Михаил Дядик
Предначертанный финал

Пролог

– «Человек, занимающийся незаконной продажей спиртных напитков во времена сухого закона», восемь букв.

Я погрузился в размышления. Чтобы добраться до нужного ответа, придётся нырнуть не так и глубоко. Всего лишь пройти через скопление советов от дачников из интернета, обогнуть созвездие кулинарных рецептов, соприкоснуться с туманностью воспоминаний о вчерашнем разговоре с постоянно уменьшающимся количеством людей и в конце концов через червоточину попасть к остаткам передачи об истории США в период ХХ века. Там мне и приходилось слышать подобные словосочетания.

Пару минут и готово.

– «Бутлегер», – произнёс тихий хриплый голос.

На сегодня мною было принято решение закончить, так как к десяти вечера голова отказывалась адекватно работать. Ко мне опять пришла мысль о походе к врачу, но я быстро отогнал её, потому что знал – деньги нужнее сейчас и отдавать их кому-либо не собираюсь. Мёртвым грузом на мне висит ремонт моих старых жигулей, которые, видимо, стремясь быть похожим на их водителя, приходят в негодность. Эта мысль дала повод для слабой улыбки.

За этими размышлениями даже не заметил, как инстинктивно снял покрывало со скрипящей кровати и положил на неё большую подушку, готовясь ко сну. Но лечь я не успел: ночная тишина нарушилась непонятной суматохой во дворе. Немного прислушавшись, стало понятно, что это кудахчут мои куры. Мне не хотелось тратить время на обдумывание причин такого беспокойства скотины, поэтому я сразу же пошёл наружу, вооружившись стоявшими снаружи, у входной двери, граблями. Мысленно поблагодарив себя за то, что забыл убрать их в сарай, иначе мне пришлось бы тратить гораздо больше времени на поиск хоть какого-нибудь оружия, я направился к курятнику.

Самое страшное, что там могло происходить, это нападение диких зверей или сбежавших с чужого двора собак. Если это действительно будет псина, то сомнений в том, что это Комаровы опять напились и отпустили животину погулять, у меня не останется.

Такими темпами прогнав копившуюся весь вечер дрему, я по грунтовым дорожкам дошёл до курятника, находившегося справа в десяти метрах от дома. Оглянувшись и удостоверившись, что мною не было затоптано ни одной магнолии, которые сажала моя жена, пока ещё была жива, я отворил старую деревянную дверь, дотянулся левой рукой до выключателя и зажёг свет.

Не успев до конца осознать, что произошло в курятнике, я бросил грабли, схватился обеими руками за грудь, чувствуя сильную боль в области сердца, попытался вдохнуть воздух, в то время пока медленно сползал по углу дверного проёма. Перед глазами начали быстро всплывать картинки далеко ушедших лет, пока снаружи становилось все темнее, темнее и темнее.

Глава 1. Добро пожаловать

– Мам, долго ещё ехать? – с усталостью спросил я.

– Минут десять-пятнадцать, – стараясь меня ободрить, сказала мама.

Эта информация вселила в меня немного радости, ведь за два часа езды на машине я чувствовал себя не очень и хотел быстрее сойти на твёрдую землю. За последние годы моя непереносимость поездок увеличивалась в какой-то прогрессии (эта тема в школе была мною усвоена плохо, поэтому арифметическую и геометрическую прогрессию я постоянно путаю). Это даже вынудило родителей купить специальные таблетки, которые, правда, сильного эффекта не имели, однако от них всё-таки становилось легче.

Как только вдали замелькало что-то похожее на деревенские дома, я достал из кармана телефон, купленный два месяца назад на моё пятнадцатилетие, включил переднюю камеру и начал осматривать себя – хотелось предстать перед бабушкой и дедушкой в адекватном виде. Прыщ, докучавший мне последнюю неделю, почти полностью исчез, что меня также обрадовало, ведь на фоне значительного количества своих собратьев он выглядел совсем уж вопиюще (тем не менее прыщавым меня никто не называл). Я перевёл взгляд на зачёсанные в две стороны тёмные волосы, перескочив через зеркальца карих глаз, отражавших послеобеденное солнце.

Внешний вид был довольно сносный, поэтому, чтобы дальше не давать глазам фокусироваться на экране, тем самым повышая уровень моей тошноты, я быстро убрал телефон обратно и уставился в окно.

Перескакивая, как обычно, взглядом с одного дерева на другое, затем скользя по проводам ЛЭП, я заострил своё внимание на зелёном длинном холме, который хоть и был не слишком высоким, но вместе с деревьями, поросшими на нем и обозначавшими начало леса, все же закрывался от стремления любопытных глаз посмотреть, что же находится за ним.

Взор был оторван от холма вместе с поворотом автомобиля. Теперь за окном замелькали когда-то увиденные мною в глубоком детстве небольшие домики с треугольной крышей. Чем дальше мы ехали по шоссе, тем разнообразнее становилась картинка. Вот одноэтажные и двухэтажные дома начали разбавляться старыми бараками, в некоторых из которых ещё жили люди. О них обычно в положительном ключе здесь никто не говорил. Понемногу начинали виднеться яркие вывески продуктовых магазинов. Мне даже удалось заметить какое-то кафе! Название было написано заглавными буквами, и пока я пытался вглядеться в каждую из них (так как название не было похоже ни на одно известное мне слово), машина опять повернула. Мы съехали с основного шоссе, вдоль которого располагалась большая часть села, оставив за собой невиданные для любой российской деревни элементы инфраструктуры – полицейский участок, поликлиника, пожарная станция, церкви, несколько детских площадок, огромный дом культуры и, как я уже упоминал, кафе.

За все это село уже можно было отнести к посёлку городского типа, но такого пока что не случилось. Возможно, это хитрый манёвр местной администрации для того, чтобы это место из села сразу стало городом. Хотя, конечно, я и не представляю, зачем им может это понадобиться. В общем-то, мне было это и не сильно интересно. Подобных странных теорий насчёт всего вокруг я всегда выдвигал на будь здоров, чем порой сильно докучал родителям.

