Дмитрий Броун
Попаданцы, или тайна Ведьминого оврага

Любимому внуку Константину – книголюбу и рыбачку, посвящаю.

«…Пространственно-временные порталы и машина

времени – все это давно уже существует. Жаль только,

что не все еще это поняли».

(Из разговора, подслушанного в библиотеке)

ЧАСТЬ I

Несмотря на то, что и папа, и дедушка были заядлыми рыбаками, сам Мишка к рыбалке был равнодушен.

Конечно, он неоднократно бывал на Лесном озере, расположенное всего в двух километрах от дачи. И на утренней зорьке, и на вечерней, с папой или дедом Киром ( Кирилл Андреевич, папин папа) или обоими вместе. Однако, Мишка часто бывал на озере не с удочкой, а с книжкой в руках. Затейливые движения поплавка не вызывали в нем волнения и душевного трепета, пламя азарта не разгоралось в его душе – кто кого перехитрит: рыба человека, или человек рыбу? Выловленным обитателям озерных глубин он, с одной стороны, сочувствовал, а с другой…ну нельзя же быть такой глупой и доверчивой! Мало ли, что аппетитный червяк висит прямо перед носом. Ведь это неспроста, это явный подвох и должно настораживать. Так, нет! Бросается к приманке, цепляется за крючок и с выпученными от изумления глазами оказывается в садке. Хорошо, что выловленную рыбу, как правило, отпускали обратно, предварительно сфотографировав достойные трофеи на память.

Глядя на свои поплавки, папа с дедушкой только вздыхали, слушая шелест переворачиваемых страниц. Мама запрещала Мишке брать книгу на рыбалку:

– Чтения тебе и дома более, чем достаточно! Займись на рыбалке чем нибудь другим.

– Например? – хитро спрашивал Мишка.

– Ну, не знаю. Если не ловишь – крючки привязывай, леску распутывай, следи, что бы поплавки плавали, а грузила, наоборот, тонули. В конце, концов, можно заняться пейзажной фотосъемкой, делать уникальные кадры. Да мало ли, что еще!

Не смотря на мамины опасения, зрение у Мишки было орлиное. С вечера укладывали снасти, рюкзаки. Мама бдительно проверяла Мишкину рыбацкую сумку. А он, хитрый, с вечера прятал книгу под подушку и на утро, на заре, выходил с нею под испытующие взгляды папы или дедушки.

– Ну пожалуйста! Интересная – оторваться невозможно! А что бы вы не заскучали, если клева не будет, я вам вслух читать буду!

И таким образом, прошлым летом, гости Лесного озера и его обитатели ознакомились с волнующими приключениями Робинзона Крузо на необитаемом острове.

Конечно, за книгой, хоть и самой интересной, все время на рыбалке не проведешь. Лесное озеро не даром славилось своей изумительной красотой. Как рассказывали местные жители, в давние, еще дореволюционные времена, на его месте был огромный, глубокий, извилистый овраг, на дне которого били многочисленные родники, воде которых приписывались целебные свойства. Крестьяне с окрестных деревень приходили за «живой водой». Утверждали, что она великолепно помогает от больного живота, улучшает настроение, укрепляет память, способствуют замечательным, ярким сновидениям. Склоны оврага заросли дикой малиной, ягоды которой славились на всю округу – крупные, без червячков, поразительно сладкие и ароматные.

Весной, талыми водами овраг заполнялся почти наполовину, превращаясь в озеро, по форме напоминающее букву «Г». Своим коротким плечом оно уходило в лес, берега были изрезаны многочисленными бухточками, над водой склонялись стволы берез, ив, сосен и дубов. Летом овраг зарастал буйным разнотравьем, пышно цвел шиповник, дикая смородина дарила свои хоть и мелкие, но ароматные плоды, грозно алела волчья ягода. Вокруг родников поселились многочисленные ужи, встречались гадюки, бесчисленные насекомые привлекали птиц, это было идеальное место для вывода птенцов.

Говорить не приходилось, что овраг был излюбленным местом для игр и собирательства всей окрестной детворы. Но случилась беда. Десятилетнюю дочь местного помещика, красавицу Лизу, в овраге, кто-то укусил в ножку. Рана нагноилась, опухла, кожа вокруг нее почернела.

