Виталий и Наталья Ведищевы
Робусто и компания: новые друзья

© Ведищева Н., Ведищев В., текст, 2023

© Дьяченко А. А., иллюстрации, 2023

© Издательство «Союз писателей», оформление, 2023

© ИП Соседко М. В., издание, 2023

Про пятерых лисят

История первая
Все пятеро и автобус

– Робусто! – обратилась я к розовоносому Белому Кролику, ставя перед ним на стол чашечку с синими цветочками. – Ты говорил, у Лисы-редактора детки в первый класс пошли, Все Пятеро? И как там их дела школьные?

Наш любимый гость с длинными белыми ушками, следя взглядом за тонкой струйкой горячего чая, льющегося в его любимую чашечку и наполнявшего воздух ароматами гвоздики и кардамона, кивнул, потом покачал головой и пробормотал:

– Ох уж эти Все Пятеро! А ещё некоторые говорят, что учителя – просто звери! Озвереешь тут!..

Видимо, у нас с мужем были очень изумлённые лица, потому что, возвращая заварочный чайник на можжевеловую подставку, Робусто оглядел нас и улыбчиво сморщил свой носик:

– А, так я вам, что ли, ничего не рассказывал про них? Тогда начну с самого начала…

* * *

На самом деле лисята – Все Пятеро – в первый класс не пошли, а поехали.

Их нора – комфортабельная, уютно обустроенная заботливой мамой Лисой (главным редактором местного книгопечатного издательства) – располагалась в весьма живописном, но – увы! – столь же весьма отдалённом от Школы месте.

Поэтому каждое утро за лисятами-первоклашками заезжал специальный, совершенно бесплатный школьный автобус, чтобы привезти их без опоздания прямо к самому первому уроку.

У автобуса было очень твёрдое расписание, поскольку на одних лисятах белый свет не сошёлся клином, и все младшие школьники, живущие в отдалённых районах, должны получать знания в полном объёме, а не в половину и не в четверть уроков.

Но почему-то лисята – Все Пятеро! – на этот автобус почти всегда опаздывали, и он, разочарованно посигналив на прощание, уезжал без них.

Мама Лиса, в очередной раз возмущённо отругав мелкотравчатое поколение, вздыхая, выдавала им монетки на оплату проезда в обычном автобусе, с ближней остановки, к которой даже дорогу переходить не требовалось.

Поэтому у лисят всегда были свободные средства на пироженки и мультики, что крутили в лесном кинотеатре как раз неподалёку от Школы…

В этом месте мы с мужем недоумённо переглянулись, и Робусто пришлось пояснить:

– Да потому что лисята и на обычном автобусе всегда ездили бесплатно. Происходило это так…

Они заскакивали в салон тогда и только тогда, когда двери начинали закрываться и автобус был готов тронуться с места.

Лисёнок в очках[1] подходил к водителю и очень вежливо интересовался, едет ли автобус до школы. Если да, то до какой? Если до какой нужно, то когда туда приедет?

И в конце концов спрашивал: а не может ли автобус быть так любезен, чтобы провезти их бесплатно (только до следующей остановки – ну пожалуйста!), потому что денежки они забыли дома. А вот со следующей остановки они, возможно, даже успеют ко второму уроку, если будут быстро-быстро бежать – Все Пятеро…

Его братья и сестрички в это время стояли плотным строем позади Лисёнка в очках и Очень Жалобно глядели на водителя, часто-часто хлопая ресничками, как будто собираясь заплакать.

Водитель, пожилой Бобр, знал эту лисью песню уже наизусть, но у него, как и у школьного автобуса, было очень твёрдое расписание, что означало, что тратить время на разбирательства с маленькими негодниками он не мог.

Поэтому Бобр вздыхал (или раздражённо бурчал – в зависимости от настроения), трогал автобус с места. Все Лисята, довольные, мигом равномерно распределялись по всему салону, и автобус вёз хитрохвостых безбилетников до самой Школы.

При этом Бобр тут же вспоминал, что ещё в прошлый раз хотел пожаловаться на лисят их маме, но как-то забыл, да и затевать после работы неприятный разговор ему совсем не хотелось: по натуре Бобр был очень добр и высказывать своё неодобрение окружающим (даже с воспитательной целью) всячески избегал.

Сэкономленные таким образом деньги позволяли лисятам без проблем покупать себе сверхнормативные пироженки и, смачно чавкая, поедать их в кинотеатре на просмотре мультиков, которые показывали по утрам исключительно для школьников второй смены!

Выйдя на нужной остановке, лисята – Все Пятеро! – рыжими стрелками – вжжжик! – моментально шмыгали за угол ближайшего дома (чтобы из окон Школы их никто не заметил), а уже оттуда чужими огородами пробирались к кинотеатру, в буфете которого пироженки были, по их общему мнению, самые вкусные.

Если же в кинозале пожилая, суровая Росомаха-билетёр начинала посматривать на них с подозрением, то лисята сразу же принимались громко переговариваться между собой о том, какие интересные уроки у них будут сегодня… часа через четыре и что они, лисята, все домашние задания к ним уже давно сделали и точно снова получат одни пятёрки – Все Пятеро!

Обратно маленькие рыжики доезжали уже на школьном автобусе, с которого их обычно ждала мама Лиса, строго по расписанию. Правда, теперь со второй сменой – после длительной и очень увлекательной прогулки на свежем лесном воздухе.

Их счастливо-хитрохвостая жизнь в качестве первоклассников, казалось, будет длиться бесконечно, но…

Тут Робусто авторитетно воздел лапку к потолку…

…но мы-то с вами понимаем, что это невозможно. И на самый хитрый рыжий хвост всегда найдётся своя выбивалка для ковров!

(Продолжение – во второй истории.)

