Марина Адлер
Моя фиалковая ведьма

© Марина Адлер, 2025

© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2026

Все права защищены. Книга или любая ее часть не может быть скопирована, воспроизведена в электронной или механической форме, в виде фотокопии, записи в память ЭВМ, репродукции или каким-либо иным способом, а также использована в любой информационной системе без получения разрешения от издателя. Копирование, воспроизведение и иное использование книги или ее части без согласия издателя является незаконным и влечет за собой уголовную, административную и гражданскую ответственность.

* * *

Миллиоре придется приручить жестокую душу своего надзирателя, чтобы выжить. Ей предстоит бороться, убегать, искать. Но что скрывается за ее чудесными фиалковыми глазами? И что скрыто от нее самой? История полна героизма и храбрости, боли и страха, любви и страсти. Вам точно понравится эта книга, если любите фейри, ведьм и древние пророчества.

Книжный блогер Саша Чередина, @cheredinabooks

* * *

Будучи ведьмой во времена Инквизиции, когда за колдовство приготовлена кара на костре, главное при встрече с мужчиной – успеть заметить за его пленительной улыбкой жестокого охотника, который может забрать не только сердце, но и жизнь…

Глава 1. Шантаж

Мотылек:

Воскресный завтрак проходил как обычно – терпимо. «Матушка», так просила звать себя вторая и последняя жена моего умершего два года назад отца, неустанно продолжала упоминать о моих многочисленных «достоинствах» во внешности, употребляя при этом слова, больше подходящие для описания какого-нибудь болотного чудища, нежели юной девушки.

За все годы, пока я приходилась ей падчерицей, она ни разу не упускала возможности испортить мне завтраки, обеды и ужины подобными речами, ведь по большей части только на них мы и виделись.

С годами ее слова перестали вызывать во мне обиду и злость. Да и когда я стала жить в доме моего безвременно умершего мужа, вызывая при этом пересуды окружающих, стало легче переносить редкие воскресные визиты родственников.

Казалось, что это какая-то невыносимо назойливая муха сейчас жужжит, летая вокруг головы. «Мухи – надоедливый народец, но вполне безобидный», – подумала я, сравнивая эту брюзжащую особу с насекомым. Вот только прихлопнуть мачеху, словно муху, к сожалению, не дозволялось. Увы.

– И еще эти глаза… – протянула она скорбным голосом. – Странно, что в тебе и правда нет ни капли магии. Только сильнейшие ведьмы, по слухам, имеют настолько бесстыдно яркие глаза.

Я вздохнула.

– Матушка, наверняка для вас это ужасная новость, ведь теперь не удастся полюбоваться, как меня лишают жизни в центре города. Это стало бы наилучшим способом раз и навсегда избавиться от меня. Ведь вам показалось, что просто выдать меня за престарелого богатого лорда, чтобы поскорее сбыть со своих рук ненавистную падчерицу, – недостаточно. Теперь вы решили сделать меня ведьмой. – Я все же не сдержалась и с жестокой улыбкой оглушила эту «муху».

Как только любимый отец и единственный мой заступник умер, а его поместье, как и право на опеку до двадцати одного года, унаследовал мой сводный брат, меня принялись регулярно выводить в свет, выставляя будто породистую кобылу на аукционе перед женихами. Но даже несмотря на довольно хорошее положение моего отца, а теперь и сводного брата, у обычных людей, у полукровных фейри – самых влиятельных мужчин Королевства Нортс – я не пользовалась спросом.

Хоть мне и удалось успешно пройти проверку Инквизиции в пятнадцать лет, насыщенный фиалковый цвет глаз все еще оставлял сомнения по поводу моего происхождения, отпугивая женихов лучше любой проказы. Ведь кто захотел бы взять в жены девушку, которая могла оказаться ведьмой? Все боялись и намека на наличие магических сил у человека, а тем более страшились оказаться его близким родственником – ведь всех, кто делил одну кровь с ведьмой или магом, Инквизиция уничтожала, а супругов лишала всех привилегий и статуса в обществе.

С тех пор, как чистокровные фейри проскользнули в наш мир и, наплодив отпрысков, почти все ушли обратно через проходы, открывающие иные миры, оставшиеся полукровки и их дети, повзрослев, отвоевали власть в мире благодаря неимоверной силе своего предводителя. Теперь они истребляли людей, обладающих любыми магическими способностями. Инквизиция буйствовала. Конкуренты фейри были не нужны. А во главе Королевства Нортс оказался единственный чистокровный феец – король Градос Сактин, который изъявил желание остаться в человеческом мире для правления и установления своих порядков. Отличие чистокровного короля от полукровных фейцев состояло в том, что магические чары его были в разы мощнее, а глаза походили на змеиные.

Казалось, мне действительно могло посчастливиться избежать брака, к которому я никогда не стремилась. В отличие от других молодых особ, я представляла замужество не романтичной историей, а рабством. Девушка всегда становилась собственностью мужа, его безвольным и безголосым придатком. Законы об этом позаботились. Вернее, их создатель.

В попытках отдать меня замуж родственники не сильно преуспевали, но в один из дней к нам прибыл лорд Аурелий Аддерли. Его поместье соседствовало с нашим. Еще в детстве я часто гостила у него, тот был ровесником моего отца.

Добродушный, рано похоронивший жену, одинокий мужчина, он больше так и не женился. Наследников у него тоже не было… Новость ошарашила, когда родственники сообщили о его намерении взять меня в жены. А личного согласия на брак жених не спрашивал. И все бы ничего, но между нами была разница почти в сорок лет… Зато мачеха и сводный брат задыхались от восторга: такие родственные узы сулили им не только престижи и полезные связи, но и богатства после его кончины.

Последнее не заставило себя долго ждать. К моему большому горю, обстоятельства смерти новоявленного супруга не являлись обычными.

В первую же брачную ночь, когда муж попытался, как и полагалось, консумировать брак, мои спящие до этого момента магические силы вырвались наружу. При виде такого яркого и довольно сильного проявления колдовства супруг сразу умер от сердечного приступа. Я же не растерялась и, сделав надрез на ноге ножом для писем, окропила простыни кровью, и только после того, чтобы никто ни в коем случае не узнал о моей хитрости, завопила что есть сил, привлекая внимание слуг. Брак теперь был официально консумирован, что подтвердила моя служанка, засвидетельствовавшая доказательства на брачном ложе, а я осталась вдовой и наследницей несметных богатств.

Вот только сводный брат вернул статус опекуна над овдовевшей сестрой. Благо родственники не настаивали на проживании в одном доме, наведываясь в Икворт по воскресным утрам.

И вот женщина, которая столько лет не упускала возможности уколоть ненавистную падчерицу гадким словом или подставить перед любимым, но уже оставившим меня в этом жестоком мире отцом, в ответ на обвинение в желании сделать из меня ведьму изобразила глубокую обиду. Ее светлые, завитые ночными бигудями пряди, обрамлявшие лицо, приятно подрагивали, выдавая едва сдерживаемую ярость. Белки серо-голубых глаз налились красным от попытки сдержать вопли.

– Миллиора! Как ты смеешь говорить в таком тоне с нашей матерью?! Не забывай, она растила тебя как свою дочь долгие годы! – бросился на защиту мой сводный братец.

– Похоже, ваш визит пора завершать, – бесцеремонно, не проявляя ни малейшего такта, произнесла я и встала из-за стола. По правде говоря, мысленно я уже выбирала на какой из лошадей сегодня отправиться на прогулку. При общении с этой парочкой меня не оставляло чувство, что я зря трачу время. Никогда наши общие завтраки не заканчивались хорошо, сегодняшний тоже не стал исключением.

– В этот раз, Миллиора, ты перешла все границы и будешь отвечать за это… – прошипела мачеха.

– Постой, мама, я сам с ней буду говорить.

Эндрюс обошел стол и встал напротив меня. Его светлые волосы, точно такие же, как и у его матери, выбились из идеально зачесанной назад прически. Запах сладкого одеколона ударил в нос, навевая ужас и отвращение, заставляя вспомнить о былом. Серо-голубые глаза смотрели пристально, утаивая в своих глубинах самые низменные желания.

– Мы говорили с лекарем, который осматривал тебя перед судом и затем давал там показания.

Мои глаза расширились. Я хорошо подкупила лекаря, чтобы тот подтвердил в суде мою якобы удавшуюся первую брачную ночь. Только так наследство умершего мужа смогло перейти в мое владение по закону. И хоть я не имею права распоряжаться им до двадцати одного года, мой сводный брат и опекун в одном лице не посягал на имущество умершего мужа. Или не видел способа отобрать его? Ведь даже опекун ничего не имел права делать без согласия наследницы.

– Нам удалось заставить его сказать правду. Ты лгунья! Знаешь ли, что делают с теми, кто так грубо преступает закон?

Самые страшные опасения сбылись. За такое преступление меня ожидала по меньшей мере тюрьма.

– Чего ты хочешь? – Я не стала тянуть время и перешла к основному. Ведь стало ясно: они от меня чего-то хотят, иначе просто сразу сдали бы законникам с потрохами.

Жестокий братец улыбнулся:

– Мы хотим все. И поместье, и земли.

Ноги подкосились, я осела обратно на стул, поскольку судьба моя сейчас полетела кубарем к варгам[1] под хвост.

– Ты же не хочешь оставить меня на улице? – задала я лишь один вопрос.

– Ты наша родственница, оставить тебя на улице – опорочить свое имя. Твой траур уже подходит к концу. Тебе всего девятнадцать. Найди себе мужа как можно скорее, не забыв при этом упомянуть о своей полной бедности, ведь все состояние ты официально перепишешь на меня, и живи свободно. Мы в этом случае не станем отдавать тебя в руки закона.

В груди ширилось негодование, но я его сдержала и спокойно спросила:

– Сколько у меня есть времени?

– Месяц-два, ты за год заметно переменилась. – Эндрюс осмотрел меня придирчивым липким взглядом, отчего стало не по себе. – Теперь тебе будет проще найти какого-нибудь местного простака и женить его на себе. Тем более титул твоего умершего супруга перейдет ему и вашим будущим детям, тут и богатств не надо. Уж постарайся, долго ждать я не намерен. И уважительнее относись к матушке. – Сказав это, сводный брат подал матери руку и повел ее за собой к выходу. Мачеха же сияла от счастья. Этот дом и прилагающиеся к нему обширные земли вскоре отойдут им.

Руки сжались в кулаки, ногти впились в ладони. Надежда, что нерадивым родственникам хватит того наследства, которое им оставил мой отец после смерти, таяла на глазах. Я снова оказалась в их власти. И мне снова придется выйти замуж, ведь если Эндрюс поймет, что его мамочке не удалось сбыть меня подальше, то будет рад «приютить» у себя. Только такая его помощь хуже любого позора. Меня непременно ждет ужасная жизнь, ведь сводный брат только и мечтал о дне, когда сможет полностью дать волю совсем не братским желаниям.

Я осмотрела дом, так полюбившийся мне за последний год, и тяжело вздохнула, мысленно прощаясь с его благородной красотой. Большая просторная столовая с длинным столом из темного дерева и стульями в тон производила впечатление роскоши.

Пространство помещения щедро освещалось арочными высокими окнами, пропускающими много света. В каждом углу комнаты, на круглых столиках, красовались большие винтажные блюда с золотым кантом. Салфетки же из тончайшего кружева под ними лишь добавляли утонченности обстановке. Скрупулезно нарисованные на стенах картины воплощали древних богов, про которых так любил читать прежний владелец этих стен.

Мне очень нравилось здесь трапезничать, рассматривая стены и природу за окнами, которые так удачно открывали вид на передний двор поместья с маленьким фонтаном и красивыми кустарниками кипариса, жасмина и белых роз. Подъездная дорога, огибающая фонтанчик, каменная высокая ограда и кованые ворота с витиеватыми узорами завершали вид на передний обширный двор поместья.

Но столовая была далеко не самым красивым местом в довольно большом поместье Икворт: все комнаты и гостиные отличались воистину мрачной красотой и роскошью. Самым же драгоценным для меня местом в этих владениях являлась конюшня, в которую я и направилась, пересекая весь первый этаж особняка и выходя через маленькую дверь для слуг, ведущую на задний двор.

