Иосиф Сигалов
Все в АЖЮРе

Медицина. Здоровье

Что может быть дороже здоровья? – Лечение!

Михаил Жванецкий

«Онегин почувствовал тяжесть внутри и решил поехать к Татьяне облегчиться» – (из школьного сочинения)

«Базаров, изучая мертвого поранил палец и умер. Это значит: не лезь в чужой труп, а то свой потеряешь!» – (из школьного сочинения)

Этот случай произошел лет семь назад. Моей жене тогда делали инъекции «виваната» от остеопороза. Их делали тогда в нашем диагностическом центре, на первом этаже. С одной стороны были процедурные кабинеты. С другой стороны стояли стулья для ожидающих приема. Там сидели четыре женщины и среди них один мужчина. Я стоял у стены напротив, ожидая выхода жены из процедурной. Неожиданно из крайней двери вышла старшая медсестра – маленькая, полная, подвижная – и обратилась ко всем ожидающим: «В следующий раз всем сделать общий анализ мочи».

Вдруг мужчина выпучил глаза, изобразив крайнюю степень удивления, и воскликнул: «Как?! Всем в одну пробирку?!» Несколько секунд стояла мертвая тишина: все молчали, никто не понял, что он сказал. А потом раздался такой взрыв смеха, что бедняга сначала побледнел, потом густо покраснел и как-то съежился, словно хотел провалиться.

Ну скажите, какой «земной» юморист мог бы такое придумать?

Только великий небесный сценарист, драматург и юморист!

В наш век глобальных катаклизмов (как я писал в своем туалетно-экологическом хокку: «Какали долго мы все на природу – Теперь писает небо на нас!») проблема сохранения здоровья является актуальнейшей! Об этом речь ниже.

История эта произошла в начале нашего 21-го века, когда в поликлиники стали приглашать врачей из глубинки. До этого, в советские времена, труженики фонендоскопа и скальпеля трудились честно и добросовестно, вердикт выносили хоть порой и суровый, но справедливый! Например, дистрофик: «Доктор, может еще один анализ?» – «Я сказал – в морг! В морг!»

Но наступили новые времена, и новые эскулапы переиначили девиз Гиппократа – теперь он звучал так: «Не навредить бы кошельку!». Итак:

На приеме у восторженной коровы

Черт дернул меня припереться в нашу поликлинику на «профилактическое обследование». Не успел я войти в кабинет, как был подвергнут свирепому досмотру. Охваченная исследовательским зудом терапевт, дама необъятных размеров, с глазами восторженной коровы и периферийно-местечковым акцентом, набросилась на меня, как таможенник на контрабандный товар. Она хищно осматривала меня, щупала в разных местах, и долго тыкала меня в грудь и в спину холодным стетоскопом, сердито крича: «Дышить! Не дышить! Снова не дышить! Я сказала: не дышить!»

Когда я совсем посинел и собрался было грохнуться на пол, она внезапно отошла к столу и стала что-то писать.

– Ну что, доктор? Есть еще надежда?

– Пока еще есть!

– А что там слышно?

– Много чего! Правое легкое хрипит, в бронхах скрипы, и плевра совсем хлипкая.

– Хлипкая?! О, господи! А что же делать?

– Посмотрим. Поглядим, что у вас еще найдется. Что-то мне ваш левый глаз не нравится!

– А мне нравится! Ну подслеповатый немного, косит и подергивается, а так – ничего. А как-то привык.

– Нет! Нет! Какая-то там астигматизма неправильная. Может глаукома вступить. Или не дай бог катаракта прихватит. А может, уже прихватила!

– Нет! Катаракта не прихватила. Прихватила дальнозоркость.

– Вот! Я так и подумала! Что с астигматизмой что-то не то. А как у вас аппетит? Стул какой?

– Аппетит – неважный, стул – плохой, моча – вообще, отвратительная.

– Вот! Я так и подумала! Когда вы в последний раз делали гастроскопию?

– Не помню.

– Что?! Немедленно, срочно делать! Может, еще не поздно! Вот вам направление. А когда вы были у уролога?

