Murena Murrey
Рыцарь грёз

Глава 1

Тепло от потрескивающих поленьев в камине успокаивает и навевает грусть, перетекающую в воспоминания о далёком прошлом, когда всё казалось безоблачным и простым. Времена нынче другие, и нужно постоянно быть начеку, держать удар как говориться. Вовремя дать отпор своим врагам и обидчикам. А их у Валентины было немало, и ряды их постоянно пополнялись, конечно, первая красавица после Звонаревой, появившаяся в колледже из ниоткуда. Как тут не известись от зависти, и не захотеть сделать больно при подвернувшемся удобном случае.

Валентина недавно переехала с родителями в совершенно другой и чужой для неё город, где всё казалось чужим, и выглядело совершенно по-другому. Люди были совсем чужими, вечно куда-то спешащие, и никому не было дела до посторонних проблем. Никакие уговоры не помогли Валентине донести до родителей, что ей не хотелось никуда уезжать из родного города. Покидать родные стены дома, школу, расставаться со всеми своими друзьями, и вообще не хотелось расшатывать весь привычный образ жизни только потому, что родителям так захотелось. Ни мать, ни отец, были неприступны, и настояли на переезде, обещая при этом, что всё у них наконец-то сложиться хорошо. И появятся у Вали снова друзья, только новые, будет в новом доме собственная комната со всеми удобствами, будут деньги на карманные расходы, только нужно набраться терпения, и всё обязательно наладиться.

Дом, в который они переехали, оказался на удивление большим и просторным, и купленным с учётом на будущее расширение потомства, так как Зинаида Алексеевна и Пётр Андреевич, родители Валентины планировали в ближайшем будущем родить ещё ни много, ни мало, а двоих, а то и троих спиногрызов. Так называла их Валентина из ревности, потому что понимала, что вскоре, она уже не будет одной, единственной, неповторимой и любимой дочерью.

Допив в одиночестве на светлой и просторной кухне горячее какао с пирожным, Валентина поднялась к себе в спальню, и прилегла ненадолго поспать. Когда она нервничала, ей хотелось только кушать сладкое, и спать, чтобы ни о чём не думалось.

Глава 2

– Мам, может, хватит уже про учёбу на повара-кондитера, мне это совершенно неинтересно – пыталась противостоять Валя матери.

– Нет, терять год я тебе не позволю. Поучишься пока, а там посмотрим. Собирайся и больше никаких отговорок, тема закрыта – серьёзно произнесла Зинаида, и ушла на кухню, варить утренний кофе.

Валентина сидела в комнате, и пыталась сдержать слёзы ярости и негодования, душившие её изнутри. Она была до того зла на мать, что больше не могла с ней спорить из-за постоянного подступания к горлу комка ярости. Взяв подушку, она закрыла ей рот, и закричала во весь голос, смягчив громкость своего крика мягкостью подушки. Не о таком счастье она мечтала, и уж тем более не грезила о карьере великого шеф-повара. Валя думала о поступлении на медицинский факультет в следующем году, а пока хотела как следует подготовиться к поступлению в институт, с помощью подготовительных занятий у грамотных педагогов за определённую денежную плату. А мать разрушила все её планы, со срочным поступлением в поварское училище. Валентина закрыла дверь в спальню на ключ от греха подальше, и достала из-под подушки начатую пачку сигарет, вместе с зажигалкой, и, открыв окно села на подоконник, с наслаждением закурив. Если мать узнает о том, что её дочь курит, то точно выпорет её, как в детстве порола за малейшую шалость. Пуская дым кольцами, Валя смотрела на проходящих мимо людей, пытаясь размышлять кто, куда, к кому, и зачем идёт. Где-то кто-то кого-то ждёт, кто-то к кому-то спешит, и никому нет совершенно никакого дела до переживаний девушки.

«Может выпить ещё пару, другую глотков коньяка, и возможно тогда мать отстанет от меня, и ещё хотя бы на денёк отсрочиться поход в училище» – думала про себя Валя.