Моё сознание ожило после того, как я увидел знакомый одноэтажный домик, значительно изменившийся с момента моего последнего приезда много лет назад. Стены из покосившегося старого кирпича стали выглядеть по-новому из-за пластикового покрытия дома, которое имитировало доски. Окна тоже стали пластиковыми, старый побитый шифер куда-то исчез. Была исправлена куча мелких шероховатостей и неровностей, благодаря чему создавалось ощущение, что дом был совсем недавно построен.

Вот машина остановилась, и нам открыли ворота. Медленно мы въехали на красивую лужайку. Выйдя из автомобиля, я сразу же уставился на редко застигаемую мною красоту гармонии природы и человека.

Помимо отремонтированного дома, появились длинные клумбы с цветами, посаженных вдоль крыльца. Эти же растения выделяли бетонную дорожку, которая вела от места нашей стоянки прямо ко входу. В ракурс моего взгляда также попали: широкие качели, несколько высаженных молодых деревьев и вход в огород, что опоясывал дом с трёх сторон света, оставляя немного места для тех, кто захочет заехать сюда на машине в гости.

Услышав не сильно приятные и не очень тихие звуки запирания створок ворот, я обернулся и увидел, как родители уже вовсю болтают с дедом. Пока у них начинался этап бартера, во время которого разные штуки для хозяйства, которые было здесь не достать, обменивались на банки засоленных огурцов и помидоров, кассеты с куриными яйцами и бог знает, чем ещё, я прошёл на крыльцо, на котором сидела моя бабушка. В лице она почти не изменилась. Седые волосы уже понемногу проглядывались через её пышную причёску, которую она, как и подобает, укладывала лаком. Её зеленовато-серые глаза стали, как мне показалось, чуть тускнее за прошедшие годы. Ноги и руки чуть отекли, но выглядели вполне дееспособными. Морщин стало чуть больше. Последние разгладились, как только она меня увидела:

– Ох, кто же это к нам пожаловал? Неужели Андрейка приехал, а? Иди ко мне, дай-ка я тебя посмотрю! – её голос и лицо выражали сильную радость.

– Привет, бабуль! Давно не виделись с тобой. Ты как тут поживаешь? – не без ответной радости в голосе спросил я.

– Ах, Андрюш, какой ты высокий стал! Деда уже нагнал, наверное. Правда ты теперь как спичка. Ой, надеюсь, откормим тебя. Будешь на человека хотя бы похож.

– Не надо, мне и так хорошо. Спасибо, бабуль. Так как дела-то у вас всё-таки?

– Дела, дела. Да, все потихоньку. Вот, как видишь, отделали тут все, пока тебя не было. Что снаружи, что внутри. Сказка теперь! На огороде работаем, кроссворды разгадываем. Вон, яички передадим твоим родителям, овощи всякие.

– Я же тут ещё надолго.

– Ну так, а папе с мамой не надо ничего полезного есть? Пусть хотя бы маленько, да от магазинной еды откажутся. К твоему отъезду на огороде ещё много чего народится, не переживай!

Я почувствовал небольшое чувство стыда за глупый вопрос, но благо оно быстро сошло на нет.

– Ну что, Рая Николаевна, как поживаете? Как хозяйство, идёт? – в разговор вступил перетаскавший все продукты в багажник машины папа.

– Да ничего, трудимся! А у вас как в городе? Как работа? – поинтересовалась бабушка.

– Трудности есть, но пока справляемся. Главное бы под сокращение не попасть. А там тогда все хорошо будет. Ну ладно, черт бы с ней, с работой! Мы, вон, похвастаться другим можем – Андрей с двумя четвёрками год закончил.

– Вот это молодец. Я и не сомневалась в его умной головушке. А по каким четвёрки-то?

– Английский и физкультура, – с досадой произнёс я.

– Ну ничего. Язык врагов выучить успеешь ещё, все лето впереди. А вот физкультура это да, надо хорошенько поработать. Вон, спичка сидит! Какая же тут пятёрка? – предательски ответила бабушка.

– Ну ладно вам! Зато не толстый. Хороший паренёк, – к разговору присоединился дедушка.

– О дедуль, привет! – я встал, сделал несколько шагов в его сторону, и мы пожали руки. – Как дела у тебя?

– Да все ничего. Рая тебе уж рассказала все, я думаю. У тебя, как слышу, тоже неплохо? – изо рта у него пахло сигаретами.

– Да, тоже ничего, – немного отстранившись, сказал я.

Дальше разговор перешёл на взрослые непонятные мне темы, которые иногда касались и меня. Через двадцать минут бабушка принесла запечённую картошку с мясом и за трапезой насыщенные разговоры продолжились. Так пролетели три часа. Опомниться я не успел, как створки ворот закрылись, и серая лада скрылась за поворотом грунтовой улицы.

В последний раз я бывал здесь в возрасте лет восьми или девяти. Ездить сюда было довольно далеко, так как жили мы в соседней области от сюда. Помимо этого, на низкой частоте поездок сказывался рабочий график родителей, денежные трудности, в общем, каждый раз находилась причина, почему я сюда не поеду. Хотя на самом деле мне казалось, что у мамы и папы есть некоторый конфликт с бабушкой и дедушкой, о котором я не знаю.

На меня накатила лёгкая тоска. Шум города менее чем за сутки сменился тишиной и благоденствиями природы. Наедине с собой сильно скучать мне не приходилось – меня занимали книжки, фильмы и, конечно, развлекательные ролики в интернете, но гулять с кем-нибудь и общаться мне было все же значительно интереснее. Поэтому первым делом я поспешил написать друзьям, которые приезжают сюда каждое лето, и узнать, когда они будут здесь.

Переписка в социальной сети, призванная избавить меня от подавленности, лишь усилила её. Из двух десятков сообщений стало ясно, что пройдёт как минимум неделя, а то и две, прежде чем я смогу увидеть их лица. В подробности они меня не посвятили, но, скорее всего, у них что-то с учёбой. Как и всегда.