– Никогда.

– Что?! Срочно! Немедленно! Как можно быстрее! Может, вас еще можно спасти! Вот вам направление. А заодно еще и к кардиологу, и фтизиатру, и ревматологу. Какой вы, однако, запущенный! А ну-ка откройте рот!

– Аа… а.

– Что вы мне тычете в лицо ваш дурацкий язык – я просила только рот открыть! Кстати, язык у вас бледный и с налетом. Я так и думала!

– Скажите, а это опасно?

– А как же! Может быть все что угодно: и гастрит, и язва, и панкератит…

– Может быть, панкреатит?

– Ну да. А я как сказала? Я так и сказала! А еще цирроз печенки и этот…

– Спасибо, достаточно! Больше не надо. Скажите только – я выживу?

– Может, и выживете! Кто знает, смотря как лечить будут. Я вам тут несколько рецептов выписала на первое время. Пойдете за лекарствами в аптеку номер пять. Ага, рядом с тем светленьким зданием – это морг больничный. Так что, если что, там же можно… Ну это потом, после лечения. Заведующий аптекой мой знакомый – Живоглотский Кащей Долголетович, очень хороший специалист. У него все лекарства есть. Только предупреждаю, они очень дорогие. У вас пенсия большая или плохая?

– У меня маленькая, но хорошая!

– Маленькая или хорошая?

– Маленькая и хорошая!

– Нет, так не бывает – или большая и хорошая, или маленькая и плохая!

– А у меня и маленькая, и хорошая!

– Нет! Ну признайся – ведь маленькая и плохая. Да?

– Нет! Маленькая и очень хорошая!

– Знаете что! Вы мне башку не морочьте! У меня от вас уже все мозги съехали набекрень! А ну-ка закройте глаза! Теперь коснитесь левым пальцем указательной руки… Тьфу ты, черт! Указательным пальцем левой руки коснитесь кончика носа. Да не пихайте его в нос – я только просила коснуться! Ну вот – промазал! Я так и думала! Теперь правым пальцем. Осторожно, глаз выколешь! Ну вот, я так и думала – опять промазал. Скажите, у вас в роду психические были?

– А как же, как у всех нормальных людей все предки – поголовно психопаты! Дедушка – потомственный алкоголик. Трех сослуживцев на работе задушил, а потом и здание поджег. Бабушка всех родственников отравила мышьяком. У отца шизофрения, отягощенная маниакально-депрессивным психозом. Двух соседей зарезал, а двух других съел.

– Как, живьем?!

– Нет, зачем! Сначала замариновал в уксусе, потом поперчил, посолил и обжарил на медленном огне, как положено.

– Так! Все понятно! Я так сразу и подумала! Вот вам еще одно направление – к психиатру. Его зовут Звезданутый Долбояк Раздолбаевич. Прекрасный специалист. Я и сама к нему часто наведываюсь.

– Я так и подумал!

– Чего подумали?

– Да нет, это я так.

– Ну вот, вроде все. Всех специалистов охватили. Будем вас срочно спасать! Есть у вас еще какие-нибудь жалобы или просьбы?

– Есть! Последняя просьба!

– Слушаю.

– Дайте мне еще одно направление. К патологоанатому!

– К кому? К патлатому анатому?!

– Нет! К па-то-ло-го-ана-то-му.

– А-а! Ну так бы сразу и сказал! А это – зачем?

– Затем, что после вашего лечения я сдохну! Затем, чтобы не ходить к таким специалистам, как вы, не брать ваших дурацких направлений и не видеть ваших идиотских рецептов!

– Вон ты как! Ах ты гад! А я его еще слушала-слушала, «дышить» – «не дышить» просила! А он – вон как! Ух ты, сволочь такая! А еще больным прикидывался. Язык свой паршивый в меня тыкал, про мочу свою вонючую рассказывал! Ишь ты! А ну – вали отсюда! А ну пошел вон из кабинета! Ходят тут дармоеды, бугаи здоровенные, только время у специалистов отнимают!

