Роман Прокофьев
Звездная Кровь – 7. Дикая Охота

Пролог. Календарь небесных сезонов

Великий Календарь небесных сезонов стар, как само Единство.

Он древнее гордыни Вечности и раньше безумия Раскола, был прежде, чем Великие Черви начали глодать кости Единства, задолго до времен, когда первое Игг-Древо развеяло Тьму. Мудрые говорят, что Небесный Календарь появился еще до того, как Защитник удалился защищать Брешь, во времена, когда Кел начали засеивать дайсон-сферу жизнью, созданной из своей крови. Они же рассказывают, что в смене небесных циклов заключена мудрость Незримого, а воплотили ее Искуснейший, Творящая и Тот-Кто-Наблюдает.

В те времена Единство было совсем другим.

Внутреннюю полость дайсон-сферы виток за витком опоясывали октагоны, разделенные великими Стенами и Башнями, хранящими чудесные механизмы, что создавали воду, огонь и воздух, наполняя Единство жизнью. Каждый октагон – целый мир, а разделяющие щиты и небесные купола, сотворенные Тем-Кто-Искусен и его учениками, позволяли создать внутри любые мыслимые условия для разумных. Тысячи октагонов и составляли Единство, что могло вместить население целой галактики, и не стало нужды осваивать звездные просторы за пределами великой цитадели.

Существовали золотые и серебряные октагоны, где обитали сами Кел, были изумрудные – наполненные дикими лесами, реками и горами и сапфировые – реки и великие океаны для водных народов, алмазные – для тех, кто парит в воздушных просторах, и рубиновые, олицетворявшие глубокие недра земли, камень и пламя. Были и иные, множество разных, ибо Кел в расцвете сил творили много разумных по своему образу и подобию, а иные расы, как говорят, пришли в Единство из иных звездных миров, чтобы обрести мудрость или спасение.

И для каждого из Народов находился свой дом.

Каждый из октагонов мог быть и связан, и разделен с иными так, что его воды, воздух и живое внутри никогда не соприкасались, а разумные думали, что иного мира за его пределами не существует. Но были и витки, и спирали октагонов спаянных воедино – или продолжающих друг друга бесконечной дорогой, как Великая Река или Изумрудная Спираль. Разделяющие щиты и небесные купола, Башни и Стены могли быть преградой и вратами октагонов – как захотят те, кто управляет Единством.

Целью создания и заселения великой цитадели всегда было Восхождение. Единые знали, что множество путей ведет к его вершине, и Кел, их избранные ученики и помощники, не смогут пройти всеми сразу. Потому их руками Единые создавали новую жизнь, новые племена и разные Народы, чтобы они, населив миры-октагоны, нашли свои пути, ведущие к небу.

Но Восхождение немыслимо без тяжелых испытаний, ибо такова природа разумных, рожденных из корня Кел. Жизнь в мертвом покое и блаженной праздности ведет лишь к гибели Народов, быстрой или долгой, и потому разумные должны испытывать нужду и преодолевать трудности. Но та же природа заставляла разумных быстро приспосабливаться ко всему – и потому испытания должно было сделать разными для разных Народов, и чередовать так, чтобы они не могли подготовиться.

Тогда и появился великий Календарь Небесных Сезонов.

Для каждого октагона Тот-Кто-Наблюдает определял нужду в благе, отдыхе или новом испытании – и великие механизмы Единства показывали его обитателям новый небесный знак. Они были разными – Небесные Сезоны могли благословить разумных, увеличить численность разумных в несколько раз и дать им множество благ, либо, наоборот, уменьшить и отнять их. Могли полностью уничтожить племена и Народы, что становились угрозой Единству и Восхождению. Небесные Знаки обращали вспять реки, дороги и перемешивали земные недра, пробуждали вулканы и создавали новые горные цепи. И еще многое они могли, и мудрецы многих Народов вели записи, пытаясь предугадать, что принесет следующий Знак.

Календарь Небесных Сезонов должен был мудро растить разумных, ведя их дорогой испытаний, чтобы рожденные из крови Кел возвысились – и создали новых Единых из слияния душ своих лучших Восходящих.

И так было. Говорят, так был рожден Забытый и тот, что стал Взором. Говорят, что среди малых Народов появлялись великие герои, что касались неба. Говорят, что несколько малых Единых почти родилось в те времена, когда на небесах Единства засияла Вечность…

Но это лишь легенды…

А было так – когда она засияла, Кел возгордились, не желая терять свою силу и власть, и начался Раскол, что закончился гибелью солнца и великой Тьмой, что снизошла на Единство. Были разрушены многие Стены и Башни, и щиты, разделяющие октагоны, пали вместе с небесными куполами. Немногое смогло устоять, в один миг мудро устроенное мироздание было разрушено. Число жертв той страшной эпохи неисчислимо – ибо замерзли или изменили очертания океаны и континенты, бегущие Народы стали перемешанными осколками прежде великих рас, а прекрасный облик Единства навсегда исказился от покрывающих его шрамов.

Говорят, Искуснейший не простил этого – ни себе, ни своим ученикам, что заперлись в золотой клетке Небесного Трона, свысока наблюдая за гибелью великой цитадели…

Но Единство не погибло. Во Тьме взошли Игг-Древа, создав в древних октагонах Круги Жизни. Разумные выжили и вновь начали свое Восхождение, однако Небесный Календарь Сезонов стал иным. Единство не смогло обойтись без помощи Вечности, чтобы возродить хотя бы часть древней мудрости – и теперь Небесный Знак был един и сиял для всей великой сферы сразу. Мудрые спорят, кто определяет его – владыки Небесного Трона или Тот-Кто-Наблюдает, однако же многие считают, что ныне небесные знаки следуют друг за другом лишь согласно слепому жребию Незримого…

Правду знает Вечность, Наблюдатель и, быть может, Творящая, что тысячи циклов не показывалась смертным. Сезоны и Небесные Знаки меняются, заканчивая и начиная циклы, и разумные молят Единых, чтобы следующий сезон был спокойным и благим, не принеся войны, болезни и тяжелые испытания.

Но не всегда так бывает. Ныне Небесный Календарь выдал Восходящим Единства плохой жребий – Знак Дикой Охоты.

Глава 1

Я смотрел на острие ножа, упертого мне в грудь.

Легкое нажатие – и он проколет комбинезон и войдет в сердце. Тогда я умру, как умирают все люди. Может, даже помучаюсь немного…

А вот что будет потом – загадка. Смогу ли я воскреснуть, увижу ли снова таинственную табличку со странным словом «инкарнация»? Получится ли повторить то чудо, что произошло после поединка с Мраком?

Белый Дьявол говорил, что я уже умирал дважды: первый раз после падения в каньон, второй – в аванпосте Наблюдателя, во время того самого «рип-сканирования». Это подтверждал и порядковый номер пресловутой «инкарнации». Но тогда меня воскрешала его воля, бравшая управление на себя, и лишь в последний раз я действовал осознанно. А теперь вселенец отправился в самостоятельное плавание, и мне, черт побери, предстоит разбираться во всем этом дерьме самому!

Неужели я действительно бессмертен? Сам, без его древней Крови?

Не то чтобы это казалось совсем невероятным. После всех увиденных чудес, которые творила Звездная Кровь, границы невозможного отодвинулись куда-то за бесконечный горизонт дайсон-сферы. Я также помнил видеопослание Авроры Мартинс, курировавшей специальный проект, делающий людей технически бессмертными. Вероника Максвелл и Фьюри были его участниками, так называемыми «аврорами». Они тоже могли воскресать, но я-то совершенно точно ни в каком проекте «Аврора» не участвовал! Он вообще был разработан уже в Единстве, в Колонии Альфа, не столь давно…

Оставалось только одно – на Земле существовали предтечи проекта Авроры Мартинс. Материалы по ним наверняка прибыли в ковчеге и стали основой ее разработок. И получается, что я имею к ним непосредственное отношение.

Но тогда почему я ничего не помню об этом? Память о Земле давно восстановилась, но я не находил ни малейшего следа. Разве что лакуна после окончания Академии, о которой я вообще ничего не помнил, хотя в моем био о ней сохранились лишь скупые строчки:

С 2418 – данные засекречены.

С 2419 – участник проекта «Космо».

И вторая специализация тоже была засекреченной. Как мне уже сообщили, заглянуть под замок секретности могут только координаторы «Космо», а в нашей колонии никого с таким статусом не имелось.

С памятью вообще творились подозрительные вещи. Да, я помнил Землю, но по сравнению с яркими воспоминаниями Единства земные события казались чужим, поблекшим, не вызывающим эмоционального отклика сном. Было – но как будто с кем-то другим. Конечно, можно списать на криостазис, в котором все колонисты пробыли неизвестно сколько лет, либо на психофизиологические изменения мозга в процессе Восхождения, никем толком не изученные… однако не оставляло ощущение, что со мной что-то не так.

Были и еще странные зацепки. Девушка Тайна из того яркого сна во время нейротрансформации и другие необычные видения, возникавшие передо мной в моменты инкарнации. Этих эпизодов не было в моей памяти. Я был готов поклясться, что в прошлом не происходило ничего подобного! Эти кусочки странной мозаики объединяло одно – они вспыхивали, когда на мой мозг воздействовали с помощью Звездной Крови. Тогда в крышке закрытого сосуда, о котором говорил вселенец, на мгновение появлялась щель.

Где-то там и скрывались ответы.

Кто, черт побери, ты такой, Сигурд Морозов?

Я вновь посмотрел на нож, который держал у своей груди. Ну что, стоит попробовать? Проверить, насколько я бессмертен? Вероника и Фьюри смогли – а я чем хуже?

А может, просто умру – и все, конец? Или не смогу вытащить нож из груди и буду подыхать бесконечно? Куда денется кровь? Как это вообще работает? Честно говоря, проверять на практике совершенно не хотелось, и дело даже не в тридцати каплях Звездной Крови, что должны безвозвратно сгореть, а в банальном инстинкте самосохранения, который просто орал дурным голосом: «Ты чего творишь, идиот? Убери нож, чокнутый самоубийца!»

Но я знал, что могу преодолеть инстинкт, – новые Атрибуты Разума вывели Волю на совсем другой уровень. Если надо – могу и большее…

– Сигурд! Ты здесь?

В дверь пилотской кабины «Грифона» вдруг забарабанили. Дилемма решилась сама собой, я поспешно вложил нож в набедренную ячейку комбинезона. На обзорных камерах виднелась женская фигура со взъерошенными светлыми волосами – Фьюри, мой второй пилот. Я вздохнул – везде найдут, даже покончить с собой спокойно нельзя, – и отключил блокировку дверей и поляризацию остекления.

– Вот ты где, командир! – сказала Восходящая. – Так и знала. Вокс не отвечает. Извини, но тебя уже обыскались, рикс просил срочно найти…

– Да я хотел в тишине систему биосенсорики настроить по-человечески, – почти не соврал я, пеленгатор действительно нуждался в калибровке. – Ладно, пойдем…

– Травинка не с тобой? – она подозрительно заглянула в кабину, словно рассчитывая увидеть там поспешно одевающуюся девушку.

– Нет, она в лаборатории, работы много… – махнул я рукой, слегка улыбнувшись. У осуждающего взгляда Фьюри имелись основания – мы с Травинкой действительно пару раз использовали ложемент винтокрыла, хм, не по назначению. А что делать – медовый месяц был короток, после свадьбы нам дали всего парочку выходных, поэтому в полной мере насладиться обществом друг друга мы так и не успели. Вот и приходилось ловить моменты где придется…

Покинув винтокрыл, мы пошли к куполам жилых модулей, по дороге встретив уходящую волну золотого света. К этому явлению еще никто толком не привык – юный Росток стал нашим вторым (а учитывая Небесный Трон, даже третьим) светилом и каждый день добросовестно исполнял свои обязанности. Смена древодня происходила одновременно с Великим Древом, но наш саженец находился ближе, и было забавно наблюдать за растущим или, наоборот, сужающимся световым радиусом на рассвете и закате. Прошло всего пару недель с момента посадки, а мне уже казалось, что трава на плато стала гуще, а листья у деревьев налились сочной зеленью. Анни Ри с восторгом говорила, что окрестности фригольда под игг-светом превратятся в цветущий сад, а люди почти не будут болеть. Что ж, определенно стало легче дышать, да и улыбок на лицах прибавилось, вот только мой йурр покинул меня, обретя новый объект для заботы. Кыш целыми днями ухаживал за золотым саженцем, не доверяя ничего не смыслящим двуногим, и оттого я даже ощущал некую ревность.

Ну что ж, такова жизнь. Что-то уходит, что-то приходит. Зато у меня появилась Травинка, семья и новая цель – разгадать тайну своего бессмертия и защитить фригольд от будущего нашествия.

Может, оно даже и к лучшему. Кем на самом деле был мой маленький друг, оставалось загадкой. Золотая Руна-Сага, которую подарил мне Эйрик, полностью перевернула все представления о прошлом. Оказывается, не было никакой удачи – золотое Семя мне подкинули, вернее, подложили, как ключ под дверь. Наверняка, не догадайся я нырнуть в озеро, пушистый «привратник» нашел бы другой способ указать мне на золотой ключик. И тот кел, что все это придумал, преследовал вполне понятную цель – он хотел освободить Белого Дьявола. Притом сделать это чужими руками, чтобы скованный осколок Единого ничего не заподозрил. Возможно, это была не первая попытка – а, вероятнее всего, небесный господин хотел, чтобы это сделал именно я. Выходит, он знал, что капсула упадет к озеру и в ней будет Сигурд Морозов? Или, может, ее падение специально подправили, так, чтобы я оказался в нужном месте? Но почему кел был необходим именно я, а не любой другой землянин, тот же Эйрик?

Ответов опять не имелось. Только подозрение, что это связано с моей настоящей природой. С моим бессмертием и странными видениями. Ведь Белый Дьявол не смог забрать мое тело и в конце концов признал равным себе – что вообще не лезло ни в какие ворота! Я также смутно догадывался, что поспешное бегство в тело Мрака – следствие того, что вселенец первым понял, что его освобождение отнюдь не случайно, что нас ведет Вечность…

Жаль, что он не увидел эту Сагу. Может, узнал бы небесного кел, что вручил Эйрику золотое Семя.

Эйрик… Его я долго пытал на предмет того, что вообще произошло, откуда у него взялась золотая Сага, и почему он решил мне ее показать. Я даже подозревал в нем скрытого шпиона Вечности, но все оказалось гораздо проще. Ухмыляясь в рыжую бороду, Эйрик рассказал, что золотую Руну ему вручил Наблюдатель – вместе с повелением отдать ее мне, а произошло это уже после посадки Ростка, в промежуток, подозрительно совпадающий по времени с уходом Белого Дьявола! Сам Эйрик вовсе не собирался болтать языком – себе дороже раскрывать небесные игры Вечности, да еще вдобавок – свою маленькую тайну насчет Слова Любви…

Но с повелением Альфа-Разума не поспоришь. Выходило, что хранитель Единства хотел, чтобы я немедленно узнал эту историю. Наблюдатель – независимая сила, как говорил вселенец. Получалось, что он хотел предупредить землян о коварстве Кел? Наблюдатель на нашей стороне? Может ли это быть связано со сканированием и моим воскрешением в Сияющем Столпе?

Интуиция подсказывала, что да, может. Но конкретных ответов опять не было. Кроме одного, давно очевидного – я, мы все, наша колония и Народ Земли в целом – должны стать гораздо сильнее. Должны использовать любые способы для усиления – потому что грядущие вызовы могут нас просто смести, не заметив…

И варианты были, нам давали оружие! Золотое Древо, Домен Азимандии с кел-технологиями, таинственный Орден Истинных и Колония Альфа с проектом «Аврора». Мы должны использовать все, стать единым кулаком Земли, и первые ласточки уже прилетели – фермеры вернулись, объединившись с фригольдом.

Эйрик и его люди, кстати, не захотели переселяться в наши жилмодули. Да и мест для семейного клана с детьми и кучей питомцев, честно говоря, не хватало. Несмотря на потери, фригольд постоянно прирастал населением – много колонистов пришло в последней волне с «Хельги», из Шторма эвакуировали больше тридцати бывших пленников… В спальнях, мужских и женских, почти не осталось свободных мест.

Эта проблема решалась пристройкой новых модулей к общему комплексу, и все это было возможно, однако проблемы со сменой персонала репликаторов изрядно тормозили процесс. После полной ревизии как следует почищенное крыло производства только-только налаживало работу, перебои ощущались практически со всем. Поэтому Винсент разрешил Эйрику построить себе новый дом на восточном краю плато, неподалеку от гор, и отвел им места для полей, вольеров и пастбищ. Здесь, конечно, не было того простора и такой плодородной почвы, как в Море Трав, но под игг-светом юного Древа имелась определенная перспектива. Семейство Эйрика явно намеревалось обосноваться здесь надолго – я видел, с какой тщательностью они подходили к работе, вручную собирая из старых блоков лиора и древесника новое жилище. Пока оно стояло в строительных лесах, без кровли, но я уже видел, что дом будет очень похож на оставленный на ферме.