Но из уважения к матери, не рискнула хлебнуть спиртного, и, потушив сигарету, бросила её в открытое окно, со словами, брошенными в сердцах:

– Да будь, что будет! – и с грохотом захлопнула окно.

Глава 3

Валентина осталась сидеть на стуле в коридоре, перед закрытой дверью в кабинет директора, в ожидании, за которой решалась судьба девушки, с помощью взятки предложенной со стороны её матери, зачислят или нет. Отказа быть точно не должно, ведь деньги решают всё, ну или почти всё. Подорванное здоровье, ни за какие денежные коврижки не купишь, особенно если врачи бессильны что-либо сделать, то деньги тем более ничем не смогут помочь.

– Свободно только одно место в группе по изучению поварского дела, если вас это устраивает, пока что поучиться, хотя бы некоторое время там, то милости прошу, зачислим вашу девочку в училище.

– Именно туда мы и хотим. Я согласна. Я не хочу, чтобы дочка теряла год, просто так отсиживаясь дома.

– Ваше дело конечно, и вам виднее. Документы с собой?

– Вот, всё здесь. Мы заранее подготовились – протянула папку в руки директору училища, в которой среди бумаг лежал конверт, наполненный заранее обговоренной суммой денег для поступления.

– Позовите сюда вашу дочку, необходимо написать заявление на имя директора, с просьбой о зачислении в данное училище.

Валентина нехотя зашла, поздоровалась сквозь зубы, и быстро начеркав заявление под диктовку директора, оставила его и выбежала из кабинета закрыв лицо руками, больше не в силах сдерживать поток слёз, полившихся внезапно из глаз.

Директриса молча приняла заявление, и все необходимые документы для поступления, ничего не сказав о произошедшей сцене.

– Поздравляю! Со следующей недели ваша дочка может приступать к учёбе. С собой пусть возьмёт тетрадку, ручку, а далее по ходу дела разберётся. И да, вот ещё что, это расписание занятий на предстоящую неделю – Лидия Михайловна протянула сложенный листок с расписанием матери Валентины. Та, взяв его, поблагодарила, и вышла из кабинета, надеясь как можно скорее найти дочурку, и уехать домой. Голова уж очень разболелась, от всех этих потрясений.

Глава 4

Слегка освоившись в новой группе Валентина, старалась никого из одноклассников не подпускать к своей персоне слишком близко, дабы не привязываться к человеку, чтобы в дальнейшем не возникало разочарований во время ссор и ругани. С трудом девушка верила в то, что существует вообще любая дружба между кем-то. Женская дружба казалась для неё нереальной и из ряда фантастики, потому как Валя считала, что зависти и сплетен не избежать в дружбе с женским полом, даже если и всё вроде бы хорошо у неё, или у тебя в жизни, по-любому найдётся малейший повод к чему придраться, и выльется в зависть. А уж в дружбу между парнем и девушкой, Валя и подавно не верила. Нет, может и бывает, но тут существует всего лишь два возможных варианта: либо парень гей, и ему безразлично с кем дружить, так как он не видит особой разницы кто перед ним парень или девушка, или же девушка должна быть настолько страшной, что кроме дружеских эмоций, ничего к ней не возникало.

Сидя в самом дальнем углу столовой, спрятавшись ото всех, как показалось Валентине, она быстро ела, уже остывший суп, ставший моментально таким противным, что тошнило уже от него, и сил не было его доесть. Отставив в сторону тарелку с супом, она принялась неспешно пить маленькими глотками кофе с молоком, который спустя столько времени, как ни странно, был всё таким же горячим.

Анжела с параллельной группы, была чем-то схожа по характеру с Валентиной, что и привлекло её к ней. Со скучающим видом Анжела разглядывала сидящий контингент, собравшийся в столовой, и её блуждающий взгляд зацепился на сидящей в полном одиночестве, также как и она, Валентине, которая с отрешённым видом почти, что уже допивала свой кофе. Недолго думая, Анжела поднялась с бокалом кофе, и, обогнув несколько столов, села без приглашения напротив Вали.

– Привет. Чё скучаешь? Вижу, ты также как и я, шумным компаниям идиотов, предпочитаешь одиночество – с усмешкой произнесла Анжела.