Лишения вынудили меня адаптироваться – пришлось отправиться на детскую площадку в поисках если не новых друзей, то хотя бы временных знакомств. Узнав от дедушки, где она находится, я сел на свой старый и слегка маловатый для моего возраста велосипед и отправился к месту назначения. По приезде мою душевную безмятежность нарушила типичная сцена из любого американского фильма про подростков, школу и все такое: на небольшом лужке, где и располагалась площадка, находились люди чуть старше меня в спортивных костюмах. Они окружили какого-то мальчика и, как мне удалось понять, вели с ним беседу на повышенных тонах. До рукоприкладства пока что не дошло. Мне безусловно хотелось помочь ему, но я не обладал ни достаточной физической силой, ни развитой харизмой, чтобы убедить их отстать он него.

Видимо, взгляд все же имеет какую-то силу и энергию, иначе объяснить то счастливое обстоятельство, при котором все стоявшие парни практически в один момент обернулись на меня, невозможно:

– Эй, малец! Как звать тебя? – в мою сторону обращалось быдло.

– Андрей, – тихо ответил я, бубня себе под нос.

– Чего? Не слышу! Давай, езжай сюда!

Я, конечно, осознал, в какое отвратительное положение попал, но делать было нечего. У них были велосипеды – попытка к бегству имела низкие шансы на успех.

Съехав с дороги и прикатившись к площадке, я аккуратно положил велосипед и повторил ответ на заданный вопрос:

– Андрей! – уже выкрикнул я.

Тут я совершил очевидно глупую вещь. Не дав сильно загорелому парню с короткой стрижкой задать следующий вопрос, мною был задан другой: «А что вы, кстати, делаете с тем мальчиком?».

Эти слова касательно сидевшего на скамейке паренька задели всех присутствующих здесь хулиганов. Их взгляды приняли суровый вид, и мне показалось, что вот-вот начнётся перепалка. Но, на моё удивление, они лишь что-то буркнули друг другу, сели на велосипеды и уехали.

Хоть в этот момент я мысленно и выдохнул, однако в то же время понимал, что встреча с ними мне ещё предстоит. И не одна. Но вот когда, а самое главное в каком месте, надеюсь, останется для меня загадкой.

Мой взгляд переместился на сидевшего на скамейке мальчика. Он был, как я смог определить с десятиметрового расстояния, примерно моего роста и такой же худой. Из одежды все было под стать погоде: красные шорты и синяя футболка с надписью на английском языке. Мною было принято решения первым начать контакт:

– Привет! Тебя как зовут?

– Егор. А тебя как? – зазвучал его голос, что был немного выше моего.

– Андрей. Приятно познакомится, – я стеснялся. – Что с тобой случилось? Кто это был?

– М-местные, скажем так. А со мной все хорошо, спасибо. Они уже не первый раз пристают, но, слава богу, н-не трогают.

– А за что же они тебя так донимают?

– Да так. Ничего особенного. Просто однажды я им чем-то не угодил, теперь, вот, р-р-р…тьфу! Развлекаются, – на его лице было заметно смущение.

– М-да… печально, конечно, – тут я цокнул языком, – ничего не скажешь.

– Ну, никто н-н-не пострадал и отлично. Правда ведь? – с уже повеселевшим голосом сказал Егор.

– Тоже верно, тоже верно…

– Будь поосторожнее. Мне кажется, ты с ними ещё встретишься.

Внутри меня что-то испытало негодование после этих слов – ведь я уже сам пришёл к этому выводу. Мне не надо повторять это. Но так же, как это чувство появилось, оно и ушло, ведь этот парень не хотел ничего плохо, а только предостерёг меня. Последняя мысль так и осталась в голове, принеся с собой что-то приятное и тёплое.

В воздухе повисла неловка тишина, которую я сильно не люблю, ведь в таком случае велик шанс, что новый разговор начинать придётся мне. Но все же, я пересилил себя и спросил:

– Чем ты увлекаешься?

– Ну, так… Не знаю, – как будто виновато ответил Егор.

– Ну как же? Все ведь чем-то увлекаются. Давай я по-другому сформулирую вопрос: «Что ты делаешь в свободное время?».

– Видео смотрю разные, гуляю вот тут с друзьями. Их хоть и н-немного, но тоже ничего.

– Ну хорошо, а предметы какие нравятся в школе, допустим?

– Да, н-н-никакие особо.

После этих слов я испытал внутреннее разочарование, которое, похоже, мне удалось скрыть от собеседника. Вызвано оно было отсутствием перспектив в общении на интересующие меня темы. Ведь Егор мало того, что не увлекался ни географией, ни обществознанием или чем-либо с ними связанным, так он, судя по разговору, вообще ничем не увлекался. Мне всё-таки удалось погасить огорчение, ведь в конце концов ещё был шанс на то, что он смотрел те видео и фильмы, которые смотрел я. Потенциальная возможность завести интересный диалог ещё сохранялась.

– Егор, а ты…

Ещё толком не начавшийся разговор был оборван двумя выстрелами из какого-то огнестрельного оружия не очень далеко от нас. За ними последовал пронзительный женский крик. Мы оба дёрнулись, а затем побежали туда, где, по нашим предположениям, прозвучала пальба.

Глава 2.Череда неслучайных встреч

Выстрелы, как оказалось, прозвучали дальше, чем мы думали, из-за чего нам пришлось немного поплутать среди грунтовых и заасфальтированных улиц. Место было наконец замечено нами из-за скопившегося там народа. Зайдя через калитку и обогнув стоявших людей, я был готов увидеть убитое животное или даже человека, но обнаружил пенсионерку, которая обмахивала себя платком и пила принесённую ей только что воду из кружки. Через пару мгновений появился, как мне удалось догадаться, виновник торжества, державший в руках злосчастную двустволку.

Подтянув Егора за руку ближе к себе, дабы обеспечить ему более широкий обзор, я попросил его быть потише, так как начался разговор между пришедшими и дедом, что стоял с оружием. Первым в диалог вступил полноватый мужчина лет пятидесяти, что был одет в типичную для любого дачника одежду:

– Андрей, что у вас тут случилось?

Услышав своё имя, я испугался, что нас заметили и хотят выгнать отсюда, но как только дед с оружием начал отвечать, у меня отлегло:

– Юморная ситуация, вы не представите никогда такую! Сейчас я все вам объясню, что случилось.

Галдёж в толпе прекратился.