– Эл, запряги Буцефала, – обратилась я к конюху, натягивая черные перчатки из тонкой кожи, и сняла с металлического крючка на стене увесистый хлыст, который использовался лишь в том случае, если жеребец совсем наглел, не чувствуя во мне никакого авторитета. А этот самый авторитет заслужить хрупкой, маленькой девушке на спине огромного животного было сложнейшей задачей. Но сегодня я хотела отвлечься, поэтому самый большой, сильный и непослушный конь как раз подходил для такой непростой миссии.

– Плохое настроение, мисс Аддерли? – улыбнулся мне пожилой мужчина, которому я полностью доверяла благополучие своих любимцев.

Конюх за год хорошо изучил мой характер и если сначала боялся запрягать для меня самого непредсказуемого и даже злого коня, то теперь реагировал на мою просьбу подготовить «монстра», как он его называл, с улыбкой.

Вскоре я оседлала чрезвычайно высокого коня по-мужски, обхватывая ногами его мощное тело и вызывая осуждающие взгляды даже у служанок, проходивших мимо. Я давно пренебрегала и правилами дамской езды, и специальным нарядом. Все мои амазонки прекрасно чувствовали себя и в шкафу.

Миновав территорию двора поместья, вскоре я уже неслась в сторону цветущих полей, за которыми виднелась темно-зеленая полоса леса. Теплый весенний ветер приятно ласкал лицо и трепал темные волосы, которые выбились из высокой модной прически. Копыта Буцефала, тяжело ударяясь о землю и отбрасывая куски чернозема, несли нас обоих вперед. Запах свежей травы и распустившихся цветов, оживших после зимней спячки, вызывал желание глубже вдыхать ароматы. Чувство всепоглощающей тревоги о будущем заставляло мчаться еще быстрее.

Буцефал же радовался скачке, его норов требовал выплеснуть энергию. Черный как ворон, с длинной волнистой гривой и хвостом, он был воистину величественен. Эл хорошо заботился о моих любимцах, все лошади прямо-таки лоснились под лучами солнца от тщательного ухода и хорошего питания.

Вскоре мы добрались до кромки леса и границы земель поместья. Я не раз бывала в этом лесу и даже не думала о том, что хозяин, владевший этими территориями, мог бы возражать против невинной прогулки по ним. Въехав в зеленую природную арку из высоких деревьев над узкой лесной дорогой и облегченно выдохнув, почувствовала, как исчезает зной солнца.

В детстве этот лес всегда напоминал мне мир из сказок: казалось, в нем обитают лесные духи и монстры. Когда-то отец подкреплял мою бурную фантазию, выдумывая волшебные истории на ходу во время прогулок.

Папа сильно меня любил и баловал, вызывая при этом едкую ревность мачехи. Возможно, она была бы ко мне более благосклонна, если бы не видела, насколько ее муж обожает единственную дочь. Хотя, подозреваю, она ненавидела меня с самого начала лишь за одно существование на этом свете.

Мне было десять, когда отец женился на Бриджит, приняв молодую вдову и ее сына в нашу семью и дом. С тех пор меня не оставляло чувство, что папа совершил самую большую ошибку в жизни. Было видно, что он тоже сожалел. Но доброе сердце не позволяло ему развестись с женой, тем самым обрекая ее на жалкое существование. Мы попросту смирились со вздорным характером женщины. Сын же ее стал исключительной проблемой только для меня.

Эндрюс был старше меня на пять лет и не упускал возможности поколотить сестренку где-то в углу, пока никто не видит. Со временем вид его нападок в мою сторону изменился. Он стал откровенно приставать, делая вид, что это всего-навсего шутка. Когда же отец сильно заболел и меня некому уже было защитить, однажды ночью сводный брат настолько обнаглел, что пробрался в мою комнату и лег в кровать совершенно голый.

Я хорошо запомнила тот момент, мне только-только исполнилось семнадцать. Я проснулась от грубых прикосновений к моей груди и талии, лежащий позади Эндрюс сквозь тонкую ткань длинной ночной сорочки терся о мои ягодицы своим пахом. Его сладкий одеколон наполнил легкие тошнотворным запахом, сразу оповестив о том, кто мой ночной посетитель. Благо я всегда имела настолько громкий голос, что от моего крика переполошился весь дом. Сам Эндрюс сбежал, успев лишь подхватить вещи, и больше себе такого не позволял, хоть позже я и ловила на себе его сальные взгляды.

Эта история осталась тайной. Я ее стыдилась, боялась и в конце концов решила оставить при себе, не беспокоя душевное спокойствие и без того тяжело больного отца.

Из раздумий о неприятных моментах прошлого меня вырвал странный звук, напоминающий раскаты грома. Но это точно был не он, небо радовало чистой синевой. Слуги говорили разное о магии фейри. Даже мой конюх не раз упоминал, что представители высшего народа пугают лошадей своими слишком громкими проявлениями сил.

«Ну уж нет, еще не хватало встретить в лесу одного из этих», – подумала с отвращением. Более всех остальных, даже больше мачехи и сводного брата я ненавидела фейцев. Мучителей, тиранов и деспотов.

Хотелось от греха подальше направить лошадь обратно в поместье, но Буцефал после очередного звука громко заржал и неожиданно встал на дыбы, чуть не опрокинув меня на землю. А затем, словно белены объевшись, понесся в глубь леса. Ветки деревьев больно хлестали по лицу. Терзали открытые участки тела, царапая нежную кожу лица, шеи и плеч. Едва удерживаясь верхом на черном чудище, я хотела применить хлыст, чтобы остудить норов жеребца, но он резко дернул головой, пытаясь вырвать из рук поводья и единственное средство своего наказания. Вскоре хлыст упал на землю, теряясь в зелени черничных кустов. Буцефал понес меня дальше.

– Стой! Стой! Варгов великан! – завопила я что есть сил, хоть таким образом пытаясь вразумить буйное животное. – Впереди опасная река, погубишь нас! Стой, я сказала!

Все произошло за одну секунду. Перед нами темным пятном возник всадник на черном жеребце. Буцефал резко остановился, и я со всего маха впечаталась в его шею лицом, больно ударившись носом. Затем он встал на дыбы и, не удержав равновесия, завалился на бок, пригвождая мою левую ногу своей тяжелейшей тушей к земле. Затылок пронзила боль от удара, и все вокруг померкло во тьме.

Глава 2. Глаза цвета «лес»

Очнулась я от легких прикосновений к лицу. Казалось, будто некто скользил по нему мягким перышком. В какой-то момент я решила, что это отец будит меня с утра, он в детстве часто любил освобождать дочь из плена Морфея таким способом, когда я долго спала и не желала спускаться вниз к завтраку. Но, наконец сообразив, где я нахожусь и как тут оказалась, я резко открыла глаза и сразу же поморщилась от головной боли.

Надо мной навис четкий мужской силуэт, но солнце, которое находилось за его спиной и светило прямо мне в глаза, не позволяло увидеть черт лица незнакомца, подсвечивая только контуры его тела. Лишь одно я заметила довольно ясно – его заостренные длинные уши, которые выглядывали из-под волос. Внутри все похолодело, ведь это означало, что передо мной фейри.

С самого детства я ненавидела короля и всех полукровок, тех, кто придумал лишать жизни людей, обладающих даже незначительной магией. Они не щадили ни стариков, ни детей, ни женщин. Теперь же моя ненависть подкреплялась еще и страхом за собственную жизнь, ведь я, как оказалось, тоже имела некие магические способности.

С той единственной ночи, когда магия неожиданно дала о себе знать, она больше не проявлялась. Порой вовсе не верилось, что обладаю даром. Но учитывая то, что от созерцания этих самых сил и последующего шока погиб человек, сомневаться не приходилось.

Я замерла от страха. Незнакомец тем временем продолжал беспардонно очерчивать мое лицо большим пальцем. Я попыталась пошевелиться и сразу ощутила острую боль в левой ноге, отчего даже застонала.

– Лежи и не двигайся. – Он положил свою широкую ладонь на середину моей груди, прижимая меня к земле и не позволяя подняться.

Голос его был глубоким и низким, в незнакомце ясно читалось благородное происхождение по манерам и уверенности. Это было логично – все потомки фейри занимали наивысшие слои в иерархии общества.

Вскоре меня перестало волновать, что происходит вокруг, боль в ноге стала настолько нестерпимой, что я окончательно убедилась в том, что сильно ее повредила. Незнакомец, все еще удерживающий меня одной рукой, другую зачем-то положил на землю. За пеленой боли, которая застелила глаза, я едва сумела заметить, что пейзаж вокруг вдруг окрасился в серо-коричневые тона, исчезла сочная зелень. Мужчина отнял руку от земли и начал поднимать длинную юбку моего платья, из-за этого я снова попыталась вырваться из-под его ладони.

– Отпустите! – закричала я, когда он сильнее вжал меня в землю.

– Я сказал лежать и не двигаться… – уже тише, но не менее грозно проговорил феец, задрав подол платья выше и укладывая руку прямо мне на бедро поверх тонкого чулка.

В следующий момент кости в моей конечности затрещали, в глазах потемнело от ужасной боли, а по лесу разнесся громкий девичий крик. Мои пальцы вцепились в лежащую на моей груди руку мужчины и стали ее царапать.

Через секунду все прекратилось. Боль ушла, а давление в груди исчезло. Он отпустил меня. Я же, лежа на земле, обмякла и закрыла глаза, не в силах пошевелиться. Мужчина аккуратно опустил юбки платья и, схватив меня за плечи, помог сесть. Когда я распахнула веки во второй раз, сумела четко увидеть спасителя.

Его неестественно зеленые глаза с темными изумрудными крапинками вокруг зрачка внимательно рассматривали меня. На длинных пальцах блестели фейские кольца. Он был высок, таким ростом редко обладали обычные люди. Крепкое, но не громоздкое телосложение, яркие глаза и, конечно, заостренные уши. Все кричало о том, кто передо мной.

Черные словно уголь волосы длиной до плеч обрамляли красивое, аристократичное мужское лицо с тонкими, острыми чертами. На фейце были высокие сапоги для верховой езды, доходящие до колена, брюки и темно-зеленая рубашка, расстегнутая ниже положенного. В ее вырезе виднелась светлая кожа с небольшим количеством темных волос, рукава были закатаны до локтей, обнажая сильные руки мужчины. Немного небрежный вид аристократа дал понять, что встретить в лесу кого-либо он точно не ожидал. Скорее всего, как и я, он просто решил проехаться верхом и наткнулся на визжащую девицу, которую понес норовистый конь.

Мы так и замерли, рассматривая друг друга.

Неожиданно феец перевел взгляд на мою шею и поднял руку, приближаясь. Я, словно дикий зверь, резко вздрогнула и отпрянула, заставляя его внимание снова вернуться к моим глазам. Руку он предусмотрительно опустил и усмехнулся одной стороной губ.

– На вашем месте я бы поблагодарил своего спасителя. – Феец осмотрелся. – Ну и лес, который отдал часть своих сил за вашу сломанную ногу.

Теперь я тоже обратила внимание на окружающую нас природу. Еще недавно пышущие жизнью растения сейчас превратились в мертвую траву, кусты и даже сосны. Никогда не наблюдала магию фейри в деле, но теперь до меня определенно дошел смысл их любимого изречения «Дар за дар, а жизнь за жизнь». Они брали магию не просто из воздуха, а из окружающего мира. Это знали все, хоть и немногие имели возможность наблюдать воочию.

Я снова посмотрела на мужчину, тот продолжал изучать меня, будто странного нелепого жука, найденного в лесу.

– Ваш отец или брат явно плохо присматривают за вами, если отпускают так далеко, да еще на таком буйном животном.

Когда зазнавшийся феец решил намекнуть, что за мной нужно присматривать кому-то из мужчин, язык вдруг развязался.

– Нет у меня ни брата, ни отца.

– Тогда ваш супруг вдвойне будет недоволен, когда узнает, что в лесу вы были не одна, а с мужчиной.

Я не удержалась и выпустила уничижительный смешок сквозь губы, вызывая у фейца еще большее недоумение. Наверняка мужчина ожидал услышать от меня слова благодарности или мольбу о том, чтобы он никогда и никому не рассказывал о моем лесном приключении. А вместо этого получил откровенную насмешку.