Валя, от неожиданности быстро допив кофе, и чуть не поперхнувшись, уставилась с интересом на наглую нарушительницу её спокойствия, разглядывая её при этом. Незнакомка была ярко накрашена, и волосы на голове были уложены в хаотичном беспорядке, но, в общем, смотрелось довольно привлекательно. Анжела была такого же стройного телосложения и невысокого роста, как и Валентина, и смотрелись две барышни рядом, словно Дюймовочки, на которых постоянно глазели, как мужчины, так и женщины.

– Привет. Я вроде бы тебя не приглашала за свой стол – неожиданно разозлившись, сказала Валентина.

– Да ты особо и не возражала, когда я подсела к тебе… Да и вообще-то я не нуждаюсь в приглашениях, так как я сама по себе, и кто мне нравиться, к тому я и подсаживаюсь. Меня кстати Анжелой зовут – взяв пустой бокал Валентины, она налила в него ровно половину от своего кофе, и, поставив перед Валентиной, стукнула по нему своим бокалом в честь знакомства, не дожидаясь пока та соизволит представиться, и произнесла, всё с той же нисходящей с губ ухмылкой:

– Будем знакомы!

Глава 5

Слава Господи, что следующим днём, после поедания холодного супа в столовой оказалась суббота, и не стоило вылазить из тёплой, уютной постельки, и куда-то бежать, так как горло у Валентины болело, и невозможно было без неимоверных страданий сглатывать слюну. Поковырявшись в аптечке, Валя нашла дюжину лекарств, относящихся к её случаю, к назревающему простудному заболеванию, и без разбора выпила сразу все. И в конце положила под язык стрептоцид, и легла обратно в постель. Недолго поспала Валя после приёма лекарств. Спустя час её разбудила мама, и напомнила, что ей надо быть у стоматолога через два часа, к которому маманя её записывала раз в год, для осмотра, и поэтому пора вставать – собираться, завтракать, дабы не опаздывать к назначенному времени. Врачи тоже люди, и не стоит заставлять их ждать. Ведь у них тоже есть определённое время для приёма пациентов.

Устав слушать непрекращающиеся нотации со стороны матери Валентина нехотя встала с постели, кое-как умылась, и поплелась на кухню завтракать. Состояние было словно после бурной вечеринки, с большим количеством алкоголя. Пожарив себе два яйца с сосисками, и сделав горячий кофе, который как раз был нужен, и, нарезав несколько кусочков хлеба, Валя принялась кушать.

Поев в полном одиночестве, впрочем, как и всегда, мать почему-то никогда не находила свободного времени для общения с дочерью. Вечно находилось тысяча и одна отговорка, лишь бы поменьше контактировать с дочуркой. Раньше это как-то волновало и огорчало Валю, и она даже пыталась выяснять отношения с матерью, обижалась на неё, потом поняла, что это всё абсолютно бесполезно, и плюнула на всю эту ерунду, перестав тратить энергию на вечные споры с матерью.

Помыв за собой посуду, Валя собралась, и ни слова не сказав о своём уходе маме, вышла из дома. Благо хоть стоматология находилась в пару километров от дома, и не нужно было трястись перед посещением врача в ненавистном транспорте, до пункта назначения.

Сев в кресло перед стоматологом, Валя буркнула:

– Я на осмотр и чистку зубов – откинула голову назад, и, закрыв глаза, пыталась не думать о боли в горле. Врач, осмотрев её полость рта, и дав её несколько рекомендаций по уходу за зубами, принялась за чистку. То ли от негативного настроя Вали, то ли отчего-то ещё аппарат ни в какую не хотел стабильно работать, периодически отключаясь, хотя в клинике свет был. Перескакивая с кресла на кресло, благо их было много в кабинете, и народу не предвиделось врач еле-еле произвела чистку, и, закончив, выдохнула:

– Всё девушка, оплатите в кассе, и можете идти. Взяв квитанцию об оплате, Валя поблагодарила ещё раз доктора, и вышла наконец-то со стоматологии. Придя домой, прошла к себе в комнату, и, не переодеваясь, упала без сил на постель, укрывшись одеялом с головой, чувствуя приближение озноба.