История вторая
Все пятеро и директор

К концу первой недели сладкой мультяшной жизни лисят директор Школы, достаточно молодой, поджарый Волк, очень забеспокоился: что же с пятерыми рыжехвостенькими первоклашками? Почему они пришли на занятия только в первый день – правда, пищали Все Пятеро, что им о-о-очень сложно и они ничего-о-о не поняли и о-о-очень устали.

На следующий день, и на послеследующий, и на послепослеследующий, и на послепосле… лисята на занятия не явились.

Может, заболели от перенапряжения?

И директор решил поговорить с мамой Лисой. Навестить её во время рабочего дня не получилось: Лисичкино издательство было далеко от Школы, рядом с норой Главного редактора. Так что Волку пришлось после всех занятий и подготовки Школы к следующему учебному дню вместо поглощения питательного домашнего ужина направиться в дальнее путешествие к маме пятерых первоклашек…

Лиса, увидев директора Школы у своей двери, расцвела радушной улыбкой, со всей возможной гостеприимностью сразу пригласила его к столу, скоренько-скоренько организовала ароматный чай, выставила конфеты и печеньки с вареньесливовой начинкой…

Волк на накрытый стол махнул лапой, не глядя:

– Спасибо, потом-потом, сначала – главное! – И задал тревожащий его вопрос: – Что с вашими лисятами?

У Лисы её постоянно прищуренные глаза вмиг стали похожи на две буквы О:

– А что такое?!

– Они уже почти неделю не появляются в Школе!..

И надо же было такому случиться, чтобы как раз в этот волнительный момент в нору гурьбой ввалились весёлые, запыхавшиеся лисята, с порога наперебой пищащие:

– Мам! Есть хотим! Очень хотим! А так в Школе устали, столько уроков было-о-о! Мам, а можно мы не пойдём курочек кормить и огород поливать?..

Разглядев рядом с мамой директора, рыжехвостики сразу утихли и попытались представиться маленькими незаметными мышками.

Но Лиса уже взяла себя в лапы, а лапы упёрла в бока и Очень Сердито рявкнула на малышню:

– А ну, быстро вымыли лапы и сели за стол! Пообедаете – поговорим!

И, моментально переменившись, с прежней лучезарной улыбкой, елейным голоском обратилась к директору:

– Спасибо вам большое за информацию, мы обязательно примем меры. И завтра же мои лисята будут на занятиях, Все Пятеро. А пока…

Не поворачиваясь, Лиса отвела лапу назад, открыла стоящий у неё за спиной шкафчик с зеркальной дверцей, не глядя достала из него небольшую плоскую, очень красиво разрисованную коробку (директор мельком увидел, что таких коробок в шкафу была целая стопка!) и всё с той же улыбкой и лёгким поклоном протянула Волку:

– Прошу вас, возьмите в подарок, вы же так беспокоились, так волновались за моих негодников! О, ну пожалуйста, мне будет очень приятно…

Директор, не привыкший к таким молниеносным сменам настроений собеседника, испуганно взял коробку. И, немного подумав, поблагодарил и откланялся. Ему было пора домой, и он очень хотел кушать, ведь Волк, в отличие от пятерых рыжих прохвостиков, на своей очень нервной и тяжёлой физической работе[2] не лопал пироженки, сидя в кинотеатре.

После его ухода мама Лиса сурово взглянула на притихших лисят (Всех Пятерых!), испуганно моргающих из-за стола, и уже было направилась к тепло укрытым кастрюлькам, стоящим на выключенной плите, но передумала.

Подошла к шкафчику, открыла зеркальную дверцу и, обозрев содержимое, пробурчала себе под нос:

– Та-а-а-ак… запасы надо срочно пополнить! С этими детьми!..

Не договорив, захлопнула дверцу, ещё раз сурово глянула на лисят и отправилась доставать и раскладывать перед пятью жалобно шмыгающими носиками горяченькое первое, очень тёпленькое второе и компот – из укутанных кастрюлек…

* * *

– Вообще-то, – признался Робусто, смущённо водя лапкой по столу, – про коробки я сам додумал. Понимаете, директор Волк приходил на презентацию моей книги о морских приключениях дядюшки Фицпатрика[3]. После презентации он задержался, мы с ним разговорились о моём дядюшке, потом о его дядюшке, потом перешли на племянников, потом заговорили о детках вообще… и вот тут-то он мне и рассказал про лисят – в том числе и о том, что было дальше…

История третья
Все пятеро и тяжёлые школьные будни

– Та-а-ак… На чём я там вчера остановился? – спросил нас Робусто, подвигаясь вместе с табуреточкой поближе к столу и машинально оглядывая вазочки с печеньками, зефирками и мармеладками, а также тарелочки с микробутербродами.

Без ложной скромности скажем: там было на что посмотреть! К каждому визиту розовоносого Белого Кролика мы всегда тщательно готовились!

– Эхх! Вкусненько как всё-о-о!.. Но главное – чай имбирный, горячий. С мороза – самое оно!.. Так вот…

* * *

После визита директора Школы Волка в их комфортабельную нору лисята стали жить по новому расписанию.

Мама Лиса каждое утро заходила в их спальню с рупором и пела им «Поднимательную песню». В другой лапе мама Лиса всегда держала выбивалку для ковров, и если кто-то реагировал на «Поднимательную песню» вяло, то легонько (а если не помогало, потом уже не очень легонько) подгоняла этим подручным средством замешкавшихся.

Спать в такой обстановке было совершенно невозможно, даже Лисёнок в очках был на такое неспособен.

Лисята – Все Пятеро! – недовольно, тихонько попискивая, поднимались, понуро шли умываться, потом завтракать… Лиса с рупором и выбивалкой следовала за ними, и при малейшей попытке рыжехвостиков «зависнуть» подремать в каком-либо тёпленьком месте, пела другую песню – «Ускорятельную».