– Нет у меня супруга. К счастью. А позаботиться о себе могу и сама.

От такого необычного заявления незнакомец даже не стал напоминать, что недавно именно он и позаботился о моем благополучии. Я прекрасно осознавала и близость бурной реки, и возможные осложнения от полученной серьезной травмы, но гордость не позволяла признать свою слабость.

– Как это? Нет ни одной знакомой мне женщины, которая жила бы одна. Если, конечно, вы не…

– Я хозяйка поместья Икворт, леди Миллиора Аддерли. Вдова и наследница лорда Аддерли. – Я по-мужски подала покрытую черной кожаной перчаткой руку фейцу, вызывая у него не только удивление, но еще и искреннее веселье.

Мужчина охотно принял ее, стянул черную перчатку и, склонившись, поцеловал тыльную сторону запястья, оставляя на чувствительной коже ощущение мягких губ и горячего дыхания. По спине, ошеломляя и настораживая, пробежал табун мурашек, заставляя меня выдернуть руку из его крепкой, но нежной хватки.

– Приятно познакомиться, прекрасная мисс Аддерли, – с лукавой улыбкой проговорил он, – Я Эрбос, живу в столице и приехал погостить к другу. Кстати, именно эти земли ему и принадлежат. Так что вы еще и нарушительница границ.

Я рассказала о себе фейцу неспроста – скрытность могла бы вызвать лишние вопросы у незнакомца. О нем же или о его друге, наверняка тоже полукровном фейри, спрашивать не стала. Информация мне о них ни к чему. Оставалось поблагодарить этого на удивление великодушного фейского мужчину и расстаться с ним навсегда.

– Спасибо за помощь, Эрбос, если бы не вы, меня, полагаю, ожидал бы неприглядный конец, – обратилась я к нему просто по имени, ведь большего он о себе не сказал. – Вы правы, не стоило седлать Буцефала и нарушать границ владений вашего друга. Этому коню нужна рука покрепче и потяжелее. Скоро меня хватятся слуги, и лучше, если к этому времени я уже буду на пути домой. Поэтому спешу попрощаться. До свидания.

– «Хотя надеюсь больше тебя не встретить никогда», – подумала и осмотрелась в поиске своего коня. Однако рядом был лишь один черный жеребец.

– Вашего коня остановить не удалось, но наверняка он убежал недалеко.

– Варгов монстр… – прошипела я ругательство, вновь вызывая у Эрбоса улыбку.

Да уж, похоже, за год я совсем одичала и забыла, насколько остальные девушки ведут себя прилично и воспитанно перед противоположным полом. Мужчины же из рода фейри тем более привыкли к полной покладистости женщин. Девушки только и мечтали о том, чтобы выйти замуж за какого-нибудь фейца – это гарантировало и статус, и богатство, и тем более благородную кровь их детям.

– Прошу прощения, сегодня у меня тяжелый день, и он не прекращает меня испытывать.

– Мы можем поискать вашего «монстра» верхом на моем жеребце. Но для начала позвольте еще немного вам помочь, вы сильно исцарапали лицо и шею.

Я кивнула, словно находясь под гипнозом его чарующих глаз.

«Может, это тоже какая-то магия?» – пронеслось в голове.

Эрбос подсел ближе и дотронулся пальцами до шеи. Его прикосновения были легкими и нежными, словно мягкое перо щекотало кожу. В груди неожиданно возникло странное пугающее чувство. Мужчина перекинул мои волосы за плечи и рукой практически целиком обхватил шею. Только сейчас я заметила, насколько близко незнакомец склонился ко мне, на лице стало ощутимо его дыхание. В этот момент я позволила себе рассмотреть фейца, пока тот был занят исцелением царапин.

Этого фейри можно было назвать действительно привлекательным, хотя среди них в целом было очень много красивых, по меркам общества, представителей. Его глаза в обрамлении длинных черных ресниц были опущены, выискивая на моем теле другие травмы. Я же откровенно залюбовалась им, забывая, кто передо мной находится.

– У вас еще что-то болит? – спросил он, резко подняв на меня взгляд.

Я же, будто с трудом вынырнув из морока его чар, опомнилась и тряхнула головой. Незнакомец, видя мое замешательство, только едва заметно улыбнулся.

– Нет, ничего не болит, спасибо. И я найду коня сама, – поспешно проговорила, удивляясь собственной реакции на близость странного мужчины, и попыталась подняться на ноги.

Эрбос хотел помочь, но я отпрянула, решив не позволять ему больше себя касаться, и самостоятельно встала. Удивительно, но еще недавно серьезно поврежденная нога нисколько не болела. В отличие от головы, которой я тоже изрядно приложилась о землю. Но это предпочла скрыть, ведь мне как можно скорее хотелось избавиться от фейца. Он заставлял меня испытывать необычные эмоции – это настораживало и пугало. А учитывая мои тайны, должно было ужасать.

– Миллиора, не глупите, я просто не смогу спокойно спать, оставив беззащитную девушку одну в лесу. Мы быстро найдем лошадь, и я провожу вас до границ ваших земель, – строго сказал Эрбос.

Мысли о том, что я могу искать Буцефала до вечера и что феец просто так от меня не отстанет, заставили согласиться.

«Всего пару часов наедине с ним… Всего пару часов от силы…» – попыталась себя успокоить, несмотря на риск, что он может раскрыть мою природу.

Эрбос подсадил меня на свою лошадь и умело уселся позади. И все же фейцы сильно отличались от человеческих мужчин. Особенно своими ловкими и в то же время плавными движениями. Но когда феец сидел так близко, меня волновало не его происхождение, а те ощущения, которые я испытывала, прижимаясь к нему спиной.

Большая крепкая рука надежно удерживала меня в седле, хотя в этом явно не было необходимости. Когда тепло ладони Эрбоса пробилось сквозь тонкую ткань платья, я впервые пожалела о том, что не любила носить корсеты. Он бы сейчас помог не так пронзительно ощущать прикосновение моего спутника, который наверняка осознал, что на мне нет плотного дамского сооружения. Мачеха всю мою сознательную жизнь не упускала возможности упрекнуть меня в том, что я слишком угловатая и бесформенная, поэтому я и решила, что дополнительно утягивающие талию корсеты мне точно ни к чему. Глядя в зеркало и изучая отражение, я видела вполне симпатичную девушку, хотя и понимала, что, возможно, мое суждение о себе ошибочно. Со временем, когда и женихи на многочисленных балах, на которых я бывала по инициативе «матушки», отказывались проявлять ко мне внимание, совсем уверилась в своей непривлекательности и смирилась с этим.

Только мой добрый друг Дорн, с которым мы дружили с детства, никогда не упускал возможности приукрасить реальность. Он всегда называл меня самой красивой из всех девушек, кого он видел. Парень был невероятно добр и, когда узнал, что Эндрюс выдал меня за престарелого соседа, очень сильно сокрушался в письмах. Вот только помешать этому не мог, ведь находился в столице и обучался военному делу, которое позволяло обычному человеку становиться помощником Инквизитора или законником. Его родители мечтали о том, чтобы он стал большим человеком, служил королю, несмотря на то что такая служба была тесно связана с убийством невинных людей. Все детство Дорн и его родители прожили на окраине столицы, у них было похожее поместье рядом с нашими владениями.

Вскоре отца друга повысили, и они всей семьей перебрались в город. С тех пор мы вели переписку. Ни разу он не смог допроситься у родных разрешения проведать меня. Но вскоре его обучение завершится, а сам он найдет хорошую работу и сможет больше не отчитываться перед отцом. Дорн обещал навестить меня. И у меня уже созрела безумная идея о том, как спастись от нового нежеланного брака.

– Любите гулять одна по темным лесам? – спросил Эрбос, вырывая меня из задумчивости и крепче прижимая к себе рукой, когда лошадь, перешагивая ветку, качнула нас в седле.

Моя спина и ягодицы плотно прижались к мужскому твердому, словно скала, телу, заставляя сжаться от смущения.

– Этот лес хорошо мне знаком и напоминает о лучших моментах прошлого. Когда-то отец рассказывал мне, что именно в этих местах водятся волшебные существа, – ответила я, не подавая вида, как сильно меня волнует его близость.

– Знаете, а ваш отец был прав, хотя, скорее всего, сам этого не осознавал. Именно этот лес был первым местом, в котором появился проход между мирами фейри и людей.

Я оторопела. Обычно полукровки скрывали все подробности появления в нашем мире фейри и тем более отбытия чистокровных из него, а потому мне очень хотелось узнать больше. Истории о мифических существах всегда меня будоражили, теперь же выпал шанс услышать не вымысел любимого папы, а настоящие события далекого прошлого.

– В мире фейри есть и другие существа?

– Конечно, – уже более воодушевленно ответил Эрбос, – они походят на животных в мире людей, ведь лишены интеллекта, которым обладают фейри. Но в отличие от местных животных владеют магией.

Вопросов возникло много, ведь никто никогда не упоминал об этом.

– А вы сами видели когда-нибудь такое животное из мира фейри? Хоть одним глазком? – нетерпеливо заерзала в седле я.

Рука Эрбоса, словно невзначай, скользнула выше по моей талии, а сам он склонился ближе, задевая подбородком нежную кожу на щеке. Медленно прикрыв глаза, я отметила, как приятно пахнет от мужчины, хотя стоило сделать ему замечание за вольность. Ароматы свежей хвои и терпковатой полыни напрочь лишили ум здравости. После феец стал тихо говорить:

– Видел. Однажды в детстве. Животное обладало черной чешуей, желтыми круглыми глазами и скалилось пастью с множеством острых зубов, имея при этом рот, больше походящий на клюв.

– Какая интересная внешность. Оно не навредило вам?

– Нет. Зверь оказался очень трусливым, хотя и явно хищным, судя по зубам и когтистым лапам. Все время частично прятался за стволом одного из деревьев, а после применил магию, – намеренно медленно проговорил феец, смакуя мою крайнюю заинтересованность как лучший десерт.

– Какая магия у него была? Что он сделал?

– Стал полупрозрачным, почти сливаясь с окружающей природой.

Я ахнула, не сумев сдержать восторга, и повернулась так, чтобы рассмотреть лицо Эрбоса. Это стало ошибкой. Наши взгляды столкнулись, а близость оказалась недопустимой. От потемневшего взора лесного незнакомца внутри затрепетали противоречивые чувства. Страх и притяжение смешивались во мне словно яркие краски, подарив жизнь незнакомой ранее эмоции. Испугавшись еще сильнее, предпочла вновь отвернуться.

– Животное двигалось, перескакивая с дерева на дерево, и быстро скрылось в лесу, – продолжил феец низким голосом. – Мне посчастливилось увидеть одно создание мира холмов. На деле их тут водилось множество.

– И что же с ними стало?

– Король велел поймать всех, кого можно, и вернуть в родной мир, остальных пришлось уничтожить. Они приносили ущерб этому миру: стали истреблять местные виды животных. Нарушать равновесие природы.

Я усмехнулась и подумала: «Совсем как фейри сейчас истребляют людей», но этого, конечно, не озвучила. Одно неподобающее высказывание в сторону законов короля могло привести к виселице. Вместо этого я решила испытать удачу и задала вопрос, который терзал людей уже двадцать лет.

– Эрбос, вы мне кажетесь гораздо более открытым, чем остальные представители вашего рода. Могу ли я полюбопытствовать еще кое о чем?

Эрбос резко выдохнул мне в макушку, отчего сложилось впечатление, что он усмехнулся, радуясь моему интересу.

– Конечно, задавайте свой вопрос, я постараюсь на него ответить.

– Зачем фейри истребляют людей, обладающих магией? Король Градос Сактин боится их?

В этот момент Эрбос засмеялся:

– Поверьте, маленькая леди Аддерли, король настолько силен, что не боится никого из магов или ведьм. Дело в кровосмешении. Магия фейри кардинально отличается от магии людей, если им, конечно, не посчастливилось ее унаследовать от предков. Союз таких противоположностей порождал необычных существ, вот их и страшится Градос.

– Значит, таких детей от союза людей, обладающих магией, и пришедших в наш мир фейри тоже истребили?