– Делаю я обход дома. Ну, для пущей безопасности, знаете. Обхожу свинарник с другой стороны от входа и слышу, там кто-то копошится! Я на фоне происходящих событий и подумал, что эта тварь совсем страх потеряла и уже вечером приходить стала. Ну я и приготовился палить на поражение. Только подхожу, как Тамара оттуда выходит! Да так резко, я сам аж испугался и выстрелил! Слава богу, успел двустволку отвести в сторону, а то жену свою, – тут он немного просмеялся, – грохнул бы! Она и давай орать, что есть дури. Тут и вы все сбежались. Такие вот дела. Все у нас хорошо, все целы. Ложная тревога, как говорится, – он ещё несколько раз хихикнул и пошёл продолжать разговор с другими, незнакомыми мне людьми.

Пока я переваривал в голове сказанное дедом и цеплялся за слова «тварь», «страх» и «безопасность», люди стали расходиться. Мы отошли в сторону, чтобы не толпиться у калитки.

– Ух, как же я испугался, – сказал тихим волнующимся голосом Егор.

– Я тоже дёрнулся сначала, как выстрелы услышал. Испугался ещё, когда этот мужик «Андрей» крикнул. Думал, меня зовут, – тут я улыбнулся, но моего настроения Егор не разделял, – ты чего, кстати? Все же нормально, не умер никто. Все вон живы-здоровы.

– Ну… я н-не знаю. Испугался просто сильно. До сих пор сердце колотится.

– Мы можем сходить в магазин, если ты хочешь. Я могу взять тебе чего-нибудь. Насколько я знаю, приём пищи помогает успокоиться.

– Д-да нет, ты чего. Все нормально, я как-нибудь сам справлюсь, все хорошо, отлично, – все ещё волнующимся голосом говорил собеседник.

Я не хотел настаивать, но сам видел, как он сильно разволновался. Желание помочь задушило жабу, которая до этого душила меня.

– Ничего страшного, мы что-нибудь недорогое возьмём. Так что все, пошли!

Тихо проговорив «ладно» и «спасибо», он направился за мной к выходу. Небо к этому времени заволокло тучами, и мы, ускорив шаг, направились к ближайшему магазину. Путь к нему показывал Егор.

– Ты тут не часто бываешь? – спросил успокоившийся теперь собеседник.

– Нет, к сожалению или к счастью. Я живу далеко отсюда, поэтому езжу сюда редко. В последний раз был здесь вообще несколько лет назад.

– Понял. Я, кстати, так и не спросил в тот раз: «А чем ты увлекаешься?».

– Из школьных предметов: обществознание и география. А так ещё изучаю все подряд, что интересное попадётся. Книжки почитываю, фильмы посматриваю иногда. Монетки коллекционирую. Правда в последнее время я немного забросил это дело.

– Круто. А…что читаешь?

– Мистику люблю. Но больше фэнтези всякое. Ну, знаешь, про драконов, магов, рыцарей и так далее. Ты «Хоббита» или «Властелина Колец» смотрел?

– Нет. Это про что?

– Про фэнтези как раз. На досуге глянь как-нибудь. Потом сможем обсудить.

Такими темпами мы пришли к одному из местных магазинов. От Егора я узнал, что здесь сладкое дешевле, чем в других. Он, как и я, был озадачен данным вопросом внутренней конкуренции между торговыми точками в пределах одного посёлка.

Сам магазин представлял из себя старое кирпичное здание со старыми деревянными заколоченными окнами по бокам, большой железной дверью у входа и скатной крышей. Скорее всего, раньше в этом здании было что-то другое. Внутри он выглядел немного лучше: тут был виден лёгкий косметический ремонт. Трещины в штукатурке и в плитке на полу были замазаны. Витрины и холодильники были неновыми, но смотрелись хорошо. Из-за стойки на нас поглядывала морщинистая продавщица в фартуке.

Пока мы выбирали товар, в помещение зашёл полицейский. В званиях я не разбирался и сказать, кто это, не мог. Лицо у него было осунувшимся, и вскоре мне стала понятна причина. То, зачем он сюда пришёл, оказалось двумя бутылками пива. Во время этой сделки я узнал и его имя – Владимир.

Егор пробормотал что-то себе под нос, из-за чего мужчина обратил на нас внимание. Я быстро отвёл взгляд, но ему было понятно, что я его рассматривал. Стремясь завершить неловкую ситуацию, мы встали за ним в очередь. Пара минут, и нам пробили шоколадку, которую съели напополам на ступеньках у входа. Владимир к этому времени уже сел в свою машину и уехал. Жил он, судя по марке машины, небогато.

Мы ещё немного поболтали ни о чем и решили расходиться, так как вдали начал греметь гром. Благо маршрут я запомнил и быстрым шагом направился домой.

Как только мы с ним расстались, в голову опять полезли заглушённые до этого походом в магазин и разговорами мысли. Что тот дед подразумевал под словом «тварь»? Здесь кто-то завёлся? Странно ведь ходить с двустволкой вокруг дома. На моих волнениях старалось играть все вокруг: пасмурное небо, подходившее все ближе к ночи время суток, какие-то странные люди, трески и этому подобное, чему раньше я не уделял особого внимания. Моя рациональная часть сознания старалась убедить, что вокруг все нормально и я просто опять накрутил себя, как после просмотра фильма ужасов, когда стул с одеждой кажется чудовищем.

Вот-вот здравый смысл начал пересиливать беспочвенные страхи и сменяться логическими рассуждениями, как произошла неприятная ситуация, которая свела все старания на нет.

Дом находился в середине улицы, на которую я только что свернул с шоссе. Она являлась неким отростком и уходила от основной дороги вбок. И все бы ничего, да только на съезде к моей улице росло большое количество деревьев и кустов. Таким образом, справа и слева от меня оказались массы зелёной растительности, которая в моем положении внушала мне страх. Уговорив себя, что ничего здесь случиться не может, я двинулся через своеобразный тоннель, образованный кронами высоких дубов.

Между скоростью и бесшумностью я выбрал второе и зашагал медленнее. Ускоряться было боязно, а потому, навострив уши и глаза, начал переносить ноги с одного участка земли на другой, стараясь преодолеть как можно большее расстояние за один раз.