И только у самого автобуса мама, вручая лисятам – каждому из Пятерых! – вкусности, завёрнутые в цветной пакетик, нежно обнимала и целовала – каждого из Пятерых! – перед тем как ласково подтолкнуть к гостеприимно раскрытым дверям школьного транспорта.

Такая почти военная организация каждого утра однозначно определяла: несанкционированным пироженкам с мультиками в жизни первоклассников настал конец, и теперь лисята каждый день приходили в Школу к первому уроку и вовремя садились за парты.

И пошла у Всех Пятерых полноценная школьная жизнь.

Сначала у них было всё хорошо: они всех лупили[4].

А потом начались контрольные. И если бы не учитель математики Бобр, пригласивший их в свою Тайную Организацию По Расчёту Подводных Плотин, где лисятам пришлось рисовать чертежи, заготавливать подводные указатели и высчитывать длину обводных тоннелей и объём шлюзовых камер, им ни за что бы не получить в первой четверти пять пятёрок.

Помимо пятёрок по математике, лисята – Все Пятеро! – получили четвертные пятёрки по труду и физкультуре[5].

Осознав, что вышли на каникулы с пятёрками, лисята – Все Пятеро! – собрались на опушке и сидели там, совершенно очумевшие, разглядывая свои табели.

И тут на них свалилась новая (после бобровских тайных уроков) напасть – в виде белочек.

Белочки предложили им вступить в Отряд Для Самовосстановления Елового Леса. Задача, по словам беспрерывно хихикающих, бойких, социально активных зверьков, была простой: выдёргивать маленькие ёлочки на юго-западе и втыкать их в поляны за северо-восточной опушкой, не забывая при этом просматривать по дороге неравномерность распределения опавших шишек…

Но на слове «распределение» лисята очнулись и, протестующе запищав хором: «У нас каникулы!», поскакали на пруд – Все Пятеро! – смотреть со стороны организацию строительства парома. Потому что к строительству парома их точно бы не привлекли – по малолетству!

История четвёртая
Все пятеро и труба

– После первого же урока по погодоведению лисята – Все Пятеро! – пошли чинить трубу.

– Какую ещё трубу? – недоумённо переглянулись мы. – Газовую? Дымоходную? Канализационную? Или, может, водопроводную?

Робусто отхлебнул ароматного чайку, загадочно улыбнулся и сделал вид, что очень заинтересовался рисунком на керамической вазочке с печеньками. Выдержав в этой паузе наше недоумение, как лимон в горячем чае, продолжил:

– Вообще-то они хотели починить дымоходную. Но сначала её надо было найти. Потому что всем же ясно: из дымоходной трубы должен выХОДить ДЫМ. А раз дыма нет – значит, труба сломана. И её срочно надо чинить!

– А почему срочно-то? – мы были уже не просто в недоумении, а страшно заинтригованы!

– Да потому что учительница по погодоведению совершенно ясно дала понять… собственно, так и в учебнике было написано… Дым из трубы столбом – к морозу! А если мороз – в Школу не идём! А как определить, что в Школу ходить не на… то есть как определить, что мороз, если дыма из трубы нет да и сама труба непонятно где, а?.. Это же очевидно! – нравоучительно, но с лукавой улыбкой пояснил розовоносый Белый Кролик. И продолжал…

* * *

Лисята – Все Пятеро! – были уже достаточно взрослые и понимали, где нужно искать трубу: конечно же, на крыше! Но, к сожалению, достаточно взрослые лисята были ещё маленькие и потому со школьного двора увидеть трубу никак не могли, хоть и обежали всю Школу по кругу, и не один раз!

Тогда они организовали тайную экспедицию на крышу через школьный чердак!

Экспедиция была захватывающей, полной страшных опасностей, но очень короткой.

И как только они вылезли наружу через чердачное оконце – Все Пятеро! одновременно! – так сразу пищащей кучкой скатились на опавших листьях, покрывавших крышу, – как на разлохмаченной подушке…

Не волнуйтесь! Ни один лисёнок из пяти не пострадал!

Дело в том, что директор Волк был настолько предусмотрителен, что сразу же по вступлении в должность распорядился оградить край крыши крепкой чугунной решёткой и периодически сам проверял её на прочность. Так что лисята только приткнулись пушистыми бочками в прутья, образовав весёлую кучу-малу.

Конечно, они тут же забыли, зачем вылезли на крышу, и принялись карабкаться обратно к оконцу – и снова скатываться… и снова… и снова…

…Листья на крыше закончились очень быстро. Пришлось идти за новыми. А потом ещё… и ещё… и ещё…

В конце концов лисят заметили – как раз тогда, когда они собирали под окнами кабинета директора очередные охапки листьев (каждый свою – Все Пятеро!).

Директор Волк даже сначала похвалил их, потому что подумал, что они занимаются благоустройством школьного двора, стаскивая листья в одну большую кучу за Школой.

Но когда выяснилось, что кучу не стаскивали, а скидывали с крыши путём раскатывания, – скандал вышел нешуточный.

Собрали педсовет.

Приглашённая на него мама Лиса, беспрерывно просительно ахая и болезненно охая, прижимая левую лапу к сердцу, а правую – ко лбу, всем участникам педсовета вручила по той самой коробке (из зазеркального шкафа). Педсовет озадаченно посмотрел на Лису, на коробки, но взял – просят же…

Лисята – Все Пятеро! – на педсовет были призваны только для оглашения результата: всем им, переполненным видимого раскаяния и дружно шмыгающим носами, было выставлено за их художества со сладкой киножизнью и починкой дымоходной трубы «НЕ очень-очень отличное поведение» за четверть.