– Да, всех до одного, когда поняли, что они способны ранить своими силами чистокровного фейри.

Я была удивлена, а еще стало непонятно, почему этот полукровный фейри решил открыть такую большую тайну малознакомой человеческой девушке.

Мы петляли по лесу в поисках Буцефала, и Эрбос делился тем, что сам знал о тех прекрасных магических животных из мира фейри, которые когда-то обитали в этих местах. Я же задавала все больше вопросов, окончательно потеряв страх перед ним. Объятия мужчины уже не вызывали напряжения, а общение с ним стало приносить удовольствие. Появились мысли, что далеко не все фейцы заносчивы и высокомерны, Эрбос был тому прекрасным примером.

– Я вижу его! – радостно воскликнула, указывая на Буцефала, мирно пасущегося на маленькой полянке, покрытой сочной зеленью.

Заметив коня, Эрбос еще сильнее прижал меня к себе, чем удивил. Нас не тряхнул конь, мы уже остановились, и его действие было странным. Только сейчас я вдруг осознала, что будь у этого мужчины плохие намерения, он мог бы их с легкостью осуществить. А после легко оправдаться перед законом, ведь его происхождение дарило множество привилегий. Вдруг он просто ждал подходящего момента? Вдруг просто хотел отвезти меня подальше в глубь леса, чтобы там расправиться с молодой доверчивой девушкой, обесчестив ее и похоронив где-нибудь в зарослях? Вдруг все его благие поступки лишь приманка, ведущая в лапы хищника? Вполне возможно, что тайные рассказы о мире фейри останутся навечно в этом лесу вместе со мной. Я инстинктивно обхватила руками запястье Эрбоса, но рука, которая удерживала меня, была словно стальная.

– Что вы делаете, Эрбос? – испуганным голосом спросила я, пока воображение рисовало ужасную расправу, которую уготовил мне этот незнакомец.

– Удерживаю вас. Не смейте вырываться и ведите себя тихо.

Я прикрыла глаза и глубоко вдохнула, приготовившись к самому страшному. Мои руки, цепляющиеся за запястье Эрбоса, стали сильно дрожать, сердце ускоряло свой ритм.

– Не бойтесь так, она уже уползла.

– Что? – промямлила я едва слышно.

– Змея. Она уже уползла. Между прочим, ядовитая змея. Мне бы не хотелось лишать жизни лес вокруг снова ради укушенной лошади.

И правда, посмотрев на землю, поросшую мхом и травой, я заметила черный хвост рептилии, что уже скрывалась под невысокими кустами. Я сразу расслабилась и с облегчением выдохнула.

– Я очень боюсь змей, – сказала для отвода глаз.

– Это и заметно, на моих руках прибавилось царапин.

Я резко одернула себя и расцепила пальцы, обхватывающие оголенную часть руки Эрбоса, на которой красовались красноватые полумесяцы от моих ногтей.

– Прошу прощения, я не хотела.

Он ничего не ответил и ловко спешился. Теперь феец увидел мое побелевшее от ужаса лицо и громко хмыкнул. Он обхватил мою талию и аккуратно спустил на землю, соблюдая при этом некоторую дистанцию, чтобы не прижиматься ко мне. Кажется, феец понял, что на самом деле я успела подумать о нем.

– Хочу уплату долга за то, что вы меня покалечили, – насмешливо сказал мужчина, – ну и за все доставленные неудобства.

«А как же. Вот и вылезла твоя жадная натура», – подумала я, хотя и испытала вместе с тем новую волну облегчения. Уж лучше заплатить, чем гнить в сыром лесу.

– Буду рада отблагодарить вас, только назовите цену. – Я улыбнулась, уже приготовившись услышать немаленькую сумму, ведь копейками фейцев не прельстить.

– Я хочу, чтобы вы вновь порадовали меня своей компанией завтра. Видите ли, мой друг отбыл по делам, а я остался скучать в одиночестве.

Я, широко раскрыв глаза, удивленно уставилась на Эрбоса. Не верилось, что он просит о новой встрече, да еще и подобной самому настоящему тайному свиданию.

– Это неподобающе, Эрбос, если кто-то узнает…

– Я не навлеку на вас бед, обещаю. Или вы отказываетесь уплатить свой долг? Всего-то поговорим. Расскажу вам много любопытного о мире фейри и их негласных законах, вы мне о себе что-то интересное поведаете. Сугубо дружеская беседа, не подумайте дурного, – продолжил уговаривать он.

Мысли путались в сомнениях, хотелось услышать еще больше чудесных историй, которые так меня интересовали, но стоило помнить о том, что этот мужчина мне никогда не станет другом. Скорее наоборот, обнаружив во мне нечто ведьмовское, незамедлительно сдаст в руки Инквизиции.

– Подумайте, я вас не тороплю. А сейчас нам нужно выдвигаться, скоро стемнеет и дорогу назад будет сложнее отыскать.

На это я кивнула и пошла к своему «монстру». Эрбос помог оседлать громадного жеребца, который даже по сравнению с его далеко не маленькой лошадью казался внушительным. Практически взлетев на своего коня, он двинулся в сторону выхода из леса, прокладывая мне путь и иногда отодвигая ветки деревьев, чтобы я вновь не поранилась.

Всю дорогу я наблюдала за мужчиной, двигавшимся впереди меня, и раздумывала над его странным предложением встретиться вновь. Зачем ему это? Может, ему и правда так наскучило гостить у друга, что он заинтересовался самой обыкновенной человеческой девушкой? Красивая осанка Эрбоса и не менее привлекательная фигура притягивали внимание, иногда он оборачивался, чтобы убедиться в том, что меня не хлестнет очередная ветка, которую он старался удержать до последнего. Забота полукровного фейри обо мне совершенно не вязалась с его происхождением. Обычно фейцы в полной мере пользовались всеми своими правами, а людей, если повезет, одаривали лишь редким взглядом. Но этот был другим: странным, непохожим на остальных.

Вскоре мы добрались до лесной дороги, а с нее съехали к полю. Мое поместье виднелось вдали, солнце окончательно спряталось за горизонтом, опуская небо в синеву сумерек и освещая горизонт приятным розоватым оттенком. Эрбос резко развернул лошадь и посмотрел на меня пристальным серьезным взглядом.

– Я буду ждать вас тут завтра в полдень.

– Но я не давала своего согласия на эту авантюру, – возмутилась я.

– Ваши действия и станут ответом, – лукаво улыбнулся Эрбос, хитро прищурив полные зелени глаза. – Спокойной ночи, Миллиора. Надеюсь на скорую встречу.

Не успела я открыть и рта для того, чтобы попрощаться, как он проскакал мимо меня и вновь быстро скрылся в лесу, пуская лошадь в галоп по узкой дороге.

Как следует поужинав после дня, полного приключений, я отправилась к себе в комнату. Там мне помогла переодеться и умыться Лора, моя хорошая подруга и гувернантка. Она уже привыкла к моим постоянным вылазкам в лес верхом, которые завершались с заходом солнца, а потому не удивилась и сегодняшней долгой прогулке. Вскоре я уже лежала в своей мягкой чистой постели, в такой, в которой уснет любой. У меня же из головы не выходил Эрбос. Интригующее предложение увидеться вновь заставляло думать о завтрашнем дне. Я не знала, как поступить, хотя и понимала, что в этой ситуации единственное здравое решение – забыть про Эрбоса. Он полукровный феец. На этом точка. Он тот, кто в мгновение ока может изменить свое отношение ко мне, заметив малейшее проявление магии.

Глава 3. Полет в пламя

Уже с самого утра я была словно на иголках. Окно в коридоре второго этажа особенно сильно притягивало взгляд – из него открывался вид на объятое красками цветущее поле и лес, который виднелся вдали.

Решив, что точно не стану больше встречаться с таинственным фейцем, я спустилась вниз, чтобы поговорить со своей единственной подругой. Хотелось отвлечься от мыслей о лесном незнакомце, да и обсудить ее дальнейшую судьбу стоило уже сейчас. Ведь я и сама оказалась в шатком положении из-за шантажа нерадивых родственников, а Лора полностью зависела от меня.

Полгода назад, в страшный холод и дождь, в дверь поместья Икворт постучала до ужаса замерзшая девушка. Как оказалось, отец выгнал ее из дома, когда та отказалась выходить замуж за нелюбимого человека. Расстроенный жених воспринял бурную реакцию девушки как оскорбление. В конце концов, он и сам не захотел этого брака.

Конечно, ее история трогала до глубины души, ведь и мне был навязан брак против воли, но я не посмела бежать. Но больше всего меня задело за живое то, что из всех тех многочисленных домов, которые она посетила в столице нашего Королевства, только я согласилась принять Лору к себе на работу. Свободолюбивых девушек не жаловали нигде. Мельком услышав от городских прохожих рассказы о независимой молодой вдове, отвергнутая всеми Лора решилась ехать именно сюда. И, конечно же, я радовалась, что она смогла спастись. Но слухи, уже дошедшие до столицы, отнюдь не радовали.

– Лора, как твои родные, все еще не отвечают на письма?

– Сложно бороться с их холодностью, но постепенно они смирятся. Сестра же приняла мою сторону и стойко пытается растопить их сердца, – проговорила девушка с грустной улыбкой.

Лора была прекрасно образована и начитана, лучше гувернантки не найти, вот только детей у меня, конечно, не было, а потому она выполняла обязанности компаньонки. Не оставлять же Лору на улице, да и обычной служанкой взять девушку из благородной семьи не посмела. Гувернанткам жалованье платилось гораздо больше, чем простым слугам и даже компаньонкам, и, озабоченная судьбой Лоры, я выделила ей должность, которая обеспечит девушку и избавит меня от волнений за ее судьбу. Лоре не было равных в доброте и мудрости, поэтому она быстро стала моей близкой подругой. Холодная красота Лоры могла очаровать любого: русые густые волосы, светло-серые глаза и бледная кожа в сочетании с горделивым видом делали ее прекрасной партией для любого мужчины, у которого имелись глаза. Девушка могла позволить себе долго выбирать мужа, но ее отец был жестоким человеком и решил отдать дочь первому, кто попросит ее руки. А когда та взбунтовалась, нарушив его планы, просто отрекся от нее и выгнал из дома.

Мне было невыносимо видеть, как она все еще надеется на прощение отца и абсолютно согласной с ним матери. Я же старалась не вмешиваться. Разговор о будущем тоже отложила, поскольку по появившейся между бровями морщинке стало видно, что она подавлена. Будто подтверждая догадки, Лора поспешила перевести тему.

– Сегодня ты решила не кататься верхом, Миллиора?

– Нет, Буцефал накатал меня как следует. Сегодня я предпочту книги, – ответила я, и мы вместе рассмеялись, потому как обе хорошо знали повадки «монстра».

Я невольно вспомнила вчерашний день. В который раз. Лора открыла одну из тех книг, что мы иногда перечитывали друг другу, и принялась читать ее вслух. Мне правда хотелось сконцентрироваться на рассказе, но напряжение, вызванное интригами фейца, никак не спадало. Еще час я пыталась усидеть на месте, прогоняя навязчивые мысли и воспоминания, и делала вид, что ничто меня не беспокоит.

Прерывая тревожащие размышления, высокие напольные часы, стоявшие в углу гостиной, забили ровно полдень. Я в тот же миг забыла обо всем. Поднявшись, я поблагодарила Лору за компанию и быстрым нетерпеливым шагом направилась на второй этаж – к тому самому окну, что так не давало мне покоя. Вдруг Эрбос и вовсе не явится, поняв мой настрой? В глубине души я понимала, что это меня даже немного разочарует. И это определенно было плохим знаком.

Встав у оконной рамы и положив обе руки на широкий деревянный подоконник, я стала всматриваться в полоску леса вдали, у которой по-прежнему не было видно ни единой живой души. Может, и хорошо, если он не явится. А возможно, он не поедет дальше в поле, чтобы я не смогла рассмотреть всадника на вороном коне. Я уже собиралась уйти, не обнаружив своего вчерашнего спасителя. Но вдруг из леса появился темный силуэт – черный конь и его хозяин. Это заставило меня отпрянуть от окна, будто Эрбос смог бы меня разглядеть. Всадник сделал несколько кругов, пуская рысью нетерпеливого жеребца, а затем остановил его, глядя в сторону поместья. В этот момент он наверняка понял, что я не приду. Мне было неизвестно, сколько времени выжидал Эрбос в тени леса, прежде чем решился показаться. Но даже издали в нем ощущалось нетерпение. Я прикрыла глаза и глубоко вдохнула.

