было, а тут внезапно из ниоткуда свалился идеальный суженный, как тут не переживать?

– Возьми огня и найди меня, Ты найдёшь меня на пороге дня!

– А? – Подняла взгляд на своего похитителя.

– Эй, фанатка Эпидемии, не слышала эту песню? – насмешливо поинтересовался Алекс и привалился к дверному косяку.

Помотала головой.

Врушка, всё-то я слышала. А ещё там были другие слова:

Новый день встаёт за моею спиной,

Новый день придёт, и ты будешь со мной.

Как-то по-другому все воспринимается в такой момент.

– Аня запретила закрывать мне дверь. Боится, что я наброшусь на тебя.

– А ты не набросишься?

О, господи, что с моим голосом? Почему этот вопрос прозвучал так жалостливо и несчастно? А что хуже всего, Алекс это услышал, иначе с чего бы ему так ухмыляться? Если он станет подкалывать меня этим, я точно провалюсь сквозь пол на первый этаж.

– Я не принуждаю девушек, против их воли…

Как-то горько он это сказал и оборвал фразу на полуслове. Там явно не хватало слова «больше». И вообще, как можно принуждать по доброй воле? Или он умеет такое делать? Не соображаю, у меня какой-то переваренный бульон в голове.

– А если бы я попросила тебя?

Алекс оторвался от дверного косяка и скрестил руки на груди.

– О чём?

Остановите меня срочно. Это не я говорю, это другая Вика, запечатлённая и не отдающая себе отчёта.

– Поцеловать. Всего раз, просто убедиться, что всё это чушь, и мы чужие люди.

Прижала ладони к пылающим щекам и зажмурилась, лишь бы не видеть удивлённое лицо Алекса. Молодец, Вика. Рядом с ним и так до ужаса неловко находиться, а теперь станет ещё хуже.

Шаги. Он идёт ко мне? Мрак…

Мягкий голос нежно обволакивал, словно пытался успокоить, и в нём совершенно не было издёвки:

– Убери руки, Вика. Посмотри на меня.

Он сидел передо мной на коленях и выглядел предельно серьёзно. Ну же. Съязви. Пошути, не пугай меня. Сглотнула и машинально облизала губы.

– А если нам понравится? Что тогда будем делать?

Дайте мне зеркало срочно. Уверена, я сейчас выгляжу как пикачу, и у меня щёки искрятся электрическими зарядами.

– Не знаю. Не попробуем – не узнаем? – Слегка подалась вперёд и чуть не рухнула на него.

– И то верно, – согласился Алекс и осторожно убрал мне с лица спасительную прядь волос. Всё… я теперь безоружна, дрожу и не знаю куда деть руки, которые упорно соскальзывают с колен. Тоже хочу коснуться его волос, откинуть их и разглядеть тонкие белесые полосы от шрамов на красивом лице. Следы когтей того самого суккуба?

Забываю дышать, а затем судорожно навёрстываю, наполняя охваченные пламенем лёгкие, мелкими глотками воздуха.

Он видит это, но не смеётся надо мной. Так же тяжело дышит и все никак не решается. Ищет хоть толику сомнения в моём лице, чтобы остановить наш внезапный эксперимент. Но сомнений нет. Не в этот миг. Идеальный миг, идеальный Алекс, моя идеальная пара.

На губах становится невыносимо жарко, а затем наступает мгновение приятной прохлады, оно накрывает осторожным поцелуем. Не торопиться, сделать все правильно, нежно, медленно…

– Ну, что готовы? Ох… – стоило мне увидеть Аню в дверях, как треск оглушил меня, а вспышка на мгновение ослепила.

– Вот жесть! Это очень больно, по себе знаю. Бедный Алекс, – в голосе Тео не было сожаления, скорее неприкрытая радость. – За что ты его электричеством то шарахнула?

– Я в порядке, – зло выдохнул мой запечатлённый. – Аня рви к, чертям эту связь. Нам с ней нельзя контактировать. Вика, ты же согласна, скажи?

Открыла глаза. Алекс стоял посреди комнаты и держал перед собой вытянутые руки, на которых искрилось электричество. Его здоровый глаз светился белым, и даже из-под повязки тоже лилось сияние.

Это что сейчас было? Короткое замыкание?

– Я пытаюсь, – Аня рубила перед собой невидимую нить длиными чёрными когтями, и от её движений у меня в груди неприятно вибрировало.

– И в чём проблема?

– Мне мешает что-то, – озадаченно ответила девушка. – Я не могу, простите.

– Что значит, не можешь? Ты видела, что случилось только что? Мы же убьём друг друга, если нас не развести по углам.

– Алекс прости, но это не моя вина.

– А чья? – он никак не мог стряхнуть с рук голубые искры.

– Твоя. Это ты не отпускаешь её. Я впервые вижу настолько сильное запечатление. Боюсь, вам придётся потерпеть, пока я разберусь, как вам помочь. Только по обоюдному согласию… Ты не готов, Алекс

Глава 5

Алекс

Психанул, не выдержал всех этих взглядов на себе: удивлённых, жалостливых, понимающих. Свалил из комнаты и коттеджа. Моего коттеджа!

Какого чёрта Ане с Тео понадобилось входить к нам в такой момент. Я бы поцеловал эту девчонку, понял, что всё это бред и между нами нет настоящей искры. Не той искры, которой она зарядила в меня и отбросила на пару метров, я имею в виду то идиотское чувство, которое называют влюблённостью. Мне нужен был этот поцелуй, как доказательство, что я не могу любить больше. Не могу и не хочу. Хотя любить истинную пару проще, не надо мозги включать, отдаёшься звериному влечению, и все счастливы. Может, в этом причина? Захотел пойти по пути наименьшего сопротивления и оставить Вику при себе?

