Мария Ил
Маленький Шнобель. Нейборхуд

Глава 1. Маленький Шнобель уходит из больницы

Маленький Шнобель оглянулся.

В просвете между зданиями никого не было. Прямо перед ним поднималась стена трехэтажного дома. Стена была немолодой. Штукатурка местами обнажала темно-красные кирпичи. Вдоль стены тянулась пожарная лестница. Она начиналась в двух метрах от земли и поднималась до крыши. Кроме пожарной лестницы стену украшало одно самовольно прорубленное окно с белым пластиковым переплетом на уровне второго этажа. Окно было в стороне от лестницы, и печальный кактус, живший на подоконнике, не смог бы углядеть Маленького Шнобеля из-за неподходящего угла обзора.

Маленький Шнобель подпрыгнул и дотянулся до нижней перекладины лестницы. Он схватился за шероховатый от ржавчины металл, подтянулся, опираясь ногами о стену, и полностью выбрался на лестницу. Отсюда он опять окинул взглядом задворки, отдышался, поднялся выше и заглянул за гаражи. На крыше одного из гаражей было вырезано слово НАВЕКИ. Слово он не разглядел, но оно точно было там, где Маленький Шнобель вырезал его лет пятнадцать назад.

Он двинулся вверх. Добравшись до крыши, он перебрался на скат, осторожно прошел по нему, стараясь не греметь железом, до чердачного хода, скрипнул входным люком, спустился на чердак, аккуратно придержал дверь, чтобы она не хлопнула и не придавила ему пальцы, и пошел через невысокое чердачное пространство.

Из чердачных окошек в глубину тянулись столбики вечернего света. В них кружили, иногда вздрагивая и разлетаясь, сонмы пылинок. Тут Маленький Шнобель не удержался и чихнул, потер нос кулаком, но останавливаться не стал, пересек чердак, открыл откидную дверь в полу и выбрался на лестничную площадку верхнего этажа. Здесь было тихо. Он достал из кармана ключи, открыл замок, зашел в свое жилище и закрыл за собой последнюю дверь на этом пути.

С первым пунктом маршрута сложностей не возникло.

Дома было тихо. В квартире все было на местах, все было таким же, как и две недели назад, и ничто не говорило о том, что жизнь Маленького Шнобеля с тех пор резко поменяла курс.

Он опустил рюкзак на стул, снял пальто и посмотрел на свое дерево.

Crassula Ovata (дерево толстянка) как обычно стояло на подоконнике, улавливая лучи света и терпеливо дожидаясь хозяина. Дерево неплохо перенесло разлуку. Crassula Ovata так счастливо устроено, что две недели без полива и внимания никак на нем не сказались. Маленький Шнобель остался доволен, прошел на кухню, взял графин с водой, вернулся, полил землю в горшке, стараясь не показываться в окне.

После этого он заварил чай, дождался густого чайного цвета в прозрачном чайнике, налил огромную кружку и кинул в нее три куска сахара. Пару минут он бездумно смотрел, как отрываясь от тающих кусков, поднимаются пузырьки, затем вернулся в комнату и опустился в кресло. Можно было немного выдохнуть.

У Маленького Шнобеля был час или два на сборы и эвакуацию. Может быть, у него было полдня и ночь в придачу. Но это без гарантии. Сейчас ему надо было собраться с мыслями, просчитать ходы и запасные варианты. Он предпочитал заранее продумывать важное, если обстоятельства позволяли.

После того как родители Маленького Шнобеля отбыли к старшему сыну в Австралию, а родовая квартира Шнобелей с прилегающей мастерской была продана и превратилась в их небольшую финансовую подушку на новом материке, сам Маленький Шнобель жил на съемных квартирах и к переездам ему было не привыкать. И сейчас он хотел уехать налегке.

Строго говоря, всегда лучше уезжать налегке, если вы не собираетесь покинуть пределы цивилизации. Рюкзак за спиной, кое-что в карманах – таков в наши дни идеальный вариант для путешественника, номада, релоканта и беглеца. Все лишнее мешает двигаться и создает иллюзию владения чем-то ценным. А ценного у нас мало, главное находится в нас и наших дорогих людях, а остальное может поместиться в один чемодан.

Маленький Шнобель выпил треть чашки чая. Почувствовал, что беспокойство его отпустило, и начал сборы. Проверил папку с документами, засунул в нее паспорт и справки, которые ему выдал лечащий врач.

Все и началось из-за доктора в больнице. Вернее, доктор несколько часов назад объяснил Маленькому Шнобелю, что у него началась новая жизнь. По крайней мере, на какое-то время.

В местной больнице Маленький Шнобель проходил курс лечения от нового восточного вируса. Вирус был неизвестным, считался опасным и коварным. Но Маленький Шнобель был молод, крепок, в группы риска не входил и уверенно выздоравливал. К тому же, он был первым пациентом с медийно раскрученным диагнозом и вниманием врачей обделен не был.

Болезнь протекала в легкой форме. Можно было не ехать в больницу. Но местному департаменту здравоохранения спустили директиву по борьбе с залетным вирусом, и Маленького Шнобеля незамедлительно госпитализировали. Глаза участковой докторицы округлились, когда он перечислили три симптома, которые были в инструкции. Она напряглась, словно внутри нее выросла палка от копчика до самого затылка, и стала звонить по телефону, отвернувшись от Маленького Шнобеля. Скорая приехала через десять минут.

В больнице вирус подтвердили на второй день. Хотя Маленький Шнобель и лежал в реанимации два дня, никаких особых систем жизнеобеспечения к нему не подключали, кроме капельницы. Зато первые дни каждое утро его посещали зав отделением, главврач и главный местный эпидемиолог. Средств защиты на них день ото дня становилось больше.

В своем городке Маленький Шнобель был одним из первых инфицированных восточным вирусом. Но число заболевших росло каждый день. Вирус расходился по области и стране. Люди были напуганы, инструкции издавались и дополнялись, врачи бодро вспоминали противоэпидемиологические навыки. Маленькому Шнобелю повезло, что он был не стар и легко справлялся с болезнью. Он действительно выздоравливал, однако, атмосфера вокруг него здоровой не была.

Его три раза дотошно расспрашивали о контактах, словно пытаясь подловить на ошибках или обмане. Хотя было ясно, что инфекцию он, вероятнее всего, подхватил на конференции в соседнем городе, куда приехали не только местные разработчики и аналитики, но и восточные коллеги. У них, как выяснилось, вирус бушевал давно.

Вернувшись после конференции, Маленький Шнобель ни с кем не общался и вряд ли мог заразить кого-то. Он возвращался в пятницу, попутчиков у него не было, случайных встречных он не мог вспомнить. До понедельника он торчал дома, в понедельник понял, что заболевает, вызвал врача и все завертелось.

В больнице Маленький Шнобель заметил, что кое-кто из персонала панически боится контакта с ним. Медсестра ставила капельницу дрожащими руками. Она как будто ждала, что из места прокола на руке пациента выскочит что-то страшное и набросится на нее. Санитарки мыли пол порывисто, не жалея разливов хлорной жидкости. Они резво возили швабрами под провисшей сеткой кровати, гоняли дезинфицирующие лужи под зеленой облупленной батареей и старой тумбочкой и явно пытались свалить из палаты побыстрее. Маленький Шнобель не возражал. Он любил побыть один или хотя бы выбирать компанию.

А вот доктор, лечащий врач Маленького Шнобеля, был совершенно нормален, и Шнобелю понравился. Доктору было лет пятьдесят или чуть больше. Он выглядел как почти завязавший алкоголик, смотрел на вирусного пациента с интересом и никакой пурги не нес. Он методично подверг Маленького Шнобеля необходимым исследованиям и не оставлял его своим вниманием. Когда стало понятно, что пациент на пути к выздоровлению, доктор сказал, что сделает тесты на антитела к вирусу и, как только результаты будут готовы, выпустит счастливчика на волю. Маленький Шнобель становился все веселее, а доктор казался ему все задумчивее.

В четверг утром доктор заглянул в палату к выздоравливающему со стопкой листков в руках.

– У меня две новости, – сказал он, глянув Маленькому Шнобелю в глаза, – ты здоров, и анализы это подтверждают. Это хорошо.

– Но …? – спросил Маленький Шнобель, поняв, что будет продолжение.

– Слушай внимательно, – доктор сел на стул рядом со Шнобелем, – Ты первый успешно переболевший этим вирусом, и ты единственный носитель антител к нему в нашем городе и даже в более широкой округе. А больные уже есть. Лекарств нет, вакцины отсутствуют и появятся не так скоро. Твоя кровь (плазма, если точнее), может стать действенным лекарством для тяжелых больных. Других средств пока нет.