А теперь в поликлинику не пробьешься! Как там говорил Михаил Жванецкий: «Теперь в поликлиниках столько старичков стало. Царствие божие отменили, вот они и лечатся, лечатся…»

Наша печень каждый день совершает подвиг, очищая наш организм от токсинов, эмульгаторов, красителей и прочих. Наше сердце мужественно перекачивает за день сотни литров разбавленной алкоголем крови. Наш желудок героически противостоит нитратам, ядам и ГМО-продуктам. А кто их всех делает героями? Это мы делаем!

Без снотворных сплю я что-то плохо,
Со снотворным ум мой стал тугим:
То ль мне быть здоровым идиотом,
То ли стать мне умником больным.

Автобиография Черномырдина

Если бы я все назвал, чем располагаю, да вы бы рыдали здесь!

В. С. Черномырдин

Нельзя не уделить внимания Виктору Черномырдину, непревзойденному мастеру канцелярско-чиновничьего косноязычия. Его перлы – это изреченные артефакты, это шедевры нечаянного бессознательного юмора. Хотел я было написать о нем, а потом подумал: да ведь он может и сам блестяще рассказать свою биографию в присущем ему стиле. Итак:

– «В харизме надо родиться».

Будущий харизматический премьер еще не подозревал в себе столь блестящие таланты: умение скрывать свои мысли за косноязычным вздором.

– «Моя специальность и жизнь проходили в атмосфере газа».

Несмотря на удушливую газовую атмосферу, Виктор Степанович вырос и стал очень даже упитанным.

– «Я не тот человек, который живет удовлетворениями» – это искреннее свидетельство бескорыстия. (Не совсем, правда, понятно, о каком удовлетворении идет речь: о собственном или удовлетворении народных нужд.) Хотя следующие афоризмы свидетельствуют о том, что он хорошо знал о нуждах людей:

– «Учителя и врачи хотят есть практически каждый день».

– «Раньше полстраны работало, а пол не работало, а теперь все наоборот».

– «Мы помним, когда масло было вредно. Только сказали – и масла не стало. Потом яйца нажали так, что их тоже не стало» (осторожнее нажимать надо!).

– «Наш народ будет жить плохо, но недолго».

Как и положено лидеру, Виктор Степанович был честолюбив:

– «Лучше быть головой мухи, чем жопой слона».

Был самокритичен:

– «Вечно у нас стоит не то, что нужно».

– «Ни то не сделали, ни эту не удовлетворили, ни ту…»

Он был дальновидным политиком, всегда смотрел в будущее:

– «Надо всем лечь на это и получить то, что мы должны иметь».

Виктор Степанович был всегда близок народу:

– «Вино нам нужно для здоровья. А здоровье нам нужно, чтобы пить водку».

Выполнял все наказы президента:

– «Президент сказал: «Есть контакт!» Будем есть контакт».

– «Мы выполнили все пункты от А до Б».

Он смело проводил в жизнь новые идеи и не боялся ошибок:

– «У нас какой-то, где-то мы чего-то там, сзади все чего-то побаиваемся».

Виктор Степанович всегда был открыт для сотрудничества с другими странами:

– «Мы надеемся, что у нас не будет запоров на границе» (Быть может, он имел в виду закупку за границей «Гуталакса» – мощного средства от запоров.)

И, несмотря на отдельные недостатки:

– «Хотели, как лучше, а получилось как всегда».

– «Надо делать то, что нужно нашим людям, а не то, чем мы здесь занимаемся».

Он был оптимистом:

– «Мы всегда можем уметь!»

Реклама

Жизнь невозможна без рекламы: пуста без декораций драма

«Маяковский засунул руку в штаны и вынул оттуда самое дорогое! Подняв его высоко, поэт сказал: «Я – гражданин Советского Союза!» – (из школьного сочинения)

Ну, как же меня достали эти рекламы: назойливые, алчные, наглые. Так разозлили эти виртуальные жулики, что я не выдержал и написал этот рассказ.

Убойная реклама в формате 5D

До чего же замечательная вещь – реклама! Какое прекрасное зрелище!