Лисята – Все Пятеро! – подумали, что ещё легко отделались. Поведение могло быть «не очень отличным», «не очень-очень хорошим» или вовсе просто «хорошим»!

Ужас! Что тогда сказала бы мама?!

* * *

…Робусто приподнял чашку с синими цветочками и принялся смотреть на свет, как парок из чашки причудливо меняет солнечную прозрачность воздуха. Потом опустил чашку, ещё раз отхлебнул из неё и подытожил:

– В конце концов они нашли-таки дымоходную трубу и даже пытались определить морозность погоды по выходящему дыму, но это было уже зимой, и это была совсем другая история!

Мы долили себе горячего имбирно-гвоздичного чаю и приготовились слушать…

Просто восьмое чудо света[6]

…Бурундуки были настроены очень серьёзно. С песней «Полюбила я тебя за далёкие поля!» строевым шагом колонной по три они шли, направляясь из своей родной Кедровой Рощи в сторону Очень Одинокого Холма. Позади колонны в снегу оставалась неглубокая, но очень хорошо утрамбованная траншейка.

Бурундуки шли не просто так. Они шли по заданию Антарктических Полярников, что передала им Китка Вовчовски. Они шли строить Просто Обсерваторию…

…Несколько дней назад строительной бригаде бурундуков[7] скинули с самолёта увесистую посылку. Маленькие полосатики тут же («Ой, что-там-что-там-что-там-что?..») кинулись её распаковывать и вскоре стали обладателями толстенной пачки документов на новое, Очень Важное Задание.

Заказчиком значился Научно-исследовательский центр, расположенный на Северно-Антарктическом острове.

К несчастью, то ли при падении в посылке оторвался какой-то важный скрепляющий ремешок, то ли один из активных открывателей посылки оказался слишком нетерпеливым и прогрыз упаковку в неправильном месте, но вся пачка сразу развалилась на много-много листиков.

Бурундуки не терпели беспорядка в документах, потому сначала в ужасе схватились за головы, а потом быстро-быстро принялись складывать всё обратно («листик восьмой… эй, после пятого… ой, десятый после восьмого… ай, куда же делся третий… ой, вот он…»), заодно укрепляя переплёт кедровой смолой и изучая текст с прилагаемыми чертежами и спецификациями.

Закончив сбор листиков, бурундуки долго стояли вокруг получившейся стопки бумаги и совещались, в особо трудных моментах почёсывая себе за ушками, чтобы трением о мех добыть искру свежей идеи.

Несмотря на столь интенсивную предварительную работу, задание было не совсем понятно даже таким бывалым, Опытным Бурундукам, не одну сотню шишек съевшим на разнообразных строительных проектах.

Но поскольку любой заказ должен быть исполнен в указанные сроки, а опаздывать очень неприлично, то бурундуки ещё раз почесали себе за ушками и начали постройку… системы снегозадержания в лесу!

Через некоторое – к чести их скажем, совсем короткое! – время хозяйственные полосатики осознали, что снег в лесу вообще-то и так неплохо задерживается.

А ещё их изрядно смущало: с чего бы вдруг Суровым Заботливым Антарктическим Полярникам выдавать им, Авторитетным Строителям, такое странное задание.

Бурундуки ещё раз досконально перепроверили всю документацию («листик восьмой… эй, после седьмого… ой, десятый после девятого… ай, куда же делся шестой… ой, вот он… а где-где-где-где…») и обнаружили полное отсутствие листика номер пять в спецификации номер два. Сразу стало понятно, что месторасположение для проекта было определено совершенно неправильно, да и основные характеристики будущего сооружения тоже.

И с песней «Бальзамом нам намазаны доро-оги, чтоб мы на Марсе не сбивали но-оги» стройной колонной по три бурундуки снова пошагали на место приземления документации – для проведения тщательных поисков утерянного.

Листик номер пять был найден довольно быстро: он лежал за присыпанным снежком кустиком бузины в компании с письмом от Китки.

В письме Китка очень вежливо спрашивала: а нельзя ли у них в лесу поставить синфазный радиотелескоп, ну просто чтоб работал синхронно с антарктическим, просто по наблюдению за инопланетянами? И если не нельзя… то есть если можно, нельзя ли, пока телескоп им не привезут, поставить у них в лесу просто антенну? В Просто Обсерватории[8]?

Бурундуки (которые приходятся белочкам близкими родственниками) хором пропищали: «А, так вот оно что!» – и просто отправились к Очень Одинокому Холму строить Просто Обсерваторию, чтобы просто поставить в ней просто антенну, чтобы потом просто заменить её на работающий просто Настоящий Телескоп для просто наблюдения за просто инопланетянами.

…Кажется, так, если только опять никакой листик просто не потерялся! Уф!

Бывалые Опытные Бурундуки работали быстро и качественно, и вскоре новенькое здание красовалось почти на самой верхушке Очень Одинокого Холма. Вы когда-нибудь видели национальное эскимосское жилище – иглу? Да вылитая же обсерватория! Потому – из чего строить – бурундукам было ясно с самого начала. Правда, из-за этого в Обсерватории было очень холодно[9].

Чтобы сгладить сей не слишком приятный факт, сообразительные бурундуки возвели заодно рядышком тёпленькую кухню, в которой любой… ну то есть ПРОСТО ЛЮБОЙ желающий мог вскипятить себе чаю или сварить чашечку горячего шоколада. Печеньки и конфетки приносили туда все, кто хотел угостить совершенно незнакомых исследователей космических глубин и наблюдателей за инопланетянами, потому столь полезное для ума сладкое там никогда не переводилось.

Белки, прискакавшие похихикать над полосатыми родственниками[10], долго дивились такой неординарной постройке. А уж когда узнали о цели всего этого сооружения, то и вовсе прониклись изрядным почтением к такому важному делу.

