Ольга Корк
Убийства в Брамонде. Чародейка в деле

Пролог

Извозчик дернул поводья, и кэб, мягко качнувшись, остановился у обочины. Сидевший в двухместном транспорте мужчина, посмотрев в окно, что-то проворчал себе под нос.

– Это точно здесь? – громко крикнул.

– Так точно, сэр, мистер Ли. Все, как вы просили. Улица Брамха, дом двадцать третий.

– Конечно, – вздохнув, мужчина снова недовольно посмотрел в небольшое окно и поднял воротник плаща. – Мне просто не могло повезти сегодня.

Стукнув в крышу, он дождался, когда дверца с его стороны откроется. В руки извозчика упала монетка, и продрогший на козлах мужчина зябко повел плечами, при этом неприязненно посмотрев на тучи, нависшие над городом.

– Вас подождать, мистер Ли?

– Поезжай к конторе, Рой, ты же знаешь, там ваш брат всегда нужен.

Кивнув, кучер щелкнул поводьями, и кэб, скрипя колесами, медленно поехал вдоль обочины.

Переступив на месте, мистер Ли снова ругнулся. Лужа, что мерзко чавкала под ногами, оставила на мысках сапог грязные разводы, а это не доставило хорошего настроения мужчины.

– Дурацкая слякоть, дурацкий день. Не менее идиотский вечер. Ну что ж, осталось познакомиться с загадочным Чарли Хилл. Должно́ же сегодня случиться хоть что-то хорошее?

Хриплый низкий голос, утопающее в тени от полей шляпы лицо, черный плащ, черные же сапоги. Высокий рост и внушительный разворот плеч. Добропорядочные жители города Брамонд, увидев такого незнакомца у себя на пути, как минимум, поостереглись бы вставать у него на пути, а как максимум – обратились бы в одно из отделений городского управления безопасности. Но там их мог бы ожидать сюрприз. Точнее сказать – огромный такой сюрпризище, почти под два метра ростом, с угрюмым выражением лица, нелюдимым характером и патологической нелюбовью к общению с заявителями. Проще говоря, их там мог поджидать сам мистер Ли.

Именно он сейчас вдумчиво всматривался в тяжелые тучи на темнеющем небе, пытаясь понять, как долго продлится его визит к некому Чарли Хиллу, и успеет ли он вернуться в центральное городское управление безопасности, чтобы, закрывшись в своей каморке, доразобрать документы по последнему, слава создателям, уже закрытому делу, до того, как с неба то ли посыплется снег, то ли пойдет дождь.

– Мерзкая погода!

Расправив плечи, мистер Ли глубоко вдохнул морозного вечернего воздуха и уверенно шагнул в сторону низкого заборчика у дома двадцать три. Ажурная калитка тихонько скрипнула. Звук на пустынной улице показался мужчине слишком громким и заставил поморщиться, но от идеи посетить именно этот дом отказываться не приходилось. Начальник был категоричен, а значит, Бакстеру ничего не оставалось – только ехать в верхний западный район, или попросту в западный Брайкед, в гости к незнакомцу, который, сам того не зная, обязан помочь детективу раскрыть очередное громкое преступление.

– В любом случае, этот Чарли не может быть хуже старого маразматика Хопкинта, таких просто не бывает!

Условно подбодрив себя, мистер Ли уверенно потянулся к дверному молотку.

Три удара, ни больше и ни меньше. А дальше только оставалось ждать и надеяться, что встреча пройдет не так отвратительно, как он успел себе мысленно нарисовать.

К сожалению, несмотря на весьма богатую фантазию, даже Картер Бакстер Ли не мог и вообразить, чем обернется для него решение обратиться к молодому чародею. Мастеру посмертия.

– Недоброго вечера. Что нужно?

Бровь Бакстера изогнулась, чего, разумеется, не увидела девушка, которая распахнула перед ним дверь и замерла в проеме, сложив руки на груди. Шляпа часто служила детективу ГГУБ добрую службу. Не только спасая от непогоды, но и, как сейчас, скрывая выражение лица мужчины.

– Мне необходимо увидеть Чарли Хилла. Не могли бы вы пригласить его?

Незнакомка, усмехнувшись, медленно заскользила взглядом по Бакстеру. Взгляд ее был тяжелым, каким-то весомым что ли. Следователь, немало повидавший за свою жизнь, сейчас будто чувствовал прикосновения, а не терпел обычный оценивающий взгляд взбалмошной мисс. Достаточно высокая брюнетка с распущенными, если не сказать – растрепанными волосами, мягкими волнами падающими на грудь незнакомки. Красивая, тут детектив ничего не мог сказать. Взгляд слишком цепкий и пронзительный, а так, конечно, куколка еще та. Кожа бледная, губы капризные, сочный, алые. Нос прямой, породистый. Да и фигура была вполне в его вкусе, если бы не одно «но». Картер Бакстер Ли не привык видеть девушек в узких брюках. Да, ноги они подчеркивали изумительно, но, постойте, как же загадка? Где скрывать ту самую женскую тайну? Как же чувство мужского азарта, которому позволили мельком увидеть тонкие щиколотки? Нет! Ничего нет, все напоказ! А еще корсет, надетый поверх рубашки с кружевным жабо, подчеркивает узкую талию. В общем, пока незнакомка изучала Бакстера, он успел рассмотреть все, что хотел, как, впрочем, и то, чего не рассчитывал увидеть вовсе! Только если мужчина промолчал о своих выводах, девушка молчать не стала:

– Хмурый мужчина за тридцать, в добротной, но не дорого́й одежде. В начищенных, но не новых сапогах. Наглый сверх меры и молчаливый как скала. Точно не клиент, даже любопытно, – тут мисс, так и не пожелавшая представиться, энергично кивнула, отчего ей на лицо упали несколько прядей темных волос. – Проходите.

Она раскрыла дверь чуть шире и отошла в сторону, пропуская вечернего гостя в дом.

Бакстер, который, к слову, тоже не торопился представиться как положено, шагнул за порог и, обведя взглядом широкий холл, освещенный самыми обычными свечами, прокашлявшись, повторил свою просьбу:

– Будьте добры, пригласите мистера Хилла. У меня не так много времени для беседы с ним, и я не могу тратить его на общение с вами.

Последние слова Бакстер сказал с такой интонацией, что девушке сразу стало понятно – у гостя сложилось о ней совершенно неверное мнение.

«Напыщенный индюк!», – подумала она и улыбнулась как могла доброжелательно. Так, чтобы у этого нахала все склеилось от сладости!

– Я вас слушаю.

Приглашать вглубь дома того, кто даже имени своего не соизволил назвать, она не собиралась. Тем более типа, который заявился в ее законный выходной и еще чего-то требует! Именно требует, как бы этот мужлан не старался, чтобы его слова звучали вежливо, ничего у него не вышло.

– Кажется, вы меня неверно поняли, – едва не заскрипев зубами, выдавил из себя Бакстер, стремительно теряя терпение. – Мне нужно встретиться с Чарли Хиллом. Он дома?

– Дома, – девушка твердо кивнула, – и я вас слушаю.

– Послушайте, мисс, – Бакстер сжал и медленно разжал кулаки, пользуясь тем, что за полами плаща его ладони не должно́ было быть видно, – у меня нет времени на игры. Позовите своего… Кто он вам там? Мне нужен мистер Хилл. С вами разговаривать у меня нет никакого желания!

– Ох, Чарли мне весьма и весьма близкий человек. Мы с ним, можно сказать, неразлучны, если вы понимаете, о чем я говорю. – Девушка захлопала пушистыми темными ресницами, изображая из себя то ли дурочку, то ли кокетку полусвета. – Настолько неразлучны, – в этот момент ее тон сменился, и она продолжила, чеканя каждое слово: – что, можно сказать, мы буквально один и тот же человек! Последний раз предлагаю вам высказать причину вашего позднего визита, или проваливайте в Тень из моего дома!

– Вашего дома? – Набравший в легкие воздух мужчина, готовый вступить в спор, резко выдохнул, не поверив своим ушам. – Как это вашего?

– Шарлотта Мэри Хилл, – сверкнув глазами, отчеканила хозяйка дома.

Только сейчас Бакстер обратил внимание на то, что цвет этих самых глаз очень редкий. Фиолетовый, с чуть более светлой окантовкой вокруг зрачка. Глаза чародея.

– Бакстер… Картер… Тень меня пожри, вы и есть Чарли Хилл? Второй мастер посмертия в нашем городе, работающий с проводником и переехавший в Брамонд всего два года назад?

Чарли, а это была именно она, что бы там себе ни придумал незваный гость, прикрыла на мгновение глаза и обреченно простонала:

– Законник?

– Детектив отдела по особо важным делам главного городского управления безопасности, – наконец-то по всей форме представился Бакстер, – Картер Бакстер Ли.

– Ну конечно, – Чарли вздохнула. – Проходите, мистер Ли, думаю, дальнейший разговор нам будет удобнее вести в гостиной.

Бакстер уже не был так уверен в этом. Как и в том, что ему вообще стоило приходить в двадцать третий дом по улице Брамха. Лучше было бы обратиться к старому маразматику. У мужика, конечно, были большие проблемы с головой, но он хотя бы был мужиком! А еще не носил настолько обтягивающие брюки… И не вилял задом, идя впереди Бакстера!

Но, вопреки своим сомнениям, детектив все же прошел вслед за хозяйкой дома в гостиную, где его поджидал еще один сюрприз. Видимо, в ответ на мысли, что этот день уже не может стать еще хуже, не иначе.

На изящно изогнутой спинке софы сидел огромный ворон. Стоило только Чарли зайти в комнату, как это чучело, которое оказалось вовсе и не чучелом, раскрыв крылья, громко спросило:

– Ну и кого ты притащила в дом на ночь глядя?

– Законника, – процедила Чарли.

– Ка-а-шмар-р! – ворон хлопнул крыльями и, переступив лапами, сдвинулся так, чтобы видеть вошедшего мужчину. – Чародей воды?

Для него это был принципиально важный вопрос, настолько важный, что он даже несмотря на свою неприязнь к незнакомцам, первый заговорил с мужчиной.

– Нет, – Бакстер мотнул головой.

Ответ крайне разочаровал разумную птицу:

– Абсолютно бесполезное создание, – выдал наглый ворон. – Выгоняй его в Тень из дома!

Глава 1

За два дня до…

Фигура, закутанная в плащ, стремительно передвигалась ночью вдоль забора Нетронутого сада, парка в Крест Пойнте. Человека не смущали ни случайные ночные прохожие, ни медленно ехавшая по улице потрепанная карета. Передвигаясь бесшумно, некто в плаще дошел до пересечения улиц и свернул направо, чтобы спустя недолгое время нырнуть в одну из подворотен. Туда, где тень была гуще, а свет от уличных фонарей не проникал вовсе.

– Готов? – свистящий шепот почти не нарушил тишины улицы.

– Как вы и просили.

– Доставай.

Скрипнули старые рессоры, на улице раздались чуть шаркающие шаги, которые, впрочем, не могли привлечь к себе внимание. Мало ли, какой забулдыга гуляет по ночам? А вскоре и вовсе всё стихло. Спустя совсем немного времени дверца хлопнула, и карета увезла ночного незнакомца.

Утром, недалеко от оживленной улицы Роз раздался пронзительный женский визг. В узком переулке между двумя домами был обнаружен труп…

– Бакстер, – дверь в каморку, гордо именуемую кабинетом, приоткрылась, и в проем просунулась лохматая рыжеволосая голова, – мистер Миллер требует тебя к себе.

– Зачем я ему? – мужчина даже не поднял головы, продолжая заполнять отчет.

– Издеваешься? Шеф не имеет привычки докладывать мне, для чего вызывает сотрудников. Давай пошевеливайся!

– Конечно-конечно, – Бакстер мотнул головой. – Шеф имеет привычку кричать и раздавать приказы, мы, простые смертные, должны бодро бежать к нему за очередной выволочкой.

– Бакстер!

Крик получился знатным. Таким, что детективу Ли пришлось-таки оторвать взгляд от документа и, посмотрев в сторону двери, усмехнуться:

– О, Джеффри, привет. Как дела?

– Мистер Ли, вы издеваетесь? – рыжеволосый молодой мужчина страдальчески поморщился.

– Нет, – и ответ Бакстера был абсолютно искренен, – что-то случилось?

– Шеф вызывает вас к себе, – на бледных щеках вспыхнули два ярко-красных пятна, и, еще раз поморщившись, Джеффри скрылся за дверью кабинета Бакстера.

– Вызывает, так вызывает, – потерев уставшие глаза, мистер Ли поднялся на ноги и потянулся до хруста в спине. – Мог бы сразу так и сказать, а не корчить рожи. Тоже мне, важная птица. Целый помощник начальника.

Убрав бумаги в ящик стола, Бакстер запер дверь своего кабинета и отправился на третий этаж. В святая святых. Кабинет начальника главного городского управления безопасности. Туда, где чаще всего он слышал о своей никчемности во время очередной головомойки.

– Вызывали, шеф?

В этот кабинет Бакстер давно научился заходить без лишнего страха. И не потому, что мнил себя незаменимым специалистом, хотя он был близок к такому, а просто потому, что мистер Дрейк Миллер слишком часто вызывал наглого работника своего управления на воспитательные беседы. Настолько часто, что Бакстер в какой-то момент устал бояться начальника и воспринимал беседы с ним как необходимое зло.

– Проходи, Ли. И дверь закрой.

Мужчина в возрасте, с седыми висками, уставшим взглядом и чуть грузной фигурой, на удивление сегодня не кричал. Одно это уже насторожило Бакстера. А уж когда шеф молча махнул рукой на удобное кресло, стоявшее в кабинете, как думали многие работники управления, только для красоты и вовсе понял: дело – дрянь.

– Новое дело?

Отказываться от предложения разместиться в глубоком кресле с мягкой обивкой детектив не стал, но и ходить вокруг да около было не в его привычках. Если шеф не орет, не усадил его на один из ненавистных стульев с максимально неудобной спинкой, значит ему что-то нужно. И это «что-то» определенно не понравится одному из детективов отдела по особо важным делам. Вот чуял Бакстер, что день, который в принципе не так уж и плохо начался, сейчас будет капитально испорчен.

– У нас всегда новые дела, – поморщился Миллер.

– Убийства? Похищения? Изнасилования? Маньяк?

– Бакстер!

– Молчу, шеф.