– Понимаю, но что вас беспокоит? – Маленький Шнобель был внимателен.

– Шнобель, – сказал доктор, – ты сейчас один на всех. Через полдня после подтверждения выздоровления выстроится очередь за твоей кровью.

– Вы хотите сказать, что у меня ее могут взять больше, чем допустимо, – Маленький Шнобель начал понимать.

– Я не знаю, – ответил доктор, – Я бы на твоем месте этого опасался. Мне уже звонили с осторожными расспросами из департамента. Слухи ходят, что супруга главы или замглавы подхватила вирус где-то в Таиланде. Могут быть и другие охотники.

– Я не против сдать кровь, если это сейчас имеет смысл, – сказал Маленький Шнобель.

– Шнобель, этим дело может не ограничиться. Люди паникуют и теряют головы. Вчера мне звонили из частной клиники и предлагали денег за твою плазму или за посредничество в ее получении. Это мутная тема, и она как-то сгущается. Мне это очень не нравится.

– У вас есть совет или предложение? – спросил Маленький Шнобель, внутренне собравшись.

– Да, – сказал доктор, – я предлагаю тебе сделку. Прости, Маленький Шнобель. Мне нужна одна доза твоей крови, и я отпущу тебя отсюда максимально осторожно прямо сегодня с гандикапом по времени на случай, если тебя кто-то отслеживает, и со всеми необходимыми документами. И тебе лучше исчезнуть, по крайней мере, на какое-то время. Такая вот история.

– Вампирская история, – Маленький Шнобель не удержался от глупой шутки, тут же осекся и глянул на доктора, – извините, доктор, вы, что, заразились?

Доктор грустно усмехнулся:

– Пока неясно. Но если я, кто-то из моих медсестер или родных заболеет, нам твоей крови точно не достанется. В списке мы будем последними. Так что, прости, что я предлагаю тебе эту сделку – немного крови в обмен на свободу и небольшой задел по времени.

Маленький Шнобель думал пару секунд. Большого выбора у него не было.

– Я согласен. Наверно, это справедливо, хоть и выглядит странно. У вас есть план? – Маленький Шнобель сел повыше на кровати. Доктор кивнул, и они приступили к обсуждению.

Глава 2. Маленький Шнобель собирается в дорогу

Насколько Маленький Шнобель мог оценить, свою часть кровной договоренности доктор выполнил. Маленький Шнобель получил выписные документы с результатами анализов и прочей медицинской лабудой. На всякий случай доктор снабдил его справкой, которая исключала использование его крови. Эта справка, по мнению доктора, могла бы пригодиться, если бы Шнобель столкнулся с принуждением к донорству крови. Без перепроверки справки, кровь не только не имела ценности, а была недопустима для использования. Перепроверка же потребовала бы времени и медицинских ресурсов.

Кроме документов доктор снабдил своего пациента подробными инструкциями по восстановлению организма и совершенно искренним пожеланием удачи. Он обещал открыть информацию о выписке Маленького Шнобеля из больницы лишь на следующий день утром и прикрывать до этого момента его отбытие из инфекционного отделения по мере сил, хотя стопроцентной гарантии он дать не мог.

В четверг во второй половине дня Маленький Шнобель покинул больницу через запасной выход, проследовал мимо больничных мусорных баков и вышел, воспользовавшись служебной калиткой, надежно защищенной четырехзначным кодом 1235. В свою квартиру Маленький Шнобель зашел через чердак соседнего дома. Он неплохо знал окрестности и ходы-выходы в тех местах, где останавливался больше, чем на пару недель. А уж крыши, подвалы и чердаки он обожал исследовать с детства.

Теперь Маленькому Шнобелю предстояло покинуть свое жилище и город в условиях неопределенной опасности. Он считал, что если уж осторожничать, то делать это стоит методично, не пропуская ни одного возможного риска, угла атаки или фактора неопределенности.

Насколько реальными были угрозы, предсказанные доктором, Маленький Шнобель узнать не мог до тех пор, пока не столкнулся бы с ними. Сталкиваться с ними в его планы не входило. Если коротко, то план Шнобеля был таков. Покинуть родной город и добраться до Питера.

Еще в больнице, поняв, что надо уезжать, он прикинул имеющиеся в его распоряжении возможности передислокации и бодро откликнулся на предложение питерской программерской конторы, в которой он недавно прошел три этапа собеседований, и которая обещала ему пристойную работу и жилье на первое время. Шнобель связался с тамошними кадровиками. Пообещал прибыть для очной беседы и возможного трудоустройства в пятницу в первой половине дня, если получится, или не позднее понедельника, получил радостное согласие (в конторе горел проект без разработчиков) и обещание выслать пароли-явки для заселения в квартиру, расположенную где-то в десяти минутах от офиса.

Это было идеально. Посадочная площадка была готова. Строгого карантина в Санкт-Петербурге пока не было, и причин не попасть туда не должно было возникнуть. На всякий случай Маленький Шнобель изучил рынок быстрой аренды и наметил пару запасных вариантов.

Тогда же в больнице он привел в порядок и другие дела. Проверил почту, написал родителям, что уедет и какое-то время будет недоступен. Мама ожидаемо забеспокоилась. Шнобель с веселыми шутками уверил ее, что все хорошо и пообещал связаться, как только устроится на новом месте. Рассказывать маме про болезнь он сейчас не собирался. Смысла не было, он расскажет позже, когда все закончится и это порадует маму, а не расстроит.

Он сделал еще пару десятков приготовлений к отбытию, затем полностью зарядил и выключил ноутбук и телефон, сдал обещанную дозу крови, проспал два часа, после чего доктор выпроводил его из больницы извилистыми служебными путями.

И вот Маленький Шнобель сидит дома в кресле и допивает чай. Ему осталось собрать сумку и упаковать свое драгоценное дерево. Маленький Шнобель растил дерево уже второй год, высадив его вскоре после отъезда родителей. Не считая коротких отлучек, дерево всегда жило рядом и было его самым близким живым существом.

Сам Маленький Шнобель был обычным одиноким молодым человеком. Таких сейчас в каждом большом и маленьком городе полным-полно, даже если их родители не уехали в другую страну, а друзья живут по соседству. Так устроен мир. И это не так уж плохо. Прежде чем вступать в союз или сообщество, сливаться с массами, неплохо бы понять, чего тебе самому хочется и как ты будешь тратить отведенное тебе время. Иначе тебя запросто затянет в чужую воронку, и ты будешь решать не свои задачи и жить не подходящей тебе жизнью.

Про семью и говорить не хочется. Законы, ее охраняющие и регламентирующие почти все движения супругов, детей и родителей, так хороши и так многочисленны, что способны задушить всякую возможность свободно жить в браке и уйти из него живым и не измотанным. Лишь отчаянные храбрецы и совершенные счастливцы рискнут сейчас связать себя крепкими узами.

Патриархальные хранители святости брака, которые царят в регулирующих институциях, так и не поняли, что брак – такой же проект, как почти все на этом свете. Он имеет начало, развитие и вполне может иметь финал. И если саму возможность финала не предусмотреть, то он превращается в кабалу, и редкая птица перелетит через него по-настоящему счастливо. Число отважных или безумцев постепенно уменьшается.

Для сборов и дороги Маленький Шнобель включил режим спокойного параноика. Для всех в этом городе он был в больнице. Это в лучшем случае. Если его уже ищут или наблюдают за домом, то включив свет или сняв дерево с окна, он обнаружил бы свое присутствие. Подумав, Маленький Шнобель решил уронить толстянку. Он подобрался к подоконнику снизу и положил дерево так, чтобы снаружи оно казалось упавшим на бок. Такое вполне могло случиться, и это, скорее, свидетельствовало об отсутствии хозяина, чем о его присутствии. Позже дерево «упадет» дальше.

Теперь надо было разобраться с вещами.

Теплое пальто на себе, кроссовки, свитер, куртка, пара-тройка штанов, две любимые кружки, документы, банковские карточки, немного наличных, ноутбук, аптечка, гигиена, носки, трусы, футболки, шарф, шапка, маска. Все девайсы по-прежнему выключены, но заряжены. Все зарядки обмотаны проводами и уложены в рюкзак. Бутылка воды в кармане, доктор велел пить. Пара питательных батончиков с собой. И сейчас нужно было выпить еще чая и что-нибудь съесть сытное впрок, как говорила бабушка. Потеря крови или недавняя болезнь давали о себе знать небольшой слабостью и периодическим ознобом.

В холодильнике нашелся кусок сыра, четыре замерзших, но годных яйца и не начатая упаковка сливок. Маленький Шнобель особыми познаниями в диетологии не обладал, поэтому и не колебался. Через пятнадцать минут у него был отличный омлет.