– Гангрена! – с тревогой и жалостью произнес известный врач, приехавший из губернской столицы. – Надо оперировать!

Ногу спасти удалось, но юная Елизавета Петровна на всю жизнь осталась хромоножкой. Безутешные отец и мать девочки решили затопить овраг, что бы никто больше в него не лазил. Были построены две плотины – в начале и конце оврага, а талые и дождевые воды, многочисленные ключи и родники завершили свое дело. Так образовалось Лесное озеро. Купальщики и отдыхающие обходили озеро стороной. Берега были сильно заросшие, отмелей не было. Трехметровая глубина начиналась сразу у кромки берега и достигала 20 метров на середине. Сильно закоряженное дно, богатая подводная растительность создали идеальные условия для обитания и размножения рыб. Тут тебе и золотой карась, и плотва, и карп. Окунь и щука отлично брали на живца и на блесну. Водились раки – явный признак очень чистой воды.

Ловили с большой резиновой лодки, где два рыбака и один книгочей располагались свободно, с комфортом. Выплывали на любимое место около поваленного в воду дерева, привязывались к нему и рыбачили несколько часов.

Мишка вольготно располагался на носу лодки, загорал, если светило солнце, заглядывал в таинственные прозрачные глубины, где нет-нет да и блеснет золотой или серебристый бочок рыбы. Шуршали слюдяными крыльями стрекозы-коромысла, водомерки шустро бегали по своим делам, всплывет и лопнет воздушный пузырь, где -то под берегом квакнет лягушка. Смолистый сосновый воздух, смешанный с запахом воды, трав кружил голову, дышалось полной грудью, вкусно.

Соответственно разыгрывался аппетит. А вот и припасы, заботливо приготовленные мамой и бабушкой Наташей: бутерброды с колбасой и сыром, сладкие яблоки и сливы, пирожки с картошкой и капустой. Запивали сладким горячим чаем из термоса. Мишка давно заметил, что во время еды, когда руки у всех заняты, всегда начинает клевать. В итоге, после неловких подсечек, раскачивания лодки, кто-нибудь обязательно обжигался горячим чаем, ронял кусочки еды на дно лодки и за борт – угощение для подводных обитателей.

В особо жаркие дни, не смотря на холодную воду, папа с дедушкой купались. Осторожно перелезали за борт лодки, ныряли, пуская звонкие пузыри, красивым брассом или кролем легко доплывали до середины озера. Мишка смотрел на них без зависти: толком плавать не умел, хотя на море научился держаться на воде.

–В озеро – ни ногой! – говорила мама и, почему-то, строго смотрела на папу.-Вот приедем домой, пойдешь в бассейн, если захочешь. Потренируешься и будешь плавать, что твой карась.

Как карась Мишка не хотел. Ему хотелось научиться плавать стилем баттерфляй – мощным, красивым, быстрым.

Почему он ездил на рыбалку с книжкой? Это был секрет, о котором не знал никто. Конечно, Мишка мог легкопровести без любимого занятия несколько часов, но то, что с ним иногда происходило при чтении в лодке, дорогого стоило. Мишка внезапно мог оказаться в мире читаемого текста! К сожалению, путешествие в мир автора случалось далеко не на каждой рыбалке. Пытался найти закономерность, ведущую к успеху, но тщетно. Может быть, причиной тому была игра света, особое сочетание запахов и звуков, брызги воды – кто знает? От содержания самой книги, вида печатного издания, мало что зависело, главное, что бы интересно было.