Тут я замер в оцепенении. Дыхание остановилось на вдохе. Я судорожно перевёл взгляд. В кустах справа от меня послышались шорохи листьев. Хотелось верить, что мне послышалось, и сейчас я просто постою здесь, уверую в то, что мне и правда показалось, и пойду дальше. Но нет. Кто-то начал двигаться в мою сторону. Ситуация накалялась. Я начал слышать стук сердца. Оболочка глаза стала влажнее из-за притока слез. Нужно было бежать отсюда, что бы это не оказалось на самом деле, но мне было страшно издавать звуки. С другой стороны, стоять было ещё хуже, ведь я даже не предпринимаю никаких попыток вырваться из опасной обстановки. Простояв так несколько секунд, хотя, как мне показалось, прошло намного больше, я все же решил бежать. Три…два…один, вперёд!

Приложив некоторые усилия, я сдвинулся с места и через несколько секунд оказался под открытым небом, оставив страшный тоннель за собой. Остановившись, я с интересом обернулся. Мой страх сменился стыдобой и небольшим смешком. «Надо же было так испугаться!». Из кустов вышла белая собака размером со взрослого лабрадора. В породах я не сильно разбирался, но черты, полученные как от овчарки, так и от других пород, заметить смог. Обычная дворняга, ничего такого. По её виляющему хвосту я понял, что зла она мне желать точно не могла. Немного погладив так напугавшее меня животное, я со спокойной душой направился к дому.

Глава 3. Облачно без прояснений

– Да куда уж, конечно! Нашла чему верить! – послышался голос деда.

Крик с крыльца, будто клинок, моментально оборвал нить еще теплящейся дремы. Не так, конечно, я планировал начать утро. Да и не в это время. Еще немного повалявшись в кровати, чтобы дедушка не чувствовал себя виноватым из-за моего раннего пробуждения, я в конце концов встал.

Совершив типичный утренний ритуал из небольшой разминки, легких спортивных упражнений и водных процедур, направился к крыльцу, где еще не успела утихнуть разбудившая меня беседа, из-за боязни пропустить которую мне даже пришлось отложить завтрак. Я сделал шаг за порог, энергично здороваясь:

– Доброе утро!

– Доброе, доброе! – сказала бабушка.

На крыльце стоял большой стол, за которым сидели бабуля с дедом, а также незнакомое мне лицо, по-видимому, являвшееся соседкой. Я сел на стоявшее рядом старое кресло:

– Ты уже позавтракал, Андрюш? – с добротой в голосе спросила бабушка.

– Нет еще, я чуть попозже. Пока не хочу. Зарядку сделал разве что и постель заправил.

– Вот молодец! Когда пойдешь завтракать, возьми оладьи в холодильнике.

– Понял, бабуль, спасибо, – я перевел взгляд на гостя – Здравствуйте, кстати.

– Привет-привет! – голос у нее был задорный, да и выглядела она молодо. – Как ты вырасти успел! Давно же тебя тут не было! В каком классе учишься?

– В девятый перехожу. Учусь хорошо, на одни пятерки, – последнее предложение я произнес с некоторым смущением.

– Ого! Ну и отлично. Соскучился по бабушке с дедушкой-то? – продолжала соседка.

– Конечно! За столько-то лет отсутствия меня здесь.

Это было не очень вежливо, но я напрямую спросил:

– А как у Вас дела? О чем вы тут болтаете? – я почувствовал на себе порицательный взгляд деда.

Первой ответила соседка:

– Да дела неплохо. А обсуждаем-то? Ну…

– Скот тут тырит по ночам кто-то уже не первый день, – прервал ее дед, – у Симоновых и Корневых точно знаю, украли несколько кур и гусей. А у Сорвина даже инфаркт случился! Пошел проверять, что у него там происходит в курятнике, открыл дверь и там же упал насмерть. Что там увидал – не знаю. Теперь вон, все село ходит с оружием. Свои хозяйства охраняют от этой твари.

– А что за «тварь»? – я выделил последнее слово.

– Тоже не знает никто, – продолжила уже бабушка, – зверь какой лесной или кто ли. Знают только, что умнее он с каждым разом становится. Все лазейки новые находит. На старые ловушки не ведется уже.

– На мою поведется, – с ухмылкой сказал дед, – уже несколько дней у нас капкан стоит в курятнике. Я с внешней стороны дыру сделал и листом металла заложил. Если уж тварь такая умная, по простому пути пойдет и отодвинет его. А там только лапу сунет и опа! В ловушке будет сидеть. А пока он там будет, я прибегу и дело с концом.

– А как же ты узнаешь, когда он в капкан попадет? Не будет же он там до утра сидеть? – продолжал спрашивать я.

– Так это не проблема! Я там ниточку протянул и банки повесил. Услышу их звон.

Хитрая конструкция дедушки меня приятно удивила:

– Ого! Умно ты придумал!

– Хе, а то! В деревне жить будешь, многому научишься! – улыбнулся он.

Через пару минут разговор снова ушел в русло взрослых, и я понял, что интересные для меня вещи закончились. Это совпало с пробуждением аппетита, и мой желудок заставил направиться на кухню. Пока я трапезничал, дедушке, видимо, стало скучно с женской компанией, и он направился в соседнюю от меня комнату, где через пару мгновений послышался треск включающегося телевизора, а за ним монотонное бормотание.

Придя в зал за телефоном, чтобы взять его с собой на прогулку, я остановился послушать прогноз погоды, который так удачно попался на телевизоре:

– В Свердловскую область пришел арктический циклон, принесший с собой обильные осадки, которые будут выпадать на протяжении всей недели. Средняя температура воздуха снизится до двадцати градусов по цельсию. Возможны порывы ветра до пятнадцати метров в секунду.

Погодка не сахар. Главное, что стоило вынести из этого выпуска. В этот момент я был благодарен маме за то, что несмотря на мои отговорки, она все же положила мне с собой теплые вещи.