Всякую не очень нужную ерунду, которой он обзавелся за месяцы жизни на этом месте, он собрал в пакет и поставил в угол у входной двери, украсив запиской с просьбой сохранить, если получится. Квартирная хозяйка у Шнобеля была ворчливая, но неплохая. Не выкинет, место у нее найдется в каком-нибудь из чуланов. А выкинет, ну и ладно. Ценность большинства приобретений, падает до нуля сразу после покупки. Исключение составляют те вещи, которые немедленно начинают использоваться. Маленький Шнобель всегда спокойно относился к вещам, кроме некоторых особенных экземпляров и любимых орудий труда.

Все вроде было сделано. Он закончил с деревом, легонько скатив его с подоконника и поймав прямо в руки. Горшок он решил не тащить с собой, аккуратно обмотал корневой ком и упаковал дерево в коробку из-под кроссовок, чтобы не поломать.

В рюкзак коробка с деревом никак не помещалась. Как Шнобель ни хотел выйти из дома со свободными руками, но дерево было важней. Рюкзак и черная холщовая сумка с упакованным деревом внутри. Вот теперь он был готов к отбытию.

«Сейчас я навсегда уйду из этой комнаты, мои вещи исчезнут из нее, усядется пыль, поднятая мной. Расправятся складки, сотрутся отпечатки и выветрятся запахи. Для этой комнаты я уйду в небытие. У пространства нет памяти. Если вы его не искажаете, то вы для него и не существуете. Но я уйду отсюда не налегке. Уйду с мыслями, которые настигли меня здесь. Уйду с запахами, теплом и картинкой комнаты в памяти. Уйду с ее физическими и не физическими вибрациями, из-за которых я здесь чувствовал то, что я чувствовал. Со временем все это поблекнет в моей голове и может быть уйдет из нее навсегда, а может, будет иногда всплывать, еще мое, но уже немного другое.»

Маленький Шнобель давно собирался уехать из родного города. После эмиграции брата и последующего отъезда родителей его здесь ничто не держало. Но он медлил, слишком долго выбирал варианты и вот, обстоятельства перетряхнули его жизнь и подтолкнули на выход. Так иногда случается.

Он вздохнул и встал. На улице собирались сумерки. Свет включать не стоило. Он оставил записку хозяйке, положил ключи на стол, огляделся на память и тихо вышел. Замок щелкнул, дорога началась.

Глава 3. Глубинная сеть DNET

В нашем мире есть несколько сотен людей, которые знают о глубинной сети и пользуются ее сервисами. DNet – короткое название глубинной сети.

Допуск к DNet можно получить у команды ее создателей. Непосвященные о ней не знают, хотя есть истории о людях, которые самостоятельно обнаружили или предположили возможность существования глубинной сети.

Первый человек, который несколько лет назад нашел глубинную сеть в сети Интернет, понял, что нашел нечто потрясающее и чуть не сошел с ума, пытаясь сообразить, в чем суть его находки. Этого человека, к счастью, вовремя обнаружила служба безопасности DNet по серии странных, методично с небольшими изменениями повторяющихся запросов, идущих с одного IP адреса. Служба безопасности глубинной сети быстро поняла, что имеет дело с любопытным и неопасным одиночкой и смогла перевести его внимание на что-то другое.

Брешь, которую он нашел, ликвидировали без промедления. Кажется, этот человек был «премирован» внезапным возвращением любимого кота редчайшей породы, который потерялся несколько недель назад, погрузив хозяина в грусть и одиночество. По другой версии, кот вовсе и не терялся, а счастливец был вознагражден внезапным выигрышем авиабилета бизнес-класса в одну европейскую столицу и проживанием там в течение двух недель в хорошем номере солидного отеля. Но, возможно, это сказки, которые охотно распространяют о глубинной сети шутники и выдумщики.

Другой одиночка, склонный к размышлениям и расчетам, теоретически предположил существование глубинной сети, попытался обнаружить ее, смоделировав предполагаемые служебные запросы самой глубинной сети, найти такие запросы и идентифицировать их источник. Разыскать этого умника было несложно.

Он действовал открыто и рассказывал о своих поисках всем, кому было не лень о них читать. Читать было лень почти всем. Умник не встретил понимания в интернете, был жестоко высмеян, когда пытался объяснить язвительным сетевым обитателям свои догадки и привести расчеты, запутался в собственных идеях, свернул в какую-то эзотерическую чушь и в итоге не преуспел в изысканиях. Он забросил поиски примерно через полгода, изрядно взбодрив команду глубинной сети, которая понимала, что путь он выбрал тупиковый, но не упускала его из виду не столько из-за вопросов безопасности, сколько из любопытства и человеческого сочувствия. По непроверенным данным, позже этот одиночка выиграл солидный грант на строго научные теоретические изыскания, к которым у него были несомненные склонности.

Третий искатель, занимавшийся профессионально параметрической вероятностью в небольшом европейском университете и увлекавшийся философией в свободное время, опубликовал статью на маленьком бесконечно заумном сайте о возможном моделировании ситуации по параметрам совпадений и векторной вероятности. Статья прошла почти незамеченной даже для целевой аудитории. А написавший ее математик и философ больше не пишет статей и не публикует их на непопулярных ресурсах.

Он работает в команде DNet-глубинной сети, и, говорят, ему это нравится. Статьи в открытом доступе сейчас не найти. Если кто-то успел ее скачать и смог или сможет понять ее суть, то может смело связываться с DNet, таким мозгам там найдут применение. Нет сомнений, что способностей такого человека хватит, чтобы выйти на связь с глубинной сетью.

Команда DNet абсолютно анонимна и никому поименно неизвестна. А если кому-то и известна, то никому об этом неизвестно. Истинных масштабов сети DNet и всего спектра ее функций никто не представляет. Но глубинная сеть DNet несомненно существует, функционирует исправно, профессионально поддерживается и целенаправленно развивается.

DNet вполне можно использовать как обычный поиск. И если правильно составить запрос, то глубинная сеть найдет для вас хоть решение хитрого дифференциального уравнения, хоть равновесие по Нэшу для набора профилей и стратегий, хоть китайскую прачечную с отзывами опытных горничных 19-го века на улице, идущей с востока на запад, мощеной желтым булыжником. Но создана глубинная сеть не для этого.

Цель ее – не поиск информации, а поиск решений сложных задач с выдачей наиболее вероятных результатов или соответствующих матриц вероятности. Разумеется, запрос для такого поиска требует не только ввода ключевых слов. Тут должны быть корректно указаны профили объектов, подтянуты релевантные базы, задействованы специальные массивы данных, кропотливо создаваемые посвященными инженерами.

А еще, глубинную сеть DNet интересует все, что выпадает или стремится выскользнуть из-под колокола нормального распределения. Хвосты вероятностей – самый любимый объект исследований глубинной сети. (Подробнее о глубинной сети DNet читайте в романе Кельтский Мел – примечание Марии ИЛ).

Маленького Шнобеля глубинная сеть DNet первый раз отметила зимой в ходе рутинного сканирования IT-сообществ и конференций. Выдающихся результатов он не презентовал, был средне-хорошим инженером, но алгоритм почему-то за него зацепился, и глубинная сеть приступила к первичному построению его профиля. Сеть DNet самообучается на ходу, в том числе выбирая и исследуя конкретные объекты, оттачивая на них поисковые и аналитические инструменты.

В следующий раз глубинная сеть DNet обнаружила Маленького Шнобеля, когда составляла модель распространения восточного вируса для городов средней России. Маленький Шнобель был объектом в кейсе заражения через контакты на конференции инженеров. Индекс угрозы для Маленького Шнобеля был повышен сетью после конференции, понижен после госпитализации и оценки квалификации лечащего врача и ресурсов больницы. После возросшего запроса на плазму пациентов, успешно поборовших восточный вирус, индекс угроз для Маленького Шнобеля был повышен до критического. В таких случаях внутренний протокол глубинной сети DNet требует постановки статуса и передвижения объекта на постоянный мониторинг.

Глава 4. Глубинная сеть DNet. Профиль Маленького Шнобеля. Версия 1.0

Статус, занятия, локации. Маленький Шнобель. 29 лет. Россия, город N, далее – Санкт-Петербург, далее – информация отсутствует, прогноз недоступен. Инженер IT, разработчик. Не хакот. (Подробнее о хакотах читайте в романе Кельтский Мел – примечание Марии ИЛ, коротко: Хакоты – создатели глубинной сети).

Modus Vivendi (living). Предположительно искатель.

Контакты. В процессе подготовки. Ближайший ожидаемый контакт – Дашка ДАРА Исаева.

Контрагенты. Информация отсутствует.