– Уходи… Уходи… Прошу тебя, – прошептала я, хотя он не мог услышать.

Душа разрывалась между желанием сейчас же отправиться к Эрбосу, долго говорить с ним обо всем на свете, слушать его рассказы о народе фейри до вечера и между желанием забыть об этом мужчине навсегда. А когда я вновь подняла глаза, чтобы увидеть пустое поле и темную одинокую полосу леса, обомлела от удивления и страха. Эрбос на всех парах скакал в сторону поместья Икворт. Не поверив своим глазам, я отвернулась от окна, а когда снова посмотрела в него, то уже не сомневалась: феец вознамерился заглянуть в гости и породить обо мне еще более страшные сплетни. Быстро спустившись по лестнице и поймав на себе удивленный взгляд Лоры, по-прежнему сидевшей на длинном диване, я выбежала на задний двор. И велела Элу немедленно оседлать для меня любимую лошадь. Она сочетала в себе добрый нрав и умение скакать быстро. Как раз то, что мне сейчас было нужно. Поглощенная переживаниями, я не успела понять, как оседлала лошадь и оказалась в поле, мчась к своей погибели.

Внутри бушевала такая злость, что всадник, несущийся мне навстречу, стал единственной точкой, к которой было приковано мое внимание. Хотелось растерзать Эрбоса на мелкие кусочки. Феец предоставил мне выбор и сам же его забрал. Он осознавал: стоит явиться ко мне в поместье – и обо мне тут же поползут слухи. Еще страшнее, если кто-то сейчас заметит, что я отправилась на свидание с мужчиной один на один. Без зазрения совести он предпочел спровоцировать этот скандал – вынудил меня идти у него на поводу.

«Совершенно невыносимый, наглый, эгоистичный феец», – пронеслось в голове, когда я заметила на лице приближающегося ко мне Эрбоса довольную улыбку. В следующий миг направляемые всадниками лошади сошлись в одном месте, кружась одна напротив другой на расстоянии нескольких метров. Красота, страх и злость встретились в одном месте, обещая последствия. Я прожигала Эрбоса таким взглядом, что, наверное, и сама бы испугалась себя, если бы увидела со стороны. Он же продолжал улыбаться, явно наслаждаясь тем, как я вскипела. Пришпорив кобылу, я рванула в сторону леса, не проронив и слова. Еще не хватало вести беседы у ворот поместья.

Заодно я дала себе немного времени, чтобы остыть, ведь позволить себе грубости в отношении фейца, несмотря на переполняющие чувства, было бы опрометчиво. Добравшись наконец до прохладной тени деревьев, я спешилась и, сложив руки, стала ждать, когда Эрбос слезет со своего коня.

– Почему вы не уехали? – Задала я вопрос, как только мужчина спешился и подошел ко мне ближе.

– Судя по всему, я не прогадал, когда предположил, что объятая чувством вины из-за невыплаченного долга, маленькая леди Аддерли станет наблюдать из окна за бедным и несчастным фейцем, поджидавшим ее у леса, – сказал Эрбос, при этом намекая, что именно его происхождение и стало причиной моего отказа.

В нем не было ни обиды, ни злости – одно лишь веселье, сверкающее озорными огнями в бездонных зеленых глазах. Стало страшно от проницательности Эрбоса: вдруг он сразу заподозрил, что я обладательница магических способностей, а теперь лишь искал доказательства своих предположений? А может, я и накрутила себя раньше времени, обращая внимание лишь на те слова, которые звучали угрожающе?

– Веселитесь, Эрбос? Мне же не до веселья, моя персона и так привлекает к себе достаточно внимания. Если же хоть кто-то заметит, что я встречаюсь тайком в лесу с мужчиной, то не разбираясь обольют грязью, – выпалила я, подойдя вплотную к нему. – Меня устраивает моя тихая и свободная жизнь, менять ее я не желаю. Вам не понять меня: вы родились не только мужчиной, но и фейцем, как вы правильно успели подметить. Ради своей забавы вы можете пустить под откос мою судьбу за несколько дней, а затем забыть мое имя и отправиться в столицу, домой, как ни в чем не бывало.

Эрбос резко посерьезнел, рассматривая меня с высоты своего роста с небывалым интересом. Взгляд мужчины на мгновение опустился к моим губам, но быстро вернулся обратно. Мне не составило труда понять, что именно сейчас промелькнуло у него в голове. Я резко сделала шаг назад, удивляясь тому, что этот мужчина вообще обратил на меня внимание как на девушку.

– Всего один день, Миллиора, и я исчезну из вашей жизни. Хотя, возможно, вы сами захотите встретиться со мной еще, кто знает? Не буду против нового свидания, я почти каждый день в этом лесу.

– Тогда после сегодняшней встречи я больше не ступлю в этот лес ни ногой. И я уже объяснила почему, хоть вы и не желаете меня слышать. Сейчас я уже тут и потому выплачу вам долг, как вы того и требовали, но на большее не рассчитывайте.

Эрбос немного нахмурился, но тут же быстро улыбнулся одним уголком губ, словно стирая с лица тень тревожных мыслей.

– Чудесно, тогда мы поедем в одно хорошее место, которое я обнаружил в лесу и теперь часто там бываю, – проговорил он с энтузиазмом, мягко подталкивая меня к лошади.

Мужчина подхватил меня и с легкостью помог усесться в седле, затем и сам оседлал своего коня. Мы медленно двинулись по дороге, уходящей в глубь леса. Эрбос, как и прежде, прокладывал путь сквозь заросли, ведь то место, которое должно было мне понравиться, находилось глубоко в лесу. Вскоре мы и правда вышли на большую поляну, которую сплошь устилал ковер из шапок лиловых цветов на достаточно высоких стеблях. Я замерла, залюбовавшись красотой этого места: солнце пробивалось сквозь облака и ветви близстоящих деревьев, освещая поляну мягким неярким светом, цветы наполняли и без того свежий лесной воздух сладковатым ароматом, ветер колыхал пушистые шапки лиловых соцветий, создавая живой ковер, который перекатывался волнами. Вокруг красиво переливалось пение лесных птиц, делая место волшебным.

– Это и правда особенное место, – согласилась я, все еще любуясь красивым видом.

Заставила меня вздрогнуть неожиданная надежная хватка на талии. Мой спутник поспешил лично помочь спуститься с лошади. Казалось, что он даже получал от этого удовольствие, на этот раз дольше обычного удерживая меня в своих руках, разглядывая глаза. Я же напряглась под навязчивым взглядом, ведь именно фиалковый цвет радужек когда-то привел в наш дом Инквизиторов. Фейцев. Они долго изучали меня, так же заглядывая в глаза, будто внутри них была видна душа со всеми ее пороками. Тот день хорошо запомнился, ведь охотники провели в нашем поместье несколько часов, подозревая отца в том, что он поит меня специальным зельем, скрывающим магические способности людей. Отваром абракуса пользовались многие люди, спасая своих детей и себя, даже учитывая, сколь сложно было его достать. Но действие растения было недолгим. Тогда, не обнаружив ничего странного, Инквизиторы ушли. Мне даже выдали документ, подтверждающий, что я не имею магических способностей.

– Я же говорил, вам понравится, – замечая мою реакцию, с довольным видом проговорил феец.

Выпустив меня из рук, Эрбос обошел свою лошадь и достал из седельной сумки большое покрывало. Я же направилась исследовать поляну. Вскоре и мужчина последовал за мной.

– Что это? – спросила я, когда наткнулась на два полуразрушенных столба по колено, сотворенных явно не природой. Эрбос притоптал ногой высокую траву вблизи этих самых столбов и расстелил тяжелое большое покрывало.

– Я заметил, что вас сильно интересуют слухи о фейри и в целом сказки. Представляю доказательства того, что я не сказочник, а действительно кое-что знаю. Когда-то на этом самом месте были магические ворота, соединяющие два мира.

Я присела и коснулась остатков каменных врат кончиками пальцев. Теперь я сгорала от нетерпения, хотелось услышать продолжение истории. Но Эрбос не заговорил, он ждал моих вопросов. Хотел упиваться заинтересованностью. Феец сел на покрывало и, сорвав одну из высоких травинок, сунул ее в рот, наблюдая за тем, как я встала и, распрямившись, повернулась к нему. Он рассматривал меня, как хищник рассматривал бы свою жертву перед трапезой. Мужчина смело обвел взглядом полуобнаженные плечи, которые не слишком закрывало летнее сиреневое платье, затем шею, губы и снова остановился на глазах. От этого я вновь вспомнила, кто передо мной, и невольно сжалась. Стараясь скрыть свою реакцию, быстро подошла к покрывалу и села на край, чтобы не быть слишком близко к этому мужчине.

– Я люблю сказки. Они мне напоминают об отце, который умер два года назад. Мы были весьма близки, он – единственный, кто делал меня счастливой.

Я делилась личным, глядя на узор на покрывале и обводя завитки на нем указательным пальцем, чтобы не встречаться взглядом с Эрбосом. Мне все еще было тяжело вспоминать об отце, порой я не могла поверить, что его больше нет рядом. Иногда даже ловила себя на том, что хочу, как и прежде, побежать к нему, живому, и рассказать новость, что меня порадовала. Затем я вспоминала о его кончине и впадала в ступор. Неожиданно на мои пальцы легла рука Эрбоса, заставляя поднять на него глаза. Он смотрел на меня с сочувствием и пониманием. Этот его жест был приятнее слов, он был искренним, как раз таким, который требовался мне в эту минуту: слова сочувствия и скорби, тем более подобранные расчетливым рассудком, вызывали во мне желание поморщиться от отвращения.

– Вы ни разу не говорили про мать. Где она?

Я пожала плечами и, наконец, убрала свою руку из-под большой ладони Эрбоса.

– Отец сказал лишь то, что она умерла от послеродовой горячки. Он не любил говорить о ней. Наверное, ему было больно. Я же не донимала его вопросами. Папа давал мне столько любви, что я и не замечала нехватку материнского тепла в своей жизни.

– Я был знаком лично с вашим мужем, лордом Аддерли. Возможно, и отца вашего знал. Как его звали? Хотелось бы знать имя того, о ком так тепло отзываются его близкие.

– Роберт Элфорд, так его звали. Поместье отца тоже соседствует с Иквортом, но оно гораздо меньше его. Сейчас там живут моя мачеха и сводный брат. После смерти папы ему в наследство перешло всё, даже я до двадцати одного года.

За потоком слов я и не заметила, с каким отвращением говорю о своих родственниках: наверняка это читалось и на моем лице, ведь Эрбос заметно нахмурился, прожигая меня серьезным взглядом.

– Это он отдал вас замуж за старика?

– Кто же еще? Он мой опекун. Но не подумайте, что меня планировали за него отдать. Моя заурядная внешность, судя по всему, не может затмить этот ужасный цвет глаз, – взмахнула я рукой у лица с усмешкой. – Разглядев его, женихи с ужасом бросаются от меня врассыпную. Ведь обычно ведьмы и маги смотрят на этот мир яркими глазами. Пусть я прошла проверку Инквизиции и не обладаю никакой магией, люди продолжают шарахаться от меня. Но кому я рассказываю, ведь фейри знают лучше других о таких случаях.

Эрбос слушал меня довольно внимательно, и его удивление не укрылось от меня, хотя я так и не поняла, что именно вызвало его реакцию.

– Я видел ведьм и магов, коих осталось совсем мало, но ни у одного из этих людей я не замечал фиалкового цвета глаз, Миллиора. В вас нет магии, я бы сразу ее распознал, как и проверяющие вас Инквизиторы. Что до внешности: верно, именно она обычно подтверждает принадлежность к магии. Все ведьмы до невообразимого прекрасны. Как и вы.