На улице по совпадению стало холодать. От утреннего тепла через час не осталось и следа: небо заволокло тучами. Изначально я хотел немного прогуляться по улице и пойти домой, но мои планы изменил сидевший на площадке Егор, который как будто меня и ждал:

– О, Андрей, привет! – встретил меня радостный голос.

– Привет, Егор, – от меня такой же ответной радости не исходило, так как гулять мне сейчас не хотелось.

– К-как дела у тебя?

– Да ничего, все хорошо, – тут я перевел взгляд на небо. – Дождик наклевывается. Боюсь, сегодня гулять мы долго не сможем.

– Да уж, согласен… А что насчет того, чтобы пойти ко мне в гости?

Его предложение меня сильно удивило, ведь мы еще толком не знакомы, а он приглашает меня к себе в гости. Хотя в плохую погоду я и люблю гостить у друзей, но в данном случае Егор еще не полностью вписался в мое понятие друга. Второй проблемой выступало то, что, следуя своему стремлению наводить справедливость везде, где только можно, я должен был в будущем пригласить и его в гости. Но тут проблема состояла не сколько во мне, а столько в бабушке, которая не любила видеть чужих людей на своей территории. Тем не менее я решил, что раз уж предлагают, отказываться будет странно, да и в конце концов дома все равно не очень-то и интересно сидеть.

– Ну ладно, Егор, пошли. А у тебя родители дома?

– Мама дома. Но она очень добрая, поэтому можешь не волноваться, – спешил успокоить меня Егор.

– Ну и хорошо тогда. Идем?

Его дом находился на краю деревни, поэтому путь был относительно долгим. Он также немного затруднялся тем, что Егор не мог толком назвать расположение, из-за чего у меня несколько раз создавалось ложное впечатление, что мы на месте.

Дойдя, наконец, до пункта назначения и увидев место жительства моего нового знакомого, я испытал некоторую жалость к самому дому. Он, хоть и был построен относительно недавно, стоял в самом конце последней улицы. Часть его окон выходила на бесконечные поля, поэтому мне казалось, что если бы он был живым, то несомненно пропускал бы все веселье и всегда оставался одинок.

Это чувство начало разбавляться, как только мы преодолели калитку. Оставив за собой красивый белый забор из металла, имевший достаточные для обзора всей улицы прогалы, прошли по забетонированной дорожке, вдоль которой росли, как и у нас во дворе, различные цветы. Названия некоторых из них даже мне не всегда удавалось выговорить с первого раза.

Далее пройдя через развилку направо (слева располагался сарай и что-то похожее на курятник), мы подошли к крыльцу, где уже вилял хвостом темного окраса дворовый пес среднего размера. Около него прямо под открытым небом стоял старый деревянный стол, и валялась куча всякого хлама как на нем, так и около него. Вход в одноэтажную постройку со скатной крышей был украшен двумя резными деревянными статуями высотой около метра. Они изображали собой мифических существ, которые, вероятно, должны были обозначать хозяина как гостеприимного человека. Статуи были старыми, что вкупе с тем, как быстро мы вошли в дом, не дало распознать в них хоть кого-либо из известных мне зверей.

Пройдя через прихожую и повернув в сторону зала, мы заглянули на кухню, где во всю трудилась мать Егора – Вера. Она угостила чаем с плюшками и стала разговаривать с нами на различные темы. По первому впечатлению она была очень доброй, гостеприимной и хозяйственной (статуи не обманули). Подойдя к мойке, чтобы положить туда бокал, краем глаза я увидел большой лист, прицепленный к холодильнику магнитами. Разобрать на таком расстоянии, что на нем написано, было проблематично, но мне удалось выцепить несколько слов, которые четко дали мне понять, что Вера – довольно целеустремленный человек (или пытается такой быть).

Все сложилось вместе: ее лишний вес и график питания, который возглавляло слово «Диета», написанное яркими фломастерами. Она пытается похудеть.

Размышления о лишнем весе другого человека не были мне сильно приятны, а поэтому я поспешил покинуть вкусно пахнущую кухню и отправиться в личную комнату Егора, где он меня уже ждал. В ней был пусть и не хаос, но довольно заметный бардак. Мои родители бы охарактеризовали разбросанные по дивану и столу вещи не иначе как «взрыв на макаронной фабрике». Я решил не плеваться от увиденного, по крайней мере вслух, так как посчитал это не очень вежливым жестом в отношении своего знакомого.

Пока он включал свой видавший виды ноутбук, дабы что-нибудь посмотреть, я решил побродить по комнате и произвести тщательный осмотр помещения в духе Шерлока Холмса. Начать я решил со стола, стоявшего в углу комнаты. На нем, как я уже успел подметить, был бардак (слова творческий беспорядок я не признавал): в одну кучу были навалены какие-то машинки, ручки, тетради, органайзеры, линейки, монеты и еще бог знает что. Переведя взгляд выше, увидел лежавшие на полках книжки. Они были довольно старыми и вряд ли открывались хозяином этой комнаты. Только я хотел полетать в облаках и похвалить себя за то, как много я прочел за последнее время, как тут же упал обратно на землю, вспомнив процентное соотношение купленных и прочитанных произведений. Миновав шкаф, в который заглядывать было слишком нагло, я отправился к тумбочке с телевизором. В ней сквозь прозрачные дверцы виделась фарфоровая посуда и другие красивые безделушки. Пройдя дальше, я чуть не ударился об еще одну полку, на которой стояли несколько фотографий. На одной был изображен маленький Егор, на второй его, видимо, брат, а на третьей мужчина лет сорока в костюме и с короткой стрижкой. Через пару секунд я пожалел, что так активно вглядывался в эту фотографию:

– Это мой папа, – одернул меня Егор. – Он умер в прошлом году, – в его голосе послышались нотки грусти.

– Оу… – я растерялся, – соболезную. Извиняюсь, что напомнил об этом. Я не знал.

– Д-да, все хорошо. Я уже свыкся. Когда папы не стало, было тяжеловато, конечно. Но ничего. Зато я стал хотя бы иногда к бабушке своей ездить, а то до этого мама почему-то не разрешала.

Чтобы как-то погасить чувство стыда я решил рассказать Егору немного и о своих родственниках:

– У меня вот бабушку в позапрошлом году схоронили. Мне тоже было не очень. Но тебе, наверное, было все же хуже, чем мне. Слава богу хоть дедушка остался. Ну и родители, конечно.