Эйрик привел с собой сто с лишним человек, среди которых было тридцать Восходящих. В основном – дерево и бронза, серебром был лишь лидер клана, однако вместе с ними количество землян со стигматами перевалило за восемьдесят человек! Это – уже серьезная сила, теперь у нас двадцать два боевых копья, что позволяло распределить и расширить фронт заданий. Но и дел, честно говоря, прибавилось – потому что под знаком Дикой Охоты отовсюду приходили дурные вести.

Обнаглевшие тавры ежедневно беспокоили Южный Пост, отчего там пришлось держать небольшой гарнизон. О свободных выходах в Море Трав вообще стоило забыть, там кишели табуны этих тварей, полностью перерезав сухопутную дорогу во фригольд.

Да и на территории колонии тоже было, мягко говоря, неспокойно! Дрейки атаковали даже взрослых людей на полях и горных фермах, поступали сообщения о нападениях скальных кархов, тварей вообще-то умных, осторожных и обычно сторонящихся человека.

Не далее как вчера мое копье сняло осаду с отдаленной и труднодоступной шахты оксидина, которую атаковали обезумевшие горные вараны, вынудив рабочих забаррикадироваться внутри. Тварей мы разогнали, фригольдеров эвакуировали, но на каждую точку же не поставишь охрану! Ходили слухи, что на восточных рубежах заметили прайд гигантопитеков – а этих опаснейших существ вообще не стоило подпускать к человеческим поселениям. Туда ушло в рейд два наших копья, известий от них пока не поступало.

И это мы, на минуточку, находились в хорошо укрепленном, укрытом среди горных цепей месте. Что творилось в поселениях на открытой местности, особенно небольших и слабо защищенных, мне вообще не хотелось представлять.

Меры, естественно принимались. Винсент приказал оборудовать новые посты и активно вооружал колонистов. Ношение оружия было вновь разрешено, а вот выход за пределы фригольда – запрещен, детей и женщин взяли под особый присмотр. Формировались новые копья, шел активный набор добровольцев, даже организовано дополнительное обучение для новичков, но все упиралось в количество Восходящих. Боевая группа может эффективно работать, лишь имея в составе минимум двух-трех бойцов с Рунами, земное оружие не всегда помогает против существ, содержащих Звездную Кровь…

– Лилия, есть вопрос, – обратился я к Фьюри, пока шли к куполам. – Ты ведь аврора. Скажи, когда ты… ну, в общем, если восстанавливаешь тело… после, кхм, летального исхода… ты ведь теряешь Звездную Кровь?

– Сэр, вы командир группы, но должны понимать, что директивы координаторов проекта запрещают мне разглашать такие сведения, – Фьюри, как обычно, когда нервничала, перешла на официоз. – Мне неизвестна степень вашего доступа. Обсуждать проект с теми, кто к нему не принадлежит, за исключением глав поселений, строго запрещено!

– Понятно, – вздохнул я, не ожидавший другого ответа. – Клятва?

– Извини, Сигурд, – чуть улыбнулась Восходящая. – Кстати, раз уж ты спросил. Мы с мисс Максвелл говорили с риксом о проекте. И о тебе.

Ого! Меня кольнуло нехорошее предчувствие, хотя этого следовало ожидать – шила в мешке не утаишь, Вероника и Фьюри должны были объяснить Винсенту Кассиди свое чудесное воскрешение. Он, как нынешний глава поселения, в принципе имел право знать – и о предложении Альфы, и о шпионах Вечности, и вообще обо всем, что рассказала Аврора Мартинс в своем послании. И, конечно же, зашла речь обо мне – как единственном, кто еще знал этот секрет. Вряд ли Максвелл решилась рассказать о вселенце – сам Белый Дьявол строго запретил это, однако о моем участии в битве с изгоями и гибели Кнута умолчать было невозможно – слишком многое не сходилось, а Восходящие умеют думать и сопоставлять факты.

Особенно когда дело касается золотых Рун…

– Доброго, Сигурд, – Винсент в командном отсеке кивнул мне на кресло напротив: – Садись, есть важный разговор. Фьюри, благодарю, ты свободна. Отдыхай.

Они в штабе были вдвоем с Вероникой Максвелл. Без знаменосцев, Миноса и Серены, отпустили Фьюри, охраны поблизости не было, и я слегка расслабился. В конце концов, мы все на одной стороне и мне тоже здорово надоело все это дерьмо.

– Ника, поставь Сферу Тишины и тоже иди, – велел Винсент. – Я хочу поговорить с Сигурдом наедине.

Вспыхнула Руна, окружившая нас зоной конфиденциальности. Мисс Максвелл послушно вышла, попутно ободряюще улыбнувшись мне.

Винсент Кассиди – крутой и опасный мужик, настоящий вождь, это не Вероника, при всем уважении к рыжеволосой интриганке. Его Атрибуты выше моих – сильное серебро! Он видит насквозь, соображает быстро, решает резко, ошибаться и тормозить нельзя.

Ну что ж, я давно ждал и готовился к этой беседе.

Но все началось не так, как я ожидал. Неожиданно подмигнув, Винсент достал из-под стола большую квадратную бутылку, а потом – два низких толстых стакана.

– Настоящий земной ром, – сказал рикс, разглядывая этикетку с желтым островом, черепом и костями. – Островная Латиника. Будешь?

Я не стал отказываться, хотя к алкоголю относился равнодушно. Но попробовать невоспроизводимый земной напиток, попадающийся лишь в премиум-наборах колонистов-экспертов, – святое дело. Толя Грохот задушил бы своими руками.

Коричневый напиток обжег небо, но спустя несколько мгновений разлился внутри приятным теплом. Винсент довольно крякнул и сразу налил по второй.

– Пей, муж моей дочери.

Мы выпили еще. Да, такое можно и не закусывать… Винсент немного расспросил о Травинке, о наших делах, о последнем выходе, обо мне и наконец перешел к делу.

– Мне рассказали о проекте «Аврора». Как я понимаю, ты тоже в курсе.

– Верно, – кивнул я.

– Какое отношение ты имеешь к проекту «Аврора»?

– Не знаю, Винсент. Возможно, никакого.

– Давай-ка без вывертов, Сигурд, – Винсент налил еще рома и поднял стакан, – не люблю все это дерьмо… Мы с тобой теперь родичи, это первое. И второе: я должен знать своих людей.

– Я и не собираюсь ничего скрывать, Винсент, – ответил я. – Мне тоже надоело все это дерьмо. Но ты должен понимать, что такое Клятва. Я не могу рассказать всего даже тебе.

Мы опять выпили.

– Хорошо, тогда давай так, – сказал Кассиди. – Расскажи то, что можешь. Я тебе верю – иначе не отдал бы дочь. Клянусь, все, что ты скажешь, – останется между нами.

– Тогда я лучше покажу.

Уходя, Белый Дьявол дал мне небольшое наставление. Исходя из него, я мог раскрыть часть наших общих секретов, недаром вселенец сказал «убеди своего рикса или сам стань риксом», однако выдавать саму суть Белого Дьявола по-прежнему было крайне опасно. Благоразумнее и надежнее для самой земной колонии, чтобы имя одного из Тысячи оставалось в тайне. Как и дороги, которыми он ходит.

Глядя на Винсента, я коснулся стигмата. Открыл Скрижаль. И изменил его настройки, сначала сделав свой ранг «деревянным». Потом изменил ранг Скрижали до серебра. А потом и свой ранг тоже.

– Как это возможно? – спросил Кассиди, сохраняя каменное выражение лица. – Это что, какая-то иллюзия?

– Это стигмат-обманка. Такими пользуются шпионы Кел. Я раздобыл его с помощью Восходящего, который помогал мне. В Вечности.

– В Вечности?! Как?

– Да. Он научил меня заходить туда дорогами Кел, минуя Чертоги Ожидания. Это можно сделать из Саркофагов Бесконечного Сна.

– Расскажи мне об этом Восходящем. Почему он решил помочь тебе?

– Боюсь, у него просто не было выбора, – ответил я. – Я случайно освободил его, и он поселился вот здесь.

Я постучал пальцем по виску, а потом вкратце рассказал об озере, пещере и склепе, о рунной защите, которую преодолел с помощью золотого семечка. О том, как капля его Крови сделала меня Восходящим без стигмата. О высших Восходящих, которых не видят низшие, имеющие наследственный изъян в крови, и о землянах, чья кровь чиста от него.

– Значит, он был незримым духом? – нахмурился Винсент. – Что-то вроде одержимости? Почему ты не рассказал сразу?

– Потому что он сказал, что Вечность убьет всех, кто узнает его тайну.

– Но ты рассказал ее мне, – усмехнулся Винсент.

– Сейчас он ушел, найдя другое тело. А перед уходом сказал, что я могу рассказать. Помнишь ту осанну из Храма Вечности, что я показывал тебе в Домене? Он понял, что его тайна известна, – и решил уйти своей дорогой.

– То есть этот Восходящий – враг Небесного Трона?

– Да, рикс. Враг Вечности и наш союзник.

– Куда он ушел и вернется ли?

– Я не знаю, рикс. Но он сказал, что наши пути еще могут пересечься.

– Знаешь, Сигурд, со стороны это выглядит так, что тебя тайно завербовал, поднатаскал и снабдил Рунами какой-то могущественный Кел, – прищурился Винсент Кассиди. – Зачем, с какой целью и что ему нужно – мы не знаем, да и ты сам можешь не знать, верно?

– Похоже, – согласился я. – Но будь так, к чему ему раскрывать себя, рикс? Он победил Азимандию, оставил мне часть ее Рун и Домен, который мы можем исследовать. Там есть Саркофаги Бесконечного Сна, которые открывают путь в Вечность. Там есть рунный конструкцион… там остались ее пленники.

– Я знаю, что там есть, – усмехнулся Винсент. – Я был там, доннерветтер! Домен этой суки доступен со всем содержимым?

– Да, он теперь полностью наш. Руна-Домен в моей Скрижали. Он сказал, что, разобравшись с Саркофагами, мы сможем сами инициировать Восходящих, безо всяких гвоздей, – решил я добить рикса.

– Я слышал о подобных вещах, – неожиданно кивнул Винсент. – Ладно. В Единстве много всякого дерьма. Давай еще по одной?

Мы выпили. В голове приятно загудело.

– Он обучал тебя, но действовал ты самостоятельно? – спросил рикс.

– Не всегда, часто он помогал, – признался я. – Честно говоря, я очень хотел от него избавиться.

– Почему?

– Он хотел забрать мое тело, но не смог. Мы постоянно… боролись. Он не такой, как мы. Очень древний и очень… страшный. Рикс, Азимандия чуть не обделалась, когда поняла, кто перед ней.

– Надеюсь, вы прикончили эту суку? – медленно произнес Винсент.

– Хуже. Он одолел ее и сделал своим Существом, а потом отнял все Руны.

– Буря! – Винсент ударил себя по колену, придя в восторг. – Хотел бы я это видеть!

– Боюсь, это не доставило бы тебе удовольствия. Это было очень… жестоко.

– Так ей и надо, доннерветтер! – пробормотал Винсент, вновь наполняя стаканы. – Вот кого точно не стоит жалеть! Она заслужила страдания, ты не представляешь, что я там видел… Давай выпьем, к черту эту тварь!

Мы еще раз выпили, ром был удивительно вкусный. Алкоголь – яд, и высокие Атрибуты Тела хорошо нейтрализуют его, поэтому Восходящего трудно перепить, но я ощутил, что даже меня слегка забрало.

– Ты мне веришь? – спросил я.

– Верю, – слегка заплетающимся языком ответил Винсент. – Не потому, доннерветтер, что ты мне тут наговорил… Я просто сам повидал в Единстве много похожего дерьма! Сам прошел через всякое… Видишь мой гвоздь?

Он задрал рукав комбинезона и продемонстрировал здоровенное волосатое предплечье с серебряной точкой стигмата. С виду – совершенно обычного.

– Вижу.

– Вот… А он ведь тоже непростой, буря! – погрозил мне пальцем рикс. – Не такой, как у тебя, но… Я получил его не в Храме, но об этом – тссс, Сигурд!

Я сосредоточился на его гвозде. Внешне все стигматы выглядели одинаково, но Белый Дьявол несколько раз упоминал, что «стигматы были созданы как оружие, которое старший вкладывает в руку младшего, открывая путь Восхождения, но Вечность сделала их рабскими оковами». Это означало, что стигматы, выдаваемые в Храме, были изменены, отличались от первоначальной задумки их творцов. Но что же такое у Винсента в запястье?

– Я могу посмотреть через Руну, рикс? – спросил я.

– Посмотри, посмотри, – разрешил Винсент. – Даже интересно, что ты там увидишь…

Да, под Истинным Взором имелось кое-какое различие. Разглядеть его просто так было невозможно, но теперь я видел, что на шляпке гвоздя Винсента не имелось клейма Вечности. Там, начертанный тонкими синими линиями, горел совсем другой знак.

Трехлучевая звезда.

Та, что вселенец называл странным словом «стелла».

– Орден Истинных? – спросил я медленно, пытаясь скрыть изумление.

– А, буря! Ты слышал о них! Я был там, в их летающей крепости, – он ткнул пальцем в потолок. – Когда-то нашел в Портале останки одного из них, поэтому дерьмо с говорящими призраками мне известно… Я под Клятвой, как и ты, поэтому не могу рассказать всех подробностей.

– Ты… принадлежишь к Истинным?

– Буря, нет! Но гвоздь мне дали там, и он – особый, хоть и не такой, как у тебя… Все, давай закроем эту тему.

– Мой Восходящий сказал, что мы должны найти путь в цитадель Истинных, – сказал я, – что они могут помочь. У тебя есть к ним дорога?

– Нет, давно нет, – мотнул головой Винсент. – Мои Руны забрала эта тварь… Кстати, раз вы очистили ее Скрижаль – не было ли там особой Руны?

– Какой именно?

– Значит, не было, – кивнул Винсент. – Ты бы запомнил. У нее особый ранг… Если еще встретишь своего друга, пусть спросит, куда Азимандия дела ее…

– Если я его встречу. Сдается мне, это будет нескоро.

– Что ж, твой рассказ объясняет все нестыковки в твоих… показаниях. Благодаря этому Восходящему ты выжил в Землях Теней, убил Ларссона, а потом его Руной – Огнезуба на ферме Эйрика, – подытожил Винсент. – Золотой Ястреб в твоей Скрижали?

– Да. Его он оставил мне, потому что Кнута я победил сам. Это был честный бой.

– Какие у тебя настоящие Атрибуты?

– Вся бронза, кроме Предвидения, закрыта. И две звезды серебра.

– Аспект?

– Дракон Звездного Света.

– Доннерветтер! Получается, учитывая Руны, сейчас ты сильнейший Восходящий фригольда.

Я пожал плечами – мол, не знаю, может быть, и рикс внезапно захохотал.

– Да уж… а дочка-то у меня не дура, – произнес он сквозь смех. – Знала, буря, за кого хвататься! Чуйка-то отцовская.

– Травинка ничего не знала, рикс, – улыбнулся я. – И почти ничего не знает сейчас.

– И это правильно, молодец, Сигурд, – Винсент внезапно вновь стал серьезен. – Такие вещи нужно держать в секрете. Ладно, я все понял. Насчет «Авроры», Домена и Саркофагов обсудим позже, вместе с Миносом. Без него не разберемся в этом дерьме. Думаю, он будет счастлив распотрошить Домен этой твари…

– Как скажешь, Винсент. Доступ туда я могу обеспечить в любой момент.

Бутылка уже опустела наполовину, и я ощущал себя гораздо лучше – но не из-за алкоголя, а потому что выговорился, сбросил с плеч груз тайны. Прятаться и скрывать свою суть надоело до чертиков! Кое о чем умолчал, конечно, например, о золотой Руне Переноса или подробностях победы над Азимандией, но это уже не играло роли. Главное сказано, Винсент Кассиди – рикс нашего фригольда, он должен быть в курсе моих возможностей, потому что будущее Народа Земли нам предстоит строить вместе.

– Атрибуты больше не скрывай, – сказал Винсент. – Серебро так серебро, пусть все видят! Будут спрашивать, скажешь, я купил для тебя Руны Развития у Наблюдателя. Ты ведь получил за Росток золотую награду?

– Так точно. Сто Монет и золотую Руну.

– Надеюсь, ты ее еще не выбрал?

– Нет.