Рекомендации. Не выработаны. Предположительно открыт к общению и сотрудничеству. Поддержка в случае катастроф и угроз. Допустимо привлечение в хакотские проекты. Форсирование контактов не рекомендуется.

Особые характеристики. Повышенная плотность аномальных аспектных вероятностей по Грюнеру-Бэггсу. Высокая адаптивность к нагрузкам и поиску решений в сложных условиях.

Информация обновляется.

Глава 5. Опасность

На этот раз Маленький Шнобель не мог уйти через крышу.

Вечерело, двор уже не был пустынным, шансов незаметно пробраться по крыше трехэтажного дома, было немного. Поэтому безо всяких уловок он вышел из квартиры и спустился по лестнице вниз. Внизу, выдохнув, он толкнул дверь во двор и, продолжая двигаться, оценил обстановку.

На детской площадке вокруг качелей играли дети. Рядом болтали мамаши. Кто-то выгуливал маленькую собачонку. Счастливый уже бухой Петрович курил, сидя на ящике под деревом. Все было как обычно за исключением одной детали.

Маленький Шнобель не стал присматриваться, так как не хотел тормозить, но заметил, что метрах в десяти от старой арки, ведущей со двора на ближайшую улицу, стоял немолодой темно-серый седан, и обе передние дверцы у него были приоткрыты. Для пятничных дворовых гулянок было рановато, а машина была не местная.

Нельзя сказать, что сердце Маленького Шнобеля ушло в пятки. Но он насторожился.

«Бояться буду потом, – сказал себе он, – в конце концов, это мой двор, я здесь свой, ничего фатального прямо тут со мной не может случиться. И у меня есть план».

Мысль была не очень продуктивной, но помогла не паниковать.

Маленький Шнобель на ходу воткнул наушники в уши, внутренне собрался и буднично направился к арке, боковым зрением фиксируя происходящее вокруг и не выпуская серый автомобиль из фокуса.

С переднего пассажирского сидения автомобиля незамедлительно, хоть и не слишком поспешно, выгрузился невысокий массивный коротко стриженый мужик и двинулся в сторону Маленького Шнобеля. Мужик выбрал не самую удачную траекторию. Легче было бы перехватить Маленького Шнобеля у арки. Водительская дверь открылась пошире, водителя не было видно, но ясно было, что поддержка у мужика была, если, конечно, все это имело хоть какое-то отношение к Маленькому Шнобелю.

Оказалось, имело.

– Эй, парень, слышь? – мужик притормозил, типа приветливо улыбнулся. Он обращался к Маленькому Шнобелю. Мужик был тяжеловат животом и стоял на широко расставленных ногах – из такого положения с такой конституцией быстро не побежишь.

Маленький Шнобель посчитал скорости и расстояния в треугольнике «Я – мужик – арка». Ага. Хорошо, что мужик остановился, это давало преимущество Маленькому Шнобелю. Сам он останавливаться не собирался. Любая остановка была бы потерей времени. Сейчас надо было добраться до арки первым.

Нет смысла сохранять лицо непонятно перед кем, если есть опасность для здоровья. Стартовый рывок у Маленького Шнобеля с детства был хороший. Инстинкт самосохранения напрямую питал физические силы и мотивацию Шнобеля. Он должен был успеть к арке первым. Дальше маршрут был продуман. Вряд ли мужик догонит быстроногого Шнобеля пешком, а на машине они не смогут его преследовать, если он рванет через дворы. К рывку Маленький Шнобель был готов с самого начала.

Тут стоит отметить, что Маленький Шнобель тщательно рассчитал пять вариантов действий и маршрутов, пока пил чай, ел омлет и смотрел на дерево. В работе сейчас оказался второй вариант, 2А, если быть точнее. Если бы эти двое ждали под дверью квартиры или у подъезда, понадобился бы третий или четвертый вариант с соответствующими вариациями.

Итак, когда мужик окликнул Маленького Шнобеля второй раз, Маленький Шнобель по-прежнему не реагировал, что было нормально для чела в наушниках. Мужик обернулся к машине, что-то сказал водителю и только после этого развернулся, чтобы двинуться наперерез в сторону арки.

Но в этот момент Маленький Шнобель уже рванул. Ему понадобилось примерно пять секунд, чтобы стартовать и пролететь через двор и арку. Мужику понадобилось две или три секунды, чтобы понять, что Маленький Шнобель уходит. Второй чел едва ли успел выйти из машины. У Маленького Шнобеля был запас по времени и дистанции. И у него были план и маршрут наготове.

После арки Маленький Шнобель быстро, но стараясь не задевать немногочисленных прохожих, пронесся вдоль дома и оглянулся убедиться, что из арки еще никто не вышел. Так и было. Видимо, они садились в машину. И что было совсем удачно, прямо напротив арки как раз разворачивался или парковался желтый коммунальный тракторишка. Маленький Шнобель метнулся за угол и ушел в соседние дворы. Преследователей он теперь не видел и просто исполнял план, оглядываясь перед каждым следующим поворотом.

Примерно за седьмым поворотом в тупичке у гаражей его ждал велосипед и зеленый короб доставщика пиццы. Маленький Шнобель загрузил в яркий квадратный короб рюкзак и дерево – 15 секунд, надел зеленую куртку доставщика еды – 12 секунд, сменил шапку – 9 секунд, натянул зеленую бандану на нос – 3 секунды, надел лямки короба – 5 секунд и сел на велосипед. Можно было ехать.

Тут Маленький Шнобель слегка обнаглел и, вырулив из тупичка, проехал мимо арки, где толстый мужик увлеченно ругался с коммунальным трактористом. А серый седан так и не выбрался из двора. Маленький Шнобель порадовался и уехал.

Этот трехминутный дриблинг с рывком через двор на улицу, петлянием по дворам, переодеванием и велосипедом дался беглецу непросто. Сердце сильно билось, а руки, может даже, дрожали бы, если бы Маленький Шнобель не вцепился ими крепко в руль велосипеда. Но он вцепился крепко и катил вперед не быстро и не медленно еще минут двадцать, как обычно катят усталые доставщики еды, да хранит их святой покровитель.

«Наверно, их хранит летучий Гермес, а может и сама Геката, – подумал Маленький Шнобель, проезжая перекресток, – хотелось бы, чтобы и меня хранил кто-нибудь из них и помогал мне хоть немного. Хотя сейчас мне неплохо помог мой план номер два».

Тут Маленького Шнобеля слегка тряхнуло на какой-то выбоине, которую он не успел заметить, и в глазах на полсекунды полыхнуло красными всполохами, длинными и чуть изгибистыми, как листья огненной агавы, которая в природе практически не встречается. Маленький Шнобель спохватился, вырулил, еще раз вздохнул и покатил дальше, пообещав себе быть внимательнее.

Он давно считал, что в критический момент даже не самый хороший план гораздо лучше, чем акт спонтанной паники. А его план был не таким уж плохим. Маленький Шнобель крутил педали и мысленно пробегал дальнейшие пункты пути. Никаких происшествий по дороге не случилось, он выехал в другую часть города, оставил велосипед, зеленый короб и куртку под навесом на парковке торгового центра и двинул дальше с рюкзаком за спиной и деревом в полотняной сумке в левой руке.

Если заботливый вампирский доктор смог прикрыть отбытие Маленького Шнобеля, как обещал, то официальные искатели крови его еще не хватились, а неофициальные, если таковые были, кроме тех двух из серого седана, вряд ли смогли бы определить его местоположение и догадаться о его планах. Своими планами Маленький Шнобель ни с кем не делился и ни на каком носителе, ни офлайн, ни онлайн не фиксировал. По девайсам отследить его было уже невозможно. Дроны в этой местности были маловероятны. Камер в небогатом городе пока было мало, Маленький Шнобель знал их большую часть на этом пути, и неплохо избегал.

И никто кроме глубинной сети и божественного провидения за ним наблюдать не мог и не собирался.

Маленький Шнобель шагал по дороге. Позади остались детство, родной город и вся предыдущая жизнь. Опасность тоже отстала или стала неактуальной. Родной город с каждым шагом уходил в прошлое и вот-вот должен был занять свой отсек в памяти.

Через полчаса Маленький Шнобель добрался до железной дороги. Спустя две пересадки и почти бессонную ночь он вышел из поезда на холодном питерском вокзале. Моросил дождь. Путник накинул капюшон и двинул дальше.

Глава 6. Дерево и книга Маленького Шнобеля

Когда Маленький Шнобель закончил университет, его родители уехали к старшему сыну в Австралию. Он проводил их и затосковал. Хотя он был совершенно уверен, что поступил правильно, отпустив родителей к брату и географически оторвавшись от них, тоска держала его крепкой хваткой. Он не вернулся в Москву, а застрял в родном городе и как будто оцепенел.