От речей фейца я сжалась. Его слова не прозвучали для меня комплиментом, скорее вызвали леденящий ужас. Ведь я знала – магия во мне есть. И если раньше я думала, что обнаружить ее не удалось Инквизиции лишь потому, что она спала и никогда не проявляла себя, то сейчас я была уверена – по какой-то причине фейри не чувствовали ее во мне.

– Кто же вы такой, раз видели ведьм и магов, Эрбос? – спросила я, игнорируя явную лесть и скрывая растерянность.

– Всех полукровных фейри обучают распознавать магию у людей. Еще будучи детьми, мы учимся на живых магах и ведьмах.

Я выдохнула:

– Мне показалось, что вы можете оказаться Инквизитором.

Эрбос громко рассмеялся, и от широкой улыбки под уголками губ стали видны две едва заметные маленькие ямочки. Эта совсем незначительная деталь делала его образ настолько живым и привлекательным, что я и сама стала улыбаться вместе с ним.

– Миллиора, вы проходили проверку и должны знать, как выглядят Инквизиторы. Неужели я похож на кого-то из них?

Я вспомнила устрашающих громил, которые практически ворвались к нам в дом, и поняла – он ничуть на них не похож. Или мне хотелось в это верить?

– Ну-у, – задумчиво протянула я, оценивая его внешность. – Если на вас надеть черные одежды, плащ с капюшоном и добавить шляпу, в каких они обычно ходят, то вполне можете сойти за одного из них.

Эрбос с полуулыбкой прилег на покрывало и явно наслаждался тем, как я его рассматриваю, прикидывая, подойдет ли он на роль Инквизитора.

– На самом деле все эти шутки зашли слишком далеко. Всем своим существом я презираю убийства людей, которые обладают магией. Они не выбирали рождаться со способностями. Гибнут даже маленькие дети. Это… просто ни в какие ворота, такого просто не должно быть…

Я впервые так категорично высказалась о правилах, установленных в Королевстве, при Эрбосе и сразу посмотрела ему в глаза, ожидая реакции. Он скользнул взглядом по моей опершейся руке, затем – к талии, обтянутой тканью платья, задержался на распущенных волосах, лишь слегка убранных по бокам двумя заколками, и вернулся к лицу. Его оценивающий взгляд словно впивался в каждую деталь и поглощал их одну за другой. Эрбос тяжело сглотнул и наконец ответил на мои рассуждения.

– Да, способы не допустить кровосмешение весьма жестокие, но они обеспечивают безопасность нашему королю.

«А нужен ли нам этот ваш король? Пусть бы уходил в свой мир и оставил нас в покое», – хотелось сказать мне, но я согласилась, молча качнув головой. Осознавая, что феец никогда не поймет меня.

– Миллиора, – неожиданно требовательно обратился он ко мне. – Вам на вид не больше двадцати. С унаследованным именем, состоянием и таким милым личиком вам бы не составило труда выйти замуж, даже несмотря на необычный цвет глаз, выделяющий вас среди остальных человеческих женщин. Но вижу, вы не стремитесь к этому. Даже больше – не хотите.

Я закатила глаза и отвела взгляд – этот вопрос мне задавали слишком часто, и он успел поднадоесть. Ведь обретенное наследство и правда могло перекрыть мой недостаток, но я практически не выезжала за пределы поместья.

– Не хочу быть чьей-то собственностью и подчиняться правилам мужа. Лучше уж побыть свободной, пока есть такая возможность, пусть и ненадолго.

Я тяжело вздохнула и перевела взгляд на Эрбоса – его лицо стало таким, каким, пожалуй, могло быть только у настоящего Инквизитора.

– Ты с кем-то помолвлена? – быстро спросил он.

– Нет-нет, вы не так поняли, – тихо рассмеялась я, – но сводный брат, мой опекун, настаивает на моем скором замужестве. Отказаться по весомым причинам я не могу, а потому в течение пары месяцев, которые он мне выделил на поиски мужа, я должна буду найти некого мужчину для официального брака.

– Официального брака… – повторил мои слова Эрбос. – Мне кажется, Миллиора, что в твоей задумке есть хитрость.

– Вы слишком проницательны. И слишком рано перешли на «ты», но вы правы. Я заключу фиктивный брак, если выйдет, и буду жить, как и прежде. Это же не противоречит законам, так?

Феец хитро улыбнулся.

– Какая же ты интересная особа, мисс Аддерли, – задумчиво проговорил он, даже не думая обращать внимание на мое замечание. – Любая другая девушка уже через месяц после кончины старого опостылевшего мужа нашла бы себе утешение в ком-то.

Я возмутилась заявлению фейца.

– Что вы имеете в виду?

– Ничего, лишь сужу по реальным примерам из жизней людей. Но я хотел с тобой поговорить не про это. У меня есть предложение, которое даст тебе возможность не выходить замуж, как ты и хотела. А я, в свою очередь, смог бы повлиять на твоего опекуна, чтобы он не смел от тебя этого требовать. Поверь, Миллиора, он без проблем оставит в покое молодую вдову: мой статус и влияние слишком велики, чтобы иметь смелость мне перечить…

Взгляд Эрбоса потемнел и стал хищным, как у ястреба, заметившего добычу. Плохое предчувствие разлилось страхом в груди, а сердце бросилось вскачь. Я торопливо огляделась, ища свою лошадь – та жевала траву неподалеку. Эрбос понял, что я хочу сбежать, и, пользуясь моим замешательством, в мгновение ока оказался рядом, приобнял меня за талию. Я подняла на мужчину глаза, сейчас наши лица были непозволительно близко, и его дыхание касалось моих губ. Я зря поверила в доброту Эрбоса, зря ему доверяла. Вот только уже было слишком поздно сокрушаться…

– Не спеши отказываться, маленькая бабочка, ведь твоя судьба напрямую зависит от моих дальнейших слов.

– Не трогай меня! – попыталась вырваться из чересчур крепких объятий фейца, но он и не думал отпускать меня. Лишь сильнее потянул на себя одной рукой, заставляя потерять равновесие и упереться ладонями в его грудь.

Другая рука мужчины легла мне на шею, подныривая пальцами под волосы и практически смыкаясь на ней. Паника затопила с головой, меня бросило в дрожь, ведь даже если я закричу, здесь никто меня не услышит.

«Глупая… Глупая Миллиора. Теперь тебе точно конец», – отругала я себя мысленно.

– Не стоит бояться меня, я не желаю тебе зла. Для начала выслушай что скажу, – ласково проговорил Эрбос, приблизив свои губы к моему уху, задевая нежную кожу на лице жесткой щетиной. – Я предлагаю тебе взаимовыгодные отношения, при которых ты получишь все, чего пожелаешь, и даже больше: не только свободу от брака с каким-нибудь мужланом, но и исполнение любой твоей просьбы, любого каприза, касайся он денег или общественного признания…

При этих словах феец мягко поцеловал меня в шею, заставив вздрогнуть от неожиданности. Я снова попыталась его оттолкнуть, но он не сдвинулся даже на миллиметр, его напряженное тело под моими руками было словно высечено из камня. Такое же тяжелое и невыносимо сильное. Он с легкостью уложил меня на покрывало и подмял под себя, вызывая во мне дичайший ужас. Его глаза стали темного зеленого цвета, а на губах нарисовалась кривая самодовольная усмешка.

– Чего ты хочешь?! – выкрикнула я, попытавшись столкнуть Эрбоса с себя, но это было невозможно, он словно припечатал меня к земле, даже дышать под его весом было тяжело.

– Думаю, ты уже догадалась, чего я хочу от тебя, Миллиора. Но я все же озвучу по пунктам.

Мужчина аккуратно убрал с моего лба прядь волос и, спустившись кончиками пальцев по скуле, шее, скользнул к плечу и стал медленно поглаживать его. От страха я практически не замечала этих его довольно интимных касаний, мое внимание полностью принадлежало тому, что он должен сказать, хотя я уже и предполагала, какие слова он способен произнести.

– Во-первых, ты станешь моей любовницей, и я часто буду забирать тебя в свое поместье. Конечно же тайно. Ведь нам не нужно портить твою репутацию. Во-вторых – эта связь продлится столько, сколько будет интересна мне. В-третьих, ты не станешь выходить замуж или иметь отношения с кем-то другим, пока мы будем встречаться. Теперь перейдем к преимуществам подобного союза. Ты получишь от меня защиту. Даже если кто-то узнает о нас, то я быстро закрою рот любому, я даже мыслить запрещу о том, чтобы очернить тебя. О твоем опекуне тоже позабочусь, он больше никогда не посмеет тебя беспокоить, ты станешь полностью управлять своей жизнью сама, как того и желаешь. Любые материальные блага и подарки, все чего пожелаешь, будет твоим. Для меня же станет отдельным удовольствием удивлять тебя, маленькая леди Аддерли.

От слов Эрбоса мои глаза все больше округлялись. Даже если бы я согласилась на столь унизительное предложение, которое было для меня недопустимым из-за личных принципов, он в первую же нашу близость понял бы, что я обманула суд и грубо нарушила закон, присвоила наследство, которое не должно было перейти мне.

– Нет! – решительно и быстро ответила я. – Этого не будет! Я ни за что не соглашусь на подобное!

Эрбос усмехнулся:

– Я знал, что настолько гордая девушка, как ты, быстро не согласится. Тем более после неудачного опыта близости с омерзительным стариком. – Мужчина вновь наклонился ближе и, несмотря на мои брыкания, стал нежно покрывать шею влажными поцелуями.

Сначала страх, что Эрбос не остановится, не позволял мне расслабиться, и я продолжала колотить его по плечам, цепляться ногтями за спину, скрытую под темной рубашкой. Но вскоре, заметив, что феец не пытается зайти еще дальше, поняла – он не будет настаивать на недопустимом, по крайней мере, пока я против этого.

– Ты тяжелый как конь, Эрбос, и если сейчас же не слезешь с меня, то задушишь, – возмущенно выдохнула я, ударив его по спине в последний раз. Я изо всех сил пыталась сохранить рассудок чистым, ведь умелые ласки мужчины уже начинали вызывать во мне отклик.

– Если будешь лежать смирно.

– Хорошо, – ответила я, при этом размышляя о том, как сбежать из ослабших объятий фейца.

Мужчина аккуратно приподнялся, дав мне больше пространства для движения, хоть мы все еще лежали слишком плотно, прижавшись друг к другу. В следующий момент он властно обхватил рукой мой подбородок и поцеловал в губы. Новые ощущения были странными, но приятными. Мягкие влажные губы заскользили по моим, щетина покалывала лицо, а руки Эрбоса прошлись по талии и груди, очерчивая пальцами край декольте платья, касаясь при этом чувствительной кожи.

Феец украл мой первый поцелуй – это вызывало возмущение, но с каждым мгновением бороться с растущим желанием ему ответить, позволить продолжить приятные ласки, стало невыносимо сложно. Я приоткрыла рот и начала отвечать на поцелуй. Неумело, робко. Эрбос сразу почувствовал эту перемену во мне и достаточно напористо проник языком в мой рот, углубляя поцелуй, сминая мое тело в своих руках. По коже мгновенно прокатилась волна мурашек, вызывая страх. Такой напор мужчины вновь спугнул меня, и я попыталась отстраниться, разорвать эту губительную для меня связь. Феец прислушивался к реакциям на его действия, потому вновь стал более нежным. Он опустился к моей шее, покрыл ее чувственными поцелуями и поднялся к мочке уха, прикусывая ее, – это окончательно растопило мою и без того пошатнувшуюся холодность, я стала выгибаться ему навстречу, желая еще большего. Мысленно я ругала себя за такую беспечность и глупость, но уже не могла противиться возникшему желанию.

Мои руки заскользили по спине Эрбоса, наслаждаясь приятной твердостью его напряженных мышц. Его нога проскользнула между моих бедер поверх юбок платья и плотно уперлась в сокровенное место, где зарождалось желание. Ощущения стали настолько прекрасными и приятными, что вынудили двинуться бедрами вперед. Губы Эрбоса снова завладели моими, а запах хвои и полыни, исходящий от его тела, наполнил легкие, странным образом утоляя дикую потребность в этом запахе. Я прекрасно понимала, что все происходящее сейчас между мной и этим фейцем неправильно и запретно, но уже не могла остановиться. Эрбос немного отстранился, прерывая сладкий, страстный поцелуй, и взглянул на меня изменившимся до неузнаваемости взглядом, в котором таилась бездна страсти.