Хотя, чего тянет Дрейк, было непонятно, но если начальнику нужно время, чтобы собраться с мыслями, то кто ж станет ему мешать?

– Значит так, по городу прокатилась волна странных убийств.

– Да ну? – Бакстер выгнул бровь. – Прям волна?

– Ли, я тебя, паршивца такого, рано или поздно уволю. Помяни мое слово!

Одно то, что начальник реагировал на реплики подчиненного без должного огонька, говорило о многом. Только поэтому Бакстер подобрался и решил на время оставить сарказм. Поэтому и потому что ему стало действительно интересно.

– Ладно-ладно, я понял. Волна убийств, о которых раньше в управлении не говорили, а значит, до этого их между собой не связывали и расследовали в районных отделах. А теперь, видимо, произошло что-то, что заставило этих упрямцев признать, что они не справляются, и либо запросить помощь у нас, либо они по каким-то причинам связали эти убийства и, выделив их в серию, передали для дальнейшей работы в ГГУб. Так?

– Умник, Тень тебя побери. Как вот тебя увольнять, если я еще ничего не сказал, а ты уже все понял?

– Видимо, не сегодня? – на лице Бакстера заиграла знакомая шефу усмешка.

– Видимо, – проворчал начальник, – но сейчас я с твоего лица сотру эту раздражающую улыбочку.

– Улыбочку? Мою? Мистер Дрейк, да когда это я улыбался?!

– На, знакомься, – Миллер проигнорировал очередной выпад своего своенравного сотрудника. Вместо этого на край стола упала папка с документами, – а как прочитаешь, обсудим.

Читать особо было и ничего. Шеф передал детективу не все документы по делам, а краткую выжимку. Основные, если не сказать ключевые, аспекты по трем делам. Одно из которых было совсем свежим. Буквально утренним.

Всего убийств было три, что заставило мужчину мысленно усмехнуться. Волной это он назвать никак не мог. Но последнее место преступления дало понять, чего так всполошился шеф. Район богатеев. Эти, если управление в кратчайшие сроки не покажет результат своей работы, поднимут такую бучу, что работать станет вовсе невозможно. Им просто не дадут спокойно заниматься своим делом.

Итак. Первое тело было найдено в Нижнем Кресте, не самый благополучный райончик Брамонда и не смотри, что один из самых больших. Но, по крайней мере, понятно почему никто не стал бить в колокола. В Кресте убийством было никого не удивить. Поэтому проведя минимально необходимые следственные действия, дело чуть было не списали. Но помешало второе найденное тело, в это раз совершенно в другом районе, Леппадж. Место, где располагалось больше всего мануфактур, фабрик и небольших предприятий. Проще говоря, деловой район города. Картина была, судя по всему, схожей, но, к сожалению, в бумагах, представленных Бакстеру, не было подробностей, как и отчетов с мест преступления, и результатов вскрытия тел. Короче говоря, на данный момент невозможно было понять, по каким критериям дела объединили в серию. Про третье дело вообще было минимум информации. Не считая самого́ места преступления, практически ничего и не говорилось. Лишь в конце, была небольшая приписка о том, что все три тела имели среди прочего одну характе́рную травму, и все три трупа были одеты в весьма специфическую одежду. Никакой конкретики.

– Та-ак, – Бакстер поднял взгляд на начальника и провел ладонью по чуть колючему подбородку, – и что я должен был понять из этого минимума?

– А что ты понял?

– Что у вас намечаются большие проблемы со взволнованными жителями района Крест Пойнт, требования результативной работы, вероятно, писаки снова будут дежурить сутками у дверей управления и задавать неудобные вопросы всем, кто здесь работает. Хм… Что еще? Ну, вы, шеф, явно волнуетесь из-за этого дела, хотя пока непонятно, почему. И как вишенка, судя по данным, дело будет под грифом секретно, и я не получу доступа к информации, пока не… а, кстати, когда получу доступ?

– А с чего ты взял, что дело будешь вести ты, а не пара Митчел – Грант?

– Потому что в этом крайне удобном кресле сейчас сижу я?

– Умник, – на лице начальника управления заиграла добродушная улыбка, – ладно, твоя взяла. Вероятнее всего, это дело будет твоим. В конце концов, у парней сейчас и без того есть, над чем голову ломать. Но дело в том, Ли, что одиночке это дело я не поручу, а это значит…

– Нет! Шеф, при всем уважении, только давайте обойдемся без зеленого напарника! Последний, насколько вы помните, умолял вас перевести его куда-нибудь подальше от меня!

– Конечно, помню, – Дрейк поморщился, – ведь это он, а не ты, провел на больничной койке целый месяц с дырой в голове.

– Да какая дыра? Так, вмятина. Тем более что все обошлось! Но вы знаете, я не умею работать в паре!

– А все потому, Бакстер, что не ценишь ты свою шкуру, что уж говорить о чужой. И ты слишком склонен к риску.

– Зато у меня показатели раскрываемости дел высокие!

– Значит так, для этого дела тебе придется работать с мастером посмертия. Хочешь ты напарника или нет, если откажешься от работы с магом, дело не получишь. И ты прав, оно будет проходить под грифом, так что удовлетворить свое любопытство у тебя не получится!

– Да лучше подохнуть от любопытства, чем работать со старым маразматиком, шеф!

– Мастер Харрис, уважаемый член общества. Старик помог нам не с одним делом. И, просто поверь, Ли, в этом деле без магии не справиться.

– Вашему уважаемому члену уже перевалило за семьдесят лет. И в последнюю нашу совместную работу он очень сокрушался по поводу моего одиночества. Настолько сильно, что решительно старался свести меня со своей соседкой. Славной, скромной, милой женщиной, по имени то ли Молли, то ли Мари.

– Поверить не могу, что знакомство с девушкой было настолько неприятным, – Дрейк по-доброму улыбнулся.

– Ей на тот момент было шестьдесят два.

Бакстер не разделял веселье начальника. Поэтому Миллер смеялся в гордом одиночестве. Что нисколько ему не мешало. А как только Дрейк успокоился, мистер Ли продолжил:

– А когда я отказался вести милую старушку на свидание, ваш уважаемый Харрис настолько расстроился, что начал мне рекомендовать проверенные средства для мужской силы.

Откровенничал Бакстер с совершенно бесстрастным выражением лица, отчего Дрейку Миллеру становилось только смешнее. Его раскатистый смех был слышен даже в коридоре третьего этажа. И именно поэтому все сотрудники, которые по каким-либо делам поднялись в это время сюда, разворачивались и уходили, не дойдя до нужных кабинетов. Они знали спокойного начальника. Нервного. Злого. Даже в ярости. Но вот так смеющегося? Нет-нет – кто угодно, только не их грозное руководство! Даже Джеффри на всякий случай покинул свой пост. Кроме Картера Бакстера Ли, в управлении больше не было смельчаков, готовых принять на себя гнев начальника в любое время. Глядишь, и его веселье переживет. А остальные предпочитали проявлять осторожность.

– Тем не менее, Ли, тебе придётся работать с чародеем, – отсмеявшись, Дрейк вернулся к разговору. – Но на твое счастье, у нас в городе уже два года живет еще один нужный нам специалист. Так что у тебя даже есть выбор.

– Правда, что ли? Так почему, к Тени, я в последний раз работал с Харрисом, а не с новым спецом?

– Потому что он молод, не проверен, и мы не знаем, как покажет себя в работе.

– А теперь что изменилось?

– Ничего. Но я, несмотря на твой характер, хочу, чтобы дело вел ты, а со стариком ты работать не очень желаешь. Поэтому я даю тебе выбор. Если все-таки наступишь на горло своей песни о нелюбви работать в команде, дашь знать. Жду тебя утром. Хорошенько подумай, Ли. Раскрытие этого дела может сыграть не последнюю роль в твоем продвижении по службе.

– Или стоить мне должности… – мужчина поднялся с кресла и медленно кивнул. – Я вас услышал, шеф. Разрешите идти и думать?

– Проваливай, Бакстер. Если завтра утром не явишься ко мне в кабинет с ответом, решу, что ты отказался, и передам дело парням.

Посчитав, что более вежливого предложения освободить кабинет начальника он не услышит, Бакстер поспешил покинуть третий этаж. Ему необходимо было заполнить кучу бумажек. Написать отчеты и сдать несколько прошлых дел в архив. А в голове уже крутились вопросы по трем убийствам. В папке были одни намёки и никакой конкретики. Один из лучших детективов отдела теперь никак не мог переключиться на работу. Все думал, что именно такого важного и необычного было в тех делах, раз информацию о них так тщательно скрывают.

Лишь спустя час, когда в очередной раз отвлекся от документов, Бакстер с раздражением отшвырнул от себя ручку.

– Старый лис!

Конечно, он говорил о Дрейке Миллере. Тот прекрасно знал характер своего подчинённого и ловко, как по нотам, сыграл на любопытстве Ли. Тот так крепко подсел на крючок, что еще через час сходил в отдел информации в попытке узнать хоть что-то про второго чародея. Магистра посмертия. К сожалению, кроме имени и того, что чародей действительно существует, а значит, выбор какой-никакой, но есть, не удалось ничего выяснить. Плюнув на недописанный отчет и радуясь относительно спокойному дню, мужчина ушел домой, как только закончился его рабочий день. Такое случалось крайне редко, но сегодня повезло. К сожалению, на этом везение Бакстера, по его мнению, и закончилось. Ведь уже в тот вечер он знал, что ответит утром начальнику. Но не знал, к чему его приведет это решение!

Глава 2

– Вставай! – громкий, каркающий, до ужаса противный голос ворвался в сон молодой женщины, что спала, зарывшись головой в подушки.

– Вставай, кому говорят, мне скучно!

– Исчезни, – тонкая женская рука вяло махнула в сторону двери спальни. – У меня выходной.

– У тебя вся жизнь – праздник. А я скучаю! Вставай!

– Подлец, – буркнула чародейка в подушку и, приоткрыв один глаз, эту самую подушку и запустила в птицу. – Тебе бы такого праздника. Я бы посмотрела, как бы ты относился к выходным!

– А я и так работаю с тобой за троих, – Гомер, ворон с противным характером, и не думал замолкать. – Вот прекращу летать в мир теней, посмотрим, как ты будешь справляться!

– Ах так! – Чарли резво села на постели и, скрестив перед собой ноги так, как не могла позволить себе ни одна приличная мисс, ткнула пальцем в сторону Гомера. – Можешь не работать со мной. Но и покупать Золотой молот будешь себе сам! С заработанных честным птичьим трудом денег. Ой, – девушка раздражённо сдула прядь волос и нарочитым жестом прикрыла рот ладошкой, – а ты же не сможешь зарабатывать деньги, не так ли? Ведь по закону животные, как, собственно, и птицы, не являются гражданами империи!

– Шанта-аж!

Гомер от возмущения забил крыльями и, пролетев круг под потолком спальни невыносимой, наглой, упрямой и крайне одаренной девчонки, вылетел из комнаты.

– Старый ворчун! – крикнула ему вслед Чарли.

Сладко потянувшись, она, чуть повернув голову налево, посмотрела на старинные медные часы. Ажурные стрелки показывали десять утра. А это значило, что не так уж и рано ворон ее разбудил. Значит, не всю совесть растерял еще. Все-таки на работу она, как правило, вставала в семь, а то и в шесть. Когда на улице было еще довольно темно. Хотя зимой, в ненавистном Брамонде темно было почти всегда. То ночь, то дождь или снег, то тяжелые тучи не пропускали солнечные лучи. Вечные сумерки, сырость, холод и ветер. Вот ветер Чарли не любила больше всего!

Встав с кровати, чародейка сладко потянулась и поторопилась спрятать ноги в мягких домашних туфельках. Как бы хорошо не работала система парового отопления, но по полу гулял сквозняк. Особенно по утрам. Особенно в выходной! Ведь именно в этот день Чарли неизменно отпускала миссу Кларк. Женщина средних лет работала в доме Чарли уже два года и успешно справлялась со своими обязанностями, в которые, помимо всего прочего, входила и проверка уровня воды в резервуаре котла. Не то чтобы Чарли не доверяла одному старому знакомому чародею, еще два года назад настроивший подачу воды в бак, но, тем не менее, опасения все же оставались. Поэтому на ночь котел всегда грелся минимально. Чтобы можно было не замерзнуть, не более того. А так как мисса Кларк сегодня отдыхала, то и подкинуть несколько долгогорящих зачарованных дров было попросту некому.

Зябко поведя плечами, Чарли улыбнулась новому дню и, сначала еще больше растрепав, а затем неуклюже пригладив волосы, подошла к окну:

– Вы-ход-ной!

С довольным выражением лица она отдернула гардины и с ненавистью посмотрела на тяжелые почти черные тучи на небе. Погода опять не радовала. На дороге легко можно было рассмотреть грязные лужи, вдоль обочины некрасивыми кучками еще виднелся не разбитый, но уже темно-серый снег. С деревьев отчего-то капало – видимо, чуточку теплее стало, чем было вчера, – а редкие прохожие на улице цеплялись за свои шляпы, из чего можно было сделать вывод, что мерзкий ветерок, который всегда гулял вдоль домов, не утихает ни на секунду. И вот ведь загадка. Деревья стоят почти недвижимые, а ветер все равно уверенно гуляет по улице, то пытаясь сорвать шляпку у зазевавшейся мисс, то поднимая юбки более взрослых миссу, а то нагло, с остервенением хлопая полами мужских плащей! Если бы Чарли доподлинно не знала, что ни один чародей не станет тратить прорву сил на такое баловство, заподозрила бы неладное.

Еще раз окинув взглядом уличный пейзаж, девушка отвернулась от окна и уверенно отправилась в сторону ванной комнаты.

– Ну что ж, по крайней мере, в такой мерзкий день, я дома. Выспалась. Сейчас умоюсь, приведу себя в порядок… Все лучше, чем в семь утра мчаться на очередное кладбище, в чей-то склеп и работать, работать, работать до тех пор, пока силы окончательно не иссякнут.

Закрыв за собой дверь, Чарли скинула на пол ночную рубашку и, ступив в глубокую чашу ванной, включила подачу воды, почти тут же завизжав.

– Гомер!

Выпрыгнув из ванной, трясясь, как осиновый лист на ветру, и проклиная свою забывчивость, чародейка быстро растерла себя полотенцем, тогда как наглый ворон каркающе хохотал где-то за дверью. Он, в отличие от нее, не страдал от утренних провалов памяти и точно знал, что в едва подтопленном доме, горячей воды искать не приходится!