Эй, Алекс, ау? Кого ты обманываешь? Ты всю жизнь идёшь по этому пути. Испугался преследований своих законных братьев-престолонаследников – сбежал, выставил себя беспечным дурачком и повесой, чтобы никто даже не рассматривал тебя как соперника на трон.

Дар внушения проложил мне лёгкую дорожку во все двери и сердца. На что я тратил его? На благо? Ну, конечно, на собственное Расположил к себе приёмную комиссию в академии, соблазнил парочку богатых вдовушек и долгое время жил, не зная бед. А потом встретил Яну, мою истинную половинку, и всё стало другим. Я впервые захотел стать лучше, сделать что-то самому, работать, учиться, купить чёртов коттедж и даже, повторюсь ДАЖЕ, думать о детях.

Вселенная тоже поржала над моими мечтами и забрала Яну, оставив мне лишь чувство вины и огромную дыру в груди. Тогда я снова упал на самое дно, спутался с суккубом, попытался воскресить любимую и чуть не убил невинную девушку, превратив её в сосуд для Яннары. А потом я влюбился в неё. Вот такой вот я любвеобильный парень. Но, разумеется, меня отшили. Для таких как я не предусмотрен счастливый финал. Зато дырень в груди стала ещё больше, но недостаточно большой, чтобы стереть меня нахрен из этого мира и положить конец всему этому бреду.

И вот в само непроглядной черноте меня полоснуло яркой вспышкой. Перепуганная стихийница с шуруповёртом в руках и громом и молнией в кармане.

Это самая невозможная случайность из всех. Это тот долгожданный второй шанс все исправить, стать лучшей версией себя. Так почему я должен рвать нашу связь? Почему я не могу получить ту, что теперь по праву моя? Я не буду принуждать её, не буду неволить, просто не отпущу, и всё.

– Вот это монолог, – за спиной раздался раздражающий голос Теобальда. Отлично, он всё слышал, ну я сам виноват, мысленно орал на всю округу.

– Они послали не самого лучшего парламентёра.

– Кого? – он смешно нахмурился и почесал затылок.

– Отговаривать пришёл? Начнёшь убеждать, что надо освободить девчонку от запечатления, что она заслуживает право выбирать, а если между нами настоящее чувство, то оно всё равно пробьётся, и мы будет вместе. Угадал?

– Вообще-то я на твоей стороне, если что, – обиженно ответил Тео.

– Ага, и желаешь мне только добра. В чём подвох?

– Нет, то есть да, я желаю тебе именно добра, Алекс, и я считаю, что рвать связь сейчас – большая ошибка.

– Что?

Вот уж кто меня удивил больше всех за последние сутки, да он Вику переплюнул своим заявлением.

– Вика оказалась в непростой ситуации: чужой мир, опасная магия и предстоящее путешествие. Сейчас ей, как никогда, нужна поддержка, а кто окажет её лучше, чем истинный? Дойдёте до академии Штормов, а там уже решите, что делать с запечатлением. Не бросай её.

Да, я, вроде как, не собирался…

– Тем более ты можешь научить её парочке наших трюков. Она же теперь перевёртыш?

– Да, но я в жизни никого не учил.

– Я тоже, а теперь работаю преподавателем в академии, никогда не знаешь, как оно повернётся.

Ладно, забираю все свои гадкие слова о Тео. Он в целом неплохой парень.

– Кстати, можете у нас остановиться пока, – радушно предложил мой бывший соперник, и я вместо благодарной улыбки выдал ему кривую гримасу.

Серьёзно? Он разрешает мне остановиться в моём же доме? Щедрость этого первёртыша зашкаливает.

– Спасибо тебе, Тео, даже не знаю, как тебя отблагодарить.

Надеюсь, он услышал сарказм в моём голосе.

– Пустое, – мерзавец наградил меня ехидной улыбкой и подмигнул.

Да, он издевается надо мной. Ладно, это я тоже заслужил…

Вика и Аня расслабленно попивали чай на кухне и резко прервали своё оживлённое обсуждение, когда мы вернулись в коттедж.

– О, чём болтали? – Тео взял себе чашку и уселся рядом с девушками.

– О нашем с Викой мире, я там целую вечность не была. Ты знал, что мы из одного города?

– Серьёзно. Бывают же такие совпадения, – как-то наигранно удивился Растл и ухмыльнулся. – Алекс, что стоишь там, как неродной. Присаживайся.

Он точно что-то знает… Дурачком пять минут назад прикидывался. Паршивый ты актёр, Тео.

– Я спать. Вика, ты тоже не засиживайся, нам рано вставать, – собирался развернуться и найти себе тёплый угол в этом моём чужом доме, как робкий голосок резанул меня по ушам.

– Нет.

– В каком смысле? Нас ждут в академии, мы уже выбиваемся из графика.

– Я никуда не поеду, – она сжимала чашку обеими руками и с вызовом смотрела на меня. Настоящий боевой муравьед…

– Тогда у меня плохие новости, тебя никто не спрашивает, ты видела, на что способна. Ты очень опасна, Вика.

– Именно поэтому она должна остаться, Алекс. Всего неделя, пусть наши стихийники научат её простейшим техникам контроля. Ректор не откажет, это исключительный случай. Плюс, у вас будет больше времени для подготовки перед поездкой на север, – вмешалась Аня.

Отлично. Я в меньшинстве. Вика уже спелась с этими двумя. И зачем я, вообще, притащил её сюда? Я даже связь рвать не собирался. Похвастаться перед Тео и Аней решил?

– Утром поговорим, когда у тебя не будет этой мощной группы поддержки.

Не хотел уступать, хотя признаюсь, их доводы весьма убедительны. Неделя может пойти нам обоим на пользу. Тряхнул тяжёлой головой и побрёл в гостевую комнату.

Безумный день. Мне нужно отключиться срочно. Желательно без снов.

– Алекс…

Я же просил без снов.

Почему это мелкая предательница притащилась в мои мысли и будоражит своим сексуальным шёпотом?