Тут же подоставали из личных заначек осенние красные листья и выложили инопланетный смайлик на обсерваторской крыше. Ну, чтоб инопланетяне его заметили и стали бы смотреть в их сторону. Ведь тогда этих самых инопланетян будет гораздо легче увидеть в будущий телескоп.

Вскоре на адрес Школы директору Волку лично в лапы пришло письмо от бегемотов Северной Африки. Наслушавшись рассказов Жирафа[11], бегемоты стали искать Школу по спутниковым картам. Обнаружив смайлик, выложенный белками, сразу сели и написали письмо, отправив его срочно по электронной почте.

В письме было предупреждение БОЛЬШИМИ БУКВАМИ о том, что рядом со Школой потерпел крушение инопланетный корабль! Потому что со спутника им, североафриканским бегемотам, ясно видно схематичное изображение инопланетянина, очевидно выполненное с целью привлечения внимания братьев по разуму! А для чего их ещё привлекать, если не для помощи при аварийной посадке…

Тут директор Волк не выдержал, сам встал на лыжи и… проложил школьную лыжню к Просто Обсерватории. Просто поводом воспользовался! Потому что вместо трёхкилометровой дистанции закруглил лыжню на целых пять километров, и никто и не заметил: всем же было интересно посмотреть на инопланетный смайлик на новенькой Просто Обсерватории (пока она не растаяла!).

– …И вот что интересно! – Робусто, осторожно переставив чашку с горячим чаем слегка в сторону, заговорщицки наклонился к нам поближе. – Когда пришла весна, Обсерватория и не подумала таять! Потому что эти умняшки бурундуки при первых признаках перегрева соорудили на всю обсерваторскую стенку холодильник![12] Так и стоит до сих пор, уже с телескопом (полярники его вскоре после постройки прислали!), наша беленькая, как на фотографии из астрономического журнала, настоящая Просто Обсерватория. Просто восьмое чудо света!.. – с восхищённым благоговением подытожил Робусто. Покивал в подтверждение своих слов и снова взял в лапки чашку с синими цветочками.

После того как Белый Кролик уже отбыл домой, мы обнаружили на тумбочке в прихожей немаленьких размеров тюбик, основательно помятый. Видимо, им активно пользовались.

«Бальзам космобурундучий» – гласила большая надпись на тюбике радикально алого, явно марсианского цвета. «Для Марса, от барсука» – подтверждала надпись ниже, в скобочках и поменьше размером.

Дальше совсем меленькими буковками шёл текст:

Состав: кедровое масло 3-компонентое: ядра орехов, скорлупа орехов, иголки околоореховые.

Назначение: улучшает скольжение по пыльным марсианским скалам.

Способ применения: мазать пятки сквозь скафандр.

И откуда-то издалека, на самой грани слышимости, до нас донеслась песня, исполняемая слаженным хором писклявых голосочков: «Бальзамом нам намазаны доро-оги!..»

Склад пиратских кораблей[13]

– …И завершился весь этот переполох огро-о-омной статьёй в нашей газете прямо на первом листе: «Ботаническая трагедия: выведенная Чупангой клубника заплела отношения с малиной!» Вот так! – подытожил Робусто.

И, пережидая наш безудержный хохот, подцепил из вазочки печенье с шоколадно-мармеладным рисунком и, слегка улыбаясь себе в усики, принялся аппетитно им хрумкать.

– В общем-то, – продолжил розовоносый Белый Кролик пару минут спустя, – это была почти такая же сенсация, что и обнаруженный Рафаэлло и Младшим Соседским Свинёнком Склад пиратских кораблей… Стойте, а я вам про это рассказывал?

Мы с недоумением переглянулись и дружно закрутили головами: не-а! И умоляюще уставились на Робусто, даже забыв подлить себе кипяточку в чай. Но нашего гостя не надо было специально просить: истории сыпались из него, как подарки из мешка Деда Мороза в новогоднюю ночь.

– Началось всё с санитарного дня в Просто Обсерватории…

Просто Обсерваторию посещали почти все жители и гости нашей местности. В общем и целом – тьма народу. Причём и днём, и ночью.

И если паре специалистов по мокрой уборке (выдрам) помыть полы[14], угадывая, в каком месте сейчас не будут топать чьи-то лапы, было возможно (правда, только в результате долгой тренировки, да и выглядело это примерно как соревнования пары кёрлингистов на станции метро в час пик!), то почистить телескоп и прочее оборудование было невозможно совсем: за него всё время хоть кто-то да держался. Не будет же выдра, существо крайне скромное и воспитанное, базарно вопить: «А ну, живо уберите ваши лапы от нашего телескопа, вас тут много, а мы одни!»

Вот и решили сделать последний четверг месяца санитарным днём[15].

В тот памятный зимний четверг выдры, закончив уборку, отнесли помывочно-протирочные принадлежности в специальную кладовочку. Закрыли дверь и ушли по делам, чтобы дать Просто Обсерватории (и всему оборудованию в ней) возможность отдохнуть и обсохнуть.

И тут – очень-очень случайно! просто гуляли там! – рядом с Обсерваторией оказались Младший Соседский Свинёнок и Крольчонок Рафаэлло. Иначе говоря, знаменитые копираторы Роб Фицпатрик и Пит Робусто!

Дело в том, что им по их копиратским делам срочно понадобилось обозреть окрестности! А откуда же ещё это можно сделать, как не с Обсерватории? И, надо сказать, это было ещё и самым удобным местом потому, что директор Волк, предвидя появление на круглой обсерваторской крыше совершенно внезапных наблюдателей, сконструировал там дополнительную площадочку – для тех, кто уверен, что крыша Обсерватории гораздо ближе к звёздам и, следовательно, видно их оттуда будет куда чётче.