– Хорошо. Руны священны для каждого Восходящего, и это – твоя ноша, я сам так сказал на тинге, – произнес рикс, внимательно глядя на меня. – Но Росток предстоит защищать всему фригольду. Это общее дело, доннерветтер! Понимаешь?

– Отлично, – кивнул я, прекрасно зная, о чем сейчас пойдет речь.

– Мы не можем разбрасываться золотыми Рунами. Все золото, что у нас есть, – у тебя, – продолжил Винсент. – Они твои, и никто не посягнет на них, ибо ты добыл их сам. Но я хочу обратиться к тебе с просьбой, Сигурд. Золотые награды выпадают очень редко, это огромная ценность – и эта Руна станет первой для землян. Справедливо будет, если твоя Руна станет служить фригольду. Этим, Сигурд, ты докажешь всему нашему Народу, что ты наш, с нами душой и телом, а не служишь своему Восходящему, кем бы, буря, он ни был!

– Тот Восходящий, – медленно заговорил я в ответ. – Всегда учил, что самое важное – Звездная Кровь. Еще он говорил, что золотом не делятся. Но я – не он, рикс! Я землянин, я фригольдер и часть нашего Народа. Я считаю, что важнее другое, и потому давно решил, что это золото станет моим даром фригольду. Я бы отдал ее и без твоей просьбы.

Я действительно давно так решил. Винсент прав – сейчас я был сильнейшим Восходящим колонии. Сам рикс, Эйрик и, возможно, Вероника превосходили меня Атрибутами и Навыками, однако количество и качество Рун в Скрижали явно склоняли чашу весов в мою сторону. И это вызывало жуткий дисбаланс, потому что среди земных Восходящих даже серебро было настоящей редкостью, большинство пользовались деревянными и бронзовыми Рунами. Нельзя ставить все на одного – Росток, как ни крути, придется защищать всем миром, и меня может не оказаться во фригольде в нужный момент. Поэтому золотая Руна должна стать символом и святыней, которая сплотит людей и даст им надежду. А я… найду еще золото. В Единстве или Вечности, благо Белый Дьявол показал дорогу.

– Значит, я не ошибся в тебе, – Винсент протянул мне руку, и наши ладони встретились в крепком рукопожатии. – И моя дочь тоже. Рад, что ты с нами, Сигурд.

– Но у меня есть условия, Винсент.

– О, это уже интересно, доннерветтер, – усмехнулся рикс. – Какие?

– Их два. Первое, ты поклянешься Наблюдателю, что будешь хранить в тайне все, что было сказано сегодня между нами. И второе, хранителями и владельцами этой золотой Руны станет моя семья. Ты, я, Травинка и наши дети, если они появятся. Ты сам знаешь, какой соблазн представляет золото, попав в чужие руки. Поэтому каждый Восходящий, кто возьмет ее, должен будет произнести Клятву возврата.

Винсент расхохотался и шутливо погрозил мне пальцем.

– А тот Восходящий хорошо тебя натаскал, – заметил он. – Мудрые слова, доннерветтер, мне это нравится! Хорошо, пусть будет так! Я принесу Клятвы. Выбирай Руну-Предмет, Сигурд.

– Почему именно Предмет?

– Ну, мы долго с Миносом голову ломали. Смотри – Свойство того не стоит, его можно купить у Наблюдателя, накопив сотню Монет. Умение или Навык бесполезны – ни у кого из нас нет золотых Атрибутов. Золотой Портал или Домен – эх, мечты-мечты, доннерветтер! Но нам не по зубам. Заклинание – уже очень интересно, однако требует чертову уйму Звездной Крови. Любого Восходящего хватит всего на пару-тройку залпов. Что еще – Существо? Золотое Существо – это мощная штука, спору нет. Но лотерея, вызов всего на час, а перезарядка долгая. Сага – для тех, кто готов рисковать. А мы не можем! Нам нужно оружие, причем такое, которое может использовать любой Восходящий. Предмет не имеет срока вызова, его легко передавать и, самое главное, – Винсент сделал паузу в своей необычно длинной тираде, – ты знаешь, что Наблюдатель выдает награды в зависимости от внешних условий задания?

– Наслышан.

– Тогда должен понимать, что Предмет будет связан с Древами и игг-излучением. А это – лучшее оружие против Червей. То что нужно, чтобы защитить Росток. Видел посох Иниэсс на тинге? Это тоже золотой Предмет…

– И у Народа Трав есть такой?

– Есть, – кивнул Кассиди. – У них кое-что другое, поинтереснее.

Его логика в принципе была понятна. Да, Руна-Предмет была оптимальным вариантом, хотя Белый Дьявол считал иначе. Однако эту Руну я должен был положить на алтарь земной колонии, и поэтому решение было абсолютно выверенным и здравым.

– Хорошо, рикс.

– Тогда выбирай и говори, что там.

– Прямо сейчас?

– А когда, доннерветтер? Когда собаки залают хвостами?

Я открыл интерфейс Восхождения и вызвал золотую награду. Лазурно-синее послание Наблюдателя и кружащие на его фоне символы роскошных сияющих Рун…

Восходящий Сигурд!

Выберите любую Руну (золото): Руна-Свойство, Руна-Предмет, Руна-Умение, Руна-Навык, Руна-Существо, Руна-Заклинание, Руна-Портал, Руна-Домен, Руна-Сага.

Ну что ж, пусть будет Руна-Предмет.

В следующий миг передо мной появились три варианта будущей святыни нашего фригольда.

Глава 2

Три золотых Руны. Все смотрелись великолепно, и я замер, внимательно изучая описание. Первая выглядела как стилизованный, окруженный сиянием рыцарский панцирь.

Нагрудник Светоносных (Доспех Светоносного, 1/4)

Руна-Предмет

Качество: золото

Активация: 120 капель Звездной Крови

Содержит Нагрудник Светоносных, созданный из измененного иллиума и излучающий благословенный игг-свет. Нагрудник неуничтожим для физического оружия, полностью блокирует энергетические и рунные удары. Является частью Доспеха Светоносных, созданного в дрейф-цитадели Нарсил для рыцарей Великой Охоты.

Время действия: нет

Время перезарядки: 1 древодень

Вторая Руна-Предмет формой отчетливо напоминала молот. И, судя по информации, им и являлась!

Игг-Молот (1/2)

Руна-Предмет

Качество: золото

Активация: 120 капель Звездной Крови

Содержит сияющий Игг-Молот, артефакт-оружие, способный уничтожать врагов Единства. Удар Игг-Молота сотрясает твердь Единства, вызывает мощную вспышку игг-света и способен проломить любую броню. Внимание: использование требует дополнительных затрат Звездной Крови. Активные способности: «Сияние», «Сотрясение Тверди». В паре с Игг-Поясом вдвое увеличивает свою мощь.

Время действия: нет

Время перезарядки: 1 древодень

А третья была длинным и тонким копьем с листовидным наконечником.

Копье Игг-Света

Руна-Предмет

Качество: золото

Активация: 120 капель Звездной Крови

Содержит светоносное копье, излучающее пронзающий луч игг-сияния, способный уничтожать противника на большом расстоянии.

Время действия: нет

Время перезарядки: 1 древодень

Рикс оказался прав – все три Предмета связаны со светом Великих Древ. И, несмотря на ранг и великолепие золотых Предметов, все было предельно ясно. Нагрудник – нам не нужен, это чисто защитная Руна, необходимая тем, кто, например, лезет в Гнездо Червей. Выбор стоял между копьем и молотом – и для меня он был достаточно очевиден.

– Молот, – выдохнул Винсент, когда я описал ему награды.

– Копье, – возразил я.

– Почему, доннерветтер? – сверкнул глазами рикс. – Молот сильнее!

– Ну все просто, рикс. Молот – для ближнего боя, копье для дальнего. Да, молот кажется мощнее, и, возможно, так и есть. Но, во-первых, придется рисковать, сражаться врукопашную, чтобы ударить противника, во-вторых, молот требует Звездную Кровь. Таким образом каждое применение будет делать тебя чуть слабее. Небесный Ястреб работает схожим образом… В общем, долго сражаться молотом не получится – а вот копье, наоборот, пассивно, и если луч игг-сияния достаточно дальнобойный, то мы сможем уничтожать Червей с безопасного расстояния. Или с воздуха – представь, можно спокойно выкосить целую армию этих тварей, сидя в винтокрыле или на летающем существе!

– В этом есть смысл, – Кассиди с некоторым уважением покосился на меня. – Дай подумать…

– Говоришь, у тебя есть летающий Аспект? – сказал он после минуты размышлений. – Тогда да, выбирай копье. И будем надеяться, что оно бьет достаточно далеко.

Спустя мгновение в моей Скрижали засияла новая Руна. Я вытянул ее, и она затрепетала на кончике пальцев, как диковинная золотая бабочка.

– Приноси Клятву и открывай Скрижаль, рикс, – сказал я, улыбнувшись тому благоговению, что появилось на лице Винсента Кассиди. – И пусть эта Руна хорошо послужит Народу Земли…

Золотое Копье презентовали Восходящим фригольда на утреннем брифинге. Такие собрания в штабном отсеке, где обсуждались дела, раздавались задания и принимались оперативные решения, были ежедневной традицией колонии и давно стали притчей во языцех. Как новоиспеченный командир копья, я обязан был присутствовать на каждом, и утренний зуммер стал моим привычным кошмаром, а за штабным столом уже появилось «свое» место. Обычно оперативки проводили Винсент и знаменосцы, и присутствовало на них от пятнадцати до двадцати человек – представители всех боевых групп, которые находились в фригольде. Я знал, что второй очередью идут совещания для производственников, строителей, сборщиков ресурсов, сельхозработников и ученых, у них были свои руководители и фронты работ, но мы, Восходящие, – самые ранние пташки.

Однако этим утром все было иначе, и я с трудом протолкнулся в штабной отсек – туда набилось не менее полусотни людей: Винсент оповестил все «крылья».

– Фригольдеры, у меня есть важная новость для всех, – сказал рикс, когда все собрались. – Сигурд, где ты там? Подойди сюда, доннерветтер!

Я протолкался вперед, и Минос уступил мне место слева от Кассиди.

– Все знают, что Сигурд нашел Семя и посадил новое Древо, – произнес Винсент, положив мне на плечо тяжелую руку. – За это деяние положена золотая награда от Наблюдателя. Вчера Сигурд получил ее…

Он открыл свою Скрижаль и вытащил Руну, а затем активировал ее, и в руке Кассиди материализовалось Копье Игг-Света.

Изящное и тонкое, длиной чуть больше двух метров копье было изготовлено из неуничтожимого иллиума и имело наконечник в форме заостренного древесного листа, который казался единым целым с древком. По золотой поверхности бежало плавное плетение узора, и, когда рикс сжал кулак, он засветился игг-сиянием, а на кончике острия вспыхнула недобрая янтарная звезда.

Толпа, заполнившая штаб, слегка отодвинулась – Восходящие слишком хорошо знали о смертоносных свойствах золота, однако вздохи и взгляды все сказали за них. Все были, мягко говоря, в приятном смысле поражены.

– Сигурд решил, что справедливо будет, если оно послужит фригольду, а не только ему. Он передал Копье мне, а я буду выдавать тем, кто пойдет на Червей или будет защищать наше Древо. Теперь у нас есть золото, люди!

Толпа взорвалась восторженными криками и аплодисментами. Золото – это действительно круто, несбыточная мечта для многих Восходящих, а большинство землян вообще впервые видели его блеск. Мне прилетело не меньше десятка единиц Славы, и стало ясно, зачем Кассиди устроил это небольшое представление.

– Мы со знаменосцами решили, что справедливо будет, если наш Сигурд не останется без награды, – продолжил Винсент, опираясь на золотое копье. – Поэтому он получил Руну Небесного Ястреба, о которой вы все слышали. Да-да, того самого Ястреба, что разгромил наш рейд в Шторме…

Он бросил короткий взгляд на Веронику и продолжил:

– Долго думали, кому ее отдать, ведь Ястреб – могучее оружие, но из всех нас только Сигурд обладает нужными пилотскими навыками. И для того, чтобы достойно справиться, Сигурд получил серебряный ранг. Так что у нас теперь есть не только золотая Руна, но и серебряный Восходящий…

Да, я уже не скрывал Атрибуты и ранг Скрижали, приведя их ложным стигматом в соответствие с настоящими. Мой фрейм в глазах окружающих сиял светлым серебром, и, с одной стороны, это было замечательно, но с другой – я стал четвертым серебром во фригольде, проведя здесь меньше цикла, тогда как многие старые Восходящие, вроде той же Серены, Миноса, Айса или Адаманта, до сих пор не преодолели бронзовый порог. Я ни с кем не ссорился, но зависть и злые языки – гарантированы, особенно учитывая мое родство с риксом. Винсент это тоже прекрасно понимал, поэтому во всеуслышание добавил:

– Чтобы не было слухов, что Винс Кассиди ставит мужа своей дочери вперед остальных, скажу сразу – на серебряные Руны Развития пошли Монеты из золотой награды Сигурда, а не те, что собираем мы все… Он добился этого сам, и фригольд должен быть горд, что у нас есть такой Восходящий!

Тут хлопки были пожиже, но парочку единиц Славы я все равно получил. Не так много оставалось до Титула «тана», который открывал новые перспективы. Тем временем слово взяла Вероника:

– Спасибо всем, что пришли. Это не секретная информация, вы можете рассказать своим подчиненным… А теперь приступим к брифингу. Попрошу всех, кроме командиров боевых копий, пройти на рабочие места.

Когда народ разошелся, началась обычная оперативка. Винс выслушивал короткие доклады, обсуждал со знаменосцами задания и назначал их боевым копьям. От той процедуры, что проходила во времена правления Максвелл, это практически не отличалось, потому что сам Кассиди когда-то и завел этот порядок.

Три копья – на шесть постов, охраняющих периметр фригольда, суточное дежурство. Еще два копья – на охоту, пополнение запаса мясной провизии. Два – на охрану бригад сборщиков Трав (я знал, что в одном отряде будет Травинка) и добытчиков экзоресурсов, еще два – на патрулирование горных ферм, работники которых жаловались на обнаглевших дрейков. Угрюмого послали отогнать пару скальных кархов, неожиданно появившихся у рудников, где добывали ферритовую руду.

Еще одно копье, захватив техника, отправилось в горы – проверять, что случилось с вокс-ретранслятором, обеспечивающим сеть во всем западном секторе наших владений. Было подозрение, что он не понравился какой-то твари, потому что сам по себе ретранслятор выйти из строя не мог.

Интересное задание поручили Фросту – его команда отправилась в пещеры у самого фригольда, где, оказывается, вчера пропали двое сборщиц мясных грибов. В обширной сети тоннелей, проделанных камнеедами, сроду ничего не происходило, эти места считались абсолютно безопасными. Но первые поиски, вечером и ночью, ничего не дали, и Винсент распорядился перекрыть выходы и отправил туда сильное боевое копье. Женщин нужно было найти, проход в мягкое подбрюшье фригольда замуровать, а если там вдруг завелась опасная тварь – уничтожить ее.

Уже не в первый раз я наблюдал, как руководство умело жонглирует боевыми копьями – слабые, недавно сформированные, получали наряды на охоту, дежурство, заставы или охрану сборщиков в более-менее спокойных местах. Их также часто назначали в поддержку более опытных команд, заставляя набираться опыта. Средние – таким было, например, копье Динамита – выходили на поисковые операции за пределами фригольда, устранение инцидентов и добычу опасных ресурсов, а сильные группы, укомплектованные опытными Восходящими с хорошими Рунами, выполняли самые рискованные, но и наиболее вкусные задания. Положение у них было привилегированное, их задействовали для обычных нужд разве что с целью дать немного отдохнуть.

Мое копье еще с легкой руки Вероники стало относиться к последней категории. И я понимал покойного Динамита – бросали нас в самую задницу, каждого выхода приходилось ожидать как на иголках. Вот и сегодня, почти все уже получили свои задания, а про нас речь еще не зашла – самое интересное Винсент, как всегда, оставлял напоследок.

– Винс, я прошу выделить мне рабочую группу и транспорт для раскопок скелета. Эти кости – ценный измененный А-материал, который можно использовать для создания Символов, и я считаю, что ядро, если оно уцелело, может иметь серебряный ранг…

Эту историю я тоже слышал. В одной из отдаленных горных пещер, добывая феррит, неожиданно наткнулись на скелет существа, больше всего напоминающего огромную змею. Длиной метров двести-триста и потенциально способную проглотить «Микадо». Что это, кто это, откуда оно взялось – всем было очень интересно, особенно Миносу и его подчиненным, которые теперь отвечали за создание Рун и рунных артефактов.