Какое блестящее телешоу! Сколько в ней экспрессии и изящества, сколько цветовых и музыкальных эффектов! Так бы смотрел и смотрел весь день, если бы не эти проклятые фильмы и передачи, которые все время прерывают великолепный рекламный сериал! Руки бы выдрать телередакторам! Уж, кажется, все приемы перепробовали, все эффекты перебрали, как вдруг…

Однажды на экране появилось что-то небывалое, непонятное, переливалось всеми красками, и диктор объявил обольстительным голосом: «Наконец-то! Сейчас! Впервые в мире! Появился! Суперновый! Телевизор в формате 5D! Теперь все ваши ощущения станут настоящими, подлинными. Вы сами станете участником исторических событий, удивительных приключений, остросюжетных детективов. Они придут к вам в дом вместе с рекламой, и – вы не сможете устоять!»

И я, конечно, не устоял. Собрал все деньги, которые копил 5 лет на «Ладу-Блин-Калину», занял еще кучу денег у родственников и купил его!

«Вот когда реклама по-настоящему войдет в мой дом», – размечтался я, развалившись на диване перед супертелевизором.

И вошла! Еще как вошла! Стоило мне нажать заветную кнопку на пульте, как из экрана вылез молодой человечек со сладким лицом и, направляясь ко мне, пропел приторным голосом: «А мы идем к вам!».

– Почему это ко мне?

– А потому что «Тайд» всегда идет к вам! Самый чудесный, просто волшебный порошок. Все отстирает и отбелит. Хотите, отбелим вашу синюю рубашечку в белый цвет?

Я молчал ошеломленный.

– Ну давайте, решайтесь быстрее! Если возьмете полутонный контейнер «Тайд», сделаем вам 20-процентную скидочку!

Я все еще не пришел в себя и сидел молча.

– Ну как знаешь, папаша! Тогда я пошел к ним! – он вынул откуда-то коробку «Тайда», разорвал ее и стал посыпать порошком все вокруг: ковер, кресла, диван и меня тоже.

– Ты что делаешь, гад! – опомнился я наконец.

– А это вы сейчас узнаете! – игриво пропел он и, скрываясь в экране, позвал кого-то: «Артем, давай!» Из экрана выпрыгнул долговязый парень с артистической улыбкой, словно приклеенной на лице. В руках он держал какую-то огромную хреновину на длинной ручке. Что-то загудело-засвистело, и он стал водить по рассыпанному порошку этой самой хреновиной. Из нее во все стороны летели брызги.

– Это что? – я задыхался от возмущения. – Ты что тут?

– А это новая электрическая супертряпка, – отвечал парень. – Мочит и очищает все подряд и всех подряд, – и стал водить по моей рубашке, брюкам.

– Сгинь, сволочь, пропади! А то я…

Парень с «супертряпкой» тут же пропал. Я начал снимать с себя мокрые рубашку и брюки. Но стоило мне раздеться, как за экраном послышался рокот мотоцикла. И сразу вслед за тем из экрана вышла такая вся сверкающая, такая мощногрудая и крутобедрая Анна Симанович. И пошла, пошла прямо на меня, поигрывая бедрами, – вся такая желанная и сексуальная. Подошла и сразу навалилась на меня своей пышной огнедышащей грудью. И стала жарко шептать мне в ухо: «Ну что, дяденька, побалуемся? Ну давай, не ломайся!»

У меня в груди что-то хрустнуло.

– Ну давай, бери меня! Всего сто коробочек «Тонгкат Платинум» – и это будет твое, – и она вынула из декольте и вывалила на меня огромную, как ядро от Царь-пушки, грудь. И опять навалилась, вдавливая меня в диван, и опять горячо зашептала: – Не верь этим падлам журналистам, что она из силикона! Потрогай – какая горячая!

Я задыхался, придавленный, и пытался что-то прохрипеть. Тогда она выстрелила в меня вторым пушечным ядром, размазала меня по дивану и, подождав немного, удивленно спросила:

– Ну ты чего? Ну давай я тебе тогда еще чего покажу» – она стала задирать себе подол сзади, и в зеркале отразилось что-то огромное, белое и круглое, как яйцо ископаемой птицы Рух.