Проговорив последние слова, я понял, какой же я идиот. У него нет папы, а я напоминаю ему о родителях. Но дальше мне стало еще более стыдно:

– А у меня и деда нет. Он уже д-давным-давно умер, когда я еще маленьким был. Я его и не видел почти. Только чуть-чуть лицо его помню.

Ситуацию надо было срочно исправлять и переводить тему. Я начал было рассказывать что-то несуразное, как Егор меня перебил:

– Стой. Ты сказал, что твою бабушку похоронили? А это как?

– Ну…э… В смысле «это как»? – вопрос поставил меня в глубокий ступор.

– Что значит «похоронили»? – он вновь задал странный вопрос.

– Ну, положили в гроб и закопали. Надгробие поставили, огородили. На кладбище, – все еще не понимая шутка это или нет, ответил я.

– Аа, понял. Да, я слышал про такое где-то, – как ни в чем не бывало сказал Егор.

– А… Твоего папу не хоронили? – уже резвее спросил я, ожидая услышать что-нибудь про крематорий.

– Нет. Он исчез просто. Сначала мама сказала, что он ушел от нас, а потом сказала правду, что он утонул и его тело не нашли, – тут он резко остановился и перешел на шепот. – Мама просила не говорить никому об этом, ладно?

– Хорошо… – я снова впал в ступор.

Мы просидели у Егора до вечера, просмотрев несколько видео и первую часть трилогии Хоббита, которая моего знакомого, видимо, не очень заинтересовала.

Идя домой, мне не давали покоя сказанные Егором слова. Если тело его отца не нашли, тогда почему они подумали, что он утонул? Ведь в таких случаях людей объявляют пропавшими без вести. И к чему такая скрытность? Что в этом такого, что другой человек узнает, что умер твой родственник?

Глава 4. Затишье перед бурей

Проснулся я, как и вчера, от суматохи во дворе, но в этот раз встал в удовлетворительное для себя время. Сегодняшние события на улице были гораздо интереснее.

Выйдя на крыльцо, я увидел несколько полицейских и тут же спрятался обратно в дом. Еще раз вышел уже через пару минут, приведя себя в более достойный вид. Один страж порядка беседовал с бабулей, а другие, видимо, находились в курятнике вместе с дедом, которого я распознал по голосу. Меня крайне интересовало то, что тут происходит и в поисках информации подошел к своей бабушке. Дождавшись затишья в их беседе, я поспешил встрять в разговор:

– Доброе утро, бабуль, – я перевел взгляд на взрослого мужчину, которого мне уже доводилось видеть в магазине. – Здравствуйте.

– Здравствуй, – ответил мне грубый прокуренный голос.

– А что тут случилось? – я обратился к бабушке.

– К нам этой ночью тварь попыталась залезть, но, на счастье господа бога, твой дед там капкан поставил. Да ты и помнишь, наверное. Она и попалась, видать, раз уж все куры и утки целы. Там вон милиция в курятнике осматривает все вместе с Витей.

– Ты только пока не ходи туда. Они осмотрят, сами сюда придут и расскажут, что тебе интересно, – предостерег меня от потенциальных действий Владимир.

– Без проблем. Я тогда посижу там пока, – мой палец указывал на кресло около входа.

– Да, иди пока. Сейчас я Владимиру Михайловичу договорю кое-что и завтрак тебе принесу.

Информация о еде подогрела мой интерес к происходящему, так как от скорости его исхода зависело, как быстро поем. Конечно, я мог бы поискать что-то съестное самостоятельно, но тогда был риск получить нагоняй за употребление обеденного блюда на завтрак или вообще наведения беспорядка. Бабушка вообще не любила, когда у нее на кухне готовит кто-то другой. К счастью, долго ждать не пришлось: из курятника вышел дедушка и несколько полицейских. Мне даже не пришлось концентрироваться на их беседе, чтобы услышать ответы на интересующие меня вопросы:

– Нет там капкана больше! – кричал дедушка.

– Как нет? Куда же он подевался? – интересовалась бабушка, которая закончила диалог с Владимиром Михайловичем и пошла навстречу своему мужу.

– Эта тварь, видать, в него попалась и с собой его унесла. Ни одного следа там не оставила. Как будто за капканом и приходила, сволочь, – ворчал дед.

Дальше они повернулись к полицейским и начали с ними новый диалог, в который было решено не встревать. Вместо этого я еще немного посидел и осознавал происходящее, пока стражи порядка заканчивали свои дела и уезжали в управление. До меня только сейчас дошло: это существо, кем бы оно не было, пыталось пробраться к нам. Тот факт, что оно могло меня видеть, заставил вздрогнуть.

После завтрака я отправился на прогулку, чтобы поделиться случившимся с Егором, который уже наверняка был на улице. Номера его у меня не было, да и в социальных сетях мы друг друга еще не искали, поэтому оставался лишь один путь – идти к нему домой.

На велосипеде расстояние было преодолено быстро. Так же быстро оно было преодолено и обратно, так как у матери Егора я узнал, что он отправился к бабушке на несколько дней. Меня заинтересовало такое загадочное совпадение ночного преступления и его отъезда, но всерьез подумав об этом, я понял, что не имею веских причин делать из Егора подозреваемого.

Доехав до неподалеку стоявшего магазина, дабы что-нибудь купить, я остановился около доски с объявлениями. На ней висел большой лист, который гласил:

Внимание! Уважаемые сельчане!

Управление МВД по Серовскому району Свердловской области просит жителей деревни воздержаться от обращения с огнестрельным и холодным оружием для защиты собственных жилищ. Неумелое использование может привести к случайным и неоправданным травмам и жертвам! Оставьте поиск виновного в кражах скота на руки полиции района и других специальных служб!

Глава Управления МВД по Серовскому району: Никулин П. В.

В деревне явно намечалось что-то интересное – первое, что пришло мне в голову после прочтения объявления. Внутри заискрила жажда приключений: мне очень хотелось поучаствовать в поимке злоумышленника.