– Нет, Матиас! – отказал рикс. – Ты и твои люди нужны мне здесь. Пока сосредоточьтесь на производстве новых Рун из того, что есть в запасах. Они нам нужны, и нужны еще вчера! К тому же для тебя у меня есть более интересное задание. После того, как разберемся с текущей ситуацией…

Кажется, я знал, что это за задание. Домен Серебряный Замок. И знал, что доктор Матиас вцепится в него руками и ногами, но Винсент правильно делает, что не торопится, – тут нужна целая экспедиция в режиме строгой секретности.

– Теперь по группе Сигурда, – Винсент наконец-то нашел меня взглядом. – Первое, как продвигается подготовка второго пилота?

– Работаем, – коротко ответил я. Рикс в самом начале поставил задание в кратчайшие сроки подготовить дубль-пилота, а затем еще один сменный экипаж для «Грифона» – и это было абсолютно правильно, потому что позволило бы и разгрузить меня (быть единственным пилотом фригольда, охо-хо, тяжелая работа), и подстраховаться на всякий случай. Я в меру сил натаскивал Фьюри, и определенные успехи были, однако все это не так просто, да и времени не хватало.

– Какие сроки, Сигурд? Когда Фьюри сможет самостоятельно летать?

– Самостоятельно летать с помощью когитора и осуществлять посадки на подготовленные площадки, оборудованные вокс-маяками, она может прямо сейчас, – отчеканил я. – На простые горизонтальные площадки без вокс-маяков пока пятьдесят на пятьдесят, тут нам просто нужно отработать навык, это примерно месяц практики под моим присмотром. А вот посадка в нестандартных условиях, в пересеченной местности, и ручное пилотирование в сложных зонах я ей пока не доверю. Тут сложно сказать по срокам, и цикла может не хватить.

– Долго, буря! У нас нет столько времени, – с легким раздражением ответил Винсент. – Землю ешь, но ускорь процесс, ты мне скоро понадобишься в другом месте, а винтокрыл должен летать! И еще – у тебя в копье после ухода Травинки всего пять бойцов. Это совершенно недостаточно. Набери еще троих-четверых, может, даже пять человек, причем с прицелом на подготовку второй пары пилотов.

– Среди моих колонистов из Шторма есть парень-специалист, связанный с гражданской авиацией, – заметила Вероника Максвелл, перелистнув пальцем невидимую вокс-страницу, – Как его… Даниэль Арджент. Его можно задействовать.

– Да, бери его, остальных найдешь сам, тебе лучше знать, кто нужен в группу. Срок – трое суток. Ника, выдай ему доступ к разделу с био колонистов, – сказал Винсент. – Не подберешь никого, назначу я!

– Так точно, – кивнул я, на самом деле не слишком обрадованный этой идеей. Боевые группы в Шторме понесли большие потери, плюс было сформировано много новых, и всех достойных, подготовленных рекрутов уже давно выгребли. Конечно, желающих попасть в копье было хоть отбавляй, однако зачем нам балласт, который не усилит, а только ослабит команду? Обучать людей элементарным вещам абсолютно некогда! Один Грай, даром что Восходящий, только-только втянулся, а он ведь далеко не новичок, родился в Единстве с оружием в руках и ранее ходил с копьем Мрака…

– Теперь по заданию. У тебя сегодня дубль, – усмехнулся Винсент. – Первое, забросишь копье Ассоль в Расколотые Земли, центральная часть. Вот сюда…

Он открыл голографическую карту, отметил координаты и продолжил, уже обращаясь не ко мне:

– Ассоль, там светятся два задания. Оба на личинок, нужно закрыть полностью.

– Опять полезли, твари, – подала голос Ассоль, приглядываясь к карте. – Рикс, Сигурд с нами?

– Нет, он вас туда просто забросит и заберет завтра в полдень на той же точке. Если вдруг не заберет, выдвигайтесь сами к Змеиному Каньону. Там восемьдесят пять километров, дойдете, если что.

– По прямой, – мрачно оценила Ассоль. – Я знаю эти места, рикс! Там нет мостов через трещины, придется тащиться кружным путем.

– Может, и не нужно будет. А если и придется, то что? Мне сказали, что у тебя три десятка выходов в Расколотые Земли, – прищурился Винсент Кассиди. – Боишься, что не справишься, доннерветтер? Ну так я могу других послать за Звездной Кровью, а твоих – дерьмо камнеедов сторожить. Хочешь?

– Справлюсь, – не слишком довольным тоном буркнула Восходящая. Вообще, Ассоль была очень примечательным персонажем – двадцатипятилетняя симпатичная девушка с вызывающе розовыми прядями, одна из первых детей, рожденных землянами в Единстве. Она в восемнадцать заслужила гвоздь, а в двадцать – возглавила копье, состоящее из молодых диковатых отморозков. Одна из двух женщин, ставших командирами боевых команд, что многое говорило о ее характере. Ассоль недолюбливали – прямая до грубости, насмешливая и склочная, она обладала несомненным талантом выводить людей из себя. Но, надо сказать, считалась крутой Восходящей, а ее группа – лучшими скаутами фригольда. Очень плохо, что поддерживала Мрака, я знал, что и ее, и ее людей допрашивали, они были под подозрением в сговоре с изгоями, но – всех оправдали и отпустили, не найдя доказательств.

– Дальше, Сигурд, ты возвращаешься во фригольд и забираешь копье Эйрика. Штатная загрузка «Грифона» восемь человек, но ведь дюжину впихнем, доннерветтер?

– Да. Но это максимум, остальные только с нарушением техники безопасности и перегрузом, – предупредил я.

– Хватит, доннерветтер, – процедил Винсент. – Эйрик за старшего, твое копье на подхвате. Вы идете к Пику, туда, где главный лагерь тавров…

С помощью голографического стека он вновь открыл карту, и перед нами во всех подробностях выросла полупрозрачная проекция горы в Море Трав и прилегающей к ее склонам местности.

Она раскрасилась множеством алых точек, и Винсент пояснил:

– Наблюдатель показывает больше десятка заданий ранга бронза и дерево. Без четкой локализации, на уничтожение вождей тавров, на сокращение популяции, уничтожение тотемов и так далее. Вас это все не касается. Прямо в горе, вернее, под ней, высвечивается еще одно, серебряное задание…

– Это то самое место, где мы с тобой нашли те печати, Винс, – вдруг сказал Эйрик, тоже присутствовавший на собрании. – Пещеры, где полно каменных тараканов.

– Верно, – отрубил Винсент Кассиди. – Ты ведь так и не разобрался, что это?

– Мои люди там бывали, но Наблюдатель запрещал трогать печать, статуи и самих жуков, – неохотно произнес Эйрик. – Нет, не разобрался. Зачем трогать то, что лучше не трогать? Выходит, печать все равно взломали? Как называется задание, Винс?

– В том-то и дело, что никак, доннерветтер! – с досадой произнес Винс. – Знаки вопроса и серебряный ранг – все, что показывает Око.

– Так бывает, когда угроза новая, – качнул головой Эйрик, и Минос неожиданно подтвердил:

– Да-да, Винсент, я думаю, что у Наблюдателя просто отсутствуют нужные понятия. Возможно, земляне с таким еще никогда не сталкивались. При непосредственном контакте, аудиовизуальном обнаружении, подберется нужный термин… Интересно, что там?

– Вот это и предстоит выяснить. – отрубил Винсент. – Я так полагаю, что из-за этого дерьма тавры и лезут в наши края. Нужно разобраться, что там вообще, и заодно провести оценку сил противника в этом районе. Но на рожон не лезть, это рейдовое задание! Просто посмотреть, что это такое, – и назад.

– Если серебро сидит внутри горы, в тех пещерах, то просто посмотреть не получится, Винс, – ответил Эйрик, почесывая рыжую бороду. – Придется выманивать наружу или лезть туда самим…

– Вот поэтому идете вы и Сигурд, – ответил Винсент. – Лезть никуда не надо, повторяю! С воздуха вы неуязвимы, и у вас есть Существа, которые могут незаметно проникнуть внутрь.

Он явно намекал на Экзо-Шейда. Пожалуй, ассасин Наблюдателя с его скрытностью действительно мог пригодиться, как и маленькая Ночница, а еще у Фьюри была дозорная птица… Но, чтобы выпустить моих Существ, все равно придется подобраться совсем близко к Одинокому Пику!

– Задание сложное и опасное, поэтому я дам вам две Руны, – сказал Винсент, открывая Скрижаль. – Используйте их и будьте очень осторожны. Проблема с таврами у нас сейчас номер один, ее нужно решать!

Он дал Эйрику серебро, а мне бронзу. И Руна неожиданно оказалась очень знакомой – тот самый Глаз Небесного Змея, что мы выбили в Море Трав и Динамит держал в своей Скрижали, чтобы подарить мне, когда я стану Восходящим. Долгим же оказался этот путь – вероятно, Мрак забрал ее с тела Динамита, а Винсент – получил в числе тех немногих, что выпали из самого Мрака, когда он лишился гвоздя…

Глаз Небесного Змея

Руна-Умение

Качество: бронза

Активация: 6 капель Звездной Крови

Наделяет зрением Небесного Змея, значительно обостряя существующие способности. Позволяет видеть в недоступных человеческому глазу диапазонах.

Время действия: 2 часа 24 минуты

Время перезарядки: 1 древодень

Таймер активации: готова к активации

Хорошая штука, особенно для пилота в условиях бесконечного горизонта Единства. А если совместить с Истинным Взором, то может получиться очень интересная комбинация. Но нужно опробовать на практике, и, похоже, сегодня мне представится такая возможность.

А тавры – да – стали настоящей проблемой. Они вынуждали держать на Южном Посту четыре копья – Адаманта, Айса, Ноя с усилением из людей Эйрика – и полностью перекрыли нам доступ во внешний мир. Это никуда не годилось! Проблему с таврами необходимо было решить, потому что, судя по данным разведчиков, их становилось все больше и больше. И мигрировали они именно к Одинокому Пику, как будто их туда что-то тянуло, как магнитом.

Странное задание Наблюдателя подтверждало, что с этим делом нечисто. Там что-то происходит…

Ну что ж, проверим…

Глава 3

Напоследок нам раздали подписанные конверты, по одному на копье. Глядя на заботливо выведенное знакомым почерком «Сигурд» (с небольшим сердечком), я не смог удержаться от улыбки. Внутри оказалось пять голубых, приятно пахнущих травами пилюль – по одной для каждого из моих Восходящих. Сделано Травинкой, которая сейчас разрывалась между медкомом и лабораторией, пытаясь заменить Говорящую-с-Травами. И это ее первая самостоятельная работа – травяные таблетки, ускоряющие регенерацию и восполняющие одну-две капли Звездной Крови. Не с таким мощным эффектом, как у фламиники, но лиха беда начало.

А затем мы получили снаряжение и отправились в Расколотые Земли «забрасывать» Ассоль. Зона выполнения задания по прямой находилась всего в сотне километров от фригольда, поэтому первая часть нашего «дубля» выглядела плевым делом.

В копье Ассоль – семь человек. Четверо Восходящих, считая ее, и все бронза. Молодые ребята, но уже битые рейдеры и, что примечательно, исключительно парни. Примадонна в окружении свиты, Ассоль крепко держала эту компанию в своих руках. Чем-то они все напоминали Свирель, но та была полноценной землянкой, выходцем из уличных банд киберполиса, а эти вообще не знали иного мира, с молоком матери впитав законы Единства. Таких становилось с каждым годом все больше, и уже подрастали представители третьего поколения, чьи родители никогда не видели Землю. Что произойдет с нами еще через двадцать-тридцать циклов, когда рожденных здесь станет больше, чем землян? Да, колонисты все еще массово падали с «Хельги», но я уже убедился, что выживает здесь не самый сильный или умный, а наиболее приспособленный…

Я высадил отряд Ассоль на большом высохшем плато в паре километров от области задания.

– Не страшно тебе ночью будет? – подколол ее Грохот на выходе. – С шестью мужиками в одной палатке, на?

– Хотя бы сегодня почувствую себя королевой! – насмешливо фыркнула Ассоль. – Во фригольде на каждого мужика шесть девок, а тут у меня одной шестеро кавалеров! А что, завидно стало? Так оставайся, я поделюсь мужиками.

Толя Грохот ответил в том смысле, что поделиться с ней может одной-единственной штукой, которая тоже без костей, как и язык Восходящей, но Ассоль вместе со своими отморозками только расхохоталась в ответ – ее обменом скабрезностями было не смутить.

– Толя, хватит… А почему Ассоль? – спросил я, пытаясь погасить перепалку. Странный позывной Восходящей, в миру Патриции Эванс, вызывал смутные ассоциации, но я никак не мог поймать их за хвост. – Это ведь что-то из земной культуры?

– Ага! Начиталась в детстве всяких глупых романов, – тонким голосочком издевательски протянула Ассоль. – Но паруса на горизонте не появились, а серебряный мальчик с золотой ложечкой упал не на меня.

Она нагло усмехнулась, глядя мне в глаза и вызывающе выпятив немаленькую грудь.

– Ничего, может, еще повезет, – ответил я.

– Кому везет, те дочек риксов трахают и золотые Руны в подарки получают, – не осталась в долгу Ассоль. – А невезучие годами личинкам в каньонах булки раздвигают… Ладно, пошли, парни!

– Удачи вам, – сказал я, приняв решение не вступать в перепалку и пропустить колкости мимо ушей.

– Не опаздывай завтра, Сигурд! – прыснула она не оборачиваясь. – Я так хочу увидеть твои… паруса!

Вот ведь язва. Завидует и даже немного озлоблена. Что ж, Ассоль можно было понять – после семи циклов Восхождения она все еще на бронзовом ранге, а я взлетел до серебра стремительной ракетой. Конечно, такие как она полагают себя честными трудягами, черной костью земли, а меня – счастливчиком, родившимся с золотой ложечкой во рту. Тут ничего не докажешь, проще выбросить из головы и забыть.

Эйрик и его люди в полной выкладке уже ждали на посадочной площадке. Тоже семеро и снаряжены неплохо – земные комплекты бета-ранга, почти у каждого Предметы, содержащие Звездную Кровь. Нескольких Восходящих я знал – Бен, муж медкома Венди, Рэй, младший сын Эйрика, а также Людмила, его темноволосая красавица-жена. Из Сайберии – я слышал, как Грохот говорит с ней на раше. Прямо семейный подряд, да и только. Еще в копье фермеров были темнокожий Байо, молчаливый Джимми Райнерс и Победитель Варгов, абориген Народа Трав, давным-давно примкнувший к фермерам.

– Сигурд, как вы думаете лететь? – сразу приступил к делу Эйрик. – Можешь вывести маршрут?

– Нет, так не годится, – сказал он, изучив проложенный Фьюри путь. – Мы всю орду на уши поднимем. Смотри, лучше сделать большую петлю и зайти над предгорьями, вот с этой стороны… Может, и проскользнем незаметно, если повезет.

– Хорошо, а дальше?

– Дальше надо высадиться здесь, – он ткнул пальцем в один из уступов Одинокого Пика. – Я сориентирую тебя, есть там пара площадок. «Грифону» места должно хватить, ты, говорят, пилот отменный. Наверху сплошные скалы, вряд ли тавры будут ноги ломать, они горы не любят, уж я-то знаю. Однако есть козьи тропы вниз, к пещерам. По ним запустим Существ… Понял?

План выглядел вполне разумным. Облететь по широкой дуге Одинокий Пик и зайти с условного северо-запада под прикрытием скальных предгорий – был шанс, что тавров там не будет. Высадиться на «плече» горного великана и отправить на разведку наших помощников. Если что, всегда можно сняться, быстро взлететь и сделать ноги.

– У меня возражений нет.

– Вот и хорошо. Полетели!

По прямой от фригольда до Одинокого Пика – недалеко, однако решено было сделать широкий крюк. Поэтому я, слегка хулиганя и красуясь, повел винтокрыл горами, ныряя в ущелья и проносясь под каменными арками. Потом, вспомнив слова Винсента, переключил ручное управление на Фьюри и, продолжая страховать ее, расспросил Эйрика о тех самых пещерах.

Одинокий Пик земляне исследовали еще в пору, когда колония только была основана, а Эйрик был знаменосцем Винсента и не помышлял о собственном клане. Они искали экзоминералы, Травы и Звездную Кровь – и наткнулись на скрытый пещерный комплекс в одном из отрогов пика. Его населяли каменные жуки – старшие братья тех мелких тварей, что в изобилии водились в Единстве. Они содержали Звездную Кровь, имели бронзовый ранг, но – вот странность – оживали, лишь когда в пещеры входил кто-то посторонний, все остальное время проводя в виде замерших, как будто окаменевших статуй.