– Алекс, ты спишь? – этот ходячий электрогенератор опасно навис надо мной и не собирался исчезать.

– Уже нет… Слезь с кровати, а? Тебе место для сна не выделили, что ли? Сказал же, утром поговорим.

– Я уснуть не могу.

– И ты решила меня разбудить?

– Прости.

– Уже простил, только иди к себе, пожалуйста, – вот же непослушная! Пришла пальцы в розетку совать. Нас сейчас обоих шарахнет, если она не прекратит эротично сопеть мне в ухо.

– Можно, я с тобой останусь сегодня?

– Нет.

Внутренний похотливый Алекс орёт «да» во всё горло.

– Почему?

– Знаешь загадку про волка, овцу и качан капусты?

– Угу.

– Вот придумаешь, как волка с овцой оставить в одной постели, или овцу с капустой, чтобы никто никого не сожрал, тогда приходи.

– Получается, я качан или овца? – обиделась Вика.

– Нет, ты страшный серый волк. Я тебя боюсь. Без шуток.

– Я под отдельным одеялком спать буду, так можно?

– Хорошо, тащи своё одеяло… – сдался, сил не было с ней спорить, и да, я хотел её рядом. Очень хотел…

– У меня всё с собой, – радостно сообщила моя домогаторша. – Двигайся.

Почему-то мне кажется, что у меня изначально не было ни единого шанса её спровадить. Перекатился на другую половину кровати, и улыбнулся сам себе, когда матрас слегка примялся под весом моей странной истинной пары.

– Алекс…

– Что ещё?

– А подушку я не взяла.

Я мог поступить благородно и отдать ей свою, но нет. Я просто немного подвинулся, равно на столько, чтобы случайно касаться её во сне, или не случайно…

Вика

Самовнушение это, или действие странной магии запечатления, но я не могла уснуть вдали от Алекса. А ещё я не до конца доверяла этой странной парочке из коттеджа. Теобальд как-то заговорощически поглядывал на свою пассию, а она отвечала ему тем же. И только мой странник ничего не замечал, выглядел ошарашенным и злым одновременно. Я его так разозлила, нутром чую. Так нечего было соваться ко мне на рабочее место. Каждый бы остался при своём: я при должности со стабильным окладом, а он не был бы запечатлён, и мы не узнали бы друг друга никогда.

Резко села в своей кровати и схватилась за сердце. В груди стало пусто и больно при мысли, что мы бы не встретились, что завтра я проснусь, и всё окажется сном, надышалась клея ПВА и вырубилась на столе от переутомления. Не хочу спать, если есть опасность не увидеть его по ту сторону реальности. Схватила одеяло, обмоталась и нырнула в темноту дремлющего дома.

Что за бред? Меня коротит, как оголённый провод, в моих руках рождаются молнии, а один лишь поцелуй бьёт током, но переживаю я не о том, я боюсь расстаться со своим же похитителем.

Прокралась в комнату Алекса, и вместо того чтобы тихо лечь рядом, разбудила его. Захотела его голос услышать перед сном, будоражащий, вызывающий у меня мурашки по всему телу, даже когда он недоволен. А он всегда недоволен, с момента нашего знакомства. Но хоть лечь с ним рядом разрешил, отпустив пару недвусмысленных намёков, что я ночная извращенка, а он не то баран, не то качан. Или это я качан? На всякий случай обиделась, замоталась в одеяло и скромненько устроилась на его подушке. Теперь весь секрет – не елозить и молчать, потому что судя по ворчанию Алекса, может легко отправить меня обратно.

– Вика, спишь? – через некоторое время ожил странник.

Вот и поменялись мы ролями, моя очередь строить из себя сонную девушку, которую он достал.

– Неа.

Не вышло, слишком радостно отозвалась.

– Можно спросить?

– Конечно.

Осторожно повернулась к нему, а Алекс слегка поднялся на локтях. В темноте шрамы на его лице ярко светились белым, и я не могла остановить саму себя, коснулась ровных полос и медленно повела вверх, ожидая, что натолкнусь на его повязку под спутанными, лежащими на лице прядями, но вместе этого почувствовала под пальцами ресницы и испуганно отдёрнулась.

– На ночь снимаю, – пояснил Алекс и начесал ещё волос, лишь бы я не увидела больше.

– Так что ты хотел узнать?

– На самом деле у меня несколько вопросов. Во-первых, ты, действительно хочешь остаться здесь на пару недель? За это время мы могли бы преодолеть полпути до академии штормов.

– Ты так торопишься туда. Почему? – стало горько при мысли, что Алекс хочет просто-напросто выполнить задание. А вдруг он не дал Ане разрубить связь, лишь бы меня на коротком поводке держать? А что? Удобно.

– Я тороплюсь, потому что ты на моих глазах скосила целую поляну с деревьями и чуть не погибла. Мы не знаем, когда и как твои способности снова напомнят о себе локальным катаклизмом.

– Я буду сдерживаться!

– О, так ты сдерживалась, когда долбанула меня во время поцелуя? – на губах странника появилась смешливая улыбка.

– Это вышло случайно, нам помешали…

А сейчас не помешают. Ну же, Алекс, предложи попробовать ещё раз.

– Ты не ответила, почему хочешь задержаться. Убеди меня.

Я боюсь, что в академии Штормов всё будет сложнее для нас. Ты выполнишь своё задание и отпустишь меня. Вот что я должна была сказать, но вместо этого повторила слова Ани и Тео:

– Хочу научиться элементарному контролю перед нашим большим путешествием.

– Хорошо, тогда завтра утром договоримся о твоём экспресс-расписании, – слишком легко согласился Алекс и лёг обратно на подушку.

– А второй вопрос?

– Точно, – немного замешкался парень. – Когда Аня предложила разрушить связь, ты не колебалась. Почему?

– Не знаю. Возможно, я не до конца понимаю механизм запечатления, но мне кажется это глупым.