Купив несколько леденцов, я решил отвезти велосипед домой и отправился бродить по деревне для поиска местной красоты и наслаждения ею, пока погода еще позволяла.

Глава 5. Старые друзья

За такими хождениями прошло несколько дней. Егор не спешил возвращаться, что, в общем-то, меня уже не сильно волновало. Хотя в глубине сознания что-то пыталось пробудить во мне Шерлока Холмса, дабы я выяснил, как тринадцатилетний мальчишка совершает эти преступления.

Так как деревня была довольно большая, необследованные закоулки, не смотря на уже не первый день исследования, все еще оставались. Одним из таким мест значилась заброшенная общественная баня. Ее я заприметил еще по приезде с родителями: ее труба торчала среди одноэтажных построек.

Сама баня находилась, как я узнал, взглянув на табличку на одном из домов, в конце Трубной улицы. Дорога на ней была грунтовая и уходила немного вниз. Домики там были совсем не примечательные и некоторые из них были как будто пустые.

Пройдя несколько шагов по улице, я услышал шум голосов и подумал, что там, видимо, играют дети. Это заставило меня двигаться быстрее, так как мои старые друзья из-за каких-то проблем приехать сейчас не могли, а Егор в это время все еще гостил у бабушки. Мне нравилось проводить время с самим собой, но надолго меня не хватает, если не получаю общение хотя бы маленькими дозами. За эти дни я попытался наладить контакт с местными детьми, но они оказались слишком маленькими для построения с ними более или менее адекватного диалога. Тут же были слышны голоса более взрослые и, несмотря на боязнь подходить к ним, все же решился хотя бы краем глаза посмотреть.

Либо я что-то упустил, либо они уже успели уйти отсюда, так как во время моего передвижения голоса почти одновременно стихли. Меня это насторожило, но все же решил, если не заходить в саму баню, то просто пройти мимо.

Пройдя последний дом на улице, я обнаружил большое заброшенное кирпичное здание с высокими потолками и квадратными дырами в стенах, функции которых оставались для меня загадкой, ведь в бане не должно быть таких окон. Тут давно никого не было: вокруг все поросло травой, большая часть из которой засохла.

Такой же загадкой для меня стало и появление неопределенных лиц: некоторые вышли из кустов, некоторые выглянули из квадратных проемов заброшенного здания, а кто-то просто возникнул из-за поворота. Еще пара мгновений, и в голове перещелкнуло: это были встреченные мною в день приезда хулиганы.

За осознанием моего тяжелого положения пришел и страх. Если тогда, когда я стоял под кронами деревьев, опасность была воображаема и представляла угрозу лишь в моем сознании, то теперь это были вполне реальные, осязаемые, а главное – безжалостные существа. Убивать они меня, конечно, вряд ли будут, но какие увечья они мне нанесут, стало главным вопросом, крутившимся в моей голове. В эту же секунду я стал мысленно молить всех высших существ о помощи, хотя и не знал ни одной молитвы и относился к религиям скептически. Пока в голове крутились молебны, неформалы создали вокруг меня «котел», из которого, по моим быстрым расчетам (что, тем не менее, даже не претендовали на правдивость), не было возможности вырваться. Дыхание участилось. Я снова, как в тот раз, начал чувствовать биение своего сердца. Вся жидкость изо рта испарилась несмотря на то, что сегодня было пасмурно и не так уж и жарко. Один из хулиганов, которого я опознал как главаря, начал со мной говорить:

– Эх… что же, остановили тебя? Перебили тебя с пути? – дерзкий голос сделал акцент на слове «перебили». – Надо было учить правила этикета. Или лучше сюда вообще не приезжать. Ну, не волнуйся, мы лишь проведем легкую беседу.

Ожидание продолжения диалога прервал удар палкой по ноге. Я согнулся и зашипел.

– Извини уж, друган. Подраться охота, аж страсть как!

Полетели новые удары. В этот момент ко мне пришло осознание того, что впредь ко мне будет применяться только язык силы. Из меня вырвалось протяжное «Помогите!». Я не успел крикнуть и несколько раз, как чья-то рука тут же закрыла мой рот, пока другие продолжали наносить удары.

Пора отбиваться. Я со всей силы зарядил оппоненту локтем под ребра и попытался вырваться из адского круга, но получил наказание в форме пинка ногой под дых. Из-за чего тут же упал на землю, задыхаясь и стараясь прийти в чувства. Мои попытки встать, которые моментально пресекались новыми ударами, сопровождались короткими смешками со всех сторон. Страх постепенно сменился гневом и злостью на себя за беспомощность. Драться мне никогда не приходилось, а ловкостью и скоростью для побега я не обладал.

Все это оставляло мне лишь один вариант – ждать, пока кто-нибудь спасет меня. Этот момент, наконец, настал:

– Опять вы издеваетесь, суки! Отпустите, кто бы там не был! – грубый мужской голос с конца улицы, откуда я пришел, сбил ритм хулиганов и отвлек их внимание от меня. Они встали в ступор. Прошло всего несколько секунд, но адреналин в крови дал возможность принимать решения молниеносно.

Пара быстрых движений, и мое тело оказалось вне круга хулиганов, которые засекли побег и погнались за мной. Я тут же ринулся в ближайшие кусты, дабы быстрее скрыться от глаз преследователей. Спина ловила на себя камни, а лицо скорчилось из-за постоянно тыкающих в него веток. Я пробирался в неизвестном направлении. Крики постепенно заглушились треском палок и шуршанием листвы. Измерить пройденное мною расстояние было сложно, но через несколько секунд после затихания криков я вышел из зеленой оболочки деревьев и оказался на растрескавшемся асфальте. Слева от меня находился комплекс заброшенных объектов сельского хозяйства. Я почти без проблем смог идентифицировать постройки, так как в другой деревне, что была меньше и куда я ездил чаще, была точно такая же махина. Это был зерноток. В советское время на нем мололи и хранили пшеницу, овес и далее по списку.

Я хотел продолжить осмотр построек издалека, как вдруг подумал, что преследователи могут нагнать меня и здесь, поэтому стоит поторопиться где-нибудь спрятаться. Заброшенные здания подходили как нельзя лучше.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.