Сергей Витальевич Карелин
Мастер темных арканов

Глава первая
Ужин у Волконских

– Павел… Павел… – тихий, но настойчивый женский голос ворвался в мою голову, пробудив от безмолвия, которое ласково меня баюкало. Не хотелось покидать эту обитель тишины, но раздражающий голос всё звал и звал…

– Да… – проворчал я, открывая глаза, и увидел, что сижу, прислонившись спиной к стене одного из домов, огораживающих пустырь. Надо мной, вглядываясь в лицо, склонилась встревоженная Лопухина. Однако, увидев, что я открыл глаза, целительница с облегчением выдохнула.

– Надолго я вырубился? – уточнил у появившегося рядом с ней Игоря.

– Да недолго, на несколько минут всего, – успокоил тот.

– Я частично подпитала ваш амулет, Павел, – объяснила Ксения, – но когда доберётесь до дома, его будет нужно подзарядить ещё. Вы не рассчитали силы.

Блин. А вот об этом Остерман и говорил. Вот, кстати, и он. Появился передо мной в компании бледного и немного покачивающегося Филина. Ну, наверное, сейчас я выгляжу не лучше. Я посмотрел на Игоря, и тот правильно меня понял. Товарищ помог мне встать, чтобы я встретил своего соперника стоя.

– Приношу свои извинения, князь, – коротко произнес Филин, – я был не прав. Вы сильнее меня. Надеюсь, в будущем ещё раз провести с вами бой.

Поклонившись, он неровным, но в принципе уверенным шагом отправился к ожидающему его летту и стоявшим около него эльфийке и князю Ростопчину. Спустя несколько минут мы остались на пустыре в одиночестве.

– А я говорил тебе, Павел, – укоризненно обратился ко мне Остерман, – надо уметь рассчитывать силы. И я думал, что ты этому немного научился.

– Дожать решил… – виновато заметил я.

– Дожать он решил… – проворчал учитель. – Зачем последнюю молнию запустил? Теперь понятно, что последнюю неделю тебе тренировать надо. Ладно, в целом ты молодец, – улыбнулся он. – Георгий действительно серьезный боец. Да, всерьез он тебя сначала не воспринял, а потом уже не успел собраться, однако… – он остановил рвущееся из меня возражение, – ты все сделал правильно и победил заслуженно. Эх… Вот тебе пяток таких бы боев как сегодняшний провести. Но увы. Сие недостижимо! Он в порядке? – Сергей Сергеевич повернулся к Лопухиной.

– Да, Ваше Сиятельство.

– Тогда летим в поместье, – Остерман бросил на меня вопросительный взгляд, и я кивнул. Ну а куда, собственно, ещё?

– Тебя надо домой забросить? – осведомился я у Ксении, когда мы загрузились в наш летт.

– Да, если не сложно, – смутилась целительница.

– Игорь? – повернулся к нашему пилоту.

– Конечно, – кивнул тот, – сделаем.

Остерман уже забрался на заднее сиденье и с невозмутимым лицом молча уставился в окно.

Мы сделали небольшой крюк, возвращая Ксению домой. Жила целительница в симпатичном двухэтажном особнячке этакого коттеджного поселка, раскинувшегося сразу за городской чертой. Чуть погодя Волконский завез и нас с Остерманом, а потом сразу отправился к себе. Ещё по пути мне позвонила Варвара, которой брат, как я понял, практически в онлайн-режиме описывал наш бой.

– Я так горжусь тобой, Паша! Ты лучший! Мой парень уделал самого Филина! Если бы пару месяцев назад мне сказали об этом, никогда бы не поверила. Я…

В общем, на меня вылили хорошую такую порцию восхищения, смешанного с лестью. Но, черт возьми, приятно, как ни крути… Ну а затем последовала фраза, которая меня реально напрягла:

– Папа тебя к себе приглашает, Паш…

Честно говоря, я на какое-то время подвис, лихорадочно размышляя, что бы такого ответить. Какой, на хрен, папа? Встречаться с этим усатым Дэниелом де Льюисом мне совершенно не хотелось.

– Ой, ты только не переживай! – Варвара сразу же считала мое состояние, – он на ужин тебя приглашает. Посидим, поговорим. Мы же вместе улетаем в академию, поэтому он хочет познакомиться с тобой поближе. В конце концов, папа же не знает, какой ты… Я ему рассказала о том, как ты изменился… Ты сам сможешь добраться? Я бы тебя забрала, но это…

– Смогу!

Блин… Засада! Ладно, деваться некуда. Придется мне лететь на этот ужин. В общем, получив наказ рассчитывать на вечер четверга и ни за что не переживать, меня поцеловали в трубку и попрощались.

– Что? – поинтересовался у меня Волконский. – Что там сестра сказала?

– Да на ужин к вам меня пригласили.

– На ужин? – вытаращился на меня тот. Даже Остерман оторвался от лицезрения красот за окном и тоже повернулся ко мне с явным любопытством.

– На ужин, – подтвердил я. – А что?

– Ну… пригласить Черногряжского на ужин для моего отца… – Игорь задумчиво покачал головой. – Это, знаешь ли, сильно.

– Мало того, – заметил Остерман, – раз тебя приглашает такой человек, как судья Волконский, то это если и не поднимет авторитет рода Черногряжских, то, по крайней мере, большая часть аристократов перестанет считать тебя изгоем. Если только «за глаза», разумеется. Правда, само приглашение явно неспроста. Когда?

– В четверг вроде.

– Я тебя отвезу, – не допускающим возражений тоном произнес князь. Впрочем, возражать-то я и не собирался. Меня вообще крайне удивило его предложение. Он там что, под дверью как охранник ждать будет?

– Надо кое с кем там пообщаться, Павел. Просто не нравится мне все это движение в твой адрес. Лучше перестраховаться, – пояснил Сергей Сергеевич в ответ на мой вопросительный взгляд. – Есть у меня пара знакомых в его Службе Безопасности, но ты не переживай, я все сделаю тихо.

Дальнейший путь мы проделали молча. Игорь, высадив нас, отправился домой, а мы с князем отправились на ужин. Взволнованный Ефграф увидел меня целого и невредимого и, узнав о моей победе на дуэли, сразу расслабился. Остерман же, наоборот, выглядел каким-то задумчивым. Однако, расспрашивать я его на этот счет не стал. Надо будет – сам скажет.

Следующие два дня до четверга меня усиленно учили контролировать расход магической силы. Я практически только и делал, что опустошал свой амулет, но таким образом, чтобы оставаться в здравом уме и трезвой памяти. Разрядил один – давали новый, и все повторялось по новой. За два дня меня это просто достало, но результат уже стал заметен. Теперь я практически интуитивно чувствовал, когда у меня начинают кончаться силы. Однако же, всё это было настолько занудливо и муторно, что в конце этих тренировок мне буквально пришлось заставлять себя.

Но вот настал четверг. Ефграф провел со мной своеобразный «ликбез», пояснив, мол, те тусовки, на которых я был до этого, – это просто фуршеты. Сейчас же я иду на званый обед и, как выразился гном, «Черногряжским негоже ударить в грязь лицом».

В понимании управляющего, «не ударить в грязь лицом» означало умение определять какой вилкой или ножом из пяти положенных передо мной нужно есть… Честно говоря, под конец этого «урока» я понял, что лучше бы ещё день прозанимался самой тупой и однообразной магической прокачкой. Но вроде чего-то стал понимать. Гном, кстати, оказался невероятно терпеливым учителем. Я бы вот на его месте с таким учеником уже точно психанул.

Кстати, узнал о своей девушке кое-что ещё. Правда, поздновато, но до этого как-то и не додумался спросить. Выяснилось, что мать Игоря, Варвары и Ольги умерла при родах. Да, как оказалось, в мире магии целительное волшебство не всегда всесильно. Так что Евгений Сергеевич Волконский воспитывал своих детей один. Понятное дело – гувернантки, кормилицы, никакой нужды… Но всегда занятой отец. Впрочем, у меня и того не было. А здесь, видимо, родитель баловал своих отпрысков по полной программе, что в принципе понятно. Кстати, на подобные темы мы с Варварой вообще не разговаривали. Девушка сразу дала понять, что это ей неприятно, а я не настаивал.

Уже к вечеру мы выгнали из гаража мой новенький летт и отправились на вечернее рандеву. В принципе, лететь оказалось недалеко. Поместье Волконских, как и говорил Ефграф, находилось рядом с моим. Пятнадцать минут полета – и я увидел весьма симпатичную усадьбу, что оказалась побольше, чем усадьба Черногряжских, да и ухоженнее, чего уж там. Сам главный дом напоминал скорее небольшой дворец с широкой полукруглой лестницей у входа и монументальными колоннами, выстроившимися вдоль фасада. Правда, веселый светло-голубой цвет стен немного выбивался из этого строгого облика. Перед особняком был разбит красивый парк, и, в отличие от моего родового поместья, за этим парком тщательно ухаживали. Кстати, отдельно располагалась и площадка для леттов, куда мы и приземлились.

Помимо нашей машины, я увидел те самые лимузин и фургон. А помимо них – еще один летт. Солидный такой черный седан, выглядящий хищно. Наверное, самого судьи машинка.

Встречал нас невысокий коренастый человек в весьма свободной одежде. Джинсы, рубашка, кроссовки. Ничем не примечательное лицо, однако что-то мне подсказывало: человек это явно непростой.

– Привет, Андрей! – поздоровался с ним Остерман, и они быстро обнялись.

– Тыщу лет тебя не видел, Серега, – признался тот. – Ты все не меняешься, старый черт!

– Это только со стороны так кажется, – улыбнулся наставник. – Позволь тебе представить, Павел, Андрея Ильича Сыромятова. Главу Службы безопасности рода Волконских!

Я вежливо поклонился внимательно рассматривающему меня мужику. Ничего себе, какие у Остермана имеются знакомые. Мой учитель полон сюрпризов. Типа вместе воевали? Надо бы попробовать расспросить. Правда, не уверен, что он ответит.

– Наслышан, – тем временем кивнул мне Сыромятов, закончив скрупулезное изучение моей тушки. – Заявили о себе вы, молодой человек, громко. Однако же, я не знал, кто вас тренирует. Иначе меньше бы удивлялся. Серег, – повернулся он к моему спутнику, – подожди здесь. Лучше в летте. Я приду и заберу тебя. У меня здесь небольшой домик на окраине парка. Там и поговорим. Сам понимаешь, Волконский к тебе относится не очень хорошо…

– Знаю, – хмыкнул Остерман, – но там сам знаешь, моей вины тогда не было. Да и не мог я тогда ничего поделать…

– Еще бы он сам это понимал, – невесело заметил Сыромятов и вновь повернулся ко мне.

– Пойдемте, Павел. Отведу вас в обеденный зал. Там уже ждут.

Остерман забрался обратно в летт, а мы вместе с местным главой безопасников отправились в сторону дворца.

– Вы знаете князя? – осторожно поинтересовался я у него.

– Знаю, – коротко ответил мужчина. – Вместе повоевать пришлось. Но это долгий разговор. Если Сергей захочет, он сам вам всё расскажет. Сейчас речь о вас, Павел. Евгений Сергеевич немного изменил свое мнение о Павле Черногряжском, так что постарайтесь ничего не испортить.

– Может, вы мне посоветуете, как это сделать? – я не смог саркастических ноток, но мой спутник пропустил их мимо ушей.

– Да чего здесь советовать, – пожал он плечами. – Ведите себя с достоинством. У вас, как я слышал, это неплохо получается. И не советую делать акцент на том, что Варвара вам небезразлична… К ее визитам к вам он уже сейчас относится достаточно философски, но палку перегибать не стоит. В общем, просто будьте осторожны. Вы, кстати, и меня заинтересовали. Всё же Сергей абы кого третировать не станет. Значит, в вас что-то есть…

Тем временем мы подошли к входу во дворец, откуда к нам уже направлялся лакей, который, судя по всему, ждал на ступенях.

– Обратно я вас заберу, князь, так что отдыхайте, – сообщил мой сопровождающий и, передав с рук на руки молчаливому слуге, удалился.

Мы наконец вошли во дворец, и через пять минут я входил в обеденный зал.

Встретил меня сам Волконский-старший. По обе стороны от него стояли Варвара и Игорь. На этот раз, кстати, одеты они были достаточно строго. Ничего вызывающего. Варвара ласково улыбнулась, мол, все в порядке. Игорь старался казаться невозмутимым, а вот взгляд их отца был попросту нечитаем. Но на губах играла легкая улыбка.

– Приветствую в моем доме, князь, – чинно произнес он.

– Рад приглашению, – поклонился я.

После коротких расшаркиваний мы уселись за стол. Кстати, Ольги не было. Хозяин дома оговорился, что у нее появились какие-то срочные дела да и заговорщицки посетовал на то, что она совершенно забыла про отца. От меня не укрылось, что после этих слов Варвара и Игорь удивленно переглянулись.

Признаюсь, не ожидал, но сам ужин прошел в весьма дружеской манере. По крайней мере, к его концу я даже расслабился. Беседа шла на нейтральные темы, и Евгений Сергеевич оказался весьма приятным собеседником. Правда, несколько раз я всё же ловил недоуменные взгляды его детей. Кажется, сегодня папа сломал какие-то их шаблоны.