– Вредный ворон, – вернувшись в спальню, девушка упрямо тряхнула влажными волосами. – Мог бы и предупредить!

– Это месть! – Гомер даже не пытался скрыть своего злорадства.

Однако в спальню к хозяйке предпочитал не залетать, потому как в плохом настроении она могла без зазрения совести не только кинуть в него подушкой, но и чем-нибудь потяжелее.

К тому моменту, как Чарли привела себя в порядок, спустилась вниз, подкинула в топку пару зачарованных поленьев и с удовольствием позавтракала, время подкралось к полдню.

– Ну, – довольно улыбаясь, девушка положила ладошки на живот, который отозвался приятной тяжестью после завтрака, – что у нас на сегодня в планах?

– Прогулка в архив, – стал перечислять Гомер голосом заправского секретаря, – мы должны просмотреть очередную подшивку газетных листов. Затем нам необходимо дойти до почтового отделения. Отсутствие ответа из дома нас все еще настораживает, если ты не забыла!

– Как я могу забыть о своей заботливой, доброй, любящей матушке, с которой мы не общались… Сколько? Последние лет десять?

– Не знаю, – заворчал Гомер, – десять лет назад я был счастливой птицей в услужении твоего дядюшки! А не летал в мир Теней, как какой-то дешевый посыльный.

– Дешевый, значит? – Чарли прищурила глаза. – Напомни мне, чтобы мы сегодня всенепременно прошли мимо чайной лавки. Думаю, покупать в очередной раз горячий шоколад будет лишним. В конце концов…

– Нахалка, – Гомер в прямом смысле слова распахнул клюв от возмущения, – кто тебя научил шантажировать уважаемого проводника в мир Теней?

– Ты. И дядя…

– Мастер Ивкас не мог! – Тут же встал на защиту своего любимого первого хозяина ворон. – Он был не таким. Он меня любил!

– Он тебя избаловал! – припечатала Чарли. – А перед этим дрессировал именно посредством дешевого шантажа. Если не помнишь, то и не говори глупости. Между прочим, я видела тебя еще ребенком. И знаешь что?

– Что?

– Тогда ты был и вполовину не так разговорчив!

– Потому что тогда… – Гомер громко и возмущенно каркнул и решительно перевел тему: – Неважно. Скажи лучше, если ты сегодня снова потерпишь неудачу, где еще будем искать следы?

– Точно в этом городе, – Чарли тут же нахмурилась, – другого не дано. Но в управление безопасности ответы не дают, а где еще можно раздобыть необходимую информацию ума не приложу.

– К теням пойдем сегодня?

– Вечером.

Поднимаясь из-за стола, Чарли твердо кивнула. Дел на этот день у нее было не так уж и много, но с учетом отвратительной погоды дорога до необходимых адресов могла занять в два, а то и в три раза больше времени, чем летом. А это неимоверно раздражало девушку. День не бесконечный, а ей все же нужно прогуляться вечером в мире Теней, а еще пораньше лечь спать, ведь завтра первая встреча у нее назначена на семь тридцать утра! Чарли давно мучил вопрос, с чего жители Империи думали, что для ее работы необходима темнота? Но с другой стороны – чем раньше она начнет, тем больше успеет за день, и тем ощутимее пополнится ее банковский счет. Так что нет причин жаловаться. Работа – то единственное, что позволяло Чарли не возвращаться в родной дом под крыло матери, которая с самого детства дочери боялась ту и предпочитала делать вид, что у нее всего двое детей, а никак не трое!

***

– Шарлотта Мэри Хилл, – Чарли со всем чаянием старалась вежливо улыбаться пожилому клерку, работнику архива.

– А-а, это снова вы, юная мисс? Все еще не закончили свои изыскания?

– Да что вы, мистер Бронкс, я же, можно сказать, еще только начала, – чародейка в очередной раз вознесла мысленную молитву богам, ведь благодаря плохому зрению мужчины, она имела возможность, во-первых, все еще быть «юной мисс», а во-вторых, разговаривать с работником архива, не пряча глаз. – Тем более, знаете, из газетных подшивок я узнаю́ так много! История Брамонда глазами жителей города, это ведь удивительно!

– Боюсь, мисс, на страницах изданий история города весьма искажена, – по-доброму улыбнулся мужчина. – Журналюгам ведь как: чем привлекательнее заголовок, тем лучше. А соответствует ли это правде или нет, кто ж поймет?

– А что мне те заголовки? – Чарли мило улыбнулась. – Ведь на страницах с экономической сводкой, некрологах, объявлений о свадьбах сенсаций не ищут. Зато становится понятно, как развивался город, и когда были вспышки если не болезней, то голода. Это ли не удивительно?

– Хорошо-хорошо, – мистеру Бронксу нравилась эта молодая мисс. С горящими глазами и таким восторженным увлечением своими изысканиями. Помнится раньше юные девицы не прибегали к нему в архив, чтобы потратить время за столами, собирая информацию для одного из проектов в лицее. Да что и говорить, юные студенты из числа юношей к нему тоже заходили крайне редко. Только вот такие же, как эта Шарлота, горящие знаниями и уверенно идущие к своей цели.

– Подборку за какой год вы хотите посмотреть сегодня?

– Ох, – Чарли прижала сцепленные в замок ладошки к груди, – я очень хотела бы идти по порядку и ознакомиться с подборкой за тысячу семьсот пятьдесят четвертый год, но приходится проводить сравнительный анализ, и поэтому сегодня я вынуждена взять подборку пятилетней давности. Вы позволите?

– Восемьсот семьдесят восьмой значит, – мужчина чуть прищурился, – а знаете ли, мисс, что и в более современных подборках вы идете по порядку?

– Конечно, – ничуть не смутилась девушка, – я же говорю, мне необходим сравнительный анализ развития в разные столетия. Очень увлекательная работа, очень!

Только когда мистер Бронкс шаркающей походкой покинул свое место за регистрационной стойкой и отправился на поиски так необходимой Чарли подборки, та смогла выдохнуть и прекратить изображать из себя наивную лицеистку, помешанную на достижении своей цели, как, впрочем, и на получение образования наравне с мужчинами. Все же в мире обычных людей это было крайне сложно. Крайне. И даже если девушка заканчивала по каким-то причинам лицей или иное учебное заведение, то работу найти ей было весьма сложно. А достойно оплачиваемую работу – практически невозможно.

Чарли в очередной раз порадовалась, что среди чародеев дела обстояли несколько иначе. Во-первых, например, обучение для всех одаренных было обязательным. Во-вторых, при должном желании, капельке везения и умении выгодно продать свои услуги, любой чародей мог очень неплохо устроиться в жизни. Ну и в-третьих, о том, как именно построено обучение в институте чародейства, знали только те, кто там работал и учился. Точнее то, как на самом деле построен процесс обучения.

– Держите, мисс.

Пока Чарли с легкой улыбкой на лице вспоминала свои годы обучения, успел вернуться мистер Бронкс. В руках он удерживал две объемные и, как Чарли уже знала, весьма тяжелые папки.

– Ох, давайте я вам помогу, – тут же подхватилась она и взяла верхнюю папку из рук мужчины.

– Шарлотта, – мужчина покачал головой, – не таскала бы ты тяжести, детка, я и сам справлюсь.

– Конечно, справитесь! Вы со своей папкой, а я со своей. Вот вместе и донесем эти газеты до моего любимого стола!

В этом молодой чародейке даже не приходилось притворяться. Помощь ее была совершенно искренняя. Как и желание как можно быстрее оказаться за угловым столом и уже начать работу.

После не самой приятной поездки в наемном экипаже, а затем и прогулки длиною в несколько кварталов по этой ужасной погоде, Чарли была рада оказаться в здании городского архива, расположенного при библиотеке Бармонда. В теплом, тихом, пахнущем книгами и пылью помещении без окон. Вот что ее не радовало, так это перспектива обратной дороги, а еще воротничок скромного платья. Такого, в коем могла бы ходить юная лицеистка, но никак не двадцатисемилетняя чародейка! Шерстяное платье неприятно покалывало кожу даже через нижнюю сорочку, воротничок, казалось, душил, белые манжеты – раздражали. А подол серого платья на улице и вовсе хлестал по ногам, самым бесстыжим образом!

Определенно Чарли очень ждала потепления. Когда ветер станет чуть менее злым, а под ногами прекратит чавкать мерзкая смесь из снега и воды. Видят Боги, лучше уж перепрыгивать через лужи и уверенно стучать небольшими каблучками по мощеным дорожкам, чем ходить по скользким мостовым, выбирая между риском поскользнуться и упасть или, наступив в очередной с виду безопасный сугробик, промочить ногу. А все почему? Потому что приличные девушки не носят высоких сапог! Не носят и всё здесь. Несмотря на то, что сапоги – куда как более практичная и удобная обувь! Но максимальная высота женских сапог может достигать середины голени. Они должны быть всенепременно на каблучке, а еще иметь спереди аккуратную шнуровку. Иначе это уже будет порицаться обществом. Но дело в том, что на каблуках ходить по обледеневшей брусчатке сродни самоубийству. Одно неловкое движение – и запросто можно оказаться на проезжей части под копытами коней или колёсами экипажей!

Устроившись за полюбившимся угловым столом, Чарли с удовольствием вытянула ноги и погрузилась в чтение газет.

Для того чтобы найти хоть крупицу информации про своего дядю Ивкаса, она готова была стерпеть многое. Начиная от ужасной погоды Брамонда и заканчивая изображением из себя крайне приличной девушки. Конечно, жители этого города далеко не все были как мистер Бронкс. В большинстве своем они отличались прекрасным зрением и, как только видели глаза Чарли, сразу меняли свое отношение к девушке. Чародеев было мало. Крайне мало. Поэтому и отношение к ним было разное. Кто-то боялся одаренных. Кто-то презирал. Некоторые считали их уродами. Другие предпочитали делать вид, что одаренных и вовсе нет. Но меньше всего было тех людей, которые относились к чародеям также, как к любому другому жителю города. А еще были те, кто предпочитал пользоваться услугами одаренных, но, встречая их на улице, делать вид, что не заметили знакомое лицо и даже поворотом головы не поздороваются с ними. Чарли давно привыкла к реалиям своей жизни. Ее, в общем-то, устраивало то, кем она является. Ей нравилась сила, что текла по венам вместе с кровью. Ей безумно нравилась возможность помогать убитым горем людям, используя чары, связываться с миром Теней и находить там ответы на множество вопросов. Ей все это действительно нравилось. Но иногда страшно бесило, что приходится ходить с опущенными глазами. Что приходится корчить из себя благовоспитанную мисс, тогда как в мире чародеев правила и нормы поведения были куда как более лояльны к девушкам. Ее бесило, что на протяжении уже двух лет она никак не может добраться до нужной ей информации только потому, что в отделении управления безопасности Нижнего Креста ее не воспринимают всерьез!

Глава 3

Следующие два часа в жизни чародейки прошли в тишине и спокойствии. Она бегло просматривала газетные выпуски, один за другим, в поисках хоть одного упоминания своего дядюшки. Не могло быть такого, чтобы весьма известного в империи чародея не заметили в городе. А заметив не написали о нем хоть строку. Даже если предположить, что дядюшка был в Брамонде по приказу императора, что вызывает некоторые сомнения, то даже в таком случае его смерть должна была освещаться журналистами. Но Чарли уже просмотрела подшивки за несколько лет до года смерти дяди, за год его смерти и вот сейчас изучает подшивку за год, последующий за страшным событием. А вот в следующий раз, видимо, придется брать более ранние подборки. Потому что единственное, что выяснила Шарлотта, так это одну весьма странную для нее закономерность: до того, как дядя Ивкас поселился в Брамонде, о нем писали. Регулярно. Часто. О чародее на службе императора, способном проникнуть в разум жителей империи, говорили постоянно и со смаком. Его называли псом императора. Его боялись. Уважали. И за ним следили. Но как только дядюшка поселился в этом Богами проклятом городе, писакам будто в глотки залили расплавленного свинца. Ни одного упоминания чародея. Ни единого! И можно было бы подумать, что дядюшка приложил к этому капельку сил. Можно было бы, если бы не одно «Но»! У менталистов есть свой, отдельный, свод очень жестких правил, нарушить которые они не могут. Если не хотят сойти с ума и добровольно прийти к стражам правопорядка с повинной, ни один менталист этого не сделает. Просто потому, что на всех, абсолютно всех менталистов, еще в детстве ставятся печати, ограничивающие возможность использования силы. Для детей блог ставится довольно сильный. Чем старше становится одаренный, тем условия становятся мягче, и у юных чародеев появляется возможность учиться правильно использовать свою силу. В конце запрет остается лишь один. Один, но очень жесткий: менталист не может вмешиваться в сознание жителей империи без добровольного согласия на это. Кто может представить себе свору журналистов, которые массово согласились на копание в их сознании и на установку запрета к упоминанию пса Императора в газетных выпусках? Чарли себе такого не могла представить.

Конечно, были в работе дядюшки некоторые исключения. Да что уж там, много их было – занимаемая должность обязывала. Но и ответственности у него было куда как больше, чем у рядового специалиста данной специализации!

Долистав подшивку до конца, девушка с раздражением закрыла папку. В блокноте, что у нее был с собой, появилось всего несколько записей. Показавшиеся странными некрологи. Парочка преступлений, скупо освещенных в информационных листах. Да одно объявление о найденном на берегу канала теле неизвестного. Выписав адреса захоронения тел, как и мест преступлений, Чарли сдала подшивку и уверенно покинула архив.

Сегодня информации для работы было чудовищно мало. Отвратительно мало! А испортившаяся погода настроения не добавила. Не став соблюдать свою привычную осторожность, девушка отошла к соседнему зданию и остановила наемную карету. Кэб, конечно, было бы взять дешевле, но в Тень! В карете, по крайней мере, ее не достанет кусачий ветер. Как и мерзкая ледяная крошка, что сыпалась с неба под видом снега.

Гомер еще выскажет Чарли свое возмущение, потому как, пока она сидела в теплом помещение архива, он летал по городу.