– Насилуют! – прохрипел я.

– Да пошел ты, старый козел! – она спрятала свои ядра и быстро пошла от меня. И спряталась там, за экраном. Опять пророкотал мотоцикл, и я стал было приходить в себя, как вдруг…

– Не вер ей, хучке! Толка наш ехимба дает мужчин хилу! – пробасил неизвестно откуда взявшийся негр.

– Какая такая хучка? – завопил я. – Какая ехимба? Какая еще хила?

– Это у него дикция такая, – проскрипел, оттирая от меня негра, старичок профессорского вида. – Он хотел сказать «силу». Что ж вы хотите – дикий народ! Дети пустынь и саванн. Питаются одними колючками от саксаулов. Скачут весь день голые и в барабаны бьют. Посудите сами, откуда ж ей взяться, хорошей дикции, при такой жизни?

Он поправил съехавший с уха слуховой аппарат и сползшие на нос очки.

– А вот если вы действительно захотите исправить себе дикцию или любые другие дефекты уха, горла, носа, тогда – только у нас! В институте логопедофилопатологии. Все исправим – и слух, и глаз, и нюх! А заодно выводим прыщики и бородавки. Цены умеренные – по 5 долларов за прыщик. Давайте я вам сейчас вот этот прыщик выведу…

С криком «Караул!» я бросился к кухне. И тут же передо мной возникли два толстопузых мужика в полицейских мундирах. Они переглянулись, кивнули друг другу головой и начали поочередно декламировать, как пионеры на слете:

– Мы появимся в момент – только звякнет «Постамент»!

– Наша новейшая собственноручная разработка! «Постамент»: пост атличных ментов! Пресекаем в момент любые попытки незаконного проникновения в жилище!

Пока они декламировали, я успел прийти в себя. И спросил:

– Ребята, а вы знаете, что такое «Постамент»?

– Ну это… Ну, как же…

– Ну башня вроде такая…

– Типа – сторожевая…

– Типа поста. Как у гаишников.

– И что же, сами придумали? Собственноручно?

– Ну это. Ну не то чтобы сами, – застенчиво отвечали менты. – Название-то сами. Наш командир дал, майор Шмарандюк. А систему… Ну, мы тебе скажем… Только ты не подумай – отличная система!

– Ну да. Ее один инженер изобрел. Пока у нас 15 суток отбывал.

– Интересно, за что ж теперь 15 суток дают?

– Да все за это за самое! За беспробудные загулы и тяжкие последствия. Тоже интеллигентный с виду был инженер этот, почти как вы. Все вы интеллигентные, пока не выпимши.

– Это точно! Сидел бы себе дома да зашибал на здоровье. Ну побуянил бы чуток. Ну окна б там выбил, жене глаз подбил, или тещу порезал немного, или соседей подпалил. С кем не бывает, как не понять! Мы ж тоже люди, понимаем! Но только сиди ты дома – тебе и слова никто не скажет! Так нет же – подай ему Красную площадь! Прибежал туда, взобрался на лобное место и стал звать Русь к топору! Ну мы и повязали его за мелкое хулиганство в неположенном месте.

– Ну так как же насчет договора с нашим «Постаментом»? На охрану личности и прочего имущества? А то мы уже 20 минут с тобой возимся. И изъясняемся с тобой, папаша, ласково, с пониманием, исключительно на цензурном жаргоне. А ты все никак…

– Идите вы со своим «Постаментом» куда подальше. Хоть в лобное место, хоть в заднее!

– Ну ты, папаша, того – не грубничай нам. А то мы и по-другому можем!

– У нас, между прочим, этот, как его? Ну тоже на мент?

– Регламент, – подсказал другой. – У тебя вот время бесплатное, а у нас – наоборот. Так что ты нам уже должен…

Я рванулся, проскользнул между ними и с криком «Пропадаю!» бросился к кухне.