Жуки атаковали всех пришельцев, словно охраняя это место. При попытке дать отпор за любое убийство Наблюдатель штрафовал Славой, предупреждая, что трогать этих существ не стоит. Земляне-Восходящие уже знали, что дальнейшая конфронтация вызовет лишь повышение ставок – Альфа-Разум мог объявить задание на защиту жуков, а затем и награду за уничтожение самих агрессоров, – поэтому прекратили охоту, сочтя этих существ чем-то вроде сторожевой Руны. Однако любопытство все равно снедало, а человеческая хитрость не знает преград, и Эйрик с Винсентом нашли способ скрытно проникнуть внутрь.

В глубине пещер они обнаружили печать. Эйрик не смог подобрать другого слова, чтобы описать круглую штуку, закрывающую горловину входа в вертикальный колодец. Печать явно была изготовлена давным-давно сильными Восходящими, ее украшали странные глифы и письмена, ассоциируемые с Народом Кел. Возле нее, как будто склонившись, застыли три совсем больших статуи-жука, которые тоже начали оживать, стоило землянам попытаться поподробнее исследовать эту штуку. И ранг у них оказался серебряный – а это уже выглядело совсем худо.

Нервная реакция Наблюдателя, серебряные твари и зловещая печать, под которой явно кого-то (или что-то) замуровали, не вызывали энтузиазма, поэтому колонисты убрались подобру-поздорову, отметив это место как одну из опасных загадок Круга. Таких мест, на самом деле, хватало, поэтому особенного ажиотажа не возникло, а постепенно – все и вовсе забылось. Люди Эйрика иногда охотились поблизости, однако больше никогда не углублялись внутрь пещерного комплекса. Народ Трав тоже что-то знал об этом месте и обходил его стороной, предупредив землян, что лезть туда не следует.

– Жуки, скорее всего, стражи, а вот что они охраняют – вопрос, – задумчиво сказал я, выслушав эту историю. – Думаешь, оно вырвалось на свободу?

– Чую, что печать сломана, – ответил Эйрик. – Иначе почему тавры идут к горе со всего Моря Трав? То, что вышло оттуда, одолело трех серебряных стражей и много бронзы…

– Задание серебряного ранга, значит, оно тоже не выше серебра.

– Серебро бывает разное, Сигурд, – насмешливо посмотрел на меня Эйрик. – Сколько всего серебряных Атрибутов?

– Двадцать семь.

– На самом деле больше, я-то знаю, но не суть, – проворчал Эйрик. – Двадцать семь Атрибутов – это двести семьдесят серебряных звезд, не считая Навыков. Даже если развивать что-то одно, не переступая золотой порог, – это девяносто звезд…. Ты ведь тоже серебро, Сигурд. Но сколько у тебя звезд?

– Две, – не стал я лгать.

– У меня – тридцать две. У Винса – около полусотни. У Ники – четырнадцать… Как ты думаешь, есть разница между тем, у кого две серебряных звезды, и тем, у кого их двести?

– Думаю, огромная, – после недолгого молчания ответил я.

– То-то и оно! Серебро бывает разное, Сигурд. Чуть сильнее бронзы – и почти достигшее золота…

Эйрик безжалостно приоткрыл мне длину пути, который предстоял Восходящему. Да, только став серебром, начинаешь понимать, как долог путь до золота и почему оно имеет огромную ценность для любого Восходящего. Человеческой жизни может не хватить, чтобы дотянуться…

И еще сейчас я жалел, что рядом нет Белого Дьявола. Он правил сердцем этого Круга и наверняка знал, кто похоронен под печатью, что собой представляет и как с ним бороться. Он бы наставил и предостерег, пусть даже в своей пафосно-саркастической манере… А теперь нам предстоит набивать шишки самим – и это, оказывается, гораздо труднее…

Когда мы повернули в Море Трав, начиная описывать большую петлю вокруг Одинокого Пика, Фьюри выпустила в десантный люк свою дозорную птицу – она полетела кратчайшим путем, чтобы дать нам обзор окрестностей, а я активировал Руну Глаза Небесного Змея. Делал это с некоторым опасением – все-таки для пилота даже в нейрошлеме зрение штука крайне важная, кто знает, как его изменит новое Умение. Смогу ли я полноценно управлять винтокрылом? На крайний случай имелась Фьюри… однако опасения оказались беспочвенными.

Отличная Руна, хотя и всего лишь бронза! Глаз Небесного Змея невероятно обострил зрение, позволяя мысленным усилием приближать и отдалять фокус зрения, подобно тому, как работают оптические приборы, но гораздо эффективнее. Привыкание и «настройка» заняли некоторое время, но результат того стоил. Очень удобно! По сути, эта Руна заменяла целый наблюдательный комплекс, потому что позволяла на расстоянии визуального обзора (а с высоты оно очень велико) обнаружить цель в разных спектрах – тепловом, энергетическом, ультрафиолетовом и других, земного названия которым я даже не знал. При этом я в любой момент мог вернуться в свой обычный режим. А сосредоточившись, при желании, мог «навести резкость» и разглядеть листик на кроне облачного дерева в паре километров от нас или проследить за движением пичуги, порхающей меж его ветвей. Пожалуй, эта Руна была бы отличным подарком для любого снайпера, разведчика и пилота – лучшее приобретение за последнее время.

Окрестности Одинокого Пика шевелились. Там, на взбегающих к плечам заснеженного великана пологих склонах, горели тысячи огней, в воздух поднимались башни дымных столбов, в облаках пыли передвигалось множество черных точек. Тавры пребывали в каменном веке, но они не были совсем уж неразумными дикарями – знали огонь, примитивные инструменты и оружие, поклонялись странным тотемам. Среди орды, которая стянулась сюда, было множество измененных и альфа-вожаков, я видел искорки их Звездной Крови, а Наблюдатель по приближении начал скидывать задания, о которых говорил Винсент.

Сокращение популяции. Уничтожение тотемов. Ликвидация диких Восходящих и альфа-шаманов. Сбор каких-то артефактов и прерывание каких-то ритуалов… Много всего, но я не вдавался, потому что выполнять их сейчас не планировалось. Одновременно птица Фьюри достигла цели и, паря на большой высоте, начала снабжать нас ценными разведданными. Восходящая, полузакрыв глаза, бомбардировала вокс-канал донесениями, и новости оказались не самыми лучшими.

Тавры обложили Одинокий Пик тройным кольцом. Десятки лагерей, сотни больших и малых табунов, тысячи и тысячи особей. Мы знали, что их много, но даже не представляли насколько – а ведь Фьюри видела лишь часть. Стоило принимать в расчет, что множество банд резвились в Море Трав на свободной охоте… Пожалуй, картина складывалась удручающая – при желании эта орда может захлестнуть Южный Пост с несчастной сотней гарнизона, просто завалив его телами, и никакое земное оружие их не остановит…

– Откуда их, сука, столько? – выразил общую мысль Грохот, и Эйрик ответил:

– Будет больше… Они идут сюда со всего Моря Трав, от Стены, от самих Холодных Берегов…

– Значит, можно всех за один раз угандошить, на… Здесь бы пары звеньев боевых флаингов за глаза хватило. Или ракетным залпом накрыть эту кучу!

Но у нас не было ни эскадрильи бомберов, ни артиллерии, ни тяжелых ракет. Только рейдовый «Грифон» и дюжина людей внутри, которым предстояло разобраться, что привело сюда «эту кучу».

Эйрик оказался прав – с северо-запада лагерей тавров было гораздо меньше, высокие предгорья одного из отрогов пика разрывали их кольцо. Я зашел со стороны Великого Древа и набрал максимальную высоту, пытаясь маскироваться редкой облачностью. С земли винтокрыл должен казаться точкой в небесах – оставалось надеяться, что эти твари не привыкли ждать опасностей сверху.

И мы проскочили незамеченными – по крайней мере, острокрыл Фьюри фиксировал, что никакого оживления в ближайших лагерях не возникло. Одинокий Пик занял весь обзор, стремительно приближаясь, внизу мелькнули сине-зеленые, а затем серые со снежными пятнами скалистые склоны. Эйрик и Победитель Варгов прилипли к экранам камер – и наконец указали место для посадки.

Чем хорош винтокрыл? Он может садиться и взлетать с любой поверхности: на склоне, леднике, на трясущейся штормовой палубе или песчаной дюне, – было бы за что зацепиться когтистым лапам псевдоупоров. Мне пришлось постараться, конечно, но со стороны показалось, что я лихо развернулся над заснеженным плечом горного великана, сбросил скорость – и мастерски посадил «Грифон» на каменистый пятачок, вписав аппарат между высоких острых скал.

Фьюри завистливо вздохнула, а экипаж одобрительно загудел.

– Профи, на, – философски заметил Грохот. – Мастерство не пропьешь. Командир, открывай аппарель…

Люди Эйрика и мои бойцы высыпали наружу, закрепляясь на позициях возле летательного аппарата, за скалами. Наверное, напрасно – очень высоко, лагеря тавров далеко внизу, а склоны вокруг – почти отвесные. Действительно: только козы и пролезут…

Я покинул винтокрыл последним, оставив внутри Фьюри – глушить импеллер не стоило, и даже начал сомневаться, сумеет ли мой Шейд спуститься. Точка интереса, наш пещерный комплекс, находилась примерно в тысяче метров внизу и в паре тысяч правее… Я включил Биолокацию, но туда она не дотягивалась, а скалистые отроги закрывали прямой обзор.

– Вокруг все чисто, – проворчал Эйрик. – Давай запускать Существ, Сигурд.

– Сначала ты, мои пойдут следом.

– Не выйдет, Винс дал мне невидимку, – покачал головой Эйрик.

Он открыл Скрижаль, и оттуда выпорхнула серебряная Руна. Она обратилась очень знакомым Существом – летающей шпионкой Пикси, которую использовала Говорящая-с-Травами, а мы с Травинкой как-то поймали и засунули в бутылку! Как там зовут эту мерзавку? Сильви?

– Привет, – ласково сказал Эйрик, держа ее над открытой ладонью. – Я Эйрик Мастер Зверей. Помнишь меня? Сегодня ты служишь мне.

Я не расслышал ответа, но Эйрик улыбнулся – как улыбаются бородатые великаны – и зашептал:

– Да, я тоже тебя люблю, Сильви. Слушай внимательно, что нужно сделать…

Я тоже слушал, что он говорит, и запоминал, а потом материализовал своего Экзо-Шейда. Хищный силуэт ассасина Наблюдателя вызвал внимательные взгляды. Сейчас задание как раз по его профилю: скрытно и бесшумно проникнуть и при возможности устранить цель. Слабая надежда, но почему не попробовать? Была одна проблема – я не могу видеть его глазами, Существо не приспособлено для этого, поэтому на бело-золотое плечо Шейда села маленькая черная Ночница. Она будет моими глазами и ушами…

Крылатый силуэт Пикси исчез за каменной грядой. Я повторил приказ замершему Шейду, и он тоже накинул плащ скрытности, а затем метнулся вниз. Перемещался экзо бесшумно и не оставляя следов, так что можно было надеяться, что легко проскользнет мимо не слишком-то сообразительных врагов. Я подключился к странному зрению Ночницы, глядя на мелькающие скалы. Серое, зеленое, опять серое – Шейд двигался очень быстро, и я даже начал опасаться, что он обгонит Пикси, а это было нежелательно. Однако этого не произошло – крылья все-таки быстрее ног, и Сильви оказалась у пещеры первой.

Я увидел вход – треугольный темный провал, исчезающую в нем Пикси и лохматые силуэты тавров на почтительном отдалении. Там шел какой-то мерзкий ритуал с кострами, костями и подвешенными расчлененными тушами, но он лишь мелькнул в поле зрения, когда Шейд проскользнул мимо.

Внутри… сначала было темно, а затем появилось странное зеленоватое свечение, которое источал клубящийся… туман? Стали видны окаменевшие куски многоногих тел и трупы быколюдей, словно… вывернутые наружу? Здесь, видимо, шел бой, тавры уничтожили стражей? И кровь, много крови, она покрывала пол и стены, и мне даже стало нехорошо от ее обилия.

Что за дерьмо тут происходит?!

Шейд быстро миновал несколько залов и оказался на пороге самого большого. Я сразу понял, что именно здесь находилась та печать, потому что над открытым колодцем, источающим туман, среди монструозных расколотых статуй клубилось нечто… очень странное. Оно напоминало шарообразный сгусток неприятного изумрудного света, движущийся, живой, в глубине которого проступало множество непонятных, меняющихся, как будто призрачных силуэтов. Именно оно и являлось источником свечения и сердцем тумана.

Я видел его всего пару мгновений. Впереди внезапно вспыхнул зеленый язычок пламени, в котором корчилась горящая Сильви. А затем туман ожил, как будто став живым и твердым, остановил и спеленал Шейда и смел Ночницу с его плеча.

Хруст! Перед глазами Существа полыхнул зеленый огонь, и меня толчком швырнуло назад, оборвав связь. Руна Ночницы в Скрижали треснула, приобретя статус сломанной, и то же самое спустя пару мгновений произошло с Экзо-Шейдом.

– Пикси минус, – раздался напряженный голос Эйрика. – Сигурд, что твои Существа?

– Оба сломаны, – выдохнул я, пытаясь понять, что увидел.

– Успел что-нибудь разглядеть в пещере?

– Зеленый туман внутри и какую-то призрачную тварь или тварей. Хрен его знает, что это такое!

– Внимание, тревога! – на вокс-канал ворвалась Фьюри, находящаяся в винтокрыле. – Тавры пришли в движение! Также наблюдаю глазами птицы интенсивное зеленое свечение в точке интереса. Наблюдаю… зеленое туманное облако, выходящее из пещеры… Оно двигается в нашем направлении… со скоростью…

Фьюри на мгновение замолчала, а потом доложила:

– Контакт с птицей потерян. Руна сломана.

Мы одновременно взглянули в сторону каменной гряды, где только что отчетливо мигнула изумрудная зарница. Уже было хорошо видно зеленое свечение за отрогами. Эта тварь, кем или чем бы она ни являлась, плевать хотела на игг-свет. И, кажется, она шла по наши души.

– Думаю, пора уходить, Эйрик! – произнес я. – Лучше посмотрим с высоты…

– Отец? – Рэй коснулся плеча застывшего Эйрика.

Рыжебородый тан отнял кончики пальцев от висков. Он открыл глаза – в зрачках таял отсвет изумрудного пламени – и пробормотал вполголоса:

– Сильное, древнее, неживое. Не зверь, не слушает, не останавливается…

Он вдруг покачнулся, и Рэй тут же подпер отца плечом, а Бен подхватил под руку и поволок к открытой аппарели винтокрыла. Ждать было больше нечего, и я скомандовал остальным:

– На борт, быстро! Фьюри, готовь взлет!

Зеленое свечение внизу разгоралось все ярче. А зашифрованное задание Наблюдателя наконец-то покрылось серебряными буквами…

Глава 4

– Взлет, Фьюри! – приказал я, прыгнув в пилотский ложемент. Задняя аппарель еще закрывалась, но все уже находились на борту и поспешно пристегивались. Эйрику помогали его люди – что-то с ним было не так…

– Я, сэр?! – ужаснулась Восходящая – с таких сложных площадок ей не доводилось стартовать, тем более в обстановке, приближенной к боевой, однако где и когда еще учиться? Риска не было – я в любой момент мог перехватить управление.

– Нет, гранд-координатор! Давай!

Второй пилот подчинилась. Винтокрыл согнул упоры, сделал несколько аккуратных шагов, разворачиваясь к краю, – и упругим толчком взмыл в воздух. Мои пальцы лежали на стике, но помощь не понадобилась, Фьюри вовремя дала импульс, задавая нужную тягу и вектор движения аппарата. Хорошо, молодец, научилась…

Я вдруг обратил внимание, что на браслете криптора и А-индикаторе «Грифона» мигает голубой огонек, означающий присутствие азур-излучения, А-энергии (или как там называется эта штука, связанная со Звездной Кровью). Сами Руны обычно не вызывали срабатывания, но, когда выплескивались мощные рунные эффекты или происходило какое-то неупорядоченное взаимодействие, на индикаторах появлялся предупреждающий сигнал. Что любопытно, определяющими А-энергию приборами были оснащены многие устройства с «Хельги», хотя в штатную комплектацию, я точно это помнил, ничего подобного не входило. Получалось, что создатели проекта «Космо» знали, что колонисты столкнутся с А-энергией… Но откуда и почему?

Как бы там ни было, зеленая хтонь из пещеры фонила Азур, и фонила неслабо! Когда мы перемахнули отрог, стремительно набирая высоту, внизу наконец-то стал виден источник свечения. Он преодолел уже треть расстояния до места, где мы только что находились, и выглядел как пузырящийся сгусток зеленой мари, сердцевина которого мерцала мрачным, неприятным светом. Он еще и форму менял, выпуская щупальца-рукава из сияющего тумана, быстро ползущие по каменистым склонам. Экипаж активно делился впечатлениями:

– Сука, что это за хрень? У меня от нее глаза заболели…

– Она оставляет эктоплазменный след!