Конечно, разговор затронул и моих родителей, но здесь Волконский очень аккуратно ушел от деталей, заверив меня в том, что случившееся с моим родом несчастье было давно, и коли сейчас приставку изгоев с него сняли, то нечего об этом вспоминать. Тем более моё нынешнее поведение у всех на слуху.

– Вы меня удивили, Павел. Не ожидал от вас таких талантов, – признался судья. – Особенно в дуэли с Филиным. В вас многие не верили. Честно признаюсь, я и сам считал, что род Черногряжских уже не сможет подняться, но теперь вижу, что шансы у вас есть!

Не знаю, надо было реагировать на эти слова, но во время ужина я старался быть немногословным и отвечать только по делу, больше используя универсальные слова вроде «да» и «нет». К тому же, несмотря на то, что я кое-как зазубрил историю рода Черногряжских, проколоться на этот счёт мог на раз. Впрочем, на этой случай у меня имелась универсальная отмазка: забыл – и все. Амнезия, понимаешь.

Как выяснилось, Евгений Сергеевич Волконский оказался очень хорошим актером. После того как ужин подошел к концу, он пригласил меня выпить бокал коньяка и поговорить за жизнь с глазу на глаз. Понятное дело, от такого приглашения не отказываются.

– Папа, – не удержалась Варвара, подозрительно глядя на родителя, – помни о нашем разговоре!

– Конечно! – широко улыбнулся тот. – Я все прекрасно помню! Не переживай…

Мы устроились в кабинете Волконского, который располагался в другом крыле дворца. Именно дворца, потому что никак иначе его внутреннее убранство назвать язык не поворачивался. Сам кабинет был обставлен солидно. Тяжелая мебель, массивный стол, обитый зеленым сукном, такие же массивные стулья. Мы расположились за столом, хозяин кабинета извлек на белый свет квадратную темную бутылку и два бокала. Разлил ароматный коньяк и сел напротив меня.

– Давайте выпьем за встречу, Павел, – сейчас на его лице уже не было доброжелательной улыбки – передо мной сидел строгий и суровый человек. Видимо, именно так он выглядел в суде… – Попробуйте, это выдержанный коньяк. Подарок одного из моих друзей.

Я отсалютовал собеседнику и пригубил из бокала золотистую жидкость. М-да… Вот это я понимаю послевкусие… Коньяк действительно оказался превосходным.

– Вижу, вам понравилось, – удовлетворенно кивнул Волконский-старший и поставил свой бокал на стол. – А теперь давайте с вами поговорим серьезно, Павел.

– Давайте…

Вот, чую, сейчас настоящий Волконский нарисуется.

– Знаете, – взгляд моего собеседника, который тот не отрывал от меня, стал задумчивым. – Я действительно никогда не испытывал к роду Черногряжских злобы или ненависти. И тот факт, что наказание, выпавшее на его долю, было не совсем адекватным, я тоже прекрасно понимаю. Поэтому, когда клеймо изгоя было снято, я искренне порадовался за вас, – Евгений Сергеевич тяжело вздохнул, и его взгляд стал строгим. – Однако же, я вынужден вернуться к разговору о Варваре.

Судья сделал паузу, вновь разлив коньяк, и на этот раз я сделал глоток побольше. Сам же Волконский лишь немного пригубил из бокала.

– Развлекаться я своей дочери не мешаю, так как что-то запретить ей практически нереально. Но брачный союз между Вами и Варварой невозможен, – продолжил чуткий родитель. – Примите это как данность. И тут дело даже не в вас. Дело в том, что я не хочу, чтобы моей дочери мешали учиться. И если она после академии решит выйти замуж, я уже буду рассматривать варианты. Но только тогда, Павел. Вы меня понимаете?

– Да я и не говорил никогда, что собираюсь брать её в жены, – я осторожно сообщил Волконскому чистую правду.

– Пусть так, – кивнул он. – Теперь, надеюсь, мы с вами поняли друг друга? Хотелось бы верить, что в академии вы не будете слишком докучать моей дочери. Очень вам советую установить с ней простые дружеские отношения.

Дружеские отношения? С нынешней Варварой? Видимо, мои сомнения явно отразились на лице, так как Волконский понимающе хмыкнул.

– Еще раз повторюсь, Павел, я не тиран. Зная характер своей дочери, я прекрасно понимаю, что это сложно. Но мне кажется, вы смышленый молодой человек и найдете выход из этой ситуации. Так?

– Так, – кивнул я. Нет, а что мне еще ответить? Сейчас спорить с ним глупо, а в Москве видно будет. К слову, уже знал, что никакой выход искать не буду. Да и вообще я крайне не люблю, когда на меня давят.

– За моими детьми будет пригляд, – предупредил меня Волконский-старший. – На этот раз с ней будет поступать Игорь, но я не уверен, что у него получится. Впрочем, кто знает… Дочь говорила, что у вас будет телохран?

– Да, Анна Громова, – сообщил ему я.

– Солидно, – одобрительно кивнул судья. – У моих детей он тоже будет. Но это давняя знакомая нашей семьи, и она проследит за выполнением того, о чем я сейчас сказал.

– Да ради бога, – хмыкнул я и демонстративно допил коньяк. В конце концов, столь завуалированные угрозы на меня не действовали. Зная Варвару… В общем, чувствую, будет весело.

– Я рад, что мы поговорили, – широко улыбнулся Волконский, вставая. – Наверное, уже поздно. Я вызову господина Сыромятова, он вас проводит. Надеюсь, вам не нужно объяснять, что разговор должен остаться между нами.

Я лишь пожал плечами, что не понравилось моему собеседнику. Но он промолчал. Мы вернулись в зал, где нас ждали Игорь и Варвара. Волконский-старший вежливо распрощался со мной и, окинув отеческим взглядом кровинушек, сообщил, что скоро за мной придут, и удалился.

– Что он тебе сказал!? – буквально вцепилась в меня Варвара, когда её папаша наконец вышел.

Глава вторая
Перед Академией

– Ничего особенного, – улыбнулся я ее горячности. – Так, поговорили о жизни. Обо мне… пообщались за бокалом коньяка.

– Что, просто так поговорили? – подозрительно прищурилась девушка. – Паша, что-то ты мне недоговариваешь.

– Все нормально, – ещё раз успокоил я её. – Ты мне лучше скажи, кто там у вас телохраном будет?

Ну а что? По-моему нормально так тему сменил. Однако, Варвару, дочь своего отца, так просто было не провести.

– И все же что-то у вас случилось, – Волконская отмахнулась от моего вопроса о телохранителе, – вот чувствую. Что он говорил? Чтобы ты в академии от меня подальше держался?

– Ха! – улыбнулся ее братец. – Да это и так известно. Тут ничего и выведывать не надо. Варя, ты чего, отца не знаешь, что ли?

– Знаю, – проворчала та, как-то обиженно на меня уставившись. – Вот только мне Паша ничего не рассказывает!

Блин, звучит, как жалоба в детском саду – «а у меня игрушку отняли». Я еле сдержался, чтобы не засмеяться.

– А что ты там говорил о телохране? – пришел мне на выручку Игорь.

Вот это молодец. Вот это по-дружески.

– Ну, говорят, у вас какая-то старая знакомая семьи имеется.

– Вот же…

Ух ты! Что-то я не слышал, чтобы Варвара ругалась. Первый раз, по-моему. Вот это интрига. К тому же, судя по слегка растерянному лицу Игоря, для него сестрицына выходка тоже оказалась сюрпризом.

– Да кто это такая?

– Есть у нас одна знакомая… – проворчал он. – Инесса Павловна Гронштейн. Давний вассал нашего рода. Сейчас, скорее, не вассал уже, а действительно член семьи. Профессиональный телохран.

– Сухарь, – расстроено заметила Варвара. – Старая мегера! Если она будет у нас телохраном, то это очень плохо.

– Да ладно тебе, сестренка, – попытался успокоить её брат, – прорвёмся. Она же не с нами жить будет. У них отдельный корпус. Ну будет сопровождать тебя на занятия и забирать.

– Да ты ее не знаешь, что ли, – зло буркнула девушка. – Эта зануда в каждую дырку свой нос засунет. Знал отец, как мне насолить!

– Ну ты, может, и пойдёшь у неё на поводу, а я вот нет. Она – телохран, вот пусть и выполняет свои обязанности. А будет рот разевать – выскажу всё, что думаю. В конце концов я уже совершеннолетний. И, между прочим, наследник рода.

– Ух ты! – Варвара невольно улыбнулась. – Какой ты грозный, братец, как я погляжу. Посмотрим, что ты скажешь, когда Инесса появится!

– Что вы так её боитесь? – недоумевал я.

– Ты ее, Паша, просто не видел, – сообщил мне Игорь.

– Так хрен с ней, с этой Инессой, – возмутилась тем временем его сестра. – Мы в субботу отправляемся в академию. Надо определиться, когда вылетать…

– Ну, я на своем летте, – улучив подходящий момент, сообщил я.

– Ты же вроде должен был с нами лететь, – удивленно уставилась на меня девушка и задумчиво добавила: – С другой стороны, может, так оно и лучше. Если там будет Инесса, полёт нам предстоит скучный.

– Да она Павла достала бы, – фыркнул Волконский-младший.

– Она и так достанет! – всплеснула руками девушка.

Я хотел уже возмутиться таким беспардонным спорам на тему «кто кого достанет», но в зале появился Сыромятов и, кивнув мне, недвусмысленно намекнул, что нам пора.

– В любом случае полетим вместе! – Варвара бросила неприязненный взгляд в его сторону. – Всё равно перед тестами надо будет на три дня остановиться в гостинице. Общагу дают только после зачисления. Я тебе, кстати, уже номер забронировала! И не возражай.

Да я, собственно, как-то и не думал. Действительно лучше вместе лететь. Учитывая, что я совершенно не знаю, куда идти и чего там делать. Нет я, конечно, ещё посмотрю в Магги маршрут и всё такое, однако же случиться может всякое. А тут такая возможность «упасть на хвост», от которой просто глупо отказываться.

На прощание договорились созвониться с Волконскими в пятницу. А через пару минут я уже шёл к своему летту в сопровождении молчаливого главы безопасности рода Волконских. Я было попытался разговорить его, но бесполезно. Он только сказал мне, что всё это я могу узнать у своего учителя.

На стоянке я залез в летт, за штурвалом которого уже сидел Остерман. Тот махнул на прощанье рукой Сыромятову, и мы наконец взлетели.

– Вижу, хочешь спросить, о чем я с Андреем разговаривал? – ехидно поинтересовался у меня князь, когда мы уже легли на курс.

– Хочу, – не стал я скрывать своего любопытства.

– Старые времена вспоминали, – улыбнулся Сергей Сергеевич. – Ну и о тебе поговорили. Понятное дело, Андрей никакими секретами делиться не станет. Он на клятве, да и я не буду выяснять у него что-то конфиденциальное, но вот сильно задуматься о том, стоит ли встречаться с Варварой дальше, я тебе советую.

– Это в связи с чем?

– Сначала ты должен дать слово, что этот разговор останется строго между нами, – голос Остермана стал строгим. – Я не буду требовать клятвенных камней – они дорогие да и смысла в них не вижу. Я, Павел, привык верить людям на слово, а ты кажешься мне человеком, которому можно доверять. Но имей ввиду, если проболтаешься… – от наставника вдруг пахнуло такой холодной угрозой, что я невольно вздрогнул. М-да. Тут всё понятно без дополнительных обещаний.

– Никто, кроме нас двоих, не узнает, – заверил его. – Так почему мне стоит задуматься о Варе?

– Потому что в планы её отца Павел Черногряжский совсем не входит. Даже такой изменившийся. Ей уже и жениха подобрали. После академии. Даже переговоры провели… – хмыкнул князь.

– Это как? – не понял я. – И она не знает?

– Да всё она знает, – махнул рукой Остерман. – Просто всерьез не воспринимает. Считает, что это очередная папочкина блажь, оттого и тебе ничего не рассказывала, наверное.

– А это не блажь? Кто вообще этот жених?

– Князь Василий Булатов. Двадцать лет. Наследник рода Булатовых. Род не такой, чтобы сильно знатный, но семидесятое место в рейтинге занимает. Весьма недурен собой. Правда, ходят слухи, что он тот ещё бабник, но кто в его юном возрасте не бабник? Усадьба в Подмосковье, отец хорошую должность в департаменте МВД занимает. Чем не партия для девицы, пусть и дочери городского судьи, но из Владимира! Этим все сказано. Он, кстати, тоже поступает в академию. Вместе с вами. Так что ещё раз хорошо подумай, Павел. Девушек в Российской Империи полно. Да и в академии их тоже хватает. С твоими талантами ты просто не можешь не подняться. Так что я бы на твоем месте немного отпустил мысли о Волконской.

– Но вы не на моем месте, – проворчал я.

Вот есть у меня в характере одна такая черта. Если моё, то лучше и не пытаться отобрать. Я буду драться до последнего. А Варвара пока была в той самой категории. Там неизвестно, как дальше будет, да и жениться я не тороплюсь, но вот с господином Булатовым, чувствую, нам придется пообщаться плотно.

– Не на твоем, это ты точно подметил, – рассмеялся Остерман. – Но, насколько я понимаю, ты не воспринимаешь мои слова всерьез. Поверь, Павел, я тебя ни в чем убеждать не собираюсь. Мой совет – это мой совет, а как будешь поступать ты – исключительно твое дело!