– Вот и не пропадете! – раздался сладкий голосок. И передо мной возник маленький, лысый, суетливый человек – С «Росгробстрахом» – никогда не пропадете! Застрахуй свою жизнь – и помирай спокойно!

Я оттолкнул его, вбежал на кухню и рухнул на диван. Голова раскалывалась. «Все, доигрался, добегался – сейчас башка расколется! Позвоню, пускай забирают обратно этот чертов агрегат!»

Не успел я это сказать, как на кухонном столе возникли две шикарно раздетые девицы. Ничего из одежды, кроме расстегнутых, коротеньких белых халатиков. Они принялись канканно скакать по столу и заверещали поочередно:

– Институт реанимационной косметики!

– Заменим все, что есть!

– Вставим все, чего нет!

– Силиконовые груди и ягодицы!

– Латексные суставы!

– И мужчинам кое-что!

– Станете суперменом!

– Неотразимым и сексуальным!

– Чур, меня, чур! Не я! Не я! – заревел я с трагическим надрывом царя Бориса Годунова из одноименной оперы.

Девицы пропали, но вместо них в дверь вломились другие люди – в зеленых и белых халатах – и стали выкрикивать, перебивая друг друга:

– Принимай «Эспумизан», будешь прыгать, как Тарзан! Лучшее средство от метеоризма!

– Когда я мажу башку «Лошадиным бальзамом», волосы начинают расти прямо на глазах, прямо на губах, прямо на ушах…

– Пейте от диареи наш «Суперимодиум», и ваш унитаз всегда будет чистым!

– Папа не может! Папа не может! Он уже ничего не может – ни колбасу, ни маму! А все потому, что перестал принимать «Простамол»!

Оставалось одно спасительное место. Я рванулся, выскочил из кухни и заскочил в туалет. Захлопнул за собой дверь, повернулся и обмер от страха.

Из унитаза высунулась рука с каким-то синим пакетом, и утробный голос произнес:

– Памперсы «Драйзад»! Лучшее средство от энуреза и диареи! Сухой зад – целый день!

И тут что-то надломилось во мне. Что-то вспыхнуло в мозгу, которому недоставало «Ноопепта» для улучшения кровоснабжения недоразвитых извилин; разорвалось сердце – которому не хватило «Панангина»; подогнулись ноги, не смазанные «Антиартрозом»; отказали печенка, селезенка, почки и мочевой пузырь, о которых не позаботилась «Гепабене», и я рухнул на пол. Последнее, что я услышал, испуская дух, было: «Только «Ритуал» достойно проводит вас в последний путь, доставив несказанное удовольствие вашим родственникам и друзьям. Погребение по высшему разряду! Все включено: цветы, венки, музыка и отпевание. Вы будете вспоминать этот день и на том свете!»

А реклама БАДов – этих псевдолекарств! Впрочем, в наш век виртуального общения, когда человек сам превратился в БАД – биологически активную добавку к компьютеру, все это выглядит не так уж чуждо и инородно. Вот только часто возникает вопрос по поводу наших главных снадобий: что это – лекарство или БАД?

Водкабад

Я налил из бутылки стакан водки. Целый. И выпил. И задумался.

«Водка состоит на 60 процентов из воды. А человек на 70 процентов. Ну, остальные 30 процентов – это там кости, мышцы, целюллит и прочие мелочи: недоразвитый копчик, разросшиеся уши, разбухший красный нос плюс 7 граммов перестрадавшей души…Да! Так вот! О чем это я думал? Забыл!» Опять взял бутылку. Налил стакан водки. Выпил! Вспомнил!

«Если я состою из воды на 70 %, а водка только на 60 %, – то она разбавляет мою непротрезвевшую человеческую сущность или укрепляет? Вопрос! Это надо обдумать как следует!»

Я взял стаканку. Налил пол водярки бутылки. И выпил. До дна! Так!» О чем это я думал? Ну да. Вот! Что она, водка, может разбавлять? Целлюлит? Но он состоит из жира. А водка из ашблинцеоаш. И они между собой не взаимодействуют. Уши и нос состоят из хряща. Тоже отпадают, особенно нос. Кости хрен разбавишь. А мышцы и так дрябло-водянистые, там воды и без водки хватит. Вот душу – да, можно запросто разбавить! Потому что душа – она чуткая, хрупкая, мягкая, податливая, нежно-ранимая и быстро-летучая. Как и водка. Значит может она, сволочь, душу сначала разбавить, а потом расслабить».