– Вот это, мать его, клякса! Командир, вжарь по ней зажигательными!

– Отец, что с тобой? Отец?!

К счастью, мы расшифровали задание, а значит – выполнили приказ Кассиди. Но ничего яснее не стало, по крайней мере, мне:

Задание Наблюдателя Единства!

Восходящие! Уничтожьте, плените или лишите сил??? Пожирателя (соответствие термина 70 %), представляющего огромную опасность для Народов Единства. Поместите его??? под Печать Единства на территории «Одинокий Пик».

Внимание: при утрате, игнорировании, нецелевом использовании?????? Пожирателя последует наказание.

Награда: Слава

Награда: 50 капель Звездной Крови

Награда: 50 Звездных Монет

Награда: Руны (качество: серебро)

Наказание: Позор

Однако задание косвенно намекало на высокую опасность. Я таких еще не видел. Много деталей – во-первых, не «Восходящий», а «Восходящие», во-вторых – награда, пятикратно увеличенная от стандартного серебра. И даже не «Руна», а «Руны» – значит, их предполагалось несколько штук. Все это с большой долей вероятности означало, что выполнить его может только группа Восходящих. А Гнездо Червей – выходит, доступно и для одиночки? Странно! С другой стороны, я как раз в одиночку его и спалил…

Памятуя о гибели дозорной птицы, я приказал Фьюри отдаляться и набирать высоту на максимальной скорости – мы не знали, какими способностями обладала эта тварь. Пожиратель, надо же… Мы промчались над взбудораженными лагерями тавров, оставляя Одинокий Пик и зеленое сияние за кормой.

Благодаря круговому обзору камер и Глазу Небесного Змея я прекрасно видел, что там происходит. Аморфная зеленая хрень внезапно изменилась, разрастаясь и обретая форму. Она превратилась в огромного мерцающего призрачного всадника… нет, не всадника, а нечто вроде быкотавра, только совершенно чудовищного. Его облик постоянно менялся, как будто туман жил своей собственной жизнью, вспыхивая то странными зеленоватыми глифами, покрывающими туловище, то плавающими внутри фрагментами костей и черепов, сменяющихся очертаниями когтистых лап и оскаленных пастей. Закрученные рога, два мерцающих зеленых глаза… призрачное чудовище поднимало туманную руку, в которой формировалось что-то вроде… лука?

Оно целилось в нас, хотя винтокрыл находился уже в десяти километрах и стремительно удалялся!

– Фьюри, противоракетный маневр! – видя, что сзади разгорается яркая зеленая звезда, я без предупреждения перехватил управление, потому что сейчас медлить никак не стоило, отстрелил фантомы и бросил «Грифон» вниз, меняя траекторию полета. Смысл такого маневра в неожиданном изменении высоты и вектора движения и выходе из зоны поражения на форсаже или резким разворотом. Выполнить его способен только подготовленный пилот, и я справился – винтокрыл послушная машинка, однако то, чем по нам били, не имело никакого отношения к оружию класса «земля-воздух» или «воздух-воздух», на уклонение от которых и рассчитан этот маневр.

Это было нечто вроде длинной зеленой молнии. Или пульсирующей энергетической нити. И плевать оно хотело на тепловые голографические фантомы, изменение высоты и скорости, а также прочие дурацкие фокусы.

Ударила прямо в нас, и я на мгновение оглох и ослеп, а приборы, и виртуальные, и аналоговые, полностью вырубились. Изумрудное пламя захлестнуло остекление, за бортом что-то пронзительно зашипело, звук работающего тилтротора прервался резким хлопком, и «Грифон» куском мертвого железа понесся к земле.

В такие секунды решает только реакция пилота. Нейрошлем сдох, когитор не подавал признаков жизни, и я почти машинально переключился на полностью ручной режим, поворотом ключа пытаясь перезапустить заглохшие – сразу оба, сука, – двигатели! Подобное уже происходило в битве с Небесным Змеем, тогда мне удалось восстановить управление, но сейчас в нас ударило нечто посерьезней. Повреждения, судя по всему, были механическими!

Видя аварийный светофор отказа всех систем и изумрудное пламя на внешнем остеклении, я понял, что винтокрыл нам больше не друг. В таких случаях экипажу полагается выходить на свежий воздух, других вариантов нет! Однако системами катапультирования оборудованы только пилотские ложементы, а у пассажиров ни парашютов, ни времени не имелось, и до столкновения с землей оставались считанные секунды.

В предчувствии смерти ощущения невероятно обостряются, мозг мобилизуется в поисках решения. Будь я обычным человеком, оставалось бы только попрощаться с товарищами, зажмуриться и дернуть ручку аварийного катапультирования, но я был Восходящим, и у меня имелись иные возможности! Активировав Скрижаль, я нашел Руну Медленного Падения – и впечатал ее в приборную панель «Грифона».

Сработало. Не обошлось без резкого, бросившего вперед толчка, но, черт побери, сработало! Винтокрыл сохранил инерцию движения, однако скорость мгновенно снизилась, как будто мы попали в мягкое, тормозящее пуховое облако или двигались под водой. Теперь аппарат планировал, подобно падающему в потоке ветра листочку, быстро, но не настолько, чтобы мы разбились вдребезги. С этим уже можно было работать…

Ощутив противный, ни на что не похожий запах, паленый металл вперемешку с чем-то тошнотворным, я объявил пожарную тревогу и приказал готовиться к аварийной посадке. Фригольдеры, к счастью, держались весьма достойно – только Людмила визжала как сумасшедшая, но ее быстро заткнули, напялив защитную маску.

Видя несущуюся внизу землю, я сосредоточился, вцепившись в механический штурвал. Без работающих двигателей и управления сложенными под брюхом псевдоупорами что-то сделать было крайне сложно, но я мог хотя бы выбрать место, постаравшись не раздолбать «Грифон» о холм или скалы. К счастью, мы уже оказались в пределах Моря Трав, и местность была ровной, как стол, – практически идеальная посадочная. «Медленное Падение», конечно, очень помогло, однако приземление все равно вышло крайне жестким – мы грянули на брюхо и с визгом и хрустом проехались метров двести, вращаясь при этом вокруг своей оси, как бабушкин волчок. Всех бы размазало по салону без страховочных ремней, но я недаром приучал – и приучил – народ к строгому соблюдению техники безопасности. Когда винтокрыл остановился, почти никто уже не орал и не матерился.

– Мягкая… – громко констатировал Грохот. – Командир, что там, на?

– Сбили нас, Толя! Не видишь, что ли? Опускай аппарель вручную, все на выход!

Каким-то чудом винтокрыл сохранял почти горизонтальное положение. Аппарель заклинила, но поддалась после легкой кувалдотерапии. Народ поспешно высыпал наружу, а мы с Фьюри покинули винтокрыл через двери пилотского отсека.

«Грифон», по брюхо зарывшийся в землю, представлял собой ужасное зрелище. Угольно-черный, обугленный корпус источал ядовито-зеленый вонючий дым, остатки внешнего обвеса глодало нефритовое тление. Странно, но жара не чувствовалось. Какую бы природу ни имело это пламя, оно было холодным и выглядело… отвратительно. Как свечение болотных огней. Псевдоупоры – в хлам, нижняя часть корпуса – без комментариев, обшивка тилтвинга повисла клочьями. Роторные пилоны густо дымились. Слава богу, ракетные барабаны были пусты, иначе детонация боеприпасов уже угробила бы нас всех.

– Звезда котенку! – констатировал Грохот общие впечатления. – Что делать будем, командир?

Я взглянул на заснеженную громаду Одинокого Пика, занимавшую добрую часть горизонта. Мы успели преодолеть двадцать-двадцать пять километров, не больше, а это означало, что до тавров – рукой подать. Не заметить падение сбитого винтокрыла невозможно, значит, очень скоро они будут здесь. И на своих двоих мы от них при всем желании не убежим.

– Занять оборону! – приказал я. – Приготовиться к отражению атаки! Инь, плазма, Толя, готовь тяжелое, без него не обойдемся!

– Есть готовить тяжелое, на!

Я нашел взглядом Эйрика. Рыжебородый великан, кажется, пришел в себя – он встряхнулся, освобождаясь от поддерживающих его родичей, и повернулся ко мне.

– Сигурд, это некротическая тварь, – из крылышка широкого носа экс-рикса тянулась кровавая дорожка, окрашивая бороду. – Близкая к золоту, я-то знаю… Хотел остановить… и он меня чуть не сожрал. Если ты ментал – не лезь!

– Принял. Предложения? – коротко спросил я.

Вариантов, на самом деле, было немного. Бежать или сражаться, но и в том, и в другом случае – тупик. Врагов вокруг слишком много! У меня был Аспект и золотая руна Переноса, но с их помощью невозможно быстро вытащить дюжину людей, никакой Звездной Крови не хватит. Но Эйрик тут – старший, он сильнее меня, у него должны быть хорошие Руны…

– Я призову на помощь зверей, если они есть поблизости, – сказал Эйрик. – И выпущу своих боевых Существ, они их… задержат.

– У тебя есть способ вытащить нас отсюда?

– Всех – нет, – качнул головой Эйрик.

– У меня есть Небесный Ястреб, я могу ударить по ним и попробовать убить эту тварь.

– Может, да, может, нет. Оно близко к золоту. Ты можешь не справиться в одиночку. И этим ты не спасешь остальных.

Рыжебородый Восходящий был прав. Учитывая, с какой легкостью Пожиратель уничтожил серебряных Существ и сбил наш винтокрыл, удачного исхода никто не гарантировал. И пока я буду с ним разбираться, орда бешеных тавров разорвет на части наш отряд. Земля уже слегка подрагивала, передавая их слитный топот.

Плохие, только плохие варианты всплывали в голове!

– Может, у тебя есть еще сюрпризы, Сигурд? – спросил Эйрик. – Сильные Руны или помощники? Самое время.

– Нет! А у тебя?

– Не для такого случая, – проворчал рыжий великан. – Тогда попробуем вырваться на моем Голиафе. Он крепкий, я-то знаю. Если нас не закидают стрелами, доберемся до Южного Поста.

Он открыл Скрижаль и выкинул наружу три серебряных Руны. Первая обратилась парой призрачных тигрексов, тут же прыгнувших в заросли, а вторая – выросла рядом гигантским, монструозным Существом – покрытым костяной броней взрослым голиафом, на спине которого виднелся двойной ряд сидений и нечто вроде огромных, свисающих по бокам грузовых коробов.

Я с сомнением смотрел на вызванное Существо. Серебро, конечно, мощный и бронированный транспорт, однако он медленный – и орда, несомненно, окружит и будет преследовать нас, а до Поста, как ни крути, далековато. Если же подоспеет призрачный Пожиратель, то никакой Голиаф нас не защитит, все равно придется драться Небесному Ястребу.

Нет, это тоже бабушка надвое сказала – да и бросать здесь ставший родным «Грифон» совершенно не хотелось. Если бы можно было починить его…

И тут меня как громом ударило. Почему я не догадался раньше?! Ведь винтокрыл уже был сломан – и я восстановил его, превратив в серебряный Предмет. Сейчас «Грифон» – артефакт, наполненный Звездной Кровью; благодаря Белому Дьяволу я получил Навык Искусства Артефакции серебряного ранга – а значит, могу просто починить его! Точно так же, как Азимандия чинила наши поврежденные Руны и Предметы, почему нет?

Третья Руна одела Эйрика в броню, состоящую из золотых чешуек, а лицо скрыл сплошной шлем, стилизованный под звериную голову. Он подрос на полголовы, в руке Восходящего появилось странное артефакт-оружие, напоминающее жезл, выточенный из единого голубоватого кристалла. Голиаф подле него опустился на колено, образуя трап, по которому можно было подняться на спину.

– Подожди, Эйрик!

– Что, Сигурд? – глухо донеслось из-за клыкастого забрала.

– Я могу восстановить винтокрыл, – кивнул я на дымящий корпус «Грифона». – С помощью Звездной Крови.

– Ты сделал его серебром, – ответил Эйрик. – Значит, тут нужен серебряный Навык, я-то знаю…

– Можно попробовать! – выдохнул я. – Но мне нужно немного времени!

Пару секунд Эйрик смотрел на меня, а потом, словно приняв какое-то решение, кивнул, и я услышал:

– Я попробую его тебе дать…

Он повернулся к своим людям и наконец-то начал приказывать, готовя отряд к обороне. Копье фермеров развернуло барьерный щит – силовое поле, непроницаемое для кинетического и энергетического оружия, Восходящие доставали из Скрижалей Предметы и выпускали боевых Существ. А их у них оказалось немало… Кроме призрачных тигрексов Эйрика, я увидел огромную косматую тварь, напоминающую обезьяну, бронзового карха, черного, плюющего огнем тетранодона, сияющую птицу и нечто вроде каменного истукана. Все они пошли вперед, навстречу надвигающейся волне быколюдей.

Чтобы не ударить в грязь лицом, я выпустил на свободу Доминион Арахнидов, мысленной командой отправив их следом за Существами Эйрика. Это не самая боевая Руна, но лишней на этом празднике жизни точно не будет…

Толя Грохот, облачившись в «Гоплит», встал справа от барьера, наособицу, поднимая гаусс-турель в боевое положение. Грай помогал ему, поспешно настраивал боепитание, защелкивая зарядные модули в ячейки кибернетического доспеха. Кидо десант затрофеил в Шторме – ранее он принадлежал погибшему парню из копья Крика, – а потом с легкой руки Вероники так и оставил себе – тяжелый пехотный Доспех, пусть потертый и слегка потрепанный, был ему как родной.

На левом фланге занял позицию Бен – в похожем кидо, но модели «Сарисофор», оснащенном дальнобойным импульсником и ракетометом. Это вообще убойная штука! Инь, надев шлем снайпера, деловито пристраивал «Копье» – мой подарок, то самое, которым Кнут когда-то рубанул наш «Грифон», Фьюри готовила к бою подаренные Вероникой Руны, и, видя эти приготовления, я слегка воспрял духом. Дело было в надежных руках, у нас тоже имелись козыри!

Земля дрожала все отчетливее – от лагерей на нас катилась лава разъяренных тавров. Я надеялся только на одно – зеленая тварь не приползет вместе с ними. Свечения, по крайней мере, не было видно, да и разведчики Эйрика, запустившие свою огненную птицу, пока молчали.

Надеюсь, времени хватит… Я положил руки в перчатках на обжигающе холодный, покрытый пузырями ожогов корпус и сосредоточился.

Рунные технологии Кел – волшебство, доступное каждому! Хороший бы получился рекламный слоган, но, увы, дело обстояло совершенно не так. Чтобы создать или починить артефакт – тем более такой сложный, многокомпонентный, по сути, состоящий из тысячи артефактов-деталей поменьше, необходимо понимать, что он собой представляет и как функционирует. Наверное, поэтому все Предметы Кел были утилитарно просты, а те, что нет, – они запечатывали в Руны, где ремонт действительно производился «одним кликом». Но сейчас – не так, мне придется повозиться…

Я активировал Рунную Артефакцию, внутренним взором проникая в устройство Предмета. Он был искорежен и снаружи, и внутри, зеленое некротическое пламя проникло в тонкие механизмы и испортило их. Мне требовалось воссоздать все, как было, а для этого нужно представить изначальную форму Предмета до последнего винтика. В прошлый раз я воспользовался бортовым когитором, но сейчас он был мертв, поэтому придется вспомнить самому!

И это оказалось настоящим испытанием. Отрешившись от внешнего мира, я насиловал память, пытаясь погрузиться в тот момент, когда создавал этот Предмет, вливая в виртуальную Схему Звездную Кровь, как кузнец – раскаленный металл в тигель. Это было нелегко, но навыки Концентрации, создания Мыслеформ и иные, открытые совсем недавно, здорово помогали. Я вспомнил, как вселенец создавал осанны и как я сам делал это под его контролем, помещая яркий кусочек прошлого в мысленную конструкцию, – и сделал почти то же самое, найдя запечатленную в закоулках разума схему «Грифона», точную до мельчайших подробностей. Наша память хранит многое, что кажется недоступным или забытым, но при желании – можно, можно вспомнить…

Когда я принялся вливать первые Звезды в поврежденный Предмет, началась битва.

И завязалась она тем, что наши Существа и местные звери, в неизвестном количестве призванные Эйриком, схлестнулись с авангардом тавров далеко впереди. Увидеть, что происходило в густых высоких травах, не представлялось возможным, но страшный вой, рык и крики взлетели до небес. Это была первая линия обороны, призванная смешать и задержать тавров, не дать им смести нас всесокрушающей бычьей лавиной. Это только кажется, что быколюди – примитивные глупые дикари, а когда такая махина во весь опор мчится на тебя, размахивая здоровенной дубиной, в голову лезут совсем другие мысли! Разъяренное стадо же вообще может растоптать все на своем пути, поэтому главной задачей Эйрика было не дать таврам задавить нас с ходу.