– Видишь, Миллиора, мужчины могут дарить и приятные ласки. И это только маленькая часть того, что я могу тебе показать. Если позволишь, я покажу тебе, что такое настоящее удовольствие, способное вознести на небеса.

«Знал бы ты, что мне вообще неведомы никакие ласки», – подумала я про себя. А вслух произнесла совсем другое, пока этот мужчина опять не поцеловал меня и полностью не завладел разумом.

– Хорошо, Эрбос, будь по-твоему. Я подумаю над твоим предложением. – Я блефовала, точно зная, что больше ни за что не соглашусь с ним встретиться. – Мне и правда необходим влиятельный заступник, мой сводный брат совсем одичал от жадности.

Мужчина смерил меня оценивающим взглядом, пытаясь понять, лгу ли я, но вскоре довольно улыбнулся, высвободил меня из своих объятий и снова сел рядом. Пусть и гораздо ближе, чем до этого. Я тоже поднялась, смущенно поправляя смятое платье.

– Так в чем же дело? Наверняка родственники хотят урвать хотя бы кусок наследства после смерти твоего мужа?

«Необходимо держать язык за зубами. Иначе он быстро раскроет все мои тайны», – пронеслось в голове.

Я поняла, что совершенно ничего не знаю о нем, даже полного имени и статуса, в то время как Эрбос уже успел выведать обо мне даже некоторые личные подробности.

– Эндрюс хочет все. И поместье, и прилагающиеся к нему земли. Наибольшее, что он готов оставить мне, – это часть денег, украшения и наряды, на этом все…

Феец, кажется, и не удивился моему ответу, но злость в нем вспыхнула мгновенно: челюсть напряглась, руки сжались в кулаки.

– И как же твой отец не смог разглядеть в них этого? – задумчиво произнес он.

– Отец не собирался так рано покидать меня, он знал натуру жены и пасынка, но неожиданно заболел. Его разум помутился от боли… Он не успел даже составить завещание, чтобы определить мою судьбу.

Эрбос сделал паузу, но вскоре задал новый вопрос:

– Это они отдали тебя за лорда Аддерли?

– Да. Но жалеть меня не нужно. Мой покойный муж хоть и был сильно старше меня, но никогда не обращался со мной жестоко, он был добрым человеком. Пусть и странным, учитывая то, насколько молодую девушку выбрал себе в жены. Я знала его еще задолго до нашей свадьбы, он был другом моего отца. Да и брак наш продлился всего один день. Возможно, мне бы и опротивел наш союз, но он просто не успел продлиться достаточно долго.

От моих суждений мужчина заметно повеселел. Он задавал все эти вопросы не просто так. Эрбос уже примеривался к роли моего покровителя, он был уверен, что я соглашусь, а я делала вид, что готовлюсь к роли любовницы. Пусть мечтает, я же выиграю время для того, чтобы найти способ избежать этой участи. Ведь мне не только не хотелось становиться любовницей мужчины-фейри, одного из существ, коих я презирала и ненавидела, но и мне было что от него скрывать.

– Теперь мой черед задавать вопросы, Эрбос. Ты рассказал о своем поместье и влиянии. Кто ты?

– Я расскажу тебе все, когда ты дашь свое согласие на мое предложение и станешь моей. Не раньше, мотылек.

– Я о тебе ничего не знаю, и ты надеешься на мое согласие? – рассмеялась я.

Взгляд мужчины стал угрожающим, ему явно не понравились мой насмешливый тон и смысл произнесенных слов.

– Помни, Миллиора, я могу взять все, что пожелаю, и без твоего согласия.

От его слов я напряглась – это было правдой. Если Эрбос был достаточно влиятелен, то в тандеме с фейским происхождением для него не составило бы труда меня принудить, надавив на слабые места.

– Что будет, если я откажусь?

– Ничего, но судя по твоей реакции на нашу близость и по тому, в какой ситуации ты оказалась, могу быть уверен, что ты не откажешься. Все женщины одинаковы в своей жажде выгоды, и ты не станешь исключением.

Слова Эрбоса больно ударили по самолюбию, но я не стала отвечать на это откровенное оскорбление.

– Нам пора возвращаться, – только и сказала, желая поскорее расстаться с ним.

– Через два дня, не учитывая этот, ровно в полдень, я снова буду ждать тебя у леса. Если не явишься, я не стану проворачивать сегодняшний трюк, можешь быть спокойна. Но лучше тебе лично дать ответ.

– Хорошо, я услышала тебя, Эрбос, и буду через два дня в полдень у леса, чтобы дать ответ.

Эрбос, как и прежде, проводил меня до начала поля. Внутри все ликовало – казалось, мне удалось избавиться от его очень опасной компании. Но в глубине души уже родилось ощущение, что теперь отделаться от него будет крайне сложно. Об этом кричал его пронзительный взгляд, даже его поведение стало другим. Мужчина словно сбросил овечью шкуру и позволил себе показать истинное лицо. Улыбчивый и доброжелательный Эрбос превратился в серьезного, горделивого и властного фейца. А бурная фантазия делала эту картинку ярче.

Меня снова пронзил страх, когда, добравшись до нашего места прощания, он неожиданно подъехал на своей лошади вплотную к моей, так, что даже задел мою ногу и, приобняв за талию, резко потянул на себя, заставляя вцепиться в седло мертвой хваткой.

– Даю тебе это время на мнимые раздумья только для того, чтобы задать нашим отношениям добрый тон, Миллиора. Была бы моя воля, ты уже выгибалась бы подо мной, – сказал Эрбос, обжигая мои губы своим дыханием, и тут же впился в них грубым резким поцелуем, от которого наши зубы столкнулись, клацнув. Его стремительные действия застали меня врасплох, я даже не успела сжать рот, чтобы помешать поцелую стать глубже. Хотя, если быть честной, это вряд ли остановило бы фейца. Он целовал меня жадно, словно и не собирался отпускать вовсе. Похоже, так оно и было. От его слов и яростного напора по спине побежал холод. Этот мужчина уже считал меня своей. Оставалось лишь надеяться на то, что Эрбос воспримет отказ нормально. Возможно, через два дня он немного остынет. Снова насытившись поцелуем, он неохотно оторвался от меня и аккуратно придержал, чтобы я не выскользнула из седла.

В его взгляде читалась настолько безумная страсть, что от этого стало не по себе. Небо, словно вторя моему настроению, затянулось темными тучами, предвещающими скорую весеннюю грозу. Взглянув на меня, феец быстро сообразил, что его настойчивость и грубость начинают меня пугать и моментально, словно по щелчку пальцев, снова натянул маску доброжелательности. Но это подействовало на меня не так, как ожидалось. Стало жутко от его умения так идеально притворяться. Сумев найти в себе силы на ответную улыбку, я произнесла еще одну ложь, убеждающую Эрбоса в его правоте. Мне необходимо было от него избавиться, казалось, если я стану сейчас препираться, то он утащит меня обратно в лес и не выпустит из своих лап уже никогда.

– Не сомневаюсь, Эрбос. Наша связь принесет немало удовольствия нам обоим. Но запретный плод еще слаще, а потому я предпочту немного поиграть в невинность.

Внутри все сжалось от столь ужасных и совершенно несвойственных мне слов. Но феец довольно улыбнулся, обнажая ряд ровных, красивых зубов, и тем самым лишь подтвердил мои предположения: он мог принять только согласие, даже если оно будет немного отложено.

– Мне нравится твоя искренняя прямота, мотылек. Не люблю лицемерие.

«Как бы было хорошо, если бы ты и сам этим не грешил», – пронеслось в голове.

Мужчина осмотрел небо.

– А теперь лети, иначе попадешь под ливень.

– Как же ты? Далеко тебе добираться? – спросила, прикрываясь заботой. На самом деле мне было крайне важно понять, где живет феец, так я могла узнать о нем хоть что-то, чтобы позже разведать у немногочисленных знакомых остальное.

– Не стоит беспокоиться, дождь мне по душе.

Не получив желаемый ответ, я поспешила распрощаться.

– Тогда до встречи через два дня, Эрбос, – сказала и, сразу же пришпорив лошадь, помчалась в сторону поместья.

Ни разу не обернувшись, я разогнала лошадь, насколько это возможно, вспоминая то забытое ощущение из детства – когда ночью быстро бежишь по лестнице в свою комнату, будто тебя преследует чудовище. Но, конечно, это не могло спасти меня от фейри, скрывшегося в лесу.

Глава 4. Выгодное предложение

Как только я въехала во двор, то обнаружила у входа в особняк экипаж. И он явно не был одним из тех, которые принадлежали моему сводному брату. Похоже, сюрпризы сегодняшнего дня не закончились и меня ждало новое потрясение. Из дома мне навстречу вышла Лора, на ее лице сияла самая счастливая улыбка из всех, что я когда-либо видела за все ее время в Икворте. Это ощутимо ослабило тревогу в груди, но вопросов меньше не стало. Следом за Лорой вышел пожилой управляющий поместья, ему я и передала поводья лошади.

– Давний друг приехал навестить тебя, Миллиора, он просто потрясающий молодой человек, – произнесла Лора, немного понижая тон, чтобы не быть услышанной. В ее интонации сквозило что-то вроде намека, но я никак не могла понять, из-за чего ее настроение настолько игривое.

Но одно я понимала точно – вовремя явившийся Дорн и есть моя надежда на спасение. К тому же я действительно была искренне рада его приезду, ведь мы не виделись пять лет.

– Но почему он прибыл к одинокой девушке домой? Ведь поползут ужасные слухи… – спохватилась вдруг я.

– Думаю, пока они поползут, в них уже не будет никакого смысла, – загадочно ответила Лора и повела меня в дом.

Когда мы дошли до просторной гостиной, гувернантка пригласила меня внутрь, а сама неожиданно покинула комнату, оставляя нас с гостем одних, что было весьма подозрительно: по правилам, с девушкой наедине из мужчин мог оставаться только отец, лекарь, муж или иногда жених… И до меня вдруг дошло…

Мужчина стоял ко мне спиной. В его статной высокой фигуре сложно было узнать того худощавого юнца, которого я так хорошо запомнила. Он смотрел в окно на всполохи молний в небе, когда же дверь за мной с тихим щелчком закрылась, он медленно обернулся на звук. Друг был старше меня на три года, и сейчас ему было двадцать два. Темно-карие, до боли знакомые глаза осмотрели меня с ног до головы. Лицо Дорна повзрослело, утратило юношескую мягкость. Каштановые волосы, как и раньше, опускались чуть ниже ушей. Из нескладного юнца Дорн превратился в мужчину. Кажется, раньше он был на голову ниже, чем сейчас, хотя и тогда отличался от меня ростом. Передо мной стоял красивый, хорошо сложенный молодой мужчина в дорогом темном костюме. Более того, смотрел он на меня не с тем стеснением и трепетом, с которым глядел в детстве, а с уверенностью и нескрываемым восхищением. Мы лишь на долю минуты замерли, рассматривая друг друга, а затем улыбнулись, и я с визгом, нарушая все мыслимые и немыслимые правила такта, пронеслась через комнату и бросилась к Дорну, который уже широко раскинул руки в ожидании объятий. Хоггарт подхватил меня и, оторвав от пола, закружил, обнимая. Я обняла его в ответ и громко засмеялась, радуясь нашей долгожданной встрече.

– Боже, как я скучала, Дорн… – проговорила, когда тот жестом предложил сесть на диван у окна.

– Ты так похорошела, Миллиора! Я думал, лучше уже быть не может, но ты умеешь удивлять!

Я взмахнула рукой:

– Брось свои шуточки, Дорн, я прекрасно знаю о своей странной внешности. А вот ты действительно стал мечтой любой девушки. – Я бесцеремонно провела пальцами по волосам друга, убирая от лица непослушную темную прядь, и по-сестрински потрепала его за плечо.

Было непривычно видеть вживую человека, с которым я делилась в письмах всем на свете, кроме моих тайн, разумеется. Но, несмотря на долгую разлуку, этот человек по-прежнему оставался для меня очень близким. Он заменил мне умершего отца. Стал братом, которого никогда у меня не было. Я знала, что Дорн никогда не бросит меня в беде.