На этом наш разговор прервался, так как мы приземлились. Князь предупредил, что завтра утром будет последняя тренировка, и удалился. Загадочный, блин… Летт в гараж я загнал самостоятельно. Тренировки не пропали даром: управлялся я с летающей машиной пока не так уверенно, но если что, мог вполне подстраховать пилота. В доме меня же встретил Ефграф. Он сразу же доложил, что к отправке в академию все готово. Как выяснилось, расторопный гном умудрился даже заказать мне фирменную одежду студента Московской академии магии. Да, была и такая. Я вспомнил, что как-то видел ее в Магги. Ну форма и форма. Ничего необычного: рубашка, пиджак и брюки. Темно-синего цвета. Женская выглядела куда интереснее. Юбка немного выше колен, коротенький пиджачок и блузка. На Варваре, думаю, будет смотреться весьма соблазнительно.

Все остальные собранные вещи управляющий пообещал продемонстрировать завтра, так как «барину, наверное, надо отдохнуть, ведь барин уставший». Спорить я с ним не стал и отправился спать. Там меня уже ждала расстеленная кровать и скромно стоящая около нее Катерина. Эх… Учитывая, что я не увижу её примерно полгода, отказывать девушке нельзя, да и глаза у неё на мокром месте.

Пришлось успокаивать… Ну а потом она долго и умело доказывала мне, как будет скучать. Мне понравилось…

Пятница оказалась дико суматошным днем. Утром, сразу после завтрака, мне позвонила Громова, что попыталась отчитать меня за то, что я, во-первых, не сообщил ей о визите к Варваре, куда она должна была меня сопровождать, а во-вторых мы вылетаем уже в субботу, а точное время ей так и неизвестно.

Фига се наезд… Пришлось популярно объяснить своему телохрану, что слишком много брать на себя и тем более наезжать на меня не надо, и если я не предупредил, значит, ее услуги мне не понадобились. Князь Остерман прекрасно справился с ее ролью. Напомнил также, что ее обязанности до отлета в академию – почасовые. Насчет завтрашнего дня точно я и сам не знал, потому и предложил ей прилететь в мое имение. Мол, переночует, а с утра мы вместе и отправимся. От последнего предложения Громова, как по мне, на какое-то время потеряла дар речи, а когда он к ней вернулся, сообщила, что будет к семи вечера сегодня. На этот раз тон у нее был уже пониже и поуважительнее. Вот теперь понятно, что мямлить с Анной не стоит.

Слегка самоутвердившись таким образом, я отправился на тренировку. На этот раз она вышла очень короткой и по большей части теоретической. Мне прочитали аж двухчасовую лекцию о том, как себя вести в академии. На самом деле очень полезная информация. Правда, половину я толком не запомнил. Уж больно подробно Остерман рассказывал. Его послушать, так я отправляюсь не в Московскую Академию Магии, а в какую-то колонию строгого режима, где всё подчиняется строгим правилам. Тем не менее я честно попытался запомнить хотя бы большую часть из его длинной речи. Вроде получилось. В конце концов, у меня была хорошая «школа», пройденная в детском доме, так что в том, что я разберусь с этой самой академией, никаких сомнений нет.

После лекции мы довольно тепло расстались с наставником, который вдруг попросил, чтобы я не забывал старика и обязательно ему писал. Говорить о том, что назвать его стариком у меня не поворачивается язык, не стал. Кроме того, Остерман вручил он обещанное письмо к Сергею Ефимовичу Распутину, с факультета Художников. И наказал передать его только лично из рук в руки.

После того как мы с ним расстались, я в сопровождении Ефграфа отправился в гардероб, где мне продемонстрировали два огромных чемодана. Я только покачал головой. Управляющий собрал мне наряды на все случаи жизни. На мои робкие возражения, мол, хрена так много, меня заверили, что это вообще-то немного. И начали перечислять: костюм на выход – два, бальный костюм – два, спортивный – четыре, ну и тому подобное. И, кстати, на каждом был вышит герб рода Черногряжских. Блин, интересно, а как их вообще не перепутать? Чего-то меня напрягает количество нарядов. Я в них, как свинья в апельсинах. Всю жизнь в джинсах и толстовке ходил. Ладно, надеюсь, Варвара в стороне не останется.

Как выяснилось, Ефграф все продумал. Он позвал Катю, и меня целых два часа мучили, вбивая в голову, какой костюм когда надевать. Выяснилось, что всё не так уж и сложно. Ну и, как рассказал управляющий, в академии имелся целый штат слуг, которых можно нанять за определенную плату, и тогда мой костюм будет всегда выглажен, а ботинки – начищены. Я, конечно, покивал, но, думается мне, с ботинками справлюсь и самостоятельно. Как говорится, будем посмотреть.

После нарядов перешли к денежным вопросам. Управляющий торжественно вручил мне новый компьютер, то есть ноутбук. По сравнению с моим старым, этот был более компактным да и весил раз в пять меньше. Разумеется, до ноутов с Земли он не дотягивал, но, по крайней мере, уже более-менее был похож. А учитывая, что стоили они здесь весьма недешево, гордость гнома можно понять. Помимо ноутбука, мне вручили красивое кожаное портмоне со всё тем же самым гербом и двадцатью тысячами на мелкие расходы, а щеё чековую книжку – для трат посерьёзнее.

– Павел, первый курс в академии оплачен. В случае успешного его окончания будет оплачен второй, – пояснил Ефграф, – на отдельном счету, от которого у вас чековая книжка, двести тысяч рублей. Этого вполне должно хватить на два года, к тому же услуги вашего телохранителя в эту сумму не входят, а его годовой контракт уже оплачен. А так… Студенты академии всем обеспечены, питание и учебные пособия входят в стоимость. Очень прошу вас не транжирить деньги. Москва – город, полный соблазнов, но если вы потратите их все, то взять больше будет неоткуда. Вы сами поручили мне ремонт поместья, так что в ближайшие два года придется немного ужаться.

– Не переживай, – успокоил я его.

Уж что-что, а мотом и транжирой никогда не был. Жизнь в детдоме, знаете ли, приучает рассчитывать только на себя, а не на других, и ценить каждую заработанную копейку. К тому же я уже примерно знал здешние цены. Пусть они в Москве и выше, но сумма на счету была солидной. По мне, чтобы их потратить, надо сильно постараться.

Управляющего я вроде как убедил, а к ужину прибыла Громова. Девушка оделась по-походному просто. Даже, я бы сказал, очень просто. Этакая полевая пятнистая форма из штанов, футболки и куртки. Но наряд ей шел. Выглядела она в нем… довольно грозно. Особенно учитывая ремень с двумя кобурами на поясе. Она церемонно раскланялась с Ефграфом и вообще вела себя вежливо. Даже и не скажешь, что буквально сегодня утром эта же девица пыталась на меня наехать. Ко мне, кстати, попыталась обращаться на вы. Я, конечно, быстро пресек эти попытки несмотря на все ее возражения. Впрочем, мне весьма убедительно объяснили, что на людях она обязана обращаться ко мне на «вы» – таковы правила хорошего тона. Ну, правила так правила…

За ужином мы быстро обговорили завтрашний день. Я рассказал, что Варвара забронировала гостиницу, и мы летим вместе с ней. Анне это не особо понравилось. Она также заметила, что подобные вещи лучше бронировать самому, но ограничилась лишь этим замечанием. Кроме того, она как должное восприняла тот факт, что управлять леттом придётся ей, а вот услышав о телохранителе Волконских, напряглась.

– Инесса? Это какая Инесса? – нахмурилась она. – Ее фамилия не Гронштейн, случайно?

– Гронштейн, – подтвердил я. – Ты ее знаешь?

– Знаю, – буркнула Анна. – У нас не самые хорошие с ней отношения, но это не повлияет на работу. Что я, что она – профессионалы!

Последние слова были сказаны столь категорично, что я сразу понял: ответных реплик на них не предусмотрено. Что же там за такая загадочная Инесса с еврейской фамилией?

Спать Громова отправилась в выделенную ей гномом гостевую комнату. Кстати, перед этим она подогнала мне ремень и кобуру для моего пистолета, о котором я, честно говоря, совершенно забыл. И, опять же, по ее словам, никто не запрещал студентам носить личное оружие вне занятий. Странно. Что-то не припомню, чтобы на тех тусовках, на которых я был, кто-нибудь ходил с ковбойскими кобурами. Но мне объяснили, что на мероприятиях такого рода эти вещи остаются на охране. В общем, не совсем понятно. Ладно, будет разбираться по ходу дела.

Ночь я провел с Катей, которая пусть и скрывала, но была сильно расстроенной моим отъездом. Пришлось несколько часов доказывать ей так сказать «делом» что не забуду ее. Вроде успокоил и в конце она уже повеселела.

В десять утра следующего дня, аккурат после завтрака, прибыли Волконские. Со своей телохранительницей. М-да. Инесса оказалась крепко сбитой невысокой женщиной неопределенного возраста, лишенной какой бы то ни было женской привлекательности. В моем мире сказали бы – мужик в юбке. Мне она едва заметно кивнула, а вот с Громовой устроила небольшую дуэль взглядов, в которой, правда, никто не выиграл.

Попрощавшись с Ефграфом и Катериной, мы загрузились в летты и отправились в Москву. В Академию.

Глава третья
Москва. Академия

Путь в столицу Российской Империи занял примерно семь часов. Учитывая, что отправились мы где-то в половине одиннадцатого, к Москве мы подлетели уже часам к шести. Громова выступила в роли этакого гида. Вообще, слегка напряжённая после встречи с Инессой, в дороге мой телохран расслабилась. Мы даже два раза перекусили запасами, заботливо собранными нам в дорогу Ефграфом. Правда, честно говоря, я особо и не запомнил бесчисленные деревни и мелкие городки, над которыми мы пролетали.

Собственно, я вообще был не особо силен в географии, да и не интересовался ей. Так, промелькнули знакомые названия вроде Покрова и Петушков. Но с той небольшой высоты выглядели они довольно убого… Деревни и деревни, чего уж там. Одноэтажные домишки, за редким исключением чередующиеся с двухэтажными. И череда полей, проплывающих под нами. На них, кстати, трудились здешние крестьяне. Кстати, здесь, как в принципе и везде вдоль нашего пути, тянулись грунтовые дороги. А на них то и дело попадались лошади с гружеными телегами и даже какие-то подобия карет. М-да, как ни крути, а летты – это прерогатива больших городов и аристократов, обычные крестьяне перебивались по старинке – лошадками.

Единственный населенный пункт, что хоть как-то тянул на право называться небольшим, но городком, был Покров. Да и то, из-за двух десятков каменных домишек в центре да небольшого храма, окруженного оградой. Как сообщила мне мой гид – тоже храм Перуна. Вообще, как я понял, Перун был самым популярным божеством в Российской империи. По крайней мере, я видел уже три его храма, а вот что-то храмов Даждьбога, Велеса или Стрибога пока что не встречал.

Однако же, когда мы подлетали к Москве, ландшафт под нами изменился. Потянулись городские окраины. МКАД здесь тоже присутствовал, но, скорее, как своеобразная граница. Всё-таки обычными дорогами здешние жители пользовались мало, поэтому кольцевая автомагистраль представляла собой обычную (правда, довольную широкую) грунтовку. В основном по ней двигались на лошадях или пешком. Телег было раз-два – и обчелся. А вот движение в воздухе, когда мы пересекли границу столицы, стало куда интенсивнее. Мне почему-то вспомнился незабвенный Корусант из «Звездных войн». Такое же полное отсутствие правил дорожного движения, но сходство только в этом и в летающих машинах.

Сама по себе Москва показалась настоящим городом контрастов. Смесь средневековья и магических технологий. И да, то был абсолютно незнакомый мне город. Единственное, что оставалось неизменным, – это Кремль. Его краснокирпичные башни я заметил практически сразу. К слову, они ничем не отличались от знакомых из детства. Учитывая, что в центре города никаких высотных зданий не наблюдалось, он просматривался практически со всех сторон. Впрочем, кое-где высотки все же присутствовали. Чуть в стороне я насчитал сразу пару десятков. Прямо настоящий «Москва-сити». Небоскребами, конечно, такое не назовёшь: максимум, наверное, этажей двадцать. Впрочем, на фоне малоэтажной застройки они выделялись, как бельмо на глазу. Этакий, судя по всему, современный деловой квартал.

Тем временем под нами проплывали извилистые улочки, наполненные народом. М-да… Такое впечатление, будто мы пролетаем над большим муравейником.

– Я два раза здесь была, – сообщила мне Громова, выруливая следом за нашим ведущим – леттом Варвары. – Не очень мне нравиться этот город. Сумасшедший какой-то. Владимир спокойней.

Здесь она, конечно, была права. Мы повернули чуть левее и направились к четырёхэтажному зданию, что на фоне окружающих его серых строений (вообще, как ни странно, серый цвет был самым популярным в городе), смотрелся довольно весело. По крайней мере, за счёт архитектурных изысков вроде башенок на крыше и даже какой-то непритязательной лепнины на фасаде. На самой плоской крыше уже традиционно располагалась стоянка. Мы приземлились и выбрались из машин. Вот что мне нравилось в здешних летательных аппаратах, так это то, что в них совершенно не устаешь. Магия, короче.