Для ещё большего удобства бойкие копираторы свинтили (взаймы!) прицелочную трубу с торчащего из крыши края телескопа[16]. Завладев трубой, приступили к обозрению…

Вскоре полное опасностей[17] приключение Роба Фицпатрика и Пита Робусто подошло к кульминации: они обнаружили на Дальнем Озере скопище кораблей, стянутых льдом, – настоящих пиратских кораблей!

Парусов на кораблях видно не было: очевидно, хитроумные пираты их сняли для маскировки!

Ну то есть это же было очевидно и понятно обоим – и Младшему Соседскому Свинёнку, и крольчонку Рафа… то есть и Робу Фицпатрику, и Питу Робусто: только пираты могли собраться на зиму в одном месте, чтобы, как только потеплеет и лёд растает, сразу расплыться по своим пиратским делам.

Ошарашенные своим открытием, копираторы привинтили взятую взаймы прицелочную трубу обратно к телескопу и осторожненько спустились с площадки по пожарной лестнице…

Оставшиеся пару зимних месяцев Рафаэлло и Младший Соседский Свинёнок много думали…

…По весне в физкультпоходе Пит Робусто и Роб Фицпатрик выяснили: то, что они приняли за замаскированные пиратские корабли, оказалось не чем иным, как бобровским складом стройматериалов на Дальнем Озере. И хотя бобры клялись, что они не разбирали пиратские корабли на стройматериалы, им никто (из осведомлённых копираторов) не верил.

– Как же вы не боитесь пиратской мести? – испуганно спрашивал Рафаэлло, приподняв оба ушка.

– За это можно же поплатиться! – мрачно добавлял Младший Соседский Свинёнок, глядя на опешивших бобров с суровым прищуром своих маленьких глазок. И продолжал: – В открытом океане от пиратов вас могут защитить разве что туземцы, которые разглядят в вас туристов… Но сами рассудите: сначала надо будет обязательно созвониться с туземцами (не обрушиваться же на них со своими проблемами внезапно, как снег на голову! Это же неприлично!), а потом случайно встретить пиратов в океане… Ну разве ж такое возможно?

…Через некоторое время сообразив, что сильнозанятых бобров ни в чём убедить нельзя, героические копираторы решили им инициативно помочь и приступили к плану по маскировке, разработанному и детально продуманному ещё зимой.

Позвав на помощь лисят-первоклашек (Всех Пятерых!) как специалистов по бобровским сооружениям, они перекрыли пару сливных отверстий в плотине Дальнего Озера, в результате чего уровень воды поднялся так, что весь склад пиратских кораблей оказался под водой.

Но майское солнышко пригревало, и уровень воды на Дальнем Озере неуклонно стал понижаться…

Когда бобры вернулись с майских праздников, вода уже совсем сошла, и остатки стройматери… то есть пиратских кораблей, оказались на поляне. И вся поляна была плотно покрыта пушистыми цветочками весёленького жёлтого цвета!

Рафаэлло с Младшим Свинёнком очень точно рассчитали: среди весенних первоцветов пираты даже из космоса не распознают остатки своих кораблей и точно подумают, что их свистнули другие пираты. И потому бобры будут точно ограждены от посредьокеанской мести!

Бобры же внезапно обнаружили свои заготовки промытыми и просушенными, лежащими на поляне среди красивых цветочков – как раз недалеко от автомагистрали, где они должны были построить мотель для дальнобойщиков[18]. Потому и шустрые копираторы тоже оказались ограждены от бобровской мести… то есть от разбирательств с бабушкой Рафаэлло и Стариной Свином.

– Но это всё произошло только по весне, а сейчас Рафаэлло и Младший Соседский Свинёнок, прижавшись друг к дружке, чтоб не сильно мёрзнуть, смотрели через прицелочную трубу сквозь завесу танцующих в воздухе снежинок на фантастически застывшие во льду силуэты покорителей южных морей. И даже маскировочное отсутствие парусов не мешало обоим копираторам видеть чудесные картины волн, сияющих солёной пеной под жаркими лучами тропического солнца, разрезаемых бушпритами, устремлёнными к зовущему горизонту с фонтанчиками китов на самой грани различимости.

Робусто оглядел нас обоих, заворожённо внимающих, мягко улыбнулся и тихонько, немного робко спросил:

– Правда же, красиво?..

Что прикупить к полднику[19]

В один из предыдущих Тех Самых Вторников известный копиратор Пит Робусто зашёл за не менее известным копиратором Робом Фицпатриком[20], чтобы вместе идти на берег реки – ждать аванса. Но оказалось, что Роба Фицпатрика, то есть Младшего Соседского Свинёнка, как раз сейчас мама послала в магазин, чтобы кое-что прикупить к полднику, о чём он (Младший Свинёнок, а не полдник) и сообщил приятелю со всей возможной важностью.

– И что? – недоумённо шевеля ушками, поинтересовался копиратор Пит Робу… то есть крольчонок Рафаэлло. – Тебя же просто посылают «кое-что прикупить». Мы – ррраз! – прикупим и скорей на речку… Так что там тебе прикупить-то надо?

Младший Соседский Свинёнок откашлялся, быстро забормотал в сторону: «Тридцать три корабля… На дворе трава, на траве дрова… В недрах тундры выдры в гетрах… Видит грека: в реке рак». Потом, к полному смятению уже сожалеющего о своём вопросе Рафаэлло, пропел разными тембрами: «Му-у-у!.. Ми-и-и-и?.. Ме-е-е!.. Хрю-у-у!»[21], ещё раз откашлялся и приступил к ответу.