– Я не могу оставаться тут долгое время, не навлекая на тебя неприятности, а потому буду краток.

Дорн потянулся к карману в своем пиджаке и достал оттуда небольшую коробочку. Мои подозрения о том, что он явился в мой дом лично, пренебрегая правилами, не просто ради дружеской встречи, оправдались. Парень медленно опустился возле меня на одно колено и открыл свой подарок, в котором несложно было угадать помолвочное кольцо. Сказать, что я удивилась – ничего не сказать. За все время, что мы были знакомы с ним, я ни разу не подумала, что Дорн испытывает ко мне что-то, кроме дружеской привязанности. Именно я хотела предложить ему брак. Фиктивный брак. Теперь я была как никогда близка к осуществлению своей цели, но с небольшим «но», ведь сейчас о фиктивности не могло идти и речи. Предложить влюбленному мужчине, который искренне желал взять меня в жены, такое означало оскорбить его до глубины души. Разбить не только сердце, но и пройтись грязными сапогами по его гордости.

– Миллиора, я давно скрывал от тебя свои чувства и долго уговаривал отца дать благословение на этот брак. Он поставил передо мной условие, и я его успешно выполнил. Теперь мы наконец сможем быть вместе, несмотря на все трудности, которые жизнь заставила нас пережить. Станешь ли ты моей женой?

Я замерла в оцепенении. Мне следовало бы поговорить с другом, рассказать о том, что я не испытываю к нему чувств, которые свойственны влюбленным парам. Я любила его как друга или брата, не более. Но я не могла упустить такой шанс. Казалось, и злосчастный фейри сейчас дышит у меня над ухом, напоминая о своем предложении – том самом, от которого мне не уйти, если я не стану невестой Дорна.

Приняв предложение выйти замуж, я избавлялась от двух проблем разом: брат наконец-то перестанет быть моим опекуном, а я не буду вынуждена искать причин для отказа Эрбосу. Да и добрый порядочный Дорн никогда не станет меня обижать, он будет лучшим мужем и отцом для наших детей. Его семья обладает достаточным статусом и влиянием, и к тому же весьма солидным состоянием. А сам молодой наследник красив как картинка. О большем мечтать, казалось, и невозможно – идеальный мужчина, идеальный выход из ситуации. Видно, сами ангелы на небе за меня похлопотали, не иначе. Я широко улыбнулась другу, делая вид, что счастлива его предложению. На самом деле оно так и было, пусть и не совсем из-за его раскрывшихся чувств ко мне. Он же с облегчением вздохнул, осознав, что я благосклонно настроена.

– Прежде чем я отвечу, ты должен знать правду, – проговорила я с намерением открыть лишь часть истины о себе. – Возможно, после моих слов ты сам передумаешь…

Дорн уставился на меня с недоумением и упреком.

– Ничто не способно изменить мои намерения. Разве что ты пытаешься меня спугнуть, чтобы избежать прямого отказа, – ответил парень, снова усаживаясь рядом со мной.

– Нет-нет, я готова согласиться, но ты должен выслушать то, что я скажу.

От этих слов парень мгновенно просиял, а мое чувство вины увеличилось. В конце концов я все равно его использовала, как ни назови эту ситуацию.

– Пообещай, что сказанное мной в этих стенах останется только между нами.

– Милли, ты меня пугаешь, что такого ты можешь скрывать? Хорошо, я даю тебе слово, что никогда никому не раскрою твоих тайн.

Прекрасная доброта Дорна снова вызвала во мне чувство умиления. Я поняла, что буду рада стать его женой, даже если у меня нет к нему страстных чувств. Той безусловной любви, которой было заполнено его сердце, хватит на нас двоих. Я подсела ближе и начала тихо говорить.

– Эндрюс шантажирует меня, он хочет, чтобы я переписала на него все полученное наследство. У него есть на меня компромат. Я опустила глаза, избегая взгляда парня.

– Мерзавец. Ну и что он придумал на этот раз, чтобы тебя донимать и запугивать?

– В том-то и дело, ему и придумывать ничего не пришлось. Он узнал от подкупленного мною лекаря о том, что мой брак не консумирован и я присвоила наследство. Я преступница, Дорн… Самая настоящая преступница…

Мой взгляд словно прирос к полу, было ужасно стыдно не только признаваться в низком поступке, но и обсуждать такие интимные подробности с другом. Неожиданно мужские руки легли мне на плечи, заставляя поднять голову и взглянуть на него.

– Как я и говорил, мое решение не может подвергаться сомнениям. Мы уладим это дело. Если будет нужно, отдадим Эндрюсу Икворт, будем жить в поместье отца или уедем в город. – Дорн говорил уверенно и смело. Мой взгляд помутнел от наворачивающихся слез.

– Ты же знаешь, что ты самый лучший человек на свете? – расплылась я в улыбке и снова обняла его.

– И твой ответ на мое предложение?

Я немного отстранилась, чтобы увидеть лицо Дорна и с нежностью взглянула в темные омуты его глаз, в которых читались нетерпение и переживание.

– Да, я буду твоей женой.

– Наконец-то… – облегченно выдохнул он, а в следующее мгновение подхватил меня на руки и закружил по комнате, заставляя громко смеяться.

Надев на мой палец слегка великоватое кольцо с крупным сапфиром, Дорн обещал попросить моей руки у Эндрюса, как только обоснуется в поместье отца, которое оказалось в небольшом запустении после долгих лет отсутствия в нем хозяев. Хоть слуги и пытались поддерживать в нем порядок, но следовало многим заняться. Я уговорила друга не спешить и наведаться к моим родственникам через три дня, чтобы успеть разобраться с делами в доме, ведь мы уже успели решить, что свадьбу сыграем именно там, на открытом воздухе. Пригласим лишь нескольких гостей, родственников и священника. У меня же будет время для того, чтобы поговорить с Эрбосом и тактично ему отказать, сославшись на помолвку и скорую свадьбу. Проводив жениха, я наконец выдохнула и расслабилась.

– Можно тебя поздравить, дорогая?

Я обернулась. Лора лукаво улыбалась и уже рассматривала мои руки, на одном из пальцев которых красовалось красивое фамильное кольцо.

– Да, можешь поздравить. Я вскоре стану миссис Хоггарт, и мы переедем в поместье Астос.

– Ты переедешь, Миллиора. Мой отец смягчился и прислал письмо: он готов идти на уступки при выборе мужа для меня и просит вернуться домой. Я же очень рада, что ты теперь устроена и мне не придется за тебя переживать.

Новости сегодняшнего вечера обрадовали меня. Но вместе с тем было грустно отпускать единственную подругу. Мы пообещали писать друг другу, и на следующий день Лора поспешила отправиться к родным, особенно ей хотелось увидеть сестру, которую она так сильно любила и которая, скорее всего, поспособствовала ее возвращению. Мне оставалось ждать новостей от Эндрюса, моего опекуна, который должен был отправить за мной кого-то из своих посыльных, как только Дорн явится к нему и попросит моей руки. По поводу полукровного фейри. Наверняка Эрбос будет уязвлен, но я надеялась, что поймет меня и найдет себе другую игрушку среди прекрасных молодых дам в столице. А после вовсе забудет.

Время шло, и от ожидания я уже не могла найти себе места. Хотелось скорее разобраться со всеми проблемами и возобновить привычный образ жизни. Предстоящая встреча с фейцем все больше вызывала дурное предчувствие.

Именно поэтому, когда пришло время отправляться к месту встречи, я, интуитивно ощущая опасность, попросила Эла подготовить для меня Аполлона – самого быстрого жеребца. Конь был прекрасного игреневого окраса – с мощным насыщенно-рыжим телом, длинной белоснежной гривой и хвостом. Тонкие ноги скакуна, его стать – все указывало на то, сколь склонен от природы Аполлон к быстрой скачке. Этот жеребец был назван в честь бога света и красоты не просто так: он правда был прекрасен и издали напоминал солнце, испускающее мягкие золотые лучи. Что-что, а давать лошадям имена бывший муж умел: всем восьми он подобрал такие, которые подходили их натуре и внешности.

В этот раз я предусмотрительно не надела перчатки для верховой езды, ведь хотела, чтобы Эрбос видел доказательство моих слов. Кольцо на моем безымянном пальце было заметным, оно сверкало и переливалось на солнце десятками граней. С каждой минутой я все больше волновалась и потому выехала к месту встречи раньше положенного. В этот раз на мне было строгое светло-бежевое платье с рукавами из плотной однотонной ткани и неглубоким вырезом. На идеально уложенных в высокую прическу волосах красовалась бежевая шляпка с белой вуалью, которая огибала шею и развевалась на ветру.

Я пустила лошадь галопом, выбирая такой аллюр, чтобы поскорее встретить Эрбоса и дать ему свой ответ. Созерцание природы немного успокоило, укротило мелкую дрожь во всем теле. Но вскоре мои глаза наткнулись на всадника, который явно спешил ко мне навстречу. Эрбос тоже явился раньше. Мы встретились на пятачке цветущего ароматного тимьяна.

Сегодня на нем была белая рубашка, черные брюки, высокие сапоги для верховой езды и длинный кожаный плащ. Погода не баловала теплом, как несколько дней назад, заставив фейца одеться основательнее. Его волосы свободно опускались до плеч, сливаясь с черным плащом. На руках были темные кожаные перчатки, которые скрипнули при сильном сжатии поводьев, когда Эрбос остановил свой взгляд на мне. Лицо его стало довольным, а глаза засветились под лучами весеннего солнца, вспыхнули яркой зеленью, оставляя лишь маленькие черные точки зрачков в середине.

– Смотрю, леди Аддерли, вам так же, как и мне, не терпелось увидеться поскорее, – начал феец с усмешкой, произнеся «вам» подчеркнуто любезно.

– Да, Эрбос, вы правы. Мне не терпелось поскорее огласить вам свой ответ, – сказала в той же манере, но без заигрываний, отчего улыбка мужчины мгновенно сползла с лица. Он уже понял, что я держусь слишком сухо для той, кто мог бы согласиться на его предложение. – На днях я получила предложение выйти замуж от очень хорошего человека и согласилась в скором времени стать его женой. А потому вынуждена отказаться от возможности стать вашей содержанкой и любовницей.

Последние мои слова все-таки прозвучали с оттенком презрения, как бы я ни старалась говорить беспристрастно. Лицо же Эрбоса стало мрачнеть на глазах, он резко опустил взгляд на мои руки, сжимающие поводья, и сразу наткнулся на кольцо, которое украшало безымянный палец. Когда феец снова поднял глаза, то показалось, что он задушит меня голыми руками. В ответ я резко натянула поводья, заставив лошадь отступить на несколько шагов.

– Уверена, для вас не составит труда отыскать более прекрасную и покладистую даму, Эрбос, мне же необходимо устраивать собственную жизнь так, чтобы избегать больших проблем. Надеюсь на ваше понимание, – продолжила я тактично, остерегаясь вызвать еще больший гнев у непривычно молчаливого мужчины.

Феец вздернул подбородок выше и стал медленно надвигаться на меня.

– Хорошо, Миллиора, будь по-твоему, если сумеешь доскакать до ворот своего поместья прежде, чем я тебя поймаю, то избежишь нашей договоренности. – Эрбос неожиданно расплылся в хищной улыбке. – Если же я настигну тебя, то ты не сможешь отвертеться от этой участи ни за что на свете.

– Что? – в изумлении переспросила я. – Мы так не договаривались…

– Пора бы тебе запомнить, маленькая бабочка, тут правила устанавливаю только я.

После этих слов я, ни минуты не мешкая, быстро развернула лошадь и, пришпорив ее, стрелой помчалась в сторону поместья.

За спиной послышался довольный смех Эрбоса, а затем и быстрый стук копыт его коня, который и на метр не отставал от нас с Аполлоном. Мною завладела паника, и я сжала поводья крепче. Глаза защипало от ветра, хлещущего в лицо резкими потоками. Скорость, с которой несся мой конь, вызывал страх, но самый большой ужас оставался за спиной.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Варги (др. – сканд. vargr, или англизированный вариант – англ. warg или varg) – в скандинавской мифологии являются огромными волками.

Вернуться