Не то чтобы с какой-то определенной целью. Так, разминал крылья. Ведь вместе с Чарли ему на улице быть не полагалось. Когда девушка работала – конечно. А вот когда она изображала из себя скромную, благовоспитанную и чтущую все морально-нравственные устои общества – категорически нет. Но так как Гомер имел крайне ворчливый характер, а еще был не обычным вороном, а весьма себе птицей с огромным секретом, то он имел возможность очень доходчиво объяснять своей хозяйке, что именно думает про промозглую ветреную погоду. Старый ворчун терпеть не мог никакие осадки, как, впрочем, и ледяной ветер.

Вздохнув, Чарли откинулась на спинку сиденья и приготовилась ждать. Дорога не обещала быть быстрой. Сначала до почты, там попросить ее подождать, потому как Шарлотта была уверена, что никаких писем из дома ей не забывали передавать. Просто матушка, со свойственной ей манерой игнорировать дочь, предпочла не отвечать на просьбу о помощи. А всего-то и требовалось, что написать ответы на пару вопросов о дяде Ивкасе!

За окном кареты шумела жизнь города. Всхрапывали лошади, иногда раздавались ругательства извозчиков. Слышался свист коротких кнутов. Где-то кричал мальчишка-зазывала. По улицам, несмотря на погоду, куда-то спешили жители города. А у Чарли с каждой минутой только портилось настроение.

В итоге домой Шарлотта вернулась еще через два с половиной часа. Без ответа из дома, но зато с купленным в чайной лавке свежим чайным сбором с травами и любимым горячим шоколадом для ворона. Вот в чайной Чарли искренне любили. Там она могла не прятать взгляд. Не притворяться той, кем не являлась. Там ей были всегда рады. Потому что именно она была главным покупателем Золотого молота. Шоколада, который сама терпеть не могла за излишнюю сладость. Но который покупала своему проводнику примерно каждые две-три недели.

– Наконец-то, – проворчал Гомер, залетая вслед за девушкой в прихожую, – я чуть не примерз к козырьку дома!

– Нужно было сесть на крыше, – не обращая внимание на ворчание, спокойно заявила чародейка.

– Зачем это? Я бы там совсем примерз к своему наблюдательному пункту!

– Угу, примерз бы, стал бы флюгером. Молчаливым и крайне реалистичным флюгером. А летом, глядишь, и оттаял бы.

– Нахалка!

Чарли, уже повесившая в шкаф свой плащ и прошедшая на кухню, чтобы поставить чайник, вдруг повернулась к Гомеру и внимательно на него посмотрела. Ворон был уверен, что молодая хозяйка ответит очередной колкостью, но вместо этого она, тяжело вздохнув, признала:

– Ты прав. Извини. Я не должна срывать на тебе свое плохое настроение. Просто…

– Опять нет писем из дома?

– И в архиве ничего.

Гомер характерным птичьим движением наклонил голову и после минутного молчания решил подбодрить девушку:

– Не страшно. Мы обязательно найдем ответы. Если не здесь, так в мире теней. Не сегодня, так в другой раз. Главное – не опускать руки.

– Да, – Чарли тряхнула головой, отчего ее свободный пучок чуть не рассыпался, потеряв несколько шпилек, – ты прав. Главное – не опускать руки. Ну что, пьем чай и в мир теней?

– Ты сначала ешь. Потом пьешь чай. И только после мы в мир теней! Еще не хватало, чтобы ты упала без сил в процессе путешествия! Я, знаешь ли, ворон, а не экстренная служба спасения! Из обморока вывести могу только посредством удара клюва в голову, а никак не принеся нюхательную соль! Не забывай, что мисс Кларк сегодня нет, и в случае чего она помочь не сможет!

– Не ворчи, – Чарли по-доброму улыбнулась такой заботе. – Конечно, я перекушу. Но в первую очередь переоденусь. Клянусь, это платье – самое ужасное, что есть у меня в шкафу! И как только девушки терпят эту ужасную ткань форменных платьев?!

– Просто ты недостаточно благочестива, – хохотнул Ворон. – Представь себе, что было бы с теми мисс, окажись они в институте чародейства и увидь вашу форму?

Звонкий смех Чарли зазвенел в доме двадцать три по улице Брамха. Действительно, представить себе реакции юных мисс из приличных семей, воспитанных согласно всем нормам поведения, в момент, когда они узнают, что ближайшие семь лет им придется носить узкие брюки, было крайне занимательно.

– Я постараюсь быстро.

Оставив Гомера следить за чайником, – что бы не ворчал этот ворон, а сдвинуть небольшой чайник с огня ему было под силу, – Чарли отправилась в комнату. Ей хотелось переодеться. Распустить наконец-то волосы. Но больше всего она сейчас мечтала о горячей ванной, на которую, увы, время если и найдется, то только перед сном.

Хотя ничего не помешало девушке освежиться, перед тем как надевать любимые удобные брючки и рубашку, которую невозможно было представить без кружевного жабо и корсета. Зато весь комплект выглядел потрясающе. Дерзко. Вызывающе. Неприлично для общества, но крайне удобно для движений. В общем, для прогулок в мир Теней Чарли не собиралась надевать ничего другого!

– Джеффри, – Бакстер с самого утра был в отвратительном настроении. Поэтому когда к десяти утра он появился в приёмной начальника, даже не пытался быть вежливым.

– Мистер Ли, – в тон ему ответил рыжеволосый парень, – мистер Миллер сейчас занят. Вам придется обождать!

– Надеюсь, он занят не тем, что передает обещанное мне дело двум прохвостам?

– Если вы о детективах Митчела и Гранте, то да. Именно они сейчас в кабинете шефа. Но, о чем именно мистер Миллер ведет с ними беседу, я не имею ни малейшего понятия. Будете ждать?

В светлых глазах Нильсона светилась явственная надежда на то, что Бакстер свалит в свой кабинет и не будет своей грозной мордой портить атмосферу в приемной Джеффри. Молодому мужчине нравилось, когда в его кабинете был порядок. А огромная фигура мрачного детектива никак не давала сосредоточиться рыжеволосому помощнику начальника ГГУБа на работе. И это уж точно нельзя было назвать порядком!

– Наглый врун, – буркнул Бакстер и с самым мрачным видом занял одно из небольших кресел для посетителей. – Конечно, я буду ждать.

– Врать, недоговаривать и лицемерить – прерогатива детективов. А в моей работе важны порядочность, честность и…

– Занудство, я знаю. Успокойся, Джеф, я молча посижу. И даже смотреть на тебя не буду. Солнышко ты наше чувствительное.

– Мистер Ли!

– Ну что опять не так? – Бакстер закатил глаза.

– Ни-че-го, – по слогам, сквозь зубы, ответил помощник Дрейка Миллера и уткнулся носом в свои документы.

– Вот и хорошо, – себе под нос буркнул Бакстер и, сложив руки на груди, приготовился ждать, когда шеф освободится.

Из-за двери не было слышно практически ничего. Только невнятные звуки голосов. Ни криков, ни проклятий. Ни, тем более, смеха. И вот интересно, почему Бакстеру вечно достается на орехи, а этой парочке – нет? А ведь детектив Ли прекрасно знал, что сейчас будет. Грант вместе с Митчелом сейчас доведут руководство, сами свалят работать, а на голову Бакстера полетят все шишки! Не в первый раз ведь!

– Пошли вон! – раздалось из кабинета шефа ровно через двадцать минут. – Переделать!

– Поняли, шеф. Так точно мистер Миллер!

Два детектива вылетели из кабинета Дрейка, едва не осенив себя святым знаменем.

– Бакстер, – кивнул в знак приветствия Скот Митчелл, высокий, худой, чуть сутулый и с бесконечно уставшим лицом.

– Митчел, – сведя брови, ответил на приветствие Бакстер, – опять взбесили начальника?

– Как будто для этого много нужно, – нервно оглянувшись на закрытую дверь кабинета, шепнул Бен Грант. – Всего пара ошибок в отчете, а настроение шефа уже летит в Тень!

– Отлично, а я сейчас получу просто за компанию.

Бакстер поднялся и окинул взглядом Гранта – коренастого мужчину, примерно ровесника самого детектива Ли. Вот только если Бакстер был высокий, мрачный и имел внушительный разворот плеч, то Бен был полной его противоположностью. Ростом чуть ниже плеча Бакстера. Светлые взъерошенные волосы, аккуратная бородка, вечно довольное выражение лица. Подтянутый, тут вопросов нет. Шустрый малый, но с небольшим выступающим вперед животом. И нет, это не был жирок. Просто особенности фигуры.

– Ли, как будто в первый раз, – хохотнул этот весельчак. – Иди-иди, ты у нас любимчик у начальника. Он тебя любит, так что, может, и пронесет.

– Вот он меня сейчас и отлюбит после вас-то. Что опять не так в отчете?

– Исправим, – махнул рукой Митчел. – Не бери в голову, Бакс, у тебя своих отчетов хватает.

Развернувшись, более высокий и взрослый Скот ухватил за воротник своего напарника и увел подальше от кабинета шефа. Не хватало еще, чтобы тот, выйдя в приемную, застал их там.

– Джеф, я к шефу, – заявил Бакстер. – Можешь не утруждаться, дорогу знаю. Двери тоже можешь для меня не открывать, сам справлюсь.

– Бакстер! – подскочил со своего места Джеффри. – Мистер Ли! Так нельзя. Не положено! Я должен о вас доложить…

Но, пока долговязый помощник начальника оббегал свой стол, Бакстер уже уверенно распахнул дверь кабинета шефа:

– Мистер Миллер, я принял положительное решение.

Начал он сразу с самого важного.

– Бакстер, – Дрейк Миллер чуть не подавился своим кофе, от громогласного приветствия подчиненного. – Тень тебя побери!

– Мистер Миллер, сэр, я не успел, мистер Ли не слушал меня…

Джеффри попытался проникнуть в кабинет начальника, но разве вместо этого скалоподобного детектива просочишься? Тем более, когда он уверенно замер в дверном проеме и нарочно не пускает Джеффри в кабинет к шефу.

– Нельсон, иди работай, я ждал детектива Ли. Все в порядке.

Бакстер после этого заявления руководства посмотрел через плечо на рыжеволосого парня и подмигнул ему:

– Видишь? Нашему начальнику не нужна дуэнья для разговора с подчиненным!

– Бакстер! – грозный окрик Дрйека Миллера был весьма громким. Настолько, что Джефри Нельсон позволил себе победно сверкнуть глазами, будучи убежденным, что вот сейчас-то Бакстер и получит по заслугам.

– Зайди ты уже в кабинет нормально и дверь за собой закрой!

Мрачный, но довольно исполнительный работник ГГУБ так и сделал, чуть было не прищемив нос возмущенного Джефри.

– Ли, иногда мне кажется, что день, когда я подписал приказ о твоем переводе в главное управление, был самым темным в моей жизни.

– Ничего, шеф, – устраиваясь в том самом удобном кресле, в котором сидел накануне вечером, ответил Бакстер. – Главное существуют дни, когда вы так не думаете.

Дрйек Миллер смерил своего подчиненного строгим взглядом, но тут же мысленно махнул рукой. Можно подумать, что выразительные взгляды хоть когда-нибудь производили должное впечатление на этого типа. Видят Боги, если бы Бакстер не был настолько одаренным детективом, Дрейк давно уволил бы его, да еще и радостно распечатал коллекционную бутылку виски, чтобы отметить это событие. Но ведь этот паршивец имел звериное чутье и, если уж брался за дело, то из шкуры готов был вывернуться, но докопаться до самой сути. Неподкупный, принципиальный, во многом жесткий Картер Бакстер Ли был превосходным работником управления. Но характер…

– Так значит ты решил работать в паре с чародеем?

– А у меня есть выбор?

По губам начальника скользнула довольная, если не сказать самоуверенная улыбка. Но она пропала так быстро, что, если бы Бакстер внимательно не наблюдал за Дрейком, то и вовсе бы ее не увидел.

– Никакого, – ответил шеф.

– Ну, я так и понял, – Бакстер закатил глаза. – Так что, когда я получу доступ к информации?

– Сейчас подпишу разрешение на выдачу тебе документов. На ознакомление и знакомство с временным напарником не так много времени. Через три дня жду вас обоих у себя для инструктажа, ну и обсуждения первых идей.

– Напарника?

– Ли, у меня есть все основания полагать, что в этот раз работа с чародеем будет гораздо более плотной, чем раньше. Дело… Странное. И уже были допущены несколько ошибок в первичных расследованиях, которые могут быть фатальными. Да и…, – Дрейк тяжело вздохнул, – не хочу смазывать тебе первое впечатление. Мне важно, чтобы ты пришел ко мне со своими мыслями, основанными на том, что ты прочитаешь, а не на моих словах. Поэтому внимательно ознакомься с бумагами. И очень внимательно выбирай чародея. Харрис хоть и не нравится тебе, но проверенный в работе. Чарли Хилл – темная лошадка. И сможете вы с ним сработаться или нет – большой вопрос.

Дрейк Миллер достал из ящика стола небольшой бланк, который еще вчера был заполнен самим начальником ГГУБ на допуск Картера Бакстера Ли к новому делу. Поставив на бланке свою размашистую подпись, Дрейк протянул бумагу детективу.

– Иди к Стивенсону, он выдаст тебе все необходимое.

Только покинув кабинет начальника и спустившись в подвал, где располагался, помимо всего прочего, и защищенный архив управления, Бакстер понял, что шеф ни разу не повысил сегодня на него голос с того момента, как дверь за спиной детектива закрылась. И это заставило мужчину изрядно насторожиться. Дрейк, которого незадолго до того, как Бакстер ворвался в кабинет начальника вывели из себя, да ни разу не поднял голос? Кажется, глубина той… пусть будет впадины, на которую подписался Бакстер, была гора-а-аздо больше, чем детектив мог даже предполагать.

Получив в архиве не одну, а две папки, детектив Ли поспешил закрыться в своем кабинете, чтобы наконец-то узнать, с чем же ему придется работать. И с кем. Причем второй вопрос был едва ли не важнее первого. Так как здесь у него был хоть малейший выбор. Поэтому быстро пролистав папку с подшивкой уголовных дел, Бакстер впечатлился открывшимися перспективами и отложил ее в сторону. Чтобы открыть вторую – куда как более тонкую, с информацией о Чарли Хилл. Ведь именно на основании того, что там было написано, детектив принял решение, которое и привело его поздним вечером в негостеприимный дом на улице Брамха под номером двадцать три.

Глава 4

После того как вопрос с чародеем был решен, Бакстер погрузился в более подробное изучение дела, с которым ему предстоит работать.