Я взял разбавлялку. Набутылкал стакан. И выпил. И задумался. Задумался так – грезотуманно, пьяносиндромно, крепкосивушно так задумался.

«А что мы, вааще, знаем о водке? Что это, вааще, за продукт? Лекарство это или БАД? Ну типа биоактивная добавка к закуске».

Это надо срочно обдумать! Налил я полбутылко-стаканко-водярки. И выпил. И стал думать.

«С одной стороны – она, конечно, лекарство. Лечит синдром похмельно страдающей души и абстиненцию мозговых извилин. Но, с другой стороны, – вредная сволочь! Для печени, почек, селезенок, кишечной, сердечной и других систем и членов ослабевшего организма. Нет, в натуре, прикинь! Душу вылечишь, а желудочно-кишечный тракт нарушишь. Извилины выпрямишь, а селезенку перегрузишь. Во рту – сушь, а в нижне-кишечной части – диарея с энурезом. И в результате организм не знает, куда ему деваться – то ли поправляться, то ли совсем пропадать. Нет, похоже, не лекарство!

Так, значит, БАД? Ну да, БАД. Еще какой! Как примешь стакан-другой – так сразу и баднет в нутре и снаружи: глаза так и наливаются, мослы так и крепчают, кулаки так и сжимаются. И сразу хочется выяснить у прохожих их человеческую сущность путем мордобитного рукоприкладства».

Я взял целлюлитр разбавленных мозгов, набутылкал, настаканил, наводярился, набухарился. Стал смотреть в окно. «Вон они ходят, сволочи, прохожие, неразбавленные сущности! Я вот настрадался алкающей душой и перегретыми мозгами, решая проблему водкабадов, а им, сволочам, хоть бы хны!»

Высунулся я в окно и стал в них кидалками бутылкать. Бац! У одного на фингале черепушка вырос – такой красный, как редиска! Бац еще раз! И другому редиску нафингалил!

Тут в дверь кто-то: бац! бац! Открываю – а там полицменты стоят. Я присмотрелся, стал считать. В одном глазу два и в другом два – значит, всего четыре. Вломились так, в натуре, нагло – и давай меня и по материнской линии, и по нижнеинтимной, и по нижнезадней. Ну типа – посылать! А я им, в натуре, так реально вежливо, цензурно понятно так отвечаю: «Это я-то в пьянку стель? Это я-то наусрачился до кирячки? Да я, в натуре, такой трезвый, что…»

А они, эти долбо… ну, типа полицменты ка…ак бац! Бац! Понасажали мне редисок под копчиком и уволокли!

Вытрезвился я в очухателе. Крыша съехала, мозги болят, редиски ноют, душа стонет. Хочется так ее успокоить, утихомирить, залить… нет, залечить – а нечем!

Нет, что ни говорите, мужики, а водка – это не БАД, а лекарство! Самое что ни на есть главное и нужное!

Рассказы про Михалыча

Одного моего коллегу по работе в институте звали Валентин Михайлович Пивый. Пивый в переводе с украинского значит «петух». Мы звали его по-простому: Михалыч. Он принадлежал к той породе чудаков, на которых держится мир. У него была черта, свойственная большим талантам и гениям: никогда не верить известным догмам, а всегда искать свой, новый путь. Сомнение, отталкивание от общепринятых истин – вот суть талантливых людей. Те же, кто не вылезает из болота схоластики, – трусы и самоуверенные невежды.

С ним все время случались невероятные, порой смешные, до колик, истории, Ему все время везло на приключения; он часто оказывался в невероятных ситуациях, из которых благополучно выбирался. В этом он походил (в том числе и внешне!) на героя французского комика Пьера Ришара – Франсуа Перрена из забавной комедии «Невезучие».