– Что именно? – он с интересом смотрел на меня, а я не понимала, как он не видит таких простых вещей.

– Ну, смотри. Если мне кто-то нравится, то как разорванное запечатление помешает любить его? Вот возьмём тебя. Ты сексуальный, смешной, самоотверженный. Все эти качества мне очень привлекательны в тебе, если мы разрушим связь, разве, ты перестанешь быть таким?

– Наверно, нет… – выдохнул Алекс, и до меня с опозданием дошло, что я только что практически в любви ему призналась. О боже…

– С другой стороны, есть опасность, что ты не испытываешь ко мне подобных чувств, и тогда вместе мы не будем без запечатления, но если ты меня не любишь, то какой смысл…

Всё, хороните меня. Я только что вырыла себе глубокую-глубокую могилу своим потоком бреда.

– Я тебя не не люблю, Вика. Я вообще не знаю, что я чувствую. Запечатление берёт верх над остальными моими эмоциями.

– Ты поэтому не хочешь рубить связь?

– Я не знаю. Я просто не хочу лишаться этого. Мне страшно. Вдруг в твоих глазах я перестану быть сексуальным, смешным и самоотверженным, а ты, напротив, очаруешь меня, но уже без магии?

– Тогда придётся добиваться меня по старинке.

– Для этого у нас маловато времени, Вика…

– Я пытаюсь его выиграть.

– Две недели? Считаешь, достаточно для большого и светлого чувства? Я тебя всё равно не отпущу, не надейся.

– Не отпускай…

– Вот и договорились. Учись хорошо, Вика, если не научишься контролировать своё короткое замыкание, – он нежно провёл большим пальцем по моим губам, – то сексуальный, смешной и, видимо, недостаточно самоотверженный тебя не поцелует.

– Я буду стараться, – сказала на выдохе, а мой похититель беззвучно рассмеялся.

– Теперь спать. Готова возвращаться к себе в комнату?

Сделала вид, что не слышу, уткнулась ему в твёрдую грудь и закрыла глаза.

– А обещала, что спать будешь под отдельным одеялом, обманщица, – ласково прошептал странник и обнял меня за плечи.

Глава 6

Вика

К тому моменту, когда я проснулась, Алекс уже развернул бурную деятельность, поднял на уши Тео и Аню, собрал гору толстенных книг и даже составил подробный учебный план на две недели.

– Ты вообще спал сегодня?

– Под твоё сопение? – мой навязанный опекун поднял недовольное лицо от разложенных на письменном столе записей. Даже сглотнула, до чего жутко он выглядел, словно и не было наших ночных нежных перешёптываний.

– Сопением? – только и спросила, с силой вдохнув воздух через обе ноздри. Насморка вроде нет.

– Хорошо. Храп. Я пытался быть вежливым, но ты сама спросила, – Алекс вернулся к своим бумажкам и с остервенением принялся что-то вычёркивать и исправлять.

– Я не храплю!

Живо представила себя, пускающую слюну на подушку и издающую поросячьи звуки. Врёт он всё!

– Ага… Ты как боинг, который на посадку заходит, такое ощущение, что я на взлётной полосе пытался уснуть.

У меня к щекам мгновенно прилило, а руки сжались в кулаки. Да мне так стыдно не было, даже когда мою задницу прикрывали шортики Мивриды, а они меньше чем среднестатистические трусы.

– Ты не можешь знать про боинги, ты из другого мира, – я отчаянно пыталась убедить саму себя, что Алекс просто издевается, а он взял и ухмыльнулся с таким гаденьким превосходством, что аж не по себе стало.

– Я тебя умоляю, Вика. Я видел десятки миров, и самолётами из твоего меня не удивить.

– Неважно. Я не храплю!

Он сделал тяжёлый вздох, отложил ручку в сторону и потянулся к моему мобильнику. – Хочешь докажу?

Нет. Нет. Нет.

– Он разве не разрядился? – с надеждой спросила странника.

– Неа. Ты его зарядила вчера. Зацени, я даже на видео снял твоё приземление.

Кошмар… У меня серьёзные проблемы с храпом. Вернусь домой и первым делом к лору. Я же вернусь?

Алекс беззвучно посмеивался, и явно был собой доволен. Боинг, значит? Точно сниму его спящим, уверена, он тарахтит примерно так же.

– Ладно, храпуша, у нас много дел. Приведи себя в порядок, на кофе времени уже нет. Через минут семь жду тебя на улице. По дороге в академию объясню наши планы на две недели.

Храпуша? Семь минут? Я передумала, мне уже не очень нравится этот парень…

Я целую вечность ждала, пока из крана в ванной польётся тёплая вода. Похоже, почти всё слили ещё до меня, в итоге пришлось мыться холодной. В больше семье… На бегу причёсывала волосы и разглаживала руками складки на мантии. Жутко непривычно. Слишком свободно, а ещё по-идиотски себя чувствую, словно на конвент фанатов Гарри Поттера собралась. Шуруповёрт и телефон в комнате не обнаружился. Перестраховывается моя нянька. Ну ладно, справлюсь и без этого.

– Прошло девять минут, – Алекс недовольно прищурился. У него секундомер в заднице, что ли?

– Вообще-то, твой мобильник время показывает, – невозмутимо ответил парень.

– Ты мысли мои читаешь?

– Ну, мы же с тобой вроде как пара. Имею право. Ты моя.

– Прекрати немедленно! – я почти от злости задыхалась. Мысли это единственное, что у меня оставалось в этом чужом мире, и этому придурку там совсем не место. А ещё меня дико выбесила собственная реакция на это его «моя». Жар от макушки до пяток, и от него приятно так, щекотно на затылке, словно погладили, как котёнка.

Наглая рожа удивительно вскинул брови.

– Что прекратить? Быть твоей парой? А кто вчера ночью сладенько постанывал и говорил: не отпускай меня, Алекс!