Шнобель тосковал основательно и глубоко. Жизнь стала серой, безрадостной и мучительно грустной. Друзья разъехались или были заняты своими делами. Жилье теперь было съемным и совершенно неродным, тепла не добавляло и домом не пахло. Работа была удаленной и очень хорошей по местным меркам, но не захватывала. После лихорадки сборов и проводов родителей пришли пустота и душевный провал. На вид все было неплохо, но опереться было не на что.

Когда тоска совсем уж начала захлестывать, Маленький Шнобель осознал опасность и начал выкарабкиваться. Тогда он и завел дерево и начал писать книгу.

Первым появилось дерево. Маленький Шнобель ходил по цветочным магазинам и лавкам, присматривая зеленого питомца, имея в виду какой-нибудь неприхотливый кустик или кактус. Он пересмотрел немало растений. Но не вдохновился увиденными экземплярами.

Тогда он взял паузу и остановил поиски. Этот старый способ получить желаемое, прекратив его поиски, всем известен, даже избит, но все еще срабатывает. Через два или три дня дерево нашло Маленького Шнобеля на придорожном рынке, куда он забрел совершенно случайно.

Три небольших, но уверенно мясистых листика на толстом коротком стебле Crassula Ovata (дерево толстянка) бодро торчали над землей в пластиковом контейнере из-под чего-то давно съеденного. Контейнер стоял на деревянном ящике. Рядом на втором ящике сидела разговорчивая старушенция, и когда Шнобель притормозил около ее товара, сообщила ему, что дерево приносит удачу, деньги и все блага мира.

Рекламное выступление Шнобель оценил, хоть и не впечатлился, а три плотных зеленых листка с красным окрасом по краю ему приглянулись. Старушенция твердо обещала, что дерево будет жить и расти, и даже такой тип как Маленький Шнобель с ним легко справится. Маленький Шнобель кивнул с улыбкой, отыскал в кармане сто рублей, протянул бумажку удачливой коммерсантке, поблагодарил ее и забрал дерево.

Позже добрые люди объясняли Маленькому Шнобелю, что черенок или листик денежного дерева можно найти на каждом углу, отщипнуть у соседа на подоконнике, стрельнуть у друганов или в офисе совершенно бесплатно. Маленький Шнобель вежливо соглашался. Что спорить, не все понимают, что «такой же» не значит «этот», когда дело не касается их лично. В конце концов, это дерево он нашел сам или оно нашло его. Для Маленького Шнобеля в тот момент это было важно.

С книгой получилось иначе. Маленький Шнобель отродясь не чувствовал в себе писателя и не помышлял писать никакую книгу. Он спал, работал, варил кофе, готовил еду, писал маме оптимистичные месседжи и по субботам болтал с семьей по видео, хвалил их фотографии с новых мест и растил свое дерево.

Каждое утро Маленький Шнобель разглядывал дерево и тихо радовался. Он нашел и прочитал про Crassula Ovata кучу полезных статей. Он смешал правильный грунт, пересадил и составил график подкормки. Он сделал контрольный снимок дерева рядом с поставленной вертикально папиной металлической линейкой, чтобы отслеживать рост и вид Дерева. Все это было непривычно и все это его радовало. Маленький Шнобель задумался и стал вспоминать, что же ему приносит радость.

Так появился первый список радостей Маленького Шнобеля. Оказалось, что некоторые из радостей были простыми и даже примитивными, а другие были не только радостями, но вроде как добавляли смысла в жизнь. Так и началась книга радостей Маленького Шнобеля. Публиковать книгу он не собирался, но читал, обдумывал и дополнял регулярно.

Глава 7. Чат богов в глубинной сети DNET

Гермес. Вот какова была вероятность, что придет момент, когда все условия Гекаты будут выполнены и выполнены в точности? И надо же, вот, все совпало и все случилось.

Афина. В самом деле? Я ничего пока не улавливаю. Я почти забыла про Гекатино заклятие. Расскажи, что произошло.

Гермес. Все сбылось, сероглазая, как по нотам. Путник, достигший перекрестка трех дорог (это первое условие), в 29 день лунного месяца (второе условие), упомянул осознанно имя богини Гекаты с уважением и в контексте помощи и могущества (третье условие). Могу добавить, что и сам путник родился в 29 лунный день и сейчас идет его 29-й год.

Афина. Забавно, но я не чувствую, что Геката вернулась. Почему ты так уверен?

Гермес. Дело в том, что меня этот путник тоже припомнил, через запятую от Гекаты. Мое имя он произнес даже перед именем всемогущей. Так что, я своими ушами слышал. Никакой ошибки быть не может.

Афина. Ух ты. Значит, он получил сразу двух олимпийских богов в соглядатаи, а, может, и в союзники. Ты не упустишь его, и Геката, конечно, тоже. Поздравляю, быстрокрылый, ты на одной стороне с самой могущественной из хтоников и, думаю, с самой умной из них. Неплохо, неплохо.

Аполлон. Нескучные времена нас ждут. Если уж ты завел разговор о вероятности случившихся событий, то ее, Гермес, ты смог бы посчитать сам, если бы не пренебрегал математическими практиками. Примерно, конечно. Тут было бы необходимо оценить некоторые параметры: количество людей, родившихся в 29 лунный день, посчитать просто. Среди них надо прикинуть долю имеющих возможность и намерение выйти на перекресток, допустим, если считать грубо, это все актуальные любители передвигаться по улицам, не подвергнутые заточению, потере мобильности, болезни или самоизоляции. После этого надо учесть долю тройных перекрестков среди всех пересечений дорог. Наибольшие затруднения у меня вызывает получение данных о частоте упоминания Гекаты, хотя и это тоже не так уж сложно. Можно прикинуть процент тех людей, кто читал или слышал мифы про олимпийских богов, выстроить рейтинг упоминаемости богов, ввести коэффициент для Гекаты и оценить, как часто в обыденной жизни такой читатель вспоминает олимпийцев. Доля упоминаний в уважительном контексте, хм, я бы взял 90 процентов. Ну и так далее. Вероятность будет не очень велика. Но в божественных делах, у вероятности бывают всплески и провалы. А тут замешана сама Геката, и все что угодно может случиться.

Афина. Спасибо, высокоумный Аполлон. Мы получили изысканное математическое наслаждение от твоих рассуждений. Но что теперь? Что ты думаешь определенно, без этих вероятностей и формул? Ты лучше нас знаешь Гекату. Она вернется в мир?

Аполлон. Полагаю, да, вернется. Геката – очень последовательная богиня. И ходить из мира в мир, во всех смыслах, ее обычное занятие. До сих пор она выдерживала паузу по понятным причинам. А ты, Гермес, что скажешь?

Гермес. Вернется или уже вернулась, не сомневайтесь, и может дел наделать. Больше ничего сказать не могу. Мне сейчас надо приглядеться к тому путнику, что вытащил ее из темноты. И Гекату я навещу в ближайшее время.

Аполлон. Расскажи, что знаешь про вызвавшего Гекату. Это человек, простой смертный? Или герой? Что привело его на перекресток Гекаты?

Гермес. Несомненно, это человек. И он без сомнений понравится Гекате. Знаешь, люди обычно вспоминают богов, когда нужна помощь, в беде или в преддверии испытаний. Этот путник все сделал иначе. Он призвал меня и Гекату не из долины страха или немощи, не из лужицы крови, соплей и слез, а имея за спиной свежую завершенную битву. Небольшую, прямо скажем, совсем местечковую, но важную для него.

Афина. Он выиграл эту битву?

Гермес. Не проиграл уж точно. В теперешние гибридные времена, любая не проигранная битва в сотни раз лучше иной триумфально выигранной. А иные совершенно безоговорочные и абсолютно подавляющие победы становятся смертельными ловушками для победителей, еще фанфары не успеют смолкнуть. Ты знаешь это не хуже меня. Так вот, он не проиграл свою битву. И еще он странный. Как раз настолько странный, что может понравиться Гекате. Мне он нравится, если честно.

Аполлон. Расскажи про него, нам интересно, быстрокрылый.

Гермес. Я пока мало что знаю. Но вот кое-что. Он поделился своей кровью с тем, кто помог ему. Обычные герои начинали путь с оружием наперевес, а он начал дорогу со смешным деревом в руках. Листья этого дерева краснеют от перенесенных испытаний, но оно не гибнет, а крепнет от них. Ноги нашего героя обычно одеты в красное. Он коллекционирует людские радости и ищет свой смысл. Он одинок. Он привязан к матери и оторван от нее. Он очень открыт и уязвим, и это странным образом помогает ему. Он любит находить выходы и придумывать пути для себя и тех, кто рядом. Его зовут Маленький Шнобель.