Варвара весело улыбнулась мне и, подхватив под руку, потащила к небольшой надстройке, которая, видимо, и была входом в гостиницу. Сразу за нами направился еле сдерживающий смех Игорь. Инесса же с нескрываемым неудовольствием наблюдала за этой картиной, в отличие от Громовой, что прошествовала за нами с безразличным видом.

– Я чуть с ума не сошла с этой мегерой, – доверительно призналась мне Варя. – Всю дорогу она бурчала. Вот папа подсуропил! Боюсь представить, что в академии будет! Ты знаешь, что она в Москве несколько лет жила? Типа всё знает… Ладно, разберёмся! А сегодня ночью я к тебе в гости приду. Примешь?

– В любое время, – заверил ее я. – А твоя Инесса не помешает?

В ответ девушка презрительно фыркнула.

Спустившись на этажи, мы наконец разместились в выделенных номерах. Волконская, как и обещала, позаботилась обо всех. У Громовой был отдельный номер рядом с моим, у Инессы – такой же, но рядом с Игорем. Ну а номер Варвары – рядом со мной.

Судя по антуражу номеров, гостиница, мягко говоря, была не слишком дорогой. Не клоповник, конечно, но минимализм в полном смысле этого слова. Кровать, стол, стул, шкаф. И, надо сказать, весьма небольшая площадь. Правда, если судить по довольным лицам моих спутников, конкретно в Рочестене это считалось нормой. Странно. Вроде не самые бедные аристократы приехали.

Чуть позже на этот вопрос мне ответил Игорь. Мы спустились на ужин в ресторан, который располагался на первом этаже гостиницы. Как по мне, то «ресторан» – слишком уж гордое название для этой забегаловки. Штук десять столов, расставленных в не особо чистом месте, и это при том, что практически все они оказались занятыми. Однако же, здешний администратор, суровый мужик с военной выправкой, таки нашел нам два стола. За одним устроились мы с Игорем, за другим – Инесса, Анна и Варвара. Кстати, надо признать, что несмотря на не слишком презентабельный вид заведения, еда оказалась пусть и не изысканной, но достаточно вкусной.

– Это на самом деле вполне приличная гостиница, – поведал мне Волконский. – Здесь же Москва. Цены совсем другие. Насколько мне известно, есть, конечно, отели и круче, но они расположены ближе к центру и вот там придётся хорошенько так раскошелиться.

– И сколько такой номер стоит? – осведомился я. – Тот, в котором я сейчас живу?

– Не, Павел… – улыбнулся мой собеседник. – Хочешь – сам узнавай. Если я тебе скажу, сестрица меня точно прикончит. Но в целом не слишком дорого.

– Ладно, не хочешь – не говори, – я покосился на соседний стол, где Варвара с унылым видом ковыряла свой ужин, а сидевшие рядом с ней телохраны притворялись ледяными статуями. – Какие у нас на завтра планы-то?

– Да какие там планы… – хмыкнул товарищ. – После завтрака отправляемся в академию. Регистрируемся, пишем заявление на поступление. Тусуемся там. После обеда начинаются тесты. На следующий день вторые тесты и собеседование. Ну и все. Если сдадим нормально – на третий день мы студенты.

В его устах всё это прозвучало слишком просто. Сдаётся мне, на деле всё обстоит не так легко, как он расписывает.

– А зачем себя лишний раз напрягать? Надо относиться ко всему философски, – пожал плечами Волконский, когда я поинтересовался у него на этот счет, – но тебе – да. Ты должен поступить. А я? Поступлю – хорошо. Не поступлю… Тоже не катастрофа.

– Ты же вроде горел желанием поступить? – удивленно посмотрел я на него.

– Горел, да и сейчас горю, просто немного переосмыслил свое поведение.

Что ж. Как говорится, флаг тебе в руки. Но всё же в одном Игорь прав: мне надо поступать обязательно. Впрочем, если верить Остерману, проблем с этим быть не должно.

Вечером ко мне заглянула Анна. Видимо, девушка откровенно скучала. Поговорили об академии. Потом я расспросил ее об Инессе и вообще об отношениях телохранов между собой, на что мне ответили, что она (Громова) из рода потомственных телохранителей, а эта Инесса – вообще непонятно кто! В целом, кстати, собеседницей Громова была весьма интересной. Когда расслаблялась и сбрасывала с себя личину бдительного и молчаливого телохранителя.

Спал я этой ночью один. Видимо, бдительный цербер Инесса не позволила своей подопечной меня посетить. Что подтвердилось на завтраке, потому что вид у Варвары был крайне недовольный. Громова же как обычно была немногословна.

Как я уже знал Академия располагалась минутах в двадцати от гостиницы, в юго-восточной части города, на территории бывшего Коломенского и занимала приличную территорию, огороженную высоким забором. С высоты на неё открывался прекрасный вид. Единственным изменением ландшафта стало отсутствие в этом месте Москвы-реки, которая насколько я помнил протекала по границе этой усадьбы-музея. Сейчас там тянулся какой-то заброшенный пустырь, Ну а сама река в этом мире переместилась восточнее на километров десять. Да и была она на мой взгляд куда более скромнее чем та река которую я знал по своему миру.

В центре Академии возвышался учебный корпус – длинная десятиэтажная серая махина с десятком подъездов-входов. Просто каменная коробка с окнами и плоской крышей, где тоже размещалась стоянка. В общем, привычная для здешней Москвы архитектура. Около нее расположилось еще несколько таких же вытянутых и приземистых трехэтажных зданий из такого же серого кирпича, что и высотка. Оказалось, то были общаги. За ними раскинулось несколько широких зеленых полей с невысокой оградой размером, наверное, в половину футбольного. Одно из них зачем-то разбили на большие квадраты, окружив зеленой полосой невысоких деревьев.

Мой гид-телохран сообщил, что это полигоны, а квадраты – площадки для магических дуэлей. Вообще, Громова знала об академии на удивление много. Похоже, все те два раза, что была в столице, она летала именно сюда.

Еще дальше, на самом краю, почти рядом с забором стоял с десяток небольших аккуратных двухэтажных коттеджей, в которых, опять же, по словам Анны, жили здешние преподаватели. В противоположной стороне, тоже у самого края, были уже студенческие общежития. Шесть трехэтажных приземистых строений, тесно прижимающихся друг к другу. Все это напоминало какое-то фабричное здание века так девятнадцатого.

В самой же академии кипела жизнь: мощённые плиткой дорожки, соединяющие все разбросанные по территории здания, бурлили от народа. Да и зеленый газон между ними тоже оказался занят сидящими и лежащими абитуриентами.

Мы приземлились на крышу учебного корпуса. Площадка оказалась буквально заставлена разномастными леттами, и наши машинки, по-моему, были одними из самых скромных. На крыше тоже тусовался люд, но не так много, как внизу. И здесь я похвалил себя за то, что не поддался модным веяниям, согласно которым меня собиралась вырядить Варвара. Что-то среди здешнего общества никаких парней в розовом я не видел, и в основном все они одевались неброско. Кстати, довольно многие носили ремни с кобурами. Даже девушки. Так что я точно не был в этом отношении «белой вороной».

– Тоже приезжие, наверное, – буркнула Варвара в ответ на мое замечание по поводу «розовой» моды.

А ещё мне понравилось, что никто из абитуриентов толком не обращал друг на друга внимания. Нас просто провожали равнодушными взглядами. Всей компанией мы спустились на первый этаж на том же самом магическом лифте. Очутившись в вестюбюле, который традиционно был мраморным (уж не знаю, откуда столько мрамора брали здешние строители, но этот материал явно был самым популярным для внутренней отделки), я первым делом узрел длинный ряд столов, к которым тянулись очереди. Анна с Инессой отошли подальше к выходу, чтобы не мешать. Кстати, они оказались здесь не единственными телохранителями. Там собралась целая толпа их товарищей по «цеху».

Вот признаюсь: до сих пор не пойму, зачем они здесь нужны. Если только ради престижа… Ну это смешно. Впрочем, мало ли, какие тут местные правила. Вдруг здесь какие-нибудь гопники ходят и студентов задевают. Нет, это тоже глупо. Короче говоря, никто мне так и не объяснил, зачем нужны эти телохраны. Такое ощущение, что об этом никто вообще не задумывается, считая это традицией. Недешевая традиция, однако.

Кстати, как оказалось, тесты для разных факультетов были разделены по времени. Первыми традиционно экзаменовали факультет Боевой магии. Регистрация шла быстро. Уже через десять минут нас записали, проверили паспорта и выдали номера. Я получил сто двадцать четвёртый, Варвара – сто двадцать пятый, а Игорь – сто двадцать шестой. После нас сразу же отпустили, сообщив о том, что общий сбор состоится в два часа дня на втором полигоне. Выйдя на улицу, мы, подхватив телохранителей, присоединились к шумной толп, что сейчас объединялась в кучки по интересам. Мы оказались самой малочисленной.

– Пойдем ближе к полигону. Лучше на газоне устроимся. Чего здесь толкаться-то? – предложил я, и мои спутники меня поддержали.

Когда же мы добрались до зеленой травки, присмотрев себе кусок свободного пространства, в меня буквально влетел какой-то парень. Разумеется, к такому повороту никто из нас готов не был, поэтому подстраховаться никто не успел, и на глазах моих изумленных спутников мы вместе с неуклюжим господином просто прокатились по траве. Анна сразу же бросилась ко мне, опередив остальных, и помогла подняться. К сбившему меня невысокому полноватому парню с каким-то жабьим лицом тоже подскочил коренастый мужик лет тридцати с суровой мордой и выправкой бывшего военного.

– Вы зачем меня толкнули, невежа? – на удивление тонким фальцетом осведомился у меня толстяк.

– Чего? – от подобной наглости я даже слегка растерялся. – Я? Да это вы меня сбили!

Рядом с ним появились трое. Две девушки и парень. Ну девушки как девушки. Обе рыжие и, судя по всему, сестры. Впрочем, сразу было заметно, что одна постарше, а другая помоложе, но похожи друг на друга, как близнецы. Ну да, я уже давно понял, что среди аристократок встречаются либо очень красивые, либо просто красивые. Некрасивых вообще не видел. Здесь, правда, я был склонен согласиться с тем, что гены – это великая сила. Ну а парень, что явился с ними, выглядел стандартно. Невысокий, худой, с надменным породистым лицом аристократа хрен знает в каком колене. И все они смотрели на меня недобро. Какого вообще тут происходит?

Я покосился на Анну. Она молчала, но напряжение чувствовалось и в ней. В отличие от нее, Инесса с любопытством наблюдала за происходящим, сдерживая кипящую от возмущения Варвару. Игорь же встал с другой стороны от меня, демонстративно показывая, что тоже, если что, поможет. Вот это радует. Только я сомневаюсь, что драка состоится здесь и сейчас.

– Да как вы смеете так нагло лгать в глаза мне?! – выпалил мой оппонент. – Мое имя Андрей Плещеев!

Тон, коим были произнесены эти слова, звучал так, будто я, услышав хамские речи, должен был буквально преисполниться счастьем от того, что меня толкнул настолько знатный хрен. Хрен он угадал. Однако же, лица у моих спутников вытянулись так, словно я чего-то не знал.

– А я Павел Черногряжский, – спокойно сообщил своему собеседнику.

Моя реакция на произнесенное толстяком имя заметно удивила присутствующих, но в первую очередь – самого задиру. Он вылупился на меня своими рыбьими глазами, и в этот момент одна из девушек наклонилась и что-то ему прошептала. Дослушав, Плещеев расплылся в ехидной улыбке.

– Ах вот оно что… Теперь понимаю, – голос его буквально сочился презрением. – Изгой-деревенщина, решивший, что в академии он кому-то нужен. Ты хоть считать-то умеешь?

Плещеев повернулся к своим спутникам, и те угодливо заулыбались. Во мне же тем временем закипала злость. Нет, реально кулаки зачесались – так захотелось врезать по этому жирному подбородку.

– Павел, не нагнетай. Это второй сын Плещеева, главы имперской Службы безопасности. Не стоит нарываться с ним на конфликт. Проще уйти…

Знаете, мне вдруг стало невероятно обидно. В первую очередь – из-за своего телохранителя. Всё-таки в начале Анна показалась мне человеком, не способным сносить оскорбления от кого бы ни было. Нахрен такой телохран вообще нужен?! Кстати, к народ к нам всё подтягивался и подтягивался. Любопытных оказалось много, и теперь у нашего, если так можно выразиться, конфликта появились зрители.

– Что замер? Теперь понял, кого толкнул? Извиняйся давай, – нетерпеливо топнул ногой жирдяй.

Эти слова стали последней каплей. Я ожёг Громову многообещающим взглядом, от которого та аж дернулась, и повернулся к хаму.

– Неуважаемый Андрей, спешу сообщить, что вы – хам. По-моему, я вас не оскорблял и, если бы вы из-за своей неуклюжести не отправили меня на траву, то сейчас бы спокойно дожидался на травке тестов. Поэтому либо вы сейчас сами извиняетесь за свое хамское поведение, недостойное аристократа и явно бросающее тень на несомненно достойный род Плещеевых, либо можете трусливо уйти. Решать вам!