Помнится, Мишка прихватил из машины в лодку дедушкин журнал «Рыболов». Прочитал 3 страницы великолепно написанного рассказа о рыбалке в Сибири и… вдруг оказался на берегу таежной речки! Обеими руками изо всех сил сжимал рукоятку спиннинга, который изогнувшись дугой, норовил вылететь из рук. На конце лески бился крупный таймень, серебристая блесна торчала из его пасти. Мишка отчетливо слышал и рокот воды на перекате, и шум ветра в прибрежных елях, и повизгивание тормоза спиннинговой катушки, и всплески могучей рыбы, Вот еще на один метр удалось подтащить ее к берегу. Внезапно на воду заливчика, ограниченного каменной косой, на которой стоял Мишка, упала густая тень. Поднял глаза и ахнул. На другой стороне залива стоял огромный бурый медведь, явно заинтересованный удивительной добычей, которая сама плыла к берегу! Мишка пискнул: «Мамочка!», отпустил рукоятку спиннинга и, попятившись, рухнул на гальку. В его глазах вспыхнул ослепительный свет, затем на секунду окружающий мир померк, а когда прояснился, то Мишка обнаружил себя в лодке. Раскрытый подмокший журнал лежал на коленях, а дедушка не спеша вываживал крупного окуня. Обернулся, глянул на внука и предложил:

– Прочитай рассказ о рыбалке на таежной речке, они там еще медведя встретили.

– Уже – ответил Мишка, запихивая журнал в сумку. – Здорово! Таймень взял на серебряную блесну.

– Откуда знаешь? В рассказе об этом не упоминается.

– Ну, мне так кажется…

–А что? Может быть, может быть… – задумчиво пробормотал дедушка, снимая с крючка полосатого разбойника.

И вот что удивительно. В текстовом мире течение времени отличалось от реального. Родные рыбачки не замечали временного отсутствия Мишки в лодке. Но, как -то раз, папа озабоченно сказал:

– Мишка! Ты часом не перегрелся?. Не задремал на солнышке? Вдруг затих на 1 минуту, я даже твоего дыхания не слышал. ( А Мишка, в это время, не менее 20 минут с Волькой и стариком Хоттабычем общался).Я с мамой согласен. Бросай читать на рыбалке, а то ты как-то иногда отключаешься при чтении, я даже тебя на мгновенье не ощущаю рядом. Обещай!

Мишка пообещал и слово держал. На рыбалку этим летом стал ездить гораздо реже и без книжки. А тут, как раз, и Борька приехал.

Каждое лето, на один или два месяца, он приезжал на Мишкину дачу вместе со своей мамой. В это время, его папа, дядя Витя, уезжал в очередную археологическую экспедицию. Их дом в Тверской области, в деревне, на краю дремучего леса, был великоват для двух проживающих, и было удобнее и спокойнее отправить сына и жену к родственникам на дачу. Тем более, что места здесь красивейшие -Мещера, Рязанская область.

Борька – сын тети Лены, сестры Мишкиной мамы, стало быть – двоюродный брат или кузен, по иностранному. Одногодки, в этом году, осенью, обоим исполнится по 11 лет. Мишке в октябре, Борьке в ноябре. Братья были совсем не похожи: Мишка – брюнет, Борька – блондин, старший брат склонен к полноте, младший – худой. Мишка подвижные игры не любил, кроме чтения, предпочитал шахматы, шашки, настольные ходилки-бродилки. Увлекался разнообразными конструкторами, часами проводил время в мастерской, помогая папе и дедушке.

Другое дело Борька: быстрый, подвижный, как ртуть, и 15 минут на одном месте не усидит. Не ходит – бегает. С 4лет посещает спортивные секции, прекрасно плавает, играет во все игры, где есть мяч любого размера, бегает на коньках и лыжах, знает приемы дзюдо. Мишка более замкнут, сдержан, не любит шумных сборищ. Борька общителен, душа компании, лидер по натуре, за словом в карман не полезет, книги любил не читать, а слушать.

Братья друг в друге души не чаяли. Мишка подтягивал свою спортивную форму, Борька напитывался многочисленными историями, которые ему рассказывал брат, Вместе гоняли на великах, ходили за грибами, смотрели кино и мультфильмы и даже (под бдительным контролем дедушки) сражались с монстрами в компьютерных подземельях. В общем, проводили время так, как и положено 10 летним мальчишкам, живущим на даче.