Как Михалыч копал колодец

Не помню, когда именно я слышал этот рассказ. Но помню, что подробности этой истории мне (конечно, совершенно конфиденциально!) рассказал он сам.

У Михалыча была дача, точнее, еще не освоенный дачный участок. Находился он далеко, около ста двадцати километров от Москвы по Дмитровскому шоссе. Все на этой «даче» Михалыч делал сам!.. И вот однажды он расслабился (после того как мы с ним распили бутылочку красного сухого вина) и стал рассказывать, как он копал колодец.

– Надо было мне колодец докопать. Ну взял я отгул и поехал на машине. А у меня тогда еще только дом стоял, и больше ничего. Даже забора не было! Зато у меня там все хитро устроено! – хвалился он. – Ко мне просто так не залезешь! Я подхожу к двери, а ручки нет – как открыть? – Михалыч хитро и многозначительно усмехнулся. – А у меня там справа на дверном косяке такой маленький гвоздик. А шляпка выпирает. Вот я на нее нажимаю – и дверь приоткрывается!.. Никто не допрет!

– Ну вот, значит, приехал и решил зачем-то сначала лопату проверить… Эх, надо было переодеться вначале, а я…а лопата у меня была спрятана в колодце, который я копал сам… Ну, так глубина уже была метра три. Там у меня в стенку был вбит такой толстый штырь, так в метре от поверхности, чтоб наступать… А внизу стояла маленькая лесенка. Я сначала на штырь наступал, потом на эту лесенку, когда спускался. А в прошлый раз я эту лесенку выволок и в дом спрятал… от дождя.

– Ну, подошел я лопату доставать, гляжу – стоит. Никто не спер! Сейчас достану! Там с одной стороны ямы трава была. Я на нее лег и рукой внизу шарю, чтоб лопату достать. И тут! – Михалыч тяжело вздохнул. – Это все комары, сволочи! Так бы все нормально было!.. Я значит лежу, шарю – у меня брюки костюмные, а рубашка задралась. И вот какой-то, сволочь, – комар! – в меня как вопьется в поясницу… Ну и я… Я одной рукой шарил, а другой за траву держался. А тут забыл, отпустил и этой рукой…

– Что, комара прихлопнул?

– Ага!.. Ну и не удержался и свалился туда. Если б в другом месте лежал – так все нормально было бы… А тут как раз подо мной этот штырь…

– И что же?

– Что, что! Когда падал, ремень зацепился за гвоздь – и я повис!

Я попытался представить себе эту страшную картину. В диком пустынном месте в ста километрах от Москвы висел в глубокой яме головой вниз хорошо одетый интеллигентный мужчина, дрыгал ногами и никак не мог освободиться! Я с трудом сдерживал хохот.

– И как же ты?

Я-то знал, что Михалыч выпутывался из любой ситуации.

– Ну это. Дрыгал, дрыгал ногами, а потом смекнул. Сумел ремень расстегнуть – и… ну, в общем… туда, на дно! А перед этим дождь прошел. Я брюки испачкал…

– Как же ты оттуда выбрался?

– Ну это у меня всегда нормально! – Михалыч хитро улыбнулся. – У меня в кармане, – костюмных брюк! – всегда несколько гвоздей припасено! Вот я один гвоздь вогнал в стенку черенком лопаты, напротив другой. Потом на лопату оперся и встал одной ногой на гвоздь… – Михалыч опять тяжело вздохнул. – Ну, правда, не сразу! Сначала срывался – там мокро и скользко было – как назло. И гвоздь вываливался. Ну а потом… Потом вбил рядом с тем гвоздем еще один, все-таки встал, оперся, а гвозди опять вываливаются. Пришлось еще гвоздей повтыкать, чтоб на них… Но не сразу, опять падал. Но потом отсиделся там на корточках, отдохнул и выбрался. Вот!.. Ну, правда, пришлось сразу возвращаться: так провозился, что уже вечер был.

И вот бедный Михалыч, весь выпачканный, замерзший, в грязных брюках, уселся в машину и уехал в Москву. Так закончился этот отгул!

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.