Слушая этот ответ, любой радиоведущий столичных регионов просто расплакался бы от зависти…

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

 Самый хулиганистый Лисёнок надевал очки, чтоб все думали, что он самый умный. Но после того, как белки в очередной раз его настигли и пристыдили, что он Сову оставил без очков, он понял, что нужно выделяться умом. И решил идти в качалку, к волчкам. Ну, когда их точно там не будет – при полной луне или в лютый мороз…

Но почему-то полная луна случалась исключительно ночью, когда мама Лиса строго наказывала ложиться спать («наутро – в Школу!»), а в лютый мороз почему-то было слишком холодно на улице. Даже плотно укутанному в пуховый платок лисёнку удавалось пройти лишь пято́к неуверенных шагов, и он с воплем: «Мама-а-а-а! Я замёрз!» – влетал обратно в нору.

Поэтому Лисёнок продолжал носить очки. А Сове белки, посовещавшись в очередной раз, подарили новые. С гравировкой «Будущему Ответственному секретарю!» (см. сказку «Социоэмпатия»).

Вернуться

2

 За его спиной коллеги уважительно говорили: «Волка ноги кормят!.. И не только его, а всю нашу Школу!» Волк, которого все немного побаивались (как и любого директора, конечно!), действительно просто горел на работе, сбиваясь с ног, чтобы проследить за всеми школьными делами. Правильно ли приготовлен обед для учащихся? Правильно ли преподаются школьные предметы? Правильно ли оборудованы классы? И даже правильно ли растут цветы в пришкольном палисаднике? Последним, правда, он интересовался исключительно по просьбе своей супруги: она очень любила всё растительное, и даже бабушка Космопирата Пита Робусто (в просторечии – крольчонка Рафаэлло, см. сказку «Очень доходчивый бизнес») делилась с ней секретами своих успехов на почве растениевыращивания, а иногда и самой растительностью.

Вернуться

3

 Наши читатели спрашивают: как же Волк, хищник, – и вдруг проявляет такую, прямо скажем, вопиющую толерантность к совершенно травоядному кролику**. Отвечаем: все мы имеем какие-либо недостатки, и главное – не отсутствие их, а осознание и методичная, успешная борьба с ними. Волк наш, например, всегда старался быть сытым, для чего постоянно таскал в кармане перекус: ну, там баночку тушёного тунца, пару штук манго и спелое авокадо. А сытый хищник и голодный хищник – это, знаете ли, вообще два разных хищника. Так утверждал отшельник Ф. А. Судьба, руководствуясь примером своего соседа по пещере – льва Варсонофия, и мы им обоим безоговорочно верим. (Источник информации: В. Другаль «Тигр проводит вас до гаража».)

** Честно говоря, это звучало так: «Ну вы там вообще уже… зафантазировались! И Волк не сожрал вашего Робусто? Ха-ха-ха! Да вы вообще когда-нибудь волка видели? А кролика?..»

Вернуться

4

 Собственно, лупили не сильно, но остальные первоклашки быстро научились обходить их – Всех Пятерых! – по широкой дуге. (Я сначала не поняла, почему лисята всех лупили. Но Сказочник как само собой разумеющееся провозгласил: «А что ещё делать в первом классе? Заданий не задают, уроков не спрашивают… Там все с самого начала дерутся!» Ну, ему виднее…)

Вернуться

5

 Учителем по физкультуре был Жираф. Он приехал учительствовать по обмену из Лесото вместе с Дикобразом. Дикобраз после полной стажировки в нашей Школе (в качестве учителя труда у девочек) поехал дальше обмениваться опытом на Мадагаскар.

А Жираф прижился. В зимний период носил специальный тулупчик с очень-очень высоким воротником-стоечкой и всем любопытным говорил, что главное не климат, а чтоб соседи были хорошие, а с этим-то тут как раз проблем нет, а вот в Африке – акулы, гориллы и злые крокодилы. Но он всё-таки постоянно мёрз зимой, хотя и никому на это не жаловался.

Так что, когда пришла очередная разнарядка на обмен опытом, Волк без раздумий отправил Жирафа в Египет – погреться. И перед отъездом счастливый Жираф всем-всем-всем выставил четвертные пятёрки.

Кто был учителем по труду и, соответственно, за какие особые трудовые подвиги лисята – Все Пятеро! – получили пятёрки, пока неизвестно. Потому что он вчера уехал на курсы повышения квалификации в Катманду, и мы не успели про него узнать. Когда вернётся, тогда узнаем.

А чтобы не оставить Школу без трудовиков, директор Волк доверил важную миссию по приучению зверяток к труду… конечно, Бобру! Тот ведь хоть и математик, но и вполне успешный практик тоже – вон сколько чертежей, подводных указателей, обводных тоннелей и шлюзовых камер его стараниями выполнено!

Вернуться

6

 Сначала была сказка «Рафаэлло и аванс».

Вернуться

7

 Всем известны способности бурундуков по строительной части. В своих жилищах они всегда возводят все необходимые для жизни помещения: прихожую, спальню, кладовую и даже туалет. Не верите – посмотрите в Атласе Очень Хозяйственных Зверьков (его можно взять у фотографа-натуралиста Куницы). Или в Энциклопедии.

Вернуться

8

 Вообще-то Китка хотела ещё приложить свою новую рукопись «Аманда Грейс – Звёздная Женщина, питающаяся сахарной ватой Млечного Пути». Но в последний момент застеснялась и отправила рукопись только своему другу Рафаэлло с оказией – всё тем же научно-исследовательским судном «Профессор Мстислав Келдыш».

Вернуться

9

 Как известно, иглу строят из аккуратно распиленных кусков льда. И бурундуки ни секунды не сомневались, что Обсерватория должна быть из того же материала.