Глава четвертая
Москва. Академия
Часть 2

После моих слов повисла напряженная тишина. Пару минут Андрей Плещеев старательно переваривал сказанное мной, явно оказавшееся для него сюрпризом. Похоже, за всю жизнь этого козла с ним так никто не разговаривал. Его спутники, кстати, не мешали предводителю «обтекать», с нетерпением ожидая его реакции. И она последовала.

– Я вызываю вас на дуэль, невежа! – выпалил тот, слегка побагровев. – С отсрочкой! Три минуты!

После этих слов я поймал на себе сочувствующие взгляды не только зевак, но и, к моему удивлению, одной из девушек. Той, которая помоложе. Интересно…

– Не вопрос, – кивнул я шустрому аристократишке. – После тестов я в вашем полном распоряжении.

– Ждите секундантов! – бросил Плещеев и вальяжно удалился. За ним последовали и его спутники.

Зеваки, поняв, что больше ловить здесь нечего, стали расходиться, громко обсуждая предстоящую дуэль и при этом совершенно не обращая внимания, что один из её участников стоит совсем рядом с ними.

– Вы меня удивили, Павел, – внезапно призналась Инесса, и в её глазах я впервые увидел нечто похожее на уважение. – Вы что же, действительно не знали, кто такой Плещеев?

– Не знал, – честно признался я ей, – но даже если бы знал, мало бы что изменилось.

– Дуэль с сыном Плещеева… – Варвара только щелкнула языком. – Хорошее начало учебы.

– Да кто бы сомневался! – Игорь, наоборот, выглядел радостным. – Сделает он этого Плещеева.

– Даже если сделает, всё равно наживёт себе врага, – качнула головой Гронштейн. – Впрочем, без врагов жизнь скучна! – она вдруг подмигнула мне, чем реально удивила. Да не такая уж и стерва, судя по всему, а вот Громова… Вспомнив её выходку, я повернулся к телохранительнице.

– Павел, я… – начала было Анна, приняв виноватый вид, но, покосившись на сразу навостривших уши Волконских и Инессу, я решил оставить неприятный разговор на потом.

– Вечером поговорим, – коротко ответил я девушке, и мы наконец заняли место на травке, куда и целились изначально.

Я вообще перестал обращать внимание на Громову. Честно признаюсь, даже появилось желание отправить её домой, к тому же пункт о досрочном закрытии контракта по согласованию сторон в него совершенно точно был включен. С другой стороны, сначала надо поговорить.

Через полчаса появилось несколько здешних служителей в одинаковой сине-зеленой форме, что принялись громко зазывать народ на построение. Вместе со всей толпой мы отправились к тому самому зеленому полю. На нем уже стояло с десяток длинных столов, и около каждого толкалось по три-четыре человека. На каждом из столов расположился какой-то странный предмет. Большая коробка, где горел багровый огонек.

– «Артефакт силы», – восхищенно шепнула Варвара на мой немой вопрос. – Они хранятся у инквизиторов и выдаются только во время экзаменов в академии, после чего их сразу забирают! И, кстати, серьезно охраняют. Вон, видишь около каждого стола по инквизитору?

Я пригляделся. Ну да. Рядом с коробками, затерявшись среди нормально одетых людей, стояло по одному лысому человеку в какой-то то ли рясе, то ли сутане.

– А что такого в этих артефактах-то? – не понял я. – Чего их выдавать и забирать?

– Они определяют уровень силы мага. В процессе артефакт анализирует не просто уровень силы, но и учитывает карты твоей колоды, твое умение ими пользоваться и еще много чего! Правда, такие исследования разрешено проводить только инквизиторам и больше никому. Именно они составляют ежегодные рейтинги родов.

– И что, эти рейтинги играют серьезную роль?

– Ну ты даешь, Павел, – вмешался в разговор Игорь. – Рейтинг значит очень много. Например, высокорейтинговым родам скорее одобрят кредит или же заключат более выгодный контракт… И это далеко не всё.

– И как же они определяют могущество рода? – поинтересовался я.

– Там сложная система, куча пунктов… – скривился Волконский. – Одно время я даже пытался разобраться, но бесполезно. У инквизиторов целый департамент этим занимается. Все рода, которые хотят попасть в рейтинг, высылают специально заполненные анкеты, в которых содержится вся информация – начиная от прибыли и активов клана и заканчивая участием в дуэлях. И ничего здесь не припишешь. Все данные строго проверяются.

– И вы их заполняли?

– Этим обычно управляющий занимается, – пожал плечами Волконский. – Но вообще да.

Интересно, а мой гном заполнял подобные бумаги?

– Вряд ли, – хмыкнул Игорь, будто прочитав мои мысли, – но ты спроси.

Кстати, телохраны вновь столпились метрах в пятидесяти от нас. Я так прикинул… Поступающих не меньше двух сотен. И, как мне объяснила до этого Варвара, сегодня первый день. Всего на прием и тесты для факультета Боевой магии отводилось два дня. Фактически на первый курс академии поступало примерно четыреста-пятьсот человек, вот только оставалось из них всего сто двадцать. Именно из этого числа затем создадут три группы по сорок человек. Да уж, конкурс весьма серьёзный. Самое странное, что, как я понял, из Владимира были и ещё поступающие, однако Варя о них даже слышать не хотела, гордо заявив, что никакие конкуренты нам не нужны. Они, мол, сами по себе, мы – сами.

Ну а когда наконец пёстрая толпа абитуриентов изобразила более-менее ровную шеренгу, перед нами появился высокий, дородный человек с коротким ежиком седых волос. С одной стороны позади него стояла высокая, статная, красивая женщина лет тридцати – её огненно-рыжие волосы рассыпались по открытым плечам длинного свободного платья, с другой стороны застыл суровый мужик с квадратным лицом и военной выправкой.

– Петр Петрович Ожегов. Ректор академии, – шепнула мне Волконская. – А за ним, наверное, кто-то из преподавателей…

Тем временем ректор внимательно оглядел галдящих абитуриентов своими холодными синими глазами.

– Господа! – голос его наверняка усилили, поскольку обычный человек не мог говорить так, будто внутри него стоял мощный динамик.

Над полем повисла тишина.

– Итак, господа, – голос говорившего стал тише, но все равно расходился по полю, – приветствую вас на тестах. Я князь Ожегов Петр Петрович, ректор Московской академии магии. Наша академия, могу сказать без ложной скромности, самая престижная не только в Российской империи, но и в Европе… – голос его стал торжественным. – Поэтому, если сегодня вы сдадите тесты и будете зачислены на первый курс, знайте, что вы стали студентом учебного заведения, после окончания которого все двери перед вами будут открыты. Диплом московском Академии магии – это лучшая рекомендация на любую работу и на любую должность. В нашей академии не меряются уровнем рейтинга. Студент Московской академии магии – только студент! И больше никто! Помните, что в наших стенах все равны!

Признаюсь, я еле сдержал смех. Вот насчет равенства сильно сомневаюсь. Декларировать – это одно, но, судя по таким кадрам, как Плещеев, в реальности все совершенно иначе.

– …Никогда не забывайте об этом. А сейчас перейдем к делу, – Ожегов сделал жест рукой, и его спутники шагнули чуть ближе, – хочу представить вам руководителей факультета. Профессор Елена Ивановна Раскольникова, декан факультета Боевой магии и преподаватель Общей магии.

Рыжая кивнула уставившимся на нее абитуриентам и неуловимо улыбнулась. Мне, правда, почему-то показалось, что её улыбка была угрожающей. Блин, показалось, что ли?

– Также хочу представить, – продолжил ректор, – заместителя декана, князя Строганова Сергея Петровича, одного из преподавателей Практической магии. Вам сильно повезет, если он будет назначен преподавателем вашей группы.

Петр Петрович выдержал паузу и снова заговорил:

– Елена Ивановна и Сергей Петрович будут главными наблюдателями во время сдачи тестов. Советую расслабиться и, – взгляд его вдруг стал жестким и колючим, – не пытаться обмануть «Артефакт Силы». Подобные случаи уже были, но это всегда плохо заканчивалось для тех, кто пытался провернуть подобное. Как вы уже могли заметить, на тестах присутствуют наши гости из Ордена Инквизиторов, поэтому не советую рисковать репутацией ваших фамилий. Это будет первый тест. Ну что ж, на этом хочу закончить и пожелать всем удачи.

Ожегов удалился, и его речь продолжила Раскольникова, что изящно достала из висевшей на плече небольшой сумки несколько листков.

– Итак… – голос ее тоже был сильным, но, в отличие от тембра ректора, приятным. – Я буду называть номера, которые выдали вам, а следом – номер стола, куда нужно подойти. Надеюсь, всем понятно это нехитрое действие?

Судя по всему, недружный ответ, прокатившийся по шеренге, её устроил. И тут началось. На самом деле тесты шли на удивление быстро. Вызванные номера подходили к нужному столу, клали правую руку на артефакт и некоторое время стояли, закрыв глаза, под внимательным наблюдением инквизитора и сидящих за столом экзаменаторов. После они проходили вперед и выстраивались в новую шеренгу уже за спинами экзаменаторов. Совсем скоро настала и наша очередь. Мы с Варварой и Игорем двинулись одновременно, только к разным столам.

– Имя? – спросила у меня пухлая девка лет тридцати. Вот явно не аристократка: пожалуй, то была первая увиденная мной в этом мире некрасивая женщина. Ну да… с простолюдинами-то я не общался, а как уже давно понял, среди аристократов некрасивые отсутствовали как класс.

– Князь Павел Черногряжский, – сообщил ей, но она даже не подняла голову, просто записав мои данные в толстую тетрадь.

– Кладите руку, молодой человек, на артефакт, – сухо приказал лысый инквизитор, и я, невольно вздрогнув, положил ладонь. Совершенно ничего не почувствовал, кроме тёплой поверхности артефакта.

– Закройте глаза и расслабьтесь.

Закрыл. Расслабился. Внезапно по телу прошла какая-то холодная волна, сменившаяся горячей. Миг – и всё исчезло.

– Открывайте глаза, – я вновь услышал Инквизитора, только теперь почему-то казалось, что в его голосе сквозит удивление.

Открыл глаза и понял, что все сидящие за столом вместе с Инквизитором смотрят на меня с нескрываемым любопытством. Блин…

– Что-то не так? – поинтересовался я, слегка напрягшись.

– Все в порядке, князь, – успокоил меня служитель ордена. Да не, вроде лицо у него невозмутимое. – Проходите вперед и ждите решения.

Я последовал приказу и присоединился к негромко переговаривающейся толпе. Через несколько минут рядом со мной уже стояли Варвара и Игорь.

– Ну как? – первым делом поинтересовалась у меня девушка.

– Да кто его знает, – проворчал я. – Тоже хотел бы знать. Они ж ничего не говорят.

– Точно, – согласился со мной Игорь. – Очень интересно, сдали мы или нет.

– Ну, ждать недолго… – добавила Варвара.

Как выяснилось, она заблуждалась. Сначала нам пришлось прождать час, пока пойдут все абитуриенты, а потом ещё час – пока закончится отбор. Столы с артефактами поставили в кучу и обступили их со всех сторон. Более того, к этому «совету» присоединился еще и ректор.

Как только всё закончилось, Раскольникова вышла объявлять результаты. Она не называла тех, кто прошел. Наоборот. Она перечисляла тех, кто должен был покинуть Академию. И, честно признаюсь, ручеек расстроенных и унылых аристократов оказался достаточно полноводным. Однако же, больше всего меня порадовало, что мы втроём поступили. Как, впрочем, и толстяк Плещеев, которого я заметил в полсотни метров от себя. Правда, на этот раз он вел себя не столь нагло, как в нашу первую встречу. Надо же, прямо-таки другой человек. Впрочем, учитывая, что сейчас к поступившим было приковано всё внимание ректора и преподавателей, эта хитрая скотина прикидывалась скромной и послушной. М-да. Мне ещё с ним на дуэли драться. Но почему-то факт предстоящего поединка с задержкой меня совершенно не пугал.

– Итак, господа, – когда на поле остались только люди из списка поступивших, перед нами вновь появился ректор, – поздравляю всех с поступлением. Пожалуйста, номера сто семьдесят два и сто девяносто, подойдите к столу номер шесть. Какие-то проблемы с платежами.

Двое парней буквально побежали исполнять приказ.

– Ну а остальных я жду послезавтра в этих стенах. Вам надо обустроиться, так как уже в понедельник начнутся занятия. Возьмите с собой вещи… Памятку вам пришлют на моб. Напомню, что студенты проживают в общежитии академии. Для телохранов существует отдельное общежитие напротив. Доступ в вашу комнату им разрешен двадцать четыре часа в сутки. Но сразу оговорюсь, что лично я считаю традицию иметь телохранителей устаревшей и ненужной! Однако же, это моё мнение, и оно никак не может влиять на устав академии. На этом всё. Все правила будут изложены в присланном вам сообщении. Через два дня мы проведем отдельное собрание для студентов. Сейчас можете быть свободны. Советую насладиться последним днем беззаботной жизни. В следующий раз вы сможете покинуть академию только в выходные, да и то не все. Подробнее об этом в правилах. Еще раз поздравляю вас.