Мишка смастерил каждому деревянный меч, щит, лук и стрелы – разыгрывали рыцарские баталии. До изнеможения, в хорошую погоду, играли в бадминтон (Борька, как правило, выигрывал), в плохую – в шахматы и шашки-домино, фэнтези-настолку ( тут уже Мишка чаще брал вверх). Конечно, ездили на рыбалку на Лесное озеро. Борька обожал ловить рыбу. Немудрено, ведь ему всегда везло. Дед Кир, уж такой опытный рыболов, и тот завистливо цокал языком, глядя как внучатый племянник уверенно вываживает очередного увесистого карася.

Вчетвером, если считать всех рыбаков, в лодке умещались с трудом, поэтому Борьке с Мишкой выделили старую двухместную надувную лодку. Ребята увлеченно бороздили гладь озера, заплывали в самые неизведанные места, открывали перспективные места для ловли и просто наслаждались греблей. Взрослые за мальчишек были спокойны – знали, какой отличный пловец Борька, оранжевые спасательные жилеты были обязательны, да и со своего поля зрения папа и дедушка их не отпускали. Братья знали, что шалостей на воде допускать нельзя, в лодке сидели смирно, каждый занимался своим любимым делом: Борька рыбачил, а Мишка читал. Папа со вздохом разрешил – сын читал вслух свои собственные приключенческие истории о приключении мышонка Пика и его друзей. Записывал он их в специальную толстую общую тетрадь в коричневом клеенчатом переплете.

И вот, однажды, ЭТО вновь случилось. Поплавав по озеру, ребята решили бросить якорь недалеко от берега, под могучей ивой, которая нависала над водой, защищая от свежего ветерка и яркого солнца. Под ветками дерева, в воде в изобилии плавал древесный мусор, какие-то букашки. Рыба непрерывно плескалась, собирая корм. Клев был бешеный. В садке у Борьки уже плавали

10 крупных плотвы, 6 золотых карасей и пара окуней. Но легкая добыча скоро наскучила. Он предложил передохнуть, перекусить и почитать Мишке вслух его очередную историю о мышонке. Тот с удовольствием согласился, раскрыл свою толстую тетрадь в коричневом переплете, откашлялся и произнес: «Рассказ о том, как Пик и Ежи, Драголича иглоукалыванием лечили» Если ты забыл, Ежи (ударение на первый слог!) – это ёж, он друг Пика, А Драголич – это чудище наподобие дракона, только поменьше.

– Мишка, а что такое иглоукалывание? – поинтересовался Борька. Надо сказать, что двоюрдный брат был из врачебной семьи: его папа, мама, бабушка и дедушка были докторами. Медицинская литература имелась в доме в избытке и мальчик был, что называется, «в теме».

– Это вид лечения. В определенные точки на теле вводят тонкие острые иголочки. Они раздражают нужный нерв и от него идет целебный импульс к больному месту и его лечит. Ты знаешь, что у нас нервы есть?

– Знаю, конечно. Это когда долго на подогнутой ноге сидел, потом ее не чувствуешь, и иголочки с мурашками по ней бегают.

– Правильно. Это значит, что ты нерв на ноге пережал. Так вот, рассказ, начинаю:

« Сначала у Драголича охота проходила великолепно, но потом все пошло не так, как ожидалось…»

Мишка сидел на корме, Борька на носу лодки, оба разулись, вытянув ноги так, что голые ступни соприкасались.

«Драголич сложил свои мощные крылья и бесшумно приземлился на лесной полянке, прямо за спиной, увлеченного своей работой лесоруба. Стальной топор в его руках с поразительной силой и точностью наносил удары по стволу сосны, перерубив ее почти пополам. Содрогаясь от ударов, дерево медленно кренилось влево, готовое рухнуть на кусты дикой малины.

– Яне понял! Несанкционированная вырубка! Кто посмел! – заревел на весь лес Драголич. Лесоруб и ухом не повел, продолжая наносить удары. И, вообще, он был какой-то странный. Больше всего напоминал ожившую скульптуру, отлитую то ли из чугуна, то ли из бетона. Обнаженную спину с буграми мышц покрывали узоры татуировки, похожие на непонятные иероглифы. Абсолютно лысый. Ноги, покрытые шерстью, заканчивались раздвоенными копытами. И, внимание, имелся хвост – длинный, чешуйчатый, с шипом на конце!»