Взяв чистый лист и ручку, открыл чернильницу и с тяжелым вздохом приготовился делать пометки по мере чтения.

На листе появился заголовок, написанный стремительным, угловатым почерком: «Первое убийство, Кресты. Управление нижних крестов – »

После проставленного тире Бакстер остановился и трижды перечитал материалы по делу, прежде чем уверенно вывести на бумаге «глупцы». А как было еще назвать тех умников, которые вместо нормального сбора улик, в первую очередь позвали чародея на место преступления, чтобы тот, не особо одаренный индивид, поднял тело для допроса. Как? Ну как можно было рассчитывать на какие-либо ответы, если у трупа была вырвана гортань?!

Бакстер запрокинул голову и постарался успокоиться. На одной из потолочных балок он увидел шикарную паутину. Вот разглядывая ее, детектив и пытался взять эмоции под контроль. То, что в Крестах с преступностью все очень плохо, знали все. У работающих в районном управлении безопасности Нижних Крестов времени не было даже на то, чтобы спокойно пообедать. Про сон и нормированный рабочий график и говорить не приходится. Именно там, сотрудники управления больше всего напоминали тех самых поднятых. Бледные, с воспаленными глазами и черными кругами под ними. И это не удивительно. Самый криминогенный район города. Самый. И заявлений о пропавших без вести, найденных трупах, кражах, разбое и грабежах в то управление поступает несчетное количество. И это еще сто́ит учитывать, что о большой части преступлений в управление никто не доносит. Поэтому-то в управлении в Крестах работает больше всего специалистов. А еще ротация между районами происходит гораздо чаще. Отработавший в Крестах три года может смело рассчитывать на перевод в другой район. Потому что иначе производительность человека падает. Как и выживаемость. Проверено временем и кровью детективов. Так что это правило работает неукоснительно. Да что говорить, Бакстер и сам там работал. Более того. Его работа в структуре безопасности началась именно в том самом управлении. И что это было за время! Зеленый юнец с горящими глазами, нулевым опытом, за спиной только оконченная академия, а впереди годы службы и наивная вера в человечество, и в то, что один человек может изменить мир.

Вспомнив годы работы в управлении безопасности Нижних Крестов, Бакстер вздохнув, вычеркнул последнее слово, в своем листе для заметок.

В итоге чтения на желтоватой бумаге появилось несколько пунктов:

– Периодичность убийств чуть меньше месяца, проверить варианты привязки дат.

– Гротескные костюмы. Наведаться в театры и цирк, найти связь.

– Убийства происходят не на местах обнаружения тел.

– До следующего убийства предположительно полторы-две недели?

Пересмотрев свои заметки, детектив Ли сцедил сквозь зубы множество ругательств. Из-за того, что тела находили в разных районах и делами занимались совершенно разные люди, общую картину по убийствам получить не удавалось. Вырванные гортани. Странная одежда и отсутствие следов. Вот и все, о чем можно говорить с абсолютной уверенностью. Три месяца в городе орудует какой-то психопат, в гениальности которого уже сейчас не приходилось сомневаться. А сделано ничтожно мало. По третьему убийству вообще нет ничего. Тело, как и все документы, были переданы под ответственность ГГУБ, и теперь Бакстеру предстояло работать над этим делом, фактически с нуля. С той только разницей, что на месте обнаружения трупа все следы, если они там и были, уже давно затоптали. А свидетель, случайно обнаруживший труп, уже мог придумать столько несуществующих деталей, что потом можно будет бесконечно ломать голову, что из рассказанного правда, а что – ложь!

День, который и до того нельзя было назвать удачным, потому как детектива все больше настораживало поведение начальника. И по мере знакомства с документами он понимал, отчего Дрейк Миллер был настолько вежливым со своим подчиненным. Но ведь дело не только в сложности и запутанности. У Бакстера с каждым часом проведенным над бумагами все больше крепло подозрение, что у Миллера информации больше, чем сейчас располагает детектив!

Он провел еще несколько часов за разбором документов, составлением плана необходимых работ и написанием запросов в районные управления безопасности, а также писем медикам, которые работали с первыми двумя трупами. Протокол осмотра тел, конечно, был приложен к обоим делам, но у Бакстера появилось множество уточняющих вопросов. А для того чтобы выяснить всю необходимую информацию, ему нужно было переговорить со специалистами по трупам, – как их называли между собой работники управлений безопасности, – не посредством писем, а при личной встрече. А это время. Потеря времени, которого и так катастрофически мало.

Именно из-за того, что информации было мало, а дело предстояло непростое, если не сказать сложное, Картер Бакстер Ли прибыл к дому Чарли Хилла вовсе не в радужном расположении духа. А уж как только он увидел застенчивую девчонку и имел сомнительное удовольствие пообщаться с ней, детектив и вовсе готов был бежать из ее дома. Но гордость. Дурацкая мужская гордость не позволила Бакстеру покинуть дом чародейки, а потом стало поздно. Он уже успел опозориться. Мысленно послать проклятие на голову того умника, кто собирал личное дело на чародейку и ни словом не обмолвился о том, что такой нужный магистр посмертия является девушкой. Молодой. Красивой. Судя по всему, несколько взбалмошной девушкой. Которая не стесняется носить узкие брюки, разговаривать с незнакомым мужчиной с насмешливыми интонациями и закатывать глаза, узнав, что перед ней не просто какой-то житель города, а представитель закона.

***

– Законник?

– Детектив отдела по особо важным делам главного городского управления безопасности, – после странного разговора наконец-то представился по всей форме Бакстер, – Картер Бакстер Ли.

– Ну, конечно, – Чарли вздохнула. – Проходите, мистер Ли, думаю, дальнейший разговор нам будет удобнее вести в гостиной.

Бакстер вовсе не был уверен в этом. Как и в том, что ему вообще стоило приходить в двадцать третий дом по улице Брамха. Да и вообще, лучше было бы обратиться к старому маразматику. У мужика, конечно, были большие проблемы с головой, но он хотя бы был мужиком! А еще не носил настолько обтягивающие брюки… И не вилял задом, идя впереди Бакстера!

Но гордость. Та самая гордость, которая не позволила вовремя покинуть дом чародейки, сейчас заставила, вопреки сомнениям, следовать за хозяйкой в гостиную, где его поджидал еще один сюрприз. Видимо, в ответ на мысли, что этот день уже не может стать еще хуже, не иначе.

На изящно изогнутой спинке софы сидел огромный ворон. Стоило только Чарли зайти в комнату, как это чучело, которое оказалось вовсе и не чучелом, раскрыв крылья, громко спросило:

– Ну и кого ты притащила в дом на ночь глядя?

– Законника, – процедила девушка в ответ, сложив при этом руки на груди.

– Ка-а-шмар-р! – ворон хлопнул крыльями и, переступив лапами, сдвинулся так, чтобы видеть вошедшего мужчину. – Чародей воды?

Бакстер только благодаря большому опыту работы не отшатнулся от говорящей птицы. Тем более, говорящей так связано, с явным осознанием речи! Но он же детектив, годы выдержки, тренировки. Закаленные нервы в конце концов! Несмотря на все вышеперечисленное, Бакстеру было не по себе от общения с вороном. И все же он уверенно, насколько мог, ответил:

– Нет.

В ответ же на него будто вылили ведро ледяной воды:

– Абсолютно бесполезное создание, – выдал наглый ворон. – Выгоняй его в Тень из дома!

– Простите, что?

Откровенно говоря, слова ворона задели Бакстера. Глупо, непрофессионально, но не отреагировать на выпад какой-то куропатки он не смог. Поэтому смело шагнул ближе к софе и, сложив руки на широкой груди, свел брови к переносице и строго посмотрел на птицу.

– Не прощу, – нагло заявил тот и, склонив голову набок, ехидно добавил: – и не стоит так угрожающе на меня смотреть. Во-первых, не действует, а во-вторых, это вас не приблизит к ответам на вопросы.

– На какие вопросы? – детектив обернулся к хозяйке дома, чувствуя, что теряет нить разговора.

– Понятия не имею, – ответил ему все тот же ворон. – Но зачем-то же вы заявились на ночь глядя в дом молодой мисс? И не постеснялись пройти к ней в гостиную, где, кроме вас, нет более никого.

У Бакстера от удивления распахнулись глаза. И, растеряв всю строгость, он снова перевел взгляд на Шарлотту, чтобы уточнить:

– Он, что, манерам меня решил поучить?

Чарли, едва сдерживая улыбку, только развела руками, без слов отвечая на вопрос.

– Я пришел к чародею Чарли Хиллу, не имея ни малейшего понятия, что придется иметь дело с мисс Шарлоттой, – зачем-то начал он объяснять ворону. – Но так как мой визит имеет исключительно рабочий характер, даже знай я, что по этому адресу живет мисс Хилл, пришел бы без дуэньи.

Высказав все это, Бакстер отвернулся от ворона, тем самым показывая, что не намерен с ним более вести диалог, и обратился уже непосредственно к чародейке:

– Вы, думаю, уже догадались, зачем я к вам пришел?

– Полагаю, что речь идет об обязанности магистров посмертия оказывать посильную помощь представителям служб безопасности Империи в случае официального запроса. Клятву о чем мы даем при переводе на последние три года обучения для развития своего дара и получения звания непосредственно магистра?

– Как много слов, – Бакстер вздохнул и решительно наступил на горло своей гордости. – Да, вы правы, я пришел, чтобы познакомиться с молодым магистром посмертия и оставить заявление о сотрудничестве в работе по раскрытию преступления. Но вижу, что мы не сработаемся, поэтому вынужден откланяться. К сожалению, я не могу себе позволить тратить время на перепалки вместо работы. А посему вынужден обратиться к проверенному чародею. Всего вам доброго, мисс Чарли.

Кивнув на прощание, Бакстер, развернувшись, вышел из гостиной. Вот только его надежды на то, что он спокойно покинет дом, были пустыми. Ни сама чародейка, ни ее странный питомец не посчитали нужным дождаться, пока детектив уйдет из негостеприимного дома, а принялись громко обсуждать его, Бакстера, последние слова.

– Мне сейчас показалось, или от работы со мной отказались исключительно потому, что я девушка? – голос Чарли звучал несколько задумчиво. Но никак не обиженно.

– Да-а, – протянул ворон скрипучим голосом. – Это мужик, конечно, сильно просчитался. Сам не маг воды, а такое себе позволяет!

– Граф!

– А я то что? Интересно, к кому это он собрался идти? – ворон хрипло каркнул и продолжил: – Ты вроде как теперь единственный посмертник в звании магистра в городе.

– Уверен в этой информации?

– Абсолютно. Не далее как полчаса назад общался с духом старика Харриса. Он был расстроен тем, что так неожиданно ушел из жизни и не успел переписать свое завещание в пятый раз.

И если разговор мисс Хилл с вороном Бакстер слушал с кривой усмешкой на губах и мечтал как можно быстрее забыть об этом странном знакомстве, то как только он услышал про «единственного посмертника в городе» замер, так и не открыв входную дверь. А после последней фразы ворона… Графа, детектив так и вовсе со стоном прислонился лбом к дверному полотну, наплевав на то, что поля шляпы мнутся, а хозяйка дома его может услышать. В этот самый момент детектив понял две вещи. Первое – работать ему придется именно с мисс Хилл, как бы он к этому не относился. И второе – дурацкий питомец девушки не что иное, как проводник в мир Теней. А значит, с ним также придется общаться, хочет Бакстер того или нет.

– Мистер Ли, – прозвучало чуть насмешливое у него за спиной, – раз уж вы услышали, несомненно, важную для вас информацию, возможно вы все же решите пересмотреть свое решение и не тратить время на дорогу к дому Харриса?

Повернувшись, Бакстер хмуро посмотрел на чародейку. Вот только она, в отличие от многих жителей города, вовсе не убоялась грозного вида мужчины. Наоборот, шире улыбнулась и, выгнув бровь, нагло заявила:

– Поверьте, я тоже не в восторге, что мне придется тратить свое время на сотрудничество с ГГУБом. Своих дел, знаете ли, хватает.

На это Бакстер не нашелся что ответить…

Глава 5

Глубоко вздохнув, Бакстер еще раз вспомнил слова ворона и, взяв себя в руки, как мог, вежливо заговорил:

– Шар-рлотта Хилл, главное гор-родское управление безопасности в лице старшего детектива отдела расследований особо опасных преступлений Кар-ртера Бакстера Ли официально запрашивает вашу помощь как магистра посмертия в расследовании управления, – мужчина старался, действительно старался быть сдержанным и предельно вежливым, но низкие вибрирующие нотки раздражения так и прорывались в его речи, периодически заставляя тянуть раскатистую «р». – К моему огромному сожалению и ввиду непр-редвиденных обстоятельств, обсуждение нашего сотрудничества вынужден отложить до завтра. Пропуск в ГГУБ будет ждать вас у дежурного. А на данный момент вот.

Детектив достал из внутреннего кармана плаща запрос о сотрудничестве, выписанный на Чарли Хилла, и как только вручил чародейке бумагу, развернувшись, покинул ее дом. Осторожно закрыл за собой дверь. Медленно спустился со ступенек крыльца. Вышел за низкую, вновь скрипнувшую калитку и даже совершенно спокойно дошел до конца забора соседнего дома, и только там позволил себе отпустить самоконтроль.

Глухой удар кулака в кирпичную кладку столба чужого забора не прозвучал на улице громовым раскатом. И второй не прозвучал. Зато Бакстер хоть на мгновение почувствовал себя лучше. Потому как ситуация его взбесила невероятно. Старый зануда Харрис ушел в Тень, а эта девица, судя по их знакомству, вымотает ему все нервы. А начальник проест плешь, если Бакстер сорвется и будет с этой воительной эмансипе общаться так, как она того заслуживает. Ну надо же, у нее и своих дел хватает! А еще ворон! Птица, которая рискнула его, детектива Ли, учить манерам! Будто он на светский раут пришел в дом аристократов, а не к чародейке в узких штанах, которая сама! Сама пригласила его как в дом, так и в гостиную.

Еще раз саданув кулаком по кирпичной кладке, Бакстер взял себя в руки и отправился по дороге, не обращая внимания ни на нависшие тучи, ни на дождь, что все же пошел за то время, пока он был в доме чародейки. Да и чавкающая жижа под ногами его волновала мало. Дождь закончится, ветром выдует всю влагу. Утром дороги станут снова скользкими, а к обеду пойдет снег. Как и всегда бывает в их городе зимой.