Глава 6

После похода к стоматологу Валя не на шутку разболелась, и пришлось взять больничный, ну не ходить же больной с насморком и постоянным чиханием на учёбу, заражая при этом всех. Врача мама для Вали вызвала на дом, потому как совсем не осталось никаких сил на поход в поликлинику. Сил даже не находилось встать с постели, и куда-то идти, тем более к врачу, отстаивать эти длинные и ужасные очереди с температурой, после которых ещё больше разболеешься.

Послушав и осмотрев девушку, врач подтвердила простудное заболевание, точнее ангину, и выписала целый рецептурный листок с наименованием кучи всевозможных лекарств, спреев для носа. Увидев его мать чуть сознание не потеряла, пробурчав про себя:

– По старинке будем лечиться. Лимон с горячим чаем, и вареньем из малины, молоко с мёдом, и будет как новенькая.

Выбросив рецепт в мусорное ведро, мама заварила горячий, крепкий чай в термос, бросила туда дольки лимона, настругала имбиря, и про веточку мяты не забыла, и добавила пару ложек мёда. Взболтав содержимое, поставила на тумбочку, возле кровати, спящей Вали, и оставив записку с простым содержанием: «Ушла, буду поздно, пей лекарство из термоса», чмокнула дочку в лоб, проверяя, таким образом, не поднялась ли у Вали температура. Убедившись в обратном Зинаида Алексеевна поправила одеяло, и, открыв настежь форточку, ушла.

Глава 7

Проснувшись ближе к вечеру, Валя спросонья не сразу поняла, что к чему. Встав с постели, и хорошенечко потянувшись, тем самым сбросив с себя остатки сна, увидела записку, и, прочитав её, улыбнулась, благодаря в душе маму за оказанную заботу, и, открыв термос, выпила с наслаждением почти весь чай, не успевший ещё как следует остыть. Папа, как всегда, был в очередной командировке. Из-за этого родители постоянно ругались. Зинаида Алексеевна подозревала мужа в измене на стороне, утверждая, что у него точно имеется вторая семья, в другом городе. Валя как могла, успокаивала мать, но та стояла твёрдо на своей догадке. Валя засунула градусник себе в подмышечную впадину, и легла обратно в постель в ожидании, когда пройдёт нужное время для измерения температуры.

Накануне она с Анжелой обменялась номерами телефонов, так на всякий случай, если будет вдруг скучно обоим, то набрав номер, и поболтав немного ни о чём, вновь поднимется настроение, и плохие мысли исчезнут. Спустя десять минут Валя вытащила градусник, и очень обрадовалась, увидев понижение температуры на градуснике. Температура спала после долгого сна, лекарств, и крепкого чая с пряностями, держась на отметке 37. Такова была постоянная температура тела Вали, и для её организма это считалось нормой. Ей вдруг так сильно захотелось выпить горячего и крепкого кофе. Желая поскорее утолить свою жажду, и заглушить потребность организма Валя поставила наполненный водой чайник на плиту. Неожиданно зазвонил сотовый, и, Валя, вздрогнув, быстро подняла трубку:

– Привет, как ты? Тебя не видно на учёбе, ты заболела? – звонила неугомонная Анжела, которой некстати стало скучно.

Валентина была раздражена столь внезапным вторжением в её личное пространство. У неё не было никогда близких подруг, и она изо всех сил старалась следовать этому правилу: «Никакой дружбы с женским полом». В эту чушь она не верила, как и в то, что между мужчиной и женщиной тоже не может быть никакой дружбы.

– У тебя сел голос, чего молчишь? – настаивала на продолжении разговора настырная Анжела.

Валентина всё-таки соизволила ответить, после непродолжительного молчания:

– Привет, прости за долгую паузу, просто я приболела, и взяла больничный, и пока не знаю, как скоро я вернусь к учёбе.

– Всё ясно с тобой. Хочешь я навещу тебя? Привезу вкусняшек, как ты на это смотришь, Валя? – пыталась напроситься в гости Анжела.