Он прикусил губу и окинул меня томным взглядом.

– Я не…

Лучше молчать, а то у него и такое видео в телефоне окажется в доказательство. Встряхнулась и шагнула вперёд, не забыв толкнуть своего парня плечом, докуда смогла дотянуться. Его это развеселило ещё сильнее, а я скорости прибавила, лишь бы не слышать его смешки за спиной.

– Вика, постой.

Неужто извиниться решил?

– Неа, – игриво сообщил Алекс. – Просто академия в другой стороне. И не переживай, храпуша, защиту от ментальных вмешательств я тоже внёс в твоё расписание на сегодня, просто показал тебе важность защищать разум.

– Шикарно, так это был первый урок? – отозвалась без особого энтузиазма, в то время как Алекс бесцеремонно фотографировал меня на мой же телефон.

– Он самый. Экспресс-курс. Угадай, кто будет твоим преподом по менталке?

– Понятия не имею, – объектив камеры начал смущать меня сильнее, чем взгляд Алекса, и я невольно поправила волосы.

– Подсказка тебе: это один из лучших ментальных магов этого мира, – он даже плечи расправил.

– Ты, что ли?

– Ты рада? У нас появится шанс стать ещё чуть ближе, интересно, сколько твоих секретов я узнаю, прежде, чем ты начнёшь хоть немного закрываться, – на его лицо появилось нескрываемое предвкушение новой порции веселья, и я нервно сглотнула, продолжая теребить непослушные волосы.

– И это, Вик, расслабься, я себя фотографирую, можешь не позировать.

Вот так просто одной фразой добил меня, заставив чувствовать себя ещё большей идиоткой.

Еле ногами перебирала, стараясь не думать ни о чём, чтобы повода кое-кому не подавать, но это тоже казалось ему смешным, судя по его подрагивающим плечам.

– Что теперь? – почти рыкнула на своего странника.

Он повернулся и подарил мне вполне искреннюю и нежную улыбку.

– Ты милая.

Алекс

Возвращаться в академию было странно. После того, что случилось совсем недавно, я немало побаивался встречи со студентами и преподавателями. Хорошо, что с Тео и Аней была возможность поговорить ещё вечером, теперь хотя бы минус две пары озадаченных глаз, встречающих меня у ворот. Уж что-то!

– А ты популярен, – присвистнула Вика. Она всю дорогу путалась в длинных рукавах и безрезультатно пыталась их засучить.

– Дай сюда, – рванул девчонку на себя и осторожно закатал ей рукава сам. Вот же беспомощная, что она будет делать в Штормах? Там не будет добренького Алекса, подтирающего задницу.

– Спасибо.

– Не за что.

Всё оказалось хуже, чем я представлял, меня взяли в плотное кольцо из дружеских объятий.  Лучше бы они так же в унисон ненавидели мне, аж руки отсохли всем отвечать на приветствия, а дежурные вопросы: «как сам?», «че как?» копились непомерным грузом.

В какой-то момент я даже запаниковал, когда не увидел рядом с собой свою грозовую тучку. Её оттеснило толпой, и я обнаружил мою маленькую истинную зажатой у стены местной группировкой бывших запечатлённых.

Реджи, Мари и Ори весело плели что-то моей покрасневшей подопечной, и я отчаячнно выгребал через поток студентов к ней.

– Ух ты, Алекс, поздравляю, – прощебетала Мари голоском, в которым яд лился через край.

– А она сама на тебя запала, или ты её магией к себе привязал? – Ори уставилась на меня с неприкрытым неодобрением.

– Бедняжка, – Реджи утёрла невидимую слезу.

– Так всё хватит! Никто её не привязывал. Оно само. Получилось…

Троица перевёртышей мне явно не поверила.

– Посторожнее с ним, Вика. Сладко поёт.

– Мягко стелет.

– А потом суккубу скормит.

– Стелет? – тучка хлопала глазками.

Зажал ей уши и злобно зыркнул на сплетниц:

– Я с ней не спал и спать не буду.

– А феромоны твои говорят о другом.

Видимо, случившееся с Аней мне ещё долго будут припоминать. А то своего самоедства мне мало из-за той ночи.

Потащил девчонку к лестнице, пока не нашёлся ещё кто-нибудь добренький и не рассказал Вике, какой прелестный истинный ей достался. Самому духу сказать пока не хватает, слишком мало времени прошло, не готов я говорить.

– Алекс?

Ох, узнаю этот тон. Сейчас она меня озадачит каким-нибудь выбивающим дух вопросом.

– Это подождёт? Давай сначала к ректору, утвердим твоё расписание. Покажу тебе аудитории.

– Нет, – звучит, как набалованный ребёнок.

Упрямая. Хорошо поговорим.

– Ты пожалеешь, Вика, – толкнул дверь ближайшей аудитории и гаркнул двум жмущимся друг к другу стихийным. – На выход!

Они шарахнулись сначала друг от друга, а потом от меня. Зато сюда точно никто не зайдёт в ближайшие минут пять. Надеюсь, мне этого хватит, чтобы объяснить Вике все, что она хочется узнать.

– Ну?

Прижался спиной к двери, не для того, чтобы к нам никто не вошёл, а чтобы эта импульсивная не сбежала. А я очень хорошо девушек знаю, чтобы предположить обратное.

– Что значит «мягко стелет»?

– Это меня в двуличности обвинили, – попытался сгладить неудобную тему.

– Не думаю, – с сомнением покачала головой храпуша.

О как, когда не надо она соображалку врубает. Вот не может она две недели побыть наивной влюблённой дурочкой, пока мы готовимся к дороге?

– А что ты думаешь?

– Ты спал со всеми этими тремя девушками? Они поэтому тобой были так недовольны?

Вот это дедукция! У меня аж воздух из лёгких выбило, и я не сразу, но вполне искренне ответил:

– Нет. Я не спал с ними.