Народ начал расходиться, к нам устремились наши телохранители. Варвара и Игорь, судя по их отрешенным взглядам, пребывали на седьмом небе от счастья. Я отреагировал на события без лишних эмоций. Наверное, просто был уверен в себе. Остерман постарался внушить мне эту уверенность. Вдруг снова зазвучал голос ректора:

– Номер сто двадцать четвертый. Прошу вас, задержитесь!

– Хм… это я вроде, – вырвалось у меня.

– Странно, – в глазах Волконской мелькнула тревога. – Чего это тебя отдельно вызывают?

Ответа на её вопрос ни у кого не нашлось. Под взволнованные взгляды моих спутников и любопытные от остальных я отправился к ректору.

– Князь, не волнуйтесь, – вдруг улыбнулся тот. – Прошу простить, но нам надо кое-что перепроверить. Это займет буквально пять минут.

Он вновь подвел меня к одному из столов, около которого стояли еще один инквизитор, артефакт и Раскольникова вместе со Строгановым. На этот раз инквизитор выглядел немного иначе. Во-первых, у него были волосы. Пусть короткий чёрный ежик, но он был. Во-вторых, я точно не видел его около столов во время сдачи тестов.

– Вы князь Павел Черногряжский, – утвердительно произнес он.

– Да.

– Я старший инквизитор Афанасий Метров. Помощник куратора Инквизиции от Академии. Возглавляю бригаду для проведения и контроля тестов, – представился он.

– Какие-то проблемы? – осведомился я. Вся эта канитель мне откровенно не нравилась. Что-то здесь не так.

– Нет, конечно же, нет, – заверил меня Метров. – Не могли бы вы еще раз положить руку на артефакт. Необходимо кое-что проверить, – его черные глаза смотрели на меня не отрываясь. Да и пусть смотрит. Что, собственно, происходит? Не из-за Темной же колоды…

Я вновь прислонил руку к артефакту и закрыл глаза. Все ощущения, что и в первый раз, повторились.

– Странно, – теперь на лице инквизитора было написано нескрываемое удивление, а вот ректор и преподы светились довольством.

– Теперь вы видите, что обмана не было? – торжествующе осведомился у Афанасия Ожегов. – Темная колода не может дать такого результата. Вы и сами знаете.

Я невольно вздрогнул, услышав последние слова, но инквизитор, к моей радости, отреагировал на них совершенно спокойно.

– Знаю, – кивнул тот. – В парнишке нет ни следа некромантии, а Темная колода… Что ж, можно сказать, он вытянул счастливый билет. В конце концов, он не должен отвечать за своего предка. А вам, уважаемый ректор, судя по всему, повезло. Ладно, юноша, – он повернулся ко мне, – не смею вас больше задерживать. Ну и нам пора, – с этими словами он развернулся и отправился к коллегам с сутанах, что в это время осторожно паковали артефакты. Тем временем на поле откуда-то появилось еще три десятка инквизиторов, часть из которых была вооружена винтовками.

– Не переживайте, князь, – ободряюще похлопал меня по плечу ректор, – это бригада охраны артефактов. Вас, я вижу, ждут?

На том месте, где стояла толпа студентов, осталась только четверка моих спутников, терпеливо меня ожидающая.

– Извините…

– …Петр Петрович, – улыбнулся ректор. Улыбка мягкая, а глаза холодные. Вообще мутный товарищ, задницей чую.

– Петр Петрович, а что сейчас вообще было?

– У вас очень высокий потенциал, молодой человек. Я, конечно, встречал подобное, но крайне редко. Об этом мы с вами ещё поговорим. А сейчас ступайте, Павел. Всему свое время. И мой вам настоятельный совет: не слишком бравируйте этим. Дар не просто получить, его еще надо развить. Но преподавателей я предупрежу.

Глава пятая
Экскурсия

Ожидающая меня компания прямо-таки излучала жадное любопытство.

– Что там было-то? Сам ректор! О чём он с тобой разговаривал? – глаза Варвары горели огнём.

– Странно, что он вообще на тебя внимание обратил, – задумчиво добавила Инесса, разглядывая меня так, будто впервые увидела. – Мало того, ты ещё и со старшим инквизитором разговаривал. Это очень необычно, Павел…

– Не знаю, чего здесь необычного, – пожал плечами я, – просто пришлось пересдать тест.

– В смысле пересдать? – уставились на меня четыре изумленные пары глаз.

– Да хрен его знает. Чего-то не понравилось. Похоже, когда в первый раз сдал, они мне не поверили.

– Что значит не поверили? Расскажи! Интересно же! – вскинулся Игорь.

– Вот-вот, – подтвердила его сестрица, – не то слово.

– Пойдем уже, – фыркнул я и отмахнулся, – а то мы здесь как три тополя на Плющихе стоим…

– Три тополя на чем? – не поняла Варвара. И, судя по удивленным взглядам, не поняла не только она одна.

– Пошли к летту. По пути расскажу! – проигнорировал я её вопрос.

По пути пришлось коротко пересказать свой разговор с ректором и с инквизитором.

– Офигеть! – только и смог выдать Волконский.

– А я всегда знала, что Паша лучший! – радостно заявила Варя. – И всегда в него верила! Всегда!

Телохранители шли за нами молча. Громова выглядела виноватой, а Инесса – задумчивой. При этом я всё чаще ловил на себе её взгляд.

Мы добрались до нашего летта. Рядом с ним сиротливо стоял с десяток его собратьев. Все, что осталось от множества машин, практически полностью занимавших стоянку во время нашего прибытия днем. Сейчас же мы фактически оказались самыми последними.

В летте, уже по пути в гостиницу, Варвара с Игорем наконец дали волю своему ликованию! Я чуть не оглох от их бурной радости. Хорошо ещё, про мой разговор с ректором они вроде как забыли. Правда, зная Варвару, это ненадолго. Кроме того, мне сильно не нравился взгляд Инессы. Та теперь смотрела на меня слишком заинтересовано. Может, я, конечно, зря опасаюсь, но интуиция обычно подводит меня редко. Сейчас же она буквально кричала о том, что с этой Гронштейн будут проблемы.

Как выяснилось, предусмотрительная Варвара заранее забронировала столик в ресторане гостиницы. На моё ехидное замечание о том, что было бы, не сдай мы тест, она спокойно заявила, что тогда напилась бы с горя, да и дело с концом.

Кстати, несмотря на сумасшедший блеск в глазах, Игорь, похоже, до сих пор так и не поверил, что поступил! Однако же сестрица быстро вернула его на землю, после чего тот весело заметил:

– Представляю, что отец скажет. Не поверит, наверное! Это все благодаря тебе, Павел, – повернулся он ко мне. – Если бы не ты, я никогда бы и не решился поступать!

– Ну, во-первых, не я, а Остерман, – возразил я ему, – а во-вторых, ты и сам потенциально крут, коли поступил.

– Ничего ты не понимаешь, – Волконский покачал головой. – Магов, как ты говоришь, потенциально крутых, хватает. Но вот главное – это раскрыть потенциал до такой степени, чтобы могли взять в академию! Тот же Остерман, насколько я знаю, вообще никого в ученики не берет, а те учителя во Владимире, которые могут с ним сравниться… Один вон, между прочим, год назад Варвару тренировал, но на таких у меня просто не хватит денег. Да и отец уже поставил на мне крест и не стал бы платить. Так что нет, Павел. Это не только Остермана, но и твоя заслуга! И я у тебя в долгу!

Голос Волконского звучал торжественно. Ну а я просто кивнул в ответ.

– Так что? – тем временем Варвара явно загорелась идеей, – звоним отцу? Порадуем?

– Звоним, – кивнул Игорь. – Мне очень хочется услышать его реакцию. Только звони ты и поставь на громкую связь!

Инесса, сидевшая за штурвалом, с интересом поглядывала на своих подопечных. Громова же просто смотрела в одну точку перед собой.

Варя не стала тянуть время и набрала номер. Волконский-старший ответил сразу. Известию о том, что поступила любимая дочь, он не удивился, но поздравил, сообщив, что она молодец, а вот новость о поступлении Игоря заставила его на пару минут замолчать. После он все же пришел в себя и уточнил, не шутка ли это. Когда папаню заверили, что над ним никто не шутит, он только и смог выдать, что приятно удивлен, и попросил, чтобы, разместившись в академии, дети снова ему позвонили. Однако же, пару слов о том, как гордится своими отпрысками, владимирский судья всё же сказал. Разумеется, про меня не спрашивал, чему я только обрадовался.

Когда добрались до гостиницы, то сначала разошлись по номерам, договорившись встретиться в ресторане. Едва мы с Громовой остались наедине, как девушка сразу взяла быка за рога.

– Павел, – она посмотрела на меня в упор, – извини меня. Ты просто не так меня понял. Я не хотела, чтобы ты заработал себе проблем сразу. О Плещеевском сыночке неоднократно писали в Интернете. Как и о самом Плещееве. С этой семейкой лучше не связываться…

– То есть, – нахмурился я, – если бы он оскорбил тебя, ты бы смолчала?

– Ну… – замялась моя собеседница, – я – это другое дело…

– Слушай, Ань, – остановил я её, – давай мы сразу расставим все точки над «и». Я вот, честное слово, до конца так и не понял, зачем в академии телохран. Если только для престижа, но не знаю, есть ли в этом смысл. По мне, так сегодня ты, наоборот, должна была меня поддержать, а не советовать утереться. К тому же это не смертельная дуэль!

– Извини меня, Павел, – потупилась девушка, – просто очень за тебя переживала. Я была не права. Больше такого не повторится!

– Хорошо, – улыбнулся я, – надеюсь.

– А насчет того, зачем здесь телохран… – сразу ожила девушка, – это не только престиж. Ты же не будешь сидеть в академии безвылазно. А в городе с охраной спокойнее. Уж поверь мне.

– Ладно, проехали, – махнул я рукой, – пошли уже.

Спустившись в ресторан, мы присоединились к уже сидевшими за столом Варваре, Игорю и Инессе. Ужин прошел в, как принято говорить, дружеской атмосфере. Да-да. Именно в дружеской. Даже Инесса как-то изменилась. Стала не такой отмороженной и более живой, что ли. Правда, Варвара не пришла ко мне и этой ночью. Похоже, бдительный цербер не пускает… Да и вообще, сдается мне, с сексуальной жизнью в академии сложно. Ну, это если верить словам Гронштейн, которая, как выяснилось, знала о заведении больше, чем все мы вместе взятые. Плюс ко всему у каждого студента была индивидуальная комната. Вот завтра и посмотрим.

На утро я вновь лицезрел на завтраке мрачную Варю. Ее телохран же, как обычно, была спокойна и невозмутима. Мало того, учитывая, что сегодня у нас выдался свободный день, она сама предложила нам прогуляться по Москве. Точнее, полетать. Даже маршрут продумала. Я только головой покачал. Волконская, окинув презрительным взглядом свою охранницу, пробурчала, что ей все равно. Больше никто не возражал. Мне, например, было очень интересно посмотреть на здешнюю Москву. Тем более меня заверили, что центр её разительно отличается от всего остального города. Через полчаса мы загрузились в летт и отправились на поиски приключений, то есть на экскурсию.

Экскурсия началась с того, что мы приземлили нашу машину на одной из стоянок поближе Кремлю и прошлись на Красную Площадь. Вскоре из-за стен домов показались Кремлевские башни, такие же, как в моем прошлом мире. Понятно, что никакого Александровского сада и Исторического Музея здесь и в помине не было, зато уже с Тверской улицы открывался вид на огромную площадь перед Кремлевскими стенами.

Сами стены совсем не напоминали родной мне Кремль. Они не выглядели новенькими… Какие-то грязно-красные, с кое-где осыпавшимися кирпичами. Видимо, за ними вообще никто не ухаживал, и выполняли они исключительно декоративную роль. Хорошо хоть просто осыпались, а не разваливались. Все, опять же, благодаря магии. Странно, вроде бы императорский дворец, а до ума его довести не могут.

Разумеется, не было и никакого Мавзолея, а на том месте, где должен был располагаться «ГУМ», возвышалось чем-то похожее на него солидное двухэтажное здание. Как пояснила всезнающая Инесса, то был «ИТЦ» – Императорский торговый центр, самый дорогой и престижный магазин Москвы. Но заходить в него нам всё равно было не по карману, и отоваривались там в основном миллионеры.

Однако, самым странным оказалось другое: здесь же, буквально в метрах тридцати от «ИТЦ», вдоль площади тянулись всевозможные лавки со съестным и выпивкой. Этакий настоящий средневековый базар с деревянными лотками и прочей атрибутикой. Вот вообще не понял…

– Такая традиция, – пояснила Инесса. – Этот рынок в Москве – настоящий эксклюзив! Больше ни в одном городе такого нет. Можно сказать, столичная достопримечательность.

Понятно. Короче, местный Старый Арбат. Над площадью плыл веселый гомон. Москвичи и приезжие развлекались на всю катушку. Кто-то хором горланил какую-то песню, кто-то дрался. Праздник, как говорится, вошёл в разгар. Интересно, а что мы, собственно, празднуем? Или просто народ так расслабляется, пока погода хорошая? Ну да, вроде и осень на носу, а всё ещё чувствуется настоящая летняя жара. Как я уже понял, здешний климат сильно отличался от… Нет, всё-таки тут слишком весело.

– Здесь всегда праздник, – рассмеялась наш гид.