– Нет, ничего не нужно, но за заботу спасибо. Я хочу побыть одна. Мне реально сейчас ни до кого, и ни до чего, и кушать совершенно не хочется – ответила Валя более-менее в уважительной форме.

– Я поняла. Выздоравливай! Будет скучно звони. До связи – послышались долгие гудки на другом конце провода, и Валя, выключив телефон, пошла, пить горячий, и крепкий кофе.

Глава 8

Провалявшись с простудой дома целые две недели Валентина успела за такой длинный период времени разлениться, что ей совсем не хотелось выходить из зоны комфорта, и начинать снова привыкать к обычному течению рутинных ежедневных обстоятельств.

Проведя дома столько времени, постоянно соприкасаясь из-за всякой ерунды с матерью, которая не обращала внимания на плохое самочувствие дочки, пилила её постоянно, говоря при этом, что она полная размазня, слабая, и всё в подобном духе. Валентина устала от критики со стороны матери, иногда у неё даже закрадывалась мысль: «Её ли это родители? Может она вообще подкидыш без роду, без племени». Ведь таких плохих отношений между матерью и дочкой не бывает. Как тут в голову не будут лезть мысли о приемном ребенке, коим считала себя Валентина в этой семье, из-за постоянных придирок матери. Любящие матери никогда не станут искать недостатки в родном ребёнке, и тем более указывать на них в злостной манере высказывания, а наоборот постараются намекнуть в мягкой форме на недостатки, точнее смягчить замечания, а то и вовсе сведут к минимуму, или же попытаются вместе их решить. Из-за такого ежедневного плохого отношения матери к её персоне, Валентина теряла самооценку, и начинала считать себя никчёмной, и ни на что не способной личностью. Одна радость осталась у девушки в жизни – это общение с Анжелой, плавно перетёкшее в дружбу, пусть и не крепкую, но зато Валя знала наверняка, что ей она может рассказать обо всём, поделиться своими страхами вперемешку с переживаниями, не переживая о том, что её секреты станут явными, и о них узнает весь мир.

Придя в институт без настроения, Валентина не пошла на занятия, а осталась сидеть на лавочке заднего двора училища, набирая при этом Анжелу. Успев сделать две затяжки, Валя наконец-то услышала голос Анжелы, весёлый и беззаботный:

– Ты где подруга? Я иду на наше место, если ты конечно про него не забыла – смеялась Анжела, уже стоя возле Вали, забирая у неё сигарету, чтобы затянуться.

– Боже, ты всегда появляешься из ниоткуда – в ответ смеялась Валя, обнимая и целуя Анжелу.

Усевшись рядышком на скамейку девушки, обсуждали все накопленные за долгое время новости, шутили, смеялись, не забывая при этом курить одну сигарету на двоих. В этот день занятия они решили пропустить, и отправились убивать свободное время прогулкой по городу.

Глава 9

Так незаметно пролетел год, и наступили долгожданные каникулы, хоть и не очень длинные, но хоть такие, чем никакие. Хотя за год учёбы Валя не особо так устала, вообще не парясь о ней, и не заморачиваясь насчёт большого количества прогулов. Родители не могли заставить дочурку взяться за ум, заставив тем самым больше думать об учёбе, от которой зависит будущее девушки вместо того, чтобы шляться по разным злачным местам с новоявленной знакомой Анжелой. Пару раз Анжела попадалась на глаза родителям Валентины, и они были не в восторге от этих встреч, и вообще от этой мутной особы. Валентина была же в восторге от своей подружки. В компании с ней она чувствовала себя не такой одинокой, как раньше. При живых родителях девушка ощущала себя сиротой, и это чувство её иногда коробило. Она помнила о том, что родители хотят со временем завести ещё одного ребёнка, точнее родить, заводят только животных, и Валя этого боялась больше всего. Её и так особо-то не любили, а тут совершенно очевидно, что после рождения малыша станет для них невидимкой, отодвинувшись на задний план, и поглощённые заботами о малыше, родители забудут совсем о Валентине. Такие мысли пугали девушку, и ей нужно было чем-то заняться, чтобы отвлечься от негатива, и мрачных мыслей, крутящихся в её мозгах.