– Но с кем-то же спал?

– И предпочёл об этом не говорить, пожалуйста, Вика. Не сейчас.

– Ты расскажешь?

– Обещаю, у нас не будет секретов, просто я не готов признавать тебе во всех грехах сразу.

– Зато честно, – с пониманием кивнула храпуша, и я даже дух перевёл, чувствуя, как грозовой фронт немного отступил.

– Так вот я честный и прямолинейный.

Тучка снова нависла на Викой после этой фразы. Да, блин! Что не так я делаю?

– То есть, спать со мной ты на самом деле не будешь?

Вскрыть бы ей черепушку и заглянуть внутрь, есть ли там вообще фильтр между ртом и мозгом? Она говорит всё, что у неё на уме?

– Э? – тянул время, чтобы придумать правильный ответ.

– Ты сказал, что не спал со мной и не собираешься? А потом сказал, что ты честный… Значит?

Она сейчас заревёт, что ли? Держись тучка, я зон дома оставил.

Думай, Алекс, думай, что делать с этим непосредственным чудом.

– Пока не собираюсь! Я имел в виду, что мы не будем с тобой это делать в ближайшее время… А потом обязательно переспим. Узнаем только друг друга получше.

– Обещаешь?

Смотрит щенячьими глазками, а у меня во рту аж пересохло от этого отчаянного вопроса.

– Ага, обещаю…

Когда у тебя из головы вот эта розовая муть от запечатления выветрится.

Кошмар. Я передумал быть ей половинкой. Надо срочно просить Аню рубить эту связь, у Вики прогрессирует синдромчик истинной пары, а я вот совсем не хочу больше этим пользоваться, потому что уже против воли прикидываю насколько жёстко нам было бы расположиться на, скажем, преподавательском столе… Если постелить мою куртку, будет нормально. Мягко…

Твою же!

Если быть честным, то такая Вика пугает меня куда сильнее, чем та, что мечет гром и молнию. Даже против стихии можно что-то придумать, но против возбуждённой истинной – ничего. То есть выход-то есть. Взаимноприятный. Но я сам себе пообещал быть благородным парнем. И мне очень "вовремя" подвернулась тучка.

Старался не касаться её, пока упорно вёл к ректору и, сбиваясь, перечислял достоинства академии, рассказывал о выпускниках, хвалил преподавательский состав. Кажется, Вику удалось заболтать и заинтересовать, а в кабинете Освальда она совсем потерялась и принялась тянуть руки ко всему, что плохо лежит.

– О, на степлер похоже, – она пощёлкала перед носом ректора диковинным устройством.

– Это чтобы бумаги скреплять, – Освальд недовольно косился на меня и ждал объяснений.

– Говорю же. Степлер, – радостно воскликнула Вика.

– Господин ректор, тут такое дело…

– Какой ужас! – воскликнула моя подопечная.

– Что там? – Освальд вскочил с места и отпрыгнул к дальней стене. – Крыса?!

– Нет. Ваш архив и кабинет не в самом лучшем состоянии. Документы хранятся ненадлежащим образом, посмотрите: уголки обтрепали, корешки книг расхлябаны, а уж картотека оставляет желать лучшего.

– Алекс, кто это? Столичный инспектор? Она тут инкогнито? – мужчина хватался за сердце и ногой пытался запихнуть под стол коробку со сваленными в кучу документами.

Я и сам дар речи потерял, глядя на то, как тучка хозяйничает в кабинете. Я буду долго всё объяснять, а после нас обоих выставят за дверь.

– Вообще-то она не…

– Покажите, как вы ведёте бухгалтерию. У вас же есть студенты платники, покажите отчётности, и на что вы тратите выделенные на академию деньги. Это очень важно.

Освальд побледнел и уставился на меня с такой мольбой, что я уже и не знал ржать мне или плакать.

– Прокуратура! Она из прокуратуры, Алекс? – шептал ректор, округлив глаза.

– Берите выше. Священная испанская инквизиция…

– КТО?!

– Вика, завязывай, пожалуйста, – я предвкушал орево, которое закатит нам двоим Освальд.

– Но я только начала! Господин ректор, вам в обозримом будущем не нужен работник на полставки? Я отличный архивариус, можем даже моему работодателю позвонить, если Алекс отдаст мой телефон. Думаю, в этом мире мне пригодились бы местные деньги.

Маг медленно складывал в уме слова телефон, работа и другой мир, а я мысленно запихивал Вику подмышку и бежал отсюда, пока разъярённый мужчина не сжёг нас обоих заживо.

– Она иномирянка? – с нечитаемым выражением на лице спросил Освальд.

– Угу, – пробормотал себе под нос, держа Вику за запястья, пока она не вернулась к наведению порядка в кабинете.

– Не инквизитор?

– Насколько я знаю.

– И не из прокураторы?

– В нотариальной конторе работала.

– Это которые разгребают, что осталось в наследство от почивших бабулек?

– Типа того.

– И не только! Сделки, доверенности на машину, обязательства по маткапита… – зажал ей рот от греха подальше, чувствуя, как она продолжает рекламировать свои услуги мне в ладонь.

– Меня не уволят? – на всякий случай переспросил Освальд.

– Не сегодня, – успокоил ректора, и он расслабленно откинулся на стуле.

– Тогда чего вы пришли?

– Мне нужно отвести эту девушку в академию Штормов, а она искрит как кабель, пережатый дверью. Очень сильная стихийница, можно устроить ей ускоренный курс по контролю энергии.

– Это всё? Ты привёл ученицу? – лицу ректора вернулся привычный цвет.

– Не всё. У неё ещё есть дар к превращениям, её бы показать кому-то из перевёртышей, пусть дадут оценку способностям.

– Хорошо, – как-то подозрительно быстро согласился Освальд, с интересом поглядывая на притихшую в моих объятьях Вику. – Но при одном условии, Алекс.