Вернуться

10

  Не посмеяться над ними – нет, что вы! Белки всегда очень уважительно отзывались о бурундуках и втайне гордились их мастерством! Просто белки были очень смешливые и пользовались всяким удобным случаем, чтобы повеселиться. Потому-то всем окружающим белки всегда были очень симпатичны – как скачущие солнышки, и только Филин не очень разделял всеобщее мнение. Наверное, потому, что днём любил поспать, а от яркого солнечного света у него начиналась мигрень. Так же, как и от беличьего хихиканья.

Вернуться

11

 Как вы помните по сказке «Все Пятеро и…», когда пришла очередная разнарядка на обмен опытом, директор Волк отправил Жирафа в Египет погреться, потому и… Ну, вы же в курсе, что Египет находится в Северной Африке, да?

Вернуться

12

 Вы, наверное, думаете, что у нас совсем уж просто сказочная сказочка и мощный холодильник, работающий прос… тьфу, то есть посреди склона Очень Одинокого Холма, сам по себе – явление рядовое? А вот и нет! Для генерации электричества бурундуки построили рядышком спортзал для своих родственников. И с тех пор неугомонные белки посменно-постоянно крутят разные колёса на пользу общества, а не прос… ну да, не ПРОСТО так!.. Ну и ещё, конечно, навес от солнца из солнечных батарей помогает с электрогенерацией…

Вернуться

13

 Сначала была сказка «Очень-очень доходчивый бизнес», а потом сказка «Все Пятеро и тяжёлые школьные будни».

Вернуться

14

  Мы прекрасно помним, что Просто Обсерватория была сделана изо льда, как национальное эскимосское жилище иглу. Но полы в ней в конце концов заменили на паркетные: и гигиеничнее, и охлаждения не требуют! А зимой их нужно всего лишь немного подогревать – чтоб даже у самых маленьких посетителей не мёрзли лапки!

Вернуться

15

 Нет, это не значит, что в последний четверг каждого месяца за телескоп и прочее оборудование держались только санитары! Это означало, что в этот день специалисты по мокрой уборке мыли всё, что можно было мыть, и протирали всё, что помыть было нельзя. И на этот день посетители в Обсерваторию не допускались, чтоб не мешать процессу. Даже за «ну, позя-позя-позя!.. Ну пропусти-и-и-и… Ну о-о-очень х-о-о-о…» и горючие слёзы. («Крокодилов для слёз просьба с собой не приводить!» – гласило объявление на двери в санитарный день.) С санитарами вообще в лесу была некоторая напряжёнка: они были не востребованы. Больницы в лесу не было – просто потому, что все его обитатели вели очень здоровый образ жизни, и если и случались какие-то страшно редкие напасти, то лечили их в основном проверенными временем айболитовскими методами: например, давали шоколадки и ставили градусники. Это всегда помогало. Кстати, у 98 % даже вполне себе несказочных школьников этот метод тоже даёт очень действенный результат: каким бы заболевшим ни казался ребёнок перед четвертной контрольной по математике, но выдача шоколадки и тщательно контролируемый градусник почти всегда покажут здоровый аппетит и абсолютно нормальную температуру!

Вместо больницы был Лечебно-профилактический медицинский образовательный центр. Дятлы в нем учились… нет, конечно, не на ветеринаров – на дендродокторов, специалистов по лечению деревьев. Бобры, как представители наиболее травмоопасной профессии, учились оказанию первой помощи. Санитарами числились броненосцы, но поскольку такой работы для них было мало (только на учебно-тренировочных занятиях), то они подрабатывали медбратьями. То есть ставили градусники. И выдавали шоколадки.

Руководили всем этим сложным лечебно-профилактическим медицинским образованием чёрные японские журавли.

Вернуться

16

 «Рафаэлло… то есть Пит Робусто, но ты же понимаешь, что свиньи не предназначены ни для уверенного подпрыгивания на нужную высоту, ни для залезания на телескопы? Так что я пойду поищу в кухне свежих печенек, а ты пока попрыгай до прицелочной трубы, и если что – залезай прямо на телескоп, не стесняйся, только лапки сначала хорошо помой, а то следы останутся, некрасиво будет…»

Вернуться

17

 А вы вообще представляете, как трудно с круглой обсерваторской крыши следить за пиратскими намерениями? А тут ещё и снежинки за обсерваторскую трубу цепляются… Ох, быть бы обоим копираторам с синяками и шишками (отнюдь не сосновыми), если бы не директор Волк…

Вернуться

18

 Дороги-то по Лесу (да и лесу тоже) идут все вкругаля, потому все дальнобойщики хоть и успевали доехать до Леса засветло, но страсть как нужно было обустроить промежуточное место отдыха. Ведь дальнобойщиками были медведи, и зимой им без мотелей никак нельзя! А прямые дороги идут по лесам только там, где нет извилистых речек и Дальних Озёр.

Вернуться

19

 Сначала были сказки «Очень-очень доходчивый бизнес» и «Аванс. История романтическая».

Вернуться

20

 По большому секрету Робусто нам сообщил, что мудрые копираторы взяли себе вторые имена совершенно неслучайно. Рафаэлло хотел быть похожим на своего очень-очень старшего братца, а Младший Соседский Свинёнок втихаря (чтоб не услышали собственные родственники и не обиделись навек) очень-очень восхищался выдающимися маркетинговыми способностями двоюродного робустовского дедушки и страшно хотел быть таким же успешным продюсером разных музыкальных клипов.

Вернуться

21

 Видимо, частое общение с поэтической его родственницей Эт Капобани не прошло бесследно для Младшего Соседского Свинёнка. Хорошо, что это привело только к артистическим замашкам, ну то есть манерам, а не к высветлкам на спинке и гоголевскому чубчику, сделанным в местной парикмахерской.

Вернуться