Ты посмотри, до чего ж странная женщина. Телохранительница Волконских как-то быстро превратилась из холодной и чопорной тётки в талантливого и обаятельного экскурсовода. М-да. Не думал, что у неё есть подобные таланты.

Мы прошвырнулись по лавкам, прикупили каких-то пышущих жаром баранок, оказавшихся невероятно вкусными, и запили все это не менее вкусной медовухой. М-да. Короче, натур продукт – это сильно! И да, цены тут кусались. Народ, что лавочники, что толкающиеся около прилавков зеваки, в основном состоял из простолюдинов. Странно, но факт. Дворян я вообще не видел. Мы были единственными, поэтому периодически ловили на себе косые взгляды. Впрочем, уже после первой кружки медовухи на это мне стало как-то наплевать. Да, народ был проще одет и менее утончен, но встречались весьма симпатичные барышни. Да и вообще было весело.

Кстати, здесь же мы увидели выступление бродячих музыкантов. Этакое трио с гитарой, флейтой и барабаном на плече. Правда, песни они исполняли какие-то странные. Я бы сказал, что-то напоминающее частушки. И не совсем приличные! Мы постояли, послушали и посмеялись. То есть, посмеялись мои спутники, я же только улыбнулся. Ну неприличные – да, а вот смешные ли? Мне так не показалось. Впрочем, к этому времени я уже тяпнул три кружки медовухи, отчего был готов воспринимать практически любое творчество.

Манежа в этом варианте Москвы не было, на его месте разбили небольшой парк с несколькими фонтанами. Поэтому, прогулявшись по нему, мы вышли на Тверскую. Кстати, народу хватало и в парке. Только вот, в отличие от той же Красной площади и рынка, контингент гулял другой. Сплошные разодетые аристократы и аристократки. Короче, было на что посмотреть. Правда, Волконская быстро заметила мое внимание к проплывающим мимо меня красоткам и тут же постаралась ускориться под ехидным взглядом Игоря и задумчивым Инессы.

Здешняя улица Тверская носила то же название, но кардинально отличалась не только от той, что имелась в знакомой мне Москве, но и от всего города в целом. К слову, все прилегающие к Кремлю дома сильно отличались от основной городской архитектуры. Здесь местные зодчие развернулись по полной программе.

Как поведала нам Инесса, именно здесь проживали самые знатные и богатые семьи империи. Вдоль Тверской тянулись небольшие дворцы. Кованые ограды, за которыми замерли изящные здания, соперничали друг с другом дизайном и лепниной. Перед каждым дворцом обязательно колосился небольшой газон. Но больше всего мне нравилось присутствие среди этого «девятнадцатого века» леттов, которые то и дело проносились над нашими головами. Вот где я наконец насмотрелся на изящные обводы «Волги» и «ВАЗов». Иномарок не было от слова совсем. Кажется, здешние толстосумы признавали только отечественные марки.

По улицам тоже чинно-благородно прохаживался разодетый люд. Думаю, фоне здешних модников мы смотрелись весьма бледно. Мне так совершенно похрену, а вот Варя явно выглядела недовольной.

Дворцы чередовались с магазинами, в пару из которых мы ради интереса заглянули. В основном в них продавалась одежда. Ну и всевозможная ювелирка. Богатеи, чего с них взять? Цены – посмотреть и выйти! Так что, можно сказать, по музеям прошлись. Однако же, покупали находились и здесь. Прямо при мне какой-то надменный мужик купил колье за двести тысяч рублей. Причем сделал это с таким видом, будто не колье, а пирожок какой-то приобрёл. Отдельно надо отметить продавцов в этих магазинах. Точнее, продавщиц. Победительницы конкурсов красоты, не иначе. Ну логично… Правда, взгляд у них наметанный. В нас они, видимо, так и не увидели покупателей, поэтому потеряли интерес практически сразу же. А вот перед тем мужиком… Уже вывесили бы объявление, мол, за покупку от такой-то суммы интим-услуги гарантированы. Да и вообще, как я уже успел понять, строгими моральными принципами жители Российской Империи в мире Рочестен себя на грузили. Особенно богатые их представители.

Пару раз мы проходили мимо здешних ночных клубов. Те тоже располагались в весьма фешенебельных зданиях и носили громкие названия. Один так и назывался – «Императорский дворец». И выглядел соответственно…

– Его владельцы – род Шуйских, правящий род, – пояснила наш гид. – Это самый престижный ночной клуб Москвы. Туда так просто не попасть. Только по приглашениям или покупать билеты, которые стоят запредельных денег.

Второй по престижности клуб носил название «Падающая звезда» и располагался через четыре дома от первого, но уже в здании поскромнее. Четырехэтажное здание из белого кирпича, с площадкой для леттов на крыше. Выяснилось, что в нем Инесса как-то даже была – сопровождала клиента. Этот клуб был демократичным, но дресс-код требовал своеобразный. Чисто рокерский. Чуть позже я узнал, что по Москве разбросано и обычных ночных клубов, не столь пафосных. М-да, причудливая эклектика однако. Этакое полусредневековье с ночными клубами, летающими машинами и прочими достижениями более поздней цивилизации.

И во время прогулки я впервые, если не считать целительницы Винокурова, увидел эльфийку. Вообще, нелюди на Тверской считались персонами «нон грата». Все-таки главная аристократическая улица Москвы. Но эта красавица шла по тротуару, как хозяйка жизни. Трое мордоворотов-телохранителей за спиной, но одета довольно скромно. Я-то привык, что здесь женщины крайне любят все короткое и открытое, а на этой остроухой было длинное, на мой взгляд, вполне себе скромное белое платье, впрочем, сексуальности и в нём ей было не занимать, а учитывая пышные белые волосы и идеальное, словно выточенное из алебастра, лицо… Короче говоря, настоящий образец остроухой красоты.

Нас одарили равнодушным взглядом голубых глаз, а я невольно загляделся на красавицу, сразу получив легкий толчок острым локотком Варвары.

– Ты чего засмотрелся? Эльфиек, что ли, не видел? – прошептала она и сразу поправилась: – Точно, не видел…

– Явно наложница кого-то из богатеев, – негромко произнесла Инесса, услышав наш разговор.

Я промолчал, к тому же беловолосая красавица уже удалилась. Волконская бросила на меня какой-то странный взгляд, но продолжать разговор не стала.

Всего прогулка заняла у нас пару часов, которых лично мне хватило, чтобы полюбоваться красотами столицы. Чего-то поднадоели мне эти бесконечные дворцы, к тому же Тверскую мы уже прошли полностью, добравшись до здешней Маяковки. Вот на ней архитектурные изыски и закончились. За Садовым кольцом (которое здесь тоже, как я понял, существовало) тянулись уже знакомые мне серые дома.

Выйдя из аристократического квартала, мы наконец зашли в один из местных трактиров. Иначе это место я называть бы не стал. Деревянные столы, посыпанный опилками пол, каким-то странным образом появившаяся здесь отполированная барная стойка. Сплошные контрасты. Трактир в стиле салуна Дикого Запада и одновременно летающие летты, и прочая, прочая, прочая…

Перекусив варёной картошкой с мясом и запив всё это квасом, мы продолжили нашу прогулку. Целых полтора часа, за которые прошлись по бульвару и, повернув в какой-то переулок, мимо очередных дворцов снова вернулись в парк на Манеже. После такой вот четырехчасовой экскурсии я понял, что сыт московскими красотами по горло, и всё никак не мог дождаться, когда же наш променад закончится. Как выяснилось, Инесса устроила всем нам сюрприз (нет, чего-то я в этой женщине не понимаю). Да, нас ждал театр! Большой театр. Надо же… Он тоже здесь присутствовал. Правда, перед спектаклем мы всё же заглянули в гостиницу, где гид заставила всех переодеться. В парадное, так сказать.

Осторожно поинтересовался у Игоря о том, сколько вообще все это стоит и не слишком ли круто… Всё же воспоминания о Большом театре из моего прошлого мира были не самыми лучшими. Мало того, что билеты дорогущие, так их ещё и не достать. Однако, когда Волконский объяснил мне, что билеты в здешний Большой театр на самом деле не такие и дорогие, впрочем, так просто их тоже не купить, я впал в ступор. Во-первых, театр могли посещать только аристократы. Во-вторых, Волконский-старший как-то умудрился достать их через знакомых в Москве… А Варвара настояла, чтобы не два, а три. Даже скандал закатила.

– Эх… – Игорь аж зажмурился от удовольствия, – сеструха такую истерику закатила, что отец уже на следующий день третий билет достал. И не советую тебе даже заикаться при ней о стоимости, – предупредил он. – Обидится.

Через час мы с Волконским нацепили костюмы, а вот Варвара облачилась в сногсшибательное черное вечернее платье, увидев которое я почувствовал желание затащить ее в постель. Да и она сама явно была не против, но, блин, эта Инесса, черт её побери… Наши телохраны остались в той же самой одежде, поскольку им предстояло ждать нас у входа. Увы, как я уже говорил, в Большой пускали только аристократов.

Загрузившись в летт, отправились проводить вечер культурно. Я успел глянуть в мобе и понял, что мы летим на спектакль под названием «Свадьба на дне». Правда, моим спутникам было абсолютно фиолетово на сюжет постановки. Важен был сам факт посещения, а то, что там творится на сцене – дело третье. Оригинальный подход, конечно, но ничего. Посмотрим.

Глава шестая
Большой театр

– Вы молодцы, девочки, – Викентий ласково смотрел на сидевших напротив него довольных Киру и Веру. Сейчас они втроем сидели в одном из ресторанов на Воздвиженке и, можно сказать, отмечали сразу два события. Первое – это удачное перемещение в новые тела, а второе – это поступление в академию.

– Спасибо, господин… – начала было Вера, но маг её сразу остановил.

– Вера, я ведь уже говорил… Привыкайте к новым именам. Никаких господин… хозяин… Сейчас мы все равны. Да и вопрос ещё, кто из нас выше статусом.

Девушки переглянулись и дружно кивнули.

– Вы мне так и не рассказали, как к вам отнеслись в новых семьях?

– Ну… – замялась Вера, – у меня всё просто. Мои новые родители как-то не обращают на свою дочь особого внимания. Они даже спокойно отнеслись к тому, что я прошла отбор. Ну поступила и поступила. Учитывая, что у меня два брата, один из которых служит в Имперской канцелярии, это событие для семьи не новость.

– Да и у меня примерно та же ситуация… Братьев хватает. Ещё и сватают какого-то козла…

– Так, – голос Викентия стал строгим, – нельзя расслабляться. Наша основная задача – вернуть меня в тело Павла Черногряжского. Ну а потом, – он вдруг усмехнулся, – почему бы не взять в жены таких знатных красавиц, как вы? – тёмный маг отсалютовал помощницам бокалом. – Думаю, моей знатности тоже хватит.

Кира и Вера радостно переглянулись.

– Как у вас с магией?

– Всё в порядке го… всё в порядке, – тут же поправилась Вера. – Мы нашли на удивление талантливых реципиентов.

– Да-да, – поддержала ее подруга. – Уж если в Академию без труда поступили, это многое значит.

– Что ж, согласен, – кивнул Викентий, – Кстати, видел я этого Павла. У него уже своя компания подобралась. Впрочем, там только только один телохран что-то из себя представляет. Остальные так… школяры. Но раньше времени высовываться не стоит. Наши силы еще не слились с новыми телами, и пока непонятно, сколько времени займет этот процесс. Вы это и без меня знаете. Действуем аккуратно. Ни в коем случае сразу не навязываемся в друзья. Правда, вы, – он весело посмотрел на девушек, – вполне можете охмурить любого. Так что используйте ваше женское обаяние. Только, повторюсь, очень аккуратно. Наши реципиенты друг друга вроде не знали?

– Ну… если где-то и пересекались, то дружбу точно не водили, – призналась Кира, – а насчет остального не переживайте. Мы сохранили себе их память, а изобразить надменную аристократку не так сложно…

– Раз не пересекались… – задумчиво произнес Викентий, – значит, ведите себя со мной так, словно мы не знакомы. И не дай бог у вас проскользнет «господин»… А вообще, если я буду вести себя с вами по-хамски, так, наверное, будет даже лучше. Ладно, я ещё подумаю, но на всякий случай ничему не удивляйтесь.

– Да-да, – охотно закивали его собеседницы.

– Итак, девочки, для начала с ним надо познакомиться. Не мне вас учить. Сначала с ним познакомьтесь вы. Впрочем, не мне вас учить… Такие красавицы-аристократки соблазнят любого. Да и комплексов у вас нет. Да и… Сдаётся мне, что за ту сотню лет, пока меня здесь не было, ничего так и не поменялось. Короче говоря, сначала действуете вы, а уже потом подключусь и я. Время у нас есть…

– Он Плещеева на дуэль вызвал, – вдруг сообщила Вера.

– Кто такой Плещеев? – нахмурился Викентий.

– Это второй сын главы имперской Службы безопасности князя Плещеева, – доложила Кира.

– Хм… – маг задумчиво погладил подбородок, – жаль, не знал… Хотелось бы посмотреть, на что он способен. Интересно, он нашёл Тёмную колоду? Мне кажется, нашел. В общем, соберите всю информацию о Павле и поскорее втирайтесь к нему в доверие. И ещё… – в голосе мага послышались стальные нотки, от которых обе его собеседницы слегка побледнели, – надеюсь, об осторожности вам напоминать не надо? Контактами мы обменялись, так что начинаем новую жизнь! И давайте-ка за это выпьем!