– Что угодно.

Только бы меня не припахали преподом, как Теобальда в своё время!

– Можно я твою подопечную найму архивариусом на это время? Она, вроде, разбирается. Хотя у неё совсем не останется времени на отдых после учёбы, но я заплачу. Хорошо заплачу!

Времени у неё не останется?! Значит, приставать ко мне тучке будет некогда. Идеально, и связь пока можно не рубить.

– Да, забирай, – выпустил Вику, которая уже рвалась привести кабинет в порядок.

– За две недели управишься? – с надеждой спросил ректор.

– Пффф. Мне хватит одной!

– Думаю, в этом деле торопиться не надо, Вика! Всё-таки архив магической академии! – встрял я.

Боги, всего неделя отсрочки! Я уже и забыл, что она на работе ночевать привыкла.

Она лишь пожала плечами:

– Начнём с бухгалтерии?

– Да-да, – засуетился Освальд и вытащил из-под стола ту самую коробку, про меня эти двое мгновенно забыли. – Всё руки не доходят…

Громко кашлянул, заставив тучку отвлечься от бумаг.

– Ей заниматься нужно, вообще-то.

– Ты пока договорись с преподавателями, скажи, я дал добро, – маг махнул мне на дверь, и уткнулся обратно в документы. – Тут за десять лет накопилось.

– Так многие уже выпустились! Зачем вы до сих пор храните квитанции об оплате?

– На всякий случай…

Ну зашибись, дела… Уже начинаю ревновать к её работе. А пять минут назад она меня в постель затащить хотела, то есть хотела, чтобы я её затащил туда, но не суть!

– Алекс, ты ещё здесь? Не трать время зря, – видимо, я слишком громко хмыкал, глядя эту парочку.

Это она мне? Хорошо, храпуша, расписание тебя ждёт адским. Добавлю каждый день по паре физподготовки для перевёртышей на всех пяти курсах.

Глава 7

Вика

За чтением документов и наведением порядка в кабинете Освольда, не заметила, как за окном уже поднялось полуденное солнце, а желудок требовательно напомнил о себе. Оторвалась от очередной коробки и огляделась. Ректор ушёл по своим делам ещё часа два назад, а Алекс до сих пор не вернулся. Странно. А ведь я собиралась всего пять минуточек поковыряться в бумажках. Меня так внезапно осчастливили кучей магических талантов, а я совсем не тороплюсь овладевать ими и по-детски радуюсь, что даже в другом мире мне вдруг нашлось полезное применение. Сейчас я вижу результат, вижу приведённые в порядок полки, а с магией что? Даже если я научусь управлять молнией, какой от этого прок? Буду работать зарядкой для мобильников и шуруповёртов? Превращусь в оружие?

Тяжело вздохнула и потянулась за новой порцией кривосложенных бумаг и полностью погрузилась в них, с интересом подмечая, что совершенно не испытываю проблем в чтении языка из другого мира. Надо Алекса спросить об это феномене, у меня к нему вопросов накопилось немерено. Только в его присутствии я превращаюсь в густой и тугосоображающий кисель. Голос, запах, взгляд странника вышибает из меня гордость, здравый смысл и скромную девушку.

– Перерыва сделать не хочешь, скромная девушка? – несдерживаемый смешок Алекса утягивает меня обратно в кабинет Освольда из моих же мыслей. – Смотрю, ты голодная, карандаш почти сгрызла.

Опускаю взгляд на торчащий у меня изо рта деревянный кончик и принимаюсь отплёвываться опилками. Точно кисель в голове.

– А ты поесть принёс? – с надеждой поинтересовалась у странника.

– В кабинет, где ты порядок наводишь? Я похож на самоубийцу? Ректор рассказал, как ты его выгнала два часа назад за то, что он решил чай попить за своим столом. До сих пор возвращаться боится. Меня вот отправил парламентёром.

– Так это я его прогнала?

– Ага, пойдём поедим уже, – Алекс не переставал веселиться, а я не находила в себе сил встать и пойти за ним на обед.

Смотрела на дверь, осознавая свою полную неготовность к новой роли. Мой опекун резко перестал улыбаться, наблюдая за мной, и сел рядом, стараясь не касаться меня.

– Я понимаю, что ты чувствуешь, Вика.

– Серьёзно? Ещё одна фишка запечатлённых?

– И это тоже. Но много лет назад я прошёл через нечто похожее…

– Ты тоже из другого мира?

– Ты дашь мне договорить? – раздражённо огрызнулся Алекс и шутливо зажал мне рот, отчего губы охватило приятное тепло и вибрация.

– А разве ты можешь на меня злиться? – пробормотала в его ладонь, и странник тут же убрал руку и озадаченно уставился своим голубым глазом на меня.

– В каком смысле?

А его растерянность мне даже нравится. Он кажется более настоящим, чем непомерно крутой Алекс.

– Мы запечатлены. Любим друг друга, хотим. Но ты явно испытываешь и другие чувства ко мне. Ты раздражён, почему?

Он ещё сильнее нахмурился и теперь ерошил золотистые волосы, превращая их в спутанное гнездо.

– Потому что ты меня бесишь.

Только и ответил странник, затем резко встал с пола и сунул руки в карманы. Смотрела, как он ходит по комнате и бормочет себе что-то под нос. Псих.

– Вставай. Пошли есть, – наконец отозвался Алекс.

– Ты мне сказать, что-то хотел. Что понимаешь меня… Ну? – даже с места не сдвинулась, пусть договаривает.

– Уже не хочу. Ты меня перебила. Ненавижу, когда так делают.

Странника снова шарахнуло, и он громко ругнулся.

– Я не имел в виду, что тебя ненавижу. Да, чёрт! Что ты такое, Вика?!

– Понял теперь о чём я? По твоей логике ты должен восхищаться всем, что я делаю. А ты бесишься.