Проблемы нужно решать в порядке очереди. А вот эта вот глазастая, фигуристая, с острым языком и округлыми бедрами вообще появилась из ниоткуда. Так что даже думать о ней детектив не хотел. Вот придет завтра в управление, и там, в официальной обстановке, в месте, где нет дуэний, но зато водится целое отделение мужчин в форме, разговор будет строиться совсем иначе. Тем более, как бы знакомство с Чарли Хилл ни удивило Бакстера, он понимал, что в его новом деле без помощи магистра посмертия не справиться. А так как выбора больше не было, то он будет вынужден, несмотря на свое отношение к девчонке, сотрудничать с ней. Как минимум, трижды. Но на самом деле, детектив точно знал, что этим их работа не ограничится. Потому что даже с Харрисом приходилось ради ответов на вопросы к пострадавшим встречаться больше. Намного больше!

Поэтому, идя сейчас по улице, Бакстер настраивался на работу с чародейкой и ее не в меру разговорчивым проводником. И как бы он на самом деле ни относился к таким мерам, как работа с одаренными, детектив прекрасно понимал, что без помощи Чарли будет вести расследование словно слепой котенок. И пока он будет искать хоть какие-то зацепки, убийца или окончательно заляжет на дно, так и оставшись не пойманным, или же совершит очередное убийство, и тогда жертв станет больше, а волнения в народе могут выйти из-под контроля. Что было бы совсем паршиво, с учетом того, что через пару месяцев в город прибудет Император Эдвард Бэлкросс, со всем своим двором. В городе и так начинается невероятная толчея, все подразделения служб безопасности встанут на уши, дабы обезопасить представителей аристократии. И если на фоне их пребывания в городе маньяк будет продолжать свое грязное дело, кто знает, кого он может выбрать в жертвы!

Подумав о жертвах убийств, Бакстер тут же переключился на информацию из материалов дела. Чарли была забыта, ее ворон вообще переведен в категорию тех, о ком думать не было необходимости. Девушка, как и ее ручной питомец, будут вынуждены сотрудничать с Бакстером, как бы они к этому ни относились. А каким образом будет проходить их общение, зависит не только и не столько от детектива, как от поведения приглашенного специалиста. Вот от этого он и будет отталкиваться, а сейчас мысли мужчины больше волновал вопрос – есть ли что-то общее между жертвами убийств. Да и может ли что-то связывать людей совершенно разного достатка, принадлежащих к разному сословию жителей Империи и имеющих определенно разный круг интересов?

Шарлотта, закрыв дверь за нежданным гостем, стремительным шагом вошла в гостиную и, подойдя к окну, принялась наблюдать за тем, как детектив Картер уходит от ее дома. С выпрямленной спиной, быстрый и при этом с какой-то хищной грацией мужчина прошел мимо дома чародейки и направился дальше по улице, не замечая разгула непогоды.

– Чего ты там высматриваешь? – ворон, хлопнув крыльями, взлетел и, заложив круг по комнате, сел на плечо девушки.

– Наблюдаю за ним.

– И?

– Достойный экземпляр, – Чарли усмехнулась, – после такого потрясения и так быстро взял себя в руки. Выдержка есть, что не может не радовать.

– Выдержкой там и не пахнет, – рассмеялся каркающим смехом Гомер. – Была бы выдержка, мужик бы не ушел от нас. А так, считай, сбежал. Слабак.

– Да не скажи, – не согласилась с проводником чародейка, – не было бы выдержки, он бы не отдал мне документ, не стал бы говорить со мной официальным и вежливым до зубного скрежета тоном и уж тем более не прикрывал бы за собой дверь, будто она хрустальная. Готова поставить обед в самом дорогом ресторане города, что вспышку злости он погасит еще по дороге. А завтра мы будем иметь дело уже не с человеком, готовым прийти почти ночью в дом к чародею с просьбой о помощи, а с детективом, который при общении будет прятаться за официальными формулировками и стремиться избавить себя от нашего общества в самые сжатые сроки.

– Ничего, – самоуверенно каркнул Гомер, – с этим мы справимся. Главное мы уже сделали!

Отойдя от окна, Чарли повернулась к наглому ворону и довольно улыбнулась.

– Что там со стариком?

– Да ничего, – проводник переступил с лапы на лапу, – встретились, поговорили. Я же не ожидал, что наше погружение в Тень будет так неожиданно прервано. Решил воспользоваться ситуацией.

– Ну и как дела у Харриса?

– Продолжает сходить с ума. Так что этому детективу мы, можно сказать, помогли.

– Угу, бесплатно и по доброте душевной.

– Нет, просто он еще не знает, насколько я бездушный, и то, что ты бесплатно вообще не работаешь. Кра-ха-ха-ха

Улыбнувшись своему любимцу бездушному, Чарли все же уточнила:

– С магистром точно все в порядке?

– Да нормально все со стариком. Но разум его действительно все дальше уходит во мглу. Боюсь, он скоро перестанет различать, где реальность, а где Тень. И тогда магистр растворится в своей силе и уйдет к Богам, даже не понимая, что умирает не из-за возраста и болезни, а из-за того, что часто гулял в мире мертвых.

В комнате повисла тишина. Чарли прекрасно знала, что чародеи ее специализации больше всех рискуют попрощаться с рассудком, и каждый такой случай всегда был крайне печален для сообщества одаренных. Магистр Харрис был крайне своеобразным, когда-то он даже преподавал, и его ученики отзывались о мастере с больши́м теплом. Но Чарли узнала его уже чуточку безумным стариком, который предпочитал мир Тени реальности. Но знакомы они были, да. Именно поэтому сейчас, помимо небольшой радости от встречи с детективом, у Чарли было еще и море сожаления об утрате миром сильного Чародея. Детектив определенно знал Харриса, и если он не в курсе, что тот жив и относительно здоров, значит, предпочел обратиться к молодому незнакомцу, а не работать со вздорным чародеем. Так что их с Гомером ложь не так уж и велика. И за обман, вполне возможно, им ничего не будет. Зато у Чарли появится возможность, пусть призрачная, но возможность попасть в архив ГГУБа!

***

Утром Чарли проснулась в шикарном настроении и с далекоидущими планами. И Гомеру, как и миссе Кларк, не пришлось будить ее. Даже с учетом того, что появилась необходимость до семи утра успеть отправить послание первому клиенту, с которым была оговорена встреча, и из-за чего чародейке пришлось лечь спать позже чем обычно, потому что она писала записки своим клиентам. Благо, Гомер еще вчера принес из офиса небольшую записную книгу Чарли. Дома она ее обычно не держала, но бежать с утра к работе, только ради того, чтобы взять запечатанный чарами ежедневник, ей было откровенно неудобно.

Поэтому, несмотря на все возражения ворона, Шарлотта настояла на своем и заставила того работать «посыльным».

– Я тебе это припомню, наглая девчонка! – возмущался Гомер, хлопая крыльями.

Но девушка точно знала, что его защита на окнах пропустит, а вот кого другого – нет. Сама на ночь глядя она из дома выходить не намеревалась, поэтому у проводника попросту не было выбора!

Зато сейчас, не вылезая из-под тёплого одеяла, Чарли могла себе позволить понежиться в постели, и ее совершенно не волновал ни ветер, что шумел за окном, ни то, что на улице было все еще темно. Предрассветные сумерки. Самое спокойное время, но город уже просыпается. А значит, совсем скоро мистер Браун получит ее сообщение. Чарли вспомнила то, что написала всем своим клиентам: «Уважаемый …! Вынуждена перенести нашу встречу, так как согласно договору об обязательствах магистров посмертия перед Империей, должна уделить сегодня время на работу с представителями службы безопасности. Наши с вами договоренности остаются в силе. Я всенепременно сообщу вам, когда буду располагать временем для нашей встречи и работой над вашей проблемой. С уважением, магистр посмертия Чарли Хилл».

Вот так, обтекаемо, с непременным уважением, но без перегибов, она решила рассказать все, но при этом не рассказывая ничего. Пусть теперь те из ее клиентов, кто относится к чародеям с пренебрежением, подумают, что же безопасникам могло понадобиться от нее. А главное – кому именно из служб, обеспечивающих безопасность. И в следующую их встречу, Чарли точно знала, недовольные клиенты будут не выражать свое недовольство, а пытаться исподволь выяснить, что же именно она делала в интересах Империи. Любопытство – один из самых мощных способов управлять людьми. Этому ее научил дядя в те беззаботные времена, когда у Чарли сила только просыпалась.

Примерно через час в спальню залетел Гомер с его извечным:

– Вставай!

Но Чарли уже даже не было в кровати.

– Слушай, – проговорила она, выходя из гардеробной и поправляя подол темно-фиолетового платья, – как думаешь, это не слишком?

Гомер, открыв клюв, даже каркнуть не смог. Только шумно хлопнул крыльями.

– Я не понял, ты чего не спишь?

– Выспалась, – отмахнулась чародейка, подходя к туалетному столику и приподнимая волосы в предполагаемую прическу, – так не слишком?

– Деморализация противника? – склонив голову набок, предположил ворон.

– Не совсем, – хитрая улыбка скользнула по губам девушки. – Детектив вчера слишком явно отреагировал на мои штаны, ну и…

– Я понял. Это месть. Самая обыкновенная женская месть, кра-ха-хах, малышка, не думал, что ты такая мелочная.

– Ты никогда не был девушкой, – загадочная улыбка сменила хитрую усмешку. – И объяснять тебе, в чем смысл моих действий, не буду. Сам все увидишь… Наверное.

– Есть вариант, что меня не будет при вашей встрече? – тут же возмутился ворон.

– Нет, но есть вероятность, что я неправильно оцениваю возможные варианты реакции детектива на мое появление в управлении.

Расчет Чарли был прост. Если уж для мужчины был столь неприемлем ее вчерашний образ, что он позволил себе вести разговор с ней как с дамой полусвета, то сейчас она обязана показать себя с лучшей стороны. Хочется детективу работать со слабой, застенчивой мисс – будет ему застенчивая мисс. С трепетанием ресничек, едва уловимым ароматом духов, с темными локонами, каскадом ниспадающими из высокой прически, чтобы очертить овал лица. Молодая женщина под прикрытием легкого флера загадочности и невинности.

И если она права, а Чарли была уверена, что не ошибается, то разговор с детективом потечет совсем по иному сценарию, чем он планирует. А он планирует, тут никаких сомнений быть не могло. Достаточно было вчера встретить его прямой взгляд, чтобы понять, насколько несгибаемым характером обладает мужчина. Он определенно предпочитает быть хозяином положения. Так вот, пусть и будет. И чародейка ему даже не будет в этом мешать, но и от своей цели она не откажется.

Что может быть благороднее, чем помощь нуждающейся в помощи мисс?

Если бы только Чарли знала, что ее план обречен на провал, не стала бы столько времени тратить на выбор платья, прическу, подбор неброских украшений. Да она бы вообще не стала столько времени тратить на одежду и, тем более, не отправилась бы в управление обутая в низкие сапожки на каблучке-рюмочке, рискуя как минимум подвернуть ногу на скользкой брусчатке дорог. Лучше бы чародейка надела свои любимые штаны и удобные сапоги, а дверь в кабинет детектива бы открывала так, как могут позволить себе чужбины… И чародеи. А не притворялась той, кем прекратила считаться, как только в ней проснулись силы, и она стала одаренной. Тогда, возможно, она и была бы лишена пристального внимания со стороны работников ГГУБа, но точно не услышала бы разговор детектива Ли с его начальником. Хотя рычащий голос детектива было сложно не услышать, ведь он гремел на весь коридор второго этажа управления. Как и голос начальника управления, отвечающий ему емкими хлесткими фразами. И обсуждали они при этом именно ее. Чарли. Вот только, явись мисс Хилл в своей привычной одежде чародейки, могла бы позволить себе намного больше единственного сдержанного, но полного ярости восклицания:

– Хам!

Глава 6

Утро в управлении для Бакстера началось с премерзкой мысли: через несколько часов должна заявиться Шарлотта Хилл.

И вроде бы, что сложного встретиться с чародейкой, заключить договор о сотрудничестве, скрепить его клятвой о нераспространении информации, ввести в курс дела и все. На сегодня это максимум из того, что они могут сделать. Но стоило представить, что девчонка будет расхаживать по коридорам конторы в своих узких штанах и нарушать привычный уклад, как кулаки сжимались сами. А еще Дрейк решил заглянуть в кабинет детектива.

– Ну как, – прикрыв за собой дверь, спросил начальник вместо приветствия, – решил, с кем из чародеев работать будешь?

– Чародейкой, – недовольно буркнул Бакстер и посмотрел на Миллера исподлобья.

– В каком смысле с чародейкой? Ты к кому обратился?!

– К Чарли Хилл, – детектив откинулся на спинку стула и скрестил руки на широкой груди, – решил, что с молодым специалистом будет проще найти общий язык, чем со старым маразматиком.

– И? О чем тогда ты мне толкуешь, не могу понять.

– О том, что у нас в личном деле Чарли есть одно большое упущение!

Бактер и не думал скрывать своего отвратительного настроения. Если секретарь Дрейка работает спустя рукава, чем подставил самого детектива, то молчать он об этом он не собирался.

– А с Харрисом что?

– А про Чарли тебе неинтересно?

– Так, Ли, давай-ка нормально все объясни, как ты умеешь. А ругаться потом будем, раз уж ты так этого хочешь.

Начальник за годы своей службы в системе обеспечения безопасности Империи давно привык общаться со своими подчиненными в зависимости от их работы, а не так, как уставом положено. От десятерых тупых исполнителей приказов, как Миллер успел убедиться, толку меньше, чем от одного своенравного, но мозговитого детектива. И пусть он может позволить себе высказывать свое недовольство, общаться на грани грубости и периодически нарушать приказы, но уровень раскрываемости! А уж спустить пар Дрейк и сам был не дурак. Наверное, поэтому с Бакстером они нашли общий язык очень быстро. И несмотря на то что их общение в большинстве случаев оставалось в рамках начальник-подчиненный, иногда они могли позволить один другому сбросить накопившееся раздражение и высказаться, не выбирая слов. Сейчас явно пришла пора показать свой характер Бакстеру. А раз так…

Дрейк плотнее прикрыл дверь, взял старый, скрипучий стул и, усевшись напротив детектива, приказал:

– Рассказывай.