* * *

Большой театр, скажу я вам, не изменился. Разумеется, в своей прошлой Москве я видел его неоднократно, и на какое-то мгновение мне даже показалось, что вернулся обратно, но… Нет, всё это только показалось. Площадь перед Большим была заставлена леттами. Честно говоря, Инессе, которая, уже по традиции выступила в роли водителя, пришлось потратить немало сил, чтобы приземлиться.

Когда мы наконец вышли на парковку, телохраны сообщили, что будут ждать нас перед входом. Оставшись втроём, мы наконец прошлись по ярко освещенной площади, в центре которой выложили что-то напоминающее широкую аллею с вытянутыми вдоль неё причудливыми фонарными столбами, освещавшими нам путь матово-белыми магическими шарами.

Вместе с нами ко входу тянулся небольшой ручеек местных аристократов. В основном – парами. Впрочем, кое-где виднелись и стайки из трех-четырех девушек. Причем, судя по постоянным раскланиваниям, народ здесь явно знал друг друга. А вот провинциалов, помимо нас, было немного. Я заметил три парочки и двух девушек, что точно так же, как и мы, с восторгом оглядывались по сторонам. Видно, что тоже в первый раз. Девушки, кстати, очень ничего… Правда, сильно засматриваться на них я не стал, так как почувствовал на себе взгляд Варвары.

Гардероб не работал в связи с тем, что никакой дополнительной одежды в конце лета и не требовалось, поэтому мы сразу отправились в зал вместе с остальной пышно разодетой публикой. Как я уже говорил, в Большом театре я никогда не был, оттого и сравнить мне было не с чем. Но мне почему-то казалось, что и там, и здесь всё примерно одинаково. Мармор, позолота, тяжелые красные занавеси на широких окнах. Под потолком огромные, массивные люстры, где вместо лампочек светятся маленькие магические шарики. Ну и, понятное дело, темно-красные ковры на мраморном полу. Шикарно, чего там говорить. Волконские пришли в полный восторг, особенно Варвара, которая вообще пребывала в каком-то состоянии небывалого счастья, что и отражалось на её лице. Игорь, конечно, тоже восхищался, но куда сдержаннее, а я… Да, красиво. Но чтобы ахать и охать по этому поводу – извольте, нет!

Мы вошли в зал и устроились в патере на мягких, обитых темно-красным бархатом креслах. Десятый ряд партера, что в принципе очень неплохо. Я с любопытством рассматривал всё вокруг. Прямо головой висела громадная хрустальная люстра. Надо же, тут и размеры оценить сложно, а уж если представить, как она летит тебе прямо на голову, то становится и вовсе не по себе.

Ложи здесь шли по периметру в четыре яруса. Практически все они оказались заняты, как и императорская, что находилась чуть выше первого – прямо напротив сцены, но за нашими спинами.

– Я читала, – шепотом сообщила мне Варвара, – что процентов восемьдесят лож именные и выкуплены знатными родами из верхней части рейтинга. Чтобы попасть на свободные, нужно заплатить какие-то огромные деньжищи.

– Я вот не понимаю, зачем? – фыркнул Игорь. – Мне и отсюда неплохо видно!

– Вот именно, что не понимаешь, – возмутилась Волконская. – Это престижно! Ты посмотри, какие платья у дам! Это…

Ну всё понятно. Девушка есть девушка. Впрочем, в одном она всё-таки была права. Платья действительно впечатляли, учитывая, что длинных и консервативных практически не было. Разве что на совсем уж пожилых матронах. Да, таких хватало, но они в основном сидели либо в ложе, либо в первых рядах партера, тогда как бóльшая половина зрительниц была достаточно молодой. И вот здесь местные аристократки давали волю своему богатому воображению. Старались, так сказать, показать себя во всей красе. А так как каждая отличалась весьма соблазнительными достоинствами и отсутствием ложной скромности, я получал от этого зрелища реальное наслаждение.

Но вот выключили свет, и началось само представление… М-да. Сначала я думал, что эта самая «Свадьба на дне» – спектакль… Но, как выяснилось, спектаклем там даже не пахло. Натуральная опера с какой-то какофонией вместо музыки. И ладно бы звучало что-то в духе Моцарта или на крайний случай Верди, но это… От этого моим ушам становилось больно. К тому же к бессвязной авангардной музыке добавлялись оперные голоса двух толстых теток и еще двух не менее толстых мужиков. Да и массовка не лучше… Хор в виде солидных габаритов мужчин и женщин. Нет, голоса у них, конечно, мощные, да и пели они вроде на русском, но разобрать ни одного слова я так и не смог.

Насколько я понял по декорациям и шепоту Варвары, что периодически старалась пояснять мне происходящее на сцене, нам показывали вольный пересказ русской народной сказки про Морского Царя и Василису Премудрую. К слову, благодаря детскому дому, в библиотеке которого был крайне специфический выбор почему-то одних сказок, я эти самые русские народные знал. Но тут выходил какой-то авангардный кич. В общем, постановка не понравилась мне от слова совсем. Так что пока Игорь с Варварой, чуть ли не раскрыв рты внимали «высокому искусству», я тем временем осторожно разглядывал народ в зале.

Так как наши места располагались практически с самого края, меня очень интересовали ложи. На зрение я никогда не жаловался, но вот народ сидел в глубине, и разглядеть получалось лишь руки да лорнеты в виде биноклей. А вот в императорской ложе зрелище было куда интереснее. Правда, и тут мне пришлось извернуться, чтобы за ней понаблюдать. Повезло, что сзади нас никого не было.

Ух, какая красотка там сидела… Конечно, разглядеть незнакомку как следует я не смог, все же сидела она далековато, но отметил шикарное платье, точёное лицо и длинные каштановые волосы, свободно рассыпавшиеся по обнаженным плечам. Все остальное моё воображение дорисовало само. Точно какая-нибудь княжна. Кто там сейчас правит? Шуйские вроде… Кстати, за спиной красавицы стояла массивная фигура, но она скрывалась во мраке. А вот над головой монаршей особы я увидел какое-то клубящееся тёмное облако. Это ещё что такое? И в следующий миг мы с девушкой встретились взглядами. Ну или мне так показалось… Нет, точно встретились. Я не мог отвести глаз, и тут вдруг она улыбнулась и кивнула. И меня словно долбануло током. Ан-нет, это острый локоток Варвары.

– Ты куда там уставился? – подозрительно осведомилась у меня Волконская.

– Да так… – неопределенно ответил я, но разве можно обмануть эту ревнивую женщину. Она сразу просекла направление моего взгляда и, бросив беглый взгляд на императорскую ложу, тотчас отвернулась.

– Хм… – Варя, как ни странно, посмотрела на меня весело. – Это Великая княжна Софья Шуйская. Заинтересовала?

– Красивая, – коротко кивнул я. Ну а что? Чистая же правда.

– Красивая, – согласилась со мной Варвара. – Считается первой красавицей Российской Империи, – причём произнесла она это без особой зависти, попросту констатируя факт. – Её, говорят, в жены немецкому принцу сватают…

Ну круто… Я, кстати, в плане здешней политической географии мало-мальски подготовился. Изучил и заграничные страны. Ох и своеобразной же была местная география. Большую часть Европы занимала Германская Империя. Англичане торчали у себя на островах и вообще никуда не лезли, а на американском континенте единых американских Соединенных Штатов не было. Были Южные, Северные, Восточные и Западные. Так что немецкий принц – это серьёзно.

– Ну хорошо. А много детей у императора?

– Кхм… До сих пор не могу привыкнуть к твоей амнезии, Павел. Ты хотя бы в Магги глянул. Пятеро детей у него. Трое дочерей и двое сыновей. Софья Шуйская, младшая. Девятнадцать лет. Остальные сестры лет пятнадцати. И тоже красавицы. Кстати, я вроде читала, что она завзятая театралка. И, говорят, у нее какой-то уникальный магический талант.

– Какой?

– Точно никто не знает, – хмыкнула Варвара, – так что расслабься, она не про твою честь…

Разумеется, спорить с этим я не стал. Так оно и есть. Но красива… Не удержался и сообщил своей подруге о том, что видел над головой принцессы, но та подняла меня на смех. Мол, привиделось мне. И смеялась так убедительно, что я уже сам посчитал, что привиделось. Тем временем первое отделение закончилось, занавес опустился, и народ потянулся на выход…

– В буфет? – блеснул я знанием театральной «кухни».

– Их здесь шесть! – заявил Игорь. – Я уже эту тему изучил. Чем больше номер, тем дешевле, так что первые четыре мы точно не потянем…

– Это почему не потянем? – вдруг возмутилась его сестрица. – Ну и плевать, что мы из Владимира. Когда ты еще в Большой театр попадешь? Ты что скажешь, Павел?

– Да мне все равно как-то, – признался я.

Ну а что? Есть не так уж и хочется, да и вообще я мало себе представляю, что значит «не потянем» и насколько там дорого. В конце концов, просто выпью стакан воды.

– Раз всё равно, значит, пойдём в первый! – отрезала Волконская.

И мы пошли. Первый буфет располагался на третьем этаже, представляя собой образчик фразы «дорого и богато». Кругом блеск и позолота. Мы присели за мраморный столик, куда тут же подскочил, положив перед нами меню, строго одетый официант. Стоило только мне открыть этот список с блюдами, как я тут же охренел. М-да. Бокал пива – три тысячи рублей. То есть бокан пенного здесь стоит больше средней зарплаты обычного простолюдина. Нормально так… На цены закусок я бросил только беглый взгляд, поняв, что ограничусь исключительно пивом. Спутники мои тоже не шиковали. Варвара заказала какой-то непонятный коктейль, Игорь – такого же пива, как у меня. Я украдкой осмотрелся вокруг. Короче, наш стол был самым скромным… Да и плевать! Получив заказ, мы стукнулись бокалами друг с другом и выпили.

– А тебе, я так понял, представление не понравилось? – поинтересовался у меня Игорь.

– Как тебе сказать… – замялся я, – не моё. Громко, да и не понимаю я этой какофонии. К тому же слов толком не разобрать.

Брат с сестрой переглянулись. Варвара только хотела что-то сказать на этот счет, как за наш столик внезапно опустилась девушка с коктейлем в руках, бесцеремонно поставив бокал рядом с нашими. Повисла мертвая тишина, а я вдруг понял, что передо мной сидит та самая княжна из императорской ложи. Софья Шуйская.

Вблизи девушка оказалась еще красивее. Какая-то неземная. Да и платье я рассмотрел: не совсем мини, но достаточно короткое, чтобы полюбоваться стройными, изящными ножками. Блин, офигеть не встать, короче. Лица Волконских надо было видеть. Оба с изумлением уставились на гостью.

– Привет, – спокойно произнесла тем временем та, улыбнувшись. – Я Софья.

– Павел, – коротко кивнул я. Нет она, конечно, зашибись, красивая, но вот пиетета перед титулом, который моментально нарисовался на лицах Игоря и Варвары, я совершенно не испытывал. Вот не было во мне этого трепета – и всё тут. Впрочем, с другой стороны, понятно… Я с молоком матери верноподданические чувства, как те же Волконские, не впитывал.

– Варвара, – тихо произнесла моя подруга.

– Игорь, – представился её брат.

– Чем можем служить, Ваше Императорское Высочество? – выдал Игорь, и гостья сразу поморщилась.

– Давайте без высочеств, ладно? Меня вы заинтересовали, Павел, – княжна не отводила от меня своих каких-то невероятно глубоких черных глаз. – Вы же на меня смотрели, верно?

– Смотрел, – подтвердил я, – вами можно любоваться долго. Вас это раздражает?

– Нет, – вновь улыбнулась принцесса, а я снова заметил над её головой какой-то клубящийся темный сгусток. Сейчас я чувствовал, как от него исходила какая-то холодная и опасная энергия. Аж в дрожь пробило. – Вы меня заинтересовали. Вы же не москвичи…

– Извините, Софья, – не удержался я, невольно перебив Шуйскую, чем вызвал у неё смятение. Ну понятно, куда уж нам. Манерам не обучены. – Вы не обидитесь, если я скажу о том, что вижу сейчас, глядя на вас?

Варя скривила такое лицо, будто посчитала меня сумасшедшим. В глазах же Игоря, наоборот, разгоралось любопытство.

– Хм… – хмыкнула принцесса, и удивление с ее лица исчезло, сменившись заинтересованностью, а вот глаза смеялись. – Оригинально. Даже интересно. И что же вы видите?

– Над вашей головой я вижу какой-то черный сгусток, – сообщил ей я. – От него исходит опасность.

– Сгусток? – глаза моей собеседницы широко раскрылись. – Вы уверены? Скорее всего, вам показалось. Или это был такой оригинальный способ меня заинтересовать? – задумчиво посмотрела на меня княжна. – Что же, поздравляю, вы меня заинтересовали.

– Нет, ваше высочество, у вас над головой точно что-то клубится. Просто вижу это только я… и это кажется очень опасным, – на этот раз мне пришлось вложить в слова всё доступное мне убеждение. И вроде получилось. Шуйская нахмурилась.

– Вы хотите меня испугать? Но я бы тогда что-то ощущала…

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.