Лицо у Алекса как-то стрёмно перекосило, и он толкнул дверь плечом и указал мне на коридор.

– На выход! После обеда у нас с тобой пара вместе с желторотыми стихийниками.

– У нас? Ты тоже будешь учиться?

Не говоря ни слова, Алекс разжал один из кулаков, из его ладони к потолку тут же взвилась кривая молния и сшибла один из плафонов, который упал нам под ноги и раскололся мелкой крошкой…

– Ты заразная, Вика. Эту ерунду я, оказывается, тоже слабо контролирую.

– Ого, крутой странник-Алекс тоже чего-то не умеет!

– Весело тебе?

– Очень.

– После стихий, тебя ждёт менталка со мной. Я уже в предвкушении от того, как глубоко залезу в твою милую головку и выужу из неё секреты. Через каких-то пару часов мы станем ещё чуточку ближе, храпуша. Твой первый поцелуй, влюблённость, наивные мечты, самоудовлетворение в ванной. С чего бы начать?

– Ты не посмеешь, – змеёй шипела на Алекса, мечтая дотянуться до его рожи и оставить на ней и свой след, вот только осколки под ногами могли легко пропороть подошву моих ботинок, сделай я хоть шажок вперёд.

– Тебе придётся очень постараться, Вика, потому что мне жутко любопытно увидеть лицо твоего первого парня. Надеюсь, ты не покажешь, иначе при первой возможности я метнусь в другой мир и разряжу в него одну из этих малышек, – Алекс продемонстрировал мне новые молнии, зарождающиеся на его ладонях.

– Ревнуешь, что ли?

Он небрежно стряхнул искры с рук и наградил меня кривой улыбочкой:

– Ну, это же не противоречит нашей истинности?

К щекам мгновенно прилило, и кисель начал заполнять бо́льшую часть моей головы.

– Не противоречит…

– Так и думал, – самодовольно отозвался странник, перешагнул осколки и одним рывком забросил меня себе на плечо.

Беспомощно повисла, стараясь не думать о собственной заднице, которая теперь находится на уровне лица моего странника.

– А это противоречит?

Горячая ладонь прошлась у меня по бедру и по-хозяйски сжала ягодицу.

– Ты чего добиваешься?

Как хорошо, что он не видит моего лица, вместо того, чтобы злиться на выходку Алекса, я предательски краснею и надеюсь, что руку он свою не уберёт.

– Составляю список, – задумчиво ответил псих и решил удостоить вторую половинку своим вниманием.

– Какой ещё список? – простонала свой вопрос.

– Критерии истинных пар. Злиться на тебя мне нельзя, а вот за задницу лапать вполне, даже не сопротивляешься.

– Ненавижу…

– Но-но-но, Вика! Ты не должна говорить такие вещи, мы же пара.

Наказание не заставило себя ждать, не сдерживая смешок, Алекс шлёпнул меня.

– Ты охренел?

– Ругаешься на своего истинного?

Второй шлепок.

Буду молчать, пока на ноги меня не поставит, воспитатель хренов.

Третий шлепок.

– Теперь-то за что?

– За грязные мыслишки. Воспитатель хренов, да?

Не так-то просто ни о чём не думать. Но я старалась, пока не поняла, что задница Алекса находится в пределах моей досягаемости. Размахнулась и всекла ему. Твёрдая. Зараза. Встряхнула онемевшую ладонь.

– Кажется, это объявление войны, храпуша.

– Мы уже прошли осколки. Пусти меня. Пусти!

– Не-а. Какое у тебя любимое число? Погоди-ка. Тринадцать? Серьёзно? Ммм…

– Вылезь из моей головы?

– Один, – Алекс снова стеганул по моим ягодицам, не обращая внимания ни на мои ёрзания, ни на странные взгляды студентов, которые шли на пары мимо нас.

– Почему один? Было же три?

– Один, – неумолимо считал странник, а задницу у меня снова охватило огнём.

– Ты издева…

– Один!

Подпёрла голову рукой, и провожала студентов скучающим взглядом. Ничего необычного. Мой истинный сейчас шлёпнет меня по заднице тринадцать раз, потому что может, потому что хочет. А я не сильно-то сопротивляюсь. Уверенна, он уже знает, как сильно меня это заводит. Строить из себя обиженку смысла нет. Расслабляю булки и получаю удовольствие.

– Смирилась, да?

– Ты продолжай, сколько там уже натикало? Семь?

– Нет. Один.

– Рука не отвалится?

– Это вызов? Тогда один.

Надеюсь, в столовой мягкие стулья…

*.*.*

Когда мы добрались до обеденного зала, до тринадцати Алекс так и не досчитал, но судя по жжению, мне прилетело аж четыре раза по тринадцать. Сидеть на жёстких стульях оказалось невыносимо, и я подкладывала то одну, то вторую ладошку под задницу. Радовало только одно: страннику явно было хуже. Стакан с водой у него дрожал так, что моему истинному пришлось придерживать его второй рукой.

– Совсем плохо тебе?

Даже жалко стало парня. Вот до чего довёл себя рукоприкладством.

– Молчи… Просто молчи, – теперь уже и стол затрясся.

Как бы не так! У меня-то отлегло. Сублимация, чтоб её! А вот странник не слабо так перевозбудился.

– Я могу тебя чем-нибудь помочь? – томно спросила Алекса.

– Сказал же, помолчи, Вика, или я прямо здесь и при всех… Хочешь?

С такой надеждой спросил, а я запихнула себе в рот здоровую печёную картофелину от греха подальше. А то соглашусь ещё. А вообще сам виноват. Нечего было лапать меня за зад, не пришлось бы так страдать и ногу на ногу под столом закидывать. О чём, а главное, чем он думал?

Обедали в тишине, если моё с трудом сдерживаемое хихиканье и периодические постанывания из-за горящих ягодиц можно было назвать тишиной.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.