И, надо сказать, он справился. Я не следил, что там за дальнобойные Руны применялись – по грохоту узнал только «Болид», который использовала Фьюри, – однако тавры явно сломали строй, наткнувшись на сопротивление еще на подступах. И мои Арахниды, растянувшие коварную паутину в зарослях, сыграли в том немалую роль!

Я формировал и вливал большие Звезды в дрожащий винтокрыл и упустил момент, когда сам Эйрик бросился в бой верхом на своем Голиафе. Вот уж кого хрен затопчешь! Он вдруг оказался далеко от нас – только длинная шея гиганта торчит из Моря Трав, – и лишь по звукам и призрачному мерцанию вокруг Восходящего стало ясно, что он вступил в отчаянный бой! Это выглядело невероятно – потому что неповоротливый Голиаф яростно трубил, топтал и рвал клювастой пастью тавров, а от ударов шипастого хвоста здоровенные быки взлетали в воздух, как мячики. Стала понятна его задумка – попав в полное окружение, Эйрик стал центром притяжения, рассеивал и задерживал орду, выгадывая мне драгоценное время. Но как, черт побери, он собирается выбираться оттуда?!

Я работал, обливаясь потом. Капля за каплей Звездная Кровь растворялась, восстанавливая поврежденные узлы винтокрыла. «Грифон» уже поднялся на лапы и стремительно заращивал полученные ожоги, но дело еще не дошло до внутренних агрегатов!

А затем бахнул ракетомет, сверкнули голубыми зарницами импульсники, дробно застучали «Суворовы», засвистели гаусс-пулеметы – и я понял, что пришел наш черед.

Топот и рев. Крики. Разрывы. Непрерывная стрельба и звуки рунных эффектов. Слава богу, что тавры оказались недостаточно умны, чтобы обойти нас с флангов и тыла, они перли фронтальной волной, в расчете на которую и была построена оборона. Я толком не видел, что там происходит, лихорадочно спаивая внутренние магистрали и вливая Кровь в гондолы тилтроторов, старался не отвлекаться, а это достаточно сложно, когда стрелы барабанят по корпусу винтокрыла, разлетаясь острыми кремневыми осколками, а в двух шагах от тебя в землю вонзается здоровенный кривой дротик…

Но кое-что все-таки видел. Как пламенным фонтаном взрывается Руна Огненной Защиты. Как сверкает широкополосный импульсник Бена, оставляя в зарослях выжженные просеки. Как Толя Грохот стоит незыблемой скалой, поливая гаусс-иглами скачущих тварей. Как Фьюри мечет Ледяные Иглы, а защитный идол людей Эйрика извергает молнии. Как быколюди горят, падают, кувыркаются, сбитые на ходу, но новые и новые вырываются из зарослей. Как среди обычных тавров мелькают прозрачные, призрачные, раза в полтора крупнее и покрытые мерзкими нефритовыми рунами – мини-копии Пожирателя…

Все! Целый, новенький, восстановленный «Грифон» сиял свежим серебром, полностью готовый к взлету. Я отнял руки от корпуса – и понял, что вокруг уже идет рукопашная.

Где Эйрик? Где Грохот? Кто где? Бешеные, орущие тавры и люди смешались в полном хаосе! Половина ячеек барьерного щита была выбита, Инь тащил к винтокрылу раненого бойца Эйрика, Бен вздымал на штык-нож тавра, вспарывая ему брюхо, но другой, огромный, налетел, сшибая Восходящего в кидо с ног…

– Отходим! В винтокрыл! Сюда! – я прыгнул к задней аппарели, крича как голосом, так и в вокс-канале. Открыл огонь из «Янтаря» – голубые сгустки плазмы полетели над головами – и одновременно активировал Скрижаль. Кровь гулко била в виски – черт его знает, где Эйрик, теперь за этих людей отвечаю я!

Руна Ускорения Времени.

Она была в комбинации первой, потому что давала главное – возможность быстро активировать другие Руны.

Связка Ядовитое Дыхание – Ядовитый Побег прямо под ноги скачущим тварям!

Дуговая Искра – в того, что топчет Бена.

Ледяной Взор – в кучу, окружившую Грохота.

Помогло – тавры на мгновение опешили, а люди услышали меня и начали отступать.

Грай, припав на колено, палил из «Суворова», прикрывая Иня и Людмилу, тащивших раненых к винтокрылу. Я наконец увидел Фьюри и Грохота – последний, используя гаусс-турель как дубину, раздробил замороженных тавров и, держа на сгибе второй конечности акробатку Фьюри, уже бежал к нам.

В этот момент призрачный тавр прорвал завесу пуль, которые просто проходили через него, и атаковал с фланга. Он успел ударить Грая светящейся зеленой молнией, проскакать сквозь него, прежде чем кто-то развеял врага своей Руной.

Черт! Я схватил бесчувственного парня за шиворот, потащил на борт, неожиданно увидев совсем рядом Фьюри. На лбу лишившейся шлема Восходящей алела здоровенная ссадина, она тяжело дышала и была вся забрызгана кровью, но, кажется, невредима. Скомандовал:

– Фьюри, запускай импеллер! Взлет!

Пропустив ее внутрь, отсек Алой Волной новую атаку тавров, прикрывая Бена и Грохота. Бойцы, лязгая тяжелыми кидо, взбегали на борт, огрызающийся огнем из открытого проема аппарели. Один тавр попытался ворваться следом, но Толя, развернувшись, так приложил его гаусс-турелью, что огромная тварь закувыркалась по ребристому трапу.

Все на борту? Кажется, все!

Кроме Эйрика.

Я ощутил легкий толчок – умница Фьюри, понимая, что медлить нельзя, запустила импеллер и тут же оторвала винтокрыл от земли, одновременно закрывая аппарель. В десантном и пассажирском отсеках медкомы уже пытались оказать первую помощь раненым. По мелочи зацепило всех, почти всех, но трое были без сознания – двое фермеров и мой Грай.

– Где Эйрик? – рыкнул я, чувствуя, что «Грифон» поднимается в воздух.

– Он сказал, чтобы мы его не ждали, – ответил Джимми.

– Что?!

– Он выберется сам, – добавила Людмила, и в голосе жены фермера прозвучала непоколебимая уверенность. – Все нормально, Сигурд. Он знает короткие пути.

Ну хорошо, если так! Я занял пилотский ложемент и принял управление. Быстро проверил бортовые системы – все восстановилось, работало штатно, будто и не было никакой жесткой посадки.

– Молодец, Фьюри, – похвалил я ее, – хорошо взлетели.

– Это вы молодец, сэр, – в широко открытых глазах моего второго пилота было изумление. – Как вам это… удалось?

Она же видела, что произошло с винтокрылом. Да все видели это маленькое чудо. Мне даже капнула парочка единиц Славы – неожиданно, но приятно.

– Звездная Кровь, Фьюри, – вздохнул я, пытаясь перевести дыхание и отойти от адреналинового безумия схватки. – Важна только Звездная Кровь…

Я не собирался подниматься высоко – не дай бог еще раз попасть в прицел Пожирателя, – но все-таки сделал круг над полем боя, пытаясь отыскать Эйрика. Но – увы – кроме вытоптанной Голиафом поляны и множества тавров внизу, живых и мертвых, ничего не обнаружил. На связь Восходящий тоже не выходил, а в окрестностях не наблюдалось ни его, ни его Существа. Родственники Эйрика упорно утверждали, что волноваться за их мужа и отца не стоит, он выбирался из ситуаций и похуже, так что можно спокойно возвращаться во фригольд.

Самая серьезная переделка из всех, в какие я попадал без Белого Дьявола. И, кажется, справился! Все обошлось. Никто не пропал. Все живы. Все на борту. Шестеро раненых – но все могло быть гораздо, гораздо хуже.

Трое относительно легких. У Бена – сотрясение и что-то с левой рукой. А вот Рэй и Грай, попавшие под удар призрачных копий Пожирателя, выглядели скверно. На их телах не было никаких ран или ожогов, они дышали – но упорно не приходили в себя.

– Пульс замедлен, реакции на раздражители нет, сосудистый тонус нарушен, – сказала Людмила, осторожно ощупывая мертвенно-бледного сына. – Похоже на поражение нервной системы! Это жизнеугрожающее состояние, Сигурд! Нам немедленно нужно в стационар!

Инь, как и Фьюри, отделался царапинами и легким испугом. А вот на Толе, побывавшем в самой гуще драки, не было ни царапины, бойцу в «Гоплите» мало что может повредить, но вот прочнейшую гаусс-турель он все равно умудрился каким-то образом погнуть.

– О головы этих тварей, копать-хоронить, – высказался он. – Черепушки у них как каменные, на!

– Толя, Толя, – покачал я головой, видя в камере искореженное оружие. – Как умудрился-то? Это же пласталь!

– Ну рука у меня тяжелая, командир! Зато задание выполнил! – похвалился десант. – Бронза, на! Какую Руну брать будем?

– Какое еще задание?

– Это, как его, на популяцию…

Покрошил он сегодня тавров, видимо, больше всех – потому Наблюдатель и засчитал ему одно из многочисленных заданий. Я устало улыбнулся:

– Подожди с Руной, Толя. Никуда она не денется. Давайте сначала во фригольд вернемся…

По прямой до Южного Поста и самой колонии было совсем недалеко. Через час мы уже приземлились на площадке у Неба.

– С тобой все хорошо, Сигурд? – вызванная из медкома Травинка вцепилась в меня, тревожно ощупывая. – Ты не пострадал? Что там было?

– Потом расскажу… На мне ни царапины, помогите лучше им, – я показал в сторону раненых, которых уже грузили на специальный глайдер. – Там с Граем что-то неладное, посмотришь? У тебя есть Руна Исцеления…

– Я сделаю, что смогу, – кивнула Травинка. – А где… дядя Эйрик?!

Я молча пожал плечами.

После рейда был обязательный доклад риксу. И в отсутствие пропавшего фермера делать его пришлось мне.

Винсент Кассиди внимательно выслушал меня и быстро просмотрел видеоматериалы с наших воксов.

– Значит, печати все-таки взломаны таврами? – вздохнул он. – Что мы имеем, буря? Тварь призрачная, серебряного ранга, управляет таврами. Использует энергию Смерти, оставляет эктоплазменный след, может произвольно менять форму, создавать призрачные проекции и бить на расстоянии… на каком удалении, говоришь, вас сбили?

– Минимум пятнадцать-двадцать километров и на приличной высоте.

– … в пределах визуального обзора. Я ничего не упустил?

– Эйрик сказал, что оно близко к золоту.

– Вполне возможно, доннерветтер, – буркнул Винсент. – По количеству тавров собрали какую-то информацию?

– По предварительным данным – двадцать-тридцать тысяч. Возможно, и больше, мы не всех видели, прошли только с одной стороны…

– Не может быть, – медленно проговорил рикс. – Не ошибаешься?

– Это оценка по данным пеленгатора биосенсорики и дозорной Руны. Если и есть ошибка, то в меньшую сторону…

– Если так, нам не справиться одним. Что-то еще хочешь добавить, Сигурд?

– Да. Мини-копии этого Пожирателя крайне опасны. Обычное оружие их не берет, только Руны. Двое людей, которых они коснулись, сейчас в чем-то вроде комы, не приходят в себя…

– В медкоме уже? Разберемся, – кивнул Винсент. – Но ты большой молодец, что выполнил задание, не потерял винтокрыл и всех вытащил. Это дорогого стоит, буря! Я скажу, чтобы всем удвоили наградные баллы.

– Насчет Эйрика, рикс. Будет поисковая операция? Если что, я готов…

– О, насчет старого лиса не беспокойся, – усмехнулся Винсент, прикоснувшись к серебряному кружку вокса за ухом. – Мне уже доложили, что Эйрик на Южном Посту. С ним все в порядке. Через пару часов будет здесь, я с ним отдельно поговорю…

Я сначала не поверил своим ушам. Эйрик на Южном Посту? Так быстро?! Но потом вспомнил, как его группа таинственным образом обгоняла винтокрыл при поиске капсул с колонистами, – и картинка начала складываться. У рыжего фермера явно была Руна или Навык мгновенного или очень быстрого перемещения. Но, скорее всего, персональная, работающая только с самим Восходящим, подобно моему Переносу…

– Завтра у твоего копья выходной, Сигурд, – сказал Винсент на прощание. – На брифинг можешь не приходить. Отдохни, выспись. Только не забудь, что в полдень нужно забрать Ассоль из Расколотых Земель…

Глава 5

А семейная жизнь мне понравилась.

После свадьбы нам с Травинкой, как и любой другой паре, выделили отдельный отсек. Стандартный, с виртуальным окном во всю стену, собственным очистителем, рабочим столом и гардеробной системой. Моя избранница, как всякая женщина, мгновенно обуютила новое жилье милыми деталями и личными вещами, ну а мне из интерьера больше всего понравилась шикарная двуспальная кровать. Спалось на ней просто чудесно, ну и для всего остального она подходила гораздо лучше, чем сеновал, палатка или ложемент винтокрыла.

По сути, виделись с Травинкой мы только поздно вечером, и то не каждый день – единственный пилот фригольда, я постоянно пропадал на вылетах, она разрывалась между медкомом и лабораторией. Общих выходных было мало, а работы – много, поэтому нам оставались только ночи.

Как-то так само собой сложилось, что после ужина мы делились новостями, занимались любовью и засыпали в объятиях друг друга, а проснувшись, обязательно повторяли этот ритуал, отчаянно пытаясь успеть к сигналу общего пробуждения. Больше не приходилось искать места, чтобы уединиться, и с каждой ночью, все больше изучая друг друга, мы притирали тела и души, становясь двумя хорошо подогнанными половинками одного целого. Странный, невидимый, но необычно теплый венчик забрезжил над нами. Теперь мы были не просто влюбленной парочкой, Травинка стала моей женщиной, а я – ее мужчиной.

И это было хорошо.

Вот и сегодня тоже…

– Ой-ей-ей, – пробормотала Травинка, отходя от полусонного любовного безумия. – Ой-ей-ей, Сигурд…

– Что?

– Ш-ш-ш-ш…

Она крепко обняла меня, закинула сверху ногу и устроила голову на груди, как будто боясь отпустить. Я чувствовал ее горячее дыхание и слушал, как колотится сердце, а она слышала, как бьется мое. Поглаживая ее плечи, пропуская между пальцами блестящие темные волосы с платиновыми струйками, я в очередной раз поразился, что меня обнимает эта инопланетная красавица, так похожая на эльфийскую принцессу, что я добился своего – и завоевал право любить ее.

На проекции окна, кроме красивого звездного неба, светился большой оранжевый таймер.

6:11

До зуммера подъема оставалось еще девятнадцать минут нежности.

– Странно… у твоего отца и матери черные волосы, а у тебя разные, с серебром, – сказал я, любуясь ее длинными, разметавшимися по гладкой коже локонами. – Это безумно красиво, но отчего так?

– Правда, тебе нравится? – довольно спросила Травинка (я знал, что она гордится своими волосами). – Это гены моих предков по материнской линии, Сигурд. Они… не совсем такие, как у землян. Анни говорит, что это действие неисследованного аллеля гена, отвечающего за пигментацию волос. А мама… рассказывала, что серебряные волосы – это знак древних вождей Народа Теней. Они происходят от самих Кел…

– Аммос, – опередил я, вспомнив рассказы Белого Дьявола. И видения, где он во плоти был владыкой предтеч Теней – среброволосый и окутанный молниями. Моя Травинка, принадлежащая к линии правителей Людей Тени, была прапраправнучкой моего бывшего вселенца. Может, еще и поэтому он сбежал? Вряд ли Травинке понравилось бы, что предок делит с нами ложе.

– О, ты знаешь, – обрадовалась Травинка, переплетая пальцы с моими. – Да, Кел Аммос…

– Зеленоглазые и сереброволосые, как ты. Но Кел другие, они вообще не люди.

– Ты так говоришь, как будто видел их.

– В Домене есть много всего.

– Правда? Когда ты откроешь его? Я тоже очень хочу посмотреть там все.

– Твой отец сказал, что сначала надо закончить с таврами, потом туда будет организована экспедиция. Пока это секрет, и ты тоже должна его хранить.

– Да, папа меня предупредил, – Травинка завозилась, поудобнее устраиваясь на мне. – Но разве ты не можешь показать мне Домен… пораньше? Ведь я там уже была.