Глава 8. Глубинная сеть DNet. Гермес (Меркурий), краткий профиль

Статус, локации. Бог Олимпа, подлинный, вездесущий.

Занятия. Коммуникации между богами, между богами и людьми. Посланник. Медиатор. Переговорщик.

Сферы интересов. Люди, искатели, бизнес, технологии, игры, битвы (явные и неявные, подлинные, гибридные, пост гибридные и мета подлинные).

Контакты. Боги Олимпа, Тонг, хакоты, новые боги.

Контрагенты. Охранители, погонщики, некоторые олимпийцы.

Особые навыки. Достижение целей, исключительные коммуникативные навыки, уникальная память, ведение переговоров, заключение сделок, распознавание лжи, помощь и опора в нужную минуту.

Рекомендации. Наслаждайтесь, пока не улетел.

Уровень доступа. Не разглашается.

Глава 9. Дела Гекаты

Дела Гекаты – это дела Гекаты и никого кроме нее, прекрасной и непостижимой, они не касаются. Так сложилось с самого начала, и никто, включая лохматого Зевса и его высокомерную супругу, одержимую манией величия (что глупо) и манией контроля (что не только глупо, но и невыполнимо), в дела Гекаты и не помышлял вмешиваться. И это было совершенно правильно из соображений благоразумия и личного спокойствия.

К тому же, чем старше боги, тем меньше их тянет вмешиваться в чужие дела. Исключением из этого правила является Гермес, но этот хитрец – всеобщий любимчик и связующее звено, поэтому ему прощают любопытство и пользуются его осведомленностью, насколько он готов это допустить.

Однако олимпийцы были прекрасно осведомлены о том, куда зашло последнее дело Гекаты. Сама богиня исчезла, когда ее постиг этот ужасный провал. Она ушла из зоны досягаемости так далеко и так наглухо, что никто из родственных божеств ни найти ее, ни достучаться до нее не мог.

Разумеется, время от времени вспыхивали разговоры и бродили вздорные слухи о непостижимой богине.

Пифии сплетничали о Гекате. Аполлон что-то точно о ней знал, но не от пифий (пользы от них немного, если вы не любите гвалт и пустую болтовню). Артемида делилась с братом своими соображениями, и может, даже сведениями о Гекате. Артемида, будучи солнечной стороной Гекаты, знает о ней больше всех. Но чтобы Артемида ни рассказала Аполлону, их разговор – это разговор брата и сестры, дальше личной беседы информация не просачивалась. Артемида, вообще, больше любила скакать по лесистым холмам и охотиться, чем вести беседы, а Аполлон давно предпочитал получать информацию, а не раздавать ее.

А Гекате было что обдумать. Все началось с того, что она решила создать инструмент для воцарения справедливости в земном мире. Среди Гекатиных божественных аспектов справедливость всегда занимала одно из первейших мест. Геката работала упорно и методично, и через некоторое время она достигла определенного прогресса.

Результат почти материализовался в ее тонких ладонях. Но то ли рука богини дрогнула, то ли мысль ее воспарила неудержимо, то ли энтропия усмехнулась кривой усмешкой – и случилось роковое: Геката потеряла хрупкий баланс, порвала тонкую нить и, разверзнувшись всей своей невероятной хтонической мощью, она случайно создала темную силу, прицельно несущую смерть и разрушение, как мгновенное наказание.

Геката, как дочь титанов, могла черпать силу земли руками и призывать ее жестом и волей, но удержать эту силу даже ей было чудовищно трудно.

Когда все пошло не так, и темная погибель сгустилась, мощи и разума Гекаты хватило на то, чтобы стянуть ее в небольшой фрагмент пространства. Геката создала темный сгусток направленной гибели как орудия справедливости. А вектором справедливости для орудия служила воля его физического носителя. Так получилось.

К счастью, созданная богиней темная сила не имела самосознания и способности к постижению мира. Из последних сил Геката смогла заключить свое творение в вещественную оболочку. Это освободило ее от утомительного удерживания мгновенной гибели, но открыло доступ к силе любому, кто смог бы взять в руки гибельный артефакт.

Геката сделала артефакт обыденным на вид и разрешила силе иногда перетекать из одного объекта в другой, но только полностью и без остатка. И все бы шло хорошо и оставалось под контролем, надо было всего лишь не потерять артефакт и не допустить его кражи.

С этим Геката не справилась. Так устроен мир, что с нашими самыми могучими творениями мы недолго можем совладать. Когда артефакт был создан, то произошло неизбежное. Вероятностное поле вокруг него и Гекаты исказилось. Обычные предосторожности не подействовали, а необычные Геката не смогла так быстро провидеть. Роковая случайность, любопытство живых существ, желание овладеть силой или злой умысел – никто не знает, что двигало тем, кто первый взял в руки артефакт.

Но дело было сделано, силы мгновенной гибели были испробованы и повлекли несчастного носителя в сторону черной тьмы. Никто или почти никто из людей не мог владеть мгновенной гибелью и оставаться собой. Это непосильная ноша.

Так мгновенная гибель, созданная великой богиней, начала свой путь по земле.

Пифии, завистливые мелкие душонки, рассказывали разное про роковую промашку Гекаты. Они уверяли, что Геката плакала и рвала на себе волосы, когда случилась беда. Они говорили, что она рыдала и выла вместе со своими черными псами. Геката была богиней дорог и развития, богиней путей и материнства, богиней справедливости и силы, а создав орудие мгновенной гибели стала богиней смерти и ужаса. Но пифии врали.

Геката никогда не плакала, не выла и не рвала на себе ни одежд ни волос. Это было бы так нелепо. Известно только, что там, где в черный день печали ступила нога Гекаты, сто лет не вырастет ничего кроме красных как огонь и жестких как железный клинок листьев агавы, если, конечно, по какой-то причине ее семена занесет туда ветер.

Геката погрузилась в раздумья и безмолвное уединение, оставив одну ниточку для выхода. Гекате нужно было время для двух вещей. Во-первых, для того чтобы многое продумать. Во-вторых, для того чтобы восстановить собственные силы, коих ушло немало на создание мгновенной гибели и заключение ее в материальную оболочку. Кроме того, болтаясь в неведомом небытии, ей было проще провидеть тонкие линии сходящихся вероятностей.

Геката не собиралась отшельничать вечно. Она составила заклятие возвращения. Тот или та, кто сумел бы вытащить Гекату из ее отшельничества, совершив одновременно несколько маловероятных действий, согласно этому заклятию Гекаты, смог бы справиться и с мгновенной гибелью, прервав ее бесконтрольный бег по земле.

Глава 10. Дашкино утро

День начался как обычно. Будильник, мягкий свет, кофе, дождик стучит по стеклу. То же место, та же жизнь, те же думы, что и вчера.

Последние несколько месяцев Дашка собиралась уехать. Ее ждала новая страна, потрясающая работа и старые друзья. Но что-то не складывалось. Отъезд был решен, но время шло, а он никак не приближался. То одно, то другое. Не хватало прозрачной ясности, чтобы купить билеты, достать чемодан и начать наконец сборы. И это неопределенность настроения не улучшала.

Звякнуло оповещение в телефоне. Это была глубинная сеть.

Дашка удивилась. Приложение DNet-глубинной сети беспокоило оповещениями нечасто. Обычно только в случае угроз или во время работы над серьезными проектами. Сейчас совместных проектов с админами DNet у Дашки не было.

Она открыла приложение и увидела короткое сообщение. Приложение DNet информировало Дашку о возможном пересечении с Маленьким Шнобелем, который был объектом наблюдения глубинной сети DNet.

«Ну, OK, – мысленно ответила Дашка, – если я и в самом деле пересекусь с этим вашим Маленьким Шнобелем, то буду знать, что это очень важно».

Хотя Дашка особо не впечатлилась, казалось, что нечто новенькое все-таки надвигается. Она налила горячего кофе, уселась в кресло и запросила в глубинной сети профиль Маленького Шнобеля. Информация появилась незамедлительно, но ее было немного. Дашке хватило десятка секунд, чтобы пробежать ее глазами.

Профиль Маленького Шнобеля был краток до безобразия и был беззастенчиво похож на профиль самой Дашки, воспроизведенный без утомительной детализации. Никакой конкретики, никаких особенных навыков, перед ней был профиль обычного разработчика. Единственной заслуживающей внимание информацией было то, что индекс Грюнера-Бэггса у Маленького Шнобеля зашкаливал почти так же беспрецедентно, как и у самой Дашки.

«Ух, ты, вот оно как. Интересно, значит, есть у меня аномальный коллега, брат практически», – Дашка задержала дыхание и замерла на полминуты. То ли улыбка, то ли усмешка появилась на ее губах. Ей было понятно, почему глубинная сеть DNet не выпускает из вида этого чувака и почему прислала это сообщение.