Гуляя по парку с Анжелой, и поедая очередную порцию мороженого Валентина, казалась очень задумчивой, и от этого пропускала большую часть разговора с Анжелой, отвечая на её вопросы и расспросы невпопад. Анжела предложила присесть на одну из опустевших скамеек, и строго спросила, нахмурив брови:

– Что с тобой не так? Ты меня вообще не слушаешь. Давай, колись, что случилось?

– Просто я не хочу всё лето просидеть дома, ты же знаешь у меня плохие отношения с родителями – в который раз посетовала Валя на свою проблему.

– Я знаю об этом… Ну что я могу для тебя сделать? Чем помочь?

– Мне необходимо устроиться куда-нибудь на временную подработку, хотя бы на время летних каникул – ответила Валя.

– Я могу тебе предложить кое-что, но вряд ли ты на такое согласишься – вначале замешкалась, а потом задумчиво произнесла Анжела.

В душе затеплилась надежда, и на мгновение показалось, что не всё так ужасно в её жизни, и выход всегда есть. С интересом посмотрев на Анжелу, Валентина в порыве схватила её за руку, горячо произнесся:

– Мне всё подойдёт, любая подработка покажется раем для меня, по сравнению с адом, творящимся дома.

Её горячий монолог внезапно прервала Анжела, выдернув руку из цепких Валиных пальцев, и вскочив со скамейки, продолжила незаконченное предложение по временной подработке:

– Я не договорила. Ты не поняла о чём я. Это работа не для тебя. Ты божий одуванчик, а там надо быть наглой, зубастой акулой, чтобы выжить, и не покончить жизнь самоубийством. Там большие деньги, но при этом нужно ложиться в постель с мужиками.

Повисла пауза. Валя смотрела на Анжелу широко открытыми глазами, и до последнего не верила в то, что сказала подруга. К сожалению, это оказалось правдой. Такая реальность присутствовала в жизни Анжелы, и теперь тот же самый сценарий коснулся Вали, не по её прихоти, а по сложившимся жизненным обстоятельствам. Конечно, она могла пойти в официантки, и кем угодно, лишь бы не стать проституткой на несколько ночей, но такова была её учесть в данный момент, так как она не совсем понимала, на что она согласилась. Её мозг был затуманен вечными издёвками со стороны матери, и она захотела поднять себе самооценку, заполучив мужское внимание, пусть даже и такой ценой. Анжела села обратно, и сказала с серьёзным видом:

– Подумай хорошенько, прежде чем соглашаться на такое предложение. Ты думаешь, мне нравится этим заниматься, нет, конечно – пыталась успокоить саму себя Анжела, но у неё это очень неубедительно получалось, и продолжила: – Просто там реально за одну ночь, можно неплохо заработать, и без всяких усилий.

Валя сидела, вытянувшись напряжённой струной не шевелясь, и думала о безрадостной перспективе своего проживания с родителями. По сути, ей было нечего терять. Ну, куда её сейчас возьмут без образования, и без опыта, только если курьером, официанткой и уборщицей. Эти низкие должности не для неё. Ей понравилось условие стать временной проституткой, ради наживы лёгких денег, без какого-либо отягощающего физического труда. Бегать весь день с подносами, угождая при этом капризным посетителям ресторана, или махать целыми днями шваброй, или того хуже ездить в набитом до отказа людьми транспорте, развозя письма с посылками по всему городу – такие перспективы девушку не устраивали. А вот провести одну, другую ночь с мужчиной, за бокалом вина, да ещё и за деньги, да к тому же немалые, ей показалось заманчивым предложение Анжелы. И недолго думая поспешила с ответом:

– Я согласна – уверенно произнесла Валентина, и обняла в порыве чувств, как у неё это частенько бывает, ошарашенную Анжелу.

Глава 10

Зинаида Алексеевна мать Валентины в последнее время замечала резкие перемены в поведении дочери. Появилась непонятная ранимость, раздражительность, и даже по малейшему поводу на её глазах выступали слёзы. И её такое поведение дочери сильно беспокоило. Частые походы в сомнительные заведения, настораживало женщину. Она уже не знала, что и думать. Может она стала наркоманкой, или того хуже в проститутки заделалась.