Визит в Домен устроить было легко. Но мне не хотелось, чтобы мы случайно столкнулись там со вселенцем в теле Мрака, у которого тоже был Ключ. И еще одно – слишком многое там напоминало о хозяйке и том, как Белый Дьявол победил ее. Я ведь тоже был участником, хоть и невольным, этого действия, и мне очень не хотелось бы, чтобы Травинка узнала об этом.

Поэтому риски нужно было минимизировать.

– Очень хочу, но не могу, – твердо ответил я. – Я обещал. Клятва.

– Мой злой серебряный муж! – извернувшись, она игриво укусила меня за плечо. – Не хочет показывать Домен! Злой! Злой!

– Прекрати кусаться, щекотно… Не надо, прекрати! Ладно, обещаю, мы тоже сделаем тебя серебром! Только не кусайся, пожалуйста!

– Знаешь, это так странно. Всего цикл назад, как маленькая, я грезила о любви и не умела даже целоваться, – вдруг сказала Травинка. – А сейчас мне двадцать лет, я уже замужем, и мой муж – серебряный Восходящий. А знаешь, что самое странное, Сигурд?

– Что?

– Мне это очень нравится! – заявила она. – Меня все абсолютно устраивает, и я не хочу ничего менять! Наверное, это и есть счастье? Как ты думаешь, Сигурд?

– Думаю, что мы не осознаем счастья, пока держим его в руках, – улыбнулся я, обнимая ее, – а понимаем, что были счастливы, лишь когда теряем его.

– Да, ты, наверное, прав. Знаешь, Венди вчера сказала, что я после свадьбы… как будто расцвела, – поделилась Травинка. – Сказала, что Звездная Кровь меня украсила… и серебряный муж тоже…

– Это правда, – подтвердил я. – Ты очень красивая, Травинка.

– А девчонки в медкоме вчера интересовались, как это… с серебряным Восходящим, – вдруг хихикнула Травинка. – Ну, секс. Им-то серебро не светит…

– Сплетничаете, значит? И что ты ответила?

– Я? Ответила?! Да ничего, конечно! Пусть завидуют молча!

От всех этих разговоров мы опять возбудились и снова начали медленно ласкать друг друга.

– До подъема чуть-чуть, мы не успеем, – предупредил я, совершенно не желая останавливаться.

– Успеем, – прошептала Травинка, делая движения, от которых мне мгновенно стало жарко.

– Точно не успеем… – Я перевернул ее на спину.

– Ну и что… – пробормотала девушка, жадно отвечая на поцелуи. – У тебя выходной… а я чуть-чуть опоздаю… О, Сигурд!

После короткого, но бурного сеанса утренней любви обнаженная Травинка встала и начала одеваться. Лениво любуясь идеальной фигурой, прямой линией спины и изящным изгибом бедер моей уже не девушки, а жены, я спросил:

– Ты сейчас в медком? Проверишь, как там Грай?

– Да. Но я не понимаю, что с ним. Он в коме, но странной. Вчера я использовала на нем руну Исцеления, но она не помогла.

– Почему?

– Его тело в полном порядке. Что-то случилось внутри… – Травинка прикоснулась к груди. – Он не жив, не мертв, не реагирует, как будто нечему просыпаться… Полный ступор. Я не знаю, что это такое, и другие медкомы тоже первый раз сталкиваются с таким случаем. Мы подключили его и Рэя к аппаратам поддержания жизни, Чжан и Венди сегодня будут разбираться…

Я тяжело вздохнул – Грая было жалко, и по-человечески, и как бойца, уже ставшего частью нашей команды. Без него в копье оставалось всего четыре человека, что совершенно недостаточно для мало-мальски серьезных заданий. Срочно требовалось пополнение – и как раз сегодня, после завтрака, я встречался с первым кандидатом.

Мужику оказалось за тридцать лет, типичный, ничем особо не примечательный моно родом из Нео-Арка. Какой-то… никакой? Сюда попал с последней волной колонистов – и угодил в группу, которую захватил и увел Кнут Ларссон. Но, судя по био, привлекшей Веронику, «специалист» аж в двух смежных профессиях. Первая – «координатор отдела инфраструктуры для летательных аппаратов», вторая – «частный пилот». Я тщательно изучил его досье, зашитое в Метку, и картинка в принципе сложилась – Даниэль Арджент занимал хорошую должность в авиастроительной корпорации «Флаинг-Ви» (да-да, той самой, чье название стало нарицательным обозначением выпускаемой ею линейки летательных аппаратов с магнетронно-резонаторным двигателем, в просторечии – «флаингов») и принадлежал к весьма обеспеченным слоям общества. А вот вторая специальность была чисто его хобби – Даниэль окончил частную авиашколу и получил частный пилотский сертификат с галочками в разделах «малые бестопливные аппараты» и, божечки ты мой, «легкомоторная авиация». Он был пилотом-любителем с двадцатью часами налета на флаингах и древних винтовых самолетах, которые давным-давно стали коллекционным раритетом. Тем не менее на Земле были клубы, объединяющие любителей подобных древностей, и мой визави входил в один их них. Я подозревал, что это было просто очень модно в культуре авиакорпорации, и таким образом Даниэль пытался пробиться на самый верх. Нужные знакомства, престижные клубы, общие интересы, все такое…

– Получается, вы умеете пилотировать флаинги? – спросил я.

– Дело в том, сэр, что я почти не помню, – Даниэль застенчиво улыбнулся. Память еще не восстановилась.

– Просто Сигурд. Ну, память – не главное, она восстановится. Вы хотите попасть в боевое копье? Не хочу пугать, но у нас ведь не сахар. За половину цикла выбыли четверо, двое – навсегда, один лишился ноги. Риск очень высокий, это опасная работа. Нужно стрелять и убивать. Вы как?

– Эм… вообще-то я человек мирный, – чуть замялся мужчина. – Убивать никого не хотелось бы… Мисс Максвелл сказала, что вам нужен пилот…

– Винтокрыл – это военная машина, ваш сертификат не подойдет. Нужны немного другие навыки, так что придется переучиваться. Но в нашей команде и пилот должен быть стрелком, бойцом и медиком. У вас есть какая-то военная подготовка? Стрелять умеете?

– Нет, – признался Даниэль. – Но я быстро учусь.

Я с откровенным сомнением смотрел на него. Чисто гражданский человек, физическая подготовка слабая, навыков выживания в Единстве нет. Таких мягкотелых колонистов много – и гибнут они чаще всего. Спрашивается, зачем вообще в «Космо» записывали гражданских людей таких бесполезных специализаций?

– Сейчас вы чем занимаетесь, Даниэль?

– Работаю на репликаторах, – признался мужчина. – Мисс Максвелл взяла меня в свою команду.

– И как, все нравится?

– Ну, почти. Я, честно говоря, очень рад, что выжил и попал сюда, во фригольд, – поежился Даниэль. – Сигурд, вы поймите меня правильно, я тоже не горю желанием. Мисс Максвелл сказала…

– Я понял, – перебил я. – Давайте так, Дэн. У нас работа тяжелая и опасная, один за всех и все за одного. Вы мне не очень подходите, но я готов дать вам шанс – если сами хотите попасть к нам, стать боевым пилотом и, в перспективе, Восходящим. Хотите?

Он сконфуженно молчал, как будто обиженный моей прямотой.

– Я сам сообщу мисс Максвелл, – поднялся я из-за стола. – Удачи и без обид, Дэн. И мой совет – сейчас во фригольде открыт курс боевой подготовки, обязательно запишитесь. Это очень пригодится здесь, чем бы вы ни занимались…

Вероника хотела по старой привычке вставить мне пистон, но у нее ничего не получилось. Предложенный кандидат совершенно не подходил – когитор винтокрыла все равно не принял бы его сертификат, а нужных навыков – лишь немногим больше, чем у любого другого колониста. Винтокрыл – не флаинг с полной автоматикой, не турбовинтовой самолет, а военная альфа-техника, для управления которой нужны квалифицированные специалисты! Да, Даниэля можно было бы переучить, база имелась, но он сам не хотел опасной жизни рейдера. В нашей команде он стал бы просто слабым звеном, измучился бы сам и подставил бы всех остальных.

– Как знаете, Сигурд! – холодно отрезала Вероника напоследок. – Вам дали трое суток на подбор людей, осталось еще два дня! Будьте любезны найти кого-нибудь, иначе придется взять моих кандидатов!

Ох, жесть! Но и руководство я тоже прекрасно понимал – копье с четырьмя бойцами – это не боевая группа, а так, огрызок. Что ему можно поручить? Еще и Грай выбыл так не вовремя, зараза…

Где же мне взять рекрутов? Янь еще ждал очередь на ногу, да и станет ли он, даже с бионикой, прежним? Переманивать людей из других копий – дурной тон. А больше во фригольде я толком никого не знал, так, мимолетные знакомые.

Завтрак давно кончился, в столовой было немного народа. Отдавая пустой поднос на раздачу, я вдруг заметил за пищевой стойкой знакомое лицо. И улыбнулся, помахал рукой:

– Привет, Юки! Как дела? Помнишь меня?

– Привет! Конечно, Юки помнить Сигурда, – чуть смущенно улыбнулась аборигенка.

Она похорошела, немного поправилась (ну еще бы, работать в пищеблоке), волосы отросли и приобрели характерный для Людей Тени пепельно-серый блеск. И говорила со мной на глобише, хоть и путала окончания глаголов – почему-то жителям Единства именно эта часть нашей речи давалась тяжело.

Глядя на нее, я вдруг вспомнил, как мы пробирались через Расколотые Земли, как она ловко стреляла камнежуков и бесстрашно потрошила ядовитых Червей, как пряталась среди камней и читала знаки. И вдруг подумал – а почему нет? Юки уж точно владеет навыками выживания в Единстве, прекрасный скаут и умеет стрелять из всех подручных средств, а что не может – научится мгновенно. И она точно не будет ныть и жаловаться, а приказы приучена выполнять беспрекословно. Да, она меня предала, но и поплатилась – и сейчас это совершенно другой человек с чистой памятью.

– Есть минутка? – спросил я. – Хочу с тобой поговорить.

Мы сели за ближайший стол.

– Что ты помнишь обо мне?

– Как Сигурд привозить Юки сюда, в Народ Земли, – она явно стеснялась того, что я рассматриваю ее, и опустила глаза. – Как лететь на твой винтокрыл. Что ты быть добр к Юки. Мне рассказать, что ты спасать меня. Теперь Юки не трэль, не изгой, Юки из Народа Земли.

– Больше ничего не помнишь?

– Иногда… сны. Там страх. Боль. Не хотеть туда.

– Сейчас работаешь здесь?

– Да, я помогать разделывать, готовить, раздавать и убирать еду. Юки уметь это!

– Тебе нравится здесь, во фригольде?

– Теперь это быть мой дом, – она робко улыбнулась. – Я быть с Народ Земли.

– Держи, – я внезапно кинул в ее сторону тяжелый штык-нож от «Суворова», который только что извлек из ножен. Другая девушка потерялась бы, в ужасе отшатнулась или завизжала, но Юки ловко поймала клинок в полете за рукоять – и сама потрясенно уставилась на свою руку.

Хорошо, рефлексы в порядке, значит, и навыки тоже…

– Слушай, Юки. Я ищу людей в свое копье. Тебя я знаю, и ты мне подходишь. Не хочешь пойти ко мне?

– В боевое копье серебра Сигурда? – широко распахнула глаза девушка. – Летать на его винтокрыл?

– Да. Многого не обещаю; и риска немало, и кровь будет. Но у нас весело.

– И Юки могут дать гвоздь?

– Если отличишься, почему нет? Но для этого придется хорошо постараться.

– Куда… нужно приходить? – медленно спросила Юки.

Полет за Ассоль обещал быть легкой прогулкой, и сначала я вовсе хотел дать ребятам полноценно отдохнуть, слетав вдвоем с Фьюри, но потом решил, что не стоит расслабляться. Во-первых, Расколотые Земли непредсказуемы, а во-вторых, нам нужно решить несколько важных вопросов. Выписать Юки из персонала пищеблока было делом пары минут, так что она стала третьим пассажиром винтокрыла. А чего ждать? Пусть сразу привыкает, дальше легче не будет. Стандартные «Скаут» и «Суворов» тоже выдали безо всяких проблем, так что девушку от рекрута-землянина отличали только высокие скулы и необычный цвет глаз.

– Знакомьтесь, кто еще не знает, – Юки. По земному идентификатору – Юки Скай, – представил я девушку. «Скай», по названию фригольда, были в документах все неопознанные колонисты (да, встречались и такие), брошенные дети или принятые из других Народов фригольдеры. – Юки будет нашим скаутом, поваром и санитаром.

– Хорошее дело, – пробасил Грохот. – По нашему-то говорит хоть? Или с пятого на десятое?

– Говорить, – улыбнулась Юки. – Юки умный быть.

– И скромный, на, – бахнул Толя. – Только Скай не подходит. Будешь «Тень»! Да не зыркай так, дядя Толя плохому не научит! Чего встала? Не боись, приземляйся сюда, солдат ребенка не обидит. Покажу, как пристегиваться…

В десантном отсеке рейдового «Грифона», по идее, должно быть восемь мест. Но по факту – десять, потому что два сиденья предназначены для бойцов в тяжелых кидо. С пилотами полноценный экипаж – ала, десять-двенадцать человек. В Колонии Альфа техники серьезно модифицировали аппарат, подготовив его для длительной экспедиции, – установили шесть спальных капсул, которые при необходимости трансформировались, а уже у нас десантный отсек еще раз доработали под свои нужды, убрав пищевой синтезатор и часть переборки с грузовым отделением и за счет этого впихнув дополнительные посадочные места. Сейчас, сверх пилотов, при нужде я мог брать на борт двенадцать человек, но при этом двум приходилось занимать места в грузовом отсеке около десантного люка в стоячем положении. Но это уже лишняя нагрузка, я исходил из того, что оптимум моей группы – восемь-десять бойцов, считая пилотов. Это стандартное, даже чуть расширенное копье, закрывающее большинство задач.

Значит, нам нужно было найти еще двух-трех человек. И одного из них – с четкой перспективой на пилота, чтобы можно было сформировать сменный экипаж. Второго стрелка-штурмана, наверное, придется выращивать из Иня, интерес у азио имелся, а вот данные… Тяжелая задача…

– Давай прикинем, кто нам нужен, командир? – предложил Толя. И начал загибать пальцы:

– Снайпер – есть, епта! Да, Инь? У, ты моя хорошая… Скаут – ну, глянем на Тенечку. Пулемет, тяжелое – это на мне, на! За штурмовиков у нас пилоты, стрелок пока в медкоме… Кто там остается?

– Техник, оператор щитов и дронов, – сказала Фьюри. – И квалифицированный медком.

– Инь, что там у Яня слышно? – спросил я, потому что именно Янь закрывал в копье Динамита должность техника-оператора.

– Глухо, – вздохнул азио. – Вроде как ждет, материалы есть, бионику обещали реплицировать, он даже в очередь на операцию встал, но с этими перестановками у производственников никто даже толком ничего сказать не может! Когда, чего… Ты бы сказал там свое слово, командир!

– Разберусь, – нахмурился я. – Насчет медкомов есть варианты?

– Да они на вес золота! Первыми разбирают.

Это тоже была правда. Людей в колонии вроде много, а нормальных кадров – раз-два и обчелся, все дефицитные специальности тут же отрывали с руками и ногами. Меня тоже без разговоров зачислили в свое время к Динамиту… Инь обещал побеседовать с парочкой «не мутных» приятелей, которым не страшно доверить спину, однако все это – вилами по воде.

Пока Фьюри под моим присмотром поднимала винтокрыл в воздух и начинала движение в сторону Расколотых Земель, вторым слоем я изучал досье с биографиями колонистов. Особое внимание уделил новичкам с «Хельги» – несмотря на отсутствие опыта, шанс наткнуться на ценного специалиста был гораздо выше. Еще стоило приглядеться к молодежи – подрастающее поколение, типа Грая, выглядело перспективно, но информации по ним, честно говоря, не хватало – досье заполнялись из рук вон плохо. Нужно наводить справки через знакомых… Ну и земляки тоже имели преимущество, однако среди полутора десятка уроженцев Сайберии, Аркто-Пацифики и Нео-Арктики со славянскими фамилиями я не обнаружил подходящих кандидатов. Или они были уже давно заняты. Вот, например, Милу, жену Эйрика, я бы с удовольствием пригласил в команду – однако кто ж ее отпустит?

В итоге выделил в списке двоих – Андре Кроу из последней волны и Тревора Моримото, молодого, но подающего большие надежды парня из рожденных здесь. В списках Вероники эти двое присутствовали, значит, никто пока не забронировал их. Нужно будет навести справки и переговорить.

– Командир, ну что с Руной-то? – напомнил Грохот. – Че берем, на?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.