И детектив рассказал. Так рассказал, что стены коридора второго этажа в управлении дрожали от его криков. Сотрудники ГГУБа, слыша, как рычит Бакстер, предпочитали не выходить из своих кабинетов, чтобы не попасть под горячую руку детектива. Тем более, что к крикам сослуживца вскоре присоединились громкие комментарии начальника управления. Ничего удивительного, что все, кому срочно нужно было подписать какие-либо документы, враз решили, что их дела подождут. Не такие уж и важные вопросы, в конце концов, были на повестке.

А Картер Бакстер Ли со всей отдачей поведал Дрейку и о том, что Чарли Хилл оказался не кем иным, как девушкой с высоким уровнем дара, красивой фигурой и совершенно невыносимым характером. А еще у нее дома обитал возмутительный ворон, который имел наглость разговаривать. И как будто этого мало, так еще и старик Харрис решил прогуляться дорогой Теней!

– Подожди, – хмуро прервал поток ругани, который Бакстер называл рассказом, Дрейк, – с чего ты взял, что чародей мертв?

– С того, что услышал разговор Шарлотты с ее птицей. Тот, насколько я успел узнать, проводник. Как раз и увидел душу Харриса в мире Теней.

– Вот они так и сказали, что чародей именно умер?

Дрейк на мгновение замолчал, вспоминая, что именно говорили Шарлотта и ее ворон, а потом даже головой помотал. И дело было не в том, что он дословно вспомнил все сказанное вечером, а потому как понял, к чему клонил Миллер.

– Да быть не может, – выдохнул, пораженно смотря на начальника. – Не может!

– Ну почему же, – усмехнулся Дрейк, – насколько я помню, для Харриса вообще нормально прогуливаться по миру Теней, так как он магистр посмертия! Ну и потом, ты же прекрасно знаешь, что новость о смерти чародея в любом случае дошла бы до управления в кратчайшие сроки. Но по нашим данным, старик все еще жив. Правда, насчет здоровья утверждать не возьмусь.

– Чертова девчонка!

Бакстер вскочил с места, и от раздражения хлопнул ладонью по столу, да с такой силой, что несколько папок свалились на пол под недовольным взглядом начальника.

– Пигалица! Выскочка одаренная! Она же специально обманула меня! Да как ей, этой фифе в штанишках, пришло в голову играть в игры с детективом управления безопасности!

С каждым словом речь Бакстера набирала обороты, совершенно нелестные эпитеты в адрес Чарли сыпались один за другим, пока, в конце концов, в порыве злости он не заявил:

– Не удивлюсь, если она своими же руками что-то сделает со стариком Харрисом, только бы мы не смогли с ним сотрудничать!

Дрейк Миллер, даже не успел спросить, для чего это может понадобиться молодому магистру посмертия, как дверь в кабинет детектива тихонько скрипнула, и на пороге появилась очаровательная молодая мисс. Возможно, дальнейшего разговора бы и не состоялось этим днем. У работников управления был шанс оставаться в неведении насчет характера красавицы в темно-фиолетовом платье, которая словно виде́нье прошлась по коридорам здания. Одарила случайных свидетелей её явления скромными улыбками. Вероятно дальнейшее сотрудничество Бакстера с Шарлоттой могло быть совершенно иным, если бы только Дрейк вместе с детективом Ли услышали стук в дверь кабинета, который повторялся дважды. Все могло быть иначе, но Бакстера понесло на волнах злости, Дрейк подлил масла в огонь своими догадками, а Чарли стала невольной свидетельницей их разговора. И обвинение в том, что она готова навредить ни в чем не повинному старику, который за свою работу с ГГУБ и так заплатил непомерно высокую плату, о чем, конечно, обычные люди не имели ни малейшего понятия, вывели девушку из себя.

Так и не дождавшись, когда ей позволят войти, Чарли уверенной рукой толкнула дверь и, зайдя в кабинет детектива Ли, громко и четко обозначила свое отношение к этому, со всех сторон, несдержанному мужчине:

– Хам!

Самое смешное, что Бакстер ее не узнал. Стоило только Чарли переступить порог его кабинета, как он тут же замолчал, с удивлением рассматривая красивую незнакомку, которая не побоялась криков злого детектива и зашла в его логово. И он даже собирался извиниться за свое поведение и грубые слова, свидетельницей которых эта девушка невольно стала, но тут она заговорила, и детектива будто ошпарило кипятком. Этот голос! Эти самоуверенные нотки! И взгляд. Твердый взгляд огромных глаз, которые еще вчера привлекли его внимание!

– Обманщица! – тут же включился в спор Бакстер.

Головой он понимал, что ему следовало бы помолчать. В конце концов, он опытный детектив и, как держать себя в руках, прекрасно знал. Но не удержался. Не смог. Если бы у него было хоть немного времени прийти в себя. Если бы он сначала понял, кто перед ним, а уже потом Шарлотта заговорила, вероятно Бакстер смог занять более выгодную позицию в разговоре. Но все случилось наоборот, и разгоряченный общением с начальником детектив Ли не смог вовремя прикусить язык.

– Да как вы смеете? – Чарли от возмущения всплеснула руками. – Мало того, что голословно обвиняете меня в обмане и подозреваете в чёрте знает каких злодеяниях, как будто я действительно смогла бы навредить уважаемому представителю сообщества одаренных! Так еще и оскорбляете, глядя в глаза. И с вами мне предстоит сотрудничать? С детективом, который не гнушается подслушивать личные разговоры хозяйки дома, в который он пришел незваным гостем, а потом, сделав неверные выводы, еще и обвинять ее в обмане?

Взгляды схлестнулись. Свирепый мужской и горящий праведным гневом женский. Бакстер упирался руками в стол и, тяжело дыша, старался взять эмоции под контроль, тогда как Чарли, стоя в дверях и тяжело дыша, будто подначивала его, снова отринув здравый смысл, ответить на ее слова.

Дрек, видя, какие искры сверкают в кабинете подчиненного, решил потихоньку ретироваться. Если эта парочка не поубивает один другого в ближайшие сутки, то из них может получиться прекрасная рабочая пара. И не в правилах начальника было мешать устанавливать рабочие отношения между напарниками. Тем более, глядя на молодую красивую и весьма уверенную в себе мисс, Дрейк вовсе не был уверен, что в этом противостоянии Бакстер выйдет победителем. Он слишком привык, что все, с кем он вынужденно работает, практически беспрекословно слушаются его. Чарли Хилл однозначно не входит в число послушных воле Бакстера. И это было просто замечательно, ведь этому упрямому мальчишке давно нужен был кто-то, кто сможет преподать урок. Кто бы мог подумать, что противостоять ужасному характеру Бакстера сможет с виду хрупкая девушка.

– Мисс Чарли, очарован вами, – не тая улыбку, обратился к чародейке Дрек. – Позвольте, я пройду. Не хочу мешать вашему общению с моим сотрудником. Бакстер, – начальник повернулся к детективу, – через два дня я жду вас с мисс Хилл в своем кабинете. Не забывай, что запрос о сотрудничестве ты оставил именно ей. Так что держи себя в руках!

– Дрейк, – взревел детектив, стискивая кулаки.

– Расследование, Бакстер! Как только раскроете дело, можете хоть поубивать друг друга, только так, чтобы я не знал, а пока, – он обвел взглядом кабинет, мысленно готовясь к тому, что в скором времени ему на стол ляжет запрос о срочном ремонте этого помещения, – развлекайтесь, детки. Но не забывайте о деле!

Когда он закрыл за собой дверь, в кабинете Бакстера повисла удивленная тишина. А Дрейк, посмеиваясь, отправился в сторону лестницы на третий этаж. Он точно знал, как бы Бакстер ни относился к чародейке, убийства он раскроет. В этом не было никаких сомнений. А вот наблюдать то, как Бакстер будет сотрудничать с мисс Хилл…

– Что ж, однозначно скучать управлению не придется.

***

Начальник управления, как и сам Бакстер, не обратили внимания на Гомера, который в кабинет детектива не влетел как полагается приличной птице, а зашел важным гостем и остановился за подолом хозяйки. Поэтому, когда Дрейк вышел и закрыл за собой дверь, Бакстера ждало потрясение. Сначала раздался звук от хлопающих крыльев, а затем на плечо Шарлотты опустился ворон. Осмотрев глазками бусинками детектива, нахал выдал:

– Мда, с такими невоспитанными клиентами нам еще работать не приходилось. Чарли, милочка, может, еще не поздно отказаться? Зачем тебе терять время в этом Богами забытом месте, если тебе ждет работа с нормальными людьми?

– К сожалению, не могу отказаться от сотрудничества с ГГУБ, ты же знаешь.

Девушка поморщилась и отвела взгляд от сердитого детектива. Осмотрев кабинет, сморщила носик еще раз. Небольшое помещение с одним окном производило удручающее впечатление. Темное. Пара ламп с газовыми рожками под потолком не давало много света, а от окна и вовсе было мало толку, так как погода в Брамонде оставляла желать лучшего, и даже летом яркие солнечные дни были довольно редки. Чаще всего солнце пряталось, если не за тучами, то за плотными облаками. А сейчас, в самый разгар зимы, и говорить о дневном освещении не приходилось. Часто днем на улице было не светлее, чем в вечерние сумерки. Да и куча папок, лежащих на подоконнике, не способствовали лучшему проникновению света. Вообще, в кабинете детектива Ли было все завалено документами. Два стеллажа у стены, стул рядом с ними, на полу в углу стояли две стопки каких-то книг. И, судя по потрепанным серым обложкам, к развлекательной литературе эти томики не имели никакого отношения. Стол с одной стороны буквально был завален аккуратно сложенными папками. С другой – оставалось место для настольной лампы, сейчас выключенной, и небольшого пространства чистой столешницы. Еще один стул стоял под полками у противоположной от стола стене, и на нем, к немалому удивлению девушки, лежали какие-то вещи. Еще один, на этот раз пустой стул стоял боком у стола, как раз на нем и сидел Дрейк, перед тем как пришла Чарли. Вот и вся обстановка. Стены были немного обшарпаны. Потолок местами с налетом копоти. Ничего особенного, в общем-то. У двери располагалась вешалка, на ней висел плащ Бакстера, как и шляпа. Увидев последнюю, Чарли снова посмотрела на мужчину, который все еще стоял, упираясь широкими ладонями в столешницу, и скользнула взглядом по его голове. «Надо же, – удивилась девушка своей невнимательности, – даже не заметила, что детектив без головного убора».

Вторым удивлением для Шарлотты стало то, что при всей своей суровости Картер Бакстер Ли оказался весьма красивым мужчиной. Не холеной красотой аристократов. Нет. Он был грубым, будто все лицо состояло из ровных линий и углов, но при этом красивым. Высокие острые скулы. Острый взгляд темных глаз, темные густые брови вразлет, высокий лоб. Прямой, можно сказать, благородный нос, четко очерченные губы. А еще у него были темные, цвета воронова крыла, волосы. Сейчас забранные на затылке, но одна тонкая прядь выбилась и спадала вдоль лица, только подчеркивая чуть обветренную кожу и темную щетину. Очевидно, детектив не успел с утра побриться.

Воображение Чарли тут же разгулялось, и она легко представила себе этого мужчину в свободной рубахе, с красной повязкой на голове, с золотой серьгой в ухе и стоявшим на борту мчащегося по волнам корабля. В детстве Чарли страстно любила истории про пиратов и сейчас запросто примерила знакомый образ на детектива. Картина, представшая перед ней в воображении, получилась настолько живой, что губы девушки дрогнули в улыбке.

– Чему, позвольте спросить, вы улыбаетесь? – прищурился Бакстер.

– Да так, – чародейка повела плечом и, не дожидаясь приглашения, прошла вглубь кабинета. – У вас очень интересная внешность, детектив.

И пока мужчина мысленно решал, как отнестись к словам девушки, – как к тонкой издёвке или же искреннему комплименту, – она сняла с рук светлые перчатки и присела на край старого стула с высокой спинкой. К сожалению, платье с довольно жестким лифом, не давало ей устроиться более удобно. Увы, все свое преимущество от женственного образа она растеряла во время спора с хозяином кабинета. Не успела она с сожалением вспомнить свои удобные брюки, как Бакстер, окинув ее задумчивым взглядом, вздохнув, тоже устроился за столом. Напряжение оставило его. Плечи чуть расслабились, да и взгляд больше не сверкал от едва сдерживаемой злости.

– Спасибо, вы сегодня тоже чудесно выглядите.

– Ба-а, – протянул ворон, прежде чем Чарли успела поблагодарить за комплимент. – А вам, детектив, все же кто-то привил хорошие манеры!

– Мисс Хилл, скажите, пожалуйста, – прикрыв на мгновение глаза, проговорил мужчина, – есть ли действительно уважительные причины, почему я должен терпеть выпады вашего питомца?

– Сам ты питомец, – не преминул вклиниться Гомер.

– Шарлотта?

– Да, – смело встретив взгляд Бакстера, ответила чародейка, – без него наше сотрудничество может протекать с проблемами.

– Проблемами какого характера?

– Оно может излишне затянуться, потому как без проводника работа с миром Теней от меня требует слишком много сил, и на восстановление уходит значительное количество времени. Хотя, конечно же, необходимо сначала ознакомиться с вашим делом. Возможно, я непреднамеренно сгущаю краски, и наша совместная работа может ограничиться несколькими встречами. Тогда, конечно, Гомер может и не участвовать в работе.

– Гомер? – Бакстер тряхнул головой, будто отгоняя от себя ненужные сейчас мысли. – Впрочем, неважно. Я думаю, несколькими встречами мы не обойдемся, увы.

– Да-да, мы уже поняли, что с нами работать ты не хочешь, – снова раскрыл клюв ворон. – И забудь мое имя, для тебя я – Граф!

Заставив себя проигнорировать слова птицы, Бакстер выдвинул ящик стола и достал стандартный договор о сотрудничестве. В него оставалось только вписать имя чародея, хотя в этом случае чародейки. Протянув бумаги для ознакомления Чарли, он с преувеличенным энтузиазмом потянулся за верхней папкой на краю стола. Не важно, что именно в ней было, сидеть в тишине и наблюдать, как девушка читает договор, он не собирался. Еще, чего доброго, не удержится и начнет комментировать элементарные формулировки соглашения!

К его немалому удивлению, Шарлотта очень быстро отложила в сторону бумаги и, сложив руки на коленях, выжидательно посмотрела на него. Этот взгляд Бакстер буквально кожей почувствовал.

– Какие-то вопросы, мисс?

Насмешка, прозвучавшая в голосе, была непреднамеренной. Усмехнулся детектив скорее от неожиданности, чем из-за того, что действительно находил поведение чародейки в чем-то забавным.

– Нет, – сдержанно ответила девушка, – несколько замечаний. В остальном обычное соглашение, не в первый раз такое держу в руках.

Чарли не посчитала нужным уточнять, что другие соглашения не предполагали сотрудничество с ней. Она видела такие, да. Но то были договора с ее дядей. Иногда Император позволял своему псу помогать другим высокопоставленным лицам, особенно если такая работа могла принести самому Императору выгоду.

– Какие замечания? – Бакстер вскинул брови и покосился на Шарлотту.

– У вас здесь прописана сумма, предполагаю, что это стандартная плата за сотрудничество Харриса. Но дело в том, что у нас с ним разные условия, и эта цифра никак не соответствует тому, что должна стоять в случае работы со мной.

– Простите?

– Дело в том, детектив, что обычно в таких соглашениях указывается средняя сумма дохода мастера. И только в случае, если одаренный не утруждал себя получением лицензии на работу с людьми, открытием частной практики и, соответственно, установленными ценами на услуги, в соглашение вписывается средняя зарплата за месяц того ведомства, которое привлекает к работе одаренного, – изящным жестом Чарли поправила локон у своего виска и продолжила: – так вот в моем случае, эта сумма не является правильной.

– Вы хотите сказать, что у вас есть лицензия?

– Более того, я практикующий магистр посмертия, мистер Ли, так что да. И лицензия, и свой кабинет, и устойчивый, весьма приличный, доход. Сумму придется менять. И еще момент. Если мы прописываем в договоре работу с проводником, это также нужно уточнять. Потому что тогда оплата будет меняться.

– В каком это смысле? – Бакстер медленно поднялся из-за стола.

Вообще-то он собирался обойти его и налить в стакан воды из графина, который стоял на одном из стеллажей, зажатый между папками с документами. Но замер в ожидании ответа.

– В том смысле, что работа без проводника стоит иначе. Также имя. Прошу указать мое имя как магистра посмертия. Чарли Хилл.

– Подождите, с именем мы разберемся всенепременно. По оплате давайте уточним. Вы… – Бакстер вздохнул. Затем тряхнул головой. Зачем-то посмотрел на потолок. – Я правильно понимаю, что вы утверждаете, будто работу ворона необходимо оплачивать отдельно?

Глава 7

– Понимаете ли, мистер Ли, – Чарли, вздохнув, попыталась объяснить ситуацию, не раскрывая секретов своей работы до подписания договора, – специфика моей магии такова, что работать без проводника я могу и умею, но быстрее и легче сделать это именно с Гомером. Легче для меня в плане потери сил, быстрее, я так думаю, важный критерий для вас.

– Да, но Харрис…

– Магистр Харрис работал всегда один, я знаю. Но вы должны знать, что все одаренные, даже со схожей магией, имеют свои, кхм, скажем так, особенности.

– Но разве проводники не являются частью вашей клятвы в магистрате?

– Да, – прямо встретив требовательный взгляд детектива, ответила Шарлотта и, увидев торжественную улыбку на лице мужчины, безжалостно добавила: – в том случае, если проводник получил привязку не после церемонии клятв, как в нашем случае.

Опустив голову, Бакстер несколько раз глубоко вздохнул, мысленно поражаясь, что все еще не сорвался при разговоре с этой невыносимой парочкой. После чего, сохраняя молчание, он все же добрался до графина и, только выпив целый стакан воды и вернувшись к столу, был уверен, что сможет продолжить разговор, не сорвавшись на крик.

– И что же вашему проводнику требуется в виде оплаты его работы?

К сожалению или к счастью, ни Чарли, ни Гомер ответить не успели, в дверь кабинета осторожно постучали, и этот звук привлек внимание всех участников разговора.

– Да!

Бакстер, расправив плечи, требовательно посмотрел на медленно открывающуюся дверь. Шарлотта с любопытством смотрела туда же. Даже ворон и тот был заинтригован, кто же это такой скромный работает в ГГУБ.

– Бакс, – в небольшую приоткрытую щель протиснулась крупная мужская ладонь, – не кидайся ничем, меня заставили!

Если бы чародейка видела в этот момент детектива Ли, она бы заметила и дрогнувшие в улыбке губы, и то, как при этом смягчаются мужские черты лица. Но она лишь вскинула брови на заявление неизвестного и буквально замерла в ожидании развития событий.

– Заходи, Кайл.

Бакстер не мог злиться на единственного работника управления, который никогда не вызывал у него даже тени раздражения. Почему так происходило? Детектив и сам не знал, но, возможно, дело в том, что Кайл был еще более нелюдим, чем он сам, и предпочитал компанию мертвецов всем живым.

Высокий, тощий, как жердь, на которую по ошибке накинули мужской костюм, с вечно растрепанными волосами и большими по-детски распахнутыми глазами за стеклами очков в модной оправе мужчина зашел в комнату и посмотрел на Шарлотту. Несколько раз медленно хлопнул ресницами и вдруг, неожиданно даже для себя, покраснел.

– Ба-акс?

– Кайл? – насмешливо переспросил детектив.

– А… а…

– Добрый день, – Чарли мило улыбнулась и, встав, протянула руку очаровательному незнакомцу. – Я Чарли Хилл, а вы…?

– Труп! – выпалил Кайл, неловко взмахнул руками и покраснел еще гуще под изумленным взглядом незнакомой ему красавицы. – В прозекторской труп, а я…

– А он, – еле сдерживая смех, вмешался Бакстер, – давно не общался с живыми симпатичными мисс.

– Да, – часто закивал высокий Кайл, – то есть нет! Бакстер!

Махнув рукой, мужчина вышел из кабинета, осторожно прикрыв за собой дверь. Чарли, которая не поняла смысла происходящего, беспомощно посмотрела на детектива Ли. Он, видя растерянность магистра посмертия, кивнул на дверь:

– Сейчас мой рассеянный приятель вспомнит, зачем приходил.

– Вы думаете?

– Три… – вместо ответа начал отсчитывать мужчина, – два, оди-и-ин!

– Бакстер, – дверь распахнулась как по заказу, – к нам доставили труп по последнему делу, Дрейк сказал, что он твой.

– Вряд ли труп мой, – хохотнул детектив, – но я тебя понял.

– Тебе отчет на бумаге, или ты сейчас готов посмотреть на жертву?

Бакстер в задумчивости перевел взгляд на Шарлотту. У него мелькнула абсолютно безумная идея, и он не знал, как подступиться к строптивой мисс с предложением, которое ей вовсе не понравится.

Чарли, заметив взгляд детектива, посмотрела на Кайла, сопоставила начало спора с Бакстером и то, что сейчас он стоял и молча кусал губу…

– Ой, да ладно! – резко встав с места, Чарли всплеснула руками. – Вы же не успокоитесь, пока сами не убедитесь, что я вам не вру. Так и будете сомневаться в необходимости работы проводника. Кайл, – посмотрев на высокого мужчину, Шарлотта шагнула к нему, – ведите нас в прозекторскую.

Она первая вышла из кабинета, за ней молча выскочил коронер управления, а следом, также бесшумно, в коридоре появился детектив. И если Кайл, кинув взгляд на своего приятеля, заспешил по коридору в сторону лестницы, то Бакстер, поравнявшись с чародейкой, чуть наклонившись к ней, не преминул шепнуть:

– Вы не подписали договор о сотрудничестве.

– Так и вы тоже, детектив Ли, вы тоже.

Оба понимали, о чем речь. Оба сознательно пошли на нарушение протокола совместной работы представителя управления с привлеченным одаренным специалистом. Ворон, который, когда ему было нужно, умел быть совершенно незаметным, а главное бесшумным, следовал за чародейкой и детективом и размышлял о том, что, кажется, он сильно ошибся, помогая Шарлотте склонить наглого бесполезного человека сотрудничать с ними. Всем своим птичьим нутром Гомер чувствовал, что в их с Чарли жизни скоро все сильно изменится.

***

Стремительные шаги Кайла не оставили Шарлотте возможности как следует рассмотреть коридоры ГГУБа. Когда она шла к детективу Ли, ей было не до местной обстановки, слишком была увлечена мысленным планированием их встречи. Да и сейчас голову занимали совершенно другие мысли. Так что странные, будто масляные, пятна на стенах, как и обшарпанную ковровую дорожку на втором этаже, а также три скрипучие ступеньки на боковой лестнице, Чарли отметила краем сознания.

– Почему у вас везде газовое освещение, а не зачарованные кристаллы? – спросила она у Бакстера, пока они спускались по боковой лестнице. – Ведь света те дают намного больше.

– Конечно, – детектив даже и не подумал спорить, только покосился на пляшущий огонек за стеклом рожка, – только разряжаются быстро. А стоят дорого.

– Ох…

Благо последняя ступенька была чуть выше остальных, и Чарли отвлеклась на нее, чтобы не продолжать разговор. Она и не подумала, что освещение в здании службы безопасности города весьма дорогое удовольствие, и казна Империи не готова взять на себя такие траты, особенно если есть более дешевый вариант.

Внизу было заметно холоднее, чем на верхних этажах. Чарли в очередной раз с грустью вспомнила свои любимые брючки и, упрямо тряхнув головой, зашла вслед за Кайлом в просторную прозекторскую.

Вот в этом помещении освещение было именно кристальное, отчего в просторной комнате было светло. Стены, потолок и даже пол сверкали от белизны. Один железный стол стоял пустым. А вот на втором же лежало тело. Обнаженный мужчина, на коже которого были отчетливо видны темные пятна. И не единого клочка ткани, чтобы прикрыть труп.

Чарли только тихонько хмыкнула. Тогда как Кайл, засуетившись, полез на полку искать простынь, а Бакстер сцедил парочку крепких слов в адрес приятеля.

– Ка-акие скромные мужчины, – захлопав крыльями, Гомер взлетел на плечо хозяйки, – того и гляди покраснеют!

Новые ругательства от детектива и удивленный возглас от коронера Чарли прервала одним движением руки.

– Господа, не стоит ругаться, – девушка повернулась к Кайлу и мягко ему улыбнулась. – Подскажите, пожалуйста, тело уже было осмотрено?

– Нет, – мужчина замотал головой, а потом вдруг закивал, противореча сам себе, – вообще-то, да, но не мной.

– Замечательно, а могу ли я прикоснуться к трупу, ну, скажем к внешней стороне кисти, или к лодыжке, груди… В принципе мне просто нужен контакт с вещами или кожей погибшего.

– Вещдоки трогать не дам, – тут же вклинился Бакстер, – давайте с трупом как-нибудь уж.

– Без проблем, – Чарли перевела взгляд на детектива, – мне просто нужно положить кончики пальцев на кожу того мужчины. Как только ваш приятель скажет, что это возможно сделать, я приступлю к работе.

Бакстер еле сдержал насмешку. Ведь он точно помнил, что старику Харрису требовалось много времени для подготовки, какая-то книжка, земля, непонятные стишки, которые вроде бы помогали войти в транс. А эта девчонка уверяет, что ей нужно просто прикоснуться к трупу? Кажется, требования к чародеям, претендующим на звание магистра, сильно измельчали!

– Да, конечно, – Кайл подошел к столу, на котором лежало тело, на секунду замер, всплеснул руками и, наклонившись, достал с небольшой полочки под столом простынь. Она была не первой свежести, но ему все же было так спокойнее. Нечасто в его обитель заходят такие милые мисс, чтобы пугать их разного рода кошмарами.

– Вот, вы вполне можете дотрагиваться до его предплечья, никаких травм и трупных пятен здесь нет.

– Чарли, а чего он такой вежливый? – Гомер склонил голову к плечу, рассматривая высокого мужчину. – Может, водник?

– Ворон, – шикнул на него Бакстер, – уясни раз и навсегда в ГГУБ нет штатных чародеев!

– Балаган, а не управление безопасности, – выдал наглый проводник и освободил плечо Чарли.

– Мистер Ли, – перебила начинающийся спор Чарли, – мне для работы с тенями необходима тишина. Давайте вы отложите разговор с Гомером на потом?

Получив в ответ полный возмущения взгляд, Шарлотта твердо кивнула:

– Вот и замечательно. А сейчас, господа, сделайте одолжение, не отвлекайте меня.

Уверенно шагнув к столу с трупом, чародейка достала из кармана платья небольшой ножик, больше всего похожий по форме на коготь хищного животного и, не обращая внимания на два мужских возгласа, уверенно сняла чехол и самым кончиком ножа сделала разрез на ладони. От начала линии жизни и вниз, к запястью вдоль большого пальца левой ладони.

Еще шаг и чародейка замирает, убрав уже ненужный нож в карман и положив три пальца правой руки на предплечье неизвестного мертвого мужчины. Прикрыв глаза, она зашептала речитативом привычные слова призыва. Левая рука свободно свисала вдоль тела. Кровь густыми каплями падала на пол прозекторской.

И, наверное, ничего удивительно в том, что в самый ответственный момент Чарли почувствовала две горячие мужские ладони на своих плечах. В личности нарушителя, девушка даже не сомневалась. Только детектив Ли мог так спокойно подойти к чародейке во время работы, наплевав на безопасность как свою, так и ее. От чего-то Шарлотта была уверена, коронер стоял в стороне и старался даже не шевелиться. В отличие от детектива.

Как только слова призыва были произнесены, и Чарли почувствовала жжение в глазах, и то, как рану на руке начинает припекать, она обратилась к Бакстеру:

– Мистер Картер, так как вы вмешались в ритуал и стали его участником, прошу вас руки с моих плеч не убирать, и да, у вас будет возможность задать тени один вопрос. Только один, мистер Ли, поэтому четче формулируйте его.

– Как долго у вас будет течь кровь? – недовольным тоном спросил мужчина.

– Пока ритуал не будет завершен, – ответила Чарли, – готовы?

– Да.

Девушка с облегчением раскрыла глаза. Фиолетовые отсветы чар заиграли на белых стенах и потолке помещения. Глаза чародейки горели от силы, которую та выпускала, и в этом свете Бакстер четко разглядел полупрозрачный силуэт мужчины. Целый, без травм и ран. Незнакомец оглядывался по сторонам и выглядел слишком уж удивленным.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.