Пару раз поинтересовавшись у дочери, где она пропадает столько времени, и не получив внятного ответа, перестала изводить дочь вопросами. Отец Вали вообще стал реже бывать дома, жалуясь, что вся эта атмосфера, творившаяся в доме, его угнетает, и он тем самым предпочитал частенько отсиживаться в командировках. Как-будто он не являлся частью этой семьи, и все проблемы взвалил на плечи жены. Зинаида периодически злилась на мужа, не чувствуя поддержки с его стороны, и не переставала думать о второй семье на стороне в другом городе. Эта мысль прочно засела у неё в голове, и не давала покоя. Она всё пыталась придумать план, с помощью которого сможет разузнать об изменах мужа, и выяснить это. Но это было проблемно. Ради этого нужно было брать отгулы на работе, покупать билеты, лететь на другой конец города, и всё это надо было провернуть, так чтобы остаться незамеченной мужем.

Это было выше её сил, и поэтому Зинаида гнала от себя такие мысли прочь. Рисковать ради этого непонятно чем, а в итоге выясниться, что игра не стоила свеч, и всё это понапрасну, тем более что Зинаида панически боялась перелётов на самолете, и, конечно же, узнать правду. Много было дум на эту тему, но предпринятых шагов за этим никаких не последовало. Всё осталось на уровне предположений.

Валя же не замечала маминых переживаний, и вела себя совершенно спокойно, правда её и саму пугали резкие перемены в поведении отца. После той подработки, осталось осадочное неприятное чувство продажной проститутки, какой она изо всех сил прикидывалась перед богатым клиентом, который в последнюю очередь указал пальцем именно на неё, и увёз из этого чёртового места подальше, в красивый и уютный номер гостиницы.

На прикроватной тумбочке стоял поднос, на котором красовалась бутылка шампанского, в окружении двух фужеров, также стояло много вазочек с фруктами, ягодами и конфетами. Клиент попался не из бедного общества, а с виду так и не скажешь. На мгновение он показался Валентине таким родным, и она ухватилась за него, как утопающий за спасительную соломинку. Девушка увидела в нём своего спасителя от своих пагубных пристрастий. Хоть он и был таким неказистым и угрюмым, Валентина интуитивно почувствовала, что надо брать посланный экземпляр в свои руки, и никогда не отпускать от себя. И пусть кто-то попробует сказать, что он не для неё, сразу же получит в бубен.

Глава 11

Без условностей не обошлось в этом сомнительном заведении, назовём его своим именем подпольный бордель, где богатые мужики ищут себе девушек для развлечения на одну ночь, чтобы переспать с бедняжкой разок, другой, и выкинуть позорный эпизод из жизни. Одним из которых, наиболее самым важным, являлось то, что оба на протяжении всей ночи должны были быть в масках на половину лица, во избежание быть неузнанным при встрече где-то в городе. Поэтому и ввели обязательное условие в соблюдении оставаться инкогнито, прикрывая свои настоящие лица с помощью маски от позора и греха. Вторым условием было, чтобы ни клиент, ни выбранная им девушка не называли своих настоящих имён. Вале порядком надоело ходить в маске, у неё уже с непривычки чесалось всё лицо. Хотелось её содрать и выкинуть. Сидя на краю кровати, Валя тряслась как осиновый лист от предстоящей ночи любви за деньги, и никак не могла взять себя в руки, и успокоиться. Её оппонент вёл себя уверенно, и не торопился прямо с порога склонять испуганную девушку к близости. Он чувствовал её тревогу, и её состояние передалось ему, и он решил не спешить, тем более вся ночь впереди, и всё успеется.

Не торопясь, попивая шампанское, заедая его фруктами, ягодами и конфетами, они сидели напротив, и, не отрываясь, разглядывали друг друга с нескрываемым любопытством.

– Может, посмотрим кино, для снятия напряжения – к примеру, лёгкую комедию. – – Как ты на это смотришь? – участливо спросил клиент.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.