Теория Грюнера-Бэггса была и остается довольно странной и недоисследованной концепцией. Дашка пыталась разобраться в ней, но продвинулась недалеко, а потом отвлеклась и забросила изыскания. Но не забыла.

Толком никто растолковать этого самого Грюнера-Бэггса с его прикладной шкалой не может. Но результаты эта модель дает удивительные, поэтому глубинная сеть DNet рассчитывает ее для всех, кто попадает в ее поисковую матрицу с достаточным набором параметров.

Дашка задумалась. Высокий индекс по теории Грюнера-Бэггса свидетельствовал о том, что его владелец с большой вероятностью обладал нестандартными параметрами и/или попадал в ситуации малой вероятности.

«Интересно, – подумала Дашка, – когда встречаются два аномала по Грюнеру, что случается с полем вероятности в точке их встречи? Может, вообще, ничего особенного не происходит, а может, возникает по-настоящему редкая ситуация или даже аспектная сингулярность. Два аномала в одном месте в одно время. Может, что-то нескучное наконец произойдет со мной. Хорошо бы увидеть радугу с единорогами, утреннюю глорию или еще что-нибудь особенное и впечатляющее. А то жизнь в последнее время стала ощутимо серее. А еще этот вирус надвигается».

Она открыла темные карты, ввела запрос на поиск местонахождения загадочного Маленького Шнобеля. Карты откликнулись и перенесли Дашку с набережной Большой Невки гораздо южнее за пределы города. Фиолетовая точка на карте ползла вдоль линии железной дороги. Маленький Шнобель, кем бы он ни был, приближался к Санкт-Петербургу на поезде. Ползущая точка при приближении превращалась в фиолетовый треугольник. Он казался зыбким, слегка мерцал и время от времени вращался вокруг своей оси.

Дашка допила кофе. Пора было ехать на работу. Пара митингов и несколько часов офисной рутины сегодня были обеспечены. Чтобы не пропустить встречу с аномальным незнакомцем, стоило двигаться предсказуемо, наверняка глубинная сеть исходила из обычного Дашкиного расписания и маршрутов, оценивая вероятность их пересечения.

Глава 11. Дашка знакомится с Маленьким Шнобелем

Добравшись до работы примерно через полчаса, Дашка привычно закрутилась в офисном броуновском движении – там поздороваться, здесь что-то обсудить, съесть апельсин, налить кофе, выглянуть в окно, кого-то найти, с кем-то пересечься, от кого-то отбиться малой кровью. Глядишь, и время первого митинга подошло.

По пятницам митинг все старались провести побыстрее – разработчики, тестировщики и остальные участники. Во-первых, пятница. Многие на взлете. Во-вторых, больших релизов в конце недели традиционно не бывало. Но в эту пятницу получилось веселее.

В начале митинга радостная HR девушка представила нового сотрудника. Этот был программист, приглашенный в новый проект, в котором, как водится, адски не хватало программистов. Новый чел звался Маленьким Шнобелем (тут Дашка оторвала взгляд от экрана и посмотрела на новенького). Новичок приехал из городка в средней полосе, утром сошел с поезда, был почему-то очень бледен и благоразумно сдержан.

Дашка смотрела на новоприбывшего и прислушивалась к своим ощущениям. Ничего особенного она не заметила, Маленький Шнобель ей скорее понравился. Спокойный и на болтуна не похож.

Она открыла приложение DNet и создала подтверждение встречи с Маленьким Шнобелем. Хотя тамошние админы и инженеры не просили ее об этом, Дашка знала, что информация им пригодится. Так они проверят расчеты, имея на руках точную локацию и время встречи.

И даже если они уже отследили их контакт, простая вежливость не помешает.

После представления нового сотрудника началась рабочая драматургия митинга. Дашка закрыла приложение глубинной сети. Ее выход на сцену был первым, а значит, самым цепляющим. Она села на ближайший стол и, аккуратно, подбирая слова, прокомментировала последние результаты тестирования, которые разработка давно видела и внятно на них не отзывалась, уйдя в глухую оборону, хотя проблемы были очевидны каждому. Завязалась обычная бодяга, иногда обостряющаяся до легкой перепалки.

Все объясняли всем, что с релизом было сделано не так. Ругали новый алгоритм, который хреновый. Поливали старый костыль, который давно изжил себя, и его надо убрать, а не переносить из версии в версию. Сомневались, что тестовая среда корректно отработала и советовали разобраться с этой самой средой и в целом со своей убогой консерваторией. И данные, что за данные использовались в тестах, совсем с ума сошли инженеры, тестировать эту сборку на таких данных – полный идиотизм и неполная компетенция. Дашка с коллегами-тестировщиками и команда разработки по очереди отбивали атаки друг от друга и пытались гнуть свою линию. Тестировщики не собирались быть крайними из-за ошибок разработки. Программисты держали лицо, ссылались на заданную архитектуру и маневрировали, у них были аргументы. Со сборкой, и правда, была какая-то беда, это знали и те и другие. Эта версия должна была решить кучу проблем, а получилось иначе.

Перепалка активно продолжалась некоторое время. Потом кто-то решил, что все размялись достаточно и, дождавшись паузы, спросил, а что делать-то будем.

Тут пошла вторая волна – опять разработчики предложили тестировщикам научиться тестировать, хотя бы среду свою держать в порядке. Естественно, тестировщики вежливо рассказали в ответ, что они думают про реализованный алгоритм и уровень кода. Для пятницы разговор получался хоть и бесполезный, но бодрый и захватывал всех участников, кроме HR девушки, которая отступила вглубь и готовилась свалить, и Маленького Шнобеля, который сидел на столе и слегка болтал ногами в черных кроссовках и красных носках.

Когда и второй раунд обсуждения начал выдыхаться, все удары были нанесены, все уколы отклонены, и конструктивный диалог снова стал возможен, Маленький Шнобель чуть помахал рукой. Все на него посмотрели, потому что никто не ждал от новенького активного участия в рабочей дискуссии.

– Если я правильно понял, корень проблемы можно выявить, если использовать симулятор, который будет обходить ваш костыль и снимет зависимость от среды. С данными, конечно, проблема не уйдет. Но у вас ведь есть тестовые наборы или их можно создать по-быстрому?

Девушка HR притормозила и передумала ретироваться. Новенький был молодец, такой должен был прижиться. Тимлид явно обрадовался. Разработчики оставались в окопах.

– А кто писать все это будет? Мы уже все написали, пусть тестирование разбирается и пишет, что им надо.

– Я могу простенький симулятор написать, пока не занят в проекте, только мне нужен кто-то для вопросов по архитектуре, а то я сам дольше буду разбираться, и нужны наборы данных, – флегматично ответил Шнобель, продолжая покачивать ногами в красных носках.

Дашка думала полсекунды, кивнула и сказала:

– Ни вопрос. Я Дашка. Видишь дерево? ― Дашка ткнула пальцем в восточный сектор open space, где из кадки торчала гигантская пальма, – Я за ним сижу. Подходи, с меня данные и ответы на вопросы.

Тимлид почти не скрывал счастья:

– Во вторник сделаете? – спросил он, переводя взгляд с Дашки на Маленького Шнобеля и обратно.

– Возможно, – уклончиво сказал Маленький Шнобель, – Пойму, когда включусь по полной.

Через полчаса Маленький Шнобель и Дашка, сидя за пальмой, пилили симулятор и кроили набор данных. Когда работа продвинулась, они взяли паузу и пошли поесть. По пути Дашка сориентировала Маленького Шнобеля в местном пространстве. Показала ему неприступный сектор админов, кухонный отсек, приветливо пахнущий кофе и апельсинами, и переговорные за темными стеклянными стенками.

За едой разговорились про еду, и выяснилось, что Дашка с детства любит супчики, а Шнобель скромно похвалился, что может сваять омлет в трех существенно различающихся вариациях и сварганить медовые коржики, которые уж точно Дашка никогда не ела. За кофе уже опять болтали о работе.

Шнобель рассказал про предыдущую контору, а когда Дашка спросила, как он решился на переезд в Питер, то услышала краткий пересказ вампирской истории.

Дашка впечатлилась, посмотрела на Маленького Шнобеля и сказала:

– Шнобель, не мое дело. Но эта история кое-что объясняет, ты очень бледный, теперь понятно почему. Возможно, ты еще не восстановился после болезни и всей этой кровавой истории. Будет правильно, если ты отправишься домой. Допишешь симулятор на следующей неделе. Никто чудес от тебя не будет требовать.

Маленький Шнобель и сам понимал, что почти не спал в дороге и был порядком измотан.

Тут их нашла HR девочка. На этот раз она выглядела безрадостно. Оказалось, что с квартирой для Маленького Шнобеля возникли небольшие проблемы, и сейчас она срочно ищет замену на ближайшие дни. Маленький Шнобель обреченно кивнул. HR девочка поклялась, что Маленький Шнобель на улице не останется, и что в течение часа или двух она подберет для него пристойное жилище.

Когда она ушла, Дашка немного подумала, посмотрела на грустного Шнобеля, который очень старался держаться бодряком, и сказала:

– Маленький Шнобель, не хочу лезть в твои дела, но у меня половина квартиры свободна. Небольшая спальня с лоджией, хорошей кроватью и большая общая гостиная с кухней. Все для жизни есть. Не так близко от офиса, но там хорошо и на такси быстро долетаешь. Если ты зубом не цыкаешь и все такое, могу пустить тебя пожить. А там видно будет.

Маленький Шнобель зубом не цыкал.

Глава 12. Маленький Шнобель заезжает в Нейборхуд

Маленький Шнобель еще часик поковырялся с симулятором. Дашка разобралась с данными. По ходу дела она снова заглянула в темные карты, убедилась, что рядом с ней отображается тот самый зыбкий фиолетовый значок. Маленький Шнобель, который после обеда, казалось, чуть ожил, сейчас опять был бледным. Дашка снова предложила:

– Знаешь, Маленький Шнобель, и правда, поехали домой. У тебя же не осталось ничего срочного в офисе? – она закрыла ноутбук и посмотрела на коллегу.

– Вроде все подписал. Пропуск получил. Можем ехать, у меня на сегодня осталось два важных дела, – Маленький Шнобель устало потер лоб, – Убедительно сообщить маме, что я жив-здоров и посадить дерево.

– Хорошие планы, – Дашка не смогла сдержаться и засмеялась, – Ну, мама – это святое, понятно. А дерево непременно сегодня надо посадить? Дом строить вечером не собираешься?

Маленький Шнобель услышал себя со стороны и сперва заржал, а потом показал дерево, кивнув на сумку рядом с рюкзаком. Тут Дашка сообразила о чем речь:

– Поняла, у меня дома растут гастерии, микроплантация на подоконнике, – пояснила она и добавила, – так что грунт для твоего дерева найдется подходящий, и временный горшок можно будет разыскать, раз такое дело.

На том и порешили.

Такси домчало их до Дашкиного дома, по пути купили еды на вынос в какой-то скромной едальне за неприметной дверью. Маленький Шнобель радостно смотрел в окно. Вокруг был Питер, хоть и не помпезный центр, но атмосфера проступала сквозь фасады и струны улиц. Они приближались к Большой Невке.

Перед дверью квартиры Маленький Шнобель на секунду застыл. Попытался представить, что там внутри, чем может его разочаровать новое жилище, стремительно выбранное практически вслепую. Но он так устал, что не смог представить подобной неприятности. Он шагнул вперед, когда Дашка распахнула дверь и огляделся.

Внутри, к счастью для Шнобеля, оказалось хорошо. Он сразу попал в большую гостиную или холл. Не было ни коридорчиков ни прихожих. Слева виднелась кухня. Довольно пусто. Ничего общего с предыдущими шнобелевскими убежищами.

Они разделись. Дашка показала новому жильцу спальню с лоджией. После холла спальня казалась небольшой.

– Маленький Шнобель, на этой лоджии иногда паркуются дроны. Ты ж не против? Так исторически сложилось, потому что я одна давно живу, не хочется переоборудовать и перенастраивать локацию. Дроны участвуют в одном дружественном проекте. Они особых беспокойств не доставляют. Я тебе приложение поставлю с оповещениями об их передвижениях.

Маленький Шнобель не возражал и торжественно пообещал не блокировать окно, когда дронам надо вернуться или вылететь.

– Тогда десятиминутная готовность, – сказала Дашка, – Я пошла ужин распаковывать и тарелки доставать.

Договорились посадить дерево после еды. А сообщение маме Шнобель послал не откладывая.

Мамы – важнейший фактор человеческой жизни, особенно в двадцать первом веке. Шутки шутками, никто не понимает почему, но в век одиноких людей так много держится на мамах. Шнобель коротко доложил маме статус, послал пару фотографий с видом из окна и видом спальни и пообещал подробности позже. Закрыл ноут и пошел к Дашке на кухню.

Но до цели Маленький Шнобель не дошел.

Где-то в глубине за глазами он увидел или почувствовал темное тяжелое пятно, растекающееся вширь и заслоняющее его сознание. Мелькнуло несколько ярких вспышек и сознание Маленького Шнобеля свернулось.

Дашка обернулась на звук падающего тела. Когда Шнобель открыл глаза, она была рядом, вздохнула с облегчением, посмотрела внимательно на него и спросила:

– Ты как? Болит что-нибудь?

Маленький Шнобель помотал головой осторожно с минимальной амплитудой или даже мысленно, сделал пару вдохов-выдохов, ничего у него не болело. Он сказал:

– Просто устал, видимо, от приключений и недосыпа, – Шнобель почти улыбнулся. По крайней мере, постарался.

Под присмотром Дашки он плавно перебрался на диван. Дашка связалась с кем-то и через пять минут Маленький Шнобель увидел роскошную женщину, шнобель которой вполне мог поспорить даже со шнобелем мамы Маленького Шнобеля. Он счел это хорошим знаком.

Это была Вера Заславская, замечательный врач и исследователь (про Веру Заславскую и Ию Заславскую читайте в романе Кельтский Мел – примечание Марии ИЛ). Маленькому Шнобелю сегодня везло на людей.

– Здравствуйте, молодой человек, меня зовут Вера. Я врач и ваша соседка. Даша, расскажи сперва ты мне, что случилось, – Вера Заславская внимательно смотрела на Маленького Шнобеля.

Дашка четко изложила в обратном временном порядке историю падения Маленького Шнобеля, историю прибытия, историю болезни и вампирскую историю – все приключения, которые были ей известны и могли быть причиной потери сил.

– Даша, напиши Ие, чтобы принесла мой второй саквояж, а то я впопыхах думала, что тут травма и захватила первый, – через пять минут к ним присоединилась Ия и медицинский саквояж Веры Заславской номер 2. Ия была племянницей Веры, и они жили в соседнем корпусе в квартире на четвертом этаже.

Минут через пятнадцать Маленький Шнобель был первично обследован, признан вполне жизнеспособным организмом, который подлежит усиленному кормлению и отдыху. Маленький Шнобель не возражал.

Глава 13. Глубинная сеть DNet. Вера Заславская, краткий профиль.

Статус, занятия. Нейрофизиолог, исследователь, практикующий врач.

Локация. Санкт-Петербург, Россия.

Modus Vivendi (living). Искатель, хакот, принята в хакотское сообщество в 2000 году.

Контакты. Ия Заславская, Дашка ДАРА Исаева, дакотское сообщество Санкт-Петербурга, гильдия хакотов.

Особые характеристики. Высокий профессионал. Работа в хакотских проектах с 2000 года. Полный доступ по проектам. Полная поддержка.

Глава 14. Книга Маленького Шнобеля. Что есть, что надо, что будет

«Если представить свое счастливое будущее и честно сравнить его с тем, как ты живешь сегодня, то можно кое-что понять. Например, к чему ведет то, что у тебя есть сейчас? И как это похоже на твои планы и мечты?

То, что мы имеем, часто прикапывает нас к сложившимся рутинам, знакомым людям и местам. А время и наши собственные стопы утрамбовывают весь этот грунт. Мы крепко в него врастаем, и нам все сложнее тронуться с места и что-то поменять.

А счастливое будущее само не приближается. Время бежит, а жизнь почти не меняется. И многие решают, что былые планы и мечты недостижимы, не полностью разумны или вовсе не актуальны. Наши прекраснодушные мечтания не имеют ни одного реального оттенка и служат лишь легкой приправой к неизменному течению бытия.

Есть мнение, что так работает энергосберегающий режим человеческой жизни. Зачем двигаться, если и так можно неплохо жить. Есть другое мнение, что так работает управление человеческими ресурсами. Слегка прикопанными и укорененными объектами управлять куда проще, чем теми, кто что-то постоянно генерирует и не остается на месте».

Маленький Шнобель, записавший это в своей книге, планировал испытать как можно больше радостей, а набравшись наглости, хотел найти еще и смысл бытия. Он пока не понимал, где именно его разыщет, но осторожно верил в его существование. Впрочем, он ничем не выдавал этих намерений и почти никому о них не рассказывал. Он вглядывался в мир, читал и слушал тех, кто казался ему неглупым и достойным, и чье существование не казалось бессмысленным, примерял